Текст книги "Брак понарошку (СИ)"
Автор книги: Артелина Грудина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 8
Илья
Я догадывался, куда меня пригласила девушка. И обману, если скажу, что мне не хотелось посмотреть на ее дом, увидеть мир ее глазами.
Но я не ожидал такого.
Длинный коридор змейкой уходил куда-то вдаль. По правую сторону виднелся большой арочный проем, а за ним гостиная и барная стойка. Наверное, что-то наподобии студии. По левую сторону я насчитал три одинаковых черных двери. Казалось бы все стандартно, но нет.
В гостиной дальнюю часть стены занимал небольшой водопад, а на полу был выложен прудик всего метр на полтора, но он был! И даже маленький мостик, на который я побоялся наступать, соединял два берега.
– Оригинально, – заметил я, рассматривая необычное дизайнерское решение.
Ладно зимний сад, качели в комнате, но пруд? Что же, Кира умеет удивлять.
Девушка улыбалась, наблюдая за мной.
– В нем живут рыбки.
И действительно, если присмотреться, то можно увидеть мелких хвостатых красавиц.
– И черепаха Сара. Мне ее сестра отдала, когда вышла замуж. Иначе муж грозился сварить из нее черепаховый суп.
– А что так?
Я пытался найти питомца Киры, но нигде его не замечал. Возможно, она плавает по дну пруда? Или у нее есть свой домик где-то среди декоративных камней?
– Сара очень любопытна и частенько выползает из пруда, чтобы побродить по квартире. У Веры она жила в аквариуме, который ей казался маленьким и тесным для такой великолепной дамы. Сара ненавидела его и сбегала из своего домика почти мгновенно, собственно поэтому ползала черепаха везде.
Я тихо засмеялся:
– Дай угадаю! Муж твоей сестры несколько раз чуть не наступил на нее?
– Почти. Не знаю, знаешь ли ты, но черепахи больно кусаются. А еще иногда люди могут испугаться, если в душе вдруг оказываются не одни…
– Ладно, я понял. Ничего против Сары не имею. Жаль, что у тебя нет собаки. Я всегда мечтал о ней в детстве.
Увы, квартира у нас была небольшая, поэтому мама не соглашалась на мои просьбы. А когда я стал жить сам, понял, что у меня просто нет времени на четырехлапого друга. С моим-то графиком я даже выгулять пса не смогу, не говоря уже о дрессировке и просто компании.
– Извини, – Кира грустно улыбнулась, но тут же предупредила: – У меня есть еще тритон и хамелеон. Может, они тебя порадуют?
– А змеи нет? – уточнил осторожно, до жути опасаясь положительного ответа.
– Нет.
Кажется, я слишком громко выдохнул.
– Боишься? – поинтересовалась девушка, включая нижнюю подсветку пруда.
– Опасаюсь, – спокойно ответил я и присел на корточки.
Кажется я увидел Сару. Изначально я думал, что это один из камней. Все-таки черепаха представлялась мне небольшой, а тут громадина на полметра не меньше длиной.
– А я боюсь змей, мышей, тараканов, крыс, пауков и кроликов.
– Кроликов? Они же такие милахи!
Я оторвал взгляд от находки и посмотрел на девушку. Она шутит? Подтрунивает надо мной?
– Зубастые чудовища, которые только притворяются милыми! – горячо возразила Кира и, видя мое недоверие ее словам, решилась поделиться историей из жизни: – Я как-то вела репортаж из контактного зоопарка. Так там еле отцепили “пушистика” от руки смотрителя. Хорошо, что хоть ребенку не досталось. А могли бы пострадать и дети. Вот так приходишь за милотой, а получаешь кровавый триллер!
– Ты сейчас не шутишь?
Мне верилось в услышанное с трудом. Кролики ведь такие милые, пушистые лапочки. Да они грызут морковку, капусту, так что да зубы у них, наверное, крепкие. Но кусать людей?
– Какой там! Мне несколько недель снился в кошмарах этот случай!
– Тогда убедила, я тоже против кроликов. Мне мои пальцы дороги!
– Ладно, если пруд в зале тебя не напугал, то, наверное, я готова показать основное. Или перед эти выпьем по кружке кофе и ты немного переведешь дыхание?
То есть пруд – это не самое страшное? Что ж я заинтригован.
– Оставим кофе на потом.
Кира серьезно так кивнула и решительно направилась в сторону дальнего выхода.
Когда ее ладонь легла на ручку двери, девушка обернулась:
– Не передумал? Назад дороги не будет.
– Открывай!
Даже если там бассейн с акулой – я справлюсь!
Кира
Показать Илье эту комнату было тяжелым решением. Легче раздеться и пройтись голой перед ним. В этом случае я обнажаю лишь тело, а здесь – душу. И последнее сложнее всего.
Даже Антон ни разу не заходил сюда. Он знал, что я езжу в эту квартиру работать над сценарием и заодно кормить живность, но у него даже желания никогда не возникало зайти и посмотреть на мое рабочее место.
Я привыкла, что в мой кабинет никто, кроме меня, не заглядывает. Даже приходящая уборщица. После того как однажды она там убралась и выбросила важные заметки, я запираю комнату на ключ и прибираюсь в ней сама.
Поэтому там все как есть. Так как мне комфортно. И да, грязные кружки, фантики из-под мюслевых батончиков и пометки кривым почерком – все в наличии.
Если Илья не испугается этой моей стороны, то тогда и договор можно будет обсудить более детально.
Илья
– Ты серийный маньяк? – озвучил я первую свою мысль, войдя в светлую комнату, стены которой были украшены разными фотографиями, вырезками газет, какими-то обрывками бумаг с записями.
В углу я даже заметил карту страны. Она была вся утыкана канцелярскими кнопками, соединенные между собой разноцветными нитками. Я такое только в сериалах о маньяках и видел. Особенно, если учесть милую коллекцию с заспиртованными частями тела.
Я посмотрел на Киру. Она все еще топталась на пороге, наблюдая за мной со стороны.
– Это мой кабинет. Я пишу сценарий к фильму.
– О маньяках?
– Об особом отделе и его работе. Но ты прав, они расследуют дело маньяка.
– Я правильно понимаю, что кролик, укусивший кого-то на твоих глазах, приходил к тебе в кошмарах неделю, а вот это все, – я обвел рукой фото с изувеченными телами не первой свежести и банки с отрезанными пальцами, ушами и еще непонятно чем, – тебя не впечатляет?
– Просто от милого пушистого существа не ждешь подобной кровожадности, а вот от маньяка все – подобное ожидаемо!
Логично.
Я подошел ближе к стене и стал рассматривать фотографии, читать записи сделанные явно Кирой, просматривать вырезки газет. И сам не понял, как увлекся.
– Держи.
Кира подала мне кружку кофе, и только тогда я понял, что уже довольно долго брожу здесь.
– Спасибо. И за кофе и за то, что показала, над чем работаешь. Это действительно очень интересно, и видно, что ты детально проработала сюжет. Очень кропотливая работа. Реального преступника я надеюсь, полиция нашла?
Не хотел бы я, чтобы человек совершивший все эти ужасы, ходил где-то на свободе.
– Вроде как. По крайней мере, осудили и приговорили точно. Но, насколько этот человек виновен или нет, трудно сказать. Сам понимаешь, подтасовать при огромном желании можно все.
– Ты ведь не проводишь независимое журналистское расследование?
Мне бы очень не хотелось, чтобы Кира лезла в подобное. Это опасно, опасно и еще миллион раз опасно.
– Нет, у меня другая задача. Да и, если честно, журналистика – это не мое.
Вот теперь я удивлен по-настоящему.
– Но ты ведь ведущая…
– Пока. И то в большей степени “за компанию”. Ксю просто потащила меня за собой. А я все равно на тот момент не знала, чего хочу на самом деле. Работа на радио уже казалась рутинной и скучной, хоть и комфортной. Сидишь себе спокойно с микрофоном. Никто тебя не видит. Не нужно думать, как ты выглядишь в кадре, какая камера тебя снимает, правильно ли горит свет и удачную ли позу ты заняла.
– Значит, “Просыпайся, страна!” – это временно?
– Да. Я хочу дописать сценарий и показать его знакомым продюсерам. Очень надеюсь, что они заинтересуются.
– А если нет? Есть “план Б”?
Она покачала головой:
– Нет, только “план А”.
– Настолько уверена в успехе?
– Нет, настолько уверена в выбранной сфере деятельности. Другого я не хочу. Вот у тебя есть запасной план на случай провала в футбольной карьере?
Я улыбнулся:
– Нет.
– Вот и у меня.
***
Спустя три часа я сидел на диване и гладил Сару, пока хамелеон Гарик мимикрировал под розовые солнечные очки Киры. На столе стояла целая шеренга кружек со всеми видами кофе.
Сама же девушка нервно грызла кончик ручки и в который раз зачитывала наши обязательства по отношению друг к другу. Их набралось прилично, листа на четыре альбомных.
– Все указали? Возражений, предложений нет?
Я покачал головой.
– Тогда переходим к запретам и штрафам?
Кира
Я смогла убедить Илью переехать ко мне. Ладно, не я, а мой питомник. Сара, Гарик и просто тритон, которому нужно наконец-то придумать ему хоть какое-то имя(,) очень жалобно смотрели на мужчину. Вот он и дрогнул.
А может и сам не хотел возвращаться в квартиру, которую делил с бывшей. Кто знает? Главное мне не придется разрываться на два дома, как это было последние несколько лет.
И работать над сценарием можно в любое время! Ура!
Пусть квартира не такая уж и большая, но думаю, мы с Ильей поместимся. Кроме зала-кухни и моего кабинета, в нашем распоряжение есть еще две спальни и одна на двоих ванная.
Квартира Антона была больше: двухуровневая, с четырьмя полноценными спальнями, большим балконами-лоджиями, личным спортзалом. Странно, почему в такой огромной квартире не нашлось места для моего кабинета? И почему я подумала об этом только сейчас?
Настроение как-то резко ухудшилось. Неприятно осознавать, что ты была слепа к реальности и жила иллюзиями.
Нет, Кира, никаких больше воспоминаний, копаний в прошлом и самобичеваний! Антон остался за спиной. Точка! Одна, жирная. Никаких многоточий!
Чтобы как-то отвлечься, я села на диван, прижала к себе одну из множества подушек и включила комедию с Дженнифер Энистон. Обожаю ее! По-моему, это одна из немногих актрис, которые органично выглядят почти в любой роли.
На паузе стоял фильм “Притворись моей женой”, и это не могло не вызвать улыбку. Конечно, это совсем не про нас. Нет у Ильи комплексов, а у меня двух детей. Да и отдых на островах нам не светит – слишком много дел здесь. Но знак, определенно, в этом есть. Может быть, мне стоит успокоиться и принять уже ситуацию?
Мой взгляд сам нашел несколько исписанных страниц – наш “черновой” договор. Мы ведь все продумали, обсудили, так почему я волнуюсь?
“Потому что ты – женщина, а он – мужчина. И вы оба будете целый год жить бок о бок”, – подсказал внутренний голос.
Ерунда! Мы ведь договорились, что никакой близости у нас не будет. Более того, оговорили вопрос любовников и штрафов, если один из нас вдруг попробует соблазнить другого.
Это ведь должно сработать, верно?
Такой вопрос я задавала себе, уже сидя в кабинете юриста. Не ожидала увидеть Илью в строгом деловом костюме и в туфлях. Весь такой представительный, шикарный, по-мужски уверенный в себе, без перегибов. Никаких перстней на пальцах, галстуков с камушками – Илья вообще его не надел, лишь расстегнул рубашку на первые три пуговицы. И запонок я не увидела, как и наручных часов.
Невольно опять сравнила двух мужчин и снова взглянула на Антона по-новому. Почему я раньше ничего не замечала?
– Это все, что вы хотите включить в стандартный брачный договор?
Олег Дроздов просматривал мои записи с профессиональной отстраненностью. Он даже не улыбался, а я в голове перебирала все пункты и краснела. Почему-то вчера идея расписать все до мелочей казалась хорошей, а вот сегодня…
Мы ведь с Ильей взрослые люди и распределение домашних обязательств могли решить тет-а-тет, как и личные договоренности. Нужно было оставить лишь пункт о неразглашение информации и указать об материальной незаинтересованности в средствах друг друга.
Но теперь уже слишком поздно.
– Возможно, мы что-то упустили. Будем благодарны, если вы нам подскажете, – в отличии от меня Илья выглядел невозмутимо и спокойно поддерживал разговор с адвокатом.
– Главное – вы обсудили важные лично для вас вопросы, указали мне главные пункты договора, которые касаются вашего имущества. Единственное: я бы посоветовал добавить пункт о медицинском самоотводе. Так как вы де-факто друг другу чужие люди, то вопрос жизни и смерти предлагаю юридически переложить на родителей или других родственников.
О плохом думать не хотелось, но жизнь – непредсказуемая вещь, так что нужно и это уточнить в договоре.
Согласились мы с Ильей одновременно и выбрали своими представителями все же родителей.
– Что же, тогда я все подготовлю, а завтра можно будет подписать, – поставил точку в нашей встрече муж Анжелики и даже снизошел до улыбки.
Улыбался он очень знакомо. Они что, с женой по вечерам тренируется на пару?
Кстати, об Анжелике!
– У меня вся эта неделя выходная. Есть время заняться подготовкой, съездить в агентство. Ты как? – уточнила я у Ильи, стоило нам выйти на улицу.
Если честно, от помощи я бы не отказалась. В организацию нашей свадьбы, к своему стыду, я не сильно вникала. Антон с таким энтузиазмом выбирал цвет скатертей, варианты инсталляций для фотозоны и прочее, что я не стала влезать (мешать ему).
К тому же на мне оставался наряд невесты, косметические процедуры, девичник, включая необходимость проследить за Ксю, а то я боюсь, после полета ее фантазии проснусь где-то в Вегасе.
– Вторая половина дня у меня свободна, но помощник из меня так себе. На уровне нравится или нет. Предупреждаю сразу: в моем цветоспекторе десять цветов. Белый, черный, серый и радуга. Красный для меня – красный. Выбрать между канареечным, томатным, брусничным, малиновым, арбузным и еще каким-то я не смогу.
Илья выглядел так серьезно и говорил так растерянно, что я просто не выдержала и рассмеялась:
– Я тоже не смогу. Их действительно так много?
– Просто не гугли и не уточняй. Никогда. Стой, молчи, кивай и в конце просто покажи пальцем на тот, что понравился. Я один раз сдуру сказал, но перепутал названия и мы застряли еще на полчаса в магазине. Не повторяй моих ошибок.
О, мой бог! Давно я так не смеялась. Кажется, не только у меня имеется психологическая травма в анамнезе.
Чтобы как-то поддержать мужчину, я взяла его под руку и предложила:
– Может, заглянем в кафе-мороженое? Думаю, мы заслужили немного эндорфинов, что скажешь?
Илья
Сто лет не сидел в детском кафе и не ел мороженое. Даже вспомнить не могу было ли это вообще когда-нибудь, но атмосфера, царящая здесь, не напрягала, а наоборот, расслабляла.
Я сбросил пиджак, закатал рукава и пододвинул к себе поближе свою двойную порцию фисташкового мороженого с мятным сиропом.
– Я иногда сюда с племянниками прихожу, – улыбнулась Кира и тут же добавила: – Когда Вера меня с ними одну отпускает. Это наш секрет – не выдавай, если что…
Я тихо рассмеялся:
– Я – могила.
Кира выглядела сейчас такой хрупкой и уязвимой, хоть и старалась не подать виду, что я с трудом удержался, чтобы не взять ее руку в свою и не погреть пальцы. Уверен, они замерзли. Сам себя остановил от этого глупого порыва. Так я не помогу, а только засмущаю девушку.
– Кстати, о секретах. Когда ты планируешь говорить о нас друзьям и родственникам?
Сам я собирался сегодня вечером позвонить матери, а завтра после тренировок пригласить парней в спорт-бар и рассказать о Кире.
– Вера уже в курсе. Родителям только думаю, как сказать.
Девушка тяжело вздохнула и посмотрела в окно. За ним светило еще теплое солнце, пели птички, зеленела травка, а по тротуару ходили люди: молодые мамочки с колясками, детвора, догуливала каникулы и шумной оравой спешили к парку. Пожилая пара выгуливала смешного мопса, который не шел, а скорее переваливался из стороны в сторону, вывалив длинный розовый язык. Успокаивающая картина, но у нас с Кирой было слишком много дел и невероятно мало времени. Поэтому я решил подтолкнуть девушку, продолжая прерванный разговор:
– Им нравился Антон и они все еще надеяться, что вы помиритесь?
Мне ее жених не понравился сразу: ни внешне: какой-то пижон, ни поведением. Будь Кира моей невестой, я бы не позволил ей сесть в машину к другому, даже если бы мы были в ссоре.
– Нет, напротив! – воскликнула Кира и смеясь добавила: – Папа нас с мамой в ресторан потянул на праздничный ужин, чтобы отметить наш с Антоном разрыв.
Отец Киры мне уже определенно нравится! Только тогда в чем дело? Почему Кира так волнуется и медлит?
– Ты думаешь, что я ему тоже не понравлюсь? – догадался причину ее волнений.
– Папе мало кто нравится, – пожала плечами девушка, и кивнула в сторону моей креманки:
– Ты почти ничего не съел. Мороженое совсем растает!
Я послушно съел несколько ложек с мороженым, обдумывая услышанное. Ее отец спортсмен, я – тоже. Это определенно плюс. Значит, для него важно, чтобы парень был дисциплинированным, целеустремленным, стойким, уравновешенным.
– Подожди, но твоя сестра, она же замужем, верно?
Не может же быть все настолько плохо? Да, такая скоропалительная свадьба у любых родителей вызовет недоумение. Особенно если учесть, что еще несколько недель назад у нас были серьезные отношения с другими людьми.
Но существует же такое понятие, как любовь с первого взгляда? Почему бы не использовать его?
– Все сложно, – Кира подхватила ложкой кусочек пломбира и грустно улыбнулась: – Папа был и против Кости. Вернее, его работы, он бывший спецназовец. Горячие точки, секретные операции, непредвиденные командировки – не такого супруга он желал своей дочери.
– Раз ты говоришь бывший, то я правильно понимаю, что…
– Да, но не из-за папы. Просто на очередном задании его подстрелили, бронежилет не помог. Вера тогда чуть малыша не потеряла.
– Ясно, но прятаться и оттягивать тоже не выход. Что насчет завтрашнего вечера? Как ты смотришь на то, чтобы нам всем поужинать в хорошем ресторане?
Кира растерялась всего на секунду, а затем кивнула:
– Ты прав. Родителям нужно сказать. Ужин – это хорошее решение.
Глава 9
Илья
Я успокаивал себя всю дорогу к дому Несаровых, что чем раньше мы поговорим с родителями Киры, тем лучше будет. Мое решение подтверждали десятки фактов, но я все равно волновался перед ужином, как перед игрой сезона.
В интернете я успел прочесть несколько статей об отце Киры, и он показался мне настоящим, суровым мужиком, правильным по всем фронтам. И его дочки, судя по откровениям Киры и того, что я сам мысленно дорисовал, главная ценность. Один раз он уже упустил ситуацию с Антоном и мне сейчас придется хорошенько попотеть.
Но я готов. Я не боюсь трудностей и такая девушка, как Кира определенно заслуживает, чтобы за нее поборолись.
Припарковавшись в тихом старом дворике, я даже не удивился, что Несаровы не переехали в какой-то новомодный пентхаус. Семья Киры явно не гналась за шиком и блеском. Они не стремились жить напоказ и этим подкупали меня еще сильнее.
Подхватив три букета и небольшую корзинку с деликатесами, я уверенно зашел в подъезд и поднялся пешком на пятый, последний этаж. Только я даже руку не успел поднять, чтобы позвонить, как дверь передо мной резко распахнулась.
– Не запыхался – молодец.
Вместо приветствия высокий, статный мужчина с живым блеском в глазах протянул мне открытую ладонь:
– Александр Несаров, отец Киры.
Мои руки были заняты подарками, но я не растерялся: перекинул корзинку на запястье, а локтем прижал к себе три букета, освобождая руку для пожатия:
– Илья, претендент в женихи вашей дочери.
– Претендент? – заломил бровь собеседник, сильно, до боли сжав мою ладонь.
Конечно я мог ответить тем же. Только мы не в равных сейчас положениях. Это я приперся в его дом, хочу забрать себе его дочь, так что…
– Для нас важно ваше благословение, – улыбаясь как ни в чем не бывало, ответил я.
Надеюсь, руку мне не повредят, но если и так, то я не вратарь – для меня главное – ноги.
– Благословение… – фыркнул мужчина, но прервал рукопожатие и отступил в сторону, пропуская в глубь квартиры. – Ну, проходи, кандидат. Будем разбираться.
Кира
Я жутко трусила, когда сидела на диване в зале у родителей. На том самом диване, что и в прошлый раз. Еще несколько дней назад, я сказала близким, что разрываю отношение с женихом. Пусть мама смирилась с моим выбором, а отец, скрипя зубами, терпел Антона, но за четыре года родители успели узнать бывшего жениха со всех сторон: и с плохих, и с хороших.
Илья же для них – незнакомец, от которого они не знают, чего ожидать.
И теперь я должна их убедить в любви к человеку, о существование которого я даже не подозревала несколько недель назад! Объяснить свое решение выйти замуж без “тест-драйва”. Не согласиться на их уговоры подождать-присмотреться, не торопиться с судьбоносными решениями.
Я не представляю, как мне найти нужные слова. Где? Но отступать некуда, Илья прав – время не ждет.
– Кирочка, будешь чай с малиновым вареньем?
Мама, как обычно, суетилась вокруг нас, а вот папа… Он сидел на диване и пристально рассматривал меня словно видел насквозь.
– Не суетись, Маш, присядь.
Папа взял маму за руку и усадил ее рядом с собой на диван. Он сжимал ее ладонь, поддерживал ее, был готов в любой момент стать для нее опорой. Такое же я видела между Верой и Костей. И даже между Ксю и ее мужем Родионом.
Мне хотелось найти вторую половинку, стать цельной, обрести свою точку опоры.
С Антоном я ошиблась, с Ильей у нас лишь игра в семью. Возможно рядом с ним я залечу свои раны и потом, спустя год, смогу рискнуть еще раз.
– Кирочка, если ты волнуешься о свадьбе, то я уже начала обзванивать наших родственников и отменять приглашения.
Папа покачал головой:
– Я же просил не лезть.
– Ты предлагаешь Кире слушать всех этих доброжелателей?! – возмутилась мама и строго посмотрела на отца.
Ее взгляд буквально кричал: “Ох, уж эти мужчины! Ничего они не понимают!”
– Мама, папа, – зажала ладони между коленями, пытаясь успокоиться, – мне нужно рассказать вам кое-что важное.
Родители взволнованно переглянулись, и я поспешила добавить:
– И приятное! Я встретила особенного человека. Он настоящий мужчина: заботливый, ответственный, уважительный и он, если честно, похож на папу.
Я искренне улыбнулась родителям и собственным мыслям. Ведь я не сказала ни слова лжи. Илья такой, возможно меня подкупило именно это.
Папа закашлялся:
– Я ослышался? Похож на меня? Он мой одногодка? Женат? Или что?
– Саша, тише, – мама погладила папину руку. – Дай Кирочке договорить.
– Спасибо. Илья старше меня на несколько лет, он холостой и никогда не был женат. У него нет внебрачных детей. Он спортсмен: защитник нашего футбольного клуба “Крылья”.
– Илья? – папа нахмурился. – Мишин, что ли? Или кто-то из запасников?
Я выдохнула. Кажется, все не настолько плохо, как мне казалось. Папа пусть шапочно, но знает Илью. Значит, уже успел сложить о нем свое какое-то мнение. Надеюсь, положительное.
– Да, Мишин. Мы с ним столкнулись несколько недель назад и…
Я замолчала, перевела дыхание, собираясь с мыслями, чтобы соврать в глаза самым близким и дорогим мне людям.
– Мы… я… он…
– Влюбились? – подсказала мама.
Я кивнула и осторожно посмотрела на родителей.
Они были сбиты с толку, но не спешили что-либо говорить.
Молчание затягивалось, напряжение возрастало, земля стала уходить из-под ног. Я откровенно запаниковала:
– Илья сделал мне предложение, и я согласилась. Сегодня вечером он придет к вам, сюда на ужин!
Теперь уже паниковала не я одна.
– Как сегодня? Во сколько? У меня же ничего не готово. Кира!
Мама вскочила и тут же села назад.
– Подожди, ты сказала… я правильно поняла?
– Да, мам, у нас через две недели свадьба.
Господи, заткните меня кто-то! Ну, молодец, Кира. А ведь все так хорошо начиналось…
– Свадьба, – эхом повторила мама и обернулась к отцу. – Саша…
Папа подобрался:
– Так, давай-ка по порядку. Твой избранник Илья Мишин, верно?
Я кивнула, боясь что-то вообще говорить. Язык – мой враг, когда я паникую.
– Маш, парень он вроде бы неплохой. Спортсмен перспективный, собранный, волевой.
– Саша! Ты сейчас не спортивный агент, а отец!
– Я – мужик, который умеет делать выводы из того, что видит и слышать. Так вот, как спортсмен Илья молодец, как человек тоже скорей всего не гнус, но как мужчина для моей младшей дочери…
Папа замолчал и покачал головой:
– Я знаю, что он не бабник, не игрок, с головой дружит, в сомнительных развлечениях не участвует, но еще месяц назад он сделал предложение другой. Не слишком ли влюбчивый и ветреный паренек? Может ты не станешь рубить сплеча и выходить замуж за первого встречного?
– И него есть невеста? – строго поинтересовалась мама, недовольно поджав губы.
– Была, они расстались.
– Из-за тебя?
– Не совсем.
Я опустила глаза в пол. Стало стыдно. Господи, а ведь действительно меня могут назвать разлучницей. Почему мы об этом не подумали?
– Что значит “не совсем”? – в голосе мамы звучали опасные нотки.
Я потянулась рукой к кружке и сделала медленный, осторожный глоток уже остывшего чая, собираясь с мыслями. Главное, не паниковать и постараться ответить максимально правдиво и правдоподобно.
– Илья сказал, что он не будет с Анной, вне зависимости от того, приму ли я его ухаживания и предложение руки и сердца.
– Мужской поступок. Не стал зарывать голову в песок и прятаться за “а, может показалось?”. И девчонке дурить голову не стал, да и тебя упустить побоялся, поэтому не на свидание позвал, а сразу замуж. Молодец!
– Саша! – возмутилась мама, а я успокоилась.
Раз папа понимает и принимает поступок Ильи, защищает его, значит готов к встрече.
– Мамочка, пожалуйста, просто поужинайте с нами, познакомьтесь. Я чувствую, Илья – мой человек.
Я не врала, а действительно ощущала себя рядом с ним спокойно. Мне не нужно было подбирать слова, волноваться, как выгляжу. Я чувствовала связь между нами, словно он понимал меня, а я – его, будто мы настроены на одну радиоволну.
Илья действительно мой человек. Такой же, как Ксю или Вера. Он мой друг!
– Хорошо, пусть приходит. Я позвоню Вере, пусть они с Костей тоже приходят. Будет небольшой семейный ужин, – вздохнула мама. – Но о свадьбе мы еще обязательно поговорим. Не стоит вышибать клин клином, Кира.
– Не будем спешить с выводами, ужин все решит, – кивнул папа и махнул в сторону моего нового, уже третьего “яблочка”, – Звони своему футболисту, к семи мы его ждем.
Дважды мне повторять не нужно. Я подлетела к родителям крепко их обняла и расцеловала в щеки:
– Спасибо! Спасибо!
– Лети уже, стрекоза, – засмеялся папа.
Я прихватила мобильный и вышла на балкон. До Ильи я дозвонилась сразу, словно он держал мобильный в руке. Новости мужчина принял спокойно. Его не смутило присутствие старшей сестры и ее мужа. Напротив, он, кажется, даже обрадовался. Деловито уточнил кто какие цветы любит, чем он может порадовать будущего тестя и деверя? Может, особый сорт виски или коньяка? Услышав, что у нас в семье все тоже соблюдают спортивный режим, и вовсе вдохновился, заверил меня в понимании, что нужно купить.
Илья умудрился даже меня успокоить, его оптимизм и уверенность передались и мне. С балкона я выходила радостной и готовой к подвигам, которые, впрочем, не заставили долго себя ждать.
– Так, допивай чай, Кира, и пойдем на кухню. Нам нужно многое успеть.
– Может просто закажем еду из ресторана? – с надеждой поинтересовалась я и тут же услышала в ответ бурчание мамы.
– Невеста, жена… А сама ужин ленится приготовить! Как о муже-то заботиться будешь? На ресторанных харчах долго ни один мужик не протянет, а спортсмен и подавно!
Я вспомнила меню, которое висело на дверце холодильника у родителей. И как мама готовила все всегда свежее, по особым технологиям: на пару, в аэрогриле, в мультиварке. А ведь действительно, Илье нужно правильное, сбалансированное питание. При составлении договора, он сказал, что это не проблема, он сам решит этот вопрос. Я малодушно отмахнулась, но сейчас сделала себе пометку – обязательно поговорить об этом.
Следующие несколько часов скорее напоминали мне мастер-класс по кулинарии. Мама показывала, рассказывала, как и что готовить, стояла и наблюдала, как я нарезаю овощи, заправляю салат, тушу мясо, какие специи использую…
Когда приехала Вера, я прямо выдохнула. Мама переключилась на беременную сестру, а Костя занес в кухню огромное блюдо.
– Принимай, подкрепление!
Мужчина продемонстрировал ароматный и аппетитный на вид киш. Кажется, в этой семье готовить не умею только я.
– Ну, что? Помощь нужна? – поинтересовался папа, заходя в кухню и осматривая горы приготовленной еды.
Я и сама не поняла, что успела так много. Вот что значит грамотное руководство, отличная кухонная техника и, конечно же, мамины заготовки. Куда без них?
– Да, нет. Сейчас поставлю в холодильник салат и посмотрю мясо в духовке.
– Отлично, тогда я встречать нашего дорого гостя.
Папа слишком довольно усмехнулся, хлопнул в ладоши, потер их в предвкушение и стремительно покинул нас с Костей.
– Та-ак… Значит, Вера ничего не напутала. У нас намечается рокировка?
Я взяла миску с салатом и пошла к холодильнику.
– Кость, пожалуйста, давай хотя бы ты не будешь проверять Илью?
Мужчина засмеялся.
– Волнуешься за своего героя?
Я кое-как нашла свободное местечко на полочке и втиснула на нее салат.
– Ну, в самом деле, Кир, не съедим же мы его? Если даже Антона…
Я обернулась и бросила на Костю злой взгляд. Мужчина тут же замолчал и даже поднял руки вверх:
– Ладно, я понял, тему бывшего не поднимать.
Захлопнув дверцу холодильника, я оперлась на столешницу:
– Кость, я просто надеялась, что ты ответишь мне добром на добро, а не станешь насмехаться. Ежу понятно, что я волнуюсь и переживаю. И нет! Я уверена, что Илью никто не съест. Но не потому, что вы такие тут все добрые, а потому что он может сам за себя постоять.
– Кир…
Мужчина перестал улыбаться, но я не дала ему перебить себя:
– Дослушай, пожалуйста. Так вот, я не хочу, чтобы Илья сегодня защищался. Для меня важно, чтобы он почувствовал себя здесь желанным гостем. Я очень хочу, чтобы вы все нашли между собой общий язык, потому что вы все – моя семья. Понимаешь?
Откровенно говоря, я просто уже была на взводе и, конечно, Костя не заслуживал всей этой тирады.
– Кир, прости.
Меня сгребли в крепкие объятия и притянули к себе:
– Я дурак.
– Что за коллективные обнимашки?
Из-за широкой спины Кости разглядеть кого-то я просто физически не могла, но голос сестры узнала.
– Иди сюда, конфетка!
Костя притянул к нам Веру, и теперь мы обнимались втроем, вернее вчетвером.
– Мы поддержим вас. Да, Вер? – мужчина поцеловал жену в висок и разорвал обнимашки.
– Конечно. Кстати, папа сейчас в коридоре допрашивает твоего футболиста. Бежишь спасать?
О, боже! Я на ходу развязала фартук и помчалась на помощь к Илье.
Только вот не успела.
***
– А ты любитель пускать пыль в глаза. Да, кандидат? – поинтересовался папа и кивнул в сторону цветов и корзины, которую Илья принес с собой.
Ну вот, еще один каверзный и неудобный вопрос, который я не успела предупредить. Думать, что он был первым просто смешно, зная папу.
