Текст книги "Брак понарошку (СИ)"

Автор книги: Артелина Грудина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 18

Кира

– Как у вас с Ильей? – мама вроде бы нарезала салат, но я отчетливо видела, как внимательно она смотрела на меня ожидая ответа.

– Все чудесно. Мы… совпадаем.

Сказала и сама поняла, насколько точно описала наши отношения. Мы действительно совпадаем. Нам легко жить вместе. Нет каких-то бытовых ссор. Нет перетягиваний одеяла. У нас одинаковые жизненные ориентиры, ценности, мы легко и быстро разделили “сферы влияния”. Я никогда не влезаю в ремонтные работы, он в мою битву с кухней. Оказалось готовить вкусно и полезно – не так-то просто, но я учусь. С переменным успехом, если честно, но Илья ни разу не обидел меня резким словом за неудачу.

И мы поддерживаем друг друга. Во всем. Я его в футболе. Он меня с написанием сценария. Недавно вот сидели вдвоем, перебирали один архив.

На самом деле все чудесно. Настолько, что порой мне становилось страшно. Вдруг это все иллюзия, в которую я хочу верить?

И конечно же, наша попытка без названия заставляла меня чувствовать себя неуверенно.

С одной стороны я – законная жена и мы вроде как решили попробовать по-настоящему. С другой, Илья, несмотря на проявляемую им заботу и страсть, даже не заикается о любви.

Я и сама молчу о ней, хотя, кажется, уже увязла в этом чувстве по самые уши.

– Вы выглядите счастливыми, – поддакнула Вера и взяла с доски кусочек огурца.

– Не тащи еду, подожди. Сейчас сядем, – мама покачала головой, но с улыбкой.

Конечно, ведь сестра вот-вот должна родить. Стоило взглянуть на живот Веры, как я начинала нервничать. Ничего поделать с собой не могла! Перед глазами появлялся образ Ники и ее вымученная последняя улыбка, а затем быстрым калейдоскопом пролетали все остальные кадры прошлого. Иррациональный страх за жизнь и здоровье сестры поселился во мне и не давал спокойно дышать.

– Как ты себя чувствуешь?

– Боже, Кира, ты смотришь на меня так, словно я рассыплюсь у тебя на глазах!

Вера засмеялась и громко откусила новый кусок огурца, а я пыталась достучаться до разума. С сестрой все в порядке: так говорят анализы, врачи и сама она.

– Все отлично – мы растем, скоро появимся на свет и настанет пора бессонных ночей. Хватить на меня таращиться! Ты лучше расскажи нам, как там дядя Гоша? Нашел общий язык с твоим муженьком?

Я нахмурилась. Какое отношение имеет Илья к дяде Гоше? И почему они должны находить общий язык?

– О, мой Бог! Ты что, ничего не знаешь?

– Не знаю что?

Я растерянно посмотрела на маму. Ладно Вера, но она-то нормально мне точно может все объяснить.

– Дочка, твой Илья сын Гоши. Я думала муж тебе все рассказал.

Мама вытерла руки о кухонное полотенце и отвлеклась от нарезки салата.

– Илья рассказывал о встрече на перроне с отцом. О том, что он настроен решительно и даже уехал вслед за матерью, но он не называл имен. Я и подумать, не могла, что это наш дядя Гоша!

Мои ладони легли на горящие щеки.

Как же так?

Я ведь слышала, что отец Ильи бросил его мать беременной ради другой женщины, которая тоже ждала ребенка.

Но я ведь знаю дядю Гошу всю жизнь! У него нет детей.

Вернее не было. Теперь я знаю об Илье. Может я просто не все знаю? Может где-то какая-то женщина растит еще одного его ребенка?

– Ничего не понимаю. Мама, дядя Гоша женился? У него есть другие дети, кроме Ильи?

Я посмотрела на родительницу. Она наверняка все знает. Папа и дядя Гоша друзья детства и с ними она познакомилась в один день, на гонках. Так что о девушках, женах и детях дяди Гоши мама должна знать, если не все, то многое.

– Нет. Насколько мне известно Гоша полюбил лишь однажды. В жены взял девушку милую, скромную и домашнюю. У нее были строгие родители. То ли военные, то ли профессора. Не помню. Главное никуда от себя ее они не отпускали и Гошка разрывался на два города. Работал с твоим отцом здесь и ездил домой в какой-то маленький городок. А потом приехал весь серый, с синяками под глазами и неделю пил не просыхая. Мы с отцом пытались его как-то вразумить, но, если честно, я Верой беременна как раз была. Носила ее тяжело, так что особо на Гошу мы не наседали.

– А потом?

В груди что-то сжалось. Не верила я, что наш дядя Гоша мог бросить своего сына и любимую женщину!

– А потом сказал, что ошибся. Что не любовь вовсе и девушка оказалась ветреной: изменила, другого нашла, забеременела от него, замуж собирается. А он ей такой “перекати-поле” не нужен и вообще ни ко двору всей ей семейке пришелся. Вот и развелись…

– Но у него же не было другой женщины, верно?

Мама грустно усмехнулась:

– Какой там! Сколько раз я его знакомила с хорошими, красивыми девушками – не сосчитать. А он все твердил: “Не хочу быть с кем попало”. Я ему говорю, что года идут, что один ведь останешься: ни жены, ни детей, ни дома. А Гоша все рукой махал. Мол ничего такого ему без любви и не нужно. Да и мы у него есть.

– Мам, не знаю, как и сказать, но Илье об отце много плохого рассказывали. Он думает, что дядя Гоша бросил его мать беременной и ушел к другой женщине. Та, по словам родни, тоже была в положении.

– Бред! Гоша любил жену и никогда ей не изменял, пока они были в браке! Да и после развода я несколько лет его с девушками не видела!

– Нужно все рассказать и объяснить Илье! – подвела итог Вера, размахивая остатками огурца в воздухе.

– Но как? Он же не поверит, подумает, что мы просто оправдываем дядю Гошу?

– Нужно подумать…

Мама оставила нас одних на кухне и ушла куда-то.

– Думаешь, найдет правильные слова и весомые доводы? – шепотом, словно это секрет какой-то, спросила сестра.

– Не знаю, хотелось бы в это верить.

Я принялась доделывать за мамой салат, раздумывая об услышанном.

Кто бы мог подумать, что мой и Верин крестный – отец моего мужа и мой свекр?

Илья

Я нажал на сигнализацию и открыл багажник авто. Быстрым движением забросил в него спортивную сумку и даже потянулся закрыть багажник, как краем глаза заметил девушку.

– Аня?

Кого-кого, а бывшую девушку я не ожидал увидеть на парковке возле клуба.

– Привет, Илья.

Девушка куталась в вязаную кофту и не обращала внимания на ветер, который бросал ей пряди волос в лицо.

– Привет. Какими судьбами? Я думал, ты в Лондоне или в Милане…

– Прости меня, пожалуйста, что так вот ушла, не попрощавшись..

Я пожал плечами. Чего уж теперь-то?

– Все в порядке. Что было, то прошло.

– Да, я видела фото со свадьбы. Поздравляю! Рада за вас двоих.

Аня широко и искренне улыбнулась, а я не понимал, к чему вообще все это.

– Ань, тебе что-то нужно от меня?

От моего прямого вопроса девушка покраснела и опустила взгляд.

– Илья, мне помощь нужна, – промямлила она. – Можно я поживу в нашей старой квартире? Я знаю, что она пустует.

– Откуда?

– Была там, искала тебя.

– Так… Залазь в салон, поговорим. Ты уже вся от ветра шатаешься. Неужели нельзя было теплее одеться? Уже сентябрь вообще-то.

Аня мышкой нырнула в машину, а я пытался совладать с собственными эмоциями. Часть меня радовалась тому, что Аня здесь. Пришла, вернулась, нуждается во мне. А вторая хотела быстрее расстаться с девушкой и поехать к Кире и ее родителям, на семейный ужин.

– Илья, прости, что пришла к тебе, что не даю нормально жить. Просто я беременна и совершенно не знаю, что мне делать.

Аня заплакала навзрыд, а я машинально притянул ее к себе и стал успокаивать. Гладил ее по спине, как и сотни раз до этого.

Пока девушка всхлипывала у меня на плече, я пытался осознать услышанное.

Аня – беременна, у меня будет ребенок.

Еще несколько месяцев назад я мечтал об этом. Считал, что появление малыша как раз расставит все по своим местам. Аня перестанет маяться ерундой и станет просто моей женой и мамой, хранительницей домашнего очага.

Так почему я не чувствую радости? Почему в груди появилось глухое раздражение и отчего мне так паршиво?

Перед глазами стоял образ улыбающейся Киры. Ее чистый взгляд, нежно-розовая кожа лица, манящие губы. Еще сегодня утром мы с ней дурачились в кровати, целуя друг друга. Еще за завтраком строили планы не только на выходные, но и на праздники. Я бы готов строить их даже на несколько лет вперед. Возможно даже на всю жизнь.

И вот… моя бывшая ждет ребенка. Неважно сколько недель ее беременности. Этот малыш уже живой и он уже есть, а значит я не позволю ему расти безотцовщиной, как я.

– Все будет хорошо, Аня, не плачь. Тебе ведь сейчас нужно думать о хорошем…

Я неуклюже отодвинулся и подал девушке салфетку:

– Держи.

– Спасибо, Илюша. Ты всегда был ко мне таким добрым и заботливым. Какой же глупой я была, что не ценила такого отношения. Извини, что вот так… словно снег на голову… Мне просто больше некуда идти, правда.

Кира

Илья задерживался. Уже даже папа поинтересовался, где носит его затя. Я отправила вторую смс-ку, но ответа все не было.

– Наверное, за рулем, – успокаивала я и родных, и себя.

Когда мой телефон зазвонил, я почти пулей выскочила на лоджию.

– Привет! Ну, ты где, Илья? Все уже собрались. Тебя одного ждем.

– Уже подъезжаю. Забыл, какие цветы любит твоя мама?

– Илья, да какие цветы? Давай быстрее к нам! Папа вокруг мяса из духовки уже круги нарезает.

– Понял, скоро буду!

Явился Илья и правда через минут десять, но не с пустыми руками. Вместо цветов мужчина привез два пакета фруктов.

– Куда столько? – удивилась мама.

– Затек, ты все попутал. Мандарины к Новому Году покупают.

Папа смеясь похлопал мужчину по плечу.

– Витамин С полезен всегда, – заступилась за Илью Вера и даже поцеловала его в щечку. – Спасибо. Я как раз их ужасно захотела!

– Так, давайте уже садиться за стол, а то у меня желудок к позвоночнику прилип! – громко заголосил голодный Костя из залы.

И этот крик умирающего сразу привел всех в движение: папа отобрал у Веры пакет с мандаринами и отнес его на кухню, мама уже накладывала на блюдо мясо, а мы все быстро расселись по своим местам.

Илья сел рядом и даже успел притянуть меня близко к себе и поцеловать в висок.

– Прости, задержался, – шепнул муж на ухо.

– Ура! Еда! – воскликнул Костя, встречая маму с подносом. Мелкие тут же захлопали в ладоши, поддерживая радость отца.

– Так, детвора, не шумите, – попросила Вера и выразительно посмотрела на мужа.

– Что ты так долго?

Как ни в чем не бывало поинтересовался Костя, накладывая в тарелку овощи и мясо.

– Пришлось заехать на свою старую квартиру.

Я заломила бровь и посмотрела на мужа. Что он там забыл? Может вещь какую-то? Или произошло что-то?

– Дома расскажу, – шепнул мне муж и я поняла, что “было не так”. От Ильи пахло приторно-сладкими женскими духами…

Глава 19

Илья

В доме родителей Киры мы пробыли до позднего вечера. Если честно, то время пролетело незаметно. Тесть шутил, теща пыталась меня накормить, Костя и Вера без конца друг над другом подтрунивали, а Глеб и Ариша провисели на мне большую часть семейного ужина.

Отчего-то сегодня общение с детьми особенно сильно задело во мне какие-то скрытые чувства. Может быть от того, что несколько бесконечно долгих минут я думал о ребенке Ани, как о своем?

Можно сказать, уже примерил на себя роль отца.

– Мне просто нужно место, в котором я смогу спрятаться и все хорошенько обдумать. А еще нужно, чтобы меня не нашли, – вытерев слезы, Аня начала рассказывать о случившемся: – У Майкла столько власти, денег, он может диктовать мне свои условия, надавить на меня. Но я не боюсь разговора с ним и прятаться не буду. Мне только нужно время, чтобы разобраться с самой собой. Разобраться чего хочу я, понимаешь?

Огромные бездонные глаза смотрели на меня с такой надеждой, что я кивнул головой. Хотя совершенно ничего не понимал. Кто такой Майкл? Ее новый агент? Наниматель, с которым она подписала контракт? Отец будущего ребенка?

– Я сейчас просто плыву по течению. Не знаю, смогу ли я стать хорошей мамой? Может мне просто это не дано? Каждая женщина способна родить, а вот дать ребенку тепло, любовь, свое сердце может только мама.

Я знал, какие тяжелые у Ани взаимоотношения с родительницей и понимал откуда у нее подобные опасения.

– Ты не похожа на свою…

– Знаю! Но Илья, я же безответственная, эмоциональная, амбициозная и эгоистичная. Разве такая, как я, сможет состояться в материнстве?

Я отчетливо видел, что Ане необходим кто-то, кто мог бы успокоить ее страхи, протянуть руку помощи. И приехала она ко мне вовсе не из-за квартиры, а потому что мы были вместе пять лет. Я видел ее своей женой, матерью моих детей и сейчас ей нужно было услышать от меня всего лишь то, во что она боялась поверить.

– Неправда, ты не эгоистка. Ты ведь сейчас думаешь не о карьере, не о подписчиках и собственных амбициях и желаниях, а о малыше. Ты уже мама, которая заботится о своем ребенке. Разве нет?

Аня несколько секунд удивленно хлопала ресницами.

– Ты думаешь?

– Я это вижу.

– Спасибо!

Аня крепко обняла меня за шею и даже поцеловала в щеку.

– Значит, отец твоего ребенка не я, а…

– Майкл! О Боже, ты подумал, что ты? Прости! Я должна была сразу тебе все нормально объяснить!

– Успокойся, все хорошо.

Я широко улыбнулся, осознавая, как же меня радует эта новость. Слово гора с плеч упала! И нет, дело было вовсе не в ответственности, не в страхе перед отцовством. Я не хотел терять Киру, рвать с ней отношения и возвращаться к прошлому.

Эти простые истины так меня опьянили, что я летел навстречу к жене. Я хотел поделиться с ней своим открытием, рассказать насколько она мне дорога.

Но смог только обнять на мгновение и поцеловать в висок. Увы, шумное застолье – не место для таких откровений.

В салоне авто, когда мы возвращались домой, я хотел начать этот разговор, но передумал. Хочу смотреть в ее глаза, а не следить за дорогой. Хочу, чтобы мои руки сжимали не руль, а ее тело…

И лишь, когда лифт устало поднимал нас на нужный этаж, я наконец-то улыбнулся и тихонько позвал ее:

– Кира…

– А?

Она словно вынырнула из своих каких-то важных и не особо радостных мыслей и растерянно посмотрела на меня:

– Ты что-то хотел?

– Да, поговорить с тобой.

– Угу, – девушка нахмурилась и кивнула головой. – Да, поговорить. Думаю уже пора…

Теперь настал мой черед хмуриться. Что-то я не понял, о чем она говорит? Что-то произошло?

Двери лифта распахнулись и я пропустил Киру вперед, на ходу доставая ключи от квартиры.

Только вот открыть мне замок не дали. Ладонь Киры легла на сердцевину, закрывая отверстие для ключа.

Девушка, задрав подбородок, смотрела мне в глаза несколько секунд, а затем задала очень странные вопросы:

– Ты уверен, что должен быть здесь? Что стоит открывать эту дверь?

Кира

Если прошлое меня чему-то и научило, так это смотреть в лицо правде. Вспоминая свою жизнь с Антоном, я находила “звоночки” его измены, просто не позволяла себе прислушиваться к ним. К себе. К внутреннему голосу.

К чему это привело? Я чуть было не совершила самую страшную ошибку в своей жизни – чуть не вышла замуж за не того мужчину.

Илья…

Я думала, что он тот самый, мой.

Сидела за столом, наблюдала за ним и не понимала. Ну, как я могла так обмануться вновь? Он же лицемер! Улыбается отцу, не скупится в комплиментах матери и сестре, с детворой играет и даже меня время от времени обнимает, гладит, целует украдкой… Словно рад быть со мной, будто счастлив! А от самого разит чужими духами и смазанный еле заметный след помады на футболке режет глаз.

Боль в груди нарастала с каждой секундой, с каждым прикосновением Ильи ко мне. Как же хотелось вырваться из этого ожившего кошмара и сбежать.

Я буквально считала минуты до конца ужина.

В салоне машины я искусала все губы, лишь бы только удержаться и не обрушить на Илью град претензий, обвинений. Спрашивать мне у него нечего. И так все ясно!

Только вот он вел машину и на улицах ночного города не так уж и спокойно. Ни к чему ссориться сейчас, нужно подождать до дома.

Когда мы зашли в лифт, я уже немного успокоилась. Осталось собраться с мыслями. Как мне начать этот непростой разговор? Не хотелось бы скатиться до истерики. Женская гордость все еще при мне. Нужно расстаться красиво.

Черт! Я не могу с ним расстаться! У нас договор и еще почти девять месяца брака впереди.

Хочется затопать ножками, как маленькой и завопить на весь мир, что так несправедливо! Нечестно!

Только я давно уже взрослая. Большие девочки себя так не ведут.

Мы гордые, самодостаточные и мудрые. Хотя бы пытаемся такими казаться, поэтому нос повыше, взгляд похолоднее и больше стали в голосе!

Давай, Кира, все проходит и эта боль пройдет… когда-то. А сейчас круши свой выдуманный рай!

– Ты уверен, что должен быть здесь? Что стоит открывать эту дверь?

– Больше, чем когда либо.

Что?

Не на такой ответ я рассчитывала. Только вот ничего спросить я не могла. Сложно было подобрать нужные слова, а Илья, пользуясь моим состоянием, на месте не стоял, а действовал.

Не успела я и опомниться, как оказалась в прихожей квартиры. Илья же и двери успел закрыть за нами, и разуться и легкую куртку на вешалку повесить.

Да что там куртка? Он меня усадил на кушетку и разул.

– Илья…

Мужчина задумчиво посмотрел в глубь квартиры, на двери нашей спальни. Он же не собирается меня туда нести?

– Пошли пить чай. Кажется, мне нужно объясниться.

Теплая сильная ладонь сжала мою руку и повела за собой на кухню.

А у меня оказывается совсем не осталось сил для сопротивления. Сев на стул, я наблюдала, как мужчина хозяйничает на кухне: наливает в чайник воду, включает его, гремит шкафчиками, доставая чашки, кофе и мою любимые батончики мюсли.

И чашку достал для чая тоже мою любимую. Большую, пол-литровую, с толстым стеклом. Я часто грею руки об неё. Да и розовый фламинго с золотистыми контуром радует взгляд.

– Я сегодня задержался, потому что встретил Аню.

Мое сердце рухнуло куда-то вниз. Наверное, в пропасть.

– Она пришла ко мне за помощью.

На языке крутилось столько вопросов! Почему к тебе? Больше не к кому? Ты помог? Ты все еще любишь ее? Это тот шанс, когда можно все вернуть для них. Значит Илья решил им воспользоваться…

Я устало прикрыла веки. Не хочу на него смотреть. И ему не стоит видеть мои слезы.

– Я могу назвать тебе много причин, почему я не остался в стороне, почему протянул ей руку помощи. Но ты должна знать: ни одной из них не является мое желание возвращаться в отношения с Анной.

Что?

Теперь я смотрела на Илью во все глаза ища хоть какие-то признаки лжи или сомнения.

– Я не хочу быть с ней. У меня нет желания возвращаться в то прошлое, потому что мне безумно хорошо в настоящем. С тобой. Кира, я люблю тебя.

Не верю собственным ушам. И глазам тоже.

Тем временем Илья подошел ко мне совсем близко и присел, чтобы наши лица находились на одном уровне.

– Мы договорились с тобой попробовать по-настоящему построить семью и я не намерен менять свое решение. Мне было страшно ошибиться, пообещать тебе большее, чем я могу дать. Поэтому я молчал и даже всячески боялся признаться самому себе, что влюблен. Но сегодня, когда Аня сказала, что в положении, я чуть с ума не сошел. Выбор между любовью к тебе и долгом перед своим, как я подумал, ребенком убивал меня. Сомнений не осталось. Ты дорога мне. Дороже всех. И я не буду торопить тебя, просто хочу чтобы ты знала о моей любви. И что я весь твой и ничей больше.

Я и не заметила, что у меня по щекам потекли слезы.

– Ну, что ты плачешь?

Илья стал бережно вытирать их, а я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Получился правда свистящий такой звук, но мне уже было все равно.

Я прыгнула в объятия Ильи, повисла на его шеи и крепко поцеловала в губы.

Соленый вкус быстро сменился сладостным томлением. Руки Ильи не просто исследовали мое тело. Они прижимали к себе так близко, что одежда стала мешать. Хотелось других прикосновений, когда кожа к коже и жар, один на двоих.

– Я тоже люблю тебя, – прошептала, когда поцелуй прервался, а наши лбы продолжали соприкасаться.

Я видела, как в глазах Ильи рождается свет, а на губах появляется шальная улыбка. А затем мне показали небо в алмазах. Мое тело парило в нирване, а в душа ликовала.

Мой. Любимый. Любящий.

Глава 20

Илья

Струи горячий воды приятно били по спине и дарили уставшим мышцам пусть и недолгое, но успокоение. Я прикрыл глаза и подставил лицо воде. На заднем фоне слышались голоса из раздевалки. Парни что-то обсуждали и ржали, как лошади. Разобрать слова я даже не пытался, поэтому громкий звук удара и грохот стали для меня внезапным.

Ну, все напарился.

Повязав полотенце на бедра, я рванул к парням. Ожидал увидеть дерущимися Тоху и Диму, но остолбенел, когда понял, что Игорь набивает морду лучшему другу Косте.

– Какого Лешего?

Парни кое-как оттянули взбешенного парня и поставили Костю на ноги.

– Ты очумел? – зыркнул подбитым глазам пострадавший на своего друга.

– А ты? Ничего не попутал? Не забыл, а? Так я тебе напомню: у тебя дома жена!

Руки Игоря были сжаты в кулаки, а глаза горели гневом. Он с трудом сдерживал себя. Костя же громко заржал.

– Ну, дома. А где ей еще быть? Пусть там и сидит. Я ничего против не имею. А меня вот ждет маленькое, сладенькое приключение. Что такого, не пойму. Тебе-то какое дело? Ты полиция нравов?

– Игорь…

Жека вышел вперед и покачал головой:

– Не нужно.

– Кретин! – зло бросил парень и вышел из раздевалки.

– Во де-ла… – протянул Олег, смотря вслед Игорю, – ну, ты и мудак, Костя, – покачал головой парень, и перевел взгляд на парня, который пальцами вытирал кровь.

Все-таки бровь ему друг рассек знатно.

– Пошли в медпункт.

Капитан команды взял Костю за плечо.

– Моя жизнь, моя семья. Что хочу, то и делаю. И нечего мне тут мозги промывать, ясно?

Парень зло посмотрел на нас всех, а затем вырвал руку из захвата Жени.

– Да идите вы все!

Громко стукнув дверью шкафчика, он подхватил свою сумку и вышел.

– Не хотите пропустить по бокальчику в баре? – поинтересовался у парней капитан команды.

– Бокальчик? – Тоха заломил бровь.

– Сока, – уточнил Жека и многие заржали.

– Ну, если только яблоневого или березового…

– Я с вами.

У Киры сегодня шопинг с подругой, так что дома меня никто не ждет. Наши питомцы слишком уж флегматичны и самостоятельны. Человеческое внимание им особо не нужно. Иногда мне кажется, что это я у них выпрашиваю разрешения потрогать их, а они нехотя соглашаются, чтобы не обидеть меня.

В общем, между посиделками с парнями в баре и беседами с домашним мини-зоопарком, я выбрал первое.

И не прогадал.

По крайней мере нам было весело. Парни как-то приободрились, стали играть в дартс, травить анекдоты, атмосфера стала более дружелюбной и легкой.

Единственное, что заставлял меня нервничать – это без конца и края звонивший телефон Жени. Пусть наш кэп и поставил его на вибро-режим, но это жужжание раздражало не меньше мелодии.

Мужчина время от времени смотрел в сторону телефона, но принимать вызов не спешил.

– Марго? – спросил Тоха Женю, не выдержав.

– Она самая.

– Хочет назад?

Женя сделал глоток сока и поморщился так, словно в стакане было виски.

– Я больше ее не хочу. Ни в каком виде.

– О как…

– И что тебя излечило? – поинтересовался я, удивленно.

Сколько лет мы все видели эти встречи-расставания. Казалось, так будет всегда. И вдруг Женя стал таким категоричным в своем решении. Меня радовали эти перемены, но хотелось знать их причину.

– Твой мальчишник, – засмеялся кэп и похлопал меня по плечу. – Спасибо, друг. Должен буду.

Мы с Тохой обменялись взглядами. Никто из нас ничего не понимал, но мы оба были рады за Жеку.

– Всегда пожалуйста. Обращайся, если что.

Я подмигнул другу.

– Парни, а вы видели вчерашний бой между Савиным и Хэндром?

У нас на плечах повис Богдан.

– Что, и вы тоже не смотрите бокс? Ну, нет… Вы убиваете во мне всю веру в человечество…

У меня заиграла мелодия на телефоне и я с улыбкой сбежал от нытья Боди на улицу. Правда улыбка быстро исчезла, стоило мне принять вызов от матери.

Разговор с ней оказался для меня тяжелым испытанием.

– Я не хочу встречаться с этим мужчиной. И говорить мне с ним не о чем.

– Илья, через несколько дней мы приедем к тебе. И я прошу тебя, выслушай нас. Пожалуйста!

– Мама! Я…

– Упертый и упрямый, но ты все еще мой сын, и я надеюсь, что ты сделаешь то, о чем я тебя прошу.

– Только одна встреча! – сдался я.

– Спасибо, сын. Я люблю тебя.

– А я тебя.

– Как там Кира? Ты поддерживаешь ее? Бедная девочка. Оказаться в такой ситуации! Но она молодец, держится!

– О чем ты, мам?

– О ее работе, конечно. Подожди, а ты не знаешь о шоу?

– Каком? “Просыпайся, страна”?

– Нет, о другом. Думаю тебе стоит поговорить с женой и поддержать ее. Целую вас обоих.

Мама отключилась, а я еще несколько минут смотрел на потухший экран телефона. О чем речь? Что происходит в жизни Киры? Почему я не в курсе?

Кира

– Ты как?

Вельская протянула мне стаканчик с латте.

– Держусь, но уже посматриваю в сторону строительного магазина.

– Ясно… Если что покупай сразу две лопаты.

– Поможешь?

– А для чего еще нужны подруги, если не для того, чтобы закопать труп бывшего?

– Ксю, он ужасен! Почему я не видела, какой он мерзкий раньше?

Я схватилась за голову и чуть не выплеснула на себя кофе.

– Осторожнее, подруга! Дать шоколадку?

– Не нужно. Я до сих пор не могу отойти от брауни. Антон заставил меня попробовать не меньше десяти десертов!

– Сочувствую. И прости меня, если сможешь.

Я обняла подругу и даже чмокнула ее в щеку. Вид у Вельской был расстроенным. Она действительно чувствовала себя виноватой. И зря! Потому что Ксю сделала то, о чем я ее просила. Она помогла мне. Наш режиссер просто воспользовался случаем и поступил так, как выгодно ему и каналу. Это все бизнес – ничего личного. Как-то так ответили мне, когда я просила не ставить меня соведущей на шоу Антона. Рейтинг его передачи падал и каналу нужно было что-то делать. Вот они и пошли по самому легкому пути.

– Ты не виновата. Это все Сева с его гениальными идеями.

– Нужно было уточнить об условиях внепланового отпуска для тебя.

– Брось, в тот момент я бы на что угодно согласилась! Смерть Ники стала ударом для всех нас. Я бы просто не смогла улыбаться в эфире. Сева и сам это понимал, поэтому так легко и отпустил.

– Какой же он козел!

Я махнула рукой. Хоть козел, хоть баран – все одно. Деваться-то все равно некуда.

– А как там Олег?

Я тяжело вздохнула. Внешне Олег держался. Не пропускал тренировки, впахивал за семерых, не конфликтовал. Но что творилось у него внутри? Илья говорил, что Олег справится. Девчонки шептались, что клуб заставил парня посещать три раза в неделю психолога.

Я просто переживала за него и малышку, но не вмешивалась.

– Держится.

– А малышка как?

– Он назвал ее Алисой, – я улыбнулась, вспомнив кроху.

Золотистый пушок волос, огромные голубые глаза – имя очень подходило девочке. Парни предлагали подарить чеширского кота, когда мелкой исполнится годик.

– Красивое имя. Олег справляется?

– С такой-то армией нянек? – рассмеялась я. – Еще бы! Сейчас у него живут его родители, мама и сестра Ники. И все заботятся о парне и о ребенке.

– Но так ведь вечно не будет?

– Не будет, – согласилась я. – Через неделю родители уедут. Матери Ники тоже нужно выходить на работу. Останется Вика. Она студентка и решила доучиться на заочном в местном вузе. Девушка как раз разбиралась с документами, пока все были здесь.

– И что студентка справится? Да и зачем ей это все? Молодая же. Наверное гулять хочет. Парни, клубы, драйв, а они ее за пеленки усадили! – Вельская была возмущена до глубины души. – Давай я помогу найти хорошую няню. Пусть девочка живет своей жизнью!

– Это было ее решением, а еще просьбой сестры. Оказывается, Ника написала всем письма, когда первый раз попала в больницу. Так что Вика твердо намерена выполнить последний указ Ники.

– Бедная девочка…

Я улыбнулась и покачала головой:

– Не думаю. Как по мне она весьма серьезная и вдумчивая. Сомневаюсь, что она завсегдатай клубов и вечеринок.

– Ботан что ли?

– Типа этого.

– Ладно, кофе попили, по душам поболтали пора продолжить шоппинг. Знаешь ли сапоги сами себя не купят!

В этом все Вельская!

– Уговорила.

Я поднялась из-за столика, подхватила несколько пакетов с покупками и, подхватив подругу за руку, отправилась вперед, в обувной. Мне, кстати, тоже не помешает новая пара зимней обуви. Октябрь пролетит быстро, а в ноябре уже могут быть первые морозы.

***

Домой я вернулась уставшая, но довольная. Кроме парочки замшевых сапожек, я купила несколько тонких свитеров, пару десятков носков себе и Илье. Кстати, на свой страх и риск приобрела и свитер для мужа. Вельская затянула меня в магазин нижнего белья, так что моя коллекция пополнилась на несколько комплектов. Мимо парфюмерного уже не смогла пройти я. Надеюсь флакончик новой туалетной воды от Армани понравится Илье.

– Привет! – улыбаясь мужу, я сгрузила все пакеты в прихожей и радостно повисла у него на шее, целуя. – Что случилось?

Мое веселье разом утихло. Илья не ответил на поцелуй. Он стоял, как незыблемая твердыня и смотрел как-то не так.

Я почувствовала себя виноватой. Только вот в чем?

– А что, никаких событий у нас за последнее время не было? Чего-то нового? Непривычного? Того, что стоит рассказать близкому человеку?

Я вздрогнула. Каждый вопрос словно пощечина.

– Ты о передаче Антона?

– Да, я о ней.

Илья кивнул и развернулся. Мужчина шел на кухню, а я брела за ним следом.

– У тебя впереди матч, я не хотела тебя тревожить пустяками.

– Кира! – Илья развернулся. – Я мужчина в нашей семье. Моя обязанность защищать тебя, а не наоборот!

– Но здесь ты бессилен! Моя работа – это мой мир, не твой!

Илья пнул табуретку и обернулся ко мне:

– Я не слабак. И даже, если ситуация безвыходная, я хочу знать о ней.

– Хорошо, договорились. Я буду все тебе говорить. Извини.

Мой голос дрожал, не от злости, а от усталости. Мне надоело держать все в себе, быть сильной, несгибаемой. И Илья прав. Он не давал мне поводов усомниться в нем. Просто я поступила так, как привыкла поступать в отношениях с Антоном.

– Ты меня извини. Я сорвался. Мать проговорилась, а я ничего лучше, чем прогуглить не придумал. А там столько всего…

Я прикрыла на миг глаза. Сама я не гуглила, но Вельская несколько раз читала мне выдержки из статей и комментарии под выпусками передач.

Многие поклонники верили, что наши с Антоном чувства не утихли, что мы снова будем с ним вместе. Кто-то даже делал подборку из кадров шоу, поставив фоном жалостливую историю любви.

– Прости. Я не хотела, чтобы ты отвлекался на все это. Сейчас в команде и так все неспокойно. Олег еще не пришел в себя, ребята ругаются между собой. Я хотела, чтобы хотя бы дома у тебя все было спокойно.

– Я ценю твою заботу, – Илья подошел ко мне и притянул к себе. – Но не делай так больше. Пожалуйста, Кир.

– Не буду.

Я подняла голову и потянулась за своим поцелуем. На этот раз Илья ответил со всем пылом.

Меня усадили на барную стойку и почти раздели, осыпая каждый сантиметр тела поцелуем, но тут телефон Ильи зазвенел.