Текст книги "Убийца легенд (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Взор Некроса я активировать всё же не стал. Перед этим уже не раз его применял в таких случаях, и всё впустую. Или мне действительно всё мерещится, или тварь держится в отдалении, за пределами радиуса действия навыка.

Присев, поддел Жнецом пласт плесени. Под ним обнаружилась брусчатка.

Я довольно констатировал:

– Ты смотри-ка, мы не заблудились, снова дорога появилась.

На неё мы наткнулись случайно, когда двигались на восток вдоль неприступного обрыва. Под ним ни зомби, ни крысы нас не беспокоили, мороки тоже не морочили голову, но я не расслаблялся, а наоборот. Ощущение присутствия чего-то ужасающего нарастало, что не могло не напрягать.

В какой-то момент впереди в тумане послышались угрожающие звуки. Складывалось впечатление, будто великан ходит. Я почти не сомневался, что это очередная атака на мозг, но уверенности в этом не было. Да и земля подрагивала, и на её толчки окт реагировал.

В общем, от греха решил сместиться к югу и обойти опасное место. Вот там и наткнулся на дорогу. Понадеялся, что она та самая, что к предполагаемому подъёму ведёт, и дальше двинулись по ней. Брусчатка то и дело скрывалась под слоями натёков и плесенью, а иногда и вовсе исчезала, потому приходилось снова и снова тратить время на поиски продолжения пути.

Уже около часа прошли по древней дороге, и это скверно. Картография снова закапризничала, но я, даже не заглядывая в нее, предполагал, что мы уже почти на границе. Она где-то там, наверху, над обрывом. И, похоже, всё последнее время мы двигались параллельно ей.

Или вообще забрели непонятно куда.

В этом тумане, увы, обе версии одинаково правдоподобны.

От параметров жалкие ошмётки остались. Я сейчас почти тот никчемный бета, коими является большая часть населения Рока. И то, что до сих пор жив, иначе как чудом не назовёшь.

А это что за шум впереди? Туман не только вокруг всё заполонил, он и в голову забрался. Иначе как объяснить, что я на миг позабыл про экономию и использовал Взор Некроса.

На автоматизме вышло.

Почти случайно.

Надо лучше себя контролировать.

Ну да ладно, раз уж активировал, надо пользоваться. И кто у нас там шумит?

Искорка движется на периферии картинки от Взора. Это явно не морок, те поярче, и сияние от них своеобразное, расплывчатое. И не зомби, у тех отметка крупнее и детали скелета хорошо просматриваются даже издали.

Вон ещё одна, ещё и ещё. На такой дистанции не понять, что это, но выглядит чем-то знакомым.

Интуиция

Да крысы это, крысы.

А ведь действительно. Именно так мелкие гадины и выглядели возле спуска, когда мы только-только зашли в этот проклятый туман. Он там был жидковатым, местность далеко просматривалась, почти как здесь.

Дальше грызуны не встречались вообще, и раз они снова появились, это может означать, что мои предположения верны.

– Снег, – измученно улыбнулся я. – Похоже, мы действительно подходим к краю этой чёртовой ямы.

Обернувшись, взглянул на коня. Вид у бедолаги предельно измученный, да и ноги странно переставляет. Кажется что вот-вот, и они у него заплетаться начнут.

– Потерпи, Снег. Немного осталось.

Это я не только его приободрил, а и себя заодно. Причём приободрил авансом. На самом деле знать не знаю, сколько нам ещё так брести придётся. Может край и близко, но где именно, не представляю. Если действительно наверху, нам от этой близости ни холодно, ни жарко.

А крыс, между тем, становилось всё больше и больше. И нетрудно догадаться, чем это нам грозит.

Соберутся хвостатой ордой, и нападут, как это у мелких тварей заведено.

Как я буду отбиваться? Энергии едва хватит на один Гром грозовых небес, а дальше несколько низовых навыков вроде Огненной искры, и всё, конец боевого волшебства.

Воздушного щита не будет. Игнорирований тоже. Только Жнец и цзян в ослабленных руках.

Против сотен кровожадных тварей.

Надо очень хорошо продумать предстоящий бой. Одна ошибка, и я труп.

Хотя там и без каких-либо ошибок помереть – раз плюнуть.

Конь испуганно всхрапнул.

– Вижу Снег… вижу. Ничего, мы им сейчас покажем. Ещё не знаю как, но покажем. Я Кроу, а это всего лишь дохлые крысы. Я обязан справиться.

Конь споткнулся, едва удержавшись на ногах.

Хвостатые твари, будто осознав нашу слабость, на миг дружно замерли, после чего так же дружно принялись приближаться.

Ну вот и всё, что-то надо придумывать прямо сейчас. Я, конечно, последний Кроу, но это всё же сотни ужасающих некротических созданий, способных одним лишь своим присутствием досуха опустошать ПОРЯДОК.

Семьдесят шагов до самых шустрых. Пятьдесят. Я уже их вижу. Юркие тени проявляются в тумане. Гневом небес бить уже бессмысленно, лишь опоздавших зацеплю. Ну да и ладно, без волшебной стены устроить им полноценное магическое избиение всё равно не смогу.

Так-то поставить её смогу, но смысл? Чем потом бить по краям? Да ничем, энергии всего ничего останется. В итоге гадины спокойно обойдут преграду с двух сторон. Минимальный инстинкт самосохранения у них имеется, бросаться всей оравой на убивающую их преграду не станут.

Проверено ещё в самом начале.

Самая быстрая крыса резко остановилась. Через миг за ней начали тормозить остальные. И вот уже десятки тварей замерли в паре десятков шагов, сверля нас алчными взглядами. Новые и новые хвостатые гадины выстраивались за ними, устраивая над древней дорогой сплошной полог из гниющей плоти и голых хвостов.

Что это с ними? Никогда прежде они так себя не вели.

Не выдержав, выпустил Огненный шар. Тот, влетев в тесное скопище крыс, накрыл не меньше полусотни. Некоторых разорвало, остальные вспыхнули. Но даже пожираемые огнём, они не двигались, стояли в тех же настороженных позах.

Не, ну это точно что-то нездоровое.

Я уже почти решился выпустить ещё один шар, но тут крысы, наконец, зашевелились.

И дружно метнулись прочь. Несколько секунд и ни одной не осталось. А я едва удержался, чтобы не подсветить их отступление откатившимся Взором Некроса.

Энергии мало, навык давно уже активировал не по откату, а с перерывами.

Что увеличивались всё больше и больше, а сейчас и вовсе растянулись почти до бесконечности.

– Снег, они убежали. Пошли.

Я решительно шагнул за крысами.

Конь испуганно проржал.

– Да знаю я, знаю. Просто так они бы нас в покое не оставили. Крыс что-то напугало. И да, я боюсь представить, что могло вызвать такой ужас у тварей, которые даже сгореть не боятся.

* * *

Брусчатка снова исчезла под массами плесени и находиться не желала. Копаться снова и снова в зеленоватой гадости – потеря времени, а у нас его, похоже, вообще нет. Здесь даже нэллосы ведут себя подозрительно тихо, будто тоже чего-то боятся, а крыс мы не видели с того самого момента, когда они разбежались перед нами.

Проницательный взор Некроса

Энергии, можно сказать, уже вообще нет, но нет и времени, а сканирующий навык его экономит. Вот и сейчас я во всех деталях разглядел затянутую грунтом огромную воронку, и за ней продолжалась дорога. Разглядеть её обычным зрением здесь даже в упор не получится, брусчатка полностью скрыта под омерзительной зеленью.

Так-то не первый раз сталкиваюсь с последствиями древних военных действий и знаю, что продолжение пути следует искать чуть дальше. Но здесь случай посложнее, дорога резко заворачивала прямо там, где её разнесло каким-то мощным ударом, потому и потерялась.

Несколько шагов, и я понял, что поворот необычный. Дорога здесь забирает всё левее и левее, устремляясь вверх. И там, на пределе радиуса действия навыка, просматривается начало серпантина.

– Снег! Подъём! Мы вышли к нему! Эта проклятая дорога поднимается!

Конь на радостную новость ни звука не издал. Плёлся следом, низко голову опустив. Если поначалу он даже возле мороков держался получше меня, с какого-то момента всё стало наоборот. А сейчас и вовсе сдал. Мой опыт подсказывал, что ещё немного, и окт свалится.

– Терпи, Снег. Нам чуть-чуть осталось. Как поднимемся, так сразу полегчает.

Странно и неприятно ощущать себя обычным человеком. Силу, что распирала тело, я давно уже не воспринимал чем-то особенным. Лишь растеряв ее, осознал, насколько отличался от себя прежнего, в первой жизни.

Уж не говорю про начало второй.

Позади послышался нехороший звук. Повернув голову, увидел, что конь запнулся, припал на колено и теперь не может подняться. Видно, как напрягает ногу, но она никак не выпрямляется.

Позади в тумане едва слышно протрещало. Звук непонятный и негромкий, но при этом страшный, пробирающий до костей.

Почему-то я не усомнился ни на миг, что это оно. То самое нечто ужасное, чьё присутствие ощущалось затылком. Там приближается то, что издали распугивает крыс и зомби. И сильно подозреваю, что даже верни я каким-то чудом все параметры, бой простым не станет.

Нет, никакого боя не будет. Бежать надо. Бежать.

Или хотя бы ползти.

Снег задрожал, напрягая все силы, но нога так и не слушалась. Конь с трудом приподнял голову, уставился на меня обречённо.

Интуиция

Пока тварь будет рвать окта, ты успеешь выбраться.

В измождённом взгляде коня промелькнуло осознание неизбежного. Он снова опустил голову, принимая судьбу.

Развернувшись, я доковылял до коня, присел, упёрся боком, поднатужился:

– Давай! Помогай, кляча дохлая! Ты что, серьёзно подумал, что я тебя тут брошу⁈ Да меня за такую бесхозяйственность Бяка ночью два раза зарежет. Давай-давай, помогай!

Прикажи мне сейчас хомячка поднять, и я бы вряд ли справился. Однако каким-то непостижимым образом окт снова оказался на ногах. Что он, что я пошатывались, будто пьяные, но всё же не падали.

– Давай, Снег. Пошли. Поверь, нам ведь правда немного осталось, я же тебя никогда не обманывал.

Мы дошли до такой позорной степени слабости, что даже подъём играл против нас. Идти вверх, как известно, тяжелее, чем спускаться, и если раньше мы эту биофизику игнорировали, сейчас она за всё отыгрывалась. Конь запинался снова и снова, то и дело опускаясь на колени, я помогал ему подниматься, и с каждым разом это отнимало у нас всё больше и больше времени. Туман впереди начал заметно редеть с каждым шагом, но шаги эти давались дороже и дороже.

На очередном повороте лицо обдал порыв ветра. Нет, не ветра – ветерка. Едва заметное дуновение. Но если не считать одуряющих «выхлопов» нэллосов, это первое движение воздуха за несколько часов. Внизу, в затянутой плесенью долине, похоже, никогда не задувало.

Передние ноги окта подогнулись, лошадиные колени шумно приложились о камни брусчатки. Здесь они были голые, лишь в щелях между ними кое-где зеленела вездесущая плесень.

Интуиция

Бросай. Тебе его не поднять. Он балласт, из-за него пропадёшь и ты. Быстрее выбирайся сам.

Привычно игнорируя эгоистические подсказки внутреннего голоса, я попытался присесть, но вместо этого завалился на бок.

И конь сделал то же самое. Рухнул рядом со мной и поджал ноги под себя.

Вот же… Похоже, на этот раз поднять его действительно будет непросто.

– КАК БЛИЗКО. НЕТ СИЛЫ. СОВСЕМ НЕ ОСТАЛОСЬ. ТУМАН ВЫПИЛ ВСЮ. СЛАВНАЯ ДОБЫЧА. ЛЁГКАЯ ДОБЫЧА.

Это что ещё такое⁈ Невероятно омерзительный голос прогремел в голове. Новая форма ментального давления?

Интуиция

Да беги уже!

Ага, тебе легко сказать… Да тут не факт, что ползти получится…

И как мне поступить? Окта не поднять – факт. Бросить его тоже нельзя.

Он меня спасал не раз, и я не оставлю его гниющим крысам на съедение.

И обладателю мерзкого голоса, что пробивается в голове, тем более не оставлю.

Лишь один реальный вариант просматривается. Надо добраться до выхода из тумана, подождать, когда параметры слегка поднимутся, и шкалы немного наполнятся энергией. Возможно, наверху найдутся кусты и деревья, годные для изготовления примитивной волокуши. Связать её по-быстрому, спуститься с ней назад и вытащить коня.

Да, рискованно оставлять окта в таком месте без присмотра. Впереди туман совсем светлый, до его границы чуть-чуть осталось, но всё равно риск огромный.

Но какие ещё варианты? Я даже мыслить полноценно давно уже не могу, и если ещё десять минут проведу в этой вытягивающей силы сырости, придётся ложиться рядом с октом.

То-то крысы обрадуются, когда нас найдут.

Хотя какие крысы? Они ведь разбежались, потому что… потому что…

Их кто-то напугал. Или что-то.

Я медленно повернул голову, уставившись вниз. Туда, где туман сгущался с каждым шагом, и где в его глубинах что-то двигалось. Непонятно, что именно, но явно не крыса, совсем не тот размер.

Энергии осталось впритык, ровно на одно применение Взора Некроса. Может попробовать просветить густую пелену и разглядеть, кто это там бродит?

Нет, не вижу смысла. Это нечто больше не преследует нас тайно, оно впервые явственно заявило о себе и больше не скрывается, приближается.

Я вот-вот своими глазами его увижу, без помощи навыка.

Туман заколебался, разошёлся в стороны, выпуская то, что в нём скрывалось. К этому моменту я ослаб и отупел от непрерывного давления самой Смерти до такой степени, что ни капли не испугался.

Просто сил для страха не осталось.

Из тумана вышел череп. Огромный человеческий череп, сложенный из тысяч и тысяч обычных черепов. Там и сям от него отходили длинные изломанные отростки, собранные из лишённых плоти крысиных голов. Похожи на паучьи лапы, и, собственно, именно лапами они и являются. Монстр передвигался на них, далеко вперёд выбрасывая при каждом шаге, чтобы затем медленно подтянуться.

– ДОБЫЧА ЗДЕСЬ. СИЛ У ДОБЫЧИ НЕТ. КАЧЕСТВЕННЫЙ МАТЕРИАЛ ДЛЯ МИССИИ. СТАНУ СИЛЬНЕЕ. МОЯ СИЛА – СИЛА ДАРРАСА. ВСЕ СТАНУТ СИЛЬНЕЕ.

Интуиция

Бежать поздно.

В другое время я бы с ней поспорил. Тварь на вид кошмарная, не отрицаю, но почему-то я вдруг отчётливо понял, что в честном бою ей легко не будет. Оставайся у меня хотя бы двадцать процентов былых параметров, я бы ей, наверное, банально навалял вульжем или молотом, прикрываясь Игнорированием. Остальные навыки можно не применять, и так справиться должен.

Но сейчас мои параметры на дне или очень близко от него. Тут пудовым вульжем уже не помашешь, тут меч еле-еле удерживаешь, так что победа не светит. Лук доставать бессмысленно, с порезанными параметрами мне его не натянуть. Разве что попробовать слить остатки энергии на несколько ударов низовой магией. Но нет, убить не убью, лишь разозлю.

Твари это очень не понравится, однако переживёт.

Вряд ли она тут же кинется наказывать меня за дерзость, ставлю на то, что отступит. Почему-то я точно знаю, передо мной не боец ближнего боя, это носитель мощных проклятий, без риска превращающих противника в развалину. Просто подождёт на безопасном расстоянии, пока всадник доковыляет до залитой солнечным светом степи, и вернётся к его коню.

Так всё и будет – почему-то почти не сомневаюсь.

Многовато «почему-то», но они легко объясняются. Ведь всё последнее время этот монстр давил мне на мозг, я постоянно ощущал, что ужасающая тварь где-то неподалёку. Мороки в сравнении с этим кошмаром – самые слабые детские страшилки. Одним лишь своим присутствием он приводил в ужас орды крыс. А они, между прочим, до этого ни разу не выказали ни малейших признаков страха.

Транслируя мне частицы своего «я» монстр и о себе при этом что-то невольно выдавал. Какой-то мизер информации, что лишь подсознанием улавливался. И этих крох хватило, чтобы, в итоге, я начал понимать с кем имею дело.

Тварь действует на мозги, и это у неё здорово получается. Её сила – это медленное и верное давление, от которого здесь, в тумане, нет спасения. Она привыкла побеждать именно так – неспешно и наверняка, издали, приближаясь лишь для финального удара. Она не боец в привычном понимании этого слова, она «мозголом». Весь её арсенал заточен на доведение жертв до беспомощного состояния. Сильные противники ей не нужны, она терпеливо ждёт, когда они растеряют все параметры, раньше не появляется. И даже сейчас, понимая, что я выжат досуха, приближается самыми мелкими шажками, очень осторожно.

Она не драться собирается, она хочет спокойно взять то, что уже считает своим.

Пара ударов Огнём, и, скорее всего, трусливый ужас отступит. А я напрягу все силы и выберусь, наконец, из самого проклятого места среди всех проклятых земель.

И оставлю коня твари…

Проницательный взор Некроса

Всё, энергии больше нет, теперь я даже единственную Огненную искру не выпущу.

Ну не глупо ли?

Нет.

Тварь что-то почуяла, замерла с занесённой лапой, не ставит её на землю. В глазницах, окружённых мелкими, детскими черепами, тревожно забились красные огоньки.

ВКУСНОЕ СОЗДАНИЕ ЩЕКОЧЕТСЯ. ДЕРЗКАЯ ДОБЫЧА. КРЕПКАЯ ДОБЫЧА, КРЕПКИЙ ДУХ. СТАНЕТ МОЕЙ ЧАСТЬЮ. ЛЮБЛЮ, КОГДА ЧАСТИ КРЕПКИЕ. НА КОЛЕНИ ВСТАНЬ. ПРИМИ МОЮ ВОЛЮ, И ТОГДА Я СДЕЛАЮ ЭТО БЫСТРО.

Я неотрывно смотрел в глубины огромного черепа. Туда, где за множеством укреплённых костяных барьеров Взор Некроса подсвечивал «иглу Кощея». То самое ядро, что присутствует у каждой некротической твари, источник их силы и одновременно главная слабость. Даже незначительное разрушительное воздействие, направленное в эту точку, способно угомонить самого страшного монстра.

Вот только чем прикажете бить? Магией? Но я слил последнюю энергию на то, чтобы разглядеть «ахиллесову пяту» твари. Из лука выстрелить? Нет, сил не хватит натянуть тетиву. Да и если это каким-то чудом получится, даже артефактная стрела не сможет пробить все слои защиты. Потребуется несколько выстрелов в одну точку.

Нет у меня сил и нет такого запаса дорогих стрел. Да и сбежит монстр после первой же атаки. Отступит в туман и дождётся, когда я упаду или уползу. А там или мы оба станем добычей, или только Снег.

НА КОЛЕНИ!

Чуть ли зубами не скрепя, поднялся. Нет, я и посидеть могу, но именно сейчас надо встать.

Дело принципа.

Выпрямился, криво усмехнулся:

– Ну и что стоишь, костлявый? Тебя что-то беспокоит? Боишься, да? И правильно делаешь. Ты, урод, связался не с тем. Пока ты тут от страха боялся шаг лишний сделать, я придумал шесть способов тебя прикончить. Знаешь, почему ты до сих пор не рассыпался на мелкие черепки? Потому что я голову ломал, всё думал и думал, какой же способ выбрать.

На последних словах поднял руку. Послышался странный звук, будто многократно усиленный треск ломаемой яичной скорлупы.

Я усмехнулся:

– А ты, пустоголовый, похоже, не из кварцита сделан.

Ну естественно, где кости, а где крепчайшая горная порода. Лезвие пролетело через все слои защиты, не замедлившись ни на миг, и, оставив после себя сквозную щель, зависло в десятке метров за затылком твари, разворачиваясь из стороны в сторону. Как и полагается, выискивает цели, но всё тщетно, их здесь нет.

Тварь и живых и мёртвых распугала.

Ошибка – лишь мёртвых. Живых здесь нет.

За исключением нас, разумеется.

Но и мы тут долго не протянем. Надо как-то выбираться.

Хороший бой получился. Потому что короткий.

Долгий я бы не потянул.

А ведь заблуждался поначалу, сразу перспективы Лезвия оценить не смог. Слабоватыми показались, и отсутствие возможности прокачки удручало.

Да кто же мог знать, что мои почти бесконечные резервуары энергии покажут дно. Вот и пригодилась возможность устроить мощную атаку без малейших затрат.

Впрочем, затраты всё же есть. Минус одно Лезвие. Они у меня конечный ресурс, будто гранаты.

Одноразовые.

– Ну что Снег, пора выбираться…

Конь не ответил. Лишь едва заметно вздымающийся бок показывал, что окт ещё жив.

Вот теперь передо мной стоит задача куда посложнее коварного убийства излишне самоуверенного чудовища.

Кто вытащит наверх тяжеленного коня?

И меня.

* * *

Паченрави – люди слова. Сказали, что будут ждать в определённое время, значит, действительно будут ждать.

Я едва не испортил себе репутацию. Чудом не опоздал. Виновата иссушающая мозги низина. Она, даже выпустив несостоявшуюся жертву, продолжала сказываться на мышлении. Потому при неработающей Картографии то и дело сбивался с пути. Учитывая, что передвигаться с таким грузом непросто, каждый лишний километр мог привести к потерянным часам.

Но мы со Снегом успели.

Паченрави грамотно назначили место встречи. Граница тут неровная, «язык» нормальной степи глубоко вдавался в проклятые земли. Опасная территория, причём на ней нет ничего интересного. Искатели сокровищ за всё время даже жменю монеток не насобирали, и в итоге перестали сюда наведываться. Так что местные кочевники скот не пасут и авантюристы древние ценности не ищут. Изогнутая подковой гряда холмов прикрывает крошечную долину от любопытных глаз с севера, запада и востока, на высотах засели наблюдатели, контролируя степь на километры и километры.

Мало ли. Война всё-таки, отряд Тхата может забрести по глупости или незнанию. Ведь южане не в курсе, что на этой земле ни добычи, ни жертв не найти.

С юга нужды в дозорных не было. Там до провала рукой подать, а жуткие твари, что в тумане скрываются, я так понимаю, оттуда никогда не выбираются.

В общем, дозоры с юга не поставили, и потому меня заметили лишь на ближних подступах к лагерю. Очень даже многочисленному лагерю. Я-то думал, меня десяток-другой встречать соберутся. Этого более чем достаточно, чтобы и уважение выказать, и зафиксировать результат спора. Да и откуда здесь лишним людям взяться? Никто не верит в победу дерзкого чужака, так какой смысл тратить кучу времени на подземную дорогу, а затем переться в степь и жариться на солнце в ожидании того, чего не случится?

Лагерь оказался столь приличным, что я даже остановился на минутку, когда его увидел. Подумал поначалу, что окончательно заблудился и вышел к отряду южан. Но нет, на их стоянки насмотрелся, они совсем не такие, да и стойбища кочевников выглядят не так.

Значит – паченрави.

Но почему их так много? На глаз – сотни четыре. Если меня не вводили в заблуждение по поводу численности населения, это чуть ли не половина взрослых жителей Ормо. На кого они город оставили? Как выбирались такой толпой через систему узких и весьма непростых подземных дорог? Зачем им это?

Ответов нет.

Да и не надо. Дойду, и там сами всё расскажут.

Народ у них общительный, и, несмотря на скрытную жизнь, парадоксально открытый не только внутри общины, а и с гостями.

Сбегаясь со всего лагеря, паченрави резко останавливались, уставившись на меня неописуемо. Перед ними будто невидимая преграда вырастала, ни один за неё перейти не решался. Таким образом, между мной и палатками вскоре выстроилась ровная человеческая стена, жгущая сотнями напряжённых взглядов.

Смотрят и смотрят… нет, чтобы помочь. Так-то значительная часть параметров уже на две трети восстановилась, но пережитое всё ещё сказывается.

Давненько мне так не хотелось спать. Благодаря Герою Ночи я могу неделю и больше бодрствовать почти без последствий, но в данном случае все цифры бесполезны.

Мне надо отдохнуть.

Срочно.

Из «человеческой стены» вышел Оббет. Неуверенно приблизился, остановился в нескольких шагах:

– Гедар?

Я остановился, провёл ладонью по лбу. Сухо, пота нет, но на коже неприятное ощущение, будто насекомые мелкие бегают. Въевшаяся в кожу туманная сырость тому виной или что-то иное, но негативные ощущения до сих пор проявляются.

– Ну да, я. А ты кого ждал?

Оббет покосился мне за спину:

– А… А это что? Высшая нежить?

Я сбросил, наконец, ненавистную лямку неказистой волокуши и указал на то, что тащил на ней:

– У меня есть особый навык, под ним этот паук странно светится. Похоже, его кости годятся для артефакторики. Вот я и решил, чего добру пропадать. Если вашим мастерам сгодится, о цене договоримся.

– Это… это ты его убил? – как-то осторожно уточнил Оббет.

Я покачал головой:

– Когда мы встретились, этот паучок уже был не сказать, что живой. Я просто окончательно его успокоил. Тащите эту падаль в лагерь.

Глава 13

Снова война и некоторые перспективы

Старик молчал. Просто смотрел на меня и ни слова не говорил. И глаза нечитаемые, будто стеклянные. Мне даже захотелось подойти и рукой перед лицом помахать, проверить реакцию.

Сдержавшись, я присел, скрестил ноги, и также безучастно уставившись перед собой, нейтральным голосом произнёс:

– Если что, мне претензии предъявлять не надо. Я несколько раз пытался спать, однако вы не удосужились устроить аудиенцию. Так что это не я пропадал, это вы не хотели встречаться.

Ещё несколько секунд тишины, и старик, резко встрепенувшись, уставился на меня взглядом рассерженного ястреба:

– Мальчишка, ты где столько пропадал?

Стараясь скрыть удивление, я повторил:

– Говорю же, не надо на меня всё валить. Да, мне не каждый день выпадала возможность поспать, но несколько раз получалось. Вы сами меня не вызывали, а по своей инициативе я к вам попасть не мог. Не знаю, как это делается.

– Разумеется, не знаешь, твой скудный разум далёк от постижения сути путей переплетений сознания и воли. И кстати о воле, я вижу на тебе её отпечаток. Да-да, я определённо вижу отпечаток чей-то воли. Чужой воли. Повторю вопрос: где ты пропадал столько времени?

– Не пропадал, а добросовестно выполнял ваше поручение. Слонялся по Запретной пустыне.

– Ну неужели ты до неё добрался? И что же ты оттуда принёс?

– Здоровенного костяного паука. Прям очень огромный. На большой ходячий череп похож, и сделан из мелких черепов. Не знаю, каким способом они скрепляются, но даже после смерти эта тварь не развалилась. Это не простое умертвие, это что-то непонятное.

– Я тебя не про кости спрашивал, мне нужны знания. Говори: что ты смог там выяснить?

– Да много чего. Там, под поверхностью пустыни, местами проложены дороги. По пещерам, по древним подземельям. Их поддерживают в рабочем состоянии паченрави. Это особый народ, потомки особых специалистов. Те в древности, очень давно, обслуживали быстрые пути перемещения. С виду это арки из какого-то непонятного минерала и лунного металла. Войны, катаклизмы всякие, многое забылось, большую часть порталов уничтожили ради ценного сырья. Я так понимаю, сохранились лишь те, которые затеряны в проклятых землях и те, которые сумели сохранить паченрави. В пустыне наверху делать нечего, там много опасной нежити, она обладает аурой, снижающей параметры. Есть ли от неё защита, неизвестно, но на меня она действует слабее, чем на других. Тоже ничего приятного, но почти везде могу находиться, а вот местные и нос боятся наружу показывать. Хуже всего в низинах, затянутых туманом, там даже я еле выжил, а потом ещё окта с трудом вытащил. Также в пустыне встретил каких-то тёмных личностей. Они там искали кости, на которых оказалась та самая чужая воля, что так вас напрягла. Одиннадцать некромантов со своими умертвиями. Вроде как, прислуга какого-то Дарраса, пятого столпа подножия Великого Чёрного Трона. По мне звучит очень уж пафосно и абсолютно непонятно. И ещё этого Дарраса ПОРЯДОК то и дело вспоминает, когда нежить в туманной низине уничтожаешь. Также я…

– Стоп! – скомандовал старец. – Я хочу знать подробности. Рассказывай по порядку, день за днём, что ты видел и слышал. Не надо так торопиться.

– Это займёт очень много времени, а мне бы хотелось побыстрее решить с вами вопрос о вознаграждении. А то всё штрафы да штрафы, да и за пустыню кое-что обещали…

– Если хотя бы часть из того, что ты сейчас так быстро перечислил, не выдумка, вознаграждение будет. Давай, рассказывай. Неторопливо и с подробностями. Я должен знать абсолютно всё.

* * *

Пробудившись, я долго таращился в потолок палатки. Такое впечатление, что не часы проспал, а недели. Старик совсем будто обезумел, включил режим максимальной дотошности. Он пытался поминутный отчёт от меня получить, его действительно интересовало абсолютно всё, и особенно любые упоминания Дарраса. На таких моментах он по пять-шесть раз заставлял повторяться, по разному придираясь к каждому слову.

Также его весьма заинтересовал момент с археологическими раскопками и последующими событиями. Похоже, старца и вправду очень напрягло то, что меня озадачили какой-то посторонней волей, но виду он старался не подавать. Просто очень долго и въедливо расспрашивал.

На втором месте по интересу – Вестник. Каждую деталь клещами пытался вытащить, требуя описать внешность и особенности поведения.

Под конец продолжительного допроса последовал очередной «аттракцион невиданной щедрости». Старец милостиво отменил начисление штрафа за бойню в ущелье на том основании, что именно благодаря этой самой бойне я, наконец, оказался в Запретной пустыне.

Такая вот награда.

За всё мои смертельные приключения.

Правда, он намекнул, что это вроде аванса, а чуть позже подберёт что-то особенное. Однако зная его, предполагаю, что снова отменит какое-нибудь наказание.

Удобно устроился – почти никаких тебе расходов и хлопот.

Итак, что я вынес из разговора? Да пока ничего. Сколько ни таращился в потолок, так и не разглядел свою выгоду.

Ладно, пора вставать, солнце уже вовсю через парусину просвечивает.

Оббета я нашёл возле туши костяного паука. Сидя на камне, старейшина неотрывно таращился на жуткий череп и при этом не шевелился. Вокруг останков твари я насчитал полтора десятка разбросанных бочонков и неисчислимое множество глиняных бутылей. Взор Некроса выявил, что все они пусты, а жизненный опыт подсказал, что вчера вечером в них что-то было. Также дальше в лагере наблюдалось несколько снесённых неведомым бедствием палаток и шатров, а те, которые устояли, держались на честном слове.

– Вы что, без меня праздник устроили? – спросил я.

Чуть помедлив Оббет, не отводя взгляда от жутких костей, ответил:

– Можно сказать, что так. Люди очень радовались, а когда люди радуются, их трудно остановить.

– И что за повод для радости?

Оббет указал на останки монстра:

– Радовались, что эту образину не повстречали, когда она лапами умела шевелить. Собиратель костей… У нас про таких тварей только в самых страшных легендах можно услышать. Или в сказках. И это очень плохие сказки. Детям их рассказывать нельзя, заиками останутся.

– Получается, я вашу легенду убил?

Оббет медленно кивнул:

– Получается так. Сам понимаешь, не отпраздновать такое люди не могли. Дохлую легенду не каждый день увидишь. Вчера ты сказал, что притащил тварь из низины, заполненной туманом. Это так?

– Ну да, мокрое заплесневелое ущелье. Что-то не так?

– Да всё так, Гедар, просто, понимаешь, из таких низин никто и никогда не возвращался. Даже если просто сверху получилось на них взглянуть одним глазом, это уже великое деяние. Уважать станут, хотя некоторые беспечным глупцом назовут. Но чтобы вниз попасть и потом назад… Нет, так не бывает.

– Ты считаешь, что я соврал?

– Нет, я так не считаю. И вообще, никто, ни один человек вчера в этом не усомнился. Ты… Ты был очень убедительным.

– Что, даже Кунчук ни слова против меня не сказал?

Оббет довольно осклабился:

– Этот урюк успел с кучей народа поспорить на то, что ты не выберешься. Ему сейчас не до тебя, он второй день по долгам расплачивается. И заодно думает, как теперь с тобой уговор выполнять. Так что забудь про старикашку. И да, ты когда-нибудь пробовал давать своему коню алкоголь?