Текст книги "Враг или Друг? (СИ)"

Автор книги: Ася Федотова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 11

ВЛАД

– Владик, родной, доброе утро – мама склоняется над моей щекой, заполняя пространство вокруг маслянисто-душным ароматом своих дорогущих восточных духов.

– Привет – чмокаю в ответ. – Ты сегодня рано.

Блин, аппетит совсем отпал. И зачем выливать на себя сразу пол флакона⁈ Даже во рту привкус горечи.

– У меня процедуры с утра – мама закидывает в блендер фрукты и включает на самый быстрый режим. – Хочешь омлет приготовлю, как ты любишь?

А вот это уже подозрительно.

– Нет, я уже опаздываю.

– Разве? – мама переливает свою мешанину в высокий стакан. – Ты же обычно позже выходишь.

– Дела.

– А мне уделишь пять минут? – присаживается напротив. Так и знал, что про омлет, мне не послышалось. С чего бы такая щедрость. – Сынок, нужна твоя помощь.

– И?

– В общем, помнишь отцовского друга с дочкой, что недавно гостили у нас?

Перемалываю сэндвич уже без особого удовольствия и делаю большой глоток какао.

– Ну, помню.

Видно, что маме и самой неудобно. Наверняка, батя попросил со мной перетереть пока на добровольной основе, а если уж я съеду с темы, будет разговаривать сам, только уже на принудительной.

– Беспалов приглашает нас на следующие выходные к себе в загородный дом. У него там целая резиденция с озерами… Отцу очень нужны его связи и протекция, понимаешь? Иначе московская контора может отобрать участок с яхт – клубом. Мы должны поехать.

– Так я не против, валите. В чем проблема то?

– В тебе, сынок – я аж чуть не поперхнулся. – Обязательное условие, чтобы мы взяли с собой тебя.

– Зачем? – кривлю губы в усмешке. – Он по мальчикам что ли?

– Фу, ты – отмахивается мама и даже расслабляется, улавливая, что я просто стебусь. Хотя всякое бывает. – Это его дочка попросила. Маша. Понимаешь, он души в ней не чает, Маша у него одна осталась. Жена во время второй беременности скончалась. Как девочка скажет, так тому и быть – мама напряженно царапает зубами нижнюю губу, пытаясь угадать мои эмоции. – Она тебе совсем ведь не понравилась, да?

– Я не буду к ней подкатывать – обрубаю сразу все надежды и отбрасываю недоеденный сэндвич на тарелку. Аппетит окончательно пропал.

Да, еще и время поджимает.

– Мы ничего такого и не просим – быстро тараторит мама. – Ты ведь у нас такой красивый мальчик. Умный, харизматичный. Вот у девочки голову то и вскружило. Просто погостишь с нами на выходных, проявишь вежливость и все.

– Думаешь, ей моя вежливость нужна?

– Владик – мама устало вздыхает, – у нас нет другого выхода.

– Так это же папин сослуживец, они же там братаются, типа, друг за друга. Че просто так помочь, не?

– Сынок, когда замешаны деньги, большие деньги, дружбе места не остается.

Это, конечно, полный попадос.

– Ладно, я подумаю – встаю со стула и закинув кружку в мойку подрываюсь на выход.

Время уже конкретно впритык.

Походу, Лиса рассказала своему верному дружочку, что я напросился пойти с ними, потому как этот кретин уже здесь, у ее подъезда, несмотря на то, что до урока еще полчаса.

– Преданный песик – иронично бросаю и усаживаюсь на лавку рядом с Берестовым.

Тот сделал мину, типа не обращает внимания на издевку, и продолжает пырить на Женщины окна с полным игнором в мою сторону.

Вытягиваю ноги и, спрятав руки в карманы дутика, запрокидываю голову к небу, наблюдая за быстрым движением темно – серых туч.

– Денцов, давай начистоту? Че тебе от нее надо?

О, проснулся.

– То же, что и тебе.

– Ты хочешь ее на один раз, а я насовсем. У нас разные цели.

Мне нравится его настрой. Так становится гораздо интересней. Адреналин – то, что нужно.

– С чего ты так решил?

Берестов хмыкает и отбрасывает ногой валяющийся рядом камень.

– Ну, камон, Денцов! Че то я не припомню, чтобы ты хоть с одной телкой дольше недели встречался. Ты же все равно ее бросишь, Женька тебе не нужна – вдруг выражение лица у Берестова меняется с отчаянного побитого фейса на оскал. – Хотя, знаешь, мне, может, это все и на руку. Она вся в слезах, несчастная, страдающая по такому мудаку, как ты. И тут я. Рядом буду я.

Смеюсь, не сдерживаясь. Вот наивный мудак.

– И что с того? Ты рядом с ней много лет, но дальше фрэндзоны пока не продвинулся, чмо убогое.

Дверь подъезда скрипнула.

Что-то в девчонке изменилось. Волосы, прежде схваченные резинкой в небрежный хвост или пучок, уложены локонами. Ресницы подкрашены. И это точно не для Берестова. Мой рот непроизвольно растягивается в хищной улыбке, что, конечно, замечает Ромео, отчего ноздри у него раздуваются, как у быка.

– Привет – девчонка обращается сразу к нам обоим.

Мы одновременно поднимаемся с лавки. Только вот я не спешу, а Берестов уже чмокает ту в щеку, пока Лиса напряженно всматривается в мое лицо. Ищет, разглядывает, пытается угадать, ревную я или нет.

Решаю подыграть. Потешить самолюбие девчонки. Напряженно сжимаю челюсти, поигрывая желваками. Откидываю пятерней назад волосы и в одно мгновение сокращаю расстояние, по пути быднув плечом Берестова. Сжимаю в своей ладони хрупкие пальчики.

– Привет.

Ее щечки мило покрываются румянцем, а глаза увлажняются.

Непроизвольно опускаю взгляд на пухлые губки. Яркие, немного обветренные. Без липкого блеска и помады с противным привкусом химозы.

Лиса приоткрывает их и равно выдыхает.

Меня так и тянет коснуться. Плевать на этого недоумка, на соседей, на Жениного отца. Да, и вообще на всех вокруг. У меня внутри колошматит с такой силой, что даже в ушах звенит. Медленно сокращаю расстояние, но в последний миг получаю толчок в спину.

– Пойдем уже, опоздаем – чуть слюной от злости не брызжет.

Лиса моментально дергается в сторону и краснеет пуще прежнего, а я даже не думаю подавить довольную победную лыбу.

По пути дружок – Ромео просто не затыкается. Ни на минуту. Старается изо всех сил перетянуть внимание на себя.

Но хрен вам.

Лиса рассеянно отвечает, иногда вообще не в тему, потому что весь путь до самого школьного крыльца наши руки скреплены, а пальцы переплетены между собой. Тесно и жарко.

Как только заходим с главный вестибюль, заполненный сонными школьниками, Лиса заметно напрягается, сжимая мою ладонь сильнее.

Глаза на пол лица, а внутри плещется страх. Напуганный лисенок. Ничего милее я еще не видел.

– Чего трясешься? Ты же со мной – шепчу, склоняясь над ухом.

– Поэтому и трясусь – Лиса робко улыбается в ответ, бегло оглядываясь по сторонам. – Все пялятся.

– Да, срать на всех – на ходу чмокаю в щеку.

Лисовская мгновенно прикладывает свободную ладонь к месту поцелуя и хлопает на меня ресницами.

Я же пожимаю плечами, типа, не при делах, и утягиваю девчонку в сторону раздевалок.

– Здаров – сбоку выруливает Войцех.

– Привет – похлопываю друга по плечу.

Лиса пользуется моментом и ныряет дальше по проходу в сторону нужной секции.

– Че, на мази у тебя? – Диныч продвигается ближе и понижает голос.

Киваю в ответ, не сводя взгляда с девчонки. Лиса нервничает вовсю. Вешает куртку, но не зацепляет крючком, отчего та валится на пыльный пол. Лисовская чертыхается и вешает снова. Рядом с ней пристраивается ее верный Ромео. Бурчит чего-то прямо девчонке в ухо, отчего Лиса заметно напрягается, мельком глянув в нашу с Динычем сторону.

– Не заиграйся только.

– Не заиграюсь.

Берестов поднимает руку и открытой ладонью прижимает к пояснице Лисовской. Один взгляд, и у меня взрыв внутри. Едкая, жгучая лава по венам.

– Дин, потом – закидываю рюкзак за спину и направляюсь в сторону сладкой парочки.

– Походу ты уже – вздыхает за моей спиной Войцех.

Но у меня нет ни времени, ни желания его переубеждать. Я забираю свое.

– Берестов, ты иди, я Женю сам до кабинета провожу.

Девчонка передергивает плечами. Ее эмоции, пусть и спрятанные подальше, говорят за себя: Лисе не нравится его рука на своей спине.

– Она сама решит, не ты – с противной ухмылкой заявляет этот гондон.

И Лисовская меня не подводит. Кусает яркую губку, сверкает глазами, теребит прядь волос у лица, нервно заправляя ее за ухо.

Ей неудобно и даже стыдно перед дружком, но очень хочется.

Хочется. Меня. Со мной.

– Ром, я приду – Лисовская мягко обращается к другу, будто успокаивает.

– Ну, ты и дура – после заминки, будто не веря в происходящее, фыркает в ответ Берестов и размашистыми шагами покидает раздевалку.

Глава 12

ЖЕНЯ

Поля Маркова лупится на меня во все глаза.

– Это не прикол что ли?

Я отворачиваюсь к окну. Мы заперлись в туалете на четвертом, что временно закрыт на ремонт.

– Блин, ну, почему сразу прикол? – возмущается Леська. – Женя у нас уродка? Или дебилка тупая? Почему прикол? Или мы – уродки?

– А причем здесь мы? – не врубается Маркова.

– А притом! – чуть не визжит Леся. – Чем мы хуже этих дур, что тусят с ними?

Оглядываюсь на подруг, спорящих перед зеркалом, расположенным над вереницей раковин.

Маркова возводит глаза к потолку.

– Они из одного круга, Лесь – объясняет, будто пятилетнему ребенку. – Это и идиоту понятно. А мы для них просто развлечение на ночь, на неделю максимум. Поэтому я и в шоке.

– Почему ты в шоке? – переспрашиваю подругу, это ведь камень в мой огород прямой наводкой.

– Потому что думала, ты умнее, Жень. Как ты вообще поддалась? Денцов же подонок. Настоящий подонок.

– А, может, это стереотипы в нашей голове? Если богатый, значит, непременно, подонок – смею возразить подруге.

– Жень, ты издеваешься? – Маркова с отвращением кривит губы. – Он срывает уроки, изводит учителей, издевается над бедным Чириковым. Избил Ромку… Тебе мало?

– Мне много – взрываюсь с отчаянием в ответ и закрываю лицо ладонями, отворачиваясь от девчонок к окну. Потому что стыдно. – Но я ничего не могу с собой поделать. Влад, как будто, околдовал меня. Я не могу не думать о нем. Если бы он к тебе так подкатывал…

– Я бы сразу его отшила – резво перебивает Маркова без тени сомнения в голосе. – И не купилась на дешевый шантаж. А вот ты… Короче, как хочешь. Только потом не ной.

Дверь со скрипящим звоном хлопает и распахивается обратно.

– Не обращай внимания – подходит Леся и проводит рукой вдоль моей спины. – Ты же знаешь, как она к Берестову относится, поэтому и ненавидит твоего Денцова. За то, что навалял Ромке по первое число. И вообще, пошли на урок, а то Пална взбесится, если опоздаем.

После литературы меня перехватывает Влад. Словно ему мало, как класс отреагировал, когда Денцов еще утром перед началом уроков проводил меня до кабинета. Как коснулся губами щеки у всех на глазах. Как напоследок обжег взглядом и развязной ухмылкой.

Как сделал мишенью.

Но самое страшное – мне даже не хочется сопротивляться.

Приворожена. Одурманена.

Сердце штормит рядом с ним, а тело дрожит, в нетерпении ожидая прикосновений. Желательно кожа к коже, но об этом пока и мечтать стыдно.

Денцов привлекает к себе за талию, проводит губами по лбу. Мои рецепторы сходят с ума от его запаха. Глаза напротив изгиба шеи. Там, где маленькая родинка. Он точно хищник, опутывает своими сетями, а я покорно и абсолютно добровольно разрешаю усадить себя в ловушку. Страшно, но хочется. Так сильно хочется.

– Что после уроков делать будешь? – и голос такой хрипловато – мурчащий.

– Не знаю, как обычно. Пойду домой, а вечером на плавание.

– Пригласишь в гости?

– Нет, нельзя. Да, и папа дома – вру в ответ.

– Он у тебя еще с утра на новом объекте. Неделю там будет, я знаю, не ври мне, Лисенок.

– Откуда? – поднимаю глаза и тону в этой абсолютно черной радужке.

– Связи… Так какой ответ?

– И что мы будем делать? У меня?

Губы парня расплываются в победной улыбке. Как будто смирился с проигрышем, и вдруг удача. Как будто он вообще хоть раз проигрывал.

– А что ты обычно делаешь дома? Просто проведем время вместе. Сделаем уроки, накормишь меня. Хочу узнать тебя. Как ты живешь, чем ты живешь. Доверься мне, я не обману.

Это должно было стать самой большой моей ошибкой. И стало.

Но в итоге я соглашаюсь. И после уроков мы идем ко мне. Игнорируя недовольный взгляд Марковой, растерянный Азаровой и пышащий злостью Берестова.

Я отключаю звук на телефоне, потому что то и дело поступают сообщения. К вечеру из них длиннющую поэму можно будет сложить. Но сейчас мне не до них.

Мы идем ко мне. Вместе. За руку. Точно пара. И все смотрят. Я никогда не получала к своей скромной персоне столько внимания, как в эти минуты. Когда Денцов рядом со мной. Когда держит за руку. Крепко и уверенно.

Мы встречаемся или как? Столько вопросов крутится в голове, пока Влад по дороге рассказывает шутливые истории. Но я никак не могу расслабиться, будто все тело обвито оголенными проводами, готовыми пустить ток в любой момент.

И вообще на самом ли деле я хочу с ним официально встречаться? От одной только мысли мурашки по спине бегут. Томные такие мурашки.

Дома мне ужасно неловко. Влад совершенно не вписывается в простую, устаревшую обстановку. Он такой высокий и широкоплечий, отчего прихожая кажется совсем узкой и крохотной. Его дорогущие кроссовки ослепительно белым пятном выделяются на подставке среди остальной обуви. Его куртка на вешалке от известного молодежного бренда так и кричит о своем превосходстве рядом с отцовской потрепанной кожанкой, моим плащом по соседству и не по сезону легкой ветровкой.

Но Влад, кажется, решил меня полностью добить. Перед зеркалом Денцов ерошит свои блестящие и прямые волосы, после чего те распадаются по обе стороны от лица, касаясь скул. А потом ухватывается за широкую горловину белого свитера с черными кляксами и стаскивает его через спину, оставаясь в тонкой белой футболке, не скрывающей мелких черных бабочек, украшающих предплечье парня.

Мы вместе моем руки в ванной. Влад шутливо брызгает мне в лицо водой, отчего я взвизгиваю и, проморгавшись, даю сдачи.

Все смахивает на какой-то сюр. Или сон. Или параллельную реальность.

Потом он сидит на моей миниатюрной кухне, вытянув свои длинные ноги и лениво перелистывая страницы фантастической повести, которую я забыла на подоконнике.

А у меня от нервов подгорают котлеты.

Влад сам предлагает помочь с салатом, возвращая книгу на место.

Выделяю ему самый лучший нож и достаю новую, еще не использованную доску.

Денцов ловко нарезает огурцы и зелень, будто делает это каждый день.

И приметив удивление на моем лице вызывающе выгибает тонкую бровь.

– Что, думала я никогда нож в руках не держал?

– Ну, вообще то да – соглашаюсь и чувствую, как пылают щеки.

– Глеб, мой старший брат, любит готовить. И когда еще жил с нами часто запрягал меня помогать. Я скучаю по таким моментам, поэтому иногда кашеварю дома сам.

Смотрю, с каким аппетитом Денцов поедает мои подгоревшие котлеты и плавлюсь от умиления.

А потом Влад плюхается на мою кровать прислоняясь плечами и затылком к стене. Похож на сытого домашнего котяру. По сторонам смотрит, оглядывается, пока я стою возле шкафа, не зная куда себя деть в своей же комнате.

– У тебя уютно. Я бы хотел жить в такой комнате.

Его правая рука лежит на животе. Влад выстукивает кончиками пальцев неизвестный ритм по своему прессу и держит меня на крючке взглядом. Не отпускает.

– Да, конечно – фыркаю в ответ, пытаясь ослабить натянутую, как тетива, тишину. – У тебя, наверное, хоромы.

– Скорее безликая конура – совсем невесело хмыкает Денцов.

– Влад – отступаю к двери, за секунду предугадав по сменившему выражению лица парня его дальнейшие действия.

Сквозь плавящую мозг дымку и колотящееся в груди сердце наблюдаю, как Денцов подбирается ко мне все ближе, пока не припечатывает своим телом.

– Ты же тоже это чувствуешь – Влад склоняется к моему плечу, напряженно дышит, обжигает кожу. Плавит и плавит. Размазывает. – Только не ври мне, Женька. Пожалуйста. Никогда не ври. Ты даже не представляешь, как часто мне врут, прикидываются, юлят. Так тошно от них всех.

Чувствую, но отчего же так невыносимо стыдно об этом сказать. Будто обнажая перед ним душу, себя же и предам. Свои принципы, своих друзей.

– Я не могу – давлюсь поступающими слезами и запрокидываю голову к потолку, жмурясь изо всех сил.

– Можешь, девочка моя, можешь. И хочешь. Просто отпусти себя и пошли всех к черту – Денцов ведет губами по изгибу шеи, подбирается к скуле и скользит дыханием за ухом. – Между нами нечто большее, чем на один раз. Меня так дико ломает, когда я не вижу тебя, Лиса.

Его губы уже близко. Уже рядом с моими. Он мажет по ним, едва задевая. Внутри такой апокалипсис, что даже кажется, будто я могу свалиться в обморок от неведанной ранее неги, расползающейся по мышцам, по нервным окончаниям.

Влад проводит языком по моей нижней губе, точно просит открыться, позволить.

И я сдаюсь. Позволяю.

Денцов целует меня. Нежно. Сладко. С привкусом мяты и земляники. Его руки на моей пояснице и шее.

Я прижата к его телу, точно клеем приклеена. Ни сантиметра между нами. И ни единого шанса на отступление.

Глава 13

ВЛАД

Лиса совершенно не умела целоваться, но ее губы сводили с ума. Ее дрожь, сбитое дыхание, теплые глаза с поволокой… Короче, я еле держал себя в руках, чтобы не наброситься на такую невинную пташку. На полном серьезе, мне пришлось контролировать каждое свое действие, иначе сорвался бы.

Мы сосались практически не отрываясь друг от друга, как будто, наконец, до сладкого дорвались. Я целовал ее, пока Лиса пыталась делать домашку, пока готовила на кухне перекус, пока сидела между моих ног, облокотившись на грудь спиной и выбирала на ноуте фильм для просмотра.

На экране какой-то чел пытался поймать маньяка, похитившего его сестру, Женька делала вид, что следит за сюжетом, а я млел, как сытый кот. Хотел только сосаться и обжиматься. Тискать ее везде, такую мягкую и теплую.

Под звуки перестрелки вспоминал Лисовскую на днюхе Азаровой. Женя была в купальнике. Вспоминал охрененно соблазнительную тонкую талию, впалый живот, разлет ключиц, небольшую упругую грудь, обтянутую мокрыми, ничего не скрывающими треугольниками. И вот это все сейчас находилось в моих руках.

Да, мне понадобилось дохрена сил, чтобы сдержать накатывающее волнами возбуждение и прекратить представлять ее голой подо мной.

– Влад, мне в ФОК собираться пора.

– Я провожу – шепчу под финальные титры, прижимаясь лицом к теплой коже в изгибе шеи, а руками еще крепче перехватывая вокруг тонкой талии. – А потом встречу и еще раз провожу.

Не хочу отпускать, так бы и валялся на ее кровати, прижимая девчонку к себе. Мне было уютно и тепло. Балдежно, как ни с одной до нее.

Лиска оглядывается, распухшие зацелованные яркие губы сразу же привлекают мое внимание, и я плыву, как наркоман.

– Ночевать не пущу – хмурится.

Бровки на переносице сводит.

– Я и не просился – трусь своим носом о ее. – Просто провожу, чтобы не пристал никто.

Лиска смутившись буркнула: «Хорошо», и выперла меня из комнаты под предлогом переодеться прежде, чем на щеках проступил с ума сводящий румянец.

Погода на улице становилась уже совсем осеняя, промозглая, сырая, а у меня внутри жарко. Потому что миниатюрная ладошка покоилась в моей руке. Потому что мне доверили нести спортивную сумку.

– Почему плавание? – спрашиваю по пути в ФОК и совсем не хочу услышать в ответ, что все из-за Берестова.

Ведь тот – пловец, разрядник, победитель каких-то там соревнований.

– Спина. У меня сколиоз с детства. Хирург из поликлиники посоветовала папе отдать на плавание. Глядя на меня и Ромка тоже пошел. Только вот я так, для здоровья. А ему прочат дорогу в профессиональный спорт.

Стараюсь не выдать кислую мину при упоминании бесячего имени, но по нервам ощутимо дергает. Значит у пацана совсем все плохо, раз с самого детства такая запара.

Пока Лиса на тренировке я подсчитав время успеваю метнуться в центр, где находится более-менее сносный цветочный ларек, и выбрать букет из кустовой розы. Продавщица впарила, типа, они стоят дольше обычных. И возвращаюсь обратно.

Лиса стопорится на крыльце ФОКа, сжимая в руке лямки спортивной сумки. Девчонки с которыми она выходила из здания центра, косятся на нас, разинув намалеванные рты.

Типа, не верят, что я с ней.

Если честно, я и сам не верю.

Взбираюсь по ступеням, перехватываю сумку из ослабшей руки, закидываю себе на плечо и вручаю свой веник.

– Зачем? – Женя хлопает на меня ресницами, терзая нижнюю губу острыми зубками, но цветы забирает.

Нюхает, прикрывая глаза. По лицу видно, что понравились. Ей приятно, но отчего то стыдно.

Накидываю на еще влажные непросушенные до конца волосы капюшон толстовки и почти целомудренно чмокаю в губы, чтобы не смутить Лису.

– Захотел своей девушке подарить цветы – шепчу в пылающее ушко.

Своей девушке.

Вырвалось как-то само. Даже обмозговать не успел, надо ли мне все это. Хочу ли?

Лису я точно хочу. До сраных звездочек. Но вот в качестве кого?

Сначала она меня круто так зацепила. Потом дико выбесила дебильной игрой в недотрогу. Особенно, когда пожаловалась своему Ромео. Выставила совсем уж монстром, несмотря на мои попытки все исправить. Я разозлился. Решил склеить, трахнуть и бросить. Да, так бросить, чтобы школа была в курсе.

Думал, Лиса будет долго держать оборону, подстегивая мои инстинкты. Но крепость пала довольно скоро и без особых усилий.

Я разочаровался и решил все же следовать намеченному плану.

Но во время нашего первого настоящего свидания на конюшне понял, что в Женькином лице Соню мне не найти.

Лиса – не Соня. Не миф. Не болезненное «это невозможно».

Лиса – это реальность. Лиса – это сильнее. На максималках. С мурашками по коже и липким страхом.

Сегодня же, находясь в ее комнате, осознал, что увяз по самое не хочу. Еще никогда так близко рядом со мной не было такой, как она.

Были другие.

«Волосы не трогай, зря я что ли с Дайсоном пол утра возилась!»

'Только не в губы, помаду размажешь."

«Не хочу к тебе, поехали лучше в кафе»

«Ну, Владик, купи мне на вон ту кофточку, плиз»

«Не поеду к лошадям, они воняют. Фу!»

Вот такие были. И о существовании других я даже не задумывался, потому что другие в нашей тусовке не водились.

– Я не твоя девушка – дышит мне в оголенную шею, потому что дутик так и остался расстегнутым после забега до цветочного и обратно.

Левые девчонки, что вышли вместе с Лисой, ретируются в сторону выхода с территории ФОКа, буркнув напоследок: «Пока».

Остаемся вдвоем. В черноте осеннего промозглого вечера. Под завывание ветра и скрип прикрепленных к колоннам светильников.

– Ты же понимаешь, что я тебя не отпущу?

Лиса нервно сглатывает. Букет зажатый между нами колет кожу под свитером крупной вязки, когда девчонка вжимается в меня еще сильнее.

– И в качестве кого ты хочешь, чтобы я осталась?

Ведь все понимает. Тянет из меня те самые слова, что даются с трудом, потому что впервые.

Девчонок у меня было много, но одной, той самой, постоянной никогда.

Я и не ставил себе такой цели – затянуть на шее удавку в виде постоянных отношений в свои то семнадцать. Но Лиса просто так не останется.

– А в качестве кого ты сегодня пустила меня к себе домой? В качестве кого разрешила себя целовать? – поддеваю в ответ.

И по потемневшим в мгновение ока зрачкам понимаю, что ляпнул зря.

– Да, пошел ты – Лиса поддает скорости и слетает со ступеней далеко не горной ланью.

Даже про сумку в моих руках забывает, а может специально оставляет, чтобы побежал, догнал, успокоил.

И я поддаюсь. Срываюсь вслед за ней. Нагоняю и свободной рукой перехватываю вдоль талии, дергая на себя, прижимая спиной к своей груди.

– Ты не ответила – дышу часто. Тоже, блин, нервничаю.

– И ты не ответил – скулит в ответ.

А в глазах страх и ожидание.

– Мы встречаемся, так тебе понятней? – решаю за двоих, хотя и так понятно, что брыкаться Лиса не будет.

Поздно. Проиграла уже

– Иди сюда – разворачиваю Женю в кольце своих рук, чтобы видеть лицо, пылающие щеки, пухлые губы и взгляд. Растерянный, обиженный, удивленный и счастливый одновременно.

Меня клинит на ней. С нетерпеливым рыком я сминаю холодные губы.

И может это мой шанс попробовать по-настоящему вот именно с такой девчонкой, где можно хотя бы попытаться показать себя настоящего, а там уж как примет.

И может даже не стану Лисовской мстить. Забью на план.

Правда для этого, я должен, как минимум, втрескаться по полной. Только вот любить я, кажется, не умею.