Текст книги "Самый Лучший Ветер (СИ)"

Автор книги: Артем Сергеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

– Не пойдет, – так же твердо отказался я. – Без Новониколаевска нам никак нельзя, это раз. Деда могут достать, это два. В аэропорт на руднике тоже ходить небезопасно получается, поставят пушку в где-нибудь в кустах и смахнут на подлете. Да мало ли, в Белом Камне при большом желании достанут или в тайге пропадем, вариантов масса. Лаириэн, правда, потом весь город сожжет, со всеми Валетами и Королями, но нам будет уже все равно.

– Вот плохо, что вы сегодня не кончили никого, – попенял мне Игореха. – Сожгли бы всех вместе с Валетом, лучше было бы, ей-богу. Я теперь думаю что это он, гнида такая, про вас забыть никому не давал. Он ведь в той жизни штурманом был, я только сейчас сообразил. И «Ласточка» эта у братвы с его подачи появилась. Маг, правда, с другой стороны пришел, вурдалак он был самый настоящий, хотя я в этом теперь сомневаться начинаю, не с его ли подачи, уж больно они с Валетом ладили меж собой. Хорошо, что прикопали вы его. Дела…

– Так как поступим? – поторопил я его. – Берешься?

– Хитрее поступим, – начал Игорь. – С ним по-другому нельзя. Завтра с утра, как пойдешь к своим, обязательно с ними куда-нибудь на люди выйди. В мастерскую там, или на проходную, или в столовую, неважно. Главное, чтобы людей побольше. И там негромко так поуговаривай Далина с Арчи еще на день остаться, мол не пришел Игорь. Пусть они тебе откажут, и тогда ты быстренько сбегаешь к мамке моей в лавку, типа весточку для меня оставить. И вот тут или на обратном пути к тебе подойдут. Если это будет Васенька, белоглазый такой, помнишь его?

– Помню, – кивнул я. – Щуплый и кепочке вечно ходит.

– Так вот, если это будет Васенька, – продолжил втолковывать мне Игореха. – Значит клюнуло, это Валета человек. Я найду, как его предупредить без палева, чтоб на меня не подумал. Остальных посылай нахер. С Васенькой говори мало, пусть сам выспрашивает, груби. Скажешь только, что меня не нашел, и что через неделю-две или когда там, снова здесь будешь. Про Валета первым не упоминай ни боже ни!

– Не слишком ли сложно, – удивился я. – прям шпионские игры какие-то.

– Не слишком! – отрезал Игореха. – Сами виноваты! Васенька или кто другой, но вас станут ждать здесь, тем более что ты время укажешь. Если это будет Валет и он с вами взаправду перетереть на месте захочет, то явится лично, не побоится, и будет один или сам-два, не больше. Тогда базарьте с ним смело. Если потянет вас за выселки куда-нибудь, типа ему тут небезопасно, надо будет его кончать без раздумий. Вам еще тут награду за него дадут. Если кто другой предложит за выселки прогуляться, на встречу с Валетом, то тоже самое. А я буду руку на пульсе держать и если что вас подстрахую.

– Один, что ли, – усмехнулся я. – Как сейчас?

– Не умничай, – строго сказал мне Игореха. – Извини, но ты мал еще в серьезные дела лезть. Присмотрись к вон тем кустам, там двое сидят, и на улице еще трое. И сомневаться во мне не смей, понял?

– Понял, брат, извини, – я поднял руки вверх и привыкшими к темноте глазами действительно рассмотрел в кустах два темных силуэта.

– Не одни вы будете, – повторил Игорь. – Я всех своих сюда перетащу. Прижучим в случае чего гниду, он многим нашим поперек горла стал. Но если будет один, то бакланьте с ним сами по чесноку, а потом на меня стрелки переведите. Меня в тему чтоб впустить и через меня связь держать.

– Интересно получается, – хмыкнул я. – То кончить его готов, то дела вертеть.

– А ты нашей жизни не знаешь, – посмотрел на меня Игореха. – Пряник, чес-слово.

– Все-все-все, – поднял я опять руки вверх. – Твои дела, тебе виднее.

– Именно, что мне виднее, – подчеркнул он. – Слушай дальше. С рейса придете вечером или днем, неважно, но весь день сидите за забором. Ночуете там же, на выселки не ходите. Потом Далин пусть придумает неполадку в моторе, всем про нее расскажет и на другой день соберется в токарный цех пойти. Только вечером, понял? Время мне дай подготовиться. И я в любом случае найду способ вам сразу по приходу весточку передать, уточню если что изменится. Без весточки не ходи никуда, понял? Даже к мамке в лавку. Сразу в Белый Камень дуйте.

– Понял, – зябко поежился я на вечернем ветерке. – Без весточки никуда.

– В любом случае, – засобирался Игореха и встал с лавки. – Хорошо бы это бодягу в ближайшее время решить. Честно скажу, у нас сейчас бурление идет, и я попробую на этой теме приподняться. В мутной воде, сам знаешь, легче рыбка ловится.

– Удачи, – протянул я ему руку. – Вот серьезно. Но главное не рискуй, интриги вещь такая, палка о двух концах.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанское, – пожал он мне руку и засмеялся. – Знать бы еще, что такое шампанское.

– Кто не рискует, тот попьет кваску ведь, – сказал я ему уже вслед.

Игорь отмахнулся и неслышно исчез в темноте, а я закурил еще по одной и остался на скамейке, чтобы все обдумать. Подумал-подумал, да и пошел спать.

Глава 10, В которой герои улетают в Семишахтинск и обсуждают происходящее

С утра тетя Марина подняла меня ни свет ни заря, и сразу потащила умываться и за стол. Сама она встала еще раньше и успела наделать блинов, которыми и принялась меня потчевать. Блины я не любил, но есть мог все, не обращая внимания, люблю я это или нет, в дружине научили, да и тетку не хотелось обижать.

– Артемка, кушай! – летала она по кухне как птичка, подсовывая мне все новые виды варенья в розетках. – Я тебе еще сумку собрала в дорогу, там варенье из крыжовника, как ты любишь. Еще малиновое, вдруг простудится кто. Мед еще.

– Да не надо, теть Марин, – вяло протестовал я для приличия. – Мед давайте, а варенье не надо, сахар ведь дорог.

– Ничего не дорог! – вплеснула она руками. – Да и для кого мне еще варенье варить? Игорь не ест, ты вот выкаблучиваешься, по соседям раздавать приходится. Пацаны-то их все съедят, но ведь мне охота чтоб и вы поели. Так что бери, только банки верни пожалуйста.

– Обязательно, теть Марин, – согласился я, с тоской в душе подумав про эти банки, охота была возиться. Но ближайший стекольный завод был только в Семишахтинске, стекло дефицит, и сохранностью банок придется озаботиться помимо воли.

Тетка шуршала, запихивая мне в сумку банки и туески, но не могла закрыть крышку. Потом плюнула, притащила еще две авоськи и вот их набила уже от души. Я только лишь хмыкнул, но ничего не стал говорить, потому что бесполезно. Поблагодарил теть Марину за завтрак и направился вслед за ней на выход, подхватив гостинцы. У входа в лавку уже вертелась какая-то неугомонная бабка, поэтому я наскоро распрощался со своей родственницей и пошел в сторону аэродрома.

Помня вчерашний разговор с Игорем, я пошел по задворкам, свернув в узкий переулок между домами, хотя правильнее было бы идти по центральной улице, наверное. Идти осторожно и наблюдать за всем как положено мешали авоськи с банками, будь они неладны. Поэтому я не удивился, когда меня тихонько окликнули из кустов у какого-то гнилого сарая. Против своей воли я все равно вздрогнул и, развернувшись к кустам, сумел разглядеть сидевшего на бревне на корточках Васеньку. Тот хихикнул и в шутейном приветствии приподнял над головой кепочку-восьмиклинку.

– Привет, – подошел я к нему, опуская авоськи с банками на землю. – Чего по кустам прячешься?

– Да так, – уклончиво ответил он, протягивая мне руку, не вставая при этом с бревна. – Сижу, жду, может пройдет кто, да я с ним поздороваюсь. Собачки вот бегают, птички поют, хорошо же.

– Хорошо, – согласился я. – Да только мне на аэродром надо, спешу. Чего хотел?

– У тетки был? – лениво осведомился тот, не обращая внимания на мои слова. – С Игорем, небось, обращался?

– Игоря не застал, – ответил я, закипая. – Тетка говорит, нелады у него в последнее время. А тебе-то что за дело?

– Нелады, говоришь, – почесался тот, сидя на бревне и смотря мимо меня куда-то вдаль презрительным взглядом. – Есть такое, это верно. Да и не нужен он тебе.

– А ты грибов хреновых с утра наелся, чтоль, – участливо спросил я. – Определяешь, кто мне нужен, а кто нет.

– С вами будут говорить, – прервал он меня нагло-повелительным тоном. – Большие люди, понял? Не вздумайте просквозить на обратном пути мимо Новониколаевска, понял? Вам передадут маляву, сделаете то, что в ней написано будет, понял?

– Бери ношу по себе, – ровно посоветовал ему я. – вконец охамел, чучело. Говори, от кого ты, мразота, а то патрулю сдам.

– От Валета, – злобно выплюнул тот, – патрулю он сдать меня собрался. Если б не Валет, надел бы я тебя сейчас на перо, фраерок.

– Ах от Валета, – обрадованным тоном протянул я. – Вот я у него поинтересуюсь при встрече, что это его сявки себе позволяют. Самостоятельный дофига стал, в авторитете приподнялся чтоль?

– Хряй уже, опоздаешь, – презрительно ответил мне Васенька, решивший не накалять. – И помни, что я тебе сказал.

– Запомнил, – я наклонился за сумками и, отвернувшись от бывшего Игорехиного дружка, зашагал по улице, старательно давя нарастающее в душе раздражение и злость. Вот что за люди, и пяти минут не поговорили, а ощущение, как будто в дерьмо упал. Матерясь про себя и старательно ровно дыша, чтобы прийти в норму, я и сам не заметил, как дошагал до аэродрома. Быстро отметился на проходной и вышел на поле, с наслаждением вдыхая воздух, который разительно отличался от выселкового. Там пахло тревогой и злобой, затаившимися в предчувствии беды улицами, а здесь небом и свободой. На душе заметно полегчало, и я прибавил ходу, торопясь к ребятам.

Уже подходя к «Ласточке» и проклиная оттянувшие все руки авоськи, я заметил отъезжавшую от нас машину, где рядом с шофером сидел Виктор Михайлович. Он помахал мне из окна козлика, не став останавливаться, жестами показав, что времени у него в обрез. Я понятливо кивнул и разглядел в окнах пассажирских сидений аккуратно уложенные мешки из-под овсянки. Вот и хорошо, подумалось мне, нам они по большому счету не нужны, только на продажу, а здесь пригодятся, шакалов отгонять.

Поднимаясь на борт, я столкнулся с вытиравшим замасленные руки ветошью Далином, и прошел мимо него на кухню, торопясь избавиться от надоевших авосек.

– С добрым утром, – поприветствовал он меня, заходя следом. – Мы Виктор Михалычу все трофейные пулеметы отдали, и карабинов половину, которые ремонта не требовали.

– Ого, – подивился я, – все так серьезно?

– Точно не знаю, – пожал плечами он. – Нам показалось, что так лучше будет, надо мужикам помочь. В дружине темнят, уверяют что все под контролем. Но я же вижу, что обосрались они, не вчера родился. Бегают все, как ужаленные, готовятся к чему-то, а бардак растет и ширится.

– Понятно, – протянул я и свистнул Кирюшку, разгружая авоськи и сумку. – Смотри, бородатенький, чего я тебе принес. Банки береги, сразу тебе говорю, их обратно отдать надо будет, а то не получим больше варенья.

Домовёнок согласно закивал, восторженной юлой вертясь между гостинцами на столе, а банки начали исчезать в гнёздах буфета, как будто сами собой.

– Я их еще ветошью проложу, – сообщил нам деловито Кирюшка. – Не побились чтоб. Ой, малиновое. И мед, Антоша, гляди! И жимолость, от нее знаешь чай какой вкусный делается, кому сделать?

– На всех делай, – попросил я его. – Совет держать будем. Арчи здесь?

– Здесь, – утвердительно ответил Далин. – Где ж ему быть. Антоша, оповести всех по списку, через пять минут сбор на кухне.

Через пять минут мы собрались за длинным и узким столом на высоких табуретах, прямо как в каком-нибудь баре. Только вместо витрины с бутылками и барменом перед глазами была глухая стена сантиметрах в сорока от нас. Приятно пах жимолостью приготовленный Кирюшкой чай, а сам он умудрялся вертеться по кухне, заглядывая в глаза – понравилось ли? Не обращая на него внимания и попивая действительно вкусный чайный полукомпот, я в лицах передал ребятам все вчера случившееся со мной. Арчи с Далином задумались, Антоша открыл рот и сидел как мышь под веником, а Кирюха извертелся на пупе, огорченный тем, что его напиток не шибко ценят.

– Такие дела, – наконец закончил я выдавать инфу. – А ты успокойся уже, мохноногий. Чай вкусный, только в следующий раз поменьше мне варенья клади.

– Я вот думаю, прав был Игорь, – наконец задумчиво протянул Далин. – Надо было тебе, Арчи, сжечь их там всех нахрен. А потом еще добавить. Семь бед – один ответ. Необходимая самооборона типа. А так только время им дали. А Валета этого самого надо было с километра скинуть где-нибудь, и все дела.

– Ага, – издевательски поддакнул Арчи. – На горсовет. Чтоб все знали, какие мы отмороженные. А потом бомбами пройтись и пулеметами прострочить. Могу тебе зажигалку выдать, зажигатель.

– Помечтать потом можете, – прервал я их. – Давайте конструктивно, скоро на вылет.

– Господи, – схватился за голову Арчи. – Вот за что мне это, а? Я же хороший!

– С плохой компанией связался, – хмыкнул я. – Но это все лирика. А пока предлагаю принять за основу план Игоря. Ну или свое предлагайте, пока ничего путного я от вас не услышал.

– Я тоже предлагаю пока на Игоря ориентироваться, – сказал Далин. – А окончательно решим по возвращении. Я своих сородичей озадачил разузнать, что о нас думают в городе. Вернемся – расскажут, и помогут в случае чего. Сил даже на небольшую войнушку хватит. Тем более, гномов щемят в Новониколаевске, много сильно недовольных. В мехмастерские они никого не пускают, сидят там в осаде.

– Ну хоть что-то, – задумчиво протянул Арчи. – Я тоже удочки закинул. В общем, как придем сюда снова, соберем всю информацию и тогда уже будем решать. Сейчас данных мало, мы же не знаем ничего практически.

– Решено, – хлопнул в ладони я. – А в самом крайнем случае будем обходить Новониколаевск стороной лет десять. И бомбить горсовет каждый раз мимо проходя, чтоб жизнь им медом не казалась.

– А если сгибнем, – героически вытянулся Арчи. – То за нас Лара отомстит, разрешаю тебе этим, Антоша, утешиться.

– Шуточки начались, – неодобрительно сказал Далин. – Значит все, поговорили. Я в моторный, готовиться. Антоша, за мной.

– Мне в диспетчерскую, за разрешением на вылет, – соскочил с табурета я. – Оттягивать не будем, ветер усиливается.

– А я здесь посижу, – пригорюнился Арчи. – Вас подожду.

В диспетчерской меня встретили и проводили опасливыми взглядами, но тянуть волынку не стали, и я быстро получил разрешение на вылет. Ветер усиливался, но дул практически в попутном направлении, так что все было пучком. Я получил сданный вчера Антошей журнал наблюдений обратно и рванул на «Ласточку». Парни меня уже ждали и были наготове, провожающий дежурный переминался с ноги на ногу на стартовом пятачке, так что со взлетом решили не затягивать.

– Сегодня ветер, – предупредил я Арчи. – Взлетать будем с разбегом.

– Давай по ходу на старый аэропорт заглянем, – предложил маг. – Далин просил. Посмотрим, что в мехмастерских творится.

– Хорошо, – согласился я, засовывая карту района в наколенный планшет. – Только повыше заберемся. Бережёного бог бережет, как говорится. Ты готов?

– Да, – кивнул Арчи и заорал в переговорную трубу. – Далин, готов?

–..отов! – донесся из нее рев гнома.

– Ну раз все готовы, – пристегнулся я. – Тогда поехали.

Потом дал отмашку сопровождающему и потихоньку стронул «Ласточку» с места, выруливая на ближнюю взлетную полосу, потому что ветер сегодня дул практически вдоль нее. Доехал до начала полосы, развернулся и досадливо поморщился, потому что яркое утреннее солнце светило нам с Арчи практически в глаза.

– Ну что, – вопросительно посмотрел на меня маг. – Начинаем?

– Да, – подтвердил я. – Тормоза контролирую, пропеллеры на малых оборотах. Давай каркас. – Есть давать каркас, – отсалютовал Арчи и принялся магичить.

«Ласточка» опять заворочалась, заработал силовой щит, растягивая тросовую сетку, ветер тут же ощутимо подтолкнул нас в спину, и я немного отпустил тормоза. Арчи с каждым разом работал все быстрее и быстрее, вот и сегодня он справился практически за пятнадцать секунд. Нас уже несло по ветру со скоростью километров десять-пятнадцать в час, и я уцепился одной рукой за рычаг сброса аварийного балласта, а другой прибавил оборотов на правом пропеллере, парируя разворот. Динамометр показывал уже три тонны и быстро уменьшал показания, забор был еще вдалеке, но неотвратимо приближался. Через несколько секунд «Ласточка» легко оторвалась от земли, перемахнув ограду аэропорта с изрядным запасом, а я принялся энергично набирать высоту.

– Не круто ли вверх полезли, – спросил меня вспотевший Арчи, плоховато переносивший резкие изменения давления, и принялся усиленно зевать. – Уши болят и как бы кровь носом не пошла.

– Вот подлечат из пулемета, – извиняющимся тоном посочувствовал ему я. – Будешь знать. Я ж не со зла. Надо к городскому аэропорту километрах на полутора-двух подойти, мало ли.

– Хорошо, – Арчи откинулся на кресло и закрыл глаза. – Сейчас помагичу и все пройдет. Но два не много ли? У нас днище бронированное, Далин постарался, а по силовому щиту пусть стреляют хоть до посинения.

– Прости, дружище, – повинился я, закладывая разворот к городскому аэропорту. – У меня все из головы слова Валета не выходят. Когда он говорил про кое-что посерьезнее кроме пулеметов. Кто его знает, что у них там есть.

– Ну да, – согласился маг, потихоньку приходя в себя. – Может врал, а может нет. Темнила он оказывается тот еще. Верить нельзя совершенно. Когда подойдем?

– Минут через пятнадцать, – прикинул я. – Против ветра же придется идти. Пока развернемся, пока то да сё…

– Ладно, – прервал меня Арчи. – Пока город в бинокль поразглядываю. Неладно там что-то, видишь дым? Журнал наблюдений дай, запишу.

Я присмотрелся и увидел не только столбы дыма, уносящиеся вместе с ветром на восток, но и огненное зарево. Что-то там горело не на шутку.

– Ого, – присвистнул Арчи, уставясь в бинокль. – Здание стражи горит, прикинь. Хорошо так, с разных концов запалили. Людишки вокруг бегают, но чтоб тушили не вижу.

– Это у них сегодня городской праздник образуется, на все последующие года, – попробовал пошутить я. – День взятия мифической Бастилии. Уж не знаю, что это за Бастилия, но Новониколаевская охранка ничем не хуже.

– Вроде как это замок был такой, – просветил меня Арчи. – Со злым колдуном, на весь старый мир известным. Лара однажды говорила, что за все наше время было найдено несколько календарей древних, и во всех этот праздник указан. Так что не тянет наша охранка супротив Бастилии.

– А еще что-нибудь видишь, – с интересом спросил я. – Или только в одном месте праздник?

– Кстати, в аэропорту что-то горит, – напрягся Арчи, схватившись за бинокль обеими руками. – Или только началось, или уже отгорело, слабовато дымит. Да и не видно ни пса еще, черт побери. Далековато. Ну а больше вроде ничего.

– Сходи Далина предупреди, – посоветовал я, перекладывая рули и все больше забирая вправо. – И готовьтесь. Пулеметы там, гранаты. Но снижаться сильно не буду, даже не просите.

– Хорошо, – хлопнул меня Арчи по плечу и принялся выбираться из кресла.

– Воздушная кавалерия, блин, – пробормотал я и принялся приглядываться к дымным следам из аэропорта. Горящая охранка меня интересовала мало, пусть хоть дотла сгорит. Сами виноваты. А вот гномам хотелось бы помочь, еще бы знать как. «Ласточка» подбиралась все ближе и ближе к мехмастерским, от которых мы так лихо ушли вчера, но признаков ожесточенного боя я не видел. Судя по всему, или уже все кончилось, или пока еще только начиналось. Тяжело ступая, в рубку вошел Далин и, не слова ни говоря, полез в обзорную кабину.

– Бинокль дай, – недовольно буркнул он, прекратив наконец возиться.

– Там, вообще-то, прицел есть, – просветил я его. – Смотри через него, если мозгов хватит. Он лучше.

– Кому как, – пробурчал он, крутя прицел. – Все равно, дай бинокль. Далековато еще.

Не став умничать, я без слов протянул ему бинокль, а сам вел «Ласточку», поднимая ее все выше и выше. Дирижабль шел километров тридцать – сорок в час против ветра, аэропорт довольно быстро приближался, еще немного – и мы будем над ним.

– Ну, что там? – принялся нетерпеливо дергать Далина я. – чего видно?

– Вроде кто-то с кем-то воюет, – наконец отозвался он. – Но не сильно. У мехмастерских. А горит пикап, из вчерашних, помнишь? Только начал вроде.

– Да не то, – перебил его я. – Пушки или что-то подобное видно? Помнишь, Валет вчера грозился?

– А ты еще выше залезь, – рассердился тот. – Я тогда тебе больше скажу. Ни черта же не видать.

– Снижаться не буду, – сразу отказался я. – И не проси. А вот к мастерским подойдем, я там скорость сброшу и зависну, рассмотришь через прицел. И Арчи еще позовем с Антошей, в шесть глаз лучше будет.

– Кирюху еще позови, – буркнул гном, не отрываясь от бинокля. – Но на полномасштабную войну не похоже. Пикап только один, из пулемета садят, но без фанатизма. И людей, главное, не видно. Где они там на голом поле прячутся…

– Ты главное не прозевай, когда по нам шмалять начнут, – напомнил я и вытер вспотевшие ладони. – И из чего.

Гном молча кивнул и продолжил с интересом всматриваться в происходящее на поле. В рубку вошел Арчи со своей личной подзорной трубой и принялся раскладывать это здоровенную дуру.

– Вылазь, – толкнул он Далина. – Один хрен слепошарый. Что ты надеешься там увидеть? Я вам сейчас все расскажу.

Гном вылезать не стал, но уселся поудобнее и принялся ждать последних известий от Арчи, который уставился в свою трубу и напряженно осматривал поле боя.

– Сразу скажу, война несильная, – просветил нас маг. – Бьют с обоих сторон одинаково. Гномы, как я понял, окопались в мехмастерских, хрен подойдешь. Злодеи прячутся за ангарами, дирижаблей на поле нет совсем.

– Да я и вчера их не заметил, – подал голос Далин. – Может в ангаре кто спрятался и пересиживает.

– Может, – согласился Арчи, уложив дальний конец трубы на торпеду и вертясь сам вместе с окуляром. – Бой идет за вчерашний бетонный ангар, от которого мы ушли. Правильно, кстати, все остальные навылет прострелить можно. Если гномы его займут, им полегче будет, тем более он самый высокий

. – На крышу его посмотри, – посоветовал Далин, – я что-то вижу, но не пойму, вроде вертится кто там.

– О, точняк, – обрадовался Арчи. – Гномы на крыше обосновались, огонь в сторону здания аэропорта ведут. И народ спокойно шарится между ангаром и мехмастерскими, не прячется. А их пытаются оттуда выбить. С другой стороны забора пытаются подойти, вдоль ангаров, по полю уже не лезут.

– Надо помочь, – стукнул Далин кулаком по сиденью, – давай гранатами сыпанем.

– Я бы с радостью, только видно плоховато, – сказал ему Арчи, оторвавшись от трубы. – Общей картины не пойму, куда сыпать. Артем, спустись пониже, до километра, а?

– Щас, – отказал я ему, – разбежался. Давай по-другому поступим. Я сейчас над полем пройду, и скорость сброшу, только чтоб ветром не сносило. Над дальним краем развернемся и подрейфуем обратно, солнце будет нам в глаза светить. В обоих случаях не зевайте, рассматривайте, кого бомбить будем.

– А смысл? – удивился гном. – слепить же будет.

– Точно, – сообразил Арчи. – Ты, Далин, не понимаешь. Так всегда людей высматривают, против солнца, по тени. Оно тем более сейчас невысоко стоит, тени хорошие должны быть. И любом случае мы сейчас только гномов видим, все злодеи на противоположных сторонах укрытий от нас прячутся, надо с тыла рассматривать.

– Ну, хоть какой-то план, – с облегчением сказал Далин и принялся вылезать из обзорной кабины. – Пойду гранаты приготовлю, лопасти на них установлю.

У нас на вооружении стояли авиационные гранаты, поскольку бомбы нам возить вне патруля было строго запрещено, и выдавались они только на княжеском арсенале. Зато гранат у нас было много, благодаря связям Далина в дружине. Бросать их можно было как есть, тогда они летели без особого шума, а можно было установить на них специальные перфорированные лопасти. В полете такие гранаты раскручивались и издавали омерзительнейший, действующий на психику полусвист-полувой. Попавшие под такое люди рассказывали об этом способе бомбежки, не стесняясь на матерные эпитеты. Приятного мало, в общем.

Тем временем дирижабль уже выплыл на поле, и Арчи принялся отмечать на листке возможные цели. Я сбросил скорость, борясь с ветром и напряженно прислушиваясь к корпусу «Ласточки». Хоть и высота большая, но попасть могут. По большому счету, мы находились на безопасной высоте, но у меня из головы не выходили слова Валета о чем-то крупном. На такой высоте пулеметы и винтовки нам были не страшны, но спускаться ниже я все-таки не решился. Вот попадут, представил я себе, из чего-нибудь полудюймового или дюймового да в силовой трос, будет нам сюрприз. И хотя вероятность такого события уверенно стремилась к нулю, во всяком случае, прежде такого не случалось, но рисковать попусту я не собирался. Смотреть и бомбить можно и отсюда.

В коридоре слышна была возня Далина и Антоши, вытащивших в грузовое отделение ящики с гранатами. Гном учил парня устанавливать лопасти, Кирюшка, судя по проклятиям Далина, вертелся около них.

– Диспозиция более-менее понятна, – громким голосом обрадовал меня и гнома Арчи. – Во-первых, сначала обстреляем из пулемета караулку, там за ней пикапы спрятались. Отгоним народ, чтоб не уехали, и гранатами сыпанем. Далин, слышишь, пулемет готовь!

– Слышу, – отозвался гном, – сейчас все будет.

– У тебя минут четыре-пять! – влез и я, чтобы дать гному временной ориентир. – Если что, гранаты можно и без лопастей кидать.

– Поучи меня, поучи, – уже раздраженно отозвался гном. – Я, между прочим, старшина, а ты ефрейтор несчастный.

– Сам же знаешь, что меня разжаловали, – так же раздраженно отозвался я. Расхожая военная шутка о том, что лучше иметь дочь проститутку, чем сына ефрейтора, меня порядком достала за все эти годы.

– Ладно, Тёма, извини, – крикнул Далин. – Не лезь под руку, и так…

Арчи ехидно улыбался, отмечая цели, он знал, что это моё больное место. И вроде времени уже много прошло с моей службы в дружине, но как вспомню это унижение, как просил уволить в крайнем случае рядовым, так на меня накатывало.

– Сам-то, – буркнул я ему. – Шпак несчастный. Морда магическая.

Арчи заулыбался еще больше, давя смех, и мне пришлось отвернуться. «Ласточка» тем временем подошла уже к зданию аэровокзала, и я начал сложный маневр с разворотом, не отвлекаясь на этих обалдуев. Пока рули направления еще действовали, но когда мы встанем боком к ветру, нас начнет усиленно сносить, и надеяться можно будет только на мощь двигателей и на Лариску. Разогнал «Ласточку», вышел с запасом за территорию аэродрома, и переложил рули направо, дав полную тягу двигателям. Левому как был, а правому на реверс. Дирижабль начал плавный разворот, сначала остановившись в воздухе, а потом поплыв по ветру, как огромный парусник. Мы шли теперь против ветра задом-наперед, уже оба двигателя работали на реверсе, и нас сносило к караулке со скоростью пешехода. Управляться было очень сложно, но я, взмокнув и изматерясь про себя, сумел все же подвести «Ласточку» к первой цели и зависнуть в воздухе, парируя ветер.

– Арчи! – крикнул Далин из коридора. – Может за пулемет сядешь? Тебе виднее, ты ж все цели срисовал.

– Иду! – ответил маг и подорвался к гному на помощь, прихватив листок и бинокль.

Секунд через тридцать пулемет заработал по земле, усиленно тратя трофейные патроны. Гном тут же скинул одну гранату, чтобы примериться и учесть поправку на ветер.

– Тёма! – крикнул он мне после раздавшегося снизу звука разрыва. – Отойди метров на сто, сто пятьдесят назад, сносит сильно.

Я медленно потянул «Ласточку» против ветра, отметив себе новый ориентир, за который мне теперь следует держаться, и стал ждать новых команд. Далин стал разбрасывать гранаты во все стороны, примеряясь, внизу забухало, и наконец одна из машин загорелась, а вслед за ней и все остальные.

– Хорошо попали, – заорал Далин в восторге, – Тёма, иди теперь над левым рядом ангаров, поближе к забору, причешем их.

Арчи бил из нижнего люка короткими очередями, наводя внизу панику, гном кидался гранатами, Антоша метался от ящика к гному и обратно, подавая ему их по одной. Я медленно вел «Ласточку» по указанному маршруту, идя практически над линией забора и молился, чтобы гном в запале не приголубил и своих. Внизу что-то знатно бахнуло, пара пуль на излете чувствительно тюкнули о днище, но вреда они нам принести не могли, калибр не тот. Я осмелел и снизился метров на пятьсот, одновременно сбросив скорость, чтобы облегчить ребятам работу. Все-таки насвистел Валет, было бы у них что-то крупное, жалеть бы нас не стали, врезали бы обязательно. Я повернул голову и стал смотреть на парней в проем дверей, боясь пропустить изменение в обстановке.

– Хорош! – крикнул Арчи и захлопнул люк, вытащив пулемет на турели. – Попрятались все и затихли. Мы сегодня в роли лесника были.

– Машут нам, – добавил гном, разглядывая землю в бинокль. – Навроде наши.

Арчи отобрал у него бинокль и начал разглядывать сам.

– Точно, гномы машут. – подтвердил он. – Хочется надеяться, что спасибо говорят.

– Не стреляют в нас? – уточнил я.

– Не, – пригляделся он. – Только бегают туда-сюда. Ты вперед смотри лучше.

– Дай сюда, – отобрал у Арчи пулемет Далин. – Сам обслужу. Иди своим делом занимайся.

Маг не стал спорить, только радостно вручил гному оружие и рванул в рубку. Плюхнулся на кресло и принялся убирать в футляр свою трубу.

– Кирюха! – заорал он от избытка чувств. – Чаю! Всем, по две порции! И варенья, печенья и пряников!

На кухне что-то начало греметь во исполнение приказа Арчи, а я убрал реверс и перевел движки в нормальный режим, наращивая скорость и высоту.

– Надеюсь, это нам не выйдет боком, – чуток охолонил Арчи я. – Хотелось бы избежать.

– Какое избежать? – удивленно посмотрел на меня Арчи. – Все, замазались донельзя, обратного ходу нет. Теперь нам только на победу надеяться.

– А с Антошей что делать будем? – мне пришлось перевести стрелки на новобранца. – Саныч может не обрадоваться. Он-то надеялся, что мы тихие. А тут такое.

– Саныч в свои восемнадцать уже воевал вовсю, – просветил меня Арчи. – Далин рассказывал. И ты, кстати, и гном тоже. Должен понимать.

– Все равно надо будет поговорить с ними, – не сдавался я. – С Антошей сейчас, и с обоими по прилету.

– Поговорим, – откинулся на спинку кресла Арчи. – Сейчас за чаем и поговорим.

– Кирюша, – крикнул я на кухню. – Чай пить сюда всех позовешь, ладно?

Домовёнок не откликнулся, но я знал, что он меня услышал, а поэтому спокойно продолжил направлять «Ласточку» по маршруту.

– О, – наклонился вперед Арчи и вытащил бинокль. – И на реке война, надо же.