Текст книги "Жатва (СИ)"

Автор книги: Арвин Альхаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава XI

Мы медленно плелись по городу, объезжая препятствия. Толчки периодически то затихали, то усиливались. Они ощущались и во время движения машины. Лопался асфальт. Здания рушились, как картонные, а некоторые уходили под землю. Водитель маневрировал, объезжая поваленные деревья, столбы электропередач и провалы. Люди толпились на открытых площадях, подальше от домов. Мы стали свидетелями, как после очередного сильного толчка образовалась воронка, а земля поглотила всех, кто был на площади.

Веру разместили на заднем ряду кресел и зафиксировали, обложив мягкими подушками, чтобы она не повредилась при тряске (послеродовые швы были еще свежи). Я держал младенцев в руках, они мирно спали и причмокивали во сне. В машине все было относительно спокойно, а снаружи царил хаос.

Проезжая очередную улицу, из окна машины я заприметил двух малышей, которые одиноко стояли у груды бетона, видимо раньше бывшего домом. Поравнявшись с ними, я скомандовал остановиться. Выскочил из машины, и быстрым шагом приблизился к ним. Мальчик и девочка, на вид 8 и 5 лет. Девочка плакала и прижималась к брату, а мальчик то и дело утирал грязным рукавом мокрые глаза, но сдерживался.

– Почему вы здесь одни? Где ваши родители?

– Бабушка… Она была дома. Мы с Катей играли на площадке в это время. Хулиганы отобрали у нее куклу, и мы вместе пошли ее возвращать, а когда вернулись, от дома уже ничего не осталось. Кроме бабушки у нас больше никого нет. Дяденька, помогите нам ее спасти!

Я посмотрел на развалины дома. Гора бетона и стекла. Ни намека на то, что под завалами остался кто-то живой. В этот момент новый сильный толчок едва не сбил нас с ног. На наших глазах руины дома начали медленно уходить под землю. Мы оказались на краю этой воронки. Я схватил детей и утащил их в строну от образовавшейся пропасти. Проклятые власти! Затеяли стройку метро в городе и не довели дело до конца. Воры и коррупционеры! Даже не удосужились завалить пустоты техническим песком. Сейчас город буквально уходил под землю.

По лицам детей было ясно: они все поняли, бабушку им уже не спасти. Катя прижалась к брату еще сильнее и заревела.

– Пойдемте со мной. Я отвезу вас в безопасное место. Как тебя зовут? – указал пальцем на паренька.

– Максим.

Что-то кольнуло в груди, когда он сказал свое имя. Мне он напомнил брата. Нет, не внешне. Такой же обиженный волчок с недоверчивым взглядом, готовый сжать свои маленькие кулачки для защиты.

– Давайте, давайте быстрее!

Максим подхватил свою сестру на руки, мы запрыгнули в машину и поехали дальше. Сотовая связь едва работала. По спутниковому телефону дозвонились до Алексея, описали ему наш маршрут и дали свою геолокацию. Мне нужно было поскорее доставить Веру и малышей домой. По воздуху это будет быстрее и безопасней.

Минут через сорок первым рейсом Алексей забрал Веру и малышей. С ним удалось усадить и Катю с Максимом. Вторым рейсом полетел уже я с парой бойцов. Попросил Алексея покружить над городом, чтобы оценить масштабы разрушения. Город был практически уничтожен. Количество жертв невозможно было представить. Мог ли я предотвратить все это? Скорее всего нет. Правительство я предупредил, но никто не подготовил граждан. Да и «Жатва» должна была начаться не сегодня. Чертов Граннос!

Зазвонил телефон и я услышал голос Гатчинова.

– Василий Иванович, здравствуй!

– Саша, что творится? Ты же сказал, что это произойдет только через три года.

– Я и сам не понимаю. Землетрясение нас застало в роддоме. Для меня это тоже стало неожиданностью.

Гатчинов выругался.

– Так что, Иваныч, готовься, и да поможет нам Бог!

– Подожди, не отключайся. Есть еще кое-что важное, чего не было в книге. Материки сближаются. Аналитики сообщают, что траектория их движения – это возврат к единому целому материку. На Земле снова появится Пангея и один Великий океан.

Не скажу, что я был впечатлен, но новость не вызывала радости, я понимал, какие последствия нас ждут после таких сдвигов.

– Спутники передают, что прибрежные города Западной Европы и Западной Африки накрыли цунами высотой от пятидесяти до ста двадцати метров. То же самое и с Восточным побережьем Американских континентов. Гренландия чувствует себя более уверенно в этой мясорубке, а вот Британии и Японии больше нет, а так же и других островных государств. Проснулись Вулканы.

– Какие прогнозы по Сибири?

Меня это волновало сейчас больше остального.

– От Урала и до Забайкалья будет относительно спокойно. Я сам сейчас нахожусь с семьей в бункере недалеко от Первоуральска.

После некоторой паузы добавил.

– Саш, береги себя! Даст Бог, еще свидимся.

– Вась, да не гони ты лошадей! Ты же сам все знаешь не хуже меня. Это будет длиться двое-трое суток. Бункер надежный?

– Ага. Еще при Советах строили.

– И я о том же. Нормально все будет. Ты мне лучше скажи, где мне теперь бункер искать? Я-то свой построить не успел.

Гатчинов взял небольшую паузу, видимо, задумавшись.

– Наберу тебя через полчаса. Сейчас дам команду, будут искать для тебя убежище. Пожелания какие-нибудь будут?

– Вась, ты смеешься? Мне просто нужно укрыться и с собой прихватить еще десяток тысяч человек.

– А нахрена тебе столько? Задача не из простых. Ладно, жди от меня звонка. На связи!

И бросил трубку. Мы как раз подлетали к усадьбе. Не сказать, что последствия землетрясения нас не коснулись, они были, но не такие разрушительные, как в городе. Все-таки дома из бруса оказались более приспособлены к таким катаклизмам.

Здесь нас уже ждали. Сельские жители стояли около поместья и чего-то требовали или просили. Из-за крика толпы невозможно было разобрать, чего они хотят. Я поднял руку, призывая к тишине. Когда гомон несколько умолк, я начал говорить:

– Потрудитесь мне объяснить, что здесь происходит? Зачем вы оккупировали усадьбу?

Вышел старый дедок с седой бородкой. Я его узнал. Это был хороший приятель нашего завхоза. Саныч пару раз просил за него, чтобы я дал ему работу. Говорил, что дед Иван бойкий старик и служит для местных авторитетом. Но куда его пристроить я не знал.

– Александр Романович, вы уж простите нас. Мы с благими намерениями к вам пришли. Люди поговаривают, что будет конец света, и вы к этому уже давно готовитесь. Что-то знаете, о чем не знаем мы. Да и ваша животинка тому подтверждение (указал рукой на Нагера). Поначалу я думал, что это враки все, но нас никогда так сильно не трусило. Земля так и ходит ходуном. Животные мечутся в загонах и ревут. Пристройте нас к себе. У нас все мужики рукастые. Что-то построить, коня подковать, кузнец есть, да и ремесленников много. А бабы будут дела домашние вести да за животиной приглядывать.

Я оборвал его, а то этот длинный спич мог затянуться.

– Кажется, Иван Юрьевич? Верно?

– Да, правильно, – кажется, дед не ожидал, что я знаю его имя.

– Буду краток. Да, это конец света.

Вокруг повисла гнетущая тишина.

– А еще я к нему готовился, но не успел. Сейчас решаю, что мне делать и как быть в текущих реалиях. Вас я под свое крыло взять не могу, потому что… Вы сами поняли почему. Не готов я к этому прямо сейчас.

Не сказать, что мне было по душе это говорить, но я действительно не понимал, как могу помочь этим людям. Нашу беседу прервал звонок от Гатчинова. Новости были неутешительные: ближайший заброшенный военный бункер был в Ужуре. Общая площадь чуть больше двух тысяч квадратных метров и вместить в него даже половину своих людей я не мог. Находился он за двести километров от нас.

В голове хаотично перерабатывалась информация. Мы не успевали нигде. Оптимальным вариантом было спрятаться в своем личном бункере под усадьбой и переждать все это, но я так не мог поступить с людьми, которые доверились и пошли вслед за мной.

Селяне так же молча стояли вокруг меня и ждали решения. Они слышали разговор с Гатчиновым и, по-видимому, в них теплилась надежда.

Я окинул толпу взглядом и вздохнул. Ну зачем мне все это? Наверное, сыграли какие-то родительские чувства, потому что в толпе мелькала ребятня, и мне было жутко от мысли, что дети могут пострадать.

– Иван Юрьевич, вы говорите за всех?

– За всех.

– Готов беспрекословно выполнять мои приказы? Все готовы?

По рядам пронесся одобрительный гул.

– Наказанием за невыполнение приказов будет смерть или изгнание, что является равносильным.

– Будет «Жатва». Не все смогут ее пережить. Через несколько дней некоторые из вас, мягко говоря, изменятся и будут представлять угрозу уже для нас самих. Это ясно?

– Ясно. А как мы узнаем, кто из нас изменится?

– Способ есть. Через час жду у себя, и обсудим все более детально. Володя, пропустишь Ивана ко мне, как он подойдет.

А я проследовал к своей героине. Вера выглядела уже чуть лучше. Екатерина Петровна сейчас кормила ее, а Юлька нянчилась с младенцами. Сел напротив осунувшейся и изможденной Веры, взял ее за руки.

– Солнце, ты как? Мне снова нужна твоя помощь. Ты в состоянии просканировать еще людей?

Вера чуть заметно улыбнулась.

– Конечно, милый. Скольких нужно проверить?

– Около семи сотен.

Вмешалась тетушка:

– Саша, но она не в состоянии. Да вы сами на нее посмотрите. Она только родила, едва стоит на ногах, шатается от ветра. А вы все никак не уйметесь? Вы хоть сказали ей «спасибо», за таких прекрасных малышей?

Действительно, а я ведь даже не сказал, не до того было. Опустил глаза в пол.

– Тетушка, полно вам. Саша и не успел бы это сказать. Вы бы знали, из какого пекла мы выбирались. Конечно, дорогой, веди их.

Я нежно поцеловал ее руку, а затем малышей.

– Спите крепко, мои хорошие. Папа со всем справится.

В кабинете меня уже ожидали нужные мне люди: Макс, Карина, Анисим, Алексей, Владимир, Сан Саныч и дед Иван. Все были напряжены, и никто не решался начать разговор первым. Макс разливал виски, и это было чертовски к месту. Нас все так же потрясывало, но уже с меньшей интенсивностью. Я начал говорить:

– Никто не ждал этого события прямо сейчас, но факт остается фактом: «Жатва» началась. Затея с городом провалилась, поэтому остается два варианта: либо, создаем форт для защиты от врагов в селе, либо, вокруг поместья. Первый вариант достаточно уязвим: вокруг села нет ни леса, ни речушки, только чистое поле.

Ненадолго остановился, отпивая из бокала и оглядывая присутствующих. Все внимательно слушали. Дед Иван открывал рот, намереваясь что-то сказать, и не решался.

– Рядом с поместьем протекает река и растет густой лес. Открытый участок – это около шестидесяти процентов. Сроки поджимают, у нас есть максимум пять дней, прежде чем форт должен быть полностью готов. Анисим, что делать с твоими рабочими ты уже придумал? Не оставлять же эту ораву в полном составе? Мы просто не сможем их вместить.

– Саш, я думаю, нам нужно оставить их всех.

Я чуть не поперхнулся от его слов.

– Ты не слышал? Места просто всем не хватит!

– Я не могу их бросить. У меня есть план. Вначале я проведу собрание, на котором все расскажу. Какая-то часть отсеется сама по себе, часть отсеет Вера. Сейчас у меня в подчинении три тысячи семьсот двадцать человек. Я не могу их бросить. Вот тебе люди доверяют? Так же и мне. Не по-товарищески это, бросать своих, тебе ли этого не знать?

Почему-то перед глазами пронеслись картинки, как я вытаскивал Анисима под перекрестным огнем противника. Анисим просил бросить его и спасаться самому, но я конечно же не оставил его. Наверное, он прав!

– Хорошо, я тебя понял. Но с Верой ты будь бережнее, знаешь ведь, в каком она сейчас состоянии. Попроси ее об этом дня через два-три. Думаю, она поможет. А как ты будешь…

Анисим оборвал меня на полуслове.

– Саш, дальше не твоя забота. Я со всем разберусь. У меня тоже много дел, я вас покину сейчас. Мне нужно забрать свою родню. И еще… У меня есть достаточное количество жилых вагонов. Мои люди займутся транспортировкой прямо сейчас.

Мне оставалось только добавить перед его уходом:

– Друг, для «очень» близких членов семей у меня есть отдельный бункер под усадьбой. Если компактно в нем разместиться, то войдет человек сорок-пятьдесят.

Анисим уже в дверях кивнул мне и в коридоре сразу начал кому-то названивать.

– Володя, что у нас по людям?

– Две тысячи сто двадцать пять опытных бойцов. Экипировка, оружие и боеприпасы приобретены. Если вдруг начнется осада, то на неделю отстреливаться нам хватит.

– Что с их семьями? Сколько потребуется времени, чтобы их перевезти к нам, и как мы это будем делать?

– Командир, я проявил инициативу и при наборе отдавал приоритет кандидатам, не обремененным семейными узами. Поэтому, список родственников не велик: около тысячи человек. В основном это их родители.

– Хорошо. Как будем доставлять?

– Простите, командир. Я не в силах решать такие вопросы.

– Согласен, извини. Вопрос не к тебе. Макс, ты сможешь помочь с этим?

– Алекс, я попробую, но ничего не обещаю. Есть парочка знакомых, но тоже потребуют объяснений, а возможно и напросятся к нам на ПМЖ.

– Если будут полезными, то без проблем. Тут решили.

Хлопнул в ладоши и обернулся к Алексею:

– Алексей, тебе придется потрудиться все эти дни. Нам нужно срочно вывозить профессора и его банду.

Про себя подумал: «Если он еще живой».

– Да, кстати…

Набираю Редькина. После недолгих гудков профессор ответил:

– Саша, как я рад, что ты мне позвонил! Что происходит? Ничего не работает, то, что ты дозвонился до меня – чудо какое-то. Мы в этом городе, как слепые котята…

Я оборвал его:

– Валентиныч, началась «Жатва». Вы знаете, что будет дальше.

Профессор замолчал и не стал задавать очевидных вопросов.

– Хорошо. Я готов. Команда ученых собрана, но добраться до вас мы сами не сможем.

– Это уже наша забота. Я передам ваш контакт своему летчику. Его зовут Алексей. Сообщите ему ваше местоположение. Все, отбой! Алексей, ты все слышал, вот контакт Сергея Валентиновича.

– Принял, командир! – Алексей зашагал к выходу, но замялся на секунду. – Командир, а как быть с моей родней?

Как же я мог забыть про такого важного для меня человека? Хлопнул по лицу.

– Не забудь и про них. И попроси Веру их проверить.

Алексей отдал честь и покинул кабинет.

«Так, почти все при деле».

– Карина, ты отвечаешь за хозяйственную деятельность. В помощь тебе Сан Саныч и дед Иван. Продовольствие, амуниция, домашний скот. Готовимся к худшему сценарию.

Когда распоряжения были отданы, руку потянул Иван Юрьевич.

– Говорите.

– Алексан Романыч, а как быть с теми, кто не пройдет проверку у вашей супруги?

Тут я задумался. А действительно, как сообщить об этом людям? И что с ними делать? Не оставлять же их на улице.

– Володя, к Вере приставь удвоенную охрану, на случай, если результат «тестирования» кому-то будет не по душе.

– Принято, командир.

– Знаешь что, Юрич, а давай пойдем на хитрость. В селе начнем разборку домов для переноса их поближе к поместью и последующей сборки. Постепенно будем расселять на новом месте тех, кто пройдет у Веры проверку. Сейчас никто не знает точную дату, когда это все случится, но мы знаем. У нас есть ровно пять дней. В знак «доброй» воли я готов отдать свою усадьбу в селе, чтобы в нем расселить, скажем так, «бракованных». Когда все начнётся, люди будут разделены между собой.

– Согласен с вами. Я немедленно организую селян, и мы приступим к работе.

– Иван Юрьевич, вы первым проследуйте к моей супруге. Не хотелось бы, чтобы вы бросили работу, если узнаете, что не прошли проверку.

Он лишь отмахнулся:

– А, пустое! Я пожил уже на своем веку. Мне главное, чтобы ребятишки горя не знали. Если со мной что-то случится, то пусть внуки поминают меня добрым словом.

Это был достойный ответ. Все разошлись по своим делам, и я остался в кабинете один.

***

В конце третьего дня «жатвы» земля, наконец, перестала содрогаться. Единый материк Пангея сформировался. Наступило тревожное затишье: не было слышно ни пения птиц, ни стрекотания насекомых, даже вездесущих комаров не было слышно. Землю окутало плотной мглой. Мгла проникала всюду, просачивалась сквозь стены – для нее не было преград. Никто не мог объяснить природу этого явления. Это не было следствием извержения вулканов, а что-то другое… Вся эта «Жатва» была чем-то иным, не похожим на события, которые описывались в книге.

Сильно клонило в сон, но тревога от этого только нарастала. Эта мгла несла угрозу – угрозу смерти (так казалось мне в этот момент). Я поспешил к Вере и детям. Если это конец, то я хочу провести последние минуты жизни со своей семьей.

Пытался идти быстро, но на самом деле едва переставлял ноги. Наконец я добрался до усадьбы. В гостиной было пусто, но, поднимаясь на второй этаж, я запнулся о любимую тетушку. Она была жива, но даже не шелохнулась. Вера находилась в нашей спальне вместе с малышами, тихонько посапывала. Увидев их, я успокоился. Обнял свою семью, каждого поцеловал в последний раз и умиротворенно закрыл глаза. Надеюсь, в другом мире мы встретимся: «Люблю вас, мои хорошие». И я провалился в сон.

Глава XII

Когда я разлепил глаза, то первым делом увидел красную точку перед собой. Галлюцинации? Возможно. Пытался проморгаться. Тщетно. Она, как надоедливая муха, мешала мне сфокусироваться. Может быть, это побочное от тумана? Смахнул рукой надоедливую точку, и она исчезла. Хм.

Вера с малышами крепко спали. Тишину в усадьбе нарушало чье-то утробное рычание, доносящееся из коридора, где находилась тетя Катя. В груди сжалось от мысли, что ее жизни может что-то угрожать.

Стараясь не издавать лишних звуков, я медленно подходил к двери. В руку лег меч из кисета. Когда оставалось сделать последний шаг, паркет под моей ногой предательски скрипнул. Рычание прекратилось. Объект за дверью начал принюхиваться и противно клацать зубами. Кажется, меня услышали, потому что издаваемые звуки начали усиливаться с каждой секундой. Сейчас он стоял прямо за дверью. Ждать я не мог, мне нужно было срочно действовать, ведь где-то на лестнице находилась беспомощная Екатерина Петровна.

Одним резким движением распахнул дверь и вонзил клинок в плоть… своей дорогой тетушки. Я просто не поверил своим глазам: тетя Катя стала ужасной тварью, похожей на «зомби». Но как так получилось? Вера же должна была ее проверить? Насаженная на клинок, некогда любимая тетя Катя, смотрела на меня алыми глазницами, рычала и клацала зубами, намереваясь мною полакомиться.

Из книги я помнил, что таких существ нужно лишать голов. Еще мгновение я стоял и не решался этого сделать, что-то внутри меня противилось. Наконец, я выдернул меч из живота и с разворота отрубил ей голову. Перед глазами загорелся яркий маячок. Я снова попытался отмахнуться от него – он исчез.

– Алекс, что происходит?

Вера очнулась. Бросил меч и крепко прижал ее к себе.

– Как же я рад, что ты жива, любимая! Я думал, что потерял вас навсегда!

Вера запищала от моих объятий:

– Алекс, я сейчас за-дох-нусь!

– Прости, милая! Я от избытка чувств немного не рассчитал сил. Бери малышей и живо в бункер. Кто еще в усадьбе оставался, когда это началось?

– Екатерина Петровна, Юля, Максим и Катенька. Больше никого.

– Ты сканировала тетю Катю? Ее больше нет.

Указал рукой на обезглавленный труп. Вера в ужасе отшатнулась от трупа. Ее тут же стошнило. Что-то начала несвязно бормотать, плакать. Я пытался привести ее в чувства, но она как будто не слышала меня.

– Вера! Вера! Очнись! Ответь на мой вопрос, это важно! Ты проверяла будущее тети Кати?

– А? Что? Нет, я совсем забыла про нее.

Уже хорошо. Значит, ее труд был не напрасным, и бойцы сейчас в норме.

На улице уже раздавались первые выстрелы.

– Вера, слушай меня. Сейчас берешь малышей и спускаешься в бункер, остальных я предупрежу, и они проследуют с тобой. Поняла меня?

Вера утерла слезы и утвердительно кивнула. В двух других комнатах я обнаружил ее подругу и детей.

– Юлька, бери детей и живо в бункер!

Не задавая лишних вопросов, они последовали вслед за Верой. Взял в руки рацию:

– Володя! Володя! Как слышишь? Доложить обстановку!

– Слышу отлично, командир. На нас напали какие-то твари, мы отбились от них.

– Соберите детей и женщин, укройте их в усадьбе. Кого можно, прячьте в бункере. Оставь там лучших бойцов для охраны. Каждые пять минут доклад. Берегитесь укуса тварей – станете такими же. Их уязвимое место – голова. Оповести бойцов. Отбой!

Забежал на террасу оценить обстановку. Пока все выглядит не критично. Валяется несколько трупов и все. Выстрелов уже не слышно. Все-таки, Вера отлично справилась с «зачисткой» поместья. Обратился к Нагеру: «Малыш, где ты сейчас? Нам нужно полетать». Через минуту Нагер появился возле усадьбы, весь покрытый кровью.

– «Чья это кровь на тебе?»

– «Это кровь обезумевших людишек с красными глазами. Несколько таких пытались на меня напасть».

– «Я прошу тебя, воздержись их употреблять. Неизвестно как на тебе отразится их отравленное мясо».

– «Хозяин, они несъедобны, я уже пробовал. Кровь черная и горькая, как полынь».

– «Хорошо. Сейчас облетим с тобой окрестности и оценим обстановку».

В радиусе нескольких километров от поместья мы никого не встретили. С горечью осмотрел наши стены, которые мы так и не успели возвести. Сейчас нужно будет заняться ими в первую очередь. Со стороны села бежали люди, за ними гнались разные твари. Мы с Нагером незамедлительно полетели к ним на выручку.

– Володя, в двадцати минутах в сторону села нужно подкрепление. К нам бегут гражданские, около сотни человек, среди них есть дети. За ними гонится несколько тысяч тварей. Мы с Нагером вступаем в бой прямо сейчас.

Скомандовал приземлиться между людьми и тварями. Нагер с ходу применил Тьму и твари начинали рассыпаться в прах. Глядя на него, я попытался сконцентрироваться и вызвать Тьму из себя, но не мог. Бросил попытки, обнажил свой меч и ринулся в бой. Первым взмахом меча снес троих монстров. Одному удачно попал в голову, остальные еще шевелились, но добивать не было времени, на меня отовсюду неслись эти твари.

Выпад влево – рассекаю противника сверху. Выпад вправо – уворачиваюсь от укуса очередной твари. Перекат – колющее движение мечом перед собой. Отступаю к Нагеру – даю ему возможность проредить толпу. Снова возвращаюсь к тому месту, рассекаю по две-три твари за раз. Меч в руках поет. Не требовались запредельные навыки мечника, чтобы понять его мощь. Лезвие было настолько прочным и острым, что металл не чувствовал преграды, когда входил в плоть монстров.

На спину запрыгнула какая-то тварь и ударила меня по голове. В глазах потемнело, но я устоял на ногах. Еще удар в затылок в то же место. Едва не поплыл. Третий удар. Кажется, я не справляюсь.

– Нагер!

Малыш тут же отреагировал и скинул с меня эту тварь. С виду это было подобие человека, но по факту, о нем мало что теперь напоминало. Сейчас это был гибрид человека и саранчи с массивной лобной долей и хоботом. Похоже, он пытался пробить мой череп и высосать мозг. Я подошел к нему и рассмотрел чуть детальнее. На его лапах были присоски, которыми он, по-видимому, зацепился так крепко за мою спину. Мне стало интересно, и я срезал одну присоску с лапы, она была покрыта слизью и легко поддавалась лезвию. Когда я прикоснулся к трупу этой твари, по моему телу пробежала волна удовольствия.

Что это было? Кажется, Нагер услышал мои мысли:

– «Хозяин, помните, я говорил вам, как мы становимся сильнее? Это как раз тот случай. С каждой новой жертвой я чувствую то же самое. А когда поедаю плоть врагов, то эти чувства усиливаются вдвое. Попробуйте».

– «Что? Мне их тоже прикажешь жрать? Нет уж, извольте! Я как-нибудь обойдусь без этого».

– «Дело ваше, хозяин, но «кузнечики» вполне неплохие на вкус, если сравнивать их с обычными тварями».

Я показательно сделал «буэ» и высунул язык. Не пойму, он шутит так или правду мне говорит. Где-то за спиной уже слышались выстрелы. Значит, гвардия подоспела. Зашипела рация:

– Командир, мы на месте. Отстреливаем тварей. Дракона вижу, но вас нет. С вами все в порядке?

– Молодцы, хвалю за оперативность. Я в порядке. Появился второй вид тварей: «кузнечики». Прыгают далеко, вцепляются в жертву, мощным лбом пробивают голову и высасывают мозги. Жуткие твари! Как понял?

– Вас понял, командир. Я предупрежу бойцов. Мы будем прорываться к вам.

– Нет! Займите выгодные позиции и отрабатывайте по целям на дистанции. Береги каждого бойца.

Пока я отвлекался на переговоры, меня укусили за руку. Сука! Теперь я превращусь в такого же урода? От мыслей о скорой смерти от какой-то нелепой царапины, во мне начала закипать ненависть. Она, как тлеющие угли после новой порции дров, разгоралась все сильнее с каждым вдохом. Я выкрикнул в толпу тварей:

– Суки! Думаете, я теперь стану одним из вас?! Не дождетесь! Я лучше погибну вместе с вами на этом поле!

Что-то случилось со мной: в один миг мое тело покрылось Тьмой, а все вокруг замедлилось (или я стал быстрее). Потому что я тараном начал пробивать дорогу в толпе монстров. Я рубил, колол, резал. Каждую секунду около меня кто-то падал и больше не поднимался. Я вошел в азарт. Заскочил Нагеру на спину и скомандовал взлетать. Нагер кружил на небольшой высоте и изрыгал Тьмой. Я сидел у него на спине и разрубал «прыгунов» в воздухе.

– «Хозяин, Тьма во мне не бесконечна. Мне нужно время, чтобы восполнить то, что я потратил. Разрешите мне спуститься и продолжить трапезу?»

– «Хорошо, малыш, спускайся. А что с моей Тьмой, она тоже должна восстановиться?»

– «Я думаю, что аура Тьмы, которая сейчас окутала вас – бесконечна. А что касается других ее проявлений в вас, тут я бессилен что-либо сказать».

– «То есть, это не все, на что я способен? Эх, жаль, что осталось мне недолго»

Вспомнил, что заражение уже должно активно распространяться в моем теле.

– «Я не понимаю вас, хозяин. Что вы хотите этим сказать?»

– «А то, Нагер, что не долго нам пришлось с тобой повоевать. Меня укусили, кровь заражена, скоро я буду таким же уродом, как эти».

– «Вы ошибаетесь, хозяин. Я не чувствую, что кровь дракона, которая течет в ваших жилах как-то изменилась. Нам не страшны ни болезни, ни вирусы».

– «Ты даже представить не можешь, какой груз только что скинул с моих плеч».

– «Хозяин, слева опасность! Прячьтесь за меня!»

Только он успел это сказать, как меня сбросило с дракона на землю. Было больно, но ничего критичного. Я встал, отряхнулся, начал оглядывать повреждения на теле, и меня снова опрокинуло на землю. Причиной послужила звуковая волна, которую издавал самый огромный монстр из всей этой массы. В высоту не меньше двух с половиной метров, огромный живот, бугристые мышцы на теле, широкая, не закрывающаяся пасть с несколькими рядами острых клыков. Сейчас он медленно шагал в нашу сторону.

Меня в очередной раз швырнуло на землю, и я перестал слышать – из ушей полилась кровь. Нагер выставил крылья для защиты. Нужно было что-то предпринимать, иначе нас, ошеломленных этой волной, просто сметут. Главный монстр пер как танк, не обращая внимания на своих более слабых сородичей. Я разглядел на нем лоскуты красных шароваров, и… это был дед Иван! Тот самый дед, внуки которого должны были хранить добрую память о нем. Да уж… Рассказать Санычу про его лучшего друга – не поверит. Но он теперь здесь, передо мной, и хочет меня сожрать.

– «Малыш, отступаем к лесу, пятьсот метров вправо. Возможно, за деревьями нам удастся укрыться от него».

Мы успешно продирались сквозь толпу монстров. «Дед Иван» развернулся в нашу сторону и пошагал следом. Он еще и долю интеллекта сохранил? Эх, пропадает тяжелая артиллерия. Нам бы такую! И тут меня осенило: артиллерия! Схватил рацию:

– Володя, какого черта молчит наша арта?

– Командир, мы ее развернули по позициям противника, но побоялись вас задеть.

– Так чего ты молчал? Я мог бы и отступить. Мы с Нагером сейчас находимся в квадрате 8. Как понял? Повтори!

– Вас понял. Квадрат 8 не трогать.

И уже за «кадром» послышалась его команда: «Огонь!». Поле, где находилась основная масса монстров, сейчас расцветало султанами взрывов. Мы с Нагером нашли укрытие в виде небольшого, поросшего лесом оврага, и я стал наблюдать за полем боя, высказывая свои мысли вслух:

– Ага.

– Отлично, так тебе, падла!

– Малыш, ты бы видел, как там весело снаряд раскидал кучку монстров, сейчас их куски на деревьях висят.

В голове послышалось: «Ням!»

– Эй-эй, ты еще со мной или уже в своих мыслях, как много мяса тебе достанется?

– А это что такое?

Не поверил тому, что видел. «Дед Иван» шел в нашу сторону, и, кажется, ему было плевать на взрывы. Стал свидетелем, как от одного снаряда он не стал уворачиваться, а отбил его рукой так ловко, что я охнул. И как нам его победить? Нагер тоже смотрел на него не отрываясь. До нас ему оставалось метров сто пятьдесят. Мы конечно могли бы покинуть это место, но для чего? Этот монстр наверняка раскидает моих бойцов и дойдет до поместья. А там и бункер ему не станет помехой. Нет уж! Нужно решить все здесь и сейчас. Либо он нас, либо мы его.

– «Нагер, с какой дальностью ты сможешь запустить сгусток тьмы?»

– «Метров десять-пятнадцать».

– «Не густо. Хорошо, когда он приблизится на это расстояние, запускай самый злющий клубок Тьмы, чтобы наверняка пробрало их главного босса».

– «Сделаю, хозяин».

Я похлопал малыша по шее, а сам запустил руку в кисет. Так, что у меня тут есть? Автомат, кинжалы, алебарда, тротил. Вот оно! Достаю РПГ и три выстрела к нему.

– Посмотрим, как тебе такое, «Иван Юрич»?

Обращаться к такому ужасному созданию по имени-отчеству было странно, но я отдавал дань памяти этому доброму деду, который своей инициативой спас много жизней. Прицеливаюсь и стреляю, и… ничего. Снаряд пролетел выше и врезался в толпу его сородичей. Да сколько же их тут? Не могло быть так много человек в селе! Но, увидев истлевшие трупы тварей, понял, что это восставшие мертвецы. Ого! Вот это поворот!

Вставляю в трубу второй выстрел. Стойка. Прицел. Выдохнуть. Есть, попал! Принялся радоваться, и зря. Из дыма вышел нисколько не изменивший своих намерений «дед Иван». Вообще ни царапины! Беру усиленные выстрелы для толстой брони. Выстрел – попадание. На этот раз более успешно. В ноге зияет рана. Еще один выстрел – мимо! Поторопился. Когда монстр был уже на дистанции поражения Тьмой, я убрал РПГ. Нагер начал нещадно заливать его темной субстанцией. На моих глазах истлевали остатки одежды и куски мяса, куда я попал из гранатомета, но дед Иван продолжал идти на нас.

Он остановился, набрал воздуха и приготовился применить свою оглушающую способность, но я не дал ему это сделать. Включилась аура Тьмы, я мгновенно оказался возле него и вонзил меч в раскрытую пасть. Мне пришлось приложить большое усилие, чтобы загнать сталь в его глотку. И это притом, что этим мечом я разрезал бронетехнику противника, когда мы устраивали войнушку с Гатчиновым.