Текст книги "Разные цвета любви (СИ)"

Автор книги: Анжелика Фарманова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 45

Рания проснулась от невыносимой жажды. Все тело болело и ныло, словно ее всю ночь били батогами. Сползла с постели и укутавшись в простыню добрела до графина с водой. Он был пуст. Пришлось идти в гостиную. Здесь на чайном столике уже ждал чай с лимоном. Блаженно приложилась к чашке с напитком. В голове постепенно рассеивалась муть.

– Хорошо вчера повеселились. – Произнесла вслух.

Налила себе еще чашечку чая и откинулась на спинку стула. С каждым глотком настроение и самочувствие становилось все лучше и лучше.

– О, нет! – Чашка с чаем так и зависла в руке, не донесла до рта. В голове вспышкой пронеслось воспоминание вчерашнего дня и ночи.

Поставив чашку на стол, она бросилась в спальню. Щеки ярко покраснели, стоило только увидеть постель и пятна крови.

– Неужели я стала настоящей женой Грею? – Девушка приложила ладони к пылающим щекам. Хлопнула дверь в гостинной. Рания метнулась к кровати, сдергивая испачканную простыню и прячась в омывальне. Осмотревшись по сторонам, сунула доказательство прошедшей ночи под стоящую возле стены скамью. И тут же сама удивилась своему поступку. Ее все равно найдут и скоро уже все все будут знать. Такие вещи все равно не скроешь. Достала ткань из под скамейки и положила ее в корзину с грязным бельем. Ей нужно просто успокоиться. Ничего из ряда вон выходящего не произошло. Через это рано или поздно проходят все девушки. Во всяком случае, об этом ей говорила тетя мужа. Рания нырнула в горячую воду и блаженно закрыла глаза. С этого дня ее жизнь непременно измениться, она это чувствовала. Освежившись и одевшись, Рания побежала на завтрак. В малой столовой, где обычно принимала пищу семья, все уже были в сборе. Отсутствовали только Марк и Грей. Рания поздоровалась и заняла свое место. Старалась ни на кого не смотреть, опустив лицо низко к тарелке. Ей казалось, все уже все знают, было стыдно.

– Рания дочка, ты чего вся сгорбилась? – Сделала ей замечание графиня. – Держи спину ровно.

Рания выпрямилась и виновато улыбнулась.

– А где твой ревнивый муж? – Поинтересовалась у нее Рози. – Еще не проснулся?

И правда, где?

– Не знаю. Когда я встала, его уже не было.

– Странно. Я его сегодня тоже не видел. – Заметил старый граф.

– Марка тоже нет. – Сказал Рауль. – Этот уж точно отсыпается после вчерашнего.

Лицо графа помрачнела, графиня строго поджала губы.

– Я хотела сообщить вам об этом после завтрака, но раз речь зашла о Марке желаю вам сообщить, что он больше не будет жить в этом доме. Марк еще вчера вечером покинул имение.

Рания похолодела. Это все из-за нее. Она хорошо помнила, как кузен мужа обманом затащил ее в пустующую часть дома и пытался насильно овладеть ей. Как ворвался в комнату Грей и все остальное, что последовало за этим. Аппетит сразу пропал.

– Что случилось?! – Хором воскликнули брат с сестрой.

– Скажем так, он неподобающе себя вел. И мы были вынуждены ему отказать от дома. – Сказала графиня Амалия. По ней было видно, что вчерашнее происшествие глубоко опечалило ее, как мать и женщину. Бледное лицо, круги под глазами говорили о бессонной ночи.

– И все же, что произошло? – Не сдавался Рауль.

– Мы не будем об этом говорить сейчас. – Прервал расспросы граф.

Все замолчали. За столом повисла тягостная тишина. Был слышен лишь стук столовых приборов.

В столовую вошел Гельем. Стараясь не привлекать внимание, подошел к графу Эдмонду, низко наклонившись к нему, что-то вложил в руку и зашептал на ухо. Граф нахмурился еще сильнее и с каждым словом, становился все мрачнее и мрачнее. Бросил на Ранию из под бровей быстрый взгляд. Гельем ушел.

– Рания, дочка, когда поешь, зайди ко мне. Нам поговорить надо. – Граф отодвинул от себя тарелку и ушел так и не закончив завтракать.

– В этом доме точно что-то происходит, но почему-то нам никто ничего не говорит. – Рауль в серьез обеспокоился, глядя на дверь, закрывшуюся за стариком.

Есть расхотелось окончательно, пожелав всем приятного аппетита, Рания вышла вслед за графом. Девушка зашла в кабинет, где граф Эдмонд расположился на диване возле окна. Увидев вошедшую в комнату девушку, похлопал ладонью возле себя, приглашая присесть рядом.

– Рания дочка. – Граф сделал паузу, выжидая, когда невестка сядет рядом. – Как твои дела дочка? Грей не обидел тебя вчера?

– Нет. – Отрицательно покачала она головой. – А почему вы интересуетесь?

Вместо ответа граф достал из кармана ключ и открыл браслеты от кандалов на ее руках. От неожиданности девушка вскрикнула. За прошедшее время она привыкла к ним и почти не замечала. А чтобы люди не задавали лишних вопросов, прятала под длинным рукавом платья. И сейчас, когда руки стали свободны, почувствовала, словно ее лишили чего-то важного. Нехорошее предчувствие зародилось в сердце. Но граф протянул ей темно-синий бархатный футляр:

– Открой дочка.

Рания щелкнула замком. На ярко алой шелковой подушке лежала пара великолепных брачных браслетов.

– Надень их. Эти браслеты принадлежали моей матери. Теперь они твои.

– Они прекрасны. Я никогда еще не видела такой красоты. – Рания завороженно смотрела на свой новый символ замужества. – Они старинные?

– Очень. Передаются из поколения в поколение по мужской линии. Их носили все жены нашего рода. Теперь будешь носить ты. Когда придет время, передашь их своему сыну, чтобы он надел их на руки уже своей суженой.

– Спасибо. – Тихо прошептала девушка.

Граф немного помолчал, потом заговорил вновь.

– Мой сын, к сожалению, упертый осел, дочка. Тебе будет очень трудно с ним, но не вини его в этом. Во всем виноват лишь только я один. Когда его мать бросила нас и ушла, я возненавидел всех женщин. Я был в ярости. Меня изнутри терзали демоны и я не нашел ничего лучшего, как выплеснуть свой гнев на единственного близкого мне человека, сына. Это я отравил его неокрепшую душу ядом. Теперь тебе предстоит почувствовать весь этот гнев на себе. Прости меня за это, девочка.

– Я вас не понимаю. – Рания побледнела. Слова свекра холодом проникали в ее сердце, заставляя его сжиматься и содрогаться. Предчувствие не обмануло. Это была лишь прелюдия к той новости, что предстояло ей услышать.

– Сегодня утром Грей покинул поместье и отправился в столицу. Без тебя. Насчет тебя он не дал никаких распоряжений, лишь передал ключ от кандальных браслетов.

ГЛАВА 46

Каждая девушка выйдя замуж хочет быть любимой и единственной в жизни своего избранника. И новость о том, что ее бросили после первой же ночи это не то, что хочется услышать. Как она вернулась в свою комнату, Рания не помнила. В комнате суетились горничные, наводя порядок и разбирая накануне уложенные чемоданы. Она вышла на балкон, присела на диванчик, да так и застыла на нем до вечера. В голове по кругу носились грустные мысли, но слез не было. Наверное, она их уже все выплакала раньше. Было безумно трудно дышать. Горничная принесла обед и чай, расставила тарелки на столе и вышла. Но девушка даже головы не повернула в сторону еды. И все думала, думала.

– То, что мой сын оставил тебя здесь ничего не меняет. Ты как была женой Грея, так ею и останешься, чтобы этот идиот себе там не надумал. Как только я улажу все дела в поместье мы с тобой вместе уедем в столицу. Я еще пока глава рода и мое слово закон.

– А что это меняет? Я ошиблась, когда подумала, что за любовь нужно бороться и пришла на бал. Это моя ошибка. Насильно мил не будешь, это я сейчас хорошо понимаю.

– Рано сдаешься, Рания. Грей мой сын и я его хорошо знаю. Ты ему далеко не безразлична. Только он упертый как стадо мулов.

– Нет. Я не поеду с вами. Если я ему хоть немного нужна, он сам приедет за мной. Если нет, то я прошу разрешения остаться здесь. Буду помогать графине Амалии в поместье.

– О чем ты говоришь доченька! Ты можешь жить здесь сколько хочешь. Любое из принадлежащих нам имений твой дом.

Вечером в комнату Рании постучали. Не дождавшись ответа, в комнату вошла Рози. Девушка держала в руках поднос с чаем и пирожками. Поставив его на чайный столик, пошла на поиски хозяйки покоев.

– Рания.

Рози присела возле подруги накрыла ладонью холодную руку.

– Ты как?

– Нормально.

– Ничего нормального я не вижу. У тебя больной вид. Ты целый день никуда не выходила, ничего не ела. Идем, я принесла тебе поесть.

– Я не хочу. – Отказалась Рания.

– Ничего не знаю. Тебе нужны силы. – Рози потянула ее за руку. – Вставай.

– Ты уже знаешь?

– Да. – Кивнула Рози. – Дядя нам все рассказал. И поверь все в шоке. Никто не ожидал от Грея такого поступка. Это на него совсем не похоже. Гельмут говорит, что Грей просто струсил. Он обязательно вернется, когда разберется в себе.

– Я совсем в этом не уверена.

– Зато я верю своему жениху. Раз он говорит, что Грей вернется, значит, вернется.

ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ.

Грей откинулся на спинку кресла, в котором сидел целый день. Блаженно прикрыл глаза. Еще один суматошный рабочий день прошел. После возвращения ему пришлось разгребать ворох скопившихся за время его отсутствия дел. Приходилось задерживаться до поздней ночи. И это было даже хорошо. Не было времени думать. А подумать ему было над чем. Еще когда несся в карете по пыльной дороге, оставив позади жену и отца, червяк сомнения грыз его изнутри. И он даже пару раз чуть не повернул назад, лишь усилием воли заставив себя ехать вперед. Проклятая совесть не давала спокойно уснуть, приходила в минуты одиночества, напоминая, что мужчины так не поступают. Нужно было признаться самому себе, что он просто испугался. Да, да. Испугался как последний трус. Сбежал даже не попытавшись объясниться с женой. В самый последний момент сунул в руки Гельема ключ от кандалов и умчался вон из поместья. Сбежал потому что понял, влюбился как мальчишка в хрупкую восемнадцатилетнюю девчонку с большими миндалевидными глазами. Всю свою сознательную жизнь он избегал этого чувства. Боялся, как отец однажды остаться с разбитым сердцем, а потом всю жизнь страдать от неразделенной любви и предательства. Лучше уж вовсе никогда и никого не любить. Потому всегда избегал общества женщин, которые могли хоть немного ему нравиться. Ранию он недооценил. Эта девочка вовсе не была в его вкусе и от нее опасности он не почувствовал. Поэтому не сразу осознал, как глубоко проникла она внутрь. Вцепилась в его сердце своими маленькими ручками и не отпускает. Стоит лишь закрыть глаза Грей видел ее такой, какой оставил в постели после их единственной совместной ночи.

Грей резко поднялся. Все хватит воспоминаний. Сейчас домой, принять ванну и спать. Завтра снова будет еще один день и он на время забудет, избавиться от чувства вины. Грей закрыл кабинет на ключ и покинул стены департамента, в котором работал. Через полчаса кабриолет остановился возле крыльца его городского дома на самой престижной улице столицы. Навстречу вышел дворецкий открыл для него парадную дверь. В холле Грей заметил дорожный сундук. На его вопросительный взгляд дворецкий ответил:

– Граф Эдмонд Оливер изволили прибыть час назад.

– Один?

– Один.

Грей выдохнул. Значит жену он не привез. Это хорошо. Со старика сталось бы привезти Ранию в столицу. К этой девушке отец относился на удивление тепло.

– Где он сейчас?

– Граф изволили принять ванну, отужинали и легли спать.

– Прикажи подать ужин в столовую и приготовить ванну. – Распорядился Грей.

С отцом ему удалось встретиться только через пару дней после его приезда. Пришлось уйти с работы пораньше, чтобы застать старика бодрствующим.

Старый граф в халате и тапочках на босу ногу сидел в кресле и читал книгу, когда сын зашел к нему в комнату.

– Здравствуй отец. Рад видеть тебя.

Старик кинул на сына гневный взгляд и отложил книгу в сторону.

– Не очень-то я вижу, ты и рад, раз пришел ко мне только два дня спустя.

– Прости отец, я сейчас слишком занят. Много дел в департаменте.

– О да! Так много важных дел, что уделить время старику нет никакой возможности!

– Отец, только не начинай! – Грей приземлился в кресло напротив отца. – Рассказывай, как добрался?

– Нормально я добрался. Чего мне старому сделается. А ты я гляжу, осунулся. Круги под глазами. Спишь мало?

– Работы много. – Лаконично ответил Грей. – Как тетушка, братья, Рози?

– А ты разве не знаешь? Твой друг Гельмут женился на твоей кузине и уже два месяца как они отбыли в столицу. Неужели и для них ты не нашел времени?

Грей нахмурился. Он знал, что Гельмут вернулся, но они ни разу не виделись. Сам Гельмут не приходил и приглашений ему не писал.

– Я их не видел.

– Ну, ну. А больше ты ни о чем спросить меня не хочешь? Или вернее о ком?

Грей напрягся. Он знал, что объяснений с отцом ему не избежать. Момент настал.

– Я, думаю, не стоит.

– А я думаю сын, ты подлец. Твой поступок не имеет оправданий.

– Возможно, со стороны это так и выглядит. Но у меня есть на это причины.

– И какие же, позволь узнать? – Старый граф не сводил с сына пристального взгляда, словно пытался что-то разглядеть в его душе.

– Ты все прекрасно понимаешь отец и без слов. Зачем лишний раз сотрясать воздух. – Грей попытался вновь уйти от разговора.

– Нет, не знаю! – Старик вскочил с кресла и нервно заходил по комнате. – Не знаю я, когда и где я упустил в твоем воспитании главное. Почему мой сын, моя гордость, так жесток со своей женой? В чем она перед тобой провинилась, что ты бросил ее? В чем ее вина? В том, что эта наивная глупышка любит тебя?!

– Отец, какая любовь! Не ты ли мне всегда говорил, чтобы я остерегался красивых женщин. Не ты ли мне внушал, что они все предательницы по своей натуре. Что ты хочешь теперь от меня?! – Грей тоже не усидел в кресле. – Я не хочу как ты всю жизнь страдать и мучиться. Ты до сих пор любишь ее. Я знаю.

Старый граф посмотрел на сына, словно решал, что ему сказать. Потом устало вернулся в свое кресло.

– Сядь, не мельтеши перед глазами. – Граф жестом приказал Грею сесть. – Я должен кое в чем признаться тебе, сынок. Если после этого ты возненавидишь меня я пойму. Но я больше не могу смотреть, как ты совершаешь ошибку в своей жизни и отталкиваешь женщину, которую любишь. – Грей попытался возразить отцу, но тот жестом остановил его. – Не спорь, сын, я вижу, ты любишь свою жену. И вы должны быть вместе.

Старик замолчал, собираясь с силами, а потом вновь заговорил:

– Твоя мать никогда не бросала ни меня, ни тебя. Я сам выгнал ее из дома.

– Что?!

– Да, Грей. Я был ревнивым идиотом. Твоя мать красивая женщина и я безумно ее любил. И так же безумно ревновал. Это сейчас я понимаю, что изводил ее своей ревностью без причины, а тогда мне казалось, что девушка, которая моложе меня на десять лет не может меня любить. Однажды после одного бала я в конец сошел с ума и поднял на нее руку, а потом выгнал ее на улицу. Катарина уехала к родителям. Через неделю я поехал за ней, но она отказалась возвращаться. Тогда я запретил ей встречаться с тобой. Надеялся, что материнское сердце не выдержит разлуки с сыном и она вернется. Не вернулась. Она сама сняла брачные браслеты и прислала мне их с нарочным. Тогда я вовсе обезумел. Прости меня сын.

Старик замолчал. Его глаза подозрительно заблестели. Грей сидел в шоке, не в силах осмыслить только что сказанное отцом.

ГЛАВА 47

Грей с трудом укладывал в голове слова отца. То, что его мать оказывается, вовсе не с любовником сбежала, пошатнуло всё его мировоззрение. Всё что строилось годами упорного труда над собой, полетело прахом. Всё ложь! А ведь он когда-то хотел найти ее и спросить, за что она так жестоко поступила с сыном! Его мама ту, что он постарался забыть, вновь пробилась сквозь мглу забвения. Он вспомнил всё то, что так долго и упорно пытался выкинуть из своей памяти, похоронить глубоко в сердце и никогда, никогда не вспоминать! Мамин голос, её нежные руки, перебирающие его пряди волос, когда он клал ей голову на колени. Истории что любил слушать перед сном. Всё это валом нахлынуло на него заставляя скорчиться душу в невыносимой боли.

– Она жива? – Прохрипел Грей несколько минут спустя, когда смог наконец перевести дух.

– Жива.

– Где она?

– Катарина живет в поместье своих родителей.

– Поэтому ты никогда не разрешал мне ездить к ним в гости.

– Да. Я не хотел, чтобы вы встречались. Я категорически запретил им даже приближаться к тебе.

– Как ты мог отец?

– Мог. И теперь спустя годы понимаю, какой был дурак. Я сам своими руками разрушил свое счастье. Не будь таким же идиотом, как я, сын мой.

Грей встал и пошел на выход из комнаты. В его груди бушевал ураган чувств, в которых ему предстояло теперь разобраться. Уже на выходе в спину прилетел следующий удар:

– Грей, ты должен знать. Рания ждет ребенка.

В эту ночь в доме никто не спал. Старый граф сидел в кресле и потягивая вино погрузился в воспоминания. Грей мерил шагами периметр своей спальни. Прошедший вечер воистину был вечером открытий и признаний! И ему был над чем подумать. Рано утром, он так и не лег спать, граф Грей Оливер принял ванну, оделся и выехал в департамент. Ему предстояло сделать много дел, прежде чем он уедет. И первое что он сделал, вызвал к себе Гельмута.

После возвращения друга они еще ни разу не виделись. Гельмут сам к нему не приезжал, приглашения не присылал. И то что друг женился не позвав его на свадьбу слегка обидело графа. Но куча навалившихся дел не давало ему об этом долго задумываться. И поездку к другу и сослуживцу пришлось отложить на не определенное время. Но сейчас им требовалось срочно поговорить.

– Вызывали? – Гельмут стоял на пороге его кабинета.

– Проходи, располагайся. – Официальный тон товарища резанул слух.

Гельмут сел на стул, на котором обычно глава департамента принимал посетителей. Для Грея это не осталось не замеченным. Он нахмурился. Обычно друг всегда садился в удобное кресло возле окна, откуда открывался вид на городской парк. Оказывается все гораздо серьезнее, чем простое недопонимание.

– Почему ты не сказал мне, что Рания беременная?

Гельмут усмехнулся.

– Граф Эдмонд значит вернулся. Я так и знал что он не будет держать язык за зубами.

– Почему ты не сказал мне, что моя жена в положении. – Со сталью в голосе еще раз спросил Грей.

– А тебя разве волнует твоя жена? За полгода ты ни разу не поинтересовался ею после того как бросил.

– Это не твое дело. Между собою мы сами разберемся.

– Еще как мое! Я теперь твой родственник, если ты не забыл. И это тоже мое дело. Ты хоть знаешь, что с ней было после твоего побега? У Рании началась сильная депрессия. Ей и так пришлось слишком много пережить. Многим и за всю жизнь не пережить столько сколько выпало на ее долю за один только год. А тут еще ты масла в огонь подлил. Вот девочка и не выдержала. Графиня Амалия и моя жена приложили столько стараний, чтобы вытащить ее из того состояния в котором она пребывала.

– Ты будешь читать мне нотации?

– Буду. Если это необходимо чтобы пробудить твою совесть, то буду не только читать нотации. У меня кулаки чешутся, чтобы влепить тебе по твоей холеной морде.

– Если тебе полегчает от этого, то можешь ударить. Я заслужил.

– Неужто совесть проснулась? – Съязвил Гельмут.

– Скажем, я пересмотрел некоторые свои взгляды на жизнь.

– И к какому выводу пришел?

– Заменишь меня, пока я съезжу за женой? – Вместо ответа спросил Грей.

– С удовольствием. Только будь с ней осторожен. Рания боится, что ты отнимешь у нее ребенка. Поэтому она просила никому не говорить тебе о своей беременности. – Голос Гельмута немного потеплел.

– Мда. В ее глазах я, кажется, стал настоящим монстром. – Грея больно кольнули слова друга. Неужели она действительно верит, что он способен разлучить мать с ребенком? На это он никогда бы не пошел. Сам знает, какого это расти без материнской любви. И своему ребенку он такого точно уж не желает.

Два дня ушло на то чтобы передать дела Гельмуту. На имя императора написал прошение предоставить ему внеочередной отпуск и отправив письмо с курьером, отбыл в Аскон. Дожидаться ответа не стал. Какое ему дело даст император разрешение или нет. Сейчас гораздо важнее было совсем другое. Две недели, что он провел в дороге, показались ему вечностью. Хотел было уже пересесть на лошадь, но вовремя вспомнил, что беременным женщинам комфортнее путешествовать со всеми удобствами. А его экипаж был одним из самых комфортабельных в империи. Его строили согласно личным чертежам и указаниям известного каретного мастера империи. Это был настоящий дом на колесах.

Вот уже вдали показалась стены дворца, затем подъездная аллея из старых грабов. Наконец экипаж остановился возле парадного входа. Грей ожидал увидеть Гельема, но его никто не встретил. Поднявшись по ступенькам, вошел в холл и окунулся в прохладу белоснежного камня. Во дворце было тихо. Граф шел через анфиладу комнат в поисках кого-нибудь из слуг.

– Вымерли они все что ли? – Вслух произнес Грей. С дороги хотелось принять хамам и переодеться.

Так и не найдя никого Грей подошел к дверям их с Ранией спальни. Остановился на мгновение, собираясь с духом. Но в комнате также было тихо и пусто, как и во дворце. Забрав из шкафа чистую одежду и полотенца, Грей отправился смывать с себя дорожную пыль.

Через полчаса освежившийся граф вышел из омывальни. Время подходило к ужину и одевшись граф спустился в малую столовую. Тишина неприятно его поразила. Согласно семейной традиции на ужин собирались все без исключения обитатели дворца.

– Что здесь в конце концов происходит? – Граф отправился на поиски хоть какой-нибудь живой души.

Идя по дворцовым залам Грей удивлялся. Даже горничных не было видно. Побродив по пустому дому он решил заглянуть на кухню, где обнаружил заплаканную кухарку.

– Что происходит в этом доме? – Спросил женщину Грей.

– Ах, господин! Хорошо, что вы приехали, теперь точно все будет в порядке! – Шмыгая носом сообщила кухарка.

– Почему дворец пустой?

– Так все ушли на поиски. Все до последнего человека. Одна я вот осталась при кухне, готовлю. Молодая графиня пропала. Уже как третий день ищут.

– Моя жена пропала? – По спине прошел холодный озноб.

– Да господин. Никто не понял что случилась. Только госпожа Рания бесследно исчезла. Гельем поехал в Аскон за помощью.

К ночи вернулись искавшие графиню. Из Аскона прискакал отряд полиции. Поиски продолжались много дней, но следов молодой графини так и не нашли.