Текст книги "Разные цвета любви (СИ)"
Автор книги: Анжелика Фарманова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
Глава 11
Граф был в ярости. Только что от него вышел ювелир.
– Определенно точно могу сказать это просто имитация бриллиантов. Обыкновенное стекло. Очень хорошая качественная работа мастера.
– Посмотрите еще раз. Может вы ошиблись?
– Вы меня обижаете молодой человек. Я никогда не ошибаюсь. Это моя репутация!
На столе лежало ярко красное покрывало невесты, то что он забрал из паланкина. Проклятый князь Аман Баи обвел их вокруг пальца! А он-то, дурак, попался как щенок на вкусно пахнущую кость. Идиот! Провал, полный провал всей так тщательно готовящейся операции! Нет, даже не провал, а полная катастрофа! Двадцать человек из свадебной процессии, семь человек имперцев и за что? За горсть фальшивых бриллиантов? Как теперь объяснять, за что он положил стольких людей? Да еще эта девка. Племянница князя, жена сына какого-то князя армерийского. Международный скандал, который может перерасти в войну между государствами. О последствиях для себя лично и Гельмута думать даже страшно. В лучшем случае, отставка и пожизненная ссылка в какое-нибудь дальнее имение подальше от столицы. В худшем, полная конфискация имущества и расстрел как предателя родины. Граф застонал, обхватил голову руками. Бессильный гнев, вот что он ощущал сейчас. Хотелось выместить на ком-нибудь свою ярость и раздражение. Вспомнилось, как отчитывал его генерал сегодня утром.
– Вы что наделали! – Кричал покрасневший от злости генерал Ришар. – Это конец всему! Это война! Да я вас под суд отдам сержант!
– Не имеете права. Я подчиняюсь непосредственно императору. Только он может меня судить.
– Сегодня же, немедленно я пошлю сообщение Его Императорскому Высочеству о ваших подвигах. Пусть разбирается с вами сам. А меня прошу не впутывать в ваши дела. Мне еще моя голова дорога.
В комнату без стука вошел Гельмут. Принес ужин и бутылку вина. Аккуратно расставил все на столе и пригласил Грея к столу.
– Не хочу. Аппетита нет.
– Тебе надо поесть. Позади трудный день, а впереди беспокойная ночь. Нужны силы.
– И вот как тебе это удается Гельмут? – Поворачиваясь к другу, спросил Грей.
– Что?
– Оставаться спокойным в такой напряженный момент.
– А что собственно такого страшного случилось? – Гельмут разлил вино по бокалам, сел в кресло, закинув ногу на ногу.
– Хорошее вино. – Отпив из бокала, произнес он.
– У тебя, похоже появилась идея как выпутаться из этого дерьма?
– С момента как мы уничтожили контрабандистов, прошло чуть более суток. Так?
– Так.
– И какая реакция? НИ-КА-КОЙ.
– Что ты хочешь этим сказать Гельмут. Не тяни жилы и так тошно.
– Я хочу сказать, что за сутки от момента происшествия не произошло ровным счетом ничего. Где обеспокоенный за любимую племянницу Аман Баи? А ведь ему уже наверняка давно донесли о случае на границе. Где родственники с той стороны? Никого нет. И я думаю, не будет. Тела лежат в морге и никто не торопиться их опознать. Скорее всего, никакого армерийского князя нет.
– Фальшивый князь?
– Точно. К тому же мы выполняли свой долг. И никто не виноват, что внезапно эти люди оказали вооруженное сопротивление. Вон тебе даже от невесты палкой по голове прилетело. Простые люди на пограничников нападать не будут. Нападение на имперского воина или полицейского до десяти лет рудников.
– И у нас есть вдова. Можем ее допросить. Наверняка она может что-то знать.
– Скорее всего девушку использовали в слепую. – Предположил Гельмут.
– Даже если так, она же не слепая и не глухая. Могла что-то видеть или слышать, чему не придала значения. Но скорее всего она в курсе дел своего дяди. За покрывалом в лавку приходила именно она.
Граф принялся поглощать принесенный Гельмутом ужин.
– Куда поместили девчонку?
– В подвал. В комнате, возле допросной. Вначале бросили в общую камеру, но она так выла, пришлось перевести в одиночку. Сокамерницы чуть ее не побили. Да и золота на ней не один килограмм навешан. Обокрадут, а нам потом доказывай, что не мы к этому руку приложили.
– Украшения с нее надо снять по описи, закрыть в сейф.
– Уже сделал.
– Молодец. Пойдем, проведаем нашу птичку. Пора нам с ней познакомиться поближе.
Мужчины вышли из офицерского дома, прошли квартал до управления и спустились в подвал. Охранник, узнав Грея, вытянулся по струнке.
– Проводи до камеры, где сидит невеста. – Приказал граф.
Мужчина, гремя связкой ключей, повел их по полутемным коридорам. Остановившись возле одной из дверей, ключом открыл массивную железную дверь.
О том, что случилось на границе, Аман Баи знал уже через час после происшествия. Первым порывом было броситься вызволять из полицейского управления свою племянницу. Но немного подумав, он успокоился и передумал. Откуда он честный человек, который только что отыгравший грандиозную свадьбу, может знать об этом сражении? Официального оповещения об аресте племянницы ведь не было? Не было. Значит, он пребывает в счастливом неведении о судьбе Рании. Выдал замуж и все. Теперь за нее муж отвечает. И вообще девушка стала очень опасной для него. В его дела она естественно не посвящена, но и фактор случайности исключить нельзя. Она могла видеть то, чего видеть ей не полагалось и слышать то, что слышать не должна. Имперские сыщики мастера вытягивать из людей информацию. Найдут на первый взгляд ничего не значащую ниточку, потянут и клубочек размотается. Девчонка опасна. Ее нельзя оставлять в живых. Жаль, конечно, он относился к ней как к родной дочери, но в его делах излишние эмоции и привязанности вредны. Единственный человек, которого Аман любил по настоящему, была мать Рании, Зулиха. Девочка пошла вся в матушку, такая же красавица. Только выбрала она не его, а брата. За это им пришлось расплатиться. Сиротку он пригрел у себя в доме, заслужив дополнительные очки к уважению в обществе. Но даже спустя столько лет ненависть к брату не угасла. Каждый раз, видя девчушку, Аман снова переживал унижение от отказа. Поэтому и уготовил участь для Рании не менее печальную, продав ее работорговцу Садиху Кауру. Тот прислал за товаром своего сына Малика. Парню Рания приглянулась и он сомневался, что она целой доедет до покупателя. Слишком уж глаза горели у Малика. За эту услугу Салих согласился переправить и партию бриллиантов через границу. Только все пошло не так с самого начала. Пропавший бриллиант с покрывала его насторожил. Решил перестраховаться и покрывало срочно пришлось забрать, поменяв на точно такое же, но с обычными стекляшками. Интуиция не подвела, на границе свадебную процессию уже ждали. И чего эти придурки полезли в бой? Идиоты. Зато теперь ему придется расхлебывать последствия.
– Ашот! – Позвал Аман своего верного слугу.
Тот появился незамедлительно.
– Вот, что Ашот. Найди мне человечка, который по тихому уберет мою племянницу в тюрьме. Она не должна выйти оттуда живой. Потом представим все так, будто имперцы специально издевались над бедной девочкой и она умерла, не выдержав пыток. Все понял? Иди.
Глава 12
В камере было темно, сыро и холодно. Тусклый свет едва пробивался через небольшое, грязное окошко под потолком. Грязные, серые стены, деревянный топчан и ведро в углу для справления нужды. Затхлый, вонючий воздух. Железная дверь с окошком для подачи пищи. Вот и всё что могла видеть девушка. Она забралась с ногами на топчан, сидела обняв колени руками. Рания постоянно плакала. Чувство тоски и невосполнимой потери сжимало сердце. Она была счастлива всего лишь один краткий миг. Чем она провинилась перед богами, раз он не дают ей счастья? В начале убили её родителей, теперь убили мужа. Неужели она обречена всю жизнь терять близких людей? Неужели ей суждено страдать всю жизнь? Рании казалось, что жизнь её закончилась и ничего больше хорошего её не ждёт. Зачем они бросили её в эту страшную, темную камеру? Что они хотят от неё? Иногда девушка слышала шаги за железной дверью и сжималась от страха, ожидая, что к ней войдут. Но шаги стихали, где-то в глубине коридоров, и снова наступала тишина. Иногда слышались непонятные, страшные человеческие крики. Она боялась. О том, на что были способны имперцы, она слышала от многих людей. Очень часто они воровали девушек и издевались над ними. Насиловали и пытали, а потом подбрасывали истерзанные тела родителям. Скорее всего и её ожидает подобная участь. Бедные тетя и дядя! Им предстоит пережить тяжёлые времена. Но к ней никто не приходил. Было ощущение, что про неё просто забыли. Прошел день, ночь и ещё один день. И вот когда у неё не осталось уже сил плакать, в дверном замке повернулся ключ. Железная дверь с грохотом открылась, в её камеру вошёл охранник.
– Вставай, выходи.
Рания от ужаса сжалась ещё сильнее и отрицательно замотала головой. Нет, она никуда не пойдет.
– Выходи. – Более строго произнёс охранник. – Тебя вызвали на допрос.
– Нет. – Пропищала девушка. Ей казалось, что стоит ей выйти за дверь и на неё нападут.
– Выходи добровольно или я тебя сам поволоку.
Рания вцепилась руками в край топчана. Паника потихоньку начала накатывать на неё удушливой волной. Потеряв терпение, охранник шагнул к девушке, схватил её за руку и сдёрнул с топчана. Рания завопила дурным голосом и вцепилась зубами в руку мужчины.
– Ах, ты сучка! – Удар прилетел по лицу девушки. Щека сразу же запылала, от боли в глазах потемнело.
– Что здесь происходит? – Гневный голос раздался в камере.
– Она меня укусила!
– И поэтому ты ударил её? Не знаешь, как нужно обращаться с заключёнными? Немедленно доставь её в допросную!
Ранию схватили за локти и завели их за спину. Девушка заплакала от боли, а охранник грубо потащил её по коридору, втолкнул в какую-то комнату и усадил на стул. Хлопнула железная дверь, она осталась одна с мужчиной стоящим к ней спиной. Рания почувствовала себя в ловушке.
– Нападение на охранника, как не хорошо. Вроде девушка из хорошей семьи, благовоспитанная, а ведёшь себя как торговка с рынка. – Сказал мужчина и повернулся к ней.
Она сразу же узнала его. Даже прожив сто лет, она бы никогда не забыла его лица. Убийца её мужа стоял перед ней! Кровь отхлынула от лица и душа спряталась куда-то далеко вниз. Безумный страх наполнил всё её существо, заставляя дрожать крупной дрожью. Мужчина это заметил и усмехнулся.
– Боишься? Правильно делаешь. Меня стоит бояться. Но я всё же не зверь могу отпустить тебя. – Он выждал, когда его слова дошли до сознания девушки и она с надеждой посмотрела на него.
– Правда, с одним условием. Ты должна рассказать всё, что знаешь о делах своего дяди. Куда, когда и зачем он посылал тебя. Какие поручения давал тебе. Расскажи всё и я отпущу тебя домой.
– Ччто расс– сказать? – Заикаясь, переспросила его Рания.
– Всё. Всё, что знаешь.
И тут девушка поняла. Этот убийца хочет, чтобы она оговорила своего дядю. Честнейшего человека в мире. Он хочет её руками убрать того, кто мешает имперцам беспрепятственно творить зло. Грабить, убивать, насиловать. Нет. Она не позволит ему добиться своей цели. Её жизнь всё равно уже закончена, так пусть её жертва послужит для блага её народа. Ничего она ему не скажет, пусть делают с ней что хотят.
– Ты согласна?
– Нет. Вы убийца и я ничего вам не скажу. – Зло прошипела девушка. – Я не предам родного человека!
– Хмм. Храбрая, маленькая, глупая девчонка. – Медленно произнес убийца. – А впрочем, другого я от тебя не ожидал. Н, хорошо, я думаю, что скоро ты изменишь своё мнение.
Мужчина подошёл к двери и позвал охранника.
– Отведи её назад в камеру. Есть и пить не давать, пока я не разрешу.
Ранию отвели в камеру, дверь захлопнулась за её спиной. Девушка снова села на топчан, подогнала под себя ноги. Потянулись бесконечные похожие один на другой дни. Изредка камера открывалась, имперец задавал свой вопрос и не получив ответа снова закрывал дверь. Рания уже давно не плакала, сил не было. На первый план вышли более насущные проблемы. Мучительно хотелось есть, а ещё больше пить. Губы потрескались, кожа стала сухой как пергамент. Язык распух, прилип к небу и им было трудно шевелить. Девушка потеряла интерес ко всему происходящему. Мысли в голове путались. Лишь смотрела безучастным взглядом на грязные стены и время от времени впадала в забытьё. Она знала надо дать только согласие и рассказать о дяде. Все равно про его дела она толком ничего сказать не могла. Но долг перед родными заставлял держать язык за зубами. Кто знает, во что обернется дяде Аману ее откровенность? Иногда приходил человек похожий на лекаря брал её руку, проверял пульс. Он что-то говорил охраннику и тогда ей давали стакан воды. Девушка пила с жадностью, но этого было слишком мало для того чтобы восстановить её силы. В очередной раз выплыв из своего забытья девушка услышала:
– Грей, ещё немного и она просто умрет от голода и обезвоживания. Тебя за это по голове не погладят. Нужно искать другой подход.
– Вот ведь дура упертая! – Возмущался имперец. – Готова сдохнуть, но дядю своего не выдаст. А он ведь за всё время даже не поинтересовался племянницей. Бросил её нам как кость собаке. Надеется, что мы ею подавимся. Ладно. Её смерть нам не нужна. Пусть начнут кормить.
Ей принесли ароматный куриный бульон и небольшой кусочек лепешки. Ничего вкуснее она ещё не ела в своей жизни. Рания пила этот бульон и радовалась. Этот раунд остался за ней. Что будет потом, она старалась не думать.
ГЛАВА 13
К ней снова никто не приходил. Правда, кормить стали три раза в день, не очень вкусно, но довольно сносно для тюрьмы. Заняться ей было нечем и она вспоминала всё чему её учили тетя и монахини в монастыре. Читала стихи вслух, тихонько пела песни. Печальные, поминальные. Если она выберется отсюда живой, ей предстоит прожить, замаливая грехи, пять лет во вдовьем монастыре. Это ведь из-за нее погиб её муж. Это она своими грехами навлекла на него несчастье. Таков обычай предков. После смерти мужа каждая женщина уходила во вдовий монастырь на срок определенный ей жрецом. Молиться за упокой души мужа и прощения грехов приведших к его смерти. Только если мужчина был достаточно стар и умирал от естественных причин, жену освобождали от такого наказания. А судя по тому, что её муж не прожил и дня, Ранию ждало самоё суровое наказание и длительный срок, пять лет максимально могли назначить жрецы. К тому времени как она выйдет из монастыря она будет перестарком и её уже вряд ли кто возьмёт в жёны. Да и репутация жены убившей мужа через пару часов после свадьбы цены ей не добавят. Впереди её ждала долгая и безрадостная жизнь вдовы. Палач, так называла мужчину убившего её мужа, приходил каждый день. Её приводили в допросную и каждый раз повторялось одно и тоже. Он спрашивал, она молчала. Мужчина кричал, угрожал, а иногда льстил, но безрезультатно. Иногда к нему присоединялся ещё один имперец, который уговаривал её помочь им поймать её дядю. Ещё чего! Она не такая уж и дура, помогать им, за предательство дядя карал жестоко. Да и не собиралась она оговаривать его. Её дядя контрабандист? Чушь какая! Он самый справедливый человек на свете! Он всегда защищал их от жестоких и коварных имперцев. Нет, они ничего не добьются от неё. В один из дней её просто оставили в покое. Она всё ждала, когда за ней придут и поведут на допрос, но никто так и не пришёл. Только в окошке появилась тарелка с едой. Сегодня, как и всегда давали подгорелую кашу и мутный жидкий чай. Рания нехотя съела это варево и выпила чай. Вспомнилась, как тётушка по любому поводу поила её сладким щербетом. Как она там? Девушка надеялась, что тётушка ничего не знает о её судьбе и пребывает в счастливом неведении. О том, что дяде сообщили об её аресте, Рания знала, не понимала лишь причины, почему он не торопиться вызволить её отсюда. Наверное, на это есть причины. Или, что скорее всего, проклятые имперцы не дают ему разрешение забрать её отсюда. В голове резко помутнело, а в животе появилась сильная резь. Рания скрючилась на своем жёстком ложе, в позе эмбриона, пытаясь хоть как-то облегчить боль, разрывающую её внутренности. Всё потонуло в сплошном потоке непрерывной боли, а потом пришла тьма.
Грей шел по коридорам управления. Его вызвал генерал Ришар и судя по всему разговор будет не из приятных. В приёмной его встретил адъютант и сразу проводил к начальству. Ришар жестом пригласил присесть на диван стоящий в углу кабинета, возле которого располагался небольшой чайный столик. Адъютант принес чай и сладости расставил всё это на столе и ушёл оставив их одних. Генерал молчал, не зная как начать разговор. Будучи опытным полицейским он прекрасно понимал, что сержант Оливер далеко не тот за кого выдает себя. Об этом говорила и бумага с разрешением неограниченных полномочий и в оказании содействия. Получалось, что они с сержантом были на равных, если не больше. Но и то, что сделал Грей Оливер вызывало у него серьезные опасения. Международного скандала, как опасался генерал, не случилось. Со стороны соседнего государства не поступило ни одной претензии в убийстве армерийского князя. Ему пришлось согласиться, что князь явно был фальшивым, а люди что разыграли здесь целый спектакль, скорее всего, просто бандиты. Но зачем это понадобилось? И девушка что Оливер держал в подвале управления. Зачем? Что он хотел от неё?
– Дорогой генерал – прервал его размышления сержант – я вижу, вам не терпится задать мне вопросы, но вы не осмеливаетесь. Не бойтесь, задавайте, я удовлетворю ваше любопытство.
– Хорошо. Тогда я сразу перейду к главному. Что вам удалось узнать по нашему делу и для чего вы держите племянницу Аман Баи в подвале. И почему он до сих пор не ищет её?
– Мы нашли того кто напал на перевозчика грузов из рудника. Это наш достопочтенный князь Аман Баи. Я точно знаю, что у него сейчас находятся похищенные бриллианты. Он собирался переправить их за границу под видом свадебного покрывала своей племянницы Рании, но видимо что-то заподозрил и покрывало подменили в последний момент. Так что драгоценные камни до сих пор находятся на территории империи. К тому же он зачем-то выдал работорговца Малика Каури за княжеского сына и выдал за него свою племянницу. Этот момент мне не совсем понятен. И самое главное, Рания ключ к раскрытию преступлений, но девушка пока молчит.
– Почему Аман Баи её не забирает?
– Честно, не знаю. О том, что случилось на границе, он узнал самый первый. И через своих доверенных лиц я тоже сообщил о том, что девушка у нас. По факту она чиста, предъявить нам ей нечего. Можно было бы и отпустить. Только куда? Никто за ней не приходит, о пропаже девушки не заявляли. Выкинуть на улицу? Тоже не по-человечески. Получается, она просто никому не нужна. Вот я и думаю не избавился ли от от неё дядя, продав работорговцу?
– Хмм. Всё возможно. Помнится Аман Баи и его младший брат были в очень напряжённых отношениях между собой. Что там случилось, толком никто не знает, но ходили слухи они не поделили женщину. Возможно мать Рании и есть та девушка что стала яблоком раздора между братьями.
– Месть? Кому? Брата то давно уже нет в живых.
– Да вы правы сержант Оливер. И вообще эта история давняя и скорее всего к нашему делу не относиться.
По коридору раздался топот ног и в кабинет генерала ворвался охранник. Мужчина был испуган. – Генерал Ришар, сержант Оливер там девушку отравили!
– Какую девушку? Сразу не понял генерал
– Невесту! Что в камере отдельно сидит.
Грей сорвался с места. Сам не помнил, как добежал до камеры. Здесь уже был лекарь, который вводил девушке трубку в пищевод и промывал желудок.
– Как она? – Плохо, очень плохо. Яд уже успел распространиться по организму.
– Кто принёс еду? Найти его ко мне срочно.
– Сегодня Салим дежурил, но его нигде нет. – Отозвался охранник.
– Так найдите его мне. Из под земли достаньте!
Увидев спешащего к ним генерала, Грей произнес:
– Вот и ответ на ваш вопрос генерал. Девушка ему не нужна. Он приказал её убить.
– Потом её смерть свалят на нас и…
– Месть за смерть мученицы Рании хороший предлог к бунту.
– Делай, что хочешь, но девушка должна жить.
Охранника Салима нашли на следующий день за городом. Мужчина лежал в неудобной позе, поджав под себя руки. Ему перерезали горло.
Глава 14
Рания с трудом приходила в себя. Тело болело, внутренности нещадно жгло огнём. Горло першило и она постоянно подкашливала. Голова словно свинцом налитая, не повернуть. С трудом открыла глаза. Над ней был белоснежный потолок с паутинкой мелкой трещинок. В комнате, где она находилась тепло и светло. Рания поняла, что она не в камере, а скорее всего в лечебнице. Облизала сухие губы.
– Проснулась? Давай вот попей отварчику. Лекарь велел пить каждые два часа. – Голос был женский приятный добрый. А потом она увидела и саму женщину, которая наклонилась над ней, поднося к губам ложку с лекарством. Прохладное питьё сразу же успокоило горящее нутро. Боль отступала.
– Где я? Спросила девушка.
– Ты в лечебнице. Тебя милая моя на руках принес такой красивый мужчина в форме сержанта. Как звать не знаю. Трое суток уже прошло. Ты поспи ещё немного. Потом я тебе куриного бульона принесу. Тебе пока только жиденького можно. Яд внутренности сжёг. – После лекарства Рания уснула исцеляющим сном.
Вечером к ней снова пришёл Палач. Как на самом деле звали этого имперца девушка не знала и знать не хотела. Для неё он навсегда останется убийцей её мужа, убийцей её счастья. Зачем ей его имя? Кажется, он что-то ей говорил, но она не запомнила. Мужчина задавал ей вопросы, на которые Рания не отвечала, попросту не слышала их. Это была её защита, девушка выключала все чувства, отворачиваясь от него. Промучившись с ней полчаса и не добившись ни единого слова, Грей вышел из себя. Откинув стул, на котором он сидел в сторону, подошёл к девушке и навис над ней. Грубо впился ей пальцами в плечи и встряхнул так, что голова беспомощно мотнулась. Девушка застонала от боли и попыталась вырваться. Впечатав её в постель, мужчина угрожающе зашипел ей на ухо.
– Слушай меня внимательно дура малолетняя. Если ты не расскажешь мне всё, что знаешь я не смогу тебя защитить. Один раз тебя уже пытались убить, попытаются ещё раз. Ты просто сдохнешь. Тебя слили как использованный расходный материал. Никто не поможет тебе кроме меня. Если рассчитываешь на своего дядю, то напрасно. За две недели он даже ни разу не поинтересовался твоей судьбой, хотя знает что ты у нас. Наоборот он всех уверил, что ты счастливо пересекла границу с мужем. Тебя никто не ищет и никто нигде не ждёт.
– Пустите меня мне больно! – Рания пыталась избавиться от рук своего палача. – Вы всё лжёте. Мой дядя обязательно меня заберёт. Вы не имеете права меня удерживать!
– Даю тебе срок подумать до завтра. Потом с последствиями своего решения будешь разбираться самостоятельно. – Грей отпустил девушку и вышел громко хлопнув дверью.
Рания залилась слезами. Слова этого мужчины заставили ныть её сердце от боли. А вдруг он прав и дядя забыл о ней? Вдруг никто не придет за ней? Нет! Этого не может быть! Девушка вспоминала, как любил её дядя, заменивший ей отца, как баловал её. Он не мог забыть её не мог. Она не будет верить словам этого имперца. Ей нужно молчать. Она ни одним словом не навредит своим любимым людям. Пусть этот имперец делает с ней все что захочет! Наследующий день имперец пришёл вновь и снова ничего не смог добиться от неё. Девушка упорно игнорировала его, молчала.
– Ну что же. Ты сама выбрала свой путь глупая женщина. Тебе придется столкнуться с последствиями своего выбора. И он ушёл
А утром к ней пришёл лекарь. Мужчина ещё раз осмотрел девушку и произнес
– Рания, вы совершенно здоровы. Больше держать вас я не могу. А потому вы можете покинуть мою лечебницу.
– Разве меня не заберут имперцы. – Удивилась девушка
– Вашу охрану сняли ещё вчера. Господин сержант Оливер сообщил, что вы свободны и можете идти, куда вы хотите.
Рания обрадовалась. Свобода! Наконец-то! Девушка быстро собралась, оделась в свое свадебное платье и вышла из лечебницы. Перед ней был залитый солнцем перекрёсток трёх улиц. Место было незнакомое, но она выбрала самую широкую из них, полагая, что такая дорога приведет её в центр города. Но чем дальше она шла, тем уже становилась дорога. Встречные люди странно косились на девушку в свадебном платье. Рания незаметно осмотрела себя. Да уж. Две недели в грязном подвале не могли не сказаться на её внешнем виде. Юбка и лиф были грязными. И от неё не совсем хорошо пахло. Пока она сидела в камере этого не замечалось, а сейчас её вид был чуть лучше уличной оборванки. Надо хотя бы умыться. Увидев уличный фонтанчик с краном, откуда местные жители брали воду, девушка подошла к нему. Прохладная вода хорошо освежила её. Поправив ещё и волосы, Рания двинулась дальше по улице. Вскоре девушка поняла, что окончательно заблудилась. Прохожих почти не было. Пару раз она спрашивала дорогу до центра, но то ли она не поняла объяснения, то ли объяснили неправильно, но даже к вечеру она до центра так и не добралась. Район, где она оказалась, был скорее всего рабочим. Здесь в основном проживала беднота города. Грязные улицы, серые дома. Людей становилось всё больше, видимо закончился рабочий день. На девушку всё больше и больше косились. Рания заметила двух мужчин, что шли за ней, закутавшись в чёрные плащи. Сердце ёкнуло от страха. Девушка впервые жизни оказалось одна. Раньше её всегда сопровождали охранники или дядюшка. Сейчас она почувствовала себя совсем беззащитной. Поминутно оглядываясь, она ускорила шаг. Мужчины отстали, а потом и вовсе свернули в какой-то переулок. Рания вздохнула с облегчением.
– Ну и трусиха же ты Рания Баи!
Немного приободрившись, девушка пошла дальше. Смеркалось. Рания начала уже паниковать, что ей придётся заночевать на улице, когда увидела трактир.
Она вошла в полутемный зал и огляделась. За столами сидели преимущественно мужчины. И лишь служанки в не совсем чистых фартуках сновали между столами, разнося выпивку и еду посетителям. На вошедшую девушку обратили внимание, наступила тишина. Под пристальными взглядами она прошла к барной стойке. Женщина средних лет видимо хозяйка протирала стаканы грязным полотенцем. Недобро глянула на посетительницу.
– Скажите, пожалуйста, у вас есть свободные комнаты? Я хотела бы переночевать у вас.
– Есть, от чего не быть. Платить чем будешь? – Оглядывая Ранию с ног до головы, спросила хозяйка.
– Вот этим. – Девушка оторвала от лифа платья пару камней красного цвета. Положила их на барную стойку. – Настоящие? – Рассматривая камни на свет, спросила женщина.
– Да.
– Ладно, идём за мной. Она провела девушку на второй этаж, открыла одну из комнат. Комната была небольшая. Но всё необходимое имелось
– Скоро ужин подам. В зал тебе выходить не след.
Пока Рания ждала ужин, она немного смогла умыться и протереть тело от пота в туалетной комнате. Потом поела, выпила чай. Вскоре девушку сморил сон, не раздеваясь, она легла на кровать поверх одеяла.
.
