Текст книги "Мой дикий босс (СИ)"
Автор книги: Аня Истомина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
18. Причинять добро
Когда мы вылетели из кабинета, толкаясь и подначивая друг друга, Аня испуганно вскочила, но вмешаться не решилась.
В принципе, абсолютно правильное решение, потому что на адреналине я и рявкнуть могу так, что станет не по себе.
Мы сцепились с Русом не на жизнь, а насмерть. Со стороны можно было подумать, что между нами лютая ненависть. Но, на самом деле, эта жёсткая борьба помогала скинуть пар и напряжение. Мысли в момент боя работали четко, последовательно, логично. Мозг тут же перестраивался на то, чтобы просчитать удар соперника и выстроить ответные ходы.
Я чувствовал на рёбрах обжигаюшие, скользящие удары, и сам наносил такие же.
Рус сделал мне подсечку и я грузно рухнул на пол, но успел откатиться от удара ногой.
Вскакивая, я заметил, как открывается дверь в зал, но тут же перевел взгляд на соперника, который уже снова пошел в атаку.
Я увернулся, перехватывая его руку, и прописал несколько быстрых ударов в бочину и с колена.
– Я тебе для Ани тоже пригласительный дам, – усмехнулся Руслан, выкручиваясь и отступая назад.
– Сначала от красоты своей невесты не умри, – хмыкнул я, – она, наверное, страшная!
– А ты от стояка.
Подъебщик хренов.
Я сократил дистанцию, нанося один за одним мощные удары по торсу говнюка.
– Иван Андреевич! – послышалось откуда-то сзади. Я обернулся, отвлекаясь.
Рус воспользовался заминкой, ловко увернулся и своей очередной коронной подсечкой снова отправил меня на пол.
Я клюнул носом, стукнулся лбом, но сгруппировался и откатился. Подняв голову, я увидел, как возле ринга стоит Аня и огромными от ужаса глазами смотрит на нас.
Потеряв несколько секунд, тут же был прижат сверху мощной тушей друга, который ловко заломал меня в захват.
– Рус, стой! – прохрипел я и он тут же разжал руки, откатываясь.
– Блин, ну на самом интересном, – просипел он в ответ и сел, переводя дыхание.
Я встал, тяжело дыша, и вопросительно кивнул Ане.
– Что случилось?
– Там… к вам пришли.
– Я никого не жду.
– Женщина.
Я закатил глаза, будто пол мог сильно повлиять на мое решение. Но, все же кивнул, обнял друга и спустился с ринга.
– Пошли.
– Вы голым пойдете? – покосилась Аня, шагая рядом со мной, но быстро отвела глаза.
– А что такое? Ревнуешь, солнышко?
– Я? Нет! Но там же посетитель!
– Я его не звал. Придется потерпеть мой видок.
Аня помолчала немного, потом шепнула:
– У вас кровь на лице. Почему вы дрались?
– Напугали тебя? Это у нас развлечение такое, не переживай.
– Вот это развлечение! – хмыкнула она ошарашенно.
Я прошел в приемную первым. Там сидела женщина лет сорока. Эффектная брюнетка, яркий макияж. При виде меня ее брови удивлённо взметнулись вверх и она встала.
– Иван Андреевич?
– Он самый.
– Я – Светлана Юрьевна, представитель компании, производящей спортивное питание. Мы хотели предложить вам сотрудничество. Съемка в рекламе, участие в конференциях.
Что-то мне везёт на Светлан. Может, это знак? Знак, что ее надо сводить в ресторан? Или знак, чтобы не связывался? Но, блин, не в моем вкусе. Чересчур яркая. Даже вульгарная, я бы сказал.
– Извините, но сегодня я не в состоянии ничего обсуждать. Как видите, только с ринга. А знаете что? – я улыбнулся и, приобняв женщину за талию, подвёл ее к лифту. – А приходите завтра?
Запихнув Светлану Юрьевну в лифт, нажал кнопку и убрал довольное выражение лица, облегчённо вздохнув.
Обернулся, в дверях приемной стояла Аня.
– Завтра суббота, Иван Андреевич.
– Да похуй, – отмахнулся я и ушел в свой кабинет, устало сел на диван и прикрыл глаза.
Надо бы в душ, но сил нет. Вместе с дурью вышли.
Дверь приоткрылась. Аня несмело заглянула и молча смотрела на меня.
– Ну что ты там застряла? Заходи.
Аня подошла ко мне, взволнованно присела рядом и потрясла за плечо.
– Вам плохо?
– Нет, мне очень хорошо, – лениво посмотрел я на нее. – Просто устал.
– У вас бровь разбита. Давайте обработаю?
Я бы отмахнулся, если бы это предложил кто-то другой. Но сейчас было приятно и я молча кивнул.
Аня ненадолго вышла. Когда вернулась, в руках был железный поднос, на котором лежали салфетки и пузырьки.
Она забралась на диван возле меня, поставила рядом поднос и, стоя на коленях, аккуратно протирала мое лицо. Я едва сдерживал довольную улыбку.
Затем почувствовал прохладное прикосновение к брови и поморщился, потому что начало щипать, попытался увернуться.
Аня придержала мое лицо ладонью и снова начала чем-то мазать, аккуратно дуя на рану.
Я несколько секунд кайфовал, а потом удивлённо распахнул глаза и перехватил ее руку. Сто лет ничем щипучим не обрабатывают уже.
Зелёнка!
– Аня, – зарычал я, пристально глядя ей в глаза и вырывая ватную палочку. – Ты серьезно?! Я буду с зелёной мордой неделю ходить?!
– Там немного, только где рана.
– Бляяядь, – простонал я, откидываясь на спинку. – А ну-ка, иди сюда!
Подхватив девчонку под бедра, я посадил ее к себе на колени и отвёл волосы со лба.
– Что вы делаете?! – пискнула она, пытаясь слезть, но я резко притянул ее за талию обратно.
– Делаю из тебя сочувствующую. Не дергайся, а то испачкаю.
Я приблизился и, прищурившись, нарисовал ей над бровью маленькое зелёное сердечко. Надо было бы написать какую-нибудь чушь, но ведь лечила же!
– Я больше не буду вам помогать, – обиженно выдохнула Аня, боясь пошевелиться.
– Не помогать, а причинять добро, – сосредоточенно уточнил я, закрашивая силуэт. – Это разное.
– Давайте вы меня просто уволите, раз я такая дура?! – зло шепнула она, хмурясь.
Я перевел взгляд на Аню. Ее ресницы были немного влажными и подрагивали.
Сердце пропустило удар.
Откинув ватную палочку, я придержал девчонку за шею и, поглаживая затылок, притянул к себе.
Аня испуганно выдохнула, а я вдохнул ее ароматное дыхание с нотками кофе и впился в приоткрытые губы.
19. Рефлекс
Мне хотелось сожрать ее губы, но вместо этого я старался целовать как можно мягче и нежнее, лаская мягкими движениями языка ее язык, не давая ни секунды на то, чтобы отстраниться, подчиняя своим движениям и заставляя отвечать на них.
Аня пыталась что-то мычать, упираясь и царапая меня по груди пальцами, но то и дело сбивалась, ослабляя сопротивление, когда я с новой силой ещё глубже захватывал ее рот.
После ринга я мог немного контролировать себя!
Да, с поцелуем не удержался и в штанах снова стало тесно, но мозг не отключился. Я не давал рукам волю, просто целовал с оттяжкой, кайфуя от ее вкуса и запаха.
Но как же хотелось вжать Аню в себя, прижать ее бедрами к напряженному члену!
Почувствовав, что уплываю и могу сорваться, я нехотя отстранился.
– Ты не дура… – начал я ласково, как вдруг мне прилетело по голове чем-то звенящим.
“Бам!” – ещё один удар подносом. Не сильно, конечно, но крайне неожиданно.
Аня отскочила от меня.
– Ты дура?! – я удивлённо вскинул брови и подался вперёд.
Взвизгнув, она бросилась из кабинета.
Бляха муха!
Я вскочил и побежал следом, поддаваясь каким-то животным инстинктам, будто зверь на охоте. Но моя дичь успела выбежать в холл, юркнуть в туалет и закрыть дверь на замок.
– Аня, – я громко зарычал и постучал, – ты в своем уме?
– А вы?! – крикнула она из-за двери обиженно.
– Я не сдержался. Это рефлекс.
– Странный какой-то рефлекс!
Я усмехнулся и опёрся спиной об дверь.
– Девочка собирается плакать – девочку надо успокоить. Чего тут странного?
– А то, что это из-за вас девочка собиралась плакать, ничего?!
– А ты сейчас плачешь?
– … Нет!
– Ну, видишь, значит, помогло. А ты мне подносом!
– А у меня тоже рефлекс!
– Выходи давай, – тихо рассмеялся я.
– Нет.
– Боишься?
– Нет!
– А когда выйдешь?
– Когда вы домой уйдете!
Я прикинул время.
– Часов через шесть?
– Значит, через шесть.
– Я сейчас закажу еду и уйду в душ. Встреть курьера, пожалуйста. Тебе что заказать?
– Ничего!
– Ладно, выберу на свой вкус.
Я вернулся в кабинет, быстро выбрал горячее и салаты, и отправился обратно в спортивный зал, чтобы принять душ и переодеться. Проходя мимо туалета громко покашлял. Дебильная улыбка не хотела сползать с лица.
Я встал под горячие струи и облизал губы. Аня, блин. Как самый вкусный десерт в мире. Нежный, едва сладкий, но такой запоминающийся. Ни с чем не сравнимый.
Я попытался вспомнить свои ощущения от поцелуев в юности, да и просто с женщинами, с которыми было чуть больше, чем просто секс. Ни с кем подобных ощущений не смог вспомнить.
Яйца, казалось, уже звенят от напряжения. Закрыв глаза и закинув голову, я сжал член и медленно задвигал рукой, то и дело вздрагивая от пробегающих по позвоночнику импульсов.
Да, с ней я бы вел себя именно так… Медленно… Осторожно… Лаская сантиметр за сантиметром ее узенькое влагалище, нежные влажные складочки…
А она бы изнывала от желания и стонала от каждого прикосновения, умоляя взять ее быстрее и жестче…
Я зажмурился и прикусил кулак, набирая темп, вздрагивая бедрами все сильнее и сильнее, пока, наконец, не замер от судороги, тихо рыча и изливаясь спермой так, будто год не трахался.
Постояв ещё минут десять под контрастным душем, подошёл к зеркалу и рассмотрел разбитую бровь.
Ну, прямо скажем, не сильно. Зелёнки больше потрачено. Но не критично. До тролля не дотягиваю.
Я усмехнулся.
Зелёнка, блин! Додумалась! И ещё нашла же где-то! Медсестричка.
Так, стоп-фантазия! Все, харе. Через час тренировка с бандитами. Нужно снова быть жёстким дядькой.
Я одел спортивный костюм и пошел обратно. По пути дёрнул дверь в туалет. Закрыто.
– Ты серьезно до ночи там собралась сидеть? – возмутился я и хлопнул по полотну ладонью.
Замок щёлкнул и из двери выглянула Марья Ивановна, наша уборщица. Женщина она была хоть и в возрасте, но сухая, поджарая и опасная.
Тарас обосновал свой выбор тем, что именно бывшая школьная техничка сможет поддерживать порядок на этаже, где занимаются мои непутёвые подростки.
В принципе, помня свои школьные годы и суеверный трепет перед этими женщинами, идею я поддержал.
– Ой, – я поднял руки вверх, широко улыбаясь и отступая назад.
– Я тебе сейчас поойкаю, хулиган! Чего ломишься в женский туалет?
– Сдаюсь! – я отступил ещё на шаг.
Я шел к приемной и тихо ржал, как дурак. Я мог ужаса нагнать на кого угодно,.. кроме Марьиванны.
Аня сидела у себя за столом и пристально смотрела в монитор.
Я хотел подойти, но она тут же выставила вперёд руку с указательным пальцем, жестом останавливая меня.
– Ань…
– Не подходите ко мне, иначе я завтра не выйду.
– Хорошая попытка, но завтра суббота. – хмыкнул я, засовывая руки в карманы. – Ладно, я тебя услышал.
– Еда в кабинете.
– А ты?
– Я не голодная.
Я закатил глаза, тяжело вздохнул и ушел к себе.
Сел за стол, посмотрел на контейнеры и нервно побарабанил пальцами по столешнице.
Недотрога какая! Злючка! Ладно, посмотрим, кто кого.
Посидев минут десять, разбираясь в очередных бумагах, посмотрел на часы и встал, отодвинул на край нетронутую еду.
Молча прошел приемную, обернулся в дверях.
– Я ухожу на занятия с детьми. Забыл еду в холодильник убрать. Убери.
Аня кивнула, не поднимая глаз.
Ничего, ничего. Ложь, провокации, шантаж – это наши методы.
20. Ничего не чувствую
– Соскучились, бандиты? – довольно хмыкнул я, когда мои беспризорники ввалились в зал и наперебой стали поздравлять меня с победой.
Они мне вручили картину, на которой я держу над головой пояс.
– Спасибо, братва! Очень нравится! Художник, ты рисовал? – обратился я к самому хилому из пацанов. Он скромно кивнул.
Глеб. Семнадцать лет. Парень реально был талантливым в живописи и так себе спортсменом. Ребята задирали его раньше, не понимая, зачем я трачу время. Да и я сначала особых иллюзий на его счёт не питал. Но, видя в глазах искреннее желание тренироваться, не смог отказать.
А он взял и показал хорошие результаты. Да, ему приходилось работать больше, чем всем, но он плавно шел вверх, становясь все лучше и лучше.
– Талантище! Сделаешь мне ещё парочку тематических на заказ? Украшу свою приемную.
– Эксплуатировать ребенка собираетесь? – послышалось из-за спин ребят.
Я закатил глаза. Ада Львовна. Их сопровождающая. Ну, куда же без нее? Вот с кем-кем, а с ней я совсем контакт не могу найти. Проще с Марьиванной договориться.
– Здравствуйте, Ада Львовна! Я тоже по вам соскучился!
После разминки и бега по кругу, ребята уселись отдохнуть пару минут.
В этот момент заглянула Аня. Я кивнул ей, чтобы зашла.
– О, новая телочка, – послышались смешки с ринга.
– Так! – обернулся я к ребятам. – Это Анна, моя помощница. Рты прикрыли.
– А мы чё? Мы молчим!
– Петров, я тебе сейчас глаз выколю.
Аня покосилась на ребят, на меня, подошла.
– Я хотела отпроситься.
Я напрягся.
– Что-то случилось?
– Нет, все нормально. Друзья со сборов вернулись, позвали встретиться.
Интересненько. Какие такие друзья?
Я внимательно посмотрел на бледно-зелёное сердечко над бровью. Оттирала, значит? И это после всего того, чего у нас с тобой не было?
– Да, иди, – ответил вслух. – Такси вызвать?
С ринга доносились громкие перешептывания.
– Смотри, как смотрит.
– Да сто пудов, вместе.
– Так!!! – рявкнул я в воздух, не оборачиваясь. Все замолчали, а Аня подпрыгнула. – Сто отжиманий!
– Ну, Иван Андреевич!
– Двести!
Ребята, громко и обиженно сопя, встали в планку.
– Такси, – напомнил я Ане.
– Не нужно, за мной приехали, спасибо.
Аня ушла. А я подошёл к окну и, пока шпана отжималась, наблюдал, как двое спортивного вида парней по очереди тянут свои лапы к моей… помощнице. А она с удовольствием виснет у них на шеях и целует в щеки.
Потом они втроём сели во вполне спортивную тачку и уехали.
А у меня по груди разлилось неприятное тепло.
Я прикрыл глаза, выдохнул, пытаясь избавиться от раздражения, и вернулся к своим бандитам.
– Ну что, болтать во время отжиманий не очень удобно? Теперь спарринг.
Вечером, переодевшись дома в джинсы и футболку, я приехал в бар, где меня в VIP-зоне уже ждал Руслан с двумя симпатичными девушками. Такими же гламурными, как у меня на ресепшене. В глазах – блеск и обожание, хоть сейчас бери и еби.
Я дружелюбно поздоровался и сел так, чтобы ко мне никто не смог подсесть. Раздражение от окончания рабочего дня никуда не ушло.
Мы заказали виски, шампанское для дам, еду и закуски.
Рус общался как всегда на позитиве. Я бросал короткие фразы, лишь лаконично отвечая на вопросы и скучающе разглядывая танцпол.
Когда дамы ушли попудрить носики, друг подвинулся ближе и толкнул в плечо.
– Так, я что-то не понял. Что случилось?
– Ничего. Устал просто.
– Настолько, что трахаться не хочешь?
– Ничего не хочу.
– Бля, что я с ними делать-то буду?
– Ну, с проститутками ты не задавался этим вопросом. У тебя скоро свободная жизнь заканчивается. Пользуйся моментом.
Я снова не притронулся к еде, лишь потягивал виски, чувствуя, как меня быстро накрывает на голодный желудок.
Рус тискал девчонок, мило с ними перешептываясь.
Одна, хихикая, нагло пересела мне на коленки и обняла за шею, покрывая щеку поцелуями. Я машинально обнял ее за талию, пытаясь увернуться от губ, но был жёстко зафиксирован ладонями и зацелован.
Лениво отвечая на поцелуи, я чувствовал, что… ничего не чувствую. Ни один мускул не дрогнул на теле. Ни привкус шампанского на языке девушки, ни нежные скользящие движения ее рук под футболкой, – ничего не вызывало во мне ни грамма возбуждения.
Зато я чувствовал, что злюсь. На нее за то, что привязывается. На себя за то, что веду себя совсем не так, как раньше.
Младший, ау! Ты уже должен стоять!
Я поморщился и отстранился, снова скользя взглядом по танцполу. Вот им весело.
Внезапно глазами наткнулся на Аню. Она танцевала с одним из тех парней, что встречали ее с работы. Мы встретились взглядами.
20. Ревность
Я скользнул равнодушным взглядом дальше, делая вид, что не узнал ее.
Приехали, блядь. Клуб дорогой. Не ожидал ее здесь увидеть. Понятно, что с друзьями-мажорами своими пришла. Развлекаться.
Ох, как же это слово прозвучало у меня в мыслях, вызывая волну гнева и злости! Аж волоски на руках встали дыбом! И запекло все внутри.
И я тут ещё с бабой на коленках сижу, сосусь. Охуенно просто!
Я снял с себя девчонку, усадил ее на диван к Русу и взял бокал, залпом выпивая виски.
Аня, блин! Ну ты же ангел! Ты дома уже спать должна!
Я посмотрел туда, где увидел ее. Стоит спиной ко мне, в обнимку с “другом” своим. Платье чёрное, выше колена. Пушистое какое-то, талии не видно даже. Зато ноги на высоком каблуке пиздец как видно! Стройные, аппетитные! А когда этот ее…друг… ее к себе прижимает, платье чуть вверх задирается и ещё красивее вид открывается. Бедра эти… Ммм!..
Член дрогнул. Ах ты, паскуда! Предатель!
– Рус, а что там за компания? – кивнул я в сторону.
Руслан обернулся и внимательно посмотрел на столик в углу танцпола.
– А, это самбисты Игоря Васнецова. О, Аня!
Он тут же развернулся обратно и внимательно посмотрел на меня, но промолчал.
Я налил виски, снова сделал большой глоток. Нахуй это все.
– Рус, я поеду. Сил нет.
– Ну, блин, Гунн! Ты серьезно?
– Да. Домой хочу. Остаёшься за главного. Смотри, чтобы девочки не скучали… Не провожайте.
– Блин, ну серьезно! Если хочешь, давай поедем в другое место?
– Домой хочу, – упрямо повторил я и встал.
Мысли путались. Кровь кипела. Я хотел как можно быстрее уйти, чтобы не заварить какую-нибудь кашу.
Когда обладаешь большой силой, то просто обязан ее контролировать, что бы ни произошло.
А хочется разорвать этих новоявленных друзей и забрать Аню с собой! Потому что МОЯ! И похуй, что не знает об этом!
Я сам только что узнал.
Сердце быстро билось об ребра, отдавая пульсом в горло. Купив в баре бутылку вискаря, я вышел на улицу, завел с брелка машину.
Стрельнул у какого-то мажорчика сигарету, закурил, выпустил в воздух колечко дыма.
Вообще, не курю уже лет двадцать, как спортом занялся. Но, нет-нет, да и требует душа сделать пару затяжек.
Услышав знакомый до мурашек голос, обернулся. Недалеко стояла Аня с девчонкой и, не замечая меня, курила тонкую сигарету.
Я усмехнулся и неспеша пошел в их сторону.
– Ань, – негромко позвал я и с удовольствием наблюдал, как она мигом вышвыривает сигарету и резко поворачивается ко мне.
Я глубоко затянулся, приобнимая ее за шею и медленно наклонился к испуганному лицу.
– Не надо, пожалуйста, – пискнула она.
Уже возле самых губ я выпустил дым в сторону и шепнул:
– А-я-яй. А сказала, что бросила.
– Я не курила все это время, – шепнула она в ответ, едва не касаясь моих губ.
– Тебя никто не обижает?
– Нет. Я с друзьями.
– Ладно,.. тогда пока.
Я отстранился и тут же почувствовал толчок в плечо.
– Эй, ты кто такой?!
Я обернулся. Ну, бля, конечно же, “друг” нарисовался. Молодой. Борзой. Ровесник Ани, наверное.
– Олег, все хорошо! – Аня выскочила вперёд, встала между нами и загородила меня собой. Смешно, да. – Это мой начальник.
Я затянулся, мысленно считая от тысячи в обратную сторону, чтобы не заводиться.
– Да мне пох, кто он! Что он тут трётся? Схватил тебя!
– Придержал, – вклинился я с поправкой. Но Олег, качнувшись, упрямо мотнул головой.
– Да мне пох! Не смей ее трогать, а то я тебя прям тут уложу!
Как же хотелось въебать по этой наглой малолетней роже! Чтобы знал, на кого рот открывает! Но, сука, нельзя! Во-первых, сопливый еще и по весу мы разные. А, во-вторых, всю карьеру можно под откос пустить. И свою, и его. Даже по пьяни приходится помнить об этом.
– Ооо, все, все, я не прав. Ухожу. – протянул я и, едва сдерживаясь, вытащил из кармана кошелек и ключ от машины, пихнул их Ане в руки. – Тут документы. Увози своего самбиста домой, пока он приключений не нашел.
– А вы? – опешила она.
– А я прогуляюсь. Мне полезно.
Открыв виски, я сделал из горла пару глотков и, махнув на прощание рукой, неспеша пошел прочь.
– Иван Андреевич, вы же пьяный! Давайте я вас тоже довезу. – Аня догнала меня и преградила дорогу.
– А это из-за тебя, между прочим, – я остановился и сделал ещё глоток.
– В смысле?! – обиженно нахмурила она брови.
– Ай! – устало отмахнулся я. – Иди, жениха своего сопливого лечи! Я взрослый мальчик.
– А если на вас кто-нибудь нападет?
– Нападет? – усмехнулся я. – На чемпиона мира? Ну пусть.
– А вы – чемпион мира? – округлила глаза Аня.
Я застонал, закатив глаза. Ещё ни один человек не смог опустить мою самооценку так, как ты, девочка.
Я обошел Аню, бросив на ходу:
– Все, иди к жениху, пока он меня не растерзал!
– Иван Андреевич, ну что вы стебетесь? – донеслось в спину.
– Бегооом, – устало протянул я. – Я не железныыый. Меня сейчас бомбанееет.
А дальше все, как в тумане. Ночь, улица, расплывчатые вывески на магазинах. Ревность.
Да, блядь, ревность!
Ярость. Автобусная остановка. Темнота.
Я открыл глаза и несколько минут тупо пялился в потолок. Светло, я дома.
В голове была абсолютная пустота, которая отдавалась болью в затылке при попытке вспомнить окончание вечера.
Последнее, что помнил, – это как прощался с Русом и какие-то обрывки, в которых мелькала Аня.
Я поднял руку, чтобы посмотреть время на фитнес-браслете и поморщился от боли.
Кулаки были сбиты. На костяшках запеклась кровь.
– Да ебаный в рот, – застонал я, с трудом садясь на кровати. – Этого ещё не хватало.
