355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Аркадий Лукьянов » Идея метакритики 'чистой' любви » Текст книги (страница 14)
Идея метакритики 'чистой' любви
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 16:04

Текст книги "Идея метакритики 'чистой' любви"


Автор книги: Аркадий Лукьянов


Жанр:

   

Философия


сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

"Интуиция и доказательства суть две степени (degrees) нашего познания".* Данный тезис вполне можно отнести и к познанию такой сущностной силы человека, как любовь. В противном случае мы уйдем в мистицизм, то есть обретем такое "духовное предрасположение, которое вообще отвергает всякое научное обоснование или истолкование, выводит истинное знание лишь из так называемого внутреннего света, видимого не всем, а замкнутого внутри индивидуума, из непосредственного откровения, чисто экстатической интуиции или чувства".**

______________ * Локк Дж. Сочинения в трех томах: Т.2. – С. 14. ** Шеллинг Ф.В.Й. Сочинения в 2-х тт.: Пер. с нем. Т.2. – М.: Мысль, 1989. С. 552-553.

Акчурин Б.Г. (Уфа)

ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА В СВЕТЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ОСОБЕННОСТЕЙ ДРЕВНЕКИТАЙСКОГО ДУХА И

ЭРОСА

Мы попытаемся анализировать эту проблему и выяснить то, как интерпретировалась эта сложная проблема представителями восточной философии, в частности, в древнем Китае. В центре внимания китайских мыслителей стоял человек, и все остальное в мире осмыслялось в обязательном соотношении с теми или иными сторонами человеческого бытия. Слово Дао (учение, судьба) категория китайской философии, каждый философ или ученый древнего Китая видел в нем обозначение честности, абсолютной правды и правильного пути жизни. В Китае ценили не отвлеченную истину, а именно жизненную мудрость. Даосские идеи по укреплению жизненных сил включали в себя множество различных практических средств: гимнастические и дыхательные упражнения, диету, воинскую тренировку и даже физическую близость.

Попытки проникнуть в сущность Дао, дать адекватное языковое выражение привели к пониманию Дао как универсальной символической структуры сознания. Таким образом, сложился широкий синтез духовно-телесной практики позднего даосизма. С глубокой древности в Китае существовали приемы и методы тренировки тела и духа. Эта практика личного совершенствования, подкрепленная откровениями, со временем стала подлинной сердцевиной даосской традиции. Даосизм воплощает сердцевину восточной мысли, всегда требовавшей от человека обрести полноту своего бытия через самоустранение. А вот как рассуждает представитель направления "Путь целостной истины" – Ли Дао – Чунь в отношении тела: "Тело – это вместилище духов и энергии. Коли дух и энергия пребывают в теле, то здоровье у нас крепкое и силы много. А если дух и энергия рассеиваются, то мы умираем. Желая сберечь свое тело, нужно прежде привесит к покою дух и энергию. Когда в теле есть энергия, дух находит упокоение в море энергии, а когда море энергии наполнено до краев, сердце спокойно и дух незыблем".*

______________ * См.: Малявин В.В. Антология Даосской философии. – М., 1994. – С. 162.

Суть качества поведения человека, по мнению китайских философов, выражается и в духовных, и в материальных проявлениях. В данном случае подтверждается представление о целостном духовно-телесном индивиде.

Прежде всего, даосизм – это путь цельного существования, в котором умозрение и действие, дух и материя, сознание и жизнь оказываются собранными в свободном, беспредельном единстве. "У всех тех, кто следует Дао, крепкое тело, проницательный ум, чуткие органы чувств, – пишет Ян Хин Шун, – их мысль действует без устали, и они приспосабливаются ко всем вещам без ограничений".* Итак, как видим, дух, связывая воедино, одухотворяя и оживотворяя ее телесные, вовлекает человека в гармоническое постоянство культуры Дао. Учения Дао ничего не доказывают и не учат какому-нибудь "образу жизни". Их цель – дать верную жизненную ориентацию, указать путь на основании жизненного опыта – вечно отсутствующему и вездесущему.

______________ * См.: Ян Хин Шун. Древнекитайская философия. В 2-х тт. Т.1. – М., 1994. С. 280.

В сфере телесности духовность рассматривается как интегрирующее целостное понятие, включающее в себя сознание, подсознание, знание, мышление, интеллект, психику и т.п. В фундаменте этой целостности находятся потребности человека, формирование, в конечном счете, его воспитания.

Духовность человека как бы обеспечивает эффективную реализацию деятельности в единстве ее аспектов: познания, ценностного осмысления, общения, преобразования реальности; она есть свобода человека формировать себя, свое отношение к телесной культуре.

Значение этой идеи заключается в том, что она пытается определить интегральный критерий развития человека, которым является свободная реализация личности в основных видах социальной деятельности. Далее, мы замечаем интересную мысль в древнекитайской философии о рождении духовности и телесности: "Светлое рождается из темного, обладающее порядком рождается из бесформенного, духовное рождается из дао, телесное рождается из семени, а тьма вещей взаимопорождает друг друга при помощи телесной формы".* В то же время они утверждали, что человек не владеет своим телом и т.д., ибо все это принадлежит небу и земле, то есть природе, и дано человеку лишь во временное пользование.

______________ * Там же.

С этой точки зрения понятной становится философская мысль о единотелесности человеческой гуманности и универсума; ведь и то, и другое мыслится им как тело. Если тело внешне представимо, а душа – внутренний мир, то "дух" предполагает связь своего и иного.

Даосизм анализируется китайскими философами следующим образом: "Дао это то, чем наполняется тело, а люди не могут крепко его удержать. Поэтому оно уходит и не возвращается, а когда приходит, не останавливается. Оно бесшумно – никто не услышит его звука. Форм его мы не видим, звука его мы не слышим, но все вещи, опираясь на него, достигают совершенства".*

______________ * См.: Там же. – С. 52.

Философскую составляющую Дао можно определить как "натурфилософскую антропологию", поскольку макро– и микрокосм в даосизме уподобляются друг другу, и нравственным поведением для индивида является следование законам мира. Появляется собственное уникальное лицо, человека, он становится подлинно любящей личностью. Личность называют центром духа в индивиде или, другими словами, это уже проявление духовного самобытия. Для китайского представления о человеке, фиксирующего в нем неразъемлемую монолитность телесного и духовного, наилучшим символом оказалось тело – целостный живущий и мыслящий организм. Именно жизненность в качестве начала, интегрирующего духовные и телесные функции человека, есть та конститутивная характеристика, которая утверждается понятием "шэнь" (тело).

Анализируя основные трактаты учения Дао о духовно-телесных качествах человека, нельзя не заметить, как оно требует отказа от изменений: "Что касается основного в учении о великом Дао, то оно требует отказа от силы и излишних желаний, устранения мудрствований и лишней учености. Только отказавшись от всего этого, и можно выполнять основы этого учения. Ведь от чрезмерного напряжения дух человека истощается, а от чрезмерных трудов тело дряхлеет. Когда тело и дух находятся в расстройстве и волнении, то еще не слыхано, чтобы такой человек желал стать долговечным подобно небу и земле".*

______________ * См.: Ян Хин Шун. Древнекитайская философия. В 2-х тт.: Т.2. – М., 1994. С. 314.

Резюмируя свое состояние телесного, духовного и идеального тождества с космосом, Дао напоминает людям их индивидуальные и коллективные возможности достижения телесно-духовной гармонии.

Согласно философскому учению даосизма, как умственная способность, так и физическое состояние человека зависят, главным образом, от достаточного количества в нем тончайших частиц (ци) и нормальных условий для их функционирования в организме. Тончайшие ци, циркулируя в кровеносных сосудах, образуют жизненную энергию человека. По мнению даосистов, материальная субстанция вещей делится на две части – на "тончайшие" и "грубые". Первые образуют у человека духовное начало, а последние физическое тело.

Важнейшие трактаты, относящиеся к даосской традиции личного совершенствования, собраны в антологии "Путь к совершенству". Кроме того, материалы о наиболее своеобразных и вызывающих пристальный интерес в современном мире формах – сексуальная практика и искусство кулачного боя, "правила здорового питания" и т.д. Сексуальность, не вытесненная в сферу тайного и апокрифического, полагают даосы, оказывается стержнем умственной и практической деятельности.

Человек, по мнению даосов, создан по образу Вселенной. Его тело состоит из различных элементов, утонченных и грубых. Тончайший элемент тела трансцендентальный дух "шэнь". Искусство питания жизни – в попытках создать в самом себе зародыш бессмертия. Это и есть "внутренняя алхимия", представляющая собой поиск бессмертной субстанции, но не с помощью лекарств, а посредством перегонки жидкостей, вырабатываемых органами тела. Эта перегонка есть сочетание материальной и духовной сущности.*

______________ * См.: Китайский эрос. Научно-художественный сборник. – М.: СП Квадрат, 1993. – С. 111.

Уникальные идеи даосских мыслителей не теряют актуальности и на сегодняшний день. Имеет практическое значение и на сегодняшний день оригинальная методика китайской оздоровительной гимнастики, дыхательной гимнастики и т.д. С течением времени эти формы "претворения Дао" становились все более сложными и утонченными, усложнялись все новыми деталями, но и все сильнее влияли друг на друга. Тем не менее, даосизм без преувеличения можем назвать подлинным центром китайской культуры, потому что именно он обеспечивал преемственность между элитарной мудростью Дао и верованиями простонародья, принципами внутреннего совершенствования и всем жизненным укладом китайского населения.

Вот как рассуждают древнекитайские мыслители о жизнедеятельности человека в его телесности: "Когда тело человека в нормальном состоянии и ци (частицы) в его крови спокойны, тогда и мысли у него сосредоточены в одном направлении, а глаза и уши у него не отвлекаются посторонними вещами. Размышление порождает знание; лень и небрежность – несчастье; жестокость и зазнайство – ненависть; грусть и печаль – болезни. Безмерное умственное напряжение может вызвать внутреннюю подавленность и физическую усталость. Если при таком положении заранее не принимать мер, то человек может лишиться жизни. Не перегружать себя пищей, не перенапрягать свой ум, установить для себя определенный режим, тогда сама собой приходит к тебе жизнь".*

______________ * См.: Ян Хин Шун. Древнекитайская философия. В 2-х тт. Т.2. – М., 1994. С. 56.

С точки зрения древних авторов, "тончайший ци" является в данном случае материальной основой сознания, внешние формы которой выражаются в психических переживаниях человека, в его умственной способности, в его поступках и т.д. В рамках китайской философской традиции интегральному состоянию природного и сверхприродного в "небе" соответствует интегральное состояние души и тела на земле.

Древние авторы пытались объяснить таким образом происхождение человека и его духовности, взаимоотношение между душой и телом. В данном контексте этот процесс характеризуется как природное явление. "Нормальная жизнь человека непременно исходит от того, что он пребывает в состоянии спокойствия и уравновешенности. Он теряет ее непременно от того, что чрезмерны у него радость и гнев, грусть и печаль, – рассуждают древние мыслители, – когда у человека внутреннее состояние спокойное, а внешний облик почтительный, к нему возвращается первоначальная природа и прочно обосновывается в нем".*

______________ * См.: Там же. – С. 40.

Для китайского представления о человеке, фиксирующего в нем нераздельную монолитность телесного и духовного, наилучшим символом оказалось тело – целостный живущий и мыслящий организм, то есть интегрирующее духовности и телесности. Далее, развивая эту мысль, Гуань-цзы интерпретирует взаимоотношение души и тела таким образом: "Когда гармония пронизывает внутренний мир, тогда тело и душа взаимно защищают друг друга. Сосредоточив внимание на одном, не размышляя о другом, можно познать Дао. Кто желает следовать Дао, тот должен опереться на единое начало и крепко за него держаться".* С некоторым отклонением от формы оригинала данную мысль можно выразить следующим образом: "Дао формирует человека, а не формируется человеком". Как видим, в истории китайской философской мысли духовность ставилась в зависимость от высей силы, либо рассматривалась как обязательно природное качество человека. Ценности, которыми руководствуется человек в духовном поведении, обеспечивают высшую общественную или личную целесообразность, направленную на гармонию личности, что подтверждается трактатами древнекитайской философии.

______________ * См.: Ян Хин Шун. Древнекитайская философия. – М.: Наука, 1990. – С. 40.

Отождествляя с истинной человечностью, китайские философы теоретически кодифицировали традиционно-обыденное представление о целостном духовно-телесном индивиде.

Учение Дао – это процесс цельного существования, в котором умозрение и действие, дух и тело, сознание и жизнь собраны в свободном, безграничном, непоследовательном единстве. Представители древнекитайской мысли Китая показали влияние традиционной китайской философии на воззрения последнего относительно природы человека, отдельных категорий морали (добро, зло, альтруизм, эгоизм и т.д.). Представитель древнекитайской философской школы Ши Цзи интерпретирует соотношение духа и тела таким образом: "Вообще же то, благодаря чему человек живет – это дух, а то, на что он опирается – это тело. Когда дух человека чрезмерно напрягается, он истощается; когда тело чрезмерно трудится, оно дряхлеет. А когда дух отделяется от тела, наступает смерть. Мертвые не могут вновь вернуться к жизни, разлучившиеся не в состоянии вновь вернуться друг к другу, поэтому-то мудрецы и ценят так их дух и тело. С такой точки зрения, дух – основа жизни, а тело – вместилище жизни. Не укрепив прежде всего свой дух и тело, какие же основания заявлять: "Я обладаю всем, с помощью чего управляют Поднебесной?"*

______________ * См.: Ян Хин Шун. Древнекитайская философия. В 2-х тт. Т.2. – М., 1994. С. 316.

В данном случае Ши Цзи констатирует идею Лю-Ши Чунь Цю, как он утверждал, что умственная способность, как и физическое состояние человека, зависят, главным образом, от достаточного количества в нем тончайших ци (духовное начало) и нормальных условий для их функционирования в организме.* Во многих древнекитайских и древнеиндийских философских учениях о человеке анализируется проблема духовности, души и телесности. Вертикальная телесная дифференциация рода и природы сопровождается аналогичной дифференциацией духа и зафиксированного в нем родового сознания. Духовные и телесные противоположности в генезисе индийской и китайской философии предвосхищают последующую основную гносеологическую оппозицию природы и духа, материального и идеального во всех типах познавательного отношения человека к себе и социальному окружению. Эти же противоположности на пути генетических телесных и духовных трансформаций первоначального Единого в Космос образуют исходную гносеоонтологическую структуру философского знания. Представители древневосточной философии пытались гармонизировать человеческое общество, средоточием всех своих учений делая учение о нравственном прижизненном и посмертном путях человека и всех существ. В познавательном движении к бытию природы и общества эти учения идут первыми, поскольку учение, традиционно обобщающее природное и человеческое мироздание как духовно-телесный символ единого, противится всякому расчленению и ему неподвластно. В познавательном сознании древневосточное философское учение первопредка встречается как дух и тело, осуществляется их познавательное столкновение.

______________ * См.: Там же. – С. 294.

И можно согласиться с той идеей, что элементы восточно-философского традиционного сознания в поступательном историческом движении духовной культуры становятся вехами, по которым определяется общее направление развития самосознания общества.

Проблема человека, его ценностных ориентаций, норм поведения, отношения к семье, к государству – проблема не новая.

Человек как личность, как существо не только биологическое, но и социальное, интересовал многих восточных мыслителей на протяжении многих веков. Именно поэтому представители древневосточной философской школы придавали большое значение самовоспитанию, соблюдению норм поведения, воспитанию человечности, чувства долга, нравственной воли и справедливости, без чего нельзя сформировать ни человека, ни организованное общество.

Учение древневосточной философии о человеке, созданная им система этических норм поведения, с одной стороны, помогала человеку сознательно определить его духовный статус в социальной иерархии, а с другой, вести себя в соответствии с ним, выполняя свой долг перед обществом не по принуждению, а по внутреннему убеждению.

Соркин Э.И. (Москва)

Божественное и человеческое в любви человека: опыт философского размышления

над Библией

Космический Эрос

Тот, кто мудр, к мудрости не стремится, говорит Сократу его собеседница Диотима в диалоге "Пир".* Не желают стать мудрыми, не занимаются философией невежды, они вполне довольны собой. А философией занимаются те, кто находится посредине между мудрецами и невеждами. А к ним принадлежит Эрот. Ведь мудрость – это одно из самых прекрасных на свете благ, а Эрот – это любовь к прекрасному. Поэтому Эрот не может не быть любителем мудрости, то есть философом. Философ же занимает промежуточное положение между мудрецом и невеждой.

______________ * Платон. Сочинения в 4-х тт. Т.2. – М.: Мысль, 1993. – С. 114.

На первый взгляд, это определение Платона несколько уничижительно для философа – разве философы не мудрецы? Если не они, то кто? Языческие боги? Но для нас тут важно другое: Платон словами Диотимы говорит, что любовь к прекрасному – это любовь к вечному обладанию благом.* Как же она, эта любовь, проявляется? Платон устами той же Диотимы разъясняет: "Все люди беременны как телесно, так и духовно, и, когда они достигают известного возраста, природа наша требует разрешения от бремени. Разрешиться же она может только в прекрасном, но не в безобразном. Соитие мужчины и женщины есть такое разрешение. А это – дело божественное, ибо зачатие и рождение суть проявления бессмертного начала в существе смертном. Ни то, ни другое не может произойти в неподходящей среде, а не подходящая для всего божественного среда – это безобразие, тогда как прекрасное – среда подходящая..."**

______________ * См.: Там же. – С. 116. ** Там же. – С. 117.

Но, помимо наличия прекрасной среды, необходимой для божественного разрешения в соитии мужчины и женщины, нужно, по словам другого участника платоновского пира, Аристофана, встретить свою половину, что мало кому удается. Ведь когда-то Зевс разрезал андрогинов, сочетавших в себе мужской и женский пол, пополам, и с тех пор свойственно людям любовное влечение друг к другу, которое, соединяя прежние половины, пытается сделать из двух одно и тем самым исцелить человеческую природу.*

______________ * См.: Там же. – С. 98, 100.

Это место у Платона можно понять так: только любовь, воссоединяющая двух людей в среде прекрасного под покровительством Эрота – искателя мудрости, может исцелить человеческую природу. То есть, когда мы вполне удовлетворим Эрота, и каждый найдет соответствующий предмет любви, чтобы вернуться к своей первоначальной природе, то человеческий род достигнет блаженства.*

______________ * Там же. – С.102.

Примерно о том же самом говорит и Фихте: благополучие есть соединение с любимым, боль же – разлученность с любимым... Эта боль есть благотворное жало, которое должно побудить нас – и рано или поздно действительно побудит нас – к соединению с любимыми и к блаженству в нем.* А что же есть любовь, по Фихте? Аффект бытия. Самому же бытию, пребывающему в вечном становлении, присущ прообраз его истинного и достойного его самого бытия; тогда оно любит сам этот прообраз, и если его действительное, ощутимое для него бытие согласуется с этим прообразом, то любовь его удовлетворена и ему хорошо.**

______________ * Фихте И.Г. – С. 96. ** Фихте И.Г. – С. 95.

Сопоставим эту философскую формулировку и ту, что дал Платон, с тем, что написал о любви русский философ, православный священник о. Сергий Булгаков: "Созданный двуполым, а потому именно и являющийся однополым существом, человек в духе своем также имеет эту двуполость, и эротическую напряженность знает как глубочайшую основу и творения и творчества. Поэтому человек и достоин носить в себе священное пламя Эроса, есть сын Пороса и Пении (в диалоге "Пир" это – богатство и скудость. – Э.С.). Потому же опыт личной любви таит в себе так бесконечно много откровений о таинстве мироздания".*

______________ * Булгаков С.Н. Свет невечерний. – М.: Республика, 1994. – С. 255.

Что же является глубочайшей основой творения? Почему таинство мироздания проявляется в любви? Фихте говорит о едином и неизменном, что постигается как основание мира и нас самих... Бытие мира, пребывающее в вечном становлении, имеет прообраз – не он ли основа творения в двуполой своей сущности?

В чем-то перекликается, а в чем-то отличается подход к этим проблемам Николая Бердяева. Он пишет в своей работе "Смысл творчества":

"Пол – космическая сила и лишь в космическом аспекте может быть постигнут... Пол есть не только точка пересечения двух миров в человеке, но и точка пересечения человека с космосом, микрокосма с макрокосмом. Человек скреплен с космосом прежде всего через пол. В поле источник и истинного соединения человека с космосом, и рабской его зависимости. Категории пола мужское и женское – категории космические, не только антропологические. Христианская символика Логоса и души мира, Христа и Его Церкви говорит о космической мистике мужского и женского, о космической брачной тайне. Не только в человеке, но и в космосе есть половое разделение мужского и женского и половое их соединение. Душа мира – земля – женственна по отношению к Логосу – светоносному Мужу – и жаждет соединения с Логосом, принятия Его внутрь себя. Земля-невеста ждет жениха своего Христа. Природа ждет царя своего Человека. В миропорядке мужское и есть по преимуществу антропологическое, человеческое начало, женское – начало природное, космическое".*

______________ * Бердяев Н. Соч. в 2-х тт. Т.1. – М.: Искусство, ... – С.183.

Сексуальный акт – разъединяет?

У Бердяева, на наш взгляд, есть определенная нечеткость в формулировках. Дуалистичен космос по отношению к мужскому и женскому, или монистичен? Разделены полы в мироздании или соединены? Судя по последней фразе в приведенном выше отрывке, они разделены иерархически: женское начало – в космосе, с которым человек соединен рабской зависимостью. Бердяев объясняет:

"Мужчина-человек через женщину связан с природой, с космосом, вне женского он был бы отрезан от души мира, от матери-земли. Женщина вне связи с мужским не была бы вполне человеком, в ней слишком сильна темная природная стихия, безличная и бессознательная. В женской стихии, отделенной от мужской, нет личности. Мужчина сознает активную задачу антропоса в отношении к космосу и неизбежность победы над всяким временем и часом. Женщина – часть космоса, но не микрокосм, она не знает космоса, ибо космосом считает свое временное состояние, например, свою неразделенную любовь. Но мировая дифференциация на мужское и женское не в силах окончательно изничтожить коренную, исконную бисексуальность, андрогиничность человека, то есть образ и подобие в человеке. Ибо поистине не мужчина и женщина есть образ и подобие Божье, а лишь андрогин, дева-юноша, целостный бисексуальный человек. Дифференциация мужского и женского есть последствие космического падения Адама. Сотворенный по образу и подобию Божьему, человек-андрогин распадается, отделяет от себя природно-женственную стихию, отчуждается от космоса и подпадает рабской власти женственной природы... Во все времена по-разному чувствовалось и сознавалось, что вся сексуальная жизнь человека есть лишь мучительное напряженное искание утерянного андрогинизма, воссоединение мужского и женского в целостное существо. Глубже всех постиг это Платон в своем "Пире". Издревле чувствовалось и сознавалось также, что корень грехопадения человека связан с полом, что греховной жизни человека, окованной природной необходимостью, предшествовало падение андрогина, разделение мужского и женского, искажение образа и подобия Божьего, и рабское подчинение мужского и женского в природно-необходимом влечении... Отделение женской стихии в праматери Еве и было источником порабощения человека природной необходимости... Мужчина пытается восстановить свой андрогинный образ через сексуальное влечение к утерянной женской природе... Человек стал рабом своего сексуального влечения, жертвой своей падшей разделенности".*

______________ * Там же. – С. 183-185.

Как можно понять Бердяева, он делит мироздание на космос и антропос. Женщина – часть космоса, а остальное что из себя представляет? Распад человека-андрогина на два пола – это и есть грехопадение? А какова же роль змея и древа познания добра и зла? Стремление восстановить свой божественный андрогинный образ, выражающееся в сексуальном влечении – это хорошо или плохо? Вот как характеризует философ это влечение: "Соединение в сексуальном акте – призрачно, и за это призрачное соединение всегда ждет расплата... После сексуального акта разъединенность еще больше, чем до него".* "Сексуальный акт всегда есть частичная гибель личности и ее упований".** "Тление и смертоносный распад вошли в мир через точку пола".*** "В сексуальном акте всегда есть тоска загубленной надежды личности, есть придание вечности временному".**** "Сексуальный акт по существу глубоко противоположен всякой гениальности, всякому универсальному творчеству, он провинциален".*****

______________ * Там же. – С. 190. ** Там же. – С. 191. *** Там же. **** Там же. – С. 192. ***** Там же. – С. 198.

Но как же тогда быть с продолжением рода человеческого? Ведь в годы, когда у Бердяева вышла работа "Смысл творчества" (1916 г.), не знали ни зачатия "в пробирке", ни клонирования... Бердяев решает эту антиномию, в частности, так:

"Есть безысходная трагедия пола в том, что жажда личного соединения ведет в природной родовой стихии через сексуальный акт не к личному соединению, а к деторождению, к распадению личности в деторождении, к плохой бесконечности, а не к хорошей вечности. В половой жизни, возникающей из жажды наслаждения и удовлетворения, торжествует не личное задание, а интересы рода, продолжения рода".* "Семья родилась из необходимости, а не из свободы. Религиозно семья вся в Ветхом Завете, в законе, изобличающем грех. Семья есть послушание последствиям греха, приспособление к родовой необходимости. Семья всегда есть... моральное искупление греха сексуального акта через послушание бремени пола... Семья религиозно, морально и социально оправдывает грешную, падшую половую жизнь деторождением и для деторождения возникает. Этим самым всякая идеология признает, что лишь то соединение мужчины и женщины хорошо и оправдано, в котором совершается сексуальный акт".** "В сексуальном акте есть неустранимый элемент разврата потому, что он не соединяет, а разъединяет, что в нем есть реакция, что он чреват враждой. Семья не предохраняет от этой развратности сексуального акта, от этой поверхности, внешности касаний одного существа к другому, от этого бессилия внутреннего проникновения одного существа в другое, бессилия слить все клетки мужа и жены. Разврат есть разъединение, и он всегда превращает объект полового влечения в средство, а не цель... Любовь к любви, вместо любви к лицу – в этом психология разврата".***

______________ * Там же. – С. 191. ** Там же. – С. 203-204. *** Там же. – С. 209.

Чтобы не искушал вас сатана...

Какова же роль христианства во взаимоотношении полов, может ли религия придать этим взаимоотношениям возвышенный характер? Вот как Бердяев смотрит на эту проблему.

"Новый Завет по глубокой мистической своей сущности отрицает семью, так как отрицает род, отрицает "мир сей" и всякое буржуазное его устроение. Подлинно "христианской семьи" так же не может быть, как не может быть подлинно "христианского государства". Семья есть родовой институт, родовое благоустройство. Новозаветное откровение преодолевает стихию рода, и не от него идет закон родового благоустройства, закон семьи, как не от него идет закон государства. Но Новый Завет, не знающий закона, преодолевающий закон, не отменяет закона для мира, погруженного в неискупленный грех, для мира, порабощенного природными стихиями. Закон семейный, подобно закону государственному, по существу ветхозаветный, дохристианский, но Новый Завет оправдывает его как послушание ветхозаветной подзаконности, послушание последствиям греха... Христианская семья есть лишь дезинфицирование, обезвреживание полового греха. Христианство твердо знает, что люди рождают во грехе, что греховно соединение полов в природном родовом порядке, и хочет ослабить, обезвредить грех путем приспособления и послушания".*

______________ * Там же. – С. 205-206.

Но действительно ли, как пишет Бердяев, люди рождают во грехе, что греховно соединение полов в природном родовом порядке, что семья с новозаветной точки зрения греховна по своей сути? Мы еще вернемся к этому вопросу, пока же только укажем на такие строки из I-го Послания ап.Павла коринфянам: "Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу. Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для укрепления в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана воздержанием вашим".*

______________ * I-ое Послание.7:3-5.

Отсюда видно, что наоборот, уклонение от супружеских обязанностей может послужить к греховному соблазну. Правда, Бердяев мог бы возразить, что в этих стихах речь идет только лишь о физиологии, а не о супружеской любви в высоком смысле, которая не совместима с "развратностью сексуального акта". И в подтверждение философ мог бы сослаться на свои высказывания по поводу того, что понятие "любовь" чуждо христианскому мышлению:

"Любовь скидывается с мировых счетов и предоставляется поэтам и мистикам. Вспоминают ли любовь Тристана и Изольды, любовь Ромео и Джульетты, любовь, воспетую провансальскими трубадурами и Данте, когда говорят о поле "христиане" или "позитивисты" господствующего сознания? Их богословие и наука, их мораль и социология не знают любви, не видят в любви мировой проблемы. Можно сказать, как относится к сексуальному акту и его последствиям христианское богословие и этика, и научная биология, и социология, но не известно, как они относятся к любви".* "Тайна брака не раскрыта в христианстве. Церковь, благословляя семейный союз, лишь обезвреживает грех половой жизни".**


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю