Текст книги "Миссия: Выполнить любой ценой (СИ)"

Автор книги: Аврора Новак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

Станция Л-214

Ксюша

Я не пользовалась своим даром с тех пор как Лёша мне сказал, что Моники больше нет. Не хотела, не могла, но сейчас… Сейчас мне придётся это сделать, несмотря на то, что это невероятно сложно.

Выходить из палаты, скорее всего, не безопасно, а выяснить, что там происходит – необходимо.

Я встала напротив двери и закрыла глаза. Сердце ускорило бег и всю меня охватила какая-то тревога и волнение. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, я раскрыла свое сознание для мира вокруг и… Ничего не вышло.

Волна паники сразу же накрыла меня – может мне доступны только сознания моих родных? Нет-нет! Ещё на Земле я "слышала" людей из бункера. С ними сложнее, но все же это возможно! Нужно попытаться ещё раз!

Я попыталась ещё раз. А потом ещё. И ещё. И так до тех пор пока у меня наконец-то не получилось!

Вот спящие сознания моих детей, за стеной ещё несколько таких же.

Я попыталась мысленно продвинуться в коридор и найти там кого-то. За дверью явно кто-то был.

Тяжёлая, нездоровая аура этого человека давила. Я не совсем понимала, что он видит – его зрение расплывалось, двоилось, вокруг плавали какие-то силуэты и страшные образы.

Человек за дверью начал подвывать и биться головой в стену.

Покинула его сознание в ужасе. Липкий пот покрыл всю спину и заставлял дрожать. Человек в коридоре явно болен, только почему ему никто не помогает?

Нужно попробовать снова.

Мысленно двигаюсь по коридору. Сознания людей обычно горят как яркие лампочки, но мне уже несколько раз встречались почти угасшие. Не рискую приближаться к ним. Наконец, нахожу Андрея – он стоит прислонившись к стене, будто прячась от кого-то за углом.

Глазами Андрея смотреть легко и не страшно, в отличии от первого человека в коридоре.

Вот, на мгновение, Андрей выглянул из-за угла и проверил, есть ли там кто. За углом оказалось пусто и он сразу же побежал вперёд, пока не добежал до очередного поворота.

Он уже вышел из медотсека и идёт к жилым. Конечно, он же говорил, что пойдёт к дочери.

Андрей передвигался перебежками, от укрытия к укрытию. Вот, наконец, он подошёл к двери и постучал в нее. Казалось, он нервничает всё сильнее.

Вдруг Андрей замер, прислушиваясь к звукам вокруг.

Я слышала, слышала его ушами скрежет зубов, стоны и хриплый, булькающий рык.

Андрей медленно повернулся на звук и я увидела… Увидела то, что человеком назвать очень страшно, ибо никому не захочешь таких страданий.

По коридору сильно хромая, шёл мужчина в некогда белом халате. Все его лицо было расцарапано, халат в крови. Мужчина встал, уставился пустым взглядом на Андрея, а потом, дико закричав, начал выцарапывать себе глаза. Он кричал и кричал, и пальцами пытался залезть всё глубже, пока вдруг за дверью не послышалось:

– Кто там? Андрей это ты?

Мужчина в халате склонил голову на бок, его дыхание участились, он начал хрипло подвывать…

– Открывай! Открывай быстрее! – в панике закричал Андрей.

Этот крик стал триггером для мужчины в халате и он с криком сорвался с места и побежал в сторону раздражителя.

Внезапно дверь отсека открылась, Андрей буквально ввалился внутрь и за его спиной тут же послышался тихий щелчок закрывающегося замка.

Повернувшись, он увидел как молодая женщина приставила к его шее инъектор, а сама тем временем внимательно его осматривает.

– Это не помогает, Ульяна! – тихо сказал он, глядя ей в глаза. – Седативное заражённых почти не вырубает. Убери инъектор, у меня не было контакта!

– Я так испугалась! – всхлипнула она. – Много их там?

– Да, много. – ответил Андрей. – Но они в основном вредят себе. Если их не провоцировать, то могут и не заметить.

– Я должна быть там! Я должна быть в медотсеке! – шептала она.

– А как же они? – он кивнул на что-то позади неё. – Кто защитит их?

Ульяна обернулась и Андрею предстал вид, который умилил бы даже самого черствого человека. Поперёк кровати, по уши завернувшись в большой плед, мирно дремали пятеро малышей разных возрастов. Ещё двое, совсем младенцы, посапывали в манеже.

Ульяна Александровна долго смотрела на детей, а потом прошептала:

– Я всегда хотела большую семью, детишек. Но не сложилось. А теперь, когда на мне такая ответственность, я удивляюсь, как же матери не сходят с ума от страха за своих детей? Как у них хватает сил и мужества?

Она вытерла слезы и с уверенным видом повернулась к Андрею:

– Я должна быть в медотсеке! Ради них! Ради всех на этой станции! Мы должны придумать способ вылечить заболевших! Понимаешь? Дети здесь, с тобой будут в безопасности, но я должна идти к своей команде!

– Но, подожди. Я обещал привести помощь! – попытался возразить Андрей и я с ним была согласна.

– Самая лучшая помощь – это найти лекарство! Понимаешь? – не унималась Ульяна.

– Как ты пойдешь туда одна? Это опасно!

– Сидеть без дела опасно. – проворчал она, наматывая на руки полотенца. – Тем более, ты сказал, если не провоцировать их, то могут и не заметить.

– Что ты делаешь? – спросил Андрей.

Признаться мне и самой было любопытно зачем Ульяна Александровна намотала на руки полотенца и надела несколько рубашек поверх.

– Так прокусить будет сложнее. Меньше риск контакта! – объяснила она.

Андрей молча взял свитер и обмотал им шею Ульяны.

– Обычно они метят в шею… Ты уверена?

– Как никогда! – твёрдо ответила она и направилась к двери.

– Если не сможете быстро найти лекарство, возможно поможет криоконсервация? Заморозить всех больных, пока не найдёте способ вылечить их! – выпалил он.

– Да! Это очень хорошая идея! – удивилась Ульяна Александровна. – Это даст нам время! Спасибо!

Андрей несколько раз задерживал дыхание, будто хотел что-то сказать, но не решался. Неожиданно он схватил женщину за руку и сказал:

– Ульяна, подожди! Я…

– Я знаю! – перебила она его с лукавой улыбкой. – Но давай выберем время получше?

Оставив мужчину переваривать её слова, женщина смело вышла в коридор и закрыла за собой дверь.

Андрей остался один с оравой детей, а я осталась без обещанной помощи.

Покинув его я "зацепилась" за сознание Ульяны Александровны.

Она приходила несколько раз к нам в палату и всегда была на всех консилиумах по поводу лечения Марка. Раз за разом она отвергала не устраивающие её программы лечения. Она заставляла врачей выкладываться по полной.

Мне она показалась жёсткой, холодной, железной леди. Профессионал до мозга костей. Но с Андреем она была совсем другой. Как и он с ней. Странно, а говорил, что жену недавно потерял…

Тем временем Ульяна тихо пробиралась по коридорам, легко обходя заражённых людей.

Вот она добралась до очередного поворота коридора и замерла, прислушиваясь. Не услышав ничего подозрительного доктор сделала глубокий вдох, резко повернула за угол и уткнулась носом в дуло автомата.

Взвизгнув от испуга, женщина попыталась спрятаться за углом, но солдат, державший оружие, быстро сделал подсечку и прижал её лицом к полу.

– Есть одна! Дайте инъектор! Мой пустой. – прошептал он.

– Не надо инъектор. – с трудом просипела Ульяна под весом здорового мужчины. – Я не зараженная. Я доктор. Мне нужно в медотсек!

– В медотсеке много зараженных. Эту зону мы ещё не зачистили. Там опасно! – ответил мужчина, убирая колено с её спины.

– Я знаю. Но мне нужно в лабораторию. Там безопасно!…Подождите! Что значит ваша зачистка? – в ужасе смотрела она на солдат. – Вы их, что? Убиваете?

– Что ж вы нас за зверей-то совсем держите! – с упреком посмотрел он на Ульяну. – Вырубаем, доставляем в карантинную зону. Только они все равно там мрут. То сами себя калечат, то друг друга, а то и вовсе тихонько лягут и все… Не дышат.

Ульяна застонала, схватившись за голову.

– Кто руководит… вашей зачисткой? – запинаясь спросила она

– Ну так, как Орехова Виктора Юдиновича заразили, так его зам теперь и командует. Земцов Василий Вячеславович.

– Я, Петрова Ульяна Александровна, заведующая медотсеком. У вас есть связь с начальством?

– Да, конечно.

– Мне нужно поговорить с ними! – потребовала она.

Командир отряда нажал несколько кнопок на сенсоре научного коммуникатора и на экране появилась женщина.

– Старший диспетчер, Ирида Леонидовна, слушаю!

– А… – открыл было рот командир.

– Ирина Леонидовна, я – Петрова Ульяна Александровна, заведующая медотсеком. Мне срочно нужно поговорить в Земцовым! Это насчёт зараженных.

– Одну минуту! – женщина покинула рабочее место и отсутствовал несколько минут.

– Перевожу вас на Василия Вячеславовича. – улыбнулась она, когда вернулась.

– Спасибо, Ирина Леонидовна!!! – обрадовалась я.

– Я – Ирида! – поправила женщина.

– Ох, простите пожалуйста! Я думала у вас нос заложен! – закрыла лицо руками Ульяна Александровна.

– Ничего, я привыкла. – ответила женщина и переключила Ульяну на Земцова.

Разговор с Земцовы вышел кратким – он обрисовал ситуацию с эпидемией на станции и отдал распоряжение группе солдат проводить доктора в лабораторию, Ульяна же рассказала ему план Андрея о криоконсервации зараженных.

Не в силах больше удерживаться в чужом сознании, я вернулась "в себя".

Всё, что мне было нужно, я узнала, а теперь нужно отдохнуть. Но сначала в душ, потому что, как оказалось, я вымокла до нитки. Пот противными струйками стекал по спине и лбу, руки мелко тряслись, ноги почти не держали. Не замечала раньше, что эта связь так много сил из меня тянет.

На Луне нет воды, поэтому душ устроен иначе, чем на Земле. Я включила аэрозольный распылитель и с наслаждением подставила лицо прохладным каплям антисептика. Сначала я дико скучала по нормальному душу, но очень быстро привыкла. Зачем тревожить душу по тому, чего нет и не будет?

Сегодня антисептик с запахом розы. Вдыхая приятный, сладковатый аромат, я все больше расслаблялась. Настроение постепенно улучшалось. Противная дрожь прошла. Мы живы и это главное! Марку лучше, Сонечка крепнет. Вот, уже скоро Лёша вернётся со своей суперсекретной миссии и все будет хорошо. А с эпидемией справятся конечно! Главное не выходить из палаты, чтобы не заразиться.

Протяжно заурчал живот, возвещая о напрасно пропущенном завтраке и обеде. Да, вот это действительно проблема!

Приносить в палату еду не положено. Да и зачем, если общая столовая в двух шагах? Только вот на завтрак я не пошла, а на обед меня уже не пустили. Дело близится к вечеру и все сильнее голод напоминает о себе.

Выйдя из душа, я налила из питьевого дозатора себе стакан воды и залпом выпила. А теперь спать, пока желудок не понял, что его обманули.

Сон мягким одеялом нежно и очень настойчиво придавливал к подушке. Я уже начала видеть ещё не совсем сформировавшийся сон, как вдруг меня пронзило острое ощущение дежавю.

Ничего не понимая, я лежала на кушетке, уставившись в потолок, не двигаясь, чтобы не спугнуть ощущение, до того как я пойму, что это.

"Этого не может быть. Просто не может. Ведь уже все прошло. Просто в стрессовой ситуации, в одиночестве мозг немного сошёл с ума!" – твердила я себе, боясь подняться с кушетки.

Но нет. НЕТ! В этот раз я не отмахнусь и не буду медлить!

Резко поднявшись с кушетки, я схватила единственный стул в палате и изо всех сил швырнула его в стену. Стул покосило, но добиться того результата, которого я хотела, с первого раза не получилось. Тогда, я швырнула стул ещё раз и вуаля! Он развалился. Схватив две ножки в обе руки, я открыла дверь палаты и вышла в коридор.

В коридоре горел красный, аварийный свет и приятный голос настоятельно убеждал вернуться в палату, но я не вернусь. Не сейчас!!!

Мне даже не нужно было закрывать глаза и раскрывать сознание – я и так знала, куда мне идти.

Поворот, коридор, поворот, дверь, ведущая из интенсивной терапии.

С замирание сердца тяну ручку на себя. Как во сне открывается дверь и я вижу её…

Не веря своим глазам, делаю несколько шагов вперёд.

Это какой-то сон. Или очень реальная галлюцинация. Я протягиваю руку и касаюсь её. Словно в замедленной съёмке она поворачивается, её большие глаза смотрят снизу вверх на меня, а я медленно схожу с ума.

– МАМА?

Глава 7

Алексей.

Мы уже пару часов как покинули Мурманск. Похоже, что Вселенная, после медведя, решила нам дать передышку и мы никого не встречали. Мотор Колбаски размеренно гудел, усыпляя. Некоторые и правда по очереди дремали на своих местах, и я не был исключением. Сам не заметил, как провалился в сон. Как и в любую другую ночь мне снились не самые приятные сны. Проснулся от того, что машина дёрнулась и я с удивлением обнаружил, что мы стоим. Адреналин бурным потоком хлынул в кровь и в мгновение ока сна, как и не бывало.

– Почему остановились? – спросил напряжённым голосом, хватаясь за оружие.

– Всё! Приехали. Нужно заправиться! – ответил водитель.

– И где же мы посреди поля возьмём топливо? – ужаснулся я.

– А прицеп на что? – ухмыльнулся командир. – Или ты думал, мы его для красоты таскаем за собой? Там и топливо, и боеприпасы есть, и провизия. Только, чтобы заправиться и достать боеприпасы, нужно выйти наружу. Есть желание?

– Н-нет!

– А придётся!

Как представлю, что может ожидать нас там, так желудок сворачивается в тугой ком, заставляя согнуться пополам. Нет уж. Из Матиза я не выйду!

– Слушай мою команду! – начал раздавать указания Елисей. – Павел, Саид заправляют колбаску, если нужна будет помощь, сами возьмете человека из охраны. Только большие "дыры" в периметре не оставлять. Игнат в прицепе есть заряды для Плети?

– Собирались впопыхах. Может и закинули пару ящиков, а может и нет! – пожал плечами Игнат.

– Тогда вместе с Лёхой ищешь заряды и если они там есть, лезешь на крышу и заправляешь Плеть. Она нам, ой как, нужна! Он на стрёме, ты возишься со своей игрушкой. Дальше. Четыре человека на погрузку боеприпасов, остальным оружие держать наготове, головой крутим на 360 градусов. Медикам сидеть в кабине и готовиться к приёму пострадавших. Водитель сидит на жопе ровно и готовится стартануть в случае опасности. Как поняли?

Многоголосый хор стал подтверждением того, что всё поняли свои задачи.

– И захватите пару коробок с сухпайком. Пора бы подкрепиться.

Уж не знаю каким надо обладать железным желудком, чтобы в такой ситуации думать о еде. Лично мне ничего бы не полезло в рот.

– Командир… Елисей! – окликнул я его. – Может я не буду путаться под ногами и внутри посижу?

– Нам сейчас все глаза нужны! – покачал головой он. – На улице темно, почти ничего не видно, так что чем больше людей будет следить за периметром, тем лучше. Полезай на крышу и смотри оттуда. Во-первых сверху виднее, а во-вторых – там люк есть. В случае опасности предупредишь всех и через него в Колбаску запрыгнешь.

Делать нечего. Придётся идти. Долохов – командир экспедиции и для нашей же безопасности все должны исполнять его приказы без вопросов.

Дверь Колбаски открылась и я понял насколько удушливым был воздух внутри. Не удержавшись, несколько раз вдохнул полной грудью и только после этого надел панорамную маску, которая фильтрует воздух. Дышать в ней то ещё удовольствие, но здоровье дороже.

Как приказал Долохов, я сразу же полез на крышу Матиза и начал наблюдать. Люди внизу действовали слажено и быстро. Кто грузил ящики, кто заправлял машину, а кто-то, как и я, стоял в охране.

Ни разу за всю жизнь я не видел такой тёмной ночи. В городе светло даже ночью, а тут непроглядная тьма. Непроглядная для всех, кроме меня. Я давно уже смирился с тем, что переход до базы изменил нас. Дело времени, когда в детях проявятся эти изменения, а пока они могут жить спокойно. Моя способность видеть в кромешной тьме уже не раз сыграла мне на руку, вот и сейчас я сразу начал осматриваться.

Похоже, что мы остановились в каком-то заброшенном, полуразрушенном поселении. Вокруг были заросшие бурьяном и кустарником развалины, припорошенные снегом горы мусора, кое-где виднелись невысокие деревца и ни единой живой души, что очень радовало, поскольку кроме нас из живых тут могли быть только мутанты.

Пустынный вид успокоил натянутые до предела нервы и я поднял глаза в небо.

Впервые в жизни я видел столько звёзд! Казалось, протяни руку и ты до них достанешь, что я, не удержавшись, и сделал.

Вид чернильного неба с яркими, сверкающими созвездиями завораживал, заколдовывал, манил. Я стоял и смотрел в небо, не в силах отвести взгляд от бриллиантовой россыпи звезд, но вскоре я понял, что светопреставление только началось!

Звёздное небо неожиданно перечеркнула неоново-зелёная лента. Она начала изгибаться, вытягиваться, меняться. К зеленому свету добавились фиолетовые, красные и пурпурные цвета. И начался танец света.

Небо сияло, светилось и переливалось неоновыми красками, создавая восхитительно прекрасные и причудливые картины.

Я был настолько заворожён, загипнотизирован северным сиянием, что ничего не замечал вокруг. А зря. Ведь мы не на прогулку вышли.

Я настолько увлёкся небесным зрелищем, что не сразу понял кто и куда стреляет. Выстрелов становилось всё больше. Я пытался разглядеть противника, но вспышки выстрелов мешали.

Я увидел его в момент прыжка. Огромный, с длинной огненно-рыжей шерстью двумордый пёс летел прямо на меня. Казалось сам Цербер вышел из преисподней, чтобы наказать нарушителей его покоя.

Моей ошибкой было держать автомат дулом вниз. Конечно, заметив пса, я вскинул оружие, попытался прицелиться и даже сделал несколько выстрелов, но животное оказалось проворнее. Сбив меня с машины, огромная одичалая собака пыталась добраться до моего горла. От удара о землю у меня выбило весь воздух из лёгких, автомат отлетел в сторону и я, только и мог, что свернуться клубком и не дать этой твари загрызть меня. Собака хватала, рвала куртку, плотные штаны, дергала, но никак не могла добраться до тела.

Несколько выстрелов со стороны немного охладили пыл моего противника и дали мне спасительные мгновения, чтобы схватить автомат.

Сходу выдаю очередь и пёс меняет траекторию движения, пытаясь зайти с тыла. Я слежу за ним, стараясь не упускать из вида, а пёс будто и не собирается нападать. Смотрит в глаза и… Чего-то ждёт? Черт!

Обернувшись, я увидел, что от Матиза отделилась тройка собак и уже вплотную подошли ко мне, рыжий пёс просто отвлекал меня! Вот сейчас мне стало по-настоящему страшно! Стая медленно, но верно оттесняла меня от машины. Заметив, что я раскрыл их замысел, тройка сорвалась с места и накинулась на меня. Один из псов махнул пушистым хвостом и с него сорвалось с десяток длинных тонких игл, от которых я, к счастью, успел увернуться. Но не успел я порадоваться своей ловкости, как земля под ногами начала проседать и осыпаться, из-за чего я, не устояв на ногах, упал и провалился в полуразрушенный подвал ближайшего к нам здания.

Сквозь звон в ушах я услышал, как над головой завёлся двигатель Колбаски и вскоре стих вдалеке.

– Грррр. – послышалось где-то совсем рядом. – Гррррррр.

Твою ж… Неужели одна из этих тварей свалилась сюда со мной?

Бывшие друзья человека, теперь смотрели на нас со злобой и ненавистью.

До сих пор ни одним из учёных не было представлено ни одной даже теории о том, почему у животных включилась программа по уничтожению человека. Загадка на все времена. Узнаем ли мы когда-нибудь ответ на неё?

Но сейчас мне не до глобальных вопросов, потому что я разглядел своего противника – огромный рыжий пёс, вероятно, не захотел так просто расставаться с добычей и прыгнул следом за мной.

Две морды поочередно поворачивались в мою сторону и смотрели четырьмя парами глаз, две пасти истекали слюной. Мутация "дипрозоп" очень распространена среди мутантов. Одно тело, один мозг, две морды. Хотя конкретно у этой особи похоже есть что-то ещё. Мне удалось рассмотреть, что среди колтунов свалявшейся длинной шерсти на спине шевелятся дополнительные конечности. Странно. И опасно!

Сейчас пес перестал рычать и пытался обойти меня со спины, очевидно, полагая, что в темноте я его не увижу и он сможет застать меня врасплох.

Я осторожно, стараясь не провоцировать пса, осмотрелся вокруг.

Черт. Мы находились в небольшом помещении, выхода из которого я не видел. Наверх, по отвесной гладкой стене, не вскарабкаться. Автомат отлетел на пару метров в сторону – не самый лучший расклад для меня.

Остаётся только одно – продвигаться в сторону автомата.

Только сделал шаг и нервы пса не выдержали. Оскалившись в обе пасти, тварь прыгнула в мою сторону и сбила с ног. Я же постарался направить своё тело в сторону автомата, попутно отбиваясь от двух конкурирующих челюстей.

Схватил тварь за шею, отталкивая от себя и не давая перегрызть мне глотку, а второй рукой пытался достать автомат, который находился совсем близко.

Слюни собаки капали мне на лицо, благо панорамная маска защищала. Пёс лаял, рычал и рвался ко мне, и я с трудом удерживал его.

Дотянуться бы до автомата. Вот же он, совсем близко. Я касаюсь кончиками пальцев его ремешка.

Сконцентрировав всё своё внимание на том, чтобы дотянуться до оружия, я пропустил момент, когда пёс изменил свою тактику.

Он всё ещё пытался добраться до меня, но, одновременно с этим, поднимал вверх две дополнительные конечности. Выпустив острые когти, тварь атаковала в голову, но панорамная маска спасла меня, хоть и раскололась на части. Наконец, я смог ухватить автомат и несколько раз выстрелить твари в упор в живот. Пёс дёрнулся, заорал, отпрыгнул в сторону и попытался зализать свои раны, но я ему такой возможности не дал. Два выстрела в голову прекратили его мучения.

Тяжело осев на пол, я пытался отдышаться. От адреналина потряхивало руки и дрожали ноги. Так, сейчас немного отдышусь и попытаюсь нагнать своих.

Ещё немного, еще чуть-чуть. Несмотря на частое, глубокое дыхание мне не хватало воздуха. Перед глазами плыло и очень хотелось спать.

Я только на минуточку, совсем на чуть-чуть прикрою глаза…

Как и всегда, когда я засыпал, я видел один из своих кошмаров, которые я пережил наяву.

В этот раз я лежу в открытой медкапсуле, а передо мной человек в белом халате с планшетом в руках.

– Лаврентьевой Моники Алексеевны в нашей базе нет, но вы не отчаивайтесь! Возможно она прибыла без сознания и была сразу заморожена. Вот список неизвестных, которые были отправлены на криоконсервацию без подтверждения личности. Понимаете, там был такой хаос, а персонала не хватало…

– Да-да. Спасибо. Можно я побуду один? Хочу проверить ваши списки. – попросил я доктора.

Я пролистывал фото людей с неподтверждённой личностью до тех пор, пока список не закончился.

Нет, не может быть! Вероятно, я так торопился, что пролистнул Монику. Просто не заметил! Но Моники не было и во второй раз, и в третий, и в четвёртый…

Трясущимися руками я нажал кнопку вызова медсестры. Она появилась меньше, чем через минуту.

– Что-то случилось? – взволнованно спросила она. – Вам нехорошо?

– Нет-нет. Все в порядке. Вы, наверное, дали мне не полный список? Есть вторая часть? – голос предательски дрожал, но я старался выглядеть спокойным, чтобы меня опять не накачали седативным.

– Мне очень жаль, но это весь список! – тихо прошептала медсестра с опаской поглядывая на меня.

– Нет, не может быть. Это не весь список! Моники здесь нет! А значит должен быть другой список! – сам не заметил когда повысил голос и начал орать на неё. – Мне нужен другой список!

Медсестра выскочила в коридор и через пару секунд в палату забежал медбрат с инъектором и, не успел я и слова вымолвить, как он вколол мне успокоительное.

– Вы сейчас успокоитесь, а когда проснётесь мы вместе поищем вашу дочь в списках криоконсервированных. – тихим, успокаивающим голосом сказал он.

Но, когда я проснулся, в этих списках мы её не нашли. Зато нашли в другом списке. Более коротком. В списке погибших во время прорыва защитного контура реактора на базе.

Я не мог в это поверить, но все сходилось. Я смотрел на экран планшета, на котором было фото моей дочери, её параметры, все её особые приметы.

Фото с её медицинской карты теперь единственное, что у меня осталось от неё. Маленькое исхудавшее личико, закрытые глазки, длинные, растрёпанные, темно-каштановые волосы.

Я не уберег её и с этим мне жить теперь. Я виноват в её смерти.

Чудом не потерял Ксюшу и Марка, и малышку Софию.

– А ты, как я понимаю, сдался? – усмехнулся Кемаль

– Ты здесь откуда? – ошарашено смотрел я на друга. – Ты же погиб в поезде, в Питере?

– Я-то? Я-то погиб, да! – продолжал он смотреть на меня со смешинками в глазах. – А ты?

– Я? С чего бы я…

– А ты знаешь в чем опасность низин, подвалов и старых, полуразрушенных, подземных сооружений? – вкрадчиво шептал он, сменив тему. – В том, что там скапливается углекислый газ и другие ядовитые подземные газы. Спускаться в такие места очень опасно! Ты даже не поймёшь, что с тобой. Тебе просто захочется спать…

– К чему ты это рассказываешь?

– К тому, что ты уже почти труууууууууп! Ууууууууууууууууу! – заорал он.

Он орал так громко, что хотелось закрыть уши, но руки почему-то не слушались.

– Уууууууууууууууу… – продолжал выть Кемаль всё громче и громче. – Ууууууууууууууу…

– Хватит! ХВАТИТ! – закричал я и проснулся.

Дышать было тяжело, я весь взмок, несмотря на дикий холод. Всё тело трясло мелкой дрожью.

– Ууууууууууууууу. – раздался волчий вой над головой.

Замечательно. Мне вот прям собак не хватало, нужно чтобы еще и волки пришли!