Текст книги "Жена оборотня (СИ)"
Автор книги: Арина Стен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)
Глава 4
Александр
– Что я должна вам сказать? – упрямо вскинула подбородок красотка. – Я даже не знаю, кто вы такой.
– Ты прекрасно знаешь, кто я, – проговорил медленно, проходя внутрь и взглядом давая понять Доктору и Диме, чтобы уходили. С первым я поговорю позднее, узнаю побольше о состоянии своей нареченной, а от второго меня уже начинает тошнить, слишком много его было для одного дня. А еще мне не хотелось, чтобы он видел мою пару такой беззащитной, не способной за себя постоять. А в том, что она могла это сделать, будь полна сил, я не сомневался.
Я чувствовал ее внутреннюю силу. Ее и ее волчицы. Еще этот воинственный взгляд, подаренный мне, словно я забрал ее любимую игрушку, которую она собиралась у меня с боем отвоевывать.
Подтянув стул, сел у самой кровати. Хотелось взять девушку за руку, как-то приласкать, поделиться своей силой, но не стал этого делать. И не только потому, что пока не имел на это право (и не был уверен, что мне надо это самое право заслужить), но еще и потому, что знал – она этого не одобрит. Несмотря на то, что нас теперь связывало.
– Между прочим, вы помешали моему разговору с доктором, – заявила упрямая волчица, – хоть я и не знаю его имени, потому что он так и не представился.
– Это Владлен Аристархович, – подсказал услужливо, улыбаясь против воли. Она была такая забавная – недовольно хмурила бровки и в то же время кусала губу от неуверенности, не понимания, как себя со мной вести. Что ж, моя девочка, тут мы с тобой в одной лодке. – наш врач, – дополнил.
– Об этом я догадалась, – бросила девушка. – А вы…? – замолчала, видимо, предполагалось, что на этом моменте я должен был представиться.
– Александр, Альфа и твоя пара, – не стал ее разочаровывать. Собирался еще отвесить шутливый поклон, но передумал. – А ты…? – если играть в эту игру, то вдвоем.
– Юля, – представилась малышка, пытаясь осторожно принять сидячее положение. Сморщилась, почувствовав боль в боку, но, в конце концов, села.
Видеть ее дискомфорт было физически больно. Даже сейчас, когда мы были связаны лишь условно. Но сделать я ничего не мог. Почему-то ее рана плохо заживала, словно была нанесена альфой, но кроме меня и Владимира в том лесу альф не было. Не мог же он это сделать? Или мог? И если да, то как с ним связана моя очаровашка?
Юля
Его сила подавляла. Точнее, могла бы подавлять, если бы была направлена на меня. Но он этого не делал. Лишь сидел и смотрел на меня, изучая. Я же изучала его в ответ. Старалась до мелочей запомнить лицо того, кто предназначен мне судьбой.
Альфа… Бог мой! В голове не укладывалось. Я, девчонка без рода и племени, та, которую за всю ее жизнь так и не приняли ни в одну стаю, оказалась Луной. Причем, судя по сидевшему у моей кровати Александру, Луной не простого Альфы. По меньшей мере одного из самых сильных, встреченных мною.
Мне безумно хотелось узнать о нем все. Какой он в обычной жизни, всегда ли он такой хмурый и неулыбчивый, как он относится к своей стае, как ведет дела. И почему у меня такое ощущение, что он будет изо всех сил бороться с нашей привязкой?
Найти свою пару считалось среди оборотней за счастье. Те, кто прожив всю жизнь, так и не смогли ей обзавестись, страдали. Хотя были и те, кто даже найдя пару, не обретал заслуженное счастье. Но лично моим мнением было, что это означало лишь то, что они этой пары были недостойны, и дана она им была в наказание – показать, как могло бы быть, веди они себя подобающим образом. И мне очень не хотелось, чтобы я оказалась во второй категории, с недостойными. Я и так считала, что этот Альфа не для меня, но хотелось бы попробовать построить с ним отношения. Вот только он, похоже, противоположного мнения.
Я чувствовала нетерпение его волка, ощущала радость своей волчицы. Если бы мы в данный момент находились в своих вторых ипостасях, уверена, через некоторое время, стая праздновала бы рождение наследников.
Попытавшись усмирить волчицу, продолжила молча смотреть на Александра.
– Ты знаешь, кто напал на тебя?
Ожидаемый вопрос. И на него должен быть ожидаемый ответ.
– Да, – коротко и по существу. Что дальше?
Альфа хмыкнул и чуть склонился вперед, ловя мой взгляд, который я старательно пыталась от него спрятать. Мне не хотелось признаваться в том, что случилось, но я прекрасно понимала, что Владлен Аристархович расскажет ему все при первой же возможности, и лучше будет, если Александр будет к этому готов.
– Альфа другой стаи, покинувшей территорию вашей в ту ночь, – все-таки решила не уточнять, что какое-то время жила с ними. Надеюсь, что он не станет интересоваться этим моментом.
Саша нахмурился и кивнул каким-то своим мыслям.
– Владимир, – голос прозвучал словно рычание. Видимо, у них не самые лучшие отношения, но об этом было не сложно догадаться. Не просто так же они гнали нас несколько суток подряд. – Почему?
– Ему не понравилось мое решение.
Вновь кивок. Подождала несколько минут, но новых вопросов не последовало. Александр о чем-то задумался. Хотелось бы залезть ему в голову и выведать все потаенные мысли. В принципе, это было вполне возможно, но только в том случае, если он меня примет.
Услышав мой тоскливый вздох, шикарный оборотень, сидящий у моей постели, сфокусировал на мне взгляд. По его глазам невозможно было понять что-либо. И это удручало.
– Пока рана не заживет, будешь находиться здесь под присмотром Доктора.
– А потом?
– До этого еще надо дожить.
Он сознательно обходил стороной тему нашей привязки, я это понимала. Ни мне, ни моей волчице это не нравилось. Что за ерунда? Он же должен понимать, что привязка у Альфы и Луны происходит гораздо быстрее, чем у остальных оборотней.
Александр поднялся со стула и быстрым шагом направился к выходу из комнаты. Э, нет, дорогой мой, так просто ты от меня не отделаешься!
– И это все? Никаких предложений по поводу того, что нам делать дальше с привязкой? Никаких мыслей? Еще скажите, что я больше вас не увижу.
Остановился и резко развернулся, обжигая взглядом. В нем полыхали огонь и множество эмоций – злость, желание… и страх… Чего он боится?
– Мне кажется, что мы достаточно близки, чтобы обращаться друг к другу на «ты», – отчитал меня, резко, словно я провинившийся ребенок. Но ведь ничего странного в моих вопросах не было, обычное любопытство. Да и имела я право знать, что теперь будет с моей жизнью, переставшей мне принадлежать.
Для волчицы, все существование которой сводилось к выживанию в одиночестве, эта мысль была довольно пугающей. Я, наоборот, всегда стремилась к самостоятельности. Старалась ни от кого не зависеть. И вот теперь, мало того, что лежу прикованная к постели, без возможности хотя бы встать и пройтись по комнате, так еще и не хочу никуда уходить от этого волка. Волка, который, судя по его виду, наоборот, хотел от меня сбежать.
– И что касается нашей привязки… – Александр немного помолчал, подбирая слова, – мы придумаем, что с ней можно сделать, когда ты поправишься.
– Я не хочу ничего с ней делать, – воскликнула, не в силах сдержаться. Меня накрыла такая необъяснимая паника, что на мгновение я даже растерялась.
Альфа зло прищурился и прошипел:
– Если ты считаешь, что сможешь как-то привязать меня к себе, то глубоко ошибаешься.
С этими словами он круто развернулся и прямо-таки вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью. От хлопка я подпрыгнула на кровати, одновременно морщась от боли и оглядываясь в поисках гончих Ада, от которых бежал бесстрашный волк.
Я искренне не понимала смысла сказанного. Зачем мне его к себе как-то привязывать? Мы и так связаны на всю жизнь. Я просто хотела его любить. И чтобы он любил меня. Ведь только в этом случае привязка могла стать счастливой, а счастье мне нужно было больше всего на свете. И еще семья.
Тяжело вздохнув, опустилась на подушки, вновь поморщившись. Мысленно выругалась, боль была адской. Что такого было в слюне этого оборотня, что даже силы волка не хватало, чтобы вылечиться?
С тоской посмотрела на столик, до которого не могла дотянуться. А ведь там точно должно было быть что-то, что могло снять боль. Оставалось надеяться, что добрый дедушка доктор не оставит меня надолго одну и, узнав, что Альфа покинул палату, вернется к своей подопечной.
Мысли сразу же вернулись к моей паре. В глазах защипало. Накатила такая тоска, что хотелось выть. Но я не стала рушить покой обитателей дома (а я знала, что как минимум двое из них, помимо Альфы и Доктора, находились на первом этаже), закусила губу, подавляя рыдания. Не получилось, а вот всхлип был громким и совершенно не девичьим. Словно вой голодной гиены.
Осторожно повернувшись на бок, стараясь не тревожить рану, прикрыла глаза, прекратив бороться с льющимися слезами.
Когда я была маленькой, тайком наблюдала за одной соседской парой оборотней. Они были такими счастливыми – постоянно смеялись, вместе что-то делали, подшучивали друг над другом. Ссорились иногда, но настолько редко, что мне казалось – это было ради забавы, для подогревания чувств.
И глядя на них, я поклялась себе, что однажды тоже найду свою пару. И мы станем самыми счастливыми оборотнями на свете. С кучей детишек. Кто ж знал, что мне в пары достанется такой сухарь? Вновь всхлипнула, чувствуя, как в душе расползается разочарование и какая-то тупая боль. И безумная обида – на магию, на луну, на Сашу, даже на себя саму.
Хотелось догнать Александра и заставить полюбить меня. Или прибить. Оба варианта в данный момент времени выглядели очень заманчивыми.
Глава 5
Юля
В какой-то момент мне показалось, что дверь в комнату открылась, но решив, что это все-таки вернулся Владлен Аристархович, не стала оборачиваться. Боль душевная пыталась победить боль физическую, и последней я была только рада. Она хоть как-то отвлекала от удручающих мыслей.
Почувствовать мягкое прикосновение к волосам и последовавшее за ним поглаживание, ожидала меньше всего на свете. Вздрогнув, повернула голову и увидела рядом с кроватью молодую женщину, смотревшую на меня с грустной улыбкой и сочувствием в глазах.
– Не плачь, Саша сам не знает, что говорит. Долгое время он всем и каждому заявлял, что ему не нужна пара, а тут такая подножка судьбы. Ему нужно время, чтобы свыкнуться с чувствами.
– Сильно сомневаюсь, что он собирается с ними свыкаться, – отвернулась, не хотелось с кем-то разговаривать. Даже с сочувствующими незнакомками, хоть она и знала моего волка.
Волчица встрепенулась было от мысли, что какая-то девушка так близка к ее паре, но быстро успокоилась, почувствовав, что та уже занята. Наверное, именно ее голос доносился до меня с этажа ниже.
– Я – Алиса, жена Дмитрия, – представилась девушка, судя по звуку, присаживаясь на стул. – Слышала, что он сказал. И уже вставила свои пять копеек в попытки направить нашего Альфу на путь истинный. Теперь им занимаются мой муж и свекровь. Очень удивлюсь, если он не прибежит к вечеру, поджав хвост, вымаливать прощение.
Улыбнулась сквозь слезы, представив подобное зрелище, и осторожно повернулась на спину (надо бы поменьше вертеться, а то рана так никогда не заживет). Девушка держала в руках небольшой пузырек, который протянула мне. Приняв его с благодарной улыбкой, тут же выпила. Боль утихла, и я вздохнула с облегчением. Как хорошо…
Моя утешительница была довольно миловидной, чуть пухленькой, но это ее ни сколько не портило. А еще от нее пахло молоком.
– Моему сыну месяц, – улыбнулась она, заметив, как я принюхиваюсь. – Дима не спускает его с рук, когда находится дома, – поделилась девушка, чуть нахмурившись. – Но на самом деле, я только рада. Когда ходила беременной, не знала, чего можно ожидать. Боялась, что он будет сторониться и меня, и ребенка. Глупо, понимаю, оборотни так себя не ведут. Но я – человек, и мои страхи порой оказываются сильнее меня. У вас также, – заметила она, прищурившись, – конечно, волкам проще бороться с ними, но частенько бывает, когда даже самые сильные из вас не могут ничего с ними поделать. Дима, например, целый год меня сторонился из-за детской травмы, прежде, чем признал, что не может без меня жить.
Болтовня Алисы одновременно и успокаивала, и тревожила. Не хотелось бы, чтобы Саша бегал от меня на протяжении года. Это было бы слишком тяжело.
– И какая же травма у Александра? – попыталась вычленить главное в потоке информации.
Девушка сразу замолчала. Сдвинув брови, отвела взгляд. Смотря в одну точку, закусила губу, видимо, размышляя, что именно мне можно рассказать. Хотелось схватить ее за плечи и вытрясти всю нужную мне информацию, но, во-первых, я бы никогда так не сделала по отношению к кормящей матери, а, во-вторых, она начинала мне нравится. И поскольку Дмитрий являлся бетой стаи, ее поддержка мне могла пригодиться – и со стаей, и с Александром.
Не дала ей ответить открывшаяся дверь. В комнату зашел Доктор, посмотрев на нас, покачал головой.
– Алиса, родная, твоей гостье надо поспать, так она быстрее вылечится. Поговорите потом.
Девушка кивнула и встала, пропуская ко мне Айболита.
– Зайду позже, – улыбнулась мне и ушла.
Доктор же налил мне какую-то дурно пахнущую настойку, заставив выпить ее залпом. Веки начали слипаться мгновенно. Да, сон мне сейчас не помешает.
Александр
Вылетев из комнаты, в которой расположили Юлю, тут же напоролся на недовольную Алису. Та стояла напротив двери, уперев руки в боки, и буквально испепеляла меня гневным взглядом.
– Упрямый баран, – бросила жена моего беты, – очень надеюсь, что когда она придет в себя, то заставит пожалеть о каждом сказанном тобой слове.
Ничего не ответив на этот выпад, сбежал по лестнице в гостиную. Там уже сидели Софья Алексеевна и Дима. Оба смотрели на меня практически также, как и Алиса.
– Ну, что? – рыкнул, мгновенно взбесившись.
Какое право они имеют меня осуждать? Они прекрасно знают, чем может закончиться неудачная привязка. И что такого ужасного в том, что я пытаюсь быть осторожным?
– Ты не осторожничаешь, ты разрушаешь возможное счастье своими же руками, – покачала головой Софья Алексеевна, недовольно поджав губы.
– Ваш сын год ходил вокруг своей пары, не решаясь признаться ей в чувствах, – парировал, направляясь к выходу из дома, мне срочно нужен был свежий воздух. – А когда, наконец, решился, то не дал ей толком времени подумать – сразу потащил под венец.
– Если женщине дать через чур много времени, она может додуматься до исхода, который тебя может не устроить, – философски заметил мой бета, покачивая на руках сына.
Засмотревшись на ребенка, пропустил тот момент, когда ко мне подошла Софья Алексеевна.
– Саш, хоть мой сын и сказал совершеннейшую глупость, – мягко улыбнулась она, – но и в его словах есть доля правды. Ваши чувства только начинают зарождаться, и именно сейчас ты либо можешь сделать из них что-то хорошее, либо разрушить все на корню. И если ты будешь долго тянуть, может оказаться слишком поздно.
Слушать очередные нравоучения я был не готов. Поэтому, сняв руку женщины с предплечья, покинул дом. Надо пробежаться, проветрить голову. Может, время наедине с волком поможет мне примириться со сложившейся ситуацией, а также принять верное решение.
Глава 6
Юля
Проснулась я со свежей головой глубоко ночью, полная сил, хоть бок еще болел, а также решимости выйти, наконец, из комнаты. Я никогда так долго не находилась в неподвижности. Надо было размять ноги. И лапы, подсказала мне волчица. Да, и лапы.
Как можно тише постаралась спуститься на первый этаж, помня, что в доме спит оборотень, способный проснуться от малейшего шума. Проблема была в том, что я не имела ни малейшего понятия, куда мне идти, чтобы пробраться на кухню. Открыв пару дверей, ведущих то в гостиную, то в кладовку, то в туалет, уже почти отчаялась, когда на четвертый раз мне улыбнулась удача.
Кухня в доме беты была достаточно просторная, чтобы вместить целую стаю волков – огромный кухонный стол, большое пространство для готовки и холодильник, в котором, я уверена, можно было заморозить целого кабана.
Его я там не нашла, но зато обнаружила полную кастрюлю солянки. От божественного запаха у меня тут же потекли слюнки. До этого момента я даже не осознавала, насколько была голодной. Разогрела, стараясь сильно не греметь посудой.
– Ты, конечно, пытаешься вести себя бесшумно, но получается это у тебя очень плохо.
Когда в тишине кухни раздался голос Дмитрия, я подпрыгнула, чуть не расплескав половину тарелки. Круто развернувшись, недовольно на него посмотрела. Мужчина ухмыльнулся и поднял руки, извиняясь.
– Прости, не хотел тебя пугать. Думал, ты меня слышала.
– Шум в ушах от голода перекрывал все посторонние звуки, – проворчала, ставя еду на стол и ища в ящиках ложку.
Дима тихо рассмеялся и достал искомую вещь из ближайшего к раковине ящика. Протянул мне с довольным видом, словно оказывал неоценимую помощь. Вырвав ее у него из рук, фыркнула, но пробормотала какие-то слова благодарности. Все-таки, крохи воспитания у меня были.
– Почему не спишь? – спросил бета, присаживаясь напротив.
– А ты? – парировала, наслаждаясь вкуснейшей едой. Боже, давно не испытывала такого удовольствия от простого супа.
– Услышал, как ты вышла из комнаты, решил проверить, как ты.
– Или испугался, что я сбегу?
– И это тоже, – согласился Дмитрий, ничуть не выглядя виноватым.
– С какой радости мне сбегать? Там меня ничего не ждет, а тут обо мне заботятся – лечат, вкусно кормят. Да и, как оказалось, здесь моя пара.
– Пара, которая не прыгает от радости, найдя тебя, – парировал Дима, внимательно меня разглядывая.
Неопределенно пожала плечами, не став комментировать. А что тут можно сказать? Да, Александр вел себя странно, не так, как должен был в моем понимании, но это не значило, что между нами ничего не может быть. Вдруг, это был всего лишь шок, и со временем он примет нашу связь.
Какое-то время сидели молча, только стук ложки о тарелку нарушал тишину. Но она не бал тягостной – я наслаждалась едой, Дима сидел, о чем-то задумавшись.
– Тебе нужно кое-что знать о Саше, – наконец, сказал он.
– Нет, – покачала головой, прерывая бету, тот удивленно на меня посмотрел, но замолчал. – Я, конечно, хочу знать, что творится у него в голове, но от него самого.
– Понимаю, – кивнул Дима, – но я хорошо знаю своего Альфу, есть огромная вероятность, что он ничего тебе не расскажет и разрушит то единственное хорошее, что может с ним произойти.
– Это будет его решение, – заметила, отставляя пустую тарелку.
– И ты с ним смиришься? – выгнул бровь Дима, подарив мне красноречивый взгляд. Все в нем кричало «неповерю, если скажешь да!». Станиславский, блин.
– Нет, – вздохнула, признавая его правоту, – не смогу.
– И своей настойчивостью только оттолкнешь его. Поверь, я знаю, о чем говорю.
– Насколько я знаю, ты сам не сразу принял вашу с Алисой привязку.
– Да, – легко согласился оборотень, – и сейчас могу признать, что был полным глупцом. Но мне было проще это делать, потому что Алиса – не волчица, и я – не альфа. Привязка, конечно, заставляла меня сходить с ума, но не так сильно, как это будет у вас с Сашей.
– И что ты предлагаешь? – склонила голову, готовясь выслушать Дмитрия. Он был прав, если я хочу, чтобы из нашей с Александром привязки получилось что-то путное, мне надо знать, как себя вести. Или, как минимум, понимать, почему он обвинил меня в том, что я хочу его привязать к себе и как-то им воспользоваться, совершенно меня не зная.
– Выслушай меня, – наклонился ко мне мужчина. – Я ничуть не пытаюсь оправдать сейчас поведение Саши, его выпад в твою сторону был совершенно неуместен и не оправдан, но ты должна понимать, у него было непростое детство. Перед его глазами не было нормального примера. И Саша вбил себе в голову, что Альфа не может быть счастлив со своей Луной. Точнее, что она не сможет быть с ним счастлива.
– Не понимаю, – нахмурилась, приготовившись внимательно слушать.
В следующие полчаса Дима в подробностях рассказал все, что помнил сам, и что ему рассказывали родители про предыдущего альфу – отца Александра, и его жену. Мне было безумно жаль маленького мальчика, так рано потерявшего мать и никогда не знавшего отца (адекватного отца, а не сумасшедшего, одержимого безуспешным продолжением рода). Не могу сказать, что я окончательно поняла мотивы такого враждебного поведения Александра, но что-то в моей голове стало укладываться.
– Не представляю, как можно пробиться сквозь такой блок, – грустно вздохнула, посмотрев в окно – начался дождь, крупные капли стекали по стеклу, образуя маленькие ручейки.
Когда была маленькой, я любила подобную погоду, она никогда не навевала на меня грусть, наоборот, мне хотелось, чтобы она никогда не заканчивалась. Нет, солнце я тоже любила, но что-то в дождливой погоде было особенное. Наверное, дело было в том, что во время дождя мы с отцом никогда не перемещались с места на место. Находили какое-нибудь убежище, и он развлекал меня историями из своего детства, а также рассказывал, как он встретил мою мать – волчицу из соседней стаи, с первого же взгляда покорившую его сердце. И дело было не только в привязке, как он утверждал, даже без нее, он бы влюбился в маму и прожил с ней всю свою жизнь. К сожалению, им это не удалось.
– Юль, – выдернул меня из грустных воспоминаний Дима, – единственное, что тебе надо делать – это быть терпеливой. Остальное природа сделает за вас.
Покачала головой, не веря в последнее. К сожалению, я прекрасно знала, что привязка не обязательно означает «жили они долго и счастливо». И если я что-то не предприму, то буду несчастна всю оставшуюся жизнь. Либо Александр так и не сможет принять нашу связь, постепенно сходя с ума и разрушая стаю, либо сделает это из чувства долга, и кроме взаимного уважения между нами не будет ничего. Такой вариант развития событий меня тоже не устраивал.
Внезапно, Дима встрепенулся, прислушиваясь к чему-то. Секунду спустя и я услышала тяжелые шаги, дверь в дом распахнулась, ударившись ручкой о стену, отчего наверху заплакал малыш. Оборотень выругался и стремительным шагом направился в прихожую.
– Саша, блять, ты прекрасно знаешь, что у меня дома спит маленький ребенок с очень чутким слухом, можно вести себя тише?
Когда я вышла вслед за ним, он отчитывал Альфу, совершенно забыв про субординацию, и не стесняясь в выражениях.
Александр стоял в дверях, шумно дышал, словно только что пробежал огромную дистанцию, и каким-то шальным взглядом смотрел на Диму. При этом у меня было ощущение, что он совершенно не понимал, кто стоит перед ним.
А вот, когда его взгляд остановился на мне, Альфа выдохнул с необъяснимым для меня облегчением, прислонился к косяку и прикрыл глаза.
– Здесь, – одними губами сказал он.
– Где ж мне еще быть? – удивилась, краем сознания замечая, что маленький перестал плакать, Димы уже давно не было рядом, а по лестнице спускалась недовольная Алиса.
– Керамов, я тебя, конечно, люблю и уважаю, но, если ты еще раз ворвешься в мой дом, разбудив моего сына, я оторву твои яйца и приготовлю их тебе на ужин.
Девушка зевнула и прошла мимо нас на кухню. Я же хмыкнула, увидев, как содрогнулся Альфа от угрозы хрупкой женщины. Не уверена, что у нее получится воплотить слова в жизнь. Только, если ей не будет помогать Дима. А он, скорее всего, будет. Если дело касается пары или потомства, волки могут забывать обо всем, кроме инстинктивного желания защитить и наказать обидчика, даже о том, что должны подчиняться альфе и его приказам.
– Что случилось? – решила спросить волка, молча смотревшего на меня и не говорившего ни слова.
– Мне показалось… – Александр тряхнул головой, отказываясь продолжать свою мысль и вошел в дом, аккуратно закрыв за собой дверь.
– Что тебе показалось? – я была упрямая и собиралась вытащить из него все, что смогу.
– Ничего, – буркнул мужчина, проходя мимо и оставляя после себя мокрые следы. С него вообще текло в три ручья, и если бы я не знала, что волки не способны подхватить простуду, то давно бы заставила его залезть в горячий душ и переодеться в сухую одежду, несмотря на то, что он был явно сильнее меня.
Образ Саши, стоящего под горячими струями, тут же возник у меня в голове. Волчица удовлетворенно заворчала, ей тоже очень нравилась картинка – мощное скульптурное тело, по которому стекают струйки воды, упругая задница, в которую так и хочется вцепиться зубами… Странное желание, да, но я списала это на неудовлетворенность, мучившую меня с того момента, как я осознала, что у меня теперь есть пара, да еще и такой прекрасный экземпляр.
– Если вы планируете ругаться, – строго сказала Алиса, увидев, как я захожу вслед за недовольным Альфой на кухню, – делайте это вне зоны слышимости моего сына.
– Мы не будем ругаться, угомонись, – сморщился Александр, наливая себе стакан воды и выпивая несколькими жадными глотками.
Девушка фыркнула, подарила мне сочувствующий взгляд и молча удалилась.
– Если бы он не был Альфой… – услышала я ее ворчание, когда она уже поднималась по лестнице на второй этаж.
Мужчина хмыкнул и вновь на меня посмотрел.
– Что? – рыкнул, подарив мне недовольный взгляд.
– Ничего, – пожала плечами, скрестив руки на груди. От движения бок опалило резкой болью, видимо, эффект от снадобья начал выветриваться.
Заметив, как я поморщилась, Александр в мгновение ока оказался возле меня и на удивление нежно взял за плечи, так внимательно вглядываясь в глаза, словно искал в них ответы на все мучавшие его вопросы.
– Тебе надо прилечь, – мягко сказал он, аккуратно разворачивая меня и подталкивая в сторону лестницы.
Я была настолько ошеломлена такой резкой сменой настроения мужчины, что даже не стала сопротивляться. Меня проводили до спальни, проследили за тем, чтобы я выпила лекарство и легла в постель, а затем молча вышли из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.
Что творится в голове у этого мужчины, я совершенно не представляла, но определенно хотела это понять. Не знала только, как себя с ним вести.
Решив, что подумаю об этом завтра, как знаменитая Скарлетт О’Хара, забылась беспокойным сном, в котором на меня снова нападал Владимир, только на этот раз, он не сбежал, а довел дело до конца.
