Текст книги "Баланс Темного (СИ)"

Автор книги: Артем Кочеровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20. Погоня

– Зачем?! – я потряс кулаком перед Мином. – Зачем освобождать Харта?!

– Отра приготовила ему другой путь.

– Тогда почему она не попросила Блуна?! Почему я?

– Люди не способны понять её замысел.

– Что мне делать?

– Не знаю. Охотники на демонов не освободят Харта, – Мин уставился на мои промокшие ноги. – Плохи твои дела.

– Мои? Ты хотел сказать – наши?!

– Не выполнишь задние, Отра изменит отношение к тебе.

– И?

– Жить станет тяжело…

Матушка природа не только не подумала, как парень с четвёртым уровнем Митры справится с охотниками на демонов, она ещё и иронично стебалась! Всего сутки назад мы рисковали жизнями, чтобы поймать тёмного орка, а сегодня должны его освободить. Что за детская войнушка, в которой стороны меняются по настроению?!

Я расхаживал по берегу и не находил себе места. Нужно что-то придумать, но в голове крутился сплошной бред.

– Мин!

– А?! – травник дёрнулся.

– Ты придумал, что-нибудь?!

– Что?

– Как орка будем освобождать?!

– Нет, не придумал, – травник съел орех. – Даже со всей армией Хандо мы не справимся с Охотниками на демонов. Они очень сильные.

– Должен быть другой способ, – я зачерпнул жменю песка. – Что мы можем им предложить?

– Не знаю, – травник похлопал себя по карманам. – У меня есть два драгоценных камня.

– Не думаю, что это их устроит.

– Ты прав.

– Что это? – я заметил светящиеся бусинки у Мина в руке.

– Это? – он протянул ладонь с красными, жёлтыми и синими глянцевыми шариками, которые по размеру и цвету напоминали бисер.

– Ага. Что это?

– Я нашёл эти камни в желудке у марлока, – травник пошевелил ими в руке. – Похоже на отложение солей. Из-за желудочной кислоты они так здорово раскрасились. Красиво, правда?!

Мин держал в руке разноцветные крошки из желудка марлока. Красиво? В мире, где не изобрели пластик и красители, крошки на самом деле смотрелись диковинно.

– А эти штуки растворяются в питательном эликсире?

– Слушай, я понимаю, что на Оглонских островах вы привыкли жрать всё, что ярко светится, но…

– Растворяются или нет?!

– Скорее всего – нет, – ответил Мин, прижав ладонь к животу. – Они не съедобные, но если хочешь – я проверю.

– Проверь! – я потёр ладони. – И лучше проверь дважды!

…….

Идея, которая маленькими пазлами складывалась в моей голове, походила на бред, но это был лучший из придуманных бредов. Расскажи я свой план Мину, он точно счёл бы меня сумасшедшим и наверняка попытался бы отговорить, но, выбирая между действием и бездействием, я выбрал первое.

Для исполнения плана нам нужна была добротная бочка, много кислотной воды, лесные ягоды и бисер из желудков марлоков. Время неумолимо накатывало, будто сходящая лавина. Как только охотники на демонов отведут Харта в долину Прозрения, освобождать будет некого.

– Ты знаешь, где находится долина Прозрения? – спросил я Мина, изучая на ходу карту.

– Да.

– Серьёзно?! – я выпучил глаза и посмотрел на травника. – Это не шутка?!

– Все жители Хандо старше десяти лет знают, где находится долина Прозрения! – Мин гордо задрал голову. – Родители водят в долину детей на десятый день рождения, чтобы ребёнок почувствовал присутствие Отры.

– Далеко она?

– Два дня пути от Хандо.

В башке у меня заработал калькулятор. Охотники на демонов шли со связанным Хартом примерно в два раза медленнее, чем средняя пешая скорость. А когда мы с Мином включали спринт, за сутки проходили расстоянии отведённое на двое суток. Вуаля! Таким вот выверенным до сотых долей расчётом я определил, что наша скорость в четыре раза быстрее, чем скорость охотников на демонов.

Если честно, этого едва хватало, чтобы нагнать их к долине Прозрения, а, учитывая, что по пути нам предстояло зайти в лавку к торговцу и прикончить с десяток марлоков, в успех погони верилось с трудом. Про бочку, которую придётся тащить с собой, я не думал, как и про время на работу травника. Мозг оптимиста посчитал так, как было удобно ему. В моих переменных охотники на демонов дольше спали и чаще останавливались на привалы, а мы шевелили ногами, будто роботы, без сна, привалов и еды.

– Может быть поспим, остановимся на привал или хотя бы поедим? – ныл Мин, волочась позади.

– Лавка торговца должна быть где-то здесь! – ответил я, водя пальцем по карте. – Если он не ушёл отсюда много лет назад или не умер…

– Что?! Не расслышал!

– Я говорю, в следующий раз, когда кто-нибудь захочет обучить тебя новому рецепту, обязательно спроси про выносливость!

– Обязательно! – ответил Мин, вытирая со лба пот.

На карте лавка обозначалась, как стол с наваленной горочкой монет, и находилась она по пути в Хандо, но на ответвлённой дороге. Впрочем, и в отклонении от маршрута я нашёл позитивный момент – быстрее попадём к болоту, тем более, что мост через реку всё равно разрушен. Разрушенный мост, между прочим, мог стать неприятной новостью для охотников. Представив, как они целый день ходят вдоль реки в поисках брода, я повеселел и прибавил шагу.

– Да, погоди ты! – взмолился отстающий травник.

– Вон! – крикнул я, показывая пальцем на выросший вдали навес.

Лавка существовала на самом деле. Теперь я видел её не только обозначением на карте, но и своими глазами – наяву. К несчастью, чем ближе я подходил, тем больше сомневался. Доски прогнили и покосились, навес порос мхом, прилавок пустовал, как и место торговца. Если когда-то путники, могли пополнить здесь припасы, то сейчас от этой лавки можно было оторвать пару гнилых досок, чтобы распалить ими костёр.

Я подошёл и с досады ударил кулаком по гнилой столешнице.

– Секундррруу-у-у-у!

– Что за…?! – услышав хриплое бормотание я отошёл на пару шагов.

Идомиос. Уровень Митры – 4. Торговец высунул голову из-под прилавка и, сощурив глаза, долго смотрел на меня. Если бы надпись над головой не подтверждала, что Идомиос – торговец, я принял бы его за обычного забулдыгу: седая борода, опухшая харя и красные глаза. Стойкий запах спирта подсказывал: Идомиос скрашивает одиночество бухлишком.

– Добро пожаловать, в лавку Идомиса! – икнул торговец и сел за прилавок.

– Привет. Что у тебя есть на продажу?

Мужицкая харя растянулась в искусственной улыбке гнилых зубов:

– Горячо любимый покупатель! В моей лавке вы можете приобрести самые качественные и необходимые товары для путешественников. Лавка Идомиса работает уже двадцать лет, позволяя путникам…, – торговец запнулся и закатил глаза. – В задницу! Чего вам надо?

– Кислотная вода есть?

– Чего?! – Идомис сдвинул брови. – Первый раз слышу! Нет такого!

– Как это?!

– Так это! – огрызнулся торговец и достал из-под прилавка коробку. – Вот! Больше у меня ничего нет!

Я заглянул в коробку. Торговцы с такими товарами сидели возле любой мусорки у меня на районе. Идомис предлагал купить панцирь черепахи, зубы собак, пучок специй, два наконечника стрелы и прочий хлам, к которому даже не хотелось прикасаться.

– Ты сидишь здесь, чтобы продавать это? – я достал из коробки наконечник стрелы.

– Нет, это моё хобби, – отмахнулся торговец. – Настоящим мужским делом я занят, когда покупателей нет!

– Чем же?

– Вот чем! – Идомис ударил о прилавок дном бутылки, в которой плавала мутная жижа. – Хотите?!

– Понятно, – я отодвинул бутылку в сторону и бросил наконечник обратно в коробку. – Удачной торговли!

– Погоди! – вмешался Мин. – Возможно, получится сделать кислотную воду из этого!

Травник выложил на прилавок: кусок глины, жука с поломанным панцирем и засохший корень.

– Не уверен, но могу попробовать! – Мин пожал плечами. – Дарпинус показывал рецепт из натёртой коры кукурузного дерева и стружки…

– Хорошо, покупаем и пошли искать бочку! – я брезгливо посмотрел на «товары». – Это дерьмо сам понесёшь, не хватало мне ещё чем-нибудь заболеть!

– Эй, путники, постойте!

– Чего?! – я обернулся.

– Вы недооцениваете Идомиса! – он развёл в стороны руки и улыбнулся. – Уж что-что, а бочка-то у меня найдётся!

– Да, ладно?! – я посмотрел по сторонам, но не увидел ничего схожего по размерам.

– Опа! – торговец ударил себя по колену и встал.

Деревянная бочка служила ему стулом, нет – стульчиком. Изначально я искал большую ёмкость, куда влезет человек, но бочонок литров на пятнадцать тоже подойдёт. Во-первых, его легко нести, во-вторых, кислотной воды понадобится меньше…

…….

К охоте на марлоков мы подготовились лучше, чем в прошлый раз. Помогла и купленная бочка. По дороге к болоту мы набрали в неё камней, чтобы Мину было чем стрелять из пращи.

Травник сказал, что в детстве в обращении с пращей у него не было равных. Глядя, как он мажет третий раз подряд, я пришёл к выводу, что в детстве он соревновался исключительно со слепыми детьми. Мин попал с пятого раза. Но спасибо и на этом. Мне не нужно было месить грязь под ногами и отбиваться от прыгающих на голову марлоков. Получив даже незначительный урон – десять-двенадцать единиц, болотные твари мчались в атаку, взбирались на твёрдую почву и готовились к прыжку. Я срезал их двумя быстрыми ударами – колотым в живот и рубящим сверху.

Знаки Митры на выносливость и скорость дали первые плоды. Отмеряя десятисекундные перерывы между подходами, я поддерживал выносливость полной, а скорости хватало, чтобы отбиваться от марлоков, которые появлялись с боку или успевали прыгнуть.

Интересно было наблюдать, как работает новый знак – «по воле случая». В постоянной драке, где приходилось делать много ударов, он срабатывал не так уж и редко, но были и свои особенности. На самом деле процент срабатывания можно было делить на полтора, потому что колющими или режущими ударами я не оглушал врага. «По воле случая» срабатывал, лишь когда я прикладывался размашистой плюхой. Зато, когда оглушение срабатывало, бой с марлоками становился даже неинтересным, болотные твари закатывали глаза и замирали в разных позах. Добивать их было так же просто, как сражался с тренировочными манекенами.

Руки травника потихоньку вспомнили как управляться с пращей и больше двух раз в одну цель, он уже не мазал. За час, работая отлаженным конвейером, мы убили тринадцать марлоков первого и второго уровней. Трупов собрали двенадцать, с одним я перестарался, случайно разрубив пополам.

Чтобы не терять время, я занялся разделкой марлоков, а Мин возился с купленным у торговца мусором. Скинув то и другое в бочку, мы вприпрыжку побежали к переправе. Всё было готово. Оставалось надеяться, что мы нагоним охотников прежде, чем они порубят тёмного орка во славу Отры.

…….

– Ты знаешь, что они будут делать, когда придут в долину Прозрения? – спросил я у Мина, кивнув Пилею.

Стражник на воротах Хандо с открытым ртом смотрел, как мы проходим мимо. Потерев глаза и убедившись, что мы – не глюки, он неуверенно помахал в ответ.

– Обряд жертвоприношения начинают на рассвете, – ответил Мин. – Жрец уходит в долину и произносит слова прославления, чтобы мать всего живого приняла тёмную энергию.

– А Отра с ним разговаривает? Со жрецом?

– В долине Прозрения Митра ощущается особенно сильно, поэтому мы водим туда детей. Побывав в долине, мы возвращаемся обновленными и полными сил, ощущаем лёгкость, успокоение и хорошо спим.

– Я не об этом! Меня не интересует, что у кого чешется! Видят ли жрецы что-то конкретное? – я поправил бочку на плече. – Войдя в озеро Костров, я увидел чёткое задание, понимаешь? Видят ли жрецы надписи в долине Прозрения?!

– Кажется, нет, – Мин пожал плечами. – Отра очень редко разговаривает с людьми и… я, кстати, хотел об этом спросить.

– О чём?

– Ты уверен, что Отра с тобой разговаривала? – спрашивая, Мин вжал голову в плечи.

– Конечно, разговаривала! Что за вопрос?!

– Может и разговаривала, я не спорю! – травник вытянул руку, будто пытался меня успокоить. – Но может быть Отра попросила тебя сделать что-нибудь другое?

– О чём ты?!

– Нуу-у-у-у, просто дикари с Оглонских островов не очень-то хорошо читают…

– И?

– Ты, случаем, не перепутал слова? Может Отра не просила освобождать тёмного орка? Ты не мог бы нарисовать палочками на земле задание, чтобы мы прочитали его вместе?

– Какое ещё задание? – я сморщил лоб.

– Ну то задание, в котором Отра простила тебя – освободить тёмного орка!

– Какого ещё тёмного орка? Где мы его найдём?

– Как где?! – травник замедлил шаг. – Ну тёмный орк, которого зовут Харт, ты же сам сказал, что мы должны…

– Я сказал не освободить орка, а перекусить коркой!

– Перекусить коркой?!

– Да! Для выполнения задания Отры нам нужно испечь хлеб и съесть его корку!

– Странно…, – травник почесал затылок. – А зачем нам бочка и отложения марлоков… Разве мать всего живого могла такое попросить?

– Могла-могла! – я похлопал Мина по плечу и улыбнулся. – А ты, кстати, кто?

– Я?! – травник ткнул в себя пальцем и остановился. – Меня зовут Мин, я же с тобой…

– Да, не тупи, ты, Мин! – я дёрнул его за куртку, чтобы поторопить. – Я умею читать! Не знаю зачем, но Отра попросила меня освободить тёмного орка, и если уж ты так сильно хочешь, то я напишу тебе это на земле, но только не сейчас. Нам нужно поторопиться!

Ещё пару минут я искоса поглядывал на Мина, прежде чем тот улыбнулся. Дошло.

…….

С горем пополам, перекидывая друг другу бочку и не останавливаясь на привалы, мы пришли к долине Прозрения. Уже стемнело, однако это не помешало мне рассмотреть мощь и красоту столько важного для людей места.

Внизу журчала небольшая речушка, и раскачивались на ветру деревья. Необычными в этой картине были бежевые каменные плиты, разбросанные по земле. В начале их было всего несколько штук, но чем дальше я уводил взгляд, тем больше их замечал. В середине долины каменные плиты упорядочивались и полностью вытесняли зелень, превращаясь в каменный пол. Каждая из плит была размером примерно два на два метра, насчитывалось их несколько сотен. Если это сделали люди без техники и инженерных знаний, то долину Прозрения можно было ставить в один ряд с нашими Египетскими пирамидами. Она напоминала огромный забетонированный канал, который заканчивался отвесной чёрной скалой.

Костёр охотников на демонов горел в полукилометре он нас, вокруг сидели три обычных силуэта и огромный орк. На вертеле крутилась тушка небольшого животного. Мы успели.

К небольшому сожалению для меня, и огромному – для выжатого, будто тряпка, Мина, отдохнуть до рассвета мы не могли – предстояло ещё много дел.

Индикатор выносливости не отображал наше настоящее состояние. Мы пролежали в засаде полчаса, и наши полоски заполнились, но я бы не сказал – что чувствовал себя бодрячком. От скопившейся усталости полоски выносливости быстро опустошались и медленно восстанавливались. Кроме того, я чувствовал усталость морально, и она мало чем отличалась от той, что испытываешь на Земле.

Сделав большой круг, чтобы не попасться на глаза охотникам, мы спустились к реке. Мин взялся за бочку и кислотную воду, а я, смастерив из рубашки жалкое подобие мешка, пошёл за ягодами.

Придумать занятие дебильнее, чем собирать ягоды в потёмках, сложно. Напрягая до боли глаза, я ползал по лугу и рвал маленькие чёрные точечки. Чернику от земляники отличал только на ощупь, остальные ягоды меня не интересовали.

…….

Небо посветлело, когда я вернулся к реке. До рассвета остался один час. Мин лежал на травке и похрапывал, рядом стояла наполненная бочка.

– Получилось?! – я пнул его в бедро.

– Не знаю, – травник разлепил глаза и потянулся. – Сейчас проверим!

– Мог бы и помочь! – я кинул на землю рубашку, пропитанную чёрными и красными пятнами, с ягодами внутри.

– Прости, не мог, – травник помахал головой. – Я должен был находиться рядом, чтобы следить за протеканием реакции.

– Ага, но не уследил за протеканием слюней у себя по щеке.

– А?! – травник вытер рукой засохшую слюну. – Ну что, пробуем?

– Давай.

Мин выловил из бочонка остатки глины и измельчённого корня, после чего понюхал жидкость. Мне не понравились его сморщенный нос и испуганные глаза. Зачерпнув жменю ягод, травник высыпал их в бочонок, и те растворились.

– Хорошо! – изнывая от усталости, я откинулся на землю. – Молодец, Мин!

Травник высыпал в бочонок ягоды, и из материи они превратились в яркий фиолетовый цвет. Затем он добавил в коктейль бисер из желудков марлоков. Разноцветные камушки сначала лежали на поверхности, но постепенно питательный эликсир их поглотил. Красные, жёлтые и синие бисеринки расползлись по фиолетовой ягодной массе, словно звёзды по космическому пространству.

Я заглянул в бочку и улыбнулся. Чернично-земляничный коктейль с разноцветными бисеринками точь-в-точь напоминал космический кисель тёмной энергии…

Глава 21. Сила киселя

На рассвете Блун перекинулся парой слов с охотниками и направился в долину Просвещения.

Харт прекрасно понимая, что жить ему осталось не больше часа, дёрнулся, проверяя на прочность цепи. Выходка охотникам не понравилась, Одор засветил орку в глаз, а Анук не мелочился – полоснул ножом по спине, прибавив к десяткам шрамов ещё один.

– Только не убейте! – крикнул Блун, прячась за деревьями.

Лагерь, где заночевали охотники на демонов, отгораживался от долины Прозрения лесной опушкой. Скрывшись из виду, Блуну предстояло пройти около километра, чтобы выйти в центр долины.

Жрец ступил на каменные плиты и пошёл к чёрной скале. Его поступь по шлифованным камням, от которых отражались красные лучи восходящего солнца, выглядела чертовски круто! Он, словно герой фантастического фильма, шёл по мосту к космическим вратам или к порталу в потусторонний мир. Один в таком пустом и таком светлом пространстве…

– Пора.

– А? – я повернулся к Мину.

– Ты сказал, что мы должны успеть прежде, чем он вернётся! – голос травника дрожал. – Или нет? Я запутался.

– Всё правильно, Мин! – я хлопнул его по плечу. – Не волнуйся, если что-то пойдёт не так – вали на меня!

– Напомни, что я должен сказать?

– Успокойся! – подхватив бочонок, я побежал к лагерю охотников. – И просто будь собой!

Анук отошёл поссать, а Одор натирал железную ручку топора куском меха. Я подошёл почти к самому костру, когда они меня заметили.

– Негожий?! Ты всё-таки решил умереть от руки охотника не демонов?!

– Привет, Анук! – я махнул рукой. – Ты, кажется, штанину обоссал!

– Где? – он склонился, но тут же разогнулся, улыбаясь. – Дошутишься! Блуна рядом нету, а Одор и сам не прочь прирезать тебя за шуточки про Закру!

– Поэтому и пришёл! – ответил я, одаряя охотников улыбками. – Как дела вообще?!

– Поэтому и пришёл? – лоб Одора собрался морщинами. – Чтобы мы тебя прирезали?

– Нет, конечно! По поводу дочери твоей, Закры! Пришёл, чтобы просить руки и отцовского благословения. Вон она и сама идёт!

– Где?! – Одор уставился в направлении вытянутого пальца.

– Да шучу!

Я хотел похлопать седобородого по плечу, но тот отстранился, нахмурив брови:

– Ещё слово про Закру!

– Всё-всё! – я поставил бочку на землю и поднял руки. – Случайно получилось! Я ведь поэтому и пришёл – извиниться за шуточки! И пришёл не с пустыми руками!

– Что это? – Анук посмотрел на бочонок.

– Лучший напиток, который я когда-либо пробовал!

Откупорив бочонок, я взял кружку и зачерпнул. За ночь чернично-земляничный коктейль настоялся, усилился запах, не нужно было притворяться, чтобы нахвалить превкусный напиток. Анук с Одором облизали губы, глядя, как я с наслаждением глотаю кисель, и следующие десять секунд за охотников думали их животы. Наполнив кружки до краёв, я сунул одну Ануку, а вторую – Одору. И тот, и другой хотели рассмотреть напиток повнимательнее, понюхать, но подтолкнув донышки я настоял, чтобы они выпили не глядя.

Пока охотники наслаждались чернично-земляничным чудом опрокинув головы, я повернулся к Харту и без объяснений задрал левый рукав куртки.

Трёхметровый монстр, наглухо закованный в цепи, сидел на камне с печальным взглядом. В его потускневших глазах фиолетового цвета я уловил смирение, но, увидев покрытую чёрным наростом руку, Харт подскочил на месте. Он хотел что-то сказать, но я приказал ему молчать, приложив палец к губам.

– Вкусно! – подтвердил довольный Одор. – Что там плавает?

– Маленькие разноцветные штучки? Можете их глотать! – разрешил я. – Кажется, это специи.

– Кажется?!

– Ага! – я вновь наполнил кружки и передал их охотникам.

Второй раз у Одора и Анука было достаточно времени, чтобы рассмотреть напиток. Опустив головы в кружки, они замерили. Возникла заминка. Одор посмотрел на Анука и по-ребячески хихикнул:

– Цвет такой странный. На тёмную энергию похоже.

– Совпадение, – ответил я, зачерпывая из бочки. – Хотя, скорее всего, этот напиток приготовил кто-то из тёмных.

– Что?!

– Вкусно же?! – спросил я и, не дожидаясь ответа, приложился к землянично-черничному коктейлю.

– Что значит приготовил кто-то из тёмных?! – Одор скривил лицо, будто в рот ему попало что-то горькое. – Где ты взял бочонок?

– В склепе!

– В каком склепе? – включился в разговор Анук.

– В том самом, откуда вы Харта выманили! – похвастался я, заливая в себя ещё одну кружку. – Вы не стали спускаться, а мы с Мином проверили и нашли там бочонок!

Рука Одора дрогнула, Анук поставил кружку на землю и сплюнул остатки напитка. Они смотрели то на меня, то на бочонок, то друг на друга. Анук качал головой, отказываясь признавать:

– Это очередная шутка?

– Почему шутка? – я повернулся к темному орку. – Харт, ты зачем бочонок хранил?

– Это мои запасы на чёрный день! – орк злобно захохотал, глядя в испуганные глаза охотников.

– Ты что-нибудь чувствуешь? – спросил Анук у Одора.

– Не знаю.

– СТОЙТЕ!

Мы повернули головы на крик. С холма в долину, едва успевая переставлять ноги, на всех порах бежал Мин.

– НЕ ПЕЙТЕ! – раскрасневшийся травник орал во всё горло, спотыкался, но чудом не падал. – НЕ ПЕЙТЕ ИЗ БОЧОНКА!

– Отра, милосердная, что за херня?! – Одор бросил кружку на землю и, повторяя за Ануком, начал плеваться. – Негожий, ты что натворил?!

– Надеюсь, вы не пили?! – спросил подбежавший Мин, показывая пальцем на бочонок. – Не пейте!

– Да, что случилось?! – я нахмурил лоб. – Отличный напиток!

– Почему не пить?! – Анук подошёл к Мину впритык и еле сдержался, чтобы не схватить его за шкирку. – Это тёмная энергия?! Отвечай, быстро! Это тёмная энергия?!

Травник с удовольствием бы ответил, но воздух в загнанных лёгких не задерживался дольше, чем на полсекунды. Согнувшись и уперев руки в колени, он пытался отдышаться.

– Не слушайте его! – я снова зачерпнул из бочонка. – Я уже третий день пью этот напиток, ничего страшного не случилось! Разве что пятна на коже остаются, если вот так делать.

Закатав правый рукав, я налил питательный эликсир на кожу. Жидкость просочилась в руку, оставив фиолетовое пятно, а разноцветные бусинки осыпались на траву. Даже лажа с осыпавшимся бисером не испортила фокус, от которого Одора и Анука буквально порвало! Они выкатили глаза, наблюдая, как «тёмная энергия» впитывается в кожу. Я, конечно, ожидал, что фокус сработает поразительно, но, чтобы так! Анук непонятно зачем потянулся к оружию, а Одор схватился за голову. Охотники что-то бубнили и почти безостановочно плевались. Подобное не снилось и в самых страшных снах – они становились теми, кого рождены были убивать.

– Жрица сказала, что это тёмная энергия! – отдышавшись, ответил Мин.

– Ой, не гони! – я набрал тёмной энергии в рот и со звонким клокотанием прополоскал горло. – Орк сварил ягодный кисель и припрятал у себя в склепе, я что – дурак такую вкуснятину там оставлять?!

– Акрота сказала, что нужно как можно быстрее бежать в долину Прозрения и молить Отру – вычистить тёмную энергию, пока она не пропиталась в душу!

– Что ты сказал?! – на этот раз Анук вцепился травнику в рубашку. – Я не расслышал! Что ты сказал?!

– Да не бойтесь, вы, парни! – я подошёл к охотникам, размахивая кружкой. – Самое плохое, что может случиться – на коже появятся наросты! – с этими словами я закатал рукав левой руки.

Всё, что повторял охотникам Мин про Акроту, про долину Прозрения, про душу, которая ещё не успела пропитаться тёмной энергией, Одор с Ануком дослушивали набегу. Анук плевался и вытирал язык о рукав, а Одор так спешил, что даже забыл свой боевой топор на восьмой уровень Митры.

– Ты кто такой?! – прохрипел Харт, когда охотники скрылись за лесом.

– Не важно! – я посмотрел ему в глаза. – Не знаю зачем, но я пришёл, тебя освободить.

– Тёмные своих не бросают, – орк уверенно кивнул.

– Я не тёмный! – оглянувшись за спину, я убедился, что Мин ищет ключ.

– Скоро станешь! – фыркнул Харт. – То, что прячется у тебя под рукавом, рано или поздно сделает тебя тёмным.

– Помолчи! – я достал меч и повернулся к Мину. – Нашёл?!

– В сумках ключа нет! Зато тут есть смоляная горчица, можно я возьму немного?

– Ё-моё, бери ты что хочешь! – я посмотрел на Харта. – Положи руки на камень!

Орк неспешно подчинился. Он понимал: от того насколько быстро я его освобожу, зависит не только его жизнь, но и наши с Мином. Меч разрезал воздух и со свистом опустился на металл, высекая искру. Зазвенела цепь, в руку врезались каменные осколки и болезненная отдача. На звене толщиной с палец осталась малюсенькая засечка, за которую едва можно было зацепиться ногтем. В отчаянии я ударил ещё пять раз, пока Харт не убрал руки с камня.

– Положи обратно!

– Используй силу! – прохрипел Харт.

– Что!?

– Ты можешь разрушить эти оковы, – орк посмотрел на покрывшуюся наростом руку. – Подойди, я помогу.

Едва я приблизился, зелёный кулак обхватил мою руку. По коже прокатилось тепло и покалывание, будто от ударов тока. Фиолетовый свет вспыхнул между пальцев Харта и вылился наружу космическим киселём. Точь-в-точь будто питательный эликсир, тёмная энергия впитывалась в заражённую Треулом руку, растекалась от кисти по предплечью, перекатывалась через локоть и карабкалась на плечо. Чёрный нарос подсветился, подобно обуглившемуся дереву, которое раздувает ветер.

– Вложи силу в меч!

На лезвии меча появились блики. Выступили красные, жёлтые, голубые и синие кляксы, после чего их залила фиолетовая масса. Тёмная энергия расползлась от рукоятки до кончика лезвия, она колыхалась и трепетала, будто пламя факела.

В том, что я делал, было что-то пугающее-неестественное. Моя рука с такой силой и скоростью опустилась на оковы, что я разрубил не только цепь, но и расколол пополам камень. Это даже ударом не назвать! Я будто спустил курок дробовика, выстрелил из пушки или нажал кнопку на многотонном гидравлическом молоте.

Мин лежал на траве и держался за уши. Треск камня и всплеск темной энергии застали его врасплох, он хлопал глазами и шевелил ртом, но смоляную горчицу из рук не выпустил. Харт, глядя на травника, задорно смеялся, цепи сползали по его изувеченному телу и собирались горочкой у ног.

– Уходим!

Отступать я решил по-хитрому и вместо того, чтобы возвращаться в Хандо или ломиться абы куда по лесу, боясь, что охотники нас нагонят, я предложил спрятаться неподалёку и переждать.

Мы залегли на северном холме. Лагерь просматривался плохо, но зато, как на ладони, лежала дорога, и мы могли видеть, в какою сторону они уйдут.

Первым вернулся Анук. Не в силах сдержать злость, он подпрыгивал на месте, резал кинжалом воздух и что-то кричал, упоминая негожего в каждом предложении. Вторым появился Одор и облегчённо вдохнул, обнаружив, что его топор лежит на месте. А третьим пришёл Блун, выглядел уставшим и ни черта непонимающим.

За тем, что происходит в долине, мы наблюдали вдвоём с Хартом. Мин спрятался далеко за нашими спинами и сказал, что не приблизится к орку. Впрочем, его опасения оказались не напрасными, Харт пояснил, что за время пленения потратил почти всю тёмную энергию, и сейчас в его теле преобладает Митра, но как только энергия Треула накопится, он не сможет гарантировать нам безопасность.

– Куда пойдешь?

– Вернусь в склеп.

– Не лучшая идея, – я вжал голову в землю, чтобы спрятаться от крутящего головой Блуна.

– Мне осталось недолго.

– Что недолго?

– Скоро тёмная энергия вытеснит Митру, и я уйду на Проклятый утёс, – ответил Харт. – Почему ты меня спас?

– Меня попросила Отра.

Харт выпучил глаза, а затем понимающе кивнул, хотя вряд ли он что-нибудь понимал. Больше орк ничего не сказал, отполз глубже в лес и ушёл.

Задание Отры – освободить тёмного орка Харта из плена охотников на демонов – выполнено.

Отра дарует вам имя – Тродос.

Получено Митры – 1000.

Уровень Митры повышен до 5.

Знак Митры «сильный телом» – улучшен.

Знак Митры «в гармонии с ветром» – улучшен.

Митра 3550/5000.

Вы получаете знак Треула – «тёмный удар».

Тёмная энергия 0/1000.

Я лежал спиной на земле с закрытыми глазами и думал, как дорого эти грёбанные шесть букв «Тродос» мне обошлись. Плен, газовая камера, невидимый цап, драка с полчищем неспокойных. Вишенкой на торте стало освобождение тёмного орка, который всего пару суток назад едва не разорвал моего единственного друга.

Хотелось бы верить, что Харта, который в ближайшее время заправится темненькой и будет мочить всех, кто попадётся у него на пути, я освободил не просто так. Хотелось бы верить, что у Отры есть для него какая-то миссия или цель. Что она не просто по приколу ткнула в орка пальцем, посчитав, что такое задание равноценно получению имени.

Что касается самого имени, фантазией Отра не блистала. Если это не потрясающее совпадение, а я не верил в такие совпадения, она склеила слово из комбинации моих имени и фамилии – Трофимов Денис. Но я не жаловался. Имя мне понравилось, звучало мощно и коротко. Удобно произносить.

Выполнив задание Отры, я получил кучу надписей. Мне привалила целая тысяча Митры и новый уровень, а ещё улучшились два знака, вокруг которых я выстраивал стратегию своего развития. Но, как говорится в бочке Митры не обошлось и без ложки тёмной энергии. Общий запас тёмной достиг тысячи единиц, а это – пятая часть от всей Митры. Если так пойдёт дальше, следующим в очередь на Проклятый утёс встану я.

То, что дела мои шли хреново, я видел и без надписей. Интимное рукопожатие орка с фиолетовой смазкой очернило руку почти до плеча. Нити тёмной энергии заползли на кисть, и спрятать заразу под рукавом стало почти невозможно.

На левой кисти появился знак, подобный тем, которые я носил на правой руке. В чёрной корке отпечатался кружочек с крестиком внутри и светящимися фиолетовыми гранями.

Вы получаете знак Треула – «тёмный удар».

Прочитав надпись, я задумался. Стоило ли мне радоваться? Скорее всего – нет. Если каждое использование тёмной энергии увеличивает её предельный запас, то подкинутый знак Треула выглядел бомбой замедленного действия:

Знак Треула «тёмный удар» повышает наносимый урон на 500 %.

«Тёмный удар» игнорирует броню.

Промежуток между использованием знака – 0 секунд.

Затраты тёмной энергии – 100 единиц.

«Тёмный удар» оказался поистине крутой плюшкой. С полным запасом тёмной энергии я мог ударить десять раз и нанести урон равный пятидесяти ударам!