Текст книги "Ложная девятка 10 (СИ)"

Автор книги: Аристарх Риддер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

* * *

Если говорить про моё восстановление, то оно действительно прошло с опережением графика. Уже 15 января я был на скамейке запасных. «Барселона» отправилась в гости к «Малаге». Я ещё не был готов к тому, чтобы выйти на поле, но это и не понадобилось. Салинас, Заваров и Алешанко обеспечили отрыв в первом тайме. Во втором «Малага» огрызнулась дважды, но в итоге – победа.

А вот 29 января, когда мы сыграли матч с «Эспаньолом», у меня уже получилось выйти на поле. Этот матч стал знаковым событием как для испанского, так и для советского футбола, потому что впервые во внутреннем чемпионате другой страны советские футболисты сыграли друг против друга. Против меня и Сани Заварова на поле вышел Вася Рац.

И надо отдать ему должное. Рац был очень заметной фигурой на поле и даже записал своё имя в протокол: именно Вася открыл счёт. Правда, затем Салинас забил дважды. А в концовке второго тайма, когда я уже был на поле, Габино срезал мяч в собственные ворота. В результате 3:1, положение «Эспаньола» оставалось очень сложным. Ну а мы лидировали в турнирной таблице, притом делали это достаточно уверенно.

Глава 22

В матче с нашими соседями, с «Эспаньолом», я провёл на поле всего пятнадцать минут. На 75-й Круифф выпустил меня вместо Караско. Так что, несмотря на то что формально я вернулся, полноценным возвращением игру с «Эспаньолом» назвать было нельзя.

Оно состоялось спустя три дня. Первого февраля «Барселона» в рамках 1/16 финала Кубка Испании принимала «Картахену». И статус соперника, и результат первого матча, в котором мы без проблем выиграли на выезде 3:0, позволяли мне спокойно вкатиться в футбольный 89-й год.

Традиционно заполненный до отказа «Камп Ноу» стоя приветствовал мой выход в стартовом составе. И я не просто вышел на поле, но ещё и вывел команду в качестве капитана. Пока меня не было, капитанская повязка вернулась к Алешанко, но как только стало понятно, что Ярослав Сергеев возвращается в строй, этот символ тут же вернулся ко мне. Как будто ничего и не случилось, и та травма, полученная мной в Киеве, полностью забыта и не повлияла вообще ни на что.

* * *

Сама игра с «Картахеной» получилась очень предсказуемой. Эта команда, мягко скажем, не являлась сколько-нибудь серьёзным соперником для «Барселоны» в любом состоянии. И к трём голам, забитым нами в гостях, мы достаточно быстро, уже в первом тайме, добавили ещё три.

На 18-й минуте Заваров превратил мой голевой пас в гол. Комбинация получилась простая, но эффективная: пас на третьего с выходом Заварова на ударную позицию в десяти метрах от ворот. Такие моменты футболисты экстра-класса решают в 95% случаев. И сегодня статистика была за нас. 1:0.

В концовке тайма Салинас дважды огорчил вратаря «Картахены» после передач Заварова.

Я же открыл счёт голам в 89-м году сразу после перерыва. На 48-й минуте удар с линии штрафной оказался неберущимся для вратаря гостей. А ещё через три минуты на мне сфолили в штрафной, и судья, не раздумывая, указал на точку. Разбег, удар, мяч летит вправо, вратарь прыгает влево. 5:0.

На этом моё участие в разгроме «Картахены» было закончено. Меня заменил Караско. В итоге матч завершился с теннисным счётом 6:0. Девять безответных мячей по итогам двух встреч, и «Барселона» без каких-либо проблем отправляется в ⅛ финала, где нас ждал ещё один достаточно проходимый соперник. Через две недели нас ждал выезд в Сантандер, а 22 февраля мы должны были сыграть с «Расингом» дома.

Надо сказать, что февраль, за исключением кубковых матчей, выдался достаточно спокойным месяцем. В чемпионате нам предстояло сыграть всего три игры. Спустя почти две недели после ответного матча с «Картахеной» нас ждала домашняя игра с «Эльче». 18-го числа выезд в Валенсию, а 26-го дома «Осасуна». Всего пять игр за целый месяц.

Это было как раз то, что нужно: с одной стороны, набирать форму через игры, а с другой, не форсировать собственное восстановление и к главным матчам сезона подойти в оптимальных кондициях. А они, эти главные матчи, должны были начаться в марте. В первый день весны мы должны были отправиться в Эйндховен, чтобы сыграть с грозным ПСВ, в составе которого вовсю феерил коротышка Ромарио.

Знаменитого в будщем бразильца начали сватать к нам практически сразу, как только он появился в Европе. Ромарио дебютировал в Голландии в конце октября. Сколько получается? Даже полгода не прошло. Всего четыре месяца. А уже на полном серьёзе говорили о том, что этот футболист может усилить любой топ-клуб и нечего ему делать в Голландии, надо как можно быстрее забирать его в «Барселону». Пока «Реал» не подсуетился.

После ухода Линекера и появления в составе «Реала» Мостового и Беланова наша барселонская пресса стала очень нервно реагировать на любые новости, связанные с составом сливочных. Чуть что, сразу крики о том, что «Барселоне» нужно усиление. Тем более что Сергеев, видите ли, показал, что у него хрустальные колени. Где они там разглядели хрустальные колени после того удара, что я получил в Киеве? У любого связки развалятся. Это одному Богу известно. Журналисты в Барселоне в принципе страдают лёгкой формой паранойи. Чуть что, сразу истерика на тему того, что гипс снимают, клиент уезжает.

* * *

Кстати, если говорить о «Реале», советские новички не просто пришлись ко двору Королевского клуба, будь он неладен, но добавили команде очень много мощи. Можно сказать, что они взбодрили супер пару Уго Санчес и Бутрагеньо, а заодно и примкнувшего к ним предателя Шустера. Их появление позволило Лео Беенхаккеру существенно замотивировать главных звёзд команды. Парни сходу включились в борьбу за место в основном составе: Мостовой в средней линии вышел в матчах против хихонского «Спортинга» и «Бетиса», а Беланов в атаке сыграл во всех трёх февральских матчах Ла Лиги.

Результаты оказались впечатляющими. На двоих футболисты сборной Советского Союза забили четыре мяча,Беланов трижды, Мостовой один раз, и отдали столько же голевых передач. Здесь распределение было обратным: одна голевая у Беланова, три у Мостового. Учитывая то, что парни присоединились к «Реалу» с колёс, не проходили долгую предсезонку, можно было сказать, что Королевский клуб сорвал с ними банк. Тем интереснее будет матч первого апреля. Судя по всему, как минимум один советский футболист будет противостоять нам с Заваровым.

Прессу Мостовой получил восторженную. Мадридские журналисты, да и не только мадридские, а в принципе все, кто пишет о футболе в Испании, практически хором говорили о том, что у молодого советского футболиста уникальное сочетание качеств. Кто-то сравнивал его с товарным поездом. Складывалось впечатление, что в Испанию второй раз за какие-то полтора года привезли из Советского Союза самого настоящего футбольного уникума. Конечно, все понимали, что это в большей степени авансы. Сравнивать меня и Мостового, мягко скажем, некорректно, особенно учитывая масштаб личности. Но всё равно вслед за журналистами «Марки» и остальная пишущая публика восторгалась игрой Саши и не скупилась на комплименты.

Мне кажется, что, учитывая талант, а он у Мостового действительно огромен, всё у будущего царя в Испании будет очень хорошо. Если обойдётся без травм и если в какой-то момент в уравнение не добавится фактор характера, то он в Мадриде задержится. Что ж, тем интереснее будет наше со сливочными противостояние.

* * *

Если бы не моя травма, мы с Катей, конечно, воспользовались бы таким расслабленным февралём и хорошо провели бы время. Когда календарь был свёрстан и мы узнали, что во второй зимний месяц нас ожидает такая лафа, я всерьёз обсуждал с женой возможность того, чтобы нас здесь, в Барселоне, навестили либо мои родители, либо её.

Благо политика Советского Союза в отношении заграничных поездок собственных граждан смягчилась, и смягчилась серьёзно. Вслед за спортивными выездами мало-помалу в капстраны стали отправляться и обычные люди. Само собой, из тех, кто мог себе это позволить. Каждого туриста, который хотел воочию взглянуть на жизнь за железным занавесом, очень тщательно проверяли. Инстанций было штук пять. Но результатом этих хождений по мукам советской охранительной бюрократии чаще всего становилось разрешение и иностранная виза. Так что представители советской технической, да и просто интеллигенции, а что мои, что Катины родители однозначно относились к этому слою населения, конечно же, могли получить все необходимые документы. И при необходимости приехать к нам в гости.

Но не получилось, не фартануло. Вместо расслабленного февраля в кругу семьи у меня получился очень загруженный в плане физической подготовки месяц. Я не хотел выглядеть в самых важных матчах сезона не до конца готовым. Весь февраль усердно работал на базе, зачастую даже оставаясь там ночевать. Тренировался не только в общей группе, но и в рамках индивидуальной подготовки.

Отдельным пунктом этих индивидуальных тренировок стала отработка дальних ударов. Во время матча с «Картахеной» я хоть и забил относительно дальним ударом, но сам качеством этого удара остался недоволен. Как будто до травмы моя дальнобойная артиллерия была более эффективна. А тут что-то не так.

Так что после каждой тренировки, в общей группе или индивидуальной, я всегда оставался дополнительно. И либо с Андони, либо с Унсуэ, нашим вторым вратарём, отрабатывал дальние удары. Притом Унсуэ даже чаще помогал мне в этом. Дублёр Субисарреты как будто сам решил, что и ему это полезно.

Это напомнило мне самое начало карьеры. Точно так же в 83-м, когда я только-только попал в состав «Торпедо», я оставался после тренировок. И бил, бил, бил по воротам. Тогда моим визави и одновременно помощником был Вячеслав Чанов, тогдашний первый номер «Торпедо». А сейчас Субисаррета и Унсуэ. И результатом всей этой работы стало то, что я без доли сомнения, практически с закрытыми глазами, бил с дальних дистанций во время игр.

* * *

Уже в следующем матче, в домашней игре против «Эльче», все мои усилия вернулись сторицей. Я вышел в стартовом составе, провёл весь матч от звонка до звонка и без ложной скромности был лучшим на поле.

«Эльче» внезапно решила показать зубы и попробовала атаковать большими силами. Так что и мне, и Бегиристайну, паре фланговых нападающих (Круифф не отступал от своей идеи играть 4−3–3), пришлось хорошо потрудиться на своей половине поля. Именно мы стали первым рубежом обороны «Барселоны». И если слева Бегиристайн всё-таки пропустил одну достаточно опасную атаку гостей, то справа, там, где играл я, всё было буквально зацементировано. Несмотря на попытки воспользоваться моим флангом, у гостей это совершенно не получилось.

После того как мы сдержали этот неожиданный стартовый натиск, сжатая пружина «Барселоны» разжалась. Мы буквально вдавили гостей в их штрафную. Оставшиеся семьдесят минут прошли под знаком сплошной доминации. И мой хет-трик, который я сделал исключительно дальними ударами, логично вытекал из хода игры.

Сами голы получились практически близнецами-братьями. Приём мяча на правом фланге. Рывок в центр. Удар с левой. 30-я минута, 1:0. 40-я минута, 2:0. И 56-я. Повторение, мать учения. Снова приём мяча. Снова рывок в центр. Снова удар. 3:0. Шикарная игра и результат.

* * *

Проходит чуть меньше недели, и вот меня аплодисментами встречает Валенсия. Этот город стал для футболиста Сергеева своеобразным вторым домом в Испании. И это на самом деле удивительно.

Вообще сейчас футбольная карта Испании очень сепарирована. Здесь дикостью является то, что кто-то, живя в Валенсии, будет болеть за «Барселону». Житель Виго, не болеющий за «Сельту», это из области фантастики. Принцип «Support your local team», болей за свою местную команду, стоит во главе угла и является абсолютом.

Так что то, что жители Валенсии, которые в подавляющем большинстве фанаты местного клуба, стоя встречают меня аплодисментами, это нечто из ряда вон. Конечно, все понимают, что причины этому далеко не футбольные, что дело в моих гражданских инициативах. Но всё равно чертовски приятно, когда перед просто ядерным по накалу матчем болельщики соперника тебя искренне приветствуют.

Правда, делали они это исключительно перед матчем. А во всё остальное время я был объектом проклятий. Потому что точно так же, как и с «Эльче», мне в этой игре удалось очень многое. С той лишь разницей, что 12 февраля моим главным козырем были дальние удары. А сейчас, 18-го, я напомнил миру и себе, что являюсь одним из лучших дриблёров в современном футболе. Что именно мою технику и мои финты ставят в пример и изучают в футбольных школах.

Дубль, который я сделал, забив на 30-й и 68-й минутах, стал возможен исключительно благодаря сольным проходам. В первом тайме моими жертвами стали два защитника и страж ворот хозяев: после мини-слалома я закатил мяч в пустые ворота. Во втором тайме и вовсе получился один из классических суперэпизодов, в котором перед ударом я обыграл пятерых. Сначала разобрался с парой полузащитников буквально на носовом платке в центре поля, а затем, включив самую последнюю скорость, убежал от ещё троих, показав дриблинг на скорости.

Итогом матча стала победа «Барселоны» 2:1. В самом начале Фернандо открыл счёт, а потом забивал только я.

* * *

Сборная Советского Союза в этом расслабленном феврале проводила длительный сбор в Италии. Ни я, ни Заваров в товарищеских играх с такими грозными командами, как «Беллинцона», «Козенца» и «Вооружённые силы Италии», участия не принимали. Малафеев активно просматривал ближайший резерв.

Я следил за происходящим благодаря тому, что из советского посольства и торгпредств мне регулярно доставляли спортивные газеты. Было ощущение, что этот сбор стал ещё и знакомством первой команды с её новым вторым тренером. Роль Бышовца, триумфатора последней Олимпиады, постоянно подчёркивалась. Зачастую складывалось впечатление, что Малафеев, самый титулованный тренер в истории сборной Советского Союза, двукратный чемпион Европы и чемпион мира, даже в некотором роде стоит в стороне.

Но, может быть, это действительно только казалось. Странно было бы ожидать, что Бышовец, на пике славы и в праймовом для тренера возрасте, вот так вот возьмёт и просто уйдёт в тень. Возможно, это был рабочий, технический момент. И дальше, на чемпионате мира в Италии, Малафеев всё так же будет монархом, единолично правящим на тренерском мостике сборной. А может быть, и нет. Кто знает, до чемпионата мира ещё больше года.

Мы же с Заваровым, оставшись за бортом сборной на время товарищеских игр, были полностью сконцентрированы на клубе.

⅛ финала Кубка Испании неожиданно закончилась вничью. «Расинг» прыгнул выше головы, забил два мяча. На их голы мы ответили своими, имели ещё полдюжины моментов, чтобы выиграть. Но разборки были отложены на 22 февраля, на домашнюю игру.

И если в Сантандере наш соперник выдал лучшую для себя игру сезона, то на «Камп Ноу» произошло обратное. У скромной команды из второго по силе дивизиона испанского футбола мало что получилось. Вышедший в основе Хуан Карлос Унсуэ, можно сказать, мёрз в рамке своих ворот, пока мы старательно закапывали соперника на его половине поля.

Закопали мы его практически сразу. Салинас на 7-й минуте, Роберто на 16-й, Заваров на 23-й и я очередным дальним ударом на 36-й. Уже к перерыву тренерский штаб «Расинга» мог по примеру боксёров выбрасывать полотенце. Но в футболе в любом случае нужно играть девяносто минут. Итоговый счёт 8:0 полностью отражал нашу доминацию. Осечка первого матча осталась незамеченной.

* * *

Победный февраль с единственной звёздочкой рядом с первой встречей с «Расингом» мы закончили сухой победой над «Осасуной» дома. 1:0. Скромно по результату. Но более чем достаточно для того, чтобы уверенно лидировать в турнирной таблице.

Результат скромен только по голам. А если посмотреть глубже в протокол и увидеть, что мы «Осасуне» вообще ничего не дали сделать на своём поле, а у чужих ворот, наоборот, атаковали разнообразно и изобретательно, правда, обстучав каркас ворот, то становилось понятно: это просто статистическая флуктуация. На самом деле «Барселона» наиграла как минимум на три, а то и на четыре мяча сверху. Счёт должен был быть куда крупнее. Но даже 1:0 это победа, это два очка и продолжение уверенного лидерства.

Уже сейчас было понятно, что финал сезона, если говорить именно про чемпионат Испании, это первое апреля, Всемирный день дурака. Именно тогда к нам в гости приедет «Реал». И в случае нашей победы можно будет вручать кубок и вешать на грудь золотые медали. Вряд ли что-то способно помешать нам выиграть.

Но пока на очереди ПСВ. Надо было как следует подготовиться к матчу с чемпионом Голландии. Игра в Эйндховене была назначена на 1 марта, на 19 часов по местному времени.

Глава 23

1 марта 1989 года (среда). 18:30. Эйндховен, Нидерланды. Стадион «Филипс». 25 000 зрителей. Дождь.

Четвертьфинал Кубка европейских чемпионов 1988/89. Первый матч.

Судья: Луджи Аньолин (Италия).

ПСВ: Лодевейкс; Геретс (к), Валькс, Линскенс, Хайнце; Лербю, Ван Арле, Ваненбург; Эллерман; Янссен, Ромарио.

Главный тренер: Гуус Хиддинк.

БАРСЕЛОНА: Субисарета; Алуизио, Алешанко (Серджи Лопес, 46), Хулио Альберто, Серна; Амор, Баккеро, Заваров; Бегиристайн, Сергеев (к), Салинас.

Главный тенер: Йохан Круифф.

«У природы нет плохой погоды, каждая погода благодать». «Матч состоится при любой погоде». Не сахарные, не растаем. Десятки крылатых фраз, поговорок, строчек из песен и любимых фильмов говорят об одном: какой-то там дождь, какой-то там снег не должны помешать настоящему футболу.

В большинстве случаев это так. Если речь не идёт о вселенском катаклизме, когда хляби небесные разверзаются и мир наблюдает ремейк Всемирного потопа, то, конечно, мы, профессиональные футболисты, играем. Но это не значит, что нам это нравится. Не зря же говорят, что самая футбольная погода это лёгкий ветерок, градусов двадцать по Цельсию и солнце, скрытое за облаками.

Первого марта солнце было скрыто. Но не за облаками, а за тучами. Первый весенний день в Голландии выдался дождливым. И не просто дождливым. Утром и днём, когда мы проводили последнюю предыгровую тренировку, шёл лёгкий дождик из тех, что голландцы даже не считают дождём. Они называют это «gedruppel»– ничего серьёзного, зонтик необязателен, просто что-то капает и мокрый асфальт. Но ближе к вечеру небесная канцелярия переключила тумблер, и началось.

К началу матча дождь был уже серьёзным. Но матч состоится при любой погоде, это мы уже выучили. Так что в половине седьмого по местному времени я, морщась от дождя, вывел «Барселону» на поле стадиона «Филипс» в Эйндховене.

* * *

Трибуны к этому моменту были уже заполнены, и команда Гууса Хиддинка рассчитывала на серьёзную поддержку своих болельщиков. Стадион здесь не очень большой, всего двадцать пять тысяч зрителей. Но это как раз тот случай, когда меньше не значит хуже. И геометрия трибун, и общая конструкция арены были такими, что звуковое сопровождение получалось очень впечатляющим.

Конечно, это не звуки заполненного «Камп Ноу», «Сантьяго Бернабеу» или «Сан-Сиро» – стадионов, где очень хорошая акустика. Но «Филипс» ненамного уступал, например, «Лужникам». Казалось бы, стотысячная арена в Москве против двадцати пяти тысяч здесь. Но беговые дорожки, общая открытость – всё это делало «Лужники» намного менее звонким стадионом, если слушать звуки трибун с поля. Так что с точки зрения музыки футбола здесь всё было в порядке.

Газон тоже хорошего качества. ПСВ играет в быстрый футбол, и траву здесь подстригли так, чтобы отскок мяча был быстрым. Плюс дождь делал его ещё более своеобразным. Если агрономы и сотрудники стадиона не оплошали и газон выдержит все девяносто минут, нас ждёт очень хороший футбол.

* * *

И буквально сразу, с первых минут, команды показали и себе, и сопернику, что ничья сегодня, конечно, возможна, но ни «Барселона», ни ПСВ её не хотят.

Уже на третьей минуте Баккеро нашёл пасом перед штрафной Заварова. Саня развернулся, обманным движением обыграл голландского капитана Геретса и хлёстко пробил с разворота. Вратарь ПСВ Лодевейкс отбил, но прямо на ногу набегавшему Бегиристайну. Чики бьёт – мяч попадает в штангу. Ваненбург пытается вынести, но его вынос блокирует Салинас. Удар – Лодевейкс в упор отбивает. Мяч приходит ко мне. Можно бить, но я отдаю Заварову, получаю обратный пас – и вот здесь уже разворот и удар в упор. 1:0.

На третьей минуте сумбурная, но очень эмоциональная атака, где, пожалуй, единственными осмысленными действиями были финт Заварова, благодаря которому он вошёл в штрафную, и мой пас ему же, принесли успех. И вот мы уже ведём.

Правда, недолго.

Янссен с Ромарио, не зря перед матчем много говорилось об этом талантливом бразильце, провели абсолютно сумасшедшую по скорости контратаку. На десятой минуте мы увлеклись атакой и пропустили кинжальный выпад голландцев. Янссен на Ромарио, Ромарио на Янссена, ещё один пас. Бразилец обыгрывает Алешанко и бьёт. Субисарета прыгает, отбивает, но мяч предательски касается его перчаток, попадает в штангу и от неё залетает в ворота. 1:1.

И это только начало.

Проходит три минуты – и снова Субисарета в игре. Ромарио бьёт – наш вратарь выше всяких похвал, переводит мяч на угловой. Эллерман отправился подавать. Подача. Геретс выпрыгивает выше всех. Казалось бы, сто восемьдесят два сантиметра – не самый подходящий рост для того, чтобы играть головой. Но капитан ПСВ показал, что в этом аспекте игры у него всё в порядке. С угла вратарской он сильно и точно бьёт в ближнюю девятку. Субисарета на высоте, он вытаскивает этот мяч.

И ещё один угловой. Голландцы разыгрывают его очень качественно. И Ромарио с одиннадцатиметровой отметки бьёт, кажется, наверняка. Но нынешняя «Барселона» такая, что тотальный футбол для нас не пустой звук. Когда надо – все одиннадцать атакуют, и все одиннадцать защищаются. Вот и сейчас как раз такой момент, когда по-настоящему надо. Удар Ромарио парирует не Субисаррета. Я в прыжке, катясь по мокрому газону левой ногой дотягиваюсь до мяча, когда тот уже на линии ворот. Я мяч остановил, а пришедший помогать обороне Бегиристайн выносит его подальше в поле.

В эти минуты ПСВ придавил нас к воротам. И на самом деле даже хорошо, что мы отделались всего одним голом. Вслед за этой многофазной атакой голландцы провели ещё одну, с ударом Янссена в левую шестёрку – Субисарета выручил. Затем Ромарио имел возможность отличиться. А финалом этой сумасшедшей пятнадцатиминутки в исполнении хозяев стала звонкая перекладина от Ван Арле. Будь ПСВ чуть удачливее, мы бы получили не один, а два, а то и три гола ещё до перерыва.

Но «Барселона» усилиями Субисареты, полевых игроков и с помощью везения, ну или божьей помощи, кому как нравится, выстояла.

А затем, как это часто бывает, маятник качнулся в другую сторону. Я подаю угловой, Алешанко бьёт в упор – Лодевейкс отбивает. Через пять минут перехват в центре поля. Мы с Бегиристайном убегаем вдвоём на одного Геретса. Чики катит мне вдоль ворот. Удар – Лодевейкс снова проявляет чудеса вратарского мастерства.

А под самый занавес первого тайма Салинас мажет с точки. Судья Аньолин из Италии увидел касание мяча рукой игрока ПСВ в собственной штрафной, и Хулио вызвался бить. Удар у него, откровенно говоря, смазался, и я думаю, что причина тому – плохая погода. Салинас не штатный пенальтист «Барселоны», всё-таки я бью чаще, но когда Хулио говорит, что он готов, я обычно уступаю. Как и в этом случае. Мой партнёр по атаке захотел пробить, но смазал попытку.

1:1, и во втором тайме нужно всё начинать заново.

Пятнадцать минут эмоциональных слов от Круиффа, слов которые мне очень не понравились, надо сказать. Смена формы, это само собой, футболка и шорты полностью мокрые, грязные, а на гетры без слёз не взглянешь. И снова в бой.

У нас одно изменение: вместо неуверенно проводящего матч Алешанко Круифф выпускает Серджи Лопеса. Смелое решение, учитывая, что Серджи практически не играл на этой позиции в чемпионате у него к тому моменту и полудюжины матчей не набиралось. Но тренеру виднее.

И замена сработала.

Возможно, ПСВ устал за первый тайм больше, чем мы. Кто знает. Но во второй сорокапятиминутке голландцы были далеко не так убедительны в атаке. И самое главное – мы смогли подобрать ключики к Ромарио. Правда такие что лично мне хотелось эти ключи выбросить

О бразильце Круифф говорил как до матча, так и в перерыве. Он обращал особое внимание на опеку именно девятки ПСВ. Но в первом тайме у Ромарио было достаточно много свободного места. Плюс с ним не играли жёстко. А вот после перерыва было подкручено и то, и другое, и третье.

Свободного места у бразильца на поле стало меньше. Соответственно, времени на принятие решения тоже. И да, мы это сделали. Та самая тактика мелкого фола и не очень честных приёмчиков. Там чуть-чуть придержали, тут чуть-чуть толкнули. Здесь локоточек, через минуту вроде бы случайно наступили на ногу. Арсенал вот этой пограничной футбольной грязи очень большой. И «Барселона», моя команда, пользуется им крайне-крайне редко. Пожалуй, это был первый матч, в котором эта великолепно играющая, великолепно бегающая, великолепно комбинирующая команда, настоящая машина красивого футбола, позволила себе нечто подобное.

И на самом деле это показатель класса. Но не нашего, а Ромарио. Раз уж Круифф, который и сам в своё время настрадался от подобных приёмчиков, дал не то чтобы команду, а такое разрешение на вот этот футбол, – это действительно показатель класса бразильца.

Нравилось ли мне это? Нет, ни в коем случае. И будь моя воля, я бы прямо запрещал подобное и акцентировал внимание на том, что играть нужно чисто. Ни я, ни другие футболисты группы атаки в этом родео на Ромарио не участвовали. Всё взяли на себя защитники, во главе как раз с вышедшим на поле Лопесом. Но результат налицо. В том числе и таким образом мы сбили атакующий порыв ПСВ. В принципе, мы начали это делать ещё до перерыва, но сейчас для голландцев всё закончилось, если говорить о каком-то конструктиве в атаке.

А «Барселона» – наоборот.

Шестидесятая минута, и Заваров выводит нас вперёд. Удар у моего приятеля получился шикарным: с шестнадцати метров, без шансов для вратаря. А под самый занавес встречи я делаю дубль, убегая в контратаку после того, как ПСВ достаточно бездарно распорядился мячом в своей затяжной атаке. К тому моменту Ромарио уже не было на поле – его сменил Гилхаус. Видимо, бразильцу было уже достаточно барселонского коварства. Так что за поражением своей команды он наблюдал со скамейки.

3:1. И при лояльном для нас судействе Аньолина «Барселона» увозит так нужную ей гостевую победу.

Победу от которой мне противно, на самом деле.

* * *

– Тренер, есть минутка?

Йохан отправился к себе. Он после каждой тренировки продолжал работу в кабинете, так как был из той категории футбольных специалистов, для которых работа не заканчивается ни на секунду. Аналитика, отчёты, просмотр документов, отсмотр видео соперников сопровождали его каждый день.

– Проходи, садись. О чём ты хотел со мной поговорить?

– Я знаю, что это не моё дело, тренер. Но я бы хотел поговорить о том, как мы играли в Эйндховене.

– А что ты имеешь в виду? Мы выиграли. Ты был хорош. Шансы на полуфинал у нас прекрасные.

Я несколько минут молчал, как будто собираясь с мыслями. Круифф в это время меня не торопил. С пониманием ждал, пока я начну.

– Тренер, я считаю, что нам нужен другой капитан.

– Вот как, – удивился он. – Это отчего же? Капитанская повязка тебе давит? Или что? Отчего мой лучший игрок говорит о том, что не может быть капитаном моей команды?

– Оттого, что, если честно, мне не нравится, как мы играли против Ромарио. Я далёк от каких-то иллюзий и фантазий. Розовых очков не ношу и никогда не носил. Я знаю, что такое большой футбол. Я знаю, что такое победы, притом победы на самом высоком уровне. Но вы же знаете, да все знают, мою позицию относительно того, как Марадона забил тот самый гол. И сейчас она не изменилась ни на секунду. Это подлость, не имеющая оправданий. То, что мы делали в Эйндховене, – вещи, конечно, совсем другого порядка, чем гол аргентинца. Но запах очень похожий. Так, по моему мнению, не должна играть команда, в которой я капитан. Поэтому я и говорю о том, что не могу носить эту повязку. Я не отказываюсь играть, не протестую, устраивая демарши и требуя чего-то кардинального. Нет. Я просто говорю о том, что не могу быть капитаном подобной команды.

Услышав это, Круифф осёкся. Он явно хотел что-то сказать, притом, зная его нрав, достаточно резкое. Но вместо этого после долгой паузы произнёс одно слово:

– Иди.

И на этом всё. Круифф пообещал не делиться с «Барселоной» содержанием нашего разговора. Свою позицию я обозначил: буду играть, но не буду капитаном.

* * *

Уже к следующему матчу со «Спортингом» в гостях я ожидал, что повязка вернётся к Алешанко. Но за день до матча, когда мы собрались на базе перед тем, как отправиться в Хихон, Круифф на собрании ясно и чётко озвучил состав на завтрашнюю игру, акцентировав на том, что капитан – я.

А после этого вызвал меня к себе, где у нас состоялся достаточно короткий разговор, суть которого была для меня совершенно неожиданной.

Великий, безо всяких кавычек, игрок, а в будущем такой же великий тренер, можно сказать, творец той «Барселоны», которую все знали в девяностых, двухтысячных и далее, – извинился. Сказал, что разговор заставил его много думать, и он признал свою неправоту. «Барселона» не должна играть так, как мы играли те двадцать минут с сорок пятой по шестьдесят пятую против Ромарио. И я должен продолжать быть капитаном.

* * *

Наша жизнь, и футбол как одно из её отражений, состоит из мелочей. Тех самых незаметных штук, которые не видны стороннему наблюдателю, но которые зачастую могут иметь такой эффект, что, как говорится, закачаешься.

Эффект бабочки это не только красивый эфемизм, обозначающий художественный приём в фантастике. Вся наша жизнь состоит из таких эффектов. Хотя разговор с Круиффом перед выездом в Хихон – это, конечно, никакая не мелочь. Это очень серьёзная вещь, которая меня буквально окрылила.

С тяжёлым сердцем я шёл разговаривать с Круиффом в первый раз. Сильно переживал всё время до второго разговора. И когда Йохан принял своё решение, у меня как будто груз с плеч упал. Камень с души свалился. И, как оказалось, камень этот был настолько тяжёлым, что когда его не стало, я буквально летал.

Бедный «Спортинг», который попался мне под горячую руку. Хихонцы получили от меня покер: два в первом тайме, два во втором, плюс ещё и две голевые передачи Заварову и Салинасу. Если прибавить к этому гол Бегиристайна в самом начале, получится очень болезненный разгром. 7:1. В середине второго тайма Субисарета пустил бабочку в свои ворота – единственное пятно на этом празднике.