Текст книги "Брак понарошку (СИ)"

Автор книги: Артелина Грудина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

– Это свидание? – спросила я быстрее, чем успела прикусить язык. Молодец, Кира! Кто так вообще себя ведет? Словно слон в посудной лавке! Между нами все так зыбко, а я…

– Определенно. Точнее не бывает. Так что скажешь?

В животе запорхали бабочки.

– Дай мне полчаса на сборы!

Глава 16

Кира

Ресторан в самом центре города радовал живой музыкой, изысканной средиземной кухней, вышколенным персоналом и уютно аристократической атмосферой.

Но был в этом заведении один огромный минус его шеф-повар ученик Антона, и мы часто ужинали здесь.

Илья сразу заметил, как я напряжена, и едва мы присели за столик, поинтересовался нравится ли мне ресторан или я хочу уйти.

И вот…

Я знаю, как нелегко забронировать здесь столик на ужин. Догадываюсь, что Илье хочется праздника, и мы сейчас делает первые, робкие шаги навстречу друг другу.

Так стоит ли вспоминать о прошлых отношениях? Нет, тень Антона нам точно не к чему!

– Нет, все хорошо.

И вот моя первая ложь Илье. Кажется, ведь пустяковая совсем и сказана из лучших побуждений, но она появилась между нами словно первый кирпич в стене.

– Точно?

Взгляд мужчины словно рентген прошелся по моему лицу, и я дрогнула:

– Нет. Прости меня! Просто мы с Антоном…

Продолжать дальше фразу не хотелось, да и Илья все понял.

– У нас с Аней тоже было много любимых кафе, – кивнул Илья.

– Но что же нам делать? Не составлять же списки?

Илья пожал плечами и улыбнулся:

– Как насчет того, чтобы взять еду на вынос и покататься по ночному городу или погулять по парку?

На сердце сразу стало легко-легко.

– Я – за!

Мы, как два заговорщика, быстро изучили меню и сделали заказ официанту, а пока его готовили, заказали по чашке кофе.

– Как прошел твой день? – поинтересовался Илья, и я на миг задумалась, стоит ли портить наше первое свидание проблемами по работе?

– Креативно. А твой как?

– В поисках взаимопонимания. – усмехнулся мужчина. – Весьма занимательно. Наш тренер умеет действовать нестандартно. Хотя, если честно, благодарить за идеи Захарова стоит его Заю.

– Заю?

Это так зовут его пассию что ли?

– Вообще-то, Зою, его дочку, но тренер ее всегда зовет Заей и мы привыкли.

– Нервы ему мотает, а он вас потом гоняет? – предположила я первое, что пришло в голову.

– Наоборот. Зайка будущий психолог, вот она папе и подсказывает методы профилактики здоровой атмосферы в команде.

Я тихонько засмеялась. Вот так повезло девчонке. Всю теорию институтскую тут же на практике проверяет. Небось и записи ведет.

– Так вы – подопытные кролики у зайчика?

Лицо Ильи удивленно застыло буквально на секунду, а затем он засмеялся вместе со мной:

– Никогда не смотрел на это под таким углом…

Мне нравилось, что мужчина в моей компании чувствовал себя расслабленно. Мог открыто посмеяться с самого себя. Ни он, ни я не пытались произвести друг на друга хорошее впечатление, мы просто наслаждались обществом. Такая свобода дорогого стоит…

Я открыто любовалась собеседником и Илья тоже не скрывал своего мужского интереса. С каждой минутой атмосфера между нами становилась все горячее и горячее. Я даже задумалась, сильно ли я голодна? Может ну его, этот заказ? И вообще, какое первое свидание, когда у нас настоящий медовый месяц только начинается?

Судя по тому, как потемнели глаза у Ильи и тому, что сейчас он почти раздевал меня взглядом, то делать нам в ресторане нечего.

Моя рука проскользила по скатерти, и мизинец подцепил палец Ильи. Попался! Я уже приоткрыла рот, чтобы кокетливо предложить продолжить наш вечер за чашкой кофе на завтрак, как меня кто-то перебил:

– Привет, ребята, а вас сюда каким ветром занесло?

Мы обернулись к говорящему и мне понадобились все свои силы, чтобы улыбнуться и порадоваться внезапной встречи.

Хотя внутри я подвывала на одной ноте от обиды и несправедливости этого мира.

Ну, за что?!

– Как замечательно, что мы встретились и можем поговорить с глазу на глаз, а не по телефону!

Ника не стесняясь решительно отодвинула стул и…

– Солнышко, – муж успел удержать ее за локоть, – у ребят медовый месяц, думаю мы не станем мешать их романтическому свиданию.

То, с какой мягкостью и терпением он разговаривает с Никой, заслуживает медали “Муж года”. Я поражена настолько, что невольно даже разинула рот.

– Если ты продолжишь смотреть на Олега так восторженно, то я начну ревновать, – тихий шепот Ильи отрезвил меня, но не заставил отвести взгляда от супругов Красиловых. Ника продолжала хмурить свои идеальные брови и дуть губки. Сейчас она напоминала нежную, но ужасно капризную принцессу. Невооруженным взглядом было видно, как ее терзают сомнения. С одной стороны, она понимала и принимала правоту мужа, а с другой ей хотелось поболтать со мной о предстоящей фотосессии.

– К тому же у нас с тобой тоже романтическое свидание.

Олег улыбался, как змей искуситель и бережно уводил девушку от нашего столика. Мне кажется, Ника осознала все вероломство мужа только тогда, когда он отодвинул перед ней стул, помогая присесть уже за их столик.

– Они вместе уже три года. Когда мы с ребятами впервые увидели Нику, думали, что все несерьезно. Она постоянно дула губы и была всем недовольна. Никто не понимал, что Олег нашел в ней. Да, она красива, но возле нас всегда полно красивых девушек.

– А сейчас понимаете?

– Нет, – весело засмеялся Илья, – Более того, даже сам Олег этого не понимает.

– Вы его спрашивали? – удивилась я.

– Было дело…

Я еще раз посмотрела на парочку возле окна. Ника пристально изучала меню, а Олег что-то печатал в телефоне. Внешне они смотрели красивой парой: высокий темноволосый мужчина спортивного телосложения и длинноногая под стать ему богиня – златовласка. Даже на последних месяцах беременности Ника выглядела, как с обложки журнала. Вера в жизни бы не надела туфли на каблуке, а Нику я в другой обуви и не видела. Мягкая ткань платья обтягивала грудь девушки, а летящий подол превращал Нику в прекрасную фею.

Да, Илья прав она очень красива. Но вряд ли Олег связал с ней свою судьбу только из-за этого.

– Ваш заказ готов, – официант поставил на стол пакет с упакованными блюдами и я отвлеклась на него.

Возможно, если бы я продолжила свое наблюдение за знакомыми, то поняла бы лучше, что случилось.

– Ника!

Олег бросился к жене, которая уже лежала на полу без сознания.

Илья тут же поспешил на помощь другу, а я принялась вызвать скорую помощь. Руки дрожали, голос дрожал, я сама дрожала, глядя на белоснежное лицо Ники.

Мне казалось, что она не дышит.

Привести ее в чувство не удалось даже медикам. Никто не понимал, что произошло и почему. Молодая, здоровая девушка и вдруг такое.

Больничный запах навевал на меня нерадостные воспоминания. Память подбрасывала картины из прошлого: отец, весь в бинтах, в окружение кучи аппаратов и бледная, вмиг осунувшаяся мать, со слезами на глазах. Тяжелое было время, если бы не поддержка дяди Гоши, вообще не знаю, как бы мы все это пережили. Он каким-то чудом добился консультации у ведущих специалистов, нашел деньги на операцию в Германии, поддержал маму. Настоящий друг, папе с ним повезло.

А Нике повезло с мужем и девчонками. Казалось все, кто только мог, подняли свои связи. Вокруг девушки уже кружила целая делегация врачей. Тем страшнее был озвученный ими единогласный диагноз: гипогликемия.

– Но как? Почему? Ника вела здоровый образ жизни, занималась спортом, не жаловалась на боли.

Олег выглядел растерянным и ошарашенным. Он не понимал, да и мы тоже. Ника она же всегда такая активная, живая, энергичная!

– Понимаете, дело в том, что, возможно, вы не знали о симптомах. Быть может, сама пациентка не воспринимала их всерьез. Головокружения, чувство голода, головная боль – это так легко списать на беременность. Если девушка волновалась о своей фигуре и переусердствовала со спортом и правильным в ее понимании питании, то снижение уровня глюкозы в крови вполне закономерно.

– И что теперь делать?

– Не нервничать. В себя девушка пришла, сахар мы ей подняли, нужные лекарства выписали. Теперь важно придерживаться наших рекомендаций, много спать, хорошо питаться и думать позитивно.

Мы все дружно выдохнули. Слова доктора обнадеживали. Многие из ребят радостно заулыбались, словно гипогликемия – это не страшно. Только вот я знала, что если бы случилась кома, то скорей всего Ника потеряла бы малыша. В лучшем случае врачи успели бы сделать экстренное кесарево и ребенка выхаживали бы в кювете.

– К ней можно?

Олег с мольбой во взгляде смотрел на врачей и те, переглянувшись, пропустили мужчину в отделение.

Он за секунду унесся к палате жены, а мы все остались в холле ждать от него новостей.

Футболисты вернулись на свои места, только теперь уже выглядели расслабленно и даже тихо переговаривались между собой. Девушки собрались плотным кругом у окна и позвали меня к себе. Делать нечего – пришлось идти.

– Нужно составить график, – решительно заявила Соня.

– Я могу приезжать утром. Сына в садик завезу и сразу к Нике, – вызвалась Оля, девушка Андрея.

Мне она была симпатичнее других. Может, потому что была молодой мамой и предпочитала удобный кэжуал гламурному луку? Не знаю, но она всегда улыбалась и казалась простым в общении человеком.

– Кто может вечером? – поинтересовалась Соня, обводя всех присутствующих внимательным взглядом.

– Я могу в обед, – ответила я, как только наши с девушкой взгляды встретились.

Если честно, Соня меня немного пугала. А еще Ника с ней постоянно соперничала за лидерство в группе. Вернее, наоборот, это Соня рвалась изо всех сил к вершине, но не другие девочки, ни сама Ника серьезно к ее амбициям не относились.

– Много слов – мало действий. Она никогда не заменит меня, даже если Олег перейдет в другой клуб, – как-то сказала мне Ника.

И сейчас я видела подтверждение ее словам. Ведь Соня только спрашивала, кто может, но сама ничего не делала…

– Вечер, возьму я, – ответила хрупка Лета, девушка Кирилла.

Тонкая шпилька, ультракороткие шорты, топик, оголенный пупок с пирсингом и большая клетчатая мужская рубашка – странный образ, но он шел девушке. И судя по тому, как на нее смотрели другие девушки, такое нынче в моде.

– Вот и отлично, а я тогда займусь организацией фотосессии вместо Ники, – Соня довольно улыбнулась и даже как-то приободрилась: осанка выровнялась, глаза загорелись азартом, она даже подбородок задрала.

Смешная… Но я была рада, что Ника никому не успела сказать, что взяла в помощницы меня.

Может, Соня проявит себя и Ника заметит ее наконец-то? Было бы хорошо, тогда исчезнет у девушки эта навязчивая идея сделать меня своей помощницей.

Боже, о чем я думаю? Ника заболела, ей и малышу угрожает опасность, а я радуюсь, что помогать с фотосессией не придется!

Стало ужасно стыдно за собственные мысли.

– А как же Олег? Нужно и о нем позаботиться, – сказала Лена, и мы все посмотрели в сторону еще пустого коридора.

– Ника бы побеспокоилась о наших мужьях, – поддержала ее Ира.

– А у них нет домработницы? – поинтересовалась я.

Все-таки Нике вот-вот рожать. Убираться в доме с таким пузиком тяжело, а когда появится малыш, и вовсе времени не будет ни на что хватать. Я по Вере это хорошо вижу.

– Нет.

– Она не хотела.

– Ей соперница не нужна.

Почти каждая девушка ответила что-то, и я удивленно посмотрела на всех.

Неужели Ника не доверяет мужу и готова сама с ног валиться, лишь бы только не впускать кого-то в дом?

Никогда бы не подумала.

Глава 17

Илья

– Ты как?

Я украдкой бросил взгляд на притихшую на пассажирском сидении Киру. Девушка смотрела на дорогу, но мыслями была где-то очень далеко.

– Нормально. Просто как-то “выдохлась”. Словно заряд энергии закончился…

Неудивительно, после такого насыщенного дня, особенно если учесть почти бессонную ночь и ранний подъем.

Как Кира вообще на ногах держится еще?

– Скоро уже будем дома. Можем сразу лечь спать.

– Сейчас еще и десяти нет, – засмеялась девушка и ее нежный тихий смех разогнал тяжелые мысли о Нике и Олеге.

Я улыбнулся жене:

– Так что покатаемся по городу?

– Ужасно хочу кофе, – кивнула она и тут же предложила: – Заедем куда-нибудь, возьмем с собой стаканчик латте?

– Идет!

– Огни ночного города напоминают новогодние гирлянды, – рассматривая вывески за окном, Кира улыбалась, а я украдкой любовался девушкой, пока машина стояла на светофоре.

– Люблю ночной город, – Кира обернулась ко мне. – Он похож на новогодние гирлянды. От него веет волшебством и хочется верить в чудеса.

– И чтобы что бы ты загадала?

– Не знаю… мир во всем мире?

Я рассмеялся:

– Ну, же Кира, признайся, чего бы ты хотела для себя?

Девушка закусила губу и задумалась.

Я не торопил, спокойно вел машину, не отвлекал ее больше разговорами, даже радио сделал чуть тише, чтобы не отвлекало.

Через несколько минут, мы подъехали к небольшой кофейне и я уже потерял всякую надежду на ответ.

Принял сам для себя решение, что просто не буду торопить события. К чему? У нас еще целый год впереди! Спешка здесь вообще неуместна. Просто меня распирало в груди какое-то странное чувство… Оно рвалось наружу, не давая рационально мыслить. Мне хотелось всего и сразу! Просто нырнуть в чувства с головой. Без страховки, без плана “Б”, без каких-либо гарантий н успех.

Кира просто сводила меня с ума своей нежность, женственностью, такой какой-то мягкостью и ощущением, словно мы с ней связаны одной нитью.

Я сделал большой глоток кофе и обжегся.

“Вот что бывает, когда тобой движет нетерпение,” – мысленно заметил я.

“Успокойся, остановись, не дави на нее, на себя. Дай нашим чувствам созреть или отцвести. Ничего не обещай,” – вот что твердил разум.

А сердце?

Оно замирало, когда я наблюдал за Кирой. Девушка пила латте мелкими осторожными глотками, на ее верхней губе застыла пенка. Свет от фонаря освещал ее хрупкий силуэт и я с трудом сохранял дистанцию. Хотелось подойти, обнять, заглянуть в глаза, а затем медленно и со вкусом стереть губами молочную пенку.

– Знаешь, я бы загадала не бояться ошибиться.

Кира улыбнулась:

– Понимаю, звучит странно, но как много важного мы порой упускаем только потому что боимся неудачи? А ведь удача не любит тех, кто сомневается. Порой жизнь просто не дает вторых шансов! А первый ты уже упустил…

– Прекрасно тебя понимаю. Несколько лет назад… Мне предложили перейти в другую команду. Нужно было менять гражданство – я не захотел. Мечтал выступать за свою команду, не хотел уезжать из родной страны. Патриотизм в каком-то роде разыгрался. В общем, отказался я, хотя это был реальный шанс и большие деньги.

– Жалеешь?

– Не-а. Мне нравится в Крыльях. Тренер у нас то, что нужно. Парни тоже неплохие. Да и все родное вокруг.

– Ты это к чему? Что иногда стоит бояться?

Я пожал плечами, а затем просто сказал, то о чем думал:

– Кир, а давай попробуем быть вместе. Не понарошку, а по-настоящему. Что скажешь?

– А если не получится? Если все станет слишком серьезно?

– Если нас обоих устроит вся серьезность брака, так что в этом плохого?

– А если кого-то нет?

Я подошел к девушке и вытер большим пальцем пенку с губы.

– Я знаю, что если не попробую, то буду жалеть об упущенном шансе. А ты?

Кира

Стадион ревел, фанаты развевали флаги своих стран и выкрикивали что-то. Гул стоял невероятный. Я смотрела во все глаза и не верила, что такое вообще может быть. Словно все вокруг вибрировало и излучало мощнейшую энергетику. А каково ребятам? Они ведь в центре этой воронки!

Девочки, подруги, сестры и жены футболистов, сидели рядышком и напряженно следили за матчем. Они не голосили, как болельщики, а только еле слышно шептали одними губами. Каждая что-то свое: Лета – имя парня, он как раз вел мяч, Соня – просто “давай”…

Ника сидела в кресле-коляске и сжимала в руках платок. За ее спиной возвышался огромный санитар, в отличии от всех следил не за игрой, а за пациенткой. Я время от времени бросала взгляды на мужчину. Мне не нравилось, что он хмурился.

Когда медбрат надел на палец что-то Нике, я вся напряглась. Цифры, которые показало устройство, не порадовали медика. Он открыл свой чудо-чемодан и что-то набрал в шприц.

Девчонки следили за игрой, а я за бледной Никой.

Зачем она только приехала на матч?! Не стоило Олегу уступать просьбам жены.

Я привстала со своего места и подошла к будущей маме:

– Как ты, Ника?

– Все хорошо. Просто время укола подошло…

Девушка криво улыбнулась, словно извиняясь. Я заметила испарину у нее на лбу. В вип-ложе работал кондиционер и жара сентября не проникала сюда.

– Может тебе принести воды или чая?

– Не стоит, волноваться, Кира. О, смотри! Наши пошли в атаку!

Я обернулась к стадиону. Антон вел мяч, Олег и Женя прикрывали его, Илья бежал в стороне. Соперники защищали свои ворота, но допустили промашку. Антон дал пас Илье и тот туже забил мяч в ворота.

– Гол! – взревели трибуны.

Все в вип-ложе радостно захлопали в ладоши и начали обниматься.

Я обернулась к Нике и увидела, как она теряет сознание. Медбрат засуетился, начал проверять пульс, что-то передавать по рации.

Девочки повскакивали с мест, но как и я не знали что делать и чем помочь девушке.

Суету в ложе заметили и парни.

В машине скорой помощи Олег ехал вместе с женой. Вместо него на поле вышел Дима Казаков. Парни все были в раздрае, До конца матча оставалось минут двадцать. Мы вели со счетом два-один. Только вот удастся ли парням удержать свои позиции?

Наша ложа наполнялась тишиной. Я сидела и смотрела на поле. Просто следила за мечом. Думать о Нике и малыше было страшно. О победе или поражении – тоже.

Парни сражались, соперники наступали. В наши ворота полетел мяч, но Богдан его поймал.

Все девушки синхронно выдохнули и робко улыбнулись друг другу.

Да конца матча осталось семь минут. Мяч был у наших. Антон рвался вперед, его прикрывали Дима и Женя. Несколько игроков из команды соперников закрывали со всех сторон Илью. Сделать передачу просто не удавалось.

Дима подбежал слишком близко с Антону и стал чуть ли не бодаться с наседающим на него защитником. Со стороны казалось, что Дима просто путается под ногами у двух верзил, но спустя минуту мы все ахнули.

Игрок под номером девять просто бросился на Диму с кулаками, позабыв о матче, мяче и Антоне.

Последний же, воспользовавшись моментом, сам ударил в ворота и… забил!

Последние три минуты второго тайма наши ушли в глухую оборону и просто выстояли. Матч закончился со счетом три-один. Это была победа! Трибуны ревели, фанаты обнимались и кричали, что “Крылья” – лучшие, и только мы молча спустились вниз, чтобы встретить своих мужчин и поехать в больницу к Олегу и Нике.

Пусть город другой, а больницы везде одинаковые. И пахнет в них ужасно! Вокруг все обезличенное, стерильное, бездушное. Бесконечные коридоры. Стены, потолки, двери, халаты – все белое настолько, что аж печет в глазах!

Олега в футбольной форме мы заметили сразу. Он сидел на лавке, обхватив голову руками. Услышав шаги, мужчина обернулся и посмотрел на нас.

– Нику оперируют. Гарантий никто не дает ни для нее, ни для ребенка. Сказали верить в лучшее.

– Значит будем верить!

Голос Сони прозвучал твердо, почти как план. Она села рядом с Олегом и взяла его ладонь в свою. Рядом с ней встал ее муж и положил руку ей на плечо:

– Ника молодая и сильная духом девушка и если твой малой хоть в половину так же упрям, как ты, то он выкарабкается.

Ребята распределились в небольшом тупике коридора. Илья с Женей и Антоном ушли за кофе. Несколько девчонок о чем-то договаривались тихо по телефону, кажется о гостиничных номерах для всех. Стало ясно, что домой сегодня никто не собирается уезжать. Мне же нужно было назад. Завтра эфир с утра. Но как бросить ребят, Нику?

Да, по факту я ничем не помогаю, ничего не решаю, но уехать…

Я вытащила смартфон из сумки и написала Вельской. Рассказала Ксю все, как есть и попросила успокоить Севу и заменить меня завтра на работе.

Не знаю, что подруга сказала режиссеру, что ему пообещала от моего имени. Я была готова даже отснять сюжет, как прыгаю с парашютом или взбираюсь на гору – все, что он прикажет. Только вот Сева дал мне отгул на целую неделю.

Не успела я порадоваться этому событию, как к нам вышла женщина в белом халате с маской на лице:

– Кто папа?

– Я!

Олег подскочил на ноги и застыл напротив врача:

– Поздравляю, девочка два килограмма восемьсот грамм, сорок шесть сантиметров. Легкие открылись, все показания в норме.

Мы все слаженно вздохнули и заулыбались.

– С матерью не все так радужно. Потеряла много крови, сердце останавливалось в процессе операции. Будем наблюдать.

Не успела женщина договорить, как двери открылись и молоденькая медсестра взволнованно прокричала:

– Остановка сердца!

Доктор тут же побежала назад, а мы застыли в ожидании.

Олег сжимал руки в кулаки и не отрывал взгляда от двери.

Когда она наконец-то открылась мы все поняли без слов.

– Мне очень жаль. Мы сделали все возможное. Крепитесь. Вам есть ради кого. Ваша дочь нуждается в отце.

На Олега было больно смотреть, а поверить в то, что ураган под именем Ника навсегда утих, не получалось.

Только не она…

Илья

Я крепко обнимал Киру, пока она плакала у меня на плече. В нашем гостиничном номере царил полумрак. Мы лежали на большой кровати и дотянуться до прикроватного светильного было делом одной секунды, но я не хотел разрывать свои объятия даже на миг.

Девушка ничего не говорила, не спрашивала, просто прижималась так, словно хотела срастись со мной. Я не находил нужных слов, чтобы нарушить тишину. Ну, что тут скажешь? Смерть – беспощадная стерва, она вырывает нужное ей с мясом. С этой дамой не договориться и ничего уже не отмотать назад. Нам остается только помнить и ждать встречи с любимыми за чертой жизни.

– Илья, а что будет с Олегом? С малышкой?

Я погладил Киру по волосам и нежно поцеловал в висок:

– Надеюсь, что все наладится насколько это возможно. У Ники, кажется, есть сестра и мать… Они наверное помогут с малышкой, а Олегу придется принять потерю и жить дальше ради дочери.

– Это все так несправедливо…

Я крепче прижал Киру к себе. Несправедливо, но уже, увы, бесповоротно.

***

Похороны проходили уже в столице. Олег стоял и сжимал в руках две розы с такой силой, что шипы прокололи ему ладонь и кровь испачкала стебли. Правда это стало заметно, только тогда, когда мужчина опустил цветы на крышку гроба. Кто-то из девченок дал ему свой платок, но Олегу было плевать на раны. Он бы выбросил клочок ткани, если бы его предусмотрительно не завязали на ладони.

Смотреть на приятеля было страшно: он весь посерел, взгляд потух, у висках появилась едва заметная седина и это в двадцать семь лет. Казалось, мягкого, всегда открытого парня больше не существует.

Близкие Ники: мать и младшая сестра, молча глотали слезы. Хрупкая девушка крепко придерживала за локоть мать, хотя сама была похожа скорее на привидение.

***

Смерть Ники подкосила всех. Боевой дух ребят упал. Олега на поле заменил Дима и это не добавило уверенности. Между ним и Тохой все еще продолжался конфликт за внимание Тани. Хотя последняя уехала на несколько недель куда-то. Антон пытался выяснить куда, но его сестра держала оборону намертво). Единственное, что удалось узнать – Таня вернется к концу сентября.

Дима больше не провоцировал Тоху, но вчера в раздевалке наш здоровяк случайно заметил, как парень с кем-то переписывается, выхватил телефон и понял, что собеседник Казановы – наша Таня.

Поэтому никто не удивился, что сегодняшний матч мы сыграли ужасно и проиграли всухую. Два-ноль. Не в нашу пользу.

Домой я буквально приполз. Бросил все вещи скопом в коридоре, на ходу разулся и просто упал на диван в прихожей.

Черепаха Сара заинтересованно высунула свою мордочку из пруда и посмотрела в мою сторону.

– Чего тебе, большая черепаха? Может дашь мудрый совет, как вылезти из черной полосы?

Я тяжело вздохнул. Вот до чего докатился, уже разговариваю с домашним питомцем.

– Посветить на нее фонариком? Может тогда она окажется не черной, а просто темной?

Теплые руки Киры легли мне на плечи и стали массировать их.

– Или взять краску и покрасить полосу в нужный тебе цвет? – продолжала подбрасывать варианты девушка, наполняя меня своим теплом и позитивом.

Я буквально чувствовал, как серая туча, висевшая надо мной, исчезает. И погода улучшается, из-за облаков появляется еще теплое осеннее солнышко и начинает согревать меня своими лучиками.

– Ммм…

Напряжение уходило из мышц.

– Можно еще, налить на нее воды, подождать когда она заледенеет и сделать из черной взлетную полосу.

– Нужно будет ждать морозов. Сейчас только середина сентября.

– Ты куда-то спешишь?

– О, нет… Когда ты рядом, время вообще перестает существовать в моей вселенной!

Я немного поменял положение и потянул Киру к себе, прямо через спинку дивана. Секунда и в моих руках раскрасневшаяся от смеха девушка. Очень соблазнительная, желанная и такая необыкновенная.

– Определился, что делать с черной полосой? – поинтересовалась она.

– Да, – усмехнулся я, – предлагаю не создавать себе границ и жить на полную!

И прежде чем Кира успела что-то ответить, я сделал то, чего хотел больше всего – поцеловал эти пленительные губы, о которых мечтал весь день.