Текст книги "Катюха - расхитительница помоек (СИ)"
Автор книги: Анжела Огурцова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
Глава 7
Под Новый год наше начальство организовало крутой корпоратив. Наверное, это вместо премии, потому что премию по итогам года зажали, но пообещали что-нибудь кинуть после Нового года. Только мне-то от этого не легче! Корпоратив гуляли в кафе на втором этаже нашего торгового центра. На спиртном экономить не стали, и это ожидаемо привело к печальным результатам. Главной героиней корпоратива неожиданно для всех стала наша старший продавец Светлана. Никто от неё не ожидал такого темперамента и резвости, когда она стала плясать на столе, размахивая своей блузкой. А народ вокруг только хлопал в ладоши и подбадривал:
– Света, давай!
А наиболее склонные к злорадству снимали это непотребство на телефоны – наверняка наберут кучу просмотров и лайков. Но когда Света попыталась под всеобщее улюлюканье снять бюстгальтер, я не выдержала и крикнула:
– Народ, давайте с этим быдлячеством заканчивать!
Но меня поддержали не все. Пацан из отдела телевизоров возразил:
– Катюха, не порти праздник! Света, давай!
Привычка не обращать внимание на так называемое «общественное мнение» у меня выработалась и закалилась во время походов по помойкам. Не то, чтобы мне было жалко нашу Светочку-матерщинницу – мне не понравилось общее похабное отношение к женщине. Ну ужралась она – но это ещё не повод самим скатываться до свинства.
Я вскочила, на ходу крикнула Насте: «Помоги!», и бросилась стаскивать Светлану со стола. Она оказалась бабой крепкой и увёртливой, но это-то её и подвело – столы под ней разъехались, и она свалилась на пол. Я накинула ей на плечи скатерть и крикнула:
– Народ, давайте закругляться!
У подскочившей следом за мной Насти спросила:
– Кто тут всем командует?
– Она и командует, – Настя кивнула на поникшую Светлану. Народ, увидев, что представление закончилось, стал постепенно расходиться. Я тоже было засобиралась, но тут увидела одиноко сидевшую на полу Светлану.
– Ты как? – спросила я нашу старшую продавщицу. В ответ Светлана икнула и блеванула, чуть не попав на меня. Понятно – праздник удался. От дверей меня окликнула Настя:
– Катюха, ты идёшь?
– Куда я пойду? – я показала на Светлану. – А с этим что делать?
– Здесь оставь, – предложила Настя.
– Нет, я так не могу.
– А помнишь, как она тебя матюками при всех обкладывала? – напомнила Настя.
– Ладно, иди уже, я сама, – ответила я ей, и добавила пару фраз из лексикона Светланы. Собрав со столов оставшиеся салфетки, я попыталась слегка привести Светлану в порядок. Кое-как её обтерев, я стала допытываться:
– Ты идти можешь? Тебе такси вызвать? Ты помнишь, где живёшь?
С тем же успехом можно было расспрашивать табуретку. Сунув ей в руки оставшиеся салфетки, я вытащила из её кармана смартфон. К счастью, не запаролен. Так, что у неё с контактах? Первым идёт какой-то Армен. Ответил приятный голос с лёгким акцентом:
– Света, я сегодня занят.
Я торопливо заговорила:
– Это её коллега. Свете плохо, вы не могли бы приехать?
После небольшой паузы ставший менее приятным голос ответил:
– Слушай сюда, коллега! Не звони сюда больше, понятно?
Да, хорошие у неё друзья! Интересно, а она замужем, а то подставлю бабу по простоте душевной? Пока Светлана продолжала пускать пузыри, сидя на полу, я продолжила изучать её смартфон и попыталась вспомнить – она вообще когда-то говорила о своём муже? Так и не смогла вспомнить. Зато долисталась до контакта «мама». Ответила женщина:
– Да, дочка!
– Здравствуйте, это её коллега. Светлана плохо себя чувствует…
– Что с ней? – перебила меня женщина.
– Немного перебрала со спиртным. Скажите свой адрес, я такси вызову.
– Да, да, конечно. Адрес такой…
Тут я вспомнила, что денег-то у меня нет.
– Вы нас на улице встретьте, надо будет за такси заплатить.
– Хорошо.
Теперь следующая задача – найти её одежду. Поглядела по сторонам – нигде не видно. Значит, в офисе оставила, а там наверняка закрыто. Плюнула, накинула на неё свою куртку и поволокла к такси. Таксист поморщился, но нас не послал. Ехать пришлось долго, но, к счастью, её мама нас встретила и расплатилась за машину. Вдвоём дотащили Светлану до лифта. Я уже собралась отчаливать, меня уже это приключение стало доставать, но тут её мама предложила:
– Вы зайдёте?
А чего, мне торопиться некуда. Помогла уложить Свету в постель, и прошла на кухню. Мама Светланы поставила чайник.
– За вас не будут беспокоиться?
– Нет, я одна живу, – успокоила я её.
– Чай, кофе? – она продолжала хлопотать. – Я Марина Сергеевна, а вы?
– Катя, и можно на «ты».
– Спасибо, что Свету привезла. Так-то она не пьёт, но уж когда дорвётся… Это её беда, и с этим, наверное, уже ничего не поделаешь. Жизнь у неё тяжёлая.
У нашей «железной Светы» тяжёлая жизнь? А что же тогда многие ей завидуют? Но я благоразумно промолчала, и Марина Сергеевна продолжила:
– Это всё из-за её отца. Я его безумно любила, да и сейчас, наверное, люблю. В молодости он был очень красивый, девчонки за ним толпой бегали. Но он выбрал меня. Через год у нас родилась Света, а ещё через год я заметила, что у Германа – так зовут моего мужа, – появилась любовница.
Наша старшая продавщица – Светлана Германовна?! Неудивительно, что она всегда представляется только по имени. А Марина Сергеевна рассказывала дальше:
– С этого дня в нашей семье начался ад. Герман то уходил, то возвращался и на коленях просил прощения. Я прощала, но через несколько месяцев всё повторялось снова. Мне надо было развестись и поставить точку в наших отношениях, но я всё на что-то надеялась. Света очень любила отца и тяжело это переживала. Но когда ей исполнилось семнадцать, то всё резко изменилось – она заявила, что ненавидит отца, и вообще всех мужчин, и никогда не выйдет замуж. Ей уже тридцать, и с тех пор ничего не поменялось. Она иногда встречается с каким-то парнем, но это разве серьёзно? Ничего, что я тут с вами семейными секретами делюсь?
– Ничего, – кивнула я. – Дальше меня это не пойдёт.
– А как же ты домой добираться будешь? – спохватилась Марина Сергеевна. – Ведь уже поздно, мало ли, что может случиться! Оставайся, переночуешь, а утром поедешь.
– У нас завтра выходной, – напомнила я.
– Тем более. Я тебе в соседней комнате постелю.
Я задумалась. На такси у меня денег всё равно нет, а прыгать по ночному метро – радость невелика. Кроме того, появляется возможность позавтракать на халяву. Да, вот такая я прагматичная сука! Когда денег нет – поневоле станешь прагматичной.
– Остаёшься? – переспросила Марина Сергеевна. – Ну вот и замечательно! Я вижу, что ты хорошая девочка. И всё у тебя в жизни замечательно. А вот моей дочери повезло меньше.
Вот так – я хорошая и всё у меня замечательно! А я-то думала… Всё познаётся в сравнении.
Утром встала и пошла умываться – из своей комнаты выползает Света, вся опухшая и всклокоченная. Меня увидела и давай руками махать – наверное, подумала, что глюки словила. Я ей говорю:
– Хватит руками махать, я не исчезну.
Она не поверила и продолжает:
– Ты откуда здесь?
Пришлось объяснять.
– Я тебя вчера сюда с корпоратива привезла, ты в нулину была. А потом твоя мама предложила мне остаться переночевать, а то уже поздно было.
Тут у неё выражение лица стало становиться осмысленным.
– А адрес где взяла?
– Я твоей маме позвонила. А телефон узнала в твоём смартфоне.
– Больше никому не звонила?
– Какому-то Армену, он первый в списке. Но он меня послал.
Света закрыла лицо руками.
– Пипец!
Потом бросилась ко мне.
– Катюха, ты ведь никому не расскажешь?
– Чего не расскажу? Как ты без блузки на столе плясала? Так это все видели. А вот когда ты лифчик стала расстёгивать, я тебя попыталась со стола стащить.
Света пришла в ужас.
– Пипец! Чего теперь делать-то? Катюха, это же пипец!
– Умыться для начала, – предложила я. – И кофе попить.
Потом мы с ней вдвоём сидели на кухне и пили кофе. И она мне изливала душу.
– Я зубами выгрызла себе это место, никто меня не двигал, всё сама. Продажи, продажи, продажи… Да тебе это не понять! У тебя и так всё в шоколаде.
Сказать, что я офигела от этих слов – ничего не сказать. На время я даже потеряла дар речи, и просто молча таращилась на неё. Я жру с помойки, а она – «у тебя всё в шоколаде»! А Света, заметив моё изумление, продолжила:
– Ещё скажи, что не так? Я ещё помню, как ты к нам в августе пришла. Вся такая робкая, застенчивая, без косметики, и тряпки какие-то провинциальные. А прошло всего несколько месяцев, и уже одета по фирме, волосы ухоженные, кожа прямо светится. Ну не на зарплату же всё это. Наверняка есть богатый спонсор.
Не зная, что на это ответить, я только молча покачала головой. Нет, я, конечно, замечала, что отношение ко мне переменилось, но чтобы меня воспринимали вот так!
– А скажи мне, Катюха, – Света вдруг сменила тему. – С чего ты со мной возиться стала? Рассчитываешь на мою благодарность?
По сравнению с этим все мои предыдущие эмоции – это как знакомую кошку у подъезда погладить. Это до чего же себя надо довести, чтобы во всём на свете какую-то корысть видеть?! Я вдруг физически ощутила её полнейшее, тотальное одиночество. Наверное, единственный её близкий человек – это мама. Да и то я в этом не уверена. Мне почему-то стало настолько тоскливо, что я, наверное, в лице переменилась. Я встала из-за стола, даже не допив кофе.
– Я, пожалуй, пойду. Я и так злоупотребила вашим гостеприимством. Спасибо за кофе. С наступающим Новым годом!
Я даже не стала прощаться с её мамой. Просто хлопнула дверью и пошла к лифту. Вышла на улицу и направилась к метро. Потом остановилась, пересчитала свои деньги, плюнула и пошла пешком. Да, отсюда до дома мне плюхать часа два, но зато я сэкономлю поездку на метро. Ничего, гулять по свежему воздуху полезно. У меня ведь всё в шоколаде!
Глава 8
Для того, чтобы праздновать, нужны деньги. А без денег праздник не получается. Хоть новогодние выходные длинные, к родителям я не поехала, только позвонила, сказала – дела. А на самом деле не на что билеты купить. В Новый год сидела одна и тупо втыкала в Интернет. Была и ещё одна причина моей тоски. Да, этот случай со Светланой. Я всегда считала её «железной Светой», уверенной в себе матерщинницей, которая с лёгкостью добивается поставленных целей, и у которой нет проблем по жизни. А на самом деле оказалось всё наоборот – это несчастная одинокая женщина, не способная на простые человеческие отношения, потому что во всём видит прибыль и корысть. Почему у неё так получилось – это не мне судить, для этого есть всякие там психоаналитики. Но если считать её должность великим достижением, то, на мой взгляд, оно такой цены не стоит.
Другое открытие, которое тоже меня поразило – это как меня представляют окружающие, мой имидж. Неожиданно выяснилось, что со стороны я выгляжу нереально круто. Я, конечно же, догадываюсь, что причина этого – мои фирменные шмотки разной степени поношенности, найденные на помойке. Люди смотрят на меня, и у них в мозгу тут же включается калькулятор: кроссовки – столько, джинсы – столько, куртка – столько, шапочка, сумочка, перчатки… И получившуюся сумму они сравнивают со своей зарплатой, отчего выпадают в осадок. То, что мне всё это досталось даром, им и в голову придти не может. Но самое-то главное – они начинают относиться ко мне так, как будто я всё это лично купила в московских бутиках. И в их глазах я становлюсь непростым человеком, или любовницей непростого человека.
Только сейчас до меня стало доходить, насколько это опасно. А если окружающие узнают, что это всё я вовсе не покупала? Мало того – вообще подобрала на мусорке. Такой обман мне не простят. На его фоне пьяные пляски «железной Светы» на банкетных столах – безобидная шалость. Но что я могу теперь сделать?
3-го числа мне надоело сидеть дома голодной и тупо втыкать в Интернет, и я отправилась в свой первый в этом году поход по помойкам. К счастью, сейчас темнеет быстро, и народу на улицах немного, так что можно особо не стесняться. Да я уже и не стеснялась: когда чуешь, что попалось что-то интересное – на окружающее просто перестаёшь обращать внимание. Сегодня охота шла удачно – попались пакет с клавиатурой и мышью и какие-то чёрные штанишки примерно моего размера. Но с голодухи меня слегка пошатывало. И когда мне попался большой сброс хавчика, я изменила своему принципу «с помойки не есть». Там был такой шашлык! Да что я буду объяснять – сытый голодного не разумеет. Я отошла в сторонку, постелила на парапет пакет со штанишками, клавиатуру поставила между ног, и принялась пировать.
Наевшись, я с новыми силами отправилась на следующую мусорку – что мне ещё сегодня подкинет помойка-кормилица? Неладное я почувствовала минут через двадцать. Как будто живот набит кирпичами, и они становятся всё тяжелее и тяжелее. Это с шашлычка, больше не с чего. То ли он на третий день после Нового года уже утратил свежесть, то ли просто с голодухи мне не пошла жирная пища, но становилось всё хреновее и хреновее. Я отошла за мусорку, и, не обращая внимания на прохожих, уселась по-маленькому. Полегчало, но несильно. Что ещё можно сделать в такой ситуации? Вызвать рвоту? Вроде надо два пальца под язык. Или на язык? Но это уже не понадобилось – шашлычок пошёл назад с такой же лёгкостью, с какой я его поглощала. После этого навалилась слабость. Я уселась прямо в сугроб и задумалась – а как же я буду до дома добираться? Но вскоре новые рвотные позывы прервали мои невесёлые мысли. Шашлычок уже закончился, и меня просто выворачивало наизнанку. После этого стало ещё хреновее – руки дрожат, ноги не держат, лоб покрылся испариной. «Надо вызывать «скорую» – подумала я и отрубилась.
Очнулась я от жары и жажды. Почему пить хочется – понятно, а жара-то откуда? На улице январь месяц. Приоткрыла глаза – я в каком-то помещении: бетонный потолок и стены, тускловатый жёлтый свет, и пахнет сигаретным дымом. А я лежу на каком-то топчане, укрытая ватным одеялом. И вроде как без одежды? Ощупала себя – точно, даже без трусов. Сразу стало не по себе – где я?!
– Ну что, очухалась? – голос мужской, хоть прокуренный, но добродушный. – Тогда давай знакомиться. Я Сергей.
Выглянула из-под одеяла – пожилой худощавый мужик в очках протягивает мне руку и улыбается щербатым ртом. Я подскочила как ужаленная и забилась в угол, прикрывшись одеялом.
– Что ты со мной сделал, извращенец? Где моя одежда?
Увидев мою реакцию, мужик отодвинулся от меня подальше и уже менее добродушно ответил:
– Твоя одежда вон сохнет. Мне пришлось тебя помыть, а то бы ты мне всё помещение провоняла.
– А ты кто?
– Я же говорю – Сергей. Я местный дворник, мусор убираю. А вот ты кто? Я сначала думал – бомжиха напилась, а потом гляжу – молодая, чистая, явно дома живет. Как зовут-то?
– Катя.
– Ну вот и познакомились. Ну что, Катюха, как себя чувствуешь?
Я прислушалась к своим ощущениям. Выброс адреналина прошёл, и снова навалилась слабость, даже встать не смогу. Но чувство опасности всё ещё осталось.
– Ты там это… Ничего такого со мной не сделал, пока я в отключке была?
– Сделал, – усмехнулся Сергей, не спеша достал сигареты и закурил. – Жопу тебе помыл. Да мне не впервой – у меня две дочери, одна примерно твоего возраста, другая постарше. И трое внуков. Так что опыт имеется. Ты лучше расскажи, что с тобой случилось? Запаха спиртного нет, а вокруг всё было заблёвано. Отравилась?
– Наверное, – рассказывать ему про шашлычок я постеснялась. А фриганы были правы: после хавчика с помойки отъехать куда-нибудь – как нефиг делать.
– Тебя кто-нибудь ищет? – поинтересовался Сергей. – А то бегают по улице, а ты здесь рассиживаешься.
Сказать ему, что никто меня ищет? Как-то боязно. С другой стороны, он прав. Но если я отвечу, что ищут, то тогда он скажет – звони им, и моё вранье вылезет наружу. Чёрт, я тут перед незнакомым мужиком без трусов сижу, и ещё чего-то рассуждаю. А по его словам, он меня раздевал и… Мыл?! Я что, обделалась?!
Заметив моё замешательство, Сергей усмехнулся и снял с верёвки мои трусы.
– Остальное не высохло. Если только что-нибудь из своего подберу.
Я продолжала молча глядеть на него и судорожно думать – что делать дальше. Он как будто почувствовал мой вопрос:
– Сиди тут жди, пока твоя одежда высохнет, я её постирал слегка, потому что она вся… Ну ты поняла.
– Вы постирали? – вся нелепость ситуации доходила до меня постепенно. – А мы вообще где находимся?
– Это помещение рядом с мусоросборником, куда из мусоропровода всё сыпется. Я его под себя немного оборудовал. Тут даже вода есть!
Ужас! Меня дворник подобрал на помойке и принёс к себе в мусоросборник! До чего я докатилась! Если бы тогда я только знала, с каким удивительным человеком я познакомилась! Но я никогда не умела предвидеть будущее, и поэтому выхватила из его рук свои трусы и потребовала:
– Отвернитесь!
– Да пожалуйста, чего я там не видел! – проворчал Сергей, закуривая следующую сигарету, но всё же отвернулся.
– И одежду какую-нибудь дайте!
Сергей протянул какие-то убитые спортивки и линялую рубашку. Когда я оделась, то почувствовала себя немного увереннее. Огляделась по сторонам – типичная берлога старого холостяка. Кругом разбросаны инструменты, какие-то запчасти и прочий хлам. На столе сбоку стоит древний компьютер, рядом электрочайник, пачка сахара и банка кофе. Вторая банка из-под кофе используется в качестве пепельницы. На верёвке, натянутой вдоль стены, развешаны мои шмотки.
– Вы здесь живёте, что ли? – не поняла я.
– Да ты что? – возмущённо воскликнул Сергей. – Это у меня вроде мастерской, а живу я дома – у меня в этом подъезде комната в коммуналке. Всё собираюсь себе домик где-нибудь в Тверской губернии прикупить, да пока денег не хватает. Кофе будешь?
– Давайте, – обречённо кивнула я.
Откуда-то из-под стола он достал вторую чашку, ополоснул её кипятком из чайника, а воду выплеснул под стол. Потом протянул мне чайную ложку:
– Кофе и сахар по вкусу.
В углу под какими-то ящиками послышалась возня и писк. Сергей смутился:
– Это крысы. Но ты не бойся – пока светло, они сюда не сунутся.
Нормально так, да?! Куда я вообще попала? А он налил кипяток в мою кружку и поинтересовался:
– А ты давно по помойкам промышляешь?
Я возмутилась:
– Да с чего вы взяли?!
И, кажется, покраснела. Он спокойно объяснил:
– Это ведь твоя сумка? Рядом с тобой лежала. Вещички явно с мусорки. Да и припоминаю, что раньше видел, как ты в баках рылась.
– Ну и что такого? – с вызовом ответила я. – Вы ведь тоже в помойке роетесь.
– Да ничего такого, – согласился Сергей. – Просто мы с тобой вроде как коллеги получаемся. Так что можешь переходить на «ты». Ты по жизни чем занимаешься?
– Продавец-консультант в магазине, – пришлось признаться.
– По компьютерам?
– Откуда вы знаете? – удивилась я.
– По клавиатуре и мыши в твоей сумке. То есть шаришь в этих вещах? Может, глянешь мой ящик, пока время есть, а то у меня познаний не хватает, – он кивнул на свой древний компьютер.
Тут я вообще выпала в осадок, пытаясь всё это объединить вместе – крысы в углу; дворник, убирающий мусор; компьютер в его подсобке. Я осторожно поинтересовалась:
– А что с вашим компьютером?
– Я хочу сюда интернет завести. Дома-то у меня кабель проведён, но сюда я тащить не хочу. Можно как-то без кабеля оттуда сюда интернет подключить?
– Вы интернетом пользуетесь? – наверное, мой вопрос прозвучал как-то глупо. Но Сергей не удивился.
– Давно уже. У меня даже своя страничка есть.
Я что-то пропустила и теперь у каждого дворника своя страничка в Интернете?
– Вы, наверное, компьютер в помойке нашли? – предположила я.
– Ага! – радостно подтвердил Сергей. – Даже несколько, а потом из них один собрал, помощнее.
Глава 9
А потом мы пили кофе, и Серёга рассказывал про свою жизнь.
– Я в этом домоуправлении уже двенадцать лет работаю. Они меня соблазнили тем, что пообещали жильё. Правда, только через семь лет. Ну я и пришёл сюда сварщиком. В домоуправлении сварных всегда не хватает – работа хлопотная, а зарплата небольшая. И вот прошло семь лет, я прихожу к начальнику – где моя квартира? Он как уж на сковородке крутится – у нас была реорганизация, той конторы, которая тебе обещала, больше нет. Я на них даже в суд подавал, но ничем не кончилось. А я как раз тогда со своей второй окончательно расплевался, и мне это жильё вот так было нужно. И тут такой облом. Я тогда начальнику говорю – ухожу из сварных в операторы мусоропровода. Если вы все тут такие умные, то сами свои батареи варите.
– Вы же говорили, что у вас тут комната в коммуналке? – перебила я его.
– Это уже другая история. Пока я сварным трудился, то познакомился с бабкой, она как раз в этой комнате жила. У неё сын тут неподалёку живёт, но что-то у них отношения разладились, и она со всеми вопросами ко мне обращалась – «Серёжа, у меня лампочка перегорела», «Серёжа, у меня кран течёт», «Серёжа, а ты мне в магазин не сходишь?». Я ей тогда говорю – чтобы ты не стеснялась ко мне обращаться, и у меня какой-то интерес был, перепиши свою комнату на меня, а я буду за тобой ухаживать, сколько там тебе осталось. Поэтому-то я из домоуправления и не уволился, только на мусоропроводы перешёл. А три года назад она преставилась. Я пошёл к её сыну, не знаю, как и сказать – всё же мама у человека умерла. А он такой: «Что – померла бабка наконец-то? А от меня ты чего хочешь?» Я ему хотел как следует ответить, но сдержался. Сам похороны организовал, за свой счёт всё сделал. Вот так у меня эта комната получилась.
Я пила кофе, слушала его и удивлялась – я совсем не знаю этих сторон жизни. И совершенно не огорчена. А Серёга рассказывал дальше:
– А перед этим я работал в ВОХРе, старшим стрелком. Железнодорожный мост охраняли. Некоторые железнодорожные мосты охраняют, я точно не знаю, от чего это зависит – то ли от размера моста, то ли от стратегического направления. Мы об этом не думали, смена сутки – трое гуляешь. Времени много было, я договорился с начальством и сделал плантации клубники. Там склоны насыпи всё время на солнце, и территория охраняется, посторонних нет. А со своими я так договорился – ешьте сколько хотите, но чтобы аккуратно. Потому что я там целую систему орошения сделал, у меня к каждому кусту своя трубочка была подведена. Посадочный материал я в Тимирязевской академии взял, там была женщина – лучший специалист по клубнике в стране. Я когда стал этим заниматься, всю литературу по клубнике изучил, и на неё вышел. Полгода я к ней ездил, консультировался, даже помогал ей в её работе – она тогда диссертацию писала, что ли. Вот там у неё и позаимствовал немного посадочного материала, без спроса, потому что новый сорт – это серьёзное дело. Я кусочек листка в карман незаметно убрал, а потом дома в пробирке уже вырастил посадочный материал. Есть такой метод – «ин витро», то есть в пробирке, когда растение растёт не на грунте, а в питательном растворе.
Я уже немного пришла в себя – кофе подействовал, но теперь офигевала от другого – сначала дворник из мусоропровода создаёт себе страницу в Интернете, а потом он же рассказывает, как в пробирке разводит уникальный сорт клубники. И я не выдержала:
– А к чему такие сложности? Посадил бы простую клубнику?
– Ха! – я уже заметила, что когда он рассказывает что-то важное для себя, он говорит очень экспансивно. – У обычной клубники вегетативный период, то есть когда она цветёт и плодоносит, чуть больше месяца – с конца мая до начала июля. В это время на рынке её полно, и цены низкие. А у меня первые ягодки появлялись в начале мая, а последний урожай я собирал чуть ли не в сентябре. И вот я каждые три дня сменяюсь, урожай собираю, и в Москву. Там в переходе торговал. У всех клубника ещё цвести не начала, а у меня уже урожай готов. По сто пятьдесят рублей за день выходило.
– Это советскими ещё? – не поняла я.
– Ну да, это же когда ещё было.
– Погоди, тогда же это была месячная зарплата!
– Ну у меня как у старшего стрелка побольше выходило, но в общем-то да.
Я с недоверием уставилась на него. Если это всё правда, то он должен быть подпольным миллионером, а не сидеть в мусоропроводе!
– Куда же ты все эти деньги дел?
– Всё Аллочке отдавал, своей второй жене. А она их успешно просаживала, ничего не оставалось.
– Это на что же можно такие деньги просадить?!
Серёга усмехнулся.
– Вы, бабы, всегда найдёте, на что деньги просадить.
– А что же ты с моста тогда ушёл?
– Я не сам ушёл, там с одним человеком общий язык не нашли.
Он достал очередную сигарету. Я возмутилась:
– Да погоди ты смолить! И так меня всю прокоптил!
– Во, гляди, ожила, раз возмущаться стала! – неожиданно резким движением Серёга ткнул пальцем мне под рёбра, и довольно засмеялся, когда я подскочила от неожиданности. – Ну так что, поможешь мне с интернетом?
– Надо подумать, – уклончиво ответила я. Всё же я немного отошла от сисадминства в сторону торговли, надо освежить познания.
– Чтобы лучше думалось, я тебе кое-каких железяк подкину, – он вытащил из угла небольшой мешок. – Я тут насобирал в мусорке. Посмотришь на досуге, может, тебе чего пригодится.
– А сколько времени? – вдруг заинтересовалась я. В помещении мусоропровода окон нет, и ориентироваться тяжело. Сергей глянул на свой телефон:
– Восьмой час утра.
– Так мы всю ночь проболтали? – удивилась я.
– Где-то половину, – поправил Сергей. – А первую половину ты в отключке была.
– Я тебе поспать не дала? – и тут до меня допёрло. – Серёга, ты же мне жизнь спас! Я ведь могла там замёрзнуть нахрен.
Сергей усмехнулся и всё же достал сигарету.
– Так не замёрзла же. Пощупай, твоя одежда подсохла?
Всё же мои шмотки были ещё влажными, и идти в них по утреннему морозцу прохладно. Но мешок с компьютерными железяками тяжелый, и я быстро согрелась, волоча его. Да и слабость после отравления прошла не до конца, хотя от выпитого кофе спать совсем не хотелось. Возбуждение у меня было ещё от этого неожиданного знакомства. Как человек, получивший высшее образование встоличном вузе, я смотрела на всяких пролетариев свысока – мол, о чём с ними можно разговаривать? Именно поэтому я свои походы по помойкам так тяжело переживала – как катастрофическое снижение социального статуса, дальше только алкоголизм и полнейшая деградация. И, наоборот, карьера в том же магазине – это интеллектуальное и духовное развитие. Но оказалось, что всё это полная ерунда. Серёга-мусорщик оказался гораздо душевнее и интеллектуальнее «железной Светы», и это полностью сломало всю мою шкалу, которую так упорно насаждали школа и институт.
Дома наконец-то приняла душ и переоделась. Есть совершенно не хочется, ну и хорошо – всё равно ничего из еды в доме нет. Я решила поглядеть, что за компьютерное железо мне всучил Сергей. Постелила на пол газетку и вывалила на неё содержимое мешка. И всё же он не очень хорошо разбирается в компьютерах – в общей куче были детали не только от компьютера, но и плата от пульта дистанционного управления, и даже внутренности картриджа от игровой приставки. Но самое прикольное – среди всего этого электронного хлама оказался ноутбук! Внешне целый, но весь в грязи. Вот это уже реальная ценность. Протёрла его влажной тряпочкой, попыталась включить – глухо. Может, аккумулятор сел, но блока питания нет. Но ничего, я знаю, что с ним делать.
В нашем торговом центре в новогодние праздники закрыты только промтоварные отделы, а продуктовый работает. Но работают и мелкие лавочки, в том числе будка под вывеской «Ремонт сотовых и ноутбуков». Сегодня уже 4-е января, и ребятам тоже кушать хочется. А если и не хочется, то аренду в любом случае платить надо, будни или выходные. Заглянула в открытую дверь:
– Ноутбук посмотрите?
В будке лысый парень копается со смартфоном. Я с ним не знакома, но знаю, что его зовут Михаил. Он поднял голову от своего рукоделия:
– Что с ним?
На всякий случай я прикинулась дурочкой.
– Не знаю. Не включается.
Михаил протянул руку:
– Давайте посмотрим. Зарядка есть?
– Ой, я забыла! – интересно, насколько правдиво у меня получается? Наверное, достаточно правдиво, потому что Михаил понимающе кивнул и взял свой блок питания. Нажал кнопку включения ноутбука, и по экрану побежали строчки на английском. Ого, он ещё и работает! Но моя радость оказалась недолгой – на чёрно-белых надписях всё и остановилось.
– Скорее всего, жёсткий накрылся, – предположил Михаил.
Я продолжила изображать туповатую клиентку.
– А сколько будет стоить ремонт?
Михаил стал загибать пальцы:
– Жёсткий диск, установка Виндовс, работа… Тысяч восемь.
Тут я задала вопрос, ради которого сюда припёрлась:
– А вы неисправную технику покупаете?
В глазах Михаила мелькнул интерес.
– И за сколько?
Жёсткий диск стоит тысячи три, причём новый, беушный дешевле, заменит он его сам, и потом будет продавать бук как исправный минимум за десять. Поэтому я решительно объявила:
– Пять тысяч!
Михаил изобразил разочарование и ответил:
– Нет, от силы три тысячи.
Ха, парень! Кого ты хочешь переторговать – продавца-консультанта из отдела электроники?! Короче, сторговались на четырёх тысячах. Я сразу же отправилась в продуктовый отдел. Список покупок у меня уже давно составлен – хлеб, подсолнечное масло, макароны, суп быстрого приготовления, картошка… На шесть сотен набрала столько, что еле поволокла. Да, это не деликатесы, но дешёво и питательно, а главное – не отравишься. Но главный вывод, который я сделала – находки с помойки можно монетизировать, и этим надо воспользоваться. Но если бы я заменила диск в ноутбуке самостоятельно, а потом толкнула его на интернет-барахолке, денег получилось гораздо больше. Что я, зря в институте этому училась? Ну не совсем этому, но придётся осваивать. Кушать захочешь – научишься, это только сытое брюхо к науке глухо.
