Текст книги "Баланс Темного (СИ)"

Автор книги: Артем Кочеровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9. Новость

Наш путь лежал в деревню Хандо – дом Мина. Травник настоял, чтобы мы отправились туда немедленно. С его слов Акрота должна как можно скорее узнать, что мауги больше не загрязняют воду в реке, но я-то знал, что у Мина просто свербило в заднице – похвастаться перед жрицей выполненным заданием. Ну окей. Твоё право.

Что касается меня, то я чертовски хотел поговорить со жрицей Акротой, потому что уж кто-кто, а она должна знать – как мне получить имя и избавиться от светящегося клейма во лбу. Человек второго уровня Митры без имени, но со знаком Митры «сильный телом» не просто привлекает внимание, а просится, чтобы его сожгли на костре. Думаю, такую абракадабру в личном деле редко видят даже жрецы.

Кроме того, в деревне можно было освоить профессию. Я, конечно, мог попросить Мина, чтобы он обучил меня таинству алхимии, но что-то подсказывало мне, что мауги нулёвки быстрее обучат меня вязать крючком, чем травник – мешать порошки и зелья.

Мин сказал, что в его деревне живут женщины и дети, а значит там есть и охрана. Не то, чтобы я ссался от страха, когда ветер трепал листья деревьев, но точно не отказался бы – почувствовать себя в безопасности хоть на короткое время. В общем, путь в Хандо казался одним сплошным плюсом. Деревня – это скопление людей, а где скопление людей, там и торговля, и новые знакомства, и информация.

Отпустив Мина вперёд на полсотни метров, я закатал рукав и посмотрел на руку. От ладони до локтя кожа всё ещё оставалась чёрной. Несмотря на то, что упоминаний о проклятье я больше не получал, оставленный браслетом отпечаток не исчез. Железная змея всё также болталась на руке. Я потрогал её пальцами и чуть в штаны не навалил! Она ожила! Шевельнув хвостом, змея обернулась вокруг руки, вползла в ладонь и замерла.

Ловушка-браслет Ратхари. Требуемый уровень Митры – 0.

Накладывает эффект – Проклятье Ратхари.

Изготовлен из серебра Ратхари.

Ловушка-браслет лежала в ладони в том же виде, в котором мне её бросил Гойнус. Интересная вещица. Кажется, остальное моё шмотьё по ценности и рядом не стояло с этим браслетом!

Змею я решил спрятать подальше, чтобы в ловушку случайно не вляпался любопытный Мин. Хоть я и сомневался, что, в принципе, смогу её использовать, но на всякий случай положил на дно рюкзака.

– Что делаешь? – спросил Мин, неожиданно появившись из-за дерева и заглядывая в рюкзак.

– Ничего, – я затянул верёвку.

– Что в рюкзак положил?

– Слушай! Из-за твоей медлительности мы до Хандо будем целую неделю идти!

– А?! – Мин выпучил глаза.

– Я что, должен тебя на каждом повороте ждать?!

– Да я, вообще-то, остановился, чтобы тебя подождать! – травник развёл руки.

– Ага, рассказывай! Стоишь тут дерево подпираешь! Давай шевели булками!

Мин сорвался с места и чуть ли не вприпрыжку попёр вперёд.

– Погоди! – тормознул я его и перевёл тему, чтобы окончательно запутать. – Расскажи мне про орков!

– Что рассказать? – Мин повертел головой, не понимая – идти ему или нет.

– Да всё, что знаешь! – я поравнялся с травником и положил руку на плечо. – Кто они? Откуда взялись? Какие у них отношения с людьми?

– Ну что рассказать про орков…, – Мин почесал бороду. – Про орков можно долго говорить!

– А-а-а, ну тогда не надо.

– Хорошо, – травник прибавил шагу.

– Мин, не тупи! Рассказывай давай!

…….

Из рассказа Мина я понял, что орки на Отре были всегда (как минимум травник не знал другого). Орки – свободолюбивые монстры, которым нет дела до проблем и политики людей, они не строят каменные города и предпочитают жить небольшими кланами в лесах. Орки любят тепло, поэтому встретить их на севере, где зимой выпадает снег – большая редкость.

Самые большие и сильные кланы орков живут в Великаньем лесу, где почти никогда не появляются люди. Мин сказал, что лес слишком опасен даже для опытных следопытов, но почему – пояснить не смог.

Открытую войну люди и орки не вели. Однако, если орк чувствует свою силу и ему что-то нужно от людей, то может напасть (видел своими глазами). Такая схема работает и в обратную сторону. Травник сказал, что Бирюзовые клинки создают неофициальные отряды, заточенные на убийство орков, и те, притворяясь жителями местных деревень, ходят по окрестностям Великаньего леса и вылавливают одиночек. За убийство даже слабого орка они получают тысячи Митры.

Мин сказал, что люди и орки пытаются наладить мир ещё со времён раскола трёх хранителей, но их меняющиеся лидеры договаривались только на короткие перемирия, да и то – чисто формально. Как правило перемирия значат, что стороны не будут вести массовые нападения друг на друга, а небольшие стычки не считаются веским поводом, чтобы развязывать войну.

– Люди и орки не могут жить мирно, потому что они разные, – закончил свою речь великий философ Мин.

…….

Шли мы быстро и почти без приключений. Только во второй половине дня на пути нам попалась какая-то шизанутая обезьяна – Бешеная макака. Уровень Митры – 1. Мин сказал, что мы вошли на её территорию, и поэтому она решила закидать нас плодами. Травник проскочил целым, а я словил дважды по спине. Было больно.

Привалы почти не делали – только короткие остановки на перекусы, благо джунгли были богаты на фрукты, я бы не отказался от жаренного мяса, но с дубиной особо не поохотишься. К вечеру мы дошли до реки, на берегу которой Мин станцевал:

– Вот это да! За день мы прошли половину пути! Уже завтра будем в Хандо!

Он отвёл меня в закуток возле камышей, где мы нашли три готовых лежанки. Мин ночевал здесь с Аттамам и Фастисом, когда они шли к Медной пещере. Я устроился на лежанке, а травник отлучился по маленькому. Выносливость всю дорогу болталась в жёлтой зоне, из-за чего к вечеру навалилась усталость. Положив под голову рюкзак, я отключился…

…….

Проснулся от того, что не мог дышать, открыл глаза и увидел склонившегося надо мной Мина. Одной рукой он сжимал мне нос… Только попробуй сказать, что за нами охотиться Гойнус!

– Быстрее, скажи – что это?! – Мин сунул мне в руку кожаный мешочек.

Согревающий настой. Требуемый уровень Митры – 0.

Изготовлен из полевых трав.

– Согревающий настой! – на автомате ответил я, и осмотрелся по сторонам. – Что случилось?!

– Ничего! – Мин скривил обиженное лицо и встал.

– Не понял, – я похлопал по рюкзаку. – Ты что ли бутылку с бухлом из сумки взял?!

– Ничего я не брал! – травник склонился надо мной и скрестил руки на груди. – Откуда ты узнал, что это согревающий настой?!

– Эмм…, – я почесал бороду, – Ну-у-у запах, кажется…

– Да, хватит! – Мин ткнул пальцем в знак Митры на моём закатанном предплечье. – Ты жрец!

Отпираться было бессмысленно. Да и чего отпираться?! Ну жрец и жрец, я что виноват в этом?! Примерно так я Мину и сказал.

– А почему сразу не признался? – он даже опешил от моего откровения.

– Да фиг знает! – я пожал плечами. – Не знаю.

Открыв Мину тайну (хотя это и не тайна-то вовсе), на душе стало легче. Меня начинало уже конкретно напрягать – постоянно думать о том, что можно говорить, а что – нет, но я рано радовался. Мин завалил меня вопросами про мое происхождение, про родителей и тому подобное. Пришлось лепить очередную лажу про сироту с Оглонских островов, которого вырастил старик по имени Владимир. Серьёзно, Владимир?! С дуру я назвал имя настоящего отца, и мне даже стало немного стыдно.

Лож покрыла другую лож и сплелась в клубок, который без бутылки уже и не распутать. Ну а что мне оставалось делать? Не мог же я ему сказать, что перемещаюсь сюда с помощью железной фиговины, о которой сам ничего не знаю, и что там, откуда я родом, мы запускаем ракеты в космос и балуемся с генетикой.

Мин опять кривил носом и закатывал глаза, но с горем пополам я всё же от него отбился, сославшись, что хочу спать. Уже засыпая, я подумал, что травник удивляет меня второй день подряд, сначала очистил пещеру слезоточивой тыквой, а теперь расколол меня трюком с согревающим отваром. Не плохо – не плохо…

Доступное количество переходов – 73. Хотите совершить переход?

Переход выполнен успешно. Доступное количество переходов – 72.

Всё повторилось, закаменевшее тело за десять минут проснулось от спячки, а через полчаса прошли головокружение и боль. Слопав все крекеры и засохший зефир, я заказал доставку еды.

Валяясь в ванной, я впервые задумался про переходы. Нет, я не жаловался. Весь этот аттракцион с путешествием на Отру итак достался мне бесплатно, но от первоначальных семидесяти шести штук осталось всего семьдесят два. Если проводить на Отре по два дня, то переходы закончатся через сто сорок дней, правильно? Ага, как бы ни так! Путешествие туда и обратно стоит два перехода, а значит оставшихся семьдесят два заряда можно приравнять к количеству дней. Итого – времени у меня чуть больше двух месяцев. Не сказать – что этого мало, но от мыслей, что когда-нибудь я увижу перед глазами надпись – «Доступное количество переходов – 1», стало грустно.

Что случится потом? Всё закончится? Мир, в который я по уши влюбился, останется лишь в воспоминаниях? Воспоминаниях, которые я даже не смогу рассказать, потому что меня сочтут чокнутым? Отстой!

Можно было попробовать увеличить время на Отре до трёх дней, но это уже граничило с опасностью для здоровья. Не думаю, что я умру за три дня, но длительное голодание и обезвоживание точно ни к чему хорошему не приведут.

Можно ли пульт для перехода зарядить? Об этом я размышлял, сидя на диване с куском пиццы в руке. На первый взгляд идея показалась не такой уж и бредовой, ведь пульт – штука электрическая, а электрические штуки имеют свойство заряжаться!

Я осмотрел его со всех сторон и даже пошкрябал отвёрткой в поисках потайной крышечки, но ничего не нашёл. Пульт представлял из себя литой контейнер без болтиков и шурупов с кнопкой в верхней части и отверстием, излучающим синий свет – внизу. Кто бы ни разработал эту фиговину, заряжать её с помощью USB-портов он не собирался. На блоке беспроводной зарядки пульт тоже заряжаться не стал – обычно об этом свидетельствуют хоть какие-то изменения индикаторов. На секундочку у меня проскочила мысль сунуть его в микроволновку, но я отложил её на потом.

Так. А если Отра – это какой-то выдуманный виртуальный мир, вроде вовки или линейки, то может быть переходы к нему можно купить в онлайне? Мысленно я уже согласился отдать весь свой остаток на карте за годовую подписку, но, ожидаемо – не нашёл в сети ни слова про это. Вообще, тема с поиском совпадений в интернете, меня немного пугала. Часто вы пишите запросы, на которые не находите ничего? В смысле – ВООБЩЕ НИЧЕГО?! Я столкнулся с таким в первый раз.

За четверо суток на Отре я вляпался в неё по уши, забыл даже проверить соц сети. Впрочем, кроме письма от бывшего заказчика и уведомления о прошедшем дне рождении Суворова Тараса (Кто это такой? И что он делает у меня в друзьях?) ничего не было.

В ленте самой горячей оказалась новость про убийство какого-то парнишки. Пролистнув ниже, я посмотрел – рекламу мобильной игры «больше ходов – меньше IQ», котиков, девочку орущую с трибуны ООН про климат, рекламу поисковика и подборку красивых девушек из израильской армии. Что за помойка у меня в ленте?!

Я закрыл приложение и прилёг, чем лучше я отдохну сейчас – тем легче восстановлюсь после следующего возвращения. Забравшись под одеяло, я закрыл глаза, но уснуть не смог, что-то беспокоило. Я ворочался с боку на бок и думал про пульт, про переходы, про странные обстоятельства того вечера… И тут до меня дошло!

Бешено застучало сердце, и я вскочил с кровати! Трясущейся рукой схватил телефон. С третьей попытки ввёл правильный пароль, и открыл приложение социальной сети. Внимательно посмотрел на фотографию к новости про убитого парнишку… ЭТО БЫЛ ОН!

Таких совпадений не бывает! Сходились внешние приметы – оранжевая толстовка и короткая стрижка; место – в двух кварталах от Саниного дома; и время – четверо суток назад в 22:12. Убитый парень на фотографии был тем самым парнем, который выкинул пульт для перехода…

Глава 10. Хандо

Ну и как тебе такая новость, Денис? Какого это – узнать, что ты пользуешься вещью, за которую, возможно, убили человека? Мне было не до подбора прилагательных, хотя одно наречие описывало моё состояние лучше остальных – до усрачки страшно!

К новости, которую репостнули и несколько моих друзей, прилагался текст, что Маслова Николая убили, выстрелив дважды в спину. Версия об ограблении не рассматривалась, потому что у погибшего нашли при себе мобильный телефон и кошелёк с деньгами, полиция и родственники искали очевидцев преступления, а также просили сообщить любую информацию, которая может относится к делу.

В конце сообщения я нашёл ссылку на профиль. Маслов Николай – обычный студент третьего курса, на своей страничке он постил фотографии с шашлыков, универа и гаража, информации про разработку супер-штуковины, которая перемещает человека в мир Отры, я не нашёл.

Комментарии к фотографии завалили вопросами, люди недоумевали – кому могло понадобиться убивать самого обычного парня? Из переписки я понял, что даже близкие друзья Николая понятия не имели, кто мог такое сделать. А что, если Колю убили за то, что он украл пульт для перехода?! На затылке зашевелились волосы…

Я сидел на кухне, пил третью кружку кофе и думал. Получается, что я – единственный свидетель преступления и только я могу дать ход этому делу, так? Похоже. Но что дальше? Не думаю, что я опознал бы кого-нибудь из тех мужиков, потому что в памяти у меня остались лишь расплывчатые пятна их серых курток (даже не лиц), но с другой стороны – я нашёл пульт, а это в корне меняло дело. Если полицейские узнают про пульт, то у них появятся зацепки или ещё больше вопросов, впрочем, отдавать пульт – не выглядело хорошей идеей. И дело не в том, что я не хотел лишаться билета на Отру (хотя я очень этого не хотел), а в том, что со мной может случится тоже, что случилось с Масловым.

Паранойя, скажете вы? Хрена с два! Отвечу я вам.

Давайте разбираться. Колю Маслова не запугали, не избили, не шантажировали и не убили случайно (если, конечно, стрелок не нервозный имбецил, который нечаянно нажал на курок два раза). Маслова убили расчётливо и специально. Продолжаем. За несколько минут до своей смерти Коля выкинул в клумбу приспособление, аналогов которому нет в открытом доступе во всём мире. Связать одно с другим не сложно – Маслова убили за то, что он узнал про пульт. Возможно, перед смертью он рассказал мужикам – куда выбросил пульт – но те всё равно его убили, надеясь, что заберут пульт у подъезда, но вернувшись пульт уже не нашли.

Значит ли это, что теперь они ищут меня? Неизвестно.

Идём дальше. Предположим, что Маслова убили ради сохранения информации в тайне, значит ли это, что если я обнародую информацию, то перестану быть жертвой? Они же не станут убивать полицейских и всех моих друзей из соц сети, правда? Звучит логично. Но!

Да, есть ещё одно «но»!

Комментарии под фотографией дали понять, что за четыре дня следствия у полицейских не появилось ни одной улики. Ничего. Ноль. Из этого можно сделать вывод – что убийцы сделали всё чисто, и что убийцы – настоящие профессионалы. Так ли это? Конечно, же нет! Четыре болвана бежали по двору за одним парнем с пистолетом на виду! Дилетантство чистой воды! Скорее всего, эти мужики наследили так сильно, что их нашёл бы даже студент полицейской академии. Отсюда вытекает логичный вопрос – почему их не нашли? Ответов может быть несколько – потому что его убили сами менты; потому что его убили люди из правительства; потому что его убили те, у кого есть влияние и на первых, и на вторых.

Мои размышления могли оказаться ошибочными, а могли и не оказаться, но в любом случае, я не хотел их проверять. Всё могло закончится более или менее хорошо – дело раскроют, а непонятную фиговину засекретит правительство, а может закончится плохо – и из свидетеля меня сделают подозреваемым, а потом запихнут в больничку, чтобы отформатировать мозги. И буду я по утрам кушать таблетки, а по вечерам сидеть у запотевшего окошка и рисовать девочек и мальчиков, обозначая одних с помощью огромных сисек, а других – писюнов. Нет уж, спасибо, пока что я останусь в стороне, а там посмотрим…

Доступное количество переходов – 72. Хотите совершить переход?

Переход выполнен успешно. Доступное количество переходов – 71.

Проснувшись на Отре, я не нашёл рядом Мина, но переживать не стал. Вернётся. Над лесом поднималось солнце, и его первые лучи приятно грели в лицо, сразу после перехода особенно сильно ощущался запах травы и деревьев.

Пока травник где-то шатался, я спустился к реке и тщательно потёр чёрную руку, надеясь, что часть сажи смоется, но лучше не стало, разве что кожа немного посвежела, а может мне просто показалось. Мин притащился к реке минут через пятнадцать. Вымотанный с незаполненной полоской здоровья, он нёс в руках охапку кожаных мешочков.

– Что с тобой? – я нашёл глазами дубину и мысленно приготовился к драке.

– Работал, – ответил Мин и сгрузил ношу у моих ног.

– Ты спал?

Вместо ответа травник поднял с земли первый попавшийся мешочек и сунул мне в руку:

– Что это?

Я удивился, но над мешочком не появилась надпись, как это происходило раньше.

– Ничего, – я пожал плечами. – Я ничего не вижу.

Мин забрал у меня мешочек и вытряхнул содержимое на землю, затем поднял следующий и вновь сунул мне в руку:

– Что это?

Разжевывать – то, что придумал травник – мне не нужно было, Мин убедился, что я могу читать предметы, и решил использовать меня по полной. Он совал мне в руки мешочки со случайными миксами полевых трав, цветов и растений и проверял – не намешал ли он чего-нибудь полезного.

И ведь сработало! Не скажу, что мы обрадовались мочегонному порошку или снижающему чувствительность пяток чаю, нет, их Мин высыпал на землю так же, как отключающую мышечную память носа стружку и порошок для снижения запаха серы в ушах, но зато мазь для заживления – точно не была лишней:

Мазь для заживления открытых ран (слабая). Требуемый уровень Митры – 0.

Ускоряет заживление ран и увеличивает восстановление здоровья.

Изготовлена из полевых растений и древесной смолы.

Мин расцвёл. Его переполняла гордость, а с лица не сходила улыбка, всю ночь травник шуршал подорожниками и крапивой, но в конце концов его старания окупились. В арсенале появился ещё один рецепт, и нужно сказать – довольно полезный. Мне пришлось ещё полчаса ждать у реки, чтобы травник закрепил урок на практике, два мешочка с мазью он подарил мне и семь штук повесил себе на пояс. Потом мы выдвинулись.

…….

Кажется, Мин намутил себе ночью кокаина, потому что для человека, который не спал всю ночь, он выглядел слишком бодрым. Мы шли уже второй день, а Мин всё ускорялся и ускорялся, пару раз мне даже пришлось его окрикнуть, чтобы не отстать.

Через пять часов пути моя выносливость упала в красную зону, и я с выпученными глазами смотрел, как Мин взлетает на гору, почти не касаясь земли. Я подумал – не продырявить ли травнику ногу дубиной, чтобы не выпендривался – но вскоре понял в чем дело – Мину не терпелось вернуться домой:

– Вон! – он показал пальцем вдаль, дождавшись, когда я поднимусь на горку. – Хандо!

Одна полоска леса с заканчивалась, и чуть дальше начинался другая, а в промежутке между ними стояла деревня Хандо. Идти нам предстояло ещё километра два, но уже издалека я видел, что деревня разрослась больше, чем деревня разбойников. В Хандо было около сорока жилых домов и штук десять сооружений с большими крышами. Со всех сторон деревню закрывал забор-частокол. Из домиков в небо поднимались серые ручейки дыма, а из большой каменной трубы валил почти чёрный столб – работала кузница.

– Через пару часов будем дома! – сказал Мин и ломанулся вперёд.

– Погоди! – я тормознул его, положив руку на плечо. – Пока ты далеко не убежал, можешь рассказать, как там у вас всё устроено, и кто главный?

– Теперь всем управляет Акрота, – произнося её имя, травник медленно моргнул и блаженно улыбнулся. – С тех пор, как жрица стала старейшиной, дела идут очень хорошо.

– Правда?

– Она объединила людей. Фермеры в полях помогают друг другу, и теперь у нас всегда есть урожай, охотники ходят за добычей группами, и почти каждый день мы едим мясо, а ещё она договорилась, чтобы кузнец из Хефама обучил Железнолобого Тальбо кузнечному делу. В минувшем году мы не отдали ни одного ребёнка на службу Бирюзовым клинкам! – последнюю фразу травник произнёс с особой гордостью.

– А почему вы должны их отдавать?

– Мы должны платить Бирюзовым клинкам за охрану земель от захватчиков. Можно платить золотом, едой, оружием или детьми. Клинки воспитают детей воинами, и те будут охранять уже следующие поколения обычных жителей, а жители будут платить им дань и так по кругу, – объясняя, как работают налоги, Мин смотрел мне в глаза, как препод смотрит в глаза туповатому студенту, но, видимо, не нашёл там понимания и безнадёжно махнул рукой. – Впрочем, вам – дикарям с Оглонских остовов этого не понять, небось до сих пор сначала моетесь в бочках, а потом пьёте из них воду?

– Бывает, – я виновато пожал плечами и поспешил оправдаться. – Хотя многие уже запомнили: сначала – пить, и только потом – жопу макать!

Травник надменно хмыкнул.

– А кто управлял деревней до Акроты?

– Ган – сын кочевника Зигледа, который основал деревню. Ган был плохим старейшиной, – травник смачно плюнул себе под ноги, – он наказывал людей за любые провинности и урезал в еде. А у тех, кто противостоял Гансу, он забирал детей и отдавал в качестве дани Бирюзовым клинкам.

– Где он сейчас?

– Он ушёл из Хандо два года назад с детьми, пообещал, что не отдаст их Бирюзовым клинкам, а обучит сражаться и приведёт назад, но так и не вернулся, – травник грустно вздохнул. – Мы думаем, что у Гана были долги перед клинками и, обманом он решил рассчитаться нашими детьми.

– Жесть! – я сжал зубы, представляя рожу упыря Гана.

– Но больше этого не повториться, Акрота такого не допустит! Акрота умная и справедливая, честная и добрая, сильная, но одновременно женственная…, – Мин прикрыл глаза и высунул кончик языка. – … красивая и улыбчивая, милая и вкусно пахнет. А какие у неё…

– Эй! – я хлопнул травника между лопаток. – Не вздумай при мне шелудить своими ручонками в карманах, понял?!

…….

День подходил к концу, когда мы пришли к воротам Хандо. Пилей. Уровень Митры – 4. Воин вскочил со стула и направил в мою сторону копьё:

– Мин, мать твою! Ты негожего привёл?!

– Покажи ему! – сказал мне Мин, будто мы заранее о чём-то договаривались.

– Что показать?!

– Знак Митры, покажи, дубина!

– А-а-а, – я закатал рукав. – Вот!

Казалось бы, как это могло помочь, да? Оказывается – ещё как! Увидев знак Митры, Пилей открыл рот и опустил копьё, Мин просочился в щель приоткрытых ворот и сказал, чтобы я шёл за ним.

– Но, как такое возможно? – спросил Пилей, показывая пальцем то на мой лоб, то на руку.

– Магия! – сказал я и пролез в щель вслед за Мином.

Близилась ночь, и деревня Хандо засыпала. Травник вёл меня по разъезженной телегами дороге мимо бревенчатых домов. В отличие от наспех сколоченных вигвамов в деревне Гойнуса, дома в Хандо походили на обычные деревенские дома – брус, острые крыши, прорубленные окна.

– Куда мы идём?

– Ко мне домой, – ответил Мин. – Сегодня уже слишком поздно, чтобы идти к Акроте, и я не хочу её тревожить. Жрица очень много делает и сильно устаёт, может быть она уже спит, а значит…

– Я понял-понял! Домой так домой!

По пути нам встретился мужик с трубкой, который пускал дым, сидя на лавочке в одних трусах. Был ещё дед с удочкой, не знаю, насколько хороши его глаза, но в потёмках он привязывал крючок.

Дом Мина выглядел грязным и неухоженным, впрочем – как и его хозяин. Травник потянул на себя скрипучую дверь, а затем зажёг керосиновую лампу, ударив несколько раз огнивом. Внутри всё было хуже, чем снаружи. На полу и подоконниках сушились травы, на столе рядом с засохшим хлебом и вяленным мясом стояли колбы и толкушки для изготовления порошков, пахло аптекой, лесом и лакокрасочным заводом.

Травник наклонился к полу и оттащил в сторону затёртый до дыр коврик, потянул за железное кольцо, и в полу появлялась прямоугольная дыра в подвал. Мин спустился вниз вместе с лампой, а я привстал на колено, чтобы посмотреть – что он будет делать.

– Ё-моё! – вырвалось у меня вслух.

Обычно в погребах хранят банки с соленьями или овощи, но, похоже, травника дела гастрономические, не сильно интересовали. Я и раньше подозревал, что он чокнутый, но, чтобы настолько! По периметру погреба стояли деревянные полки, заполненные банками с серым порошком! Присмотревшись, я увидел, что там стояли не только банки, между ними ещё валялись мешки, узелки и стояли горшочки, но банки – очень похожие на наши трёхлитровые – выглядели наиболее эффектно. Подвал напоминал склад улик в отделе по борьбе с наркотиками. Сколько он натаскал сюда порошка? Тонну? Две?!

– Что это?!

– Слезоточивый порошок, – невозмутимо ответил Мин.

– Ты что, решил всю деревню выселить?

– Таким образом я получил второй уровень Митры, – сказал травник, снимая с пояса мешочки с заживляющей мазью и складируя их в промежутки между банками.

– В смысле?

– Освоив профессию травника, я стал получать Митру за то, что готовлю зелья или порошки. Чем больше приготовлю, тем больше получу Митры, – два мешочка с заживляющей мазью Мин оставил на поясе, но перевесил их на левый бок. – Я мог бы выкинуть всё это добро, но мне жалко.

– Ты приготовил столько порошка и получил всего лишь второй уровень?!

– Да, – Мин погрустнел. – Когда травник открывает новый рецепт, то сначала за каждое изделие получает много Митры, но потом всё меньше и меньше.

– Ты же сегодня придумал способ, как найти новые рецепты, почему ты не сделал этого раньше?!

– Акрота – единственный жрец в деревне, и у неё полно своих дел! Я не могу таскаться к ней с порошками и просить, чтобы она их посмотрела, – Мин опустил голову. – Да и что она подумает? Что я неуч и не могу сам разобраться с травами?

Любовь-любовь… Наш травник втюрился по уши, но боялся не только с ней заговорить, но даже близко подойти, а мысль, что Акрота увидит в нём недотёпу пугала его ещё больше. Странно, что его халупа не завешена её фотками, ну в смысле – портретами.

– А твой учитель? Что это за учитель такой, который не передал тебе никаких рецептов?

– Эм-м-м, – травник почесал шею. – Не знаю.

– Что значит «не знаю»? – я заглянул Мину в глаза.

– Всё! – сказал Мин, выползая из подвала. – Пойдём спать!

…….

Едва встало солнце, а мы уже шагали к жрице. Сонные жители Хандо выползали из своих домов и менялись в лицах, глядя на меня – негожего, похоже, незнакомцы со светящимся знаком во лбу встречались тут редко, но, к счастью, подозрительные взгляды доставались не только мне.

Мин шёл по деревне и здоровался с каждым встречным, но ему редко кто отвечал. Люди отворачивали головы и хмурили брови, а один раз я даже увидел, как дед в шерстяной шапке покрутил пальцем у виска, а бабка одобрительно кивнула, соглашаясь с диагнозом.

Мы подошли к дому жрицы, он выглядел опрятным и ухоженным, перед домом росла яблоня. Я хотел сорвать один плод, но Мин зашипел на меня, будто сражающийся за территорию индюк, и трясущейся рукой постучал в дверь.

– Выйду через две минуты! – крикнул женский голос из-за двери.

Акрота выскочила из дома и спрыгнула с крыльца, едва не сбив зазевавшегося Мина. Тот отскочил в сторону и стал, как рыба шевелить губами, не в силах оторваться от женского лица. Я представлял Акроту совсем по-другому. Жрица оказалась высокой, плечистой девчонкой лет двадцати, симпатичной (для женщины из средневекового мира) с четырьмя косичками на голове. Акрота носила тёмно-синие штаны и куртку, а на поясе висел ремень, она возвышалась над травником почти на полголовы, да и по телосложению – пускай и не сильно, но могла дать ему фору.

– О, привет, Мин! – увидев травника, она улыбнулась, но ненадолго. – Где Фастис и Аттам? Почему вы так долго… Это что – негожий?!

– Покажи ей! – приказал Мин, сощурив гневную рожу.

Комбинация «негожий» плюс «жрец», кажется, являлась ультимативной. Я закатал рукав, и жрица зависла. Секунд десять она о чём-то думала, а затем положила руки на пояс и двинула по дороге.

– Где Фастис и Аттам?! – теперь она не спрашивала, а требовала отчёта, как командир у солдата.

Волочась за жрицей вприпрыжку, Мин рассказал историю про нападение Гойнуса, про смерти компаньонов, про то, как я спас ему жизнь, про Медную пещеру и про тыквенную слезоточивую бомбу.

– Ты зачистил Медную пещеру?! – жрица выкатила глаза и остановилась, травник по инерции прошёл ещё несколько шагов.

– Мы сделали это вместе! – он показал в меня пальцем. – Я знаю, что не должен был его приводить, но что мне оставалось делать?! С ним мы зачистили Медную пещеру, а ещё он спас мне жизнь!

Акрота посмотрела на меня. Я улыбнулся, извиняясь за то, что спас жизнь травнику, но ответной улыбки не получил, её взгляд на пару секунд задержался над моей головой – она прочитала надпись, а я не постеснялся прочитать её надпись – Акрота. Уровень Митры – 8. Торговец. Торговец?!

– Негожему нет места в Хандо! – сказал Акрота, глядя на мою дубину. – Его не приняла Отра, так почему его должны принять мы?

– Слушайте! – я улыбнулся и развёл руки в стороны. – Думаю, я смогу быть вам полезен.

– Скажи, чтобы он молчал! – приказала жрица Мину.

– Акрота, ты можешь спросить у Мина…

– Заткнись, негожий! – Акрота ткнула в меня пальцем и сдвинула брови. – Ещё слово – и ты умрёшь!

Вот, блин! Двадцатилетняя девчонка с косичками угрожала мне смертью, и знаете, что? Я ей поверил! Она дырявила меня взглядом, а в её глазах, будто вспыхнуло пламя. Говорят, что некоторые животные по взгляду понимают – как настроены против них другие особи и способны ли они на убийство, так вот на секунду мы стали такими животными. Акрота была в шаге от того, чтобы меня прикончить.

– Что делать с ним – мы решим позже! – сказала жрица и продолжила путь. – Скорбеть о Фастисе и Аттаме мы тоже будем позже, потому что сейчас у нас нет времени. Сегодня ночью вернулся разведчик и сказал, что видел плывущие в нашу сторону корабли по реке, и ему показалось, что корабли везли с собой клетку. Надеюсь он ошибается…

– Отра милосердная! – вскрикнул Мин, поднимаясь за Акротой по ступенькам к зданию с большой крышей.

– Мы боимся, что к нам приплыли работорговцы, – жрица открыла ключом дверь. – Сегодня Марус снова пойдёт на разведку, чтобы всё проверить и побольше узнать об этих кораблях, а мы пока соберём совет и всё обсудим.

Жрица вошла в дом, за ней – Мин. Я поднялся по ступенькам, но травник высунулся из двери и показал скрещенные руки, кажется, негожему запрещалось подниматься даже на крыльцо зала советов.