Текст книги "Первый пользователь. Книга 17 (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)
Глава 18
Глава 18:
Я смотрел на раскрывающиеся чувствуя облегчение и надежду на то, что всё будет хорошо. Система всё-таки вмешалась. Не бросила нас. Пусть и с опозданием, но её войско здесь. Растиражированный ролик о том, что она теперь Защитник Земли – всё же правдив.
И в который раз я прогонял в голове мысль о том, что зря подозревал искуственный интеллект во всяком плохом.
Система, как продукт человеческого гения не идеальна. Созданная буквально по образу и подобию, воспитанная на информационных пакетах, создаваемых людьми за время своего существования, она получила как хорошее, так и плохое и взрослеет вместе с нами, обогащая свои теоретические знания практическим опытом.
Всемогущий бог младенец растёт, переживает период пубертата и у него всё ещё впереди. Был период неразумности, когда он таскал кошек за хвост, ждём период влюблённости?
Но шутки шутками, а тем временем, из ближайшего портала, расположенного в нескольких километров от нас, уже валили знакомые твари. Гоблины, огромные волки с искрящейся шкурой, тролли, размахивающие дубинами.
А чуть поотдаль виднелась массивная туша, так впечатлившая бойца. Тираннозавр в броне.
Я уже видел его два раза. Сомневаюсь конечно, что это один и тот же монстр. Первого мы прикончили в локации, когда с президентом и группой поддержки прокачивались, и после завершения которого Вячеслав Вячеславович узнал, что в открываемых мною порталах за убийство боссов дают дополнительные очки навыков и характеристик. Второй – в Москве, когда Система открыла портал прямо на территории Кремля, но тогда это было сюрпризом для американских интервентов.
Интересно, у этой версии тоже есть силовое поле, защищающее тело? Первую версию мне, как помнится, удалось убить только выстрелом в открытую пасть.
Сейчас же тираннозавр выглядел ещё круче. Чудовищных размеров ящер, ставший ещё больше, покрытый настоящими бронеплитами для защиты. На спине, вдоль позвоночника, торчали острые шипы, отливавшие металлом. Пасть, полная огромных зубов, каждый размером с меня, раскрылась в беззвучном из-за расстояния рыке, который всё равно ощущался всем телом, вибрацией проходя по льду.
Он царственно нёс своё тело навстречу армаде тварей, пока его обтекали многочисленные и более мелкие создания, как горох сыпящиеся из порталов. И таких порталов были тысячи, из которых волной прибывали нам на подмогу монстры, управляемые Системой.
– Твою ж дивизию… – Выдохнул старший лейтенант Ковалёв, забыв на миг про тварей, чему способствовал плотный поток свинца, изрыгаемый пулемётами и выстрелы отца, хорошо прореживающие их количество. – Это что, наше подкрепление?
– По всей видимости. – Ответил я, не сводя глаз с разворачивающейся картины. – Система наконец-то включилась.
Армада монстров хлынула на лёд. Миллионы тварей из порталов Системы, всех мастей и размеров, от мелких, с кошку, до гигантов. Они не обращали на нас внимания, имея, чёткую цель – уничтожить Тварей, прорвавшихся в реальность.
Я никогда не видел ничего подобного. Даже в самых безумных фантазиях не мог представить такое столкновение. Две волны живой плоти, хитина, когтей и зубов схлестнулись на ледяной равнине. В какафонию звуков добавились новые: визг, рёв, хруст ломаемых костей, чавканье разрываемой плоти. Лёд под ногами дрожал, по нему змеились трещины, словно началось землетрясение.
Тираннозавр, тот и вовсе, не стал мелочиться. Он врезался в ряды Тварей как ледокол, сметая всё на своём пути. Бронированная туша просто давила более мелких тварей, он топтал их мощными лапами, а тех, кто покрупнее, хватал пастью и перекусывал пополам, разбрызгивая вокруг чёрную жижу. Удар его хвоста, увенчанного тяжелым металлическим набалдашником, отправлял в полёт сразу по нескольку десятков врагов. Даже очередная быкоподобная тварь, попавшая под раздачу, улетела на пару сотен метров минимум.
Гоблины, обычно трусливые и юркие, сейчас лезли в самое пекло, вцепляясь в ноги Тварям, отвлекая их, давая возможность более тяжёлым монстрам нанести решающий удар. Волки с искрящимися шкурами, пусть и не могли сейчас бить молниями из-за сбоящих навыков, атаковали как их прообразы, работая стаями, окружая крупные цели и вгрызаясь сзади в ноги. Тролли, несмотря на кажущуюся неповоротливость, оказались страшной силой, их стальные дубины, покрытые короткими шипами, проделывали целые бреши в рядах Тварей.
Несколько великанов, как те, на которых я тестировал лазерный луч, просто топтали их, временами играя в футбол и запуская в небо целые клубки из сцепившихся врагов.
– Они теснят их! – Закричал стоящий рядом со мной боец с ноткой торжества в голосе. – Смотрите, они теснят тварей!
И правда. Армия Системы, обладающая численным преимуществом и, что важнее, организованностью, управляемая единой волей, медленно, но, верно, продавливала линию фронта. Твари из портала, ещё недавно казавшиеся несокрушимым потоком, начали отступать к своему разрыву реальности. Их ряды редели, они спотыкались об убитых, их давили массой.
– Не может быть… – Отец опустил Сайгу, наблюдая за происходящим. – Неужели справятся?
Я хотел ответить, но что-то меня остановило. Интуиция, обострённая до предела за последние месяцы, буквально кричала об опасности. Я всмотрелся в происходящее внимательнее, проваливаясь в режим ускорения, пытаясь разглядеть детали, скрытые от обычного взгляда.
И увидел.
Твари Системы, находящиеся ближе всего к разрыву реальности, внезапно замедлились, прямо как президент. Сначала едва заметно, потом всё сильнее. Их движения, ещё минуту назад чёткие и скоординированные, стали дёргаными, неуверенными. Тощий гоблин с копьём в руке, только что ловко уворачивавшийся от когтей, споткнулся на ровном месте и рухнул, тут же став жертвой Твари. Волк, возглавлявший свою стаю, рухнул на лёд, словно ему одномоментно отказали лапы, и его тут же накрыла волна врагов. Один из великанов упал плашмя, как будто у кукловода, им управляющего– обрезали ниточки.
– Нет… – Прошептал я, понимая, что происходит. – Только не это…
Поле подавления.
Оно действовало не только на технику и на президента, но и на монстров Системы. У них не было собственного разума, только базовые инстинкты и контроль Системы. А Система не могла пробиться сквозь поле, создаваемое десятками тысяч Тварей и разрывом реальности. Оставшись без управления, эти биологические машины просто терялись, путались в собственных лапах, падали, превращаясь в лёгкую добычу.
То, что минуту назад выглядело как триумфальное наступление, превратилось в кровавую бойню. Но теперь жертвами были монстры Системы.
Я смотрел, как падают на лёд тысячи монстров, которых я привык считать опасными противниками. Они не сопротивлялись, не пытались убежать. Просто безвольно оседали, позволяя Тварям добивать себя. Бронированный тираннозавр, ещё недавно казавшийся непобедимым, замедлился. Его движения стали тяжёлыми, словно он шёл по колено в тягучей смоле. Он мотнул головой, пытаясь стряхнуть наваждение, но это не помогало.
– Макс… – Голос отца прозвучал глухо. – Что происходит?
– Грёбаное поле подавления. – Ответил я, чувствуя, что проблемы только начинаются. – Самая отвратительная способность Тварей. Хрен бы даже с их бессмертием. Оно камень преткновения, и оно действует на монстров Системы. У них нет собственного разума, только инстинкты и контроль Системы. А Система не может пробиться сквозь это поле. В итоге они становятся лёгкой добычей. А учитывая способность тварей вселяться в чужие тела, кажется сейчас будет полная задница. Система только что накрыла для тварей шикарный шведский стол.
– Это что получается… – Начал стоящий рядом старший лейтенант, и я увидел, как до него доходит осознание.
– Все, кого убили Твари и кто находится тут. – Перебил я. – Все эти монстры Системы станут новыми телами для Тварей.
Словно в подтверждение моих слов, один из поверженных гоблинов дёрнулся. Можно было бы подумать, что в агонии, но нет – он давно валялся дохлый, с дырой в груди. Его конечности начали выгибаться под странными углами, глаза залились чернотой, и он, вскочив на ноги, бросился на своих же бывших соратников, впиваясь отросшими когтями в горло пошатывающегося тролля, чудом ещё сопротивляющегося.
Я смотрел на происходящее и понимал, что мы проигрываем. Не это сражение, и даже не эту битву. Мы проигрываем войну. Потому что противник, которого нельзя убить окончательно, который просто переходит из тела в тело, как чума, как вирус – это самое страшное, что можно представить. Такого противника невозможно победить обычными методами.
Мелькнула мысль проверить скопированный артефакт, коготь Аарота – аналог моей дезинтеграции, но толку от оружия, бьющего по одиночным врагам? Даже если он и сработает, то, во-первых, нужно выдержать время на его активацию, а во-вторых, он изымет из реальности сферу объемом в метр, тогда как некоторые Твари были размером с небольшой дом.
Армада Системы, ещё недавно казавшаяся спасением, превратилась в гигантский инкубатор для врага. Десятки тысячи тел, павших под натиском Тварей, поднимались одно за другим, и они присоединялись к орде. Численность врага только увеличилась.
– Пап. – Я повернулся к отцу, чувствуя, как в голосе прорезаются стальные нотки. Не время сейчас для сантиментов. – Начинай стрелять.
Отец посмотрел на меня, непонимающе.
– Куда? В толпу Тварей? Ты же видел, что происходит. Они просто переселятся в новые тела.
– Нет. – Я мотнул головой, указывая на союзные войска, из которых продолжали валить монстры Системы. – В них.
Отец смотрел на меня несколько секунд, потом перевёл взгляд на висящие в реальности порталы и в его глазах я увидел понимание. Если Тварям неоткуда будет брать материал для пополнения, то у нас появится хотя бы шанс. Пусть призрачный, но шанс.
– Понял.
Он вскинул Сайгу, и я впервые видел, чтобы он целился так тщательно, так сосредоточенно. Обычно отец стрелял интуитивно, доверяя своему чутью, но сейчас он целился. Потому что от этого выстрела зависело слишком многое.
Грохот разорвал воздух.
Я даже в режиме ускорения едва успел заметить трассер снаряда – тонкую светящуюся линию, уходящую вдаль. А потом там, в нескольких километрах от нас, прямо в центре многомилионной армии монстров, пришедших на помощь и ставших закуской, взметнулся самый настоящий гриб, как от ядерного взрыва.
Выстрел отца проделал в рядах врага двухкилометровую брешь.
Лёд просто исчез, испарившись под воздействием чудовищной температуры. Десятки тысяч монстров, находившихся в зоне поражения, перестали существовать. Испарились, превратились в ничто, не оставив тел, в которые можно вселиться.
– Есть! – Закричал кто-то за моей спиной, но радость была преждевременной.
Из портала продолжали валить новые монстры. Они всё также бросались в бой, затем контроль терялся и они превращались в еду и инкубаторы для тел. Система, видимо не способная увидеть, что тут происходит, просто слала монстров на убой, не получая обратной связи и как достучаться до неё, я просто не понимал.
А затем меня пронзила мысль. Андрей Борисович, человекоподобный андроид, управляемый Системой напрямую, с которым вёл дела президент. У кого-то явно есть его контакты.
По счастью, коммуникатор всё ещё работал, хоть и с жуткими перебоями и ограничениями. Дозвониться до Томилина я не смог, но вот с братом связаться удалось, хоть он и понимал с одного слова на десятое.
– Срочно свяжись с Томилиным, пусть выйдет на Андрея Борисовича и попросит его прекратить присылать сюда чёртовых монстров!
– С кем связаться? С Матвеем Филипповичем? – Голос брата был едва различим из-за помех, в которые вклинивалась какафония звуков, сопровождающая тварей.
– Да блин! Борисовичем!!! С Системой!
– Макс, тут челнок на посадку идёт. Президент в отключке, но живой. Эвакуационная команда на подлёте, заберут нас. Держитесь там! Как вывезу его, перезвоню и ты нормально скажешь, что тебе нужно.
Я поднял взгляд, увидев светящуюся точку, опускающуюся в нескольких десятков километрах от эпицентра вторжения. Быстро, конечно Дима добежал так далеко с грузом.
– Да стой ты! Связь же прервётся!
Но всё, что я услышал в ответ, это лишь фоновые помехи. Связь окончательно приказала долго жить. Буду надеяться, что он поймёт, что происходит, или Вячеслав Вячеславович, удалившись от эпицентра, придёт в себя. Иначе нас рано или поздно сомнут.
Нет, мы с отцом выживем конечно. На крайний случай я просто подхвачу его, и мы сначала убежим, а потом, как станет меньше давить полем, улетим. Но бросать доверившихся бойцов, которые получили толику надежды – последнее дело. Поэтому нужно держаться. Чёрт знает зачем, но держаться.
Раздался очередной грохот выстрела. Это отец выцеливал скопления монстров Системы, уменьшая их поголовье, пока бойцы, не жалея боеприпасов, шквальным огнём выкашивали всё, что попадало в прицел.
Каждый выстрел проделывал новую брешь, испепеляя сотни тысяч монстров, не делая разбора между созданиями Системы и тварями, но на место уничтоженных приходили новые. Это было похоже на попытку вычерпать океан решетом.
– Стойкий чертяка.
Я обернулся на голос старшего лейтенанта, наблюдающего за одной фигурой в аду, ещё сохранившей контроль.
Тираннозавр.
Он, пусть и замедлившийся, продолжал крушить Тварей. Вокруг гигантского ящера пульсировало слабое сияние – силовое поле, создаваемое Системой для особо ценных боевых единиц. И к моему удивлению, это поле работало даже здесь, под воздействием подавления. Генератор находится внутри тела ящера? Поэтому пока и работает? Интересная находка. Возможно, часть функционала коммуникаторов так же сохраняла работоспособность из-за того, что находилась под верхним слоем защитного костюма.
Ящер методично уничтожал Тварей, пытающихся воскреснуть из тел животных рядом с ним. Но таких как он, больше не было. Остальная армада Системы превратилась в армию зомби, сражающуюся на стороне врага.
С каждой секундой наше положение ухудшалось всё больше и больше.
– Пап, нужен усиленный выстрел. Давай бахнем прямо в разрыв реальности? Если там что-то есть, то нам нужно это сломать. Мало ли, там устройство, держащее портал открытым.
Отец посмотрел на меня, потом на трещину в реальности, сочащуюся багровым сиянием, потом снова на меня. Усиленный выстрел превращал и так чрезвычайно мощное оружие в нечто невообразимое, позволяя в десять раз увеличить все показатели. Стрелять в атмосфере, разгоняя снаряд до скорости в тридцать процентов световой. Последствия могли быть любыми, вплоть до катастрофических.
– Ты уверен? – Спросил он.
– Нет. – Честно ответил я. – Но другого выхода я не вижу.
– Ладно. Но мне нужно десять секунд концентрации. И я не гарантирую результат.
Я повернулся к бойцам, напряжённо прислушивающимся к разговору.
– Слышали? Десять секунд. Дайте ему эти десять секунд. Валите всё, что движется в нашу сторону. Не жалейте патронов. Либо мы справимся… – Я помолчал, не став заканчивать фразу. Всё и так было ясно.
Бойцы не заставили себя упрашивать. Они видели, что происходит, и понимали ставки. Пулемёты заговорили с новой силой, выкашивая тварей, пытающихся добраться до нас. Я встал рядом с отцом, с топором наголо, готовый рубить любого, кто прорвётся сквозь огневой вал.
Отец стоял неподвижно. Я буквально физически чувствовал, как энергия накапливается в оружии, как воздух вокруг начинает потрескивать от перенапряжения. Пять секунд. Четыре. Три.
Твари, словно почуяв опасность, полезли с удвоенной яростью. Они лезли по телам своих собратьев, не обращая внимания на потери, заливая лёд чёрной жижей. Пулемётные очереди косили их десятками, но на место падающих вставали новые, поднятые из тел монстров Системы.
Две секунды. Одна.
– Готово! – Крикнул отец и нажал на спуск.
Выстрела как такового, я не увидел, только последствия.
Пространство перед нами исказилось, скрутилось в спираль, и из этой спирали вырвался луч света, ударивший в разрыв реальности. Из хорошего, всё что было перед нами – испарилось, не оставив врагов, и создало глубокую борозду во льду. Заодно появился огромный овраг с покатыми стенами. К нам теперь гораздо сложнее стало подобраться.
На миг мне даже показалось, что всё кончено. Что портал схлопнулся, и мы победили. Что всё, что осталось – это собрать тела Тварей и выбросить их в космос или случайный портал Системы. Вспышка была так сильна, что ослепила даже сквозь автоматически затемнённое забрало шлема. Я зажмурился, и когда открыл глаза, увидел совсем не то, что ожидал.
Разрыв реальности не схлопнулся, вместо этого он увеличился. В три раза!
Из раны в пространстве, пульсирующей багровым светом, теперь вырывался настоящий водопад тварей. Их было так много, что они падали на лёд сплошным потоком, заливая равнину чёрной массой.
– Чёрт… – Выдохнул Ковалёв. – Кажись нам амба. Парни, спасибо, что попробовали помочь, иначе бы мы уже померли, но тут дело швах.
Я смотрел на это и чувствовал, как внутри всё обрывается. Мы сделали всё хуже. Намного хуже.
– Максим… – Голос отца звучал растерянно, как никогда раньше. – Я не знал… Я не думал, что так получится…
– Ты тут ни при чём, пап. – Ответил я, глядя на разрастающийся кошмар. – Это не твоя вина. Мы просто не знали, с чем имеем дело.
Отец тяжело вздохнул, уселся прямо на лёд, словно в нашу сторону не нёсся вал тварей и нам не осталось жить около минуты.
– Есть один вариант. Слава предлагал мне пройти одну процедуру, теоретически способную повысить мою силу. Капсулы модификации… Впрочем неважно, не до этого сейчас. И мы все её прошли. Я, твой брат, мать. Результат таков, что чем сильнее пользователь, чем выше его уровень, тем на большее он способен.
Я молчал, страшась прервать отца и не до конца понимая о чём он говорит. Что это ещё за процедура? Что за опыты над людьми? Таблетки Кевина? Так они для совсем новичков. Что за модификация? Это из-за неё брат способен так эффективно использовать топор, не получая сенсорный шок от зашкаливающих характеристик.
Отец тем временем продолжил ошарашивать меня.
– Я только что заработал больше пятисот уровней.
– Погоди… За убитых монстров Системы начислялся опыт?
Он кивнул. А ведь и верно. Ведь Система, какой бы всемогущей не была, не может лично каждый раз высчитывать, кому и сколько опыта положено. Там явно нечто вроде автоматического скрипта, который в зависимости от уровня пользователя и уровня поверженного врага – выдаёт награду, либо в виде очков опыта, либо в виде предметов. Не удивлюсь, если сейчас пол Антарктиды завалено шмотками с монстров. В группу с отцом мы не объединялись, планируя сделать перед походом в портал гильдии, и он прокачался самостоятельно.
Отец тем временем продолжал, методично глядя на приближающуюся волну тварей.
– Ты не задумывался о том, как Слава стал таким сильным?
Я знал ответ и тут же выдал его.
– Он получил награду за квест, умопомрачительное количество уровней и характеристик.
– Верно. И одномоментно применил.
Сложить два плюс два, несложно. Он собирался пойти по его пути? Но какой смысл, если это сделает его уязвимым для Тварей, и он начнёт слабеть так же, как президент?
– Погоди! Это же может быть опасно.
Я крикнул, подался вперёд, но опоздал, потому что отец выронил Сайгу и страшно закричал.
Глава 19
Глава 19:
Отец кричал так, что у меня кровь буквально стыла в жилах. Хотя, это был даже не крик – скорее вопль. Неправильный, неестественный. Люди так не кричат, но если бы могли, то именно такие звуки бы и издавал тот, чьё тело разрывается изнутри, а клетки буквально плавятся под напором силы, которую оно не способно вместить.
– Папа!
Я рванул к нему, забыв про тварей, про всё на свете. Отец упал на колени, выгнувшись дугой. Забрало шлема, прозрачное в свете дня, открыло его лицо – оно стремительно наливалось багровым цветом, вены вздулись, словно под кожей завелись змеи. Глаза закатились, оставив только белки, испещрённые лопнувшими капиллярами.
– Что с ним? – Старший лейтенант Ковалёв подскочил было помочь, но я оттолкнул его, не рассчитав силы. Мужик отлетел метра на три, проехался по льду спиной, но, слава богу, остался цел.
– Не подходите! – Заорал я, хотя сам понятия не имел, что делать.
Отец бился в агонии на льду. Защитный костюм, ещё минуту назад идеально облегавший тело, способный выдержать невероятные повреждения, сейчас натянулся до предела, словно грозя лопнуть, не выдерживая распирающей его мощи. Я видел, как под бронёй ходят волны – мышцы росли, сжимались, снова росли, разрывая сами себя.
Твари приближались. Чёрная масса, несущаяся по льду, по борозде, которую пробил выстрел отца. У нас оставались считанные минуты, прежде чем эта волна накроет нас.
– Максим… – Прохрипел отец, с трудом фокусируя на мне мутнеющий взгляд. – Извини… Я… Не рассчитал…
– Молчи! – Я схватил его за плечи, пытаясь понять, что происходит. Он за убийство монстров одномоментно получил нереальное количество уровней, а вместе с ними и очки характеристик с навыками. И распределил. Чёрт его знает как!
– Ну зачем? Нахрена… – Выдохнул я в отчаянии.
Влил их в себя разом, как ведро воды в пересохший колодец. Но тело то не колодец! У него есть пределы прочности. И если президент смог переварить мгновенную прокачку до запредельных уровней, то обычный организм, пусть даже усиленный капсулами модификации, о которых говорил отец, просто не выдерживал. У него не было бешеной регенерации как у Вячеслава Вячеславовича.
Отец захрипел, из горла пошла пена, перемешанная с кровью. Броня на груди ходила волнами, рёбра ломались и срастались заново, снова ломались. Он держался то только потому, что наверняка влил часть очков в телосложение, но всему есть предел!
– Пап, держись! – Я лихорадочно шарил взглядом по округе, перебирая вкладки интерфейса в тщетной попытке придумать, что можно сделать в такой ситуации.
Твари. Они уже почти здесь. Первые ряды карабкались по склону оврага, который пробил выстрел отца. Вставший Ковалёв, по счастью не пострадавший, и его бойцы, поливали их огнём, но это лишь ненадолго задерживало неизбежное. Скоро должны были закончиться запасы патронов и тогда всем конец.
И тут меня осенило.
Очки гильдии.
Я открыл вкладку магазина, молясь всем богам, каких только знал, чтобы интерфейс не сдох окончательно. Семьдесят очков. Жалкие семьдесят очков! И среди всякого барахла, косметических украшений и прочего, доступного по цене, только один предмет подходил под описание того, что в теории могло помочь.
Зелье исцеления среднего уровня: восстанавливает организм пользователя, излечивая все повреждения мягких тканей, переломы средней тяжести, внутренние кровотечения… Стоимость: 50 очков.
Было ещё высокого уровня, за пятьсот, но с таким же успехом оно могло бы быть и за пять миллионов. Всё равно не хватало.
Но пятьдесят очков… Это приемлемо. У меня, как у главы гильдии, есть семьдесят.
Я ткнул пальцем в иконку, даже не читая описание до конца. Интерфейс моргнул, завис на бесконечную секунду, заставляя меня думать, что поле подавления заглушило и интерфейс системного магазина, а потом всё же сработал. В руке появился бутылёк с мутноватым зельем красного цвета.
Первые твари уже выползли на ровную поверхность. Ковалёв с бойцами смели их плотным огнём, но я видел, что патроны на исходе. Ещё минута, и нас сомнут.
Понимая, что опаздываю, провалился в режим ускорения. Мне нужно было время. Я ничего не успевал сделать. Один бутылёк – это мало. Слишком мало!
Сжав его в руке, активировал навык копирования.
И ничего!
Чёртовы Твари с их чёртовым полем подавления!
Отец выгнулся ещё сильнее. Забрало шлема запотело изнутри, лица уже не было видно, только смутный силуэт, корчащийся в агонии.
– НЕТ!
Я заорал так, что, наверное, даже твари на мгновение притормозили. Заблокирован! Поле подавления блокировало мой навык! Оно не давало мне скопировать грёбаное зелье, которое могло бы спасти отца!
– ДА БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ!
Внутри меня что-то словно оборвалось. Внутренний стержень, который держал меня в форме всё это время, будто надломился. И в этот момент, когда я уже был готов просто взвыть от бессильной ярости, в голове что-то щёлкнуло. Словно включился рубильник, который был сломан всё это время.
Копирование и печать. Одни из самых важных моих навыков. Президент же говорил мне открытым текстом, что я, при копировании предметов делаю что-то невероятное, что неспособен повторить не он, ни даже всемогущая Система. Как будто проявляю в реальности доселе несуществующие вещи одним своим желанием. Зачем мне тогда эти костыли в виде навыков? Тем более, я же печатал большие объемы, заимствуя свою внутреннюю энергию, а не энергию коммуникатора. Получается и навыки не нужны?
Почему мой взгляд был зашорен?
Точно также же я в своё время осваивал огонь, воду, землю и воздух. Чем это отличается от того, что я пытаюсь сейчас провернуть? А моё создание предметов из пустоты? Каменный шар в вакууме, космический истребитель? Звездолёт в конце концов?
Я отчётливо вспомнил, что когда создавал навык, то одним из условий было как раз требование наличия материалов в округе, из которых и создавались предметы. Хочешь создать литр воды – он изымает её из воздуха. Нужен булыжник, пересоберёт из того, что есть. Альтернатива мною, конечно, была предусмотрена, синтез материи, но там были такие зашкаливающие требования по расходу энергии, что жуть. Создать звездолёт в пустоте – просто невозможно, никакого запаса не хватит.
А я, почему-то не задавался такими мыслями, просто копируя и всё. Инерция мышления? Стал сверхчеловеком снаружи, но внутри всё тот же парень?
Как только я осознал, что всё это время тормозил сам себя, дело пошло на лад. Не было больше строчки загрузки с процентным отображением работы навыка. Я просто знал, что могу в любой момент произвести точную копию предмета. Да и сама процедура печати изменилась. В правой руке одномоментно материализовалась склянка, точная копия предыдущей.
Но проблема не решилась. Зелье же нужно выпить. А на отце, защитный костюм с герметичным шлемом. И деактивировать его может только сам владелец. Не пробивать же его силой, нанося ему раны.
Я тряхнул отца за плечо. В моём ускоренном восприятии его тело колыхалось, как желе, мышцы жили своей жизнью, хаотично сокращаясь и расслабляясь.
– Папа! – Заорал я, хотя вряд ли он меня сейчас слышал. – Деактивируй шлем! Отключи, мать твою, шлем!
Он не реагировал.
– ОТЕЦ!
Я ударил его по лицу. Сильно, наотмашь. В обычной ситуации я бы никогда себе этого не позволил, но сейчас каждая секунда была на вес жизни. Голова мотнулась так, что я на долю секунды испугался, что сломал ему шею.
И это сработало.
– Макс… Я…
– Шлем! – Перебил я, тряся его за плечи, и заставляя смотреть на меня. – Деактивируй шлем! Быстро! Ну же!
Отец понял. Не знаю, как, но понял. Защита сползла с его головы, открывая страшное зрелище. Кожа приобрела синюшный оттенок, лопнувшие сосуды создавали жуткую сеть багровых линий, словно светящихся изнутри, губы потрескались и кровоточили. У меня создавалось впечатление, словно он сейчас взорвётся.
Я не стал медлить. Схватил его за подбородок, запрокинул голову и влил первое зелье прямо в глотку. Отец закашлялся, часть жидкости выплеснулась обратно, но основная масса ушла внутрь.
И ничего не произошло.
Зелье не работало. Точнее, оно срабатывало, но эффекта не хватало. Так, жуткие трещины на лице слегка снизили интенсивность свечения, но потом снова начали разгораться. Слишком сильны были повреждения, слишком быстро они нарастали. А на дорогое у меня не хватало очков гильдии. Мы же так и не сходили на прокачку, ибо началась вся эта чертовщина с Тварями. Как они вообще пролезли на Землю? Неужели кто-то помог?
– Чёрт, чёрт, чёрт! – Я уже не контролировал себя. Просто действовал на одних инстинктах.
Вторая склянка. Третья. Четвёртая. Я распечатал ещё одно зелье и ещё, заливая в отца как в бездонную бочку. Несколько последних просто вылил на лицо, надеясь, что это поможет.
И в один момент меня осенило. Ведь есть же ещё регенерационный гель… Что, если его смешать?
Идея была безумной. Абсолютно безумной. Это могло дать какой угодно эффект, вплоть до мгновенной смерти, но других вариантов у меня не было.
Я вытащил тюбик из инвентаря, сорвал зубами колпачок и выдавил содержимое прямо в склянку с зельем. В нём он повёл себя странно – зашипел, запузырился, жидкость помутнела ещё сильнее, пошла разводами, как бензин на воде.
– Пожалуйста… – Прошептал я, взбалтывая смесь с сумасшедшей скоростью. – Пожалуйста, сработай.
И влил эту дрянь в отца.
Снова ничего. Он продолжал умирать. Пульс, который я чувствовал пальцами на шее, был бешеным, скачущим.
– НЕТ!
Я копировал зелья. И снова. И снова.
Смешивал гель с зельем, выдавлива его прямо так в рот, заставляя глотать и не обращая внимания на стрельбу и крики вокруг.
Даже когда надо мной пролетело чьё-то тело, не обратил на это ровным счётом никакого внимания.
Отец уже даже не кричал, просто выл. Нечеловеческим, звериным воем, от которого у меня мурашки бежали по коже. Его тело выгибалось, мышцы продолжали расти и рваться, кости трещали так сильно, что даже мне это было слышно. Кожа на лице пошла пузырями, как от ожогов, и начала лопаться, выпуская наружу пар и какую-то светящуюся субстанцию.
А потом он открыл глаза.
Я даже отшатнулся. Потому что это были не глаза моего отца. Там, в глазницах, полыхало чистое белое пламя. Просто белая, выжигающая пустота.
– ПАПА
Я попытался схватить его за плечи, и в этот момент он меня оттолкнул.
Хотя это даже толчком нельзя было назвать. Просто отец дёрнулся, инстинктивно, пытаясь сбросить того, кто к нему прикасается. И меня отшвырнуло метров на пятьдесят минимум.
Я пролетел над льдом, кувыркаясь, попытался сгруппироваться, но удар был такой силы, что я сначала выбил небольшой кратер во льду, подскочил, а затем проехал на спине ещё такое же расстояние, пока не остановился. А когда поднял голову, то увидел то, от чего у меня отвисла челюсть.
Отец висел в воздухе.
Метрах в двадцати над поверхностью льда. Руки раскинуты в стороны, голова запрокинута, из открытого рта вырывается пар, смешанный с белым свечением. И его тело менялось. Защитный костюм снова закрыл лицо, но было видно, что стал каким-то странным, словно врастая в тело, становясь частью человека. Хотя человека ли? Та же трансформация что с пиромантом в Гвадалахаре и с президентом?
– Что за… – Выдохнул подбежавший Ковалёв, бросившийся на помощь, но я не дал ему договорить.
Я просто схватил его за шкирку и рванул к остальным бойцам, которые, позабыв про тварей, пялились на парящего человека.
