Текст книги "Застрявший в Ревущем лабиринте (СИ)"

Автор книги: Антон Текшин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 11

На Пангако нельзя быть готовым ко всему. В любой момент он может врезать тебе под дых самым подлым образом. И ты либо держишь удар, либо покидаешь этот мир с удивлённо распахнутыми глазами. Возможно, даже униженным.

Я подозревал, что и к нам однажды могут заглянуть без приглашения, но всё-таки теплилась надежда на пещеру. Ведь босяки могли бы жить тут до сих пор, не нарвись они на нас по глупости. Моя теория была проста, как ужин раба – все известные нападения происходили в древних комплексах. Маленьких или грандиозных, вроде Мёртвого города, не суть важно. Главное, что загадочный ночной ужас действовал по принципу охранника. А не просто спятившего маньяка. Он методично вырезал вторженцев, после чего исчезал с чувством выполненного долга. Только зона ответственности у него выходила слишком широкая – чуть ли не на весь полуостров. Пока обойдёшь все достопримечательности – ноги сотрутся до коленей. Даже на транспорте времени ушло бы порядочно, а ведь дорог тут нет, кроме чудом сохранившихся огрызков брусчатки прямо посреди леса.

Возможно, этим отчасти объяснялась хаотичность атак. Ведь некоторые стоянки существовали не один месяц, вроде форпоста в Мёртвом городе. И ничего, люди как-то возвращались живыми в порт. Да и те развалины, где легла прошлая группа Мау, охотники за древностями посещали неоднократно. Тут явно существовал ещё какой-то фактор, посерьёзней банального невезения.

До этого момента жалобы на удачу попахивали откровенным грешком, ибо мы по-прежнему живы и даже обеспечены прибылью, поэтому ночной визит стал плохой новостью. Видимо, вселенский баланс не позволял, чтобы нашей группе и дальше всё сходило с рук. Однако совсем уж неожиданностью вторжение для меня не стало. Где-то в глубине души я понимал, что рано или поздно в нашу весьма условную дверь постучатся. Может даже не ногой, а чем-нибудь потяжелее.

Часовые не успели среагировать на опасность, прежде чем их совсем не метафорически сдуло мощным рёвом. Я даже на долю мгновения успел рассмотреть ударную волну, которая взметнула вездесущую пыль с пола. Не думал, что звук может вдавливать, однако ничем иным описать это чувство нельзя. Только удачная позиция позволила мне остаться не месте и не улететь прочь.

А уж звук раздался такой, будто я сдуру сунул голову прямо в корабельный ревун, и ту едва не оторвало. Точно бы поймал дезориентацию как минимум на пару минут, как от свето-шумовой «флэшки», не будь на мне прочного шлема из кожи с плотной набивкой из ваты. Не знаю, отличается ли местный хлопок от земного аналога, но на ощупь один в один. За нюансами, как говорится, к ботаникам. Тут и пшеница с рисом вполне такие же. А стоило дополнительно укрепить заушины кожаной шапки, как она и вовсе стала походить на танковый головной убор. Ночевать пришлось прямо в нём, куда деваться. Не очень удобно, если честно, зато ничей храп меня не беспокоил.

Обновку я накануне позаимствовал у одного из почивших авантюристов. Тот даже не успел её напялить по тревоге, а зря. Потому что меня хоть и приложило рёвом, но не контузило. На счёт секрета ночного убийцы я оказался совершенно прав – слишком уж часто среди трупов попадались обладатели лопнувших барабанных перепонок. Но и остальные вряд ли могли оказать какое-то внятное сопротивление. Особенно среди стрелков.

И вот настало время сровнять счёт.

Прищурившись, я выстрелил точно в антропоморфный силуэт, проступивший в полутьме. Какой-то слишком тощий, с шаровидной головой и непропорционально длинными руками. Загребущими, я бы сказал. Промахнуться на таком расстоянии преступление без оправдательного приговора, но существо перехватило болт на лету. Потрясающая реакция, хотя снаряд летел чуть медленнее из-за тонкой проволоки, закреплённой у хвостовика. Та оказалась на удивление гибкой и прочной, словно леска. И цвет приятный – золотой.

Сюрпри-и-из!

Неведомый сплав пропускал разряд не хуже меди с железом. Вполне возможно, что и лучше, а я уж себя не пожалел, стеганув от всей души. Существо резко вздрогнуло и перекосилось совсем уж неправильно, окончательно растеряв сходство с человеком. Будто у марионетки обрезали часть нитей, и она коряво повисла на оставшихся.

Надеюсь – надолго, потому что даже Двойка далеко не сразу пошла в атаку. Спасибо хоть послушала меня и натянула перед сном на голову плотный капюшон ниндзя. Слегка пошатываясь, будто приняла накануне не винцо, а термоядерный самогонище на кактусовой стружке, девушка сократила дистанцию до противника и взмахнула сразу двумя клинками. Однако долгожданная мясорубка не случилась. Один вакидзаси без видимых повреждений скользнул по тёмной фигуре, второй и вовсе лопнул с характерным звоном. С таким звуком разбиваются надежды и обрывается чья-то жизнь.

Твою же мать!

Монстр поразительно быстро пришёл в себя и отмахнулся от мечницы длинющей лапой. Тара едва отшатнулась, упав на пол, а я до хруста сжал зубы в яростном припадке.

Урою, тварь!

Новый разряд опустошил запас масла до самого дна, и как будто зачерпнул ещё и мою кровь за компанию. Плевать! Протез полностью заклинило, но главное, что фигура вновь запнулась о невидимую преграду. Вряд ли надолго проняло, а у Двойки оружие уже продемонстрировало свою беспомощность. Вся надежда на Доску, которая уже поднималась на колени. Шечка сторожила вход, однако в отличие от напарника в лице Хопа смогла перетерпеть звуковую атаку. А вот бывший невольник прилёг у вогнутой стены и даже не шевелился. Остальные тем более не успевали как-либо помочь. Не стоило даже оборачиваться на них и терять лишние мгновения.

Мы и так тут возимся, как сонные весенние мухи, которые зимовали в кальянной. Медленно, слишком медленно!

Тем не менее, противостояние худо-бедно набирало обороты. Шипастая воительница наконец-то встала с колен и взмахнула своей любимой лопастью от вертолёта. Удар вышел откровенно неуклюжим, однако чёрная фигура не успела уклониться, лишь выставила руку перед собой. Обычному человеку её бы отрубило к окрановой матушке, за исключением обладателей тяжёлого латного доспеха. Тогда ещё можно рассчитывать на счастливый исход. Перелом, то есть.

Потому что весу в составном топоре, как у двух полноценных мечей. Как ни ткни, оппоненту будет очень больно. Как я люблю шутить – можно уронить сверху, чтобы наверняка.

Однако чёрный выродок умудрился не только сберечь конечность, но и заблокировать широкое лезвие, вцепившись в него второй лапой. Полуоглушённая Доска принялась дёргать рукоять двуручника, да без толку. Завязла хуже внедорожника в грязи. Силы в худосочном противнике оказалось предостаточно. Всё что я смог, это немного замедлить его.

Дело принимало всё более скверный оборот. Скоро тварь очухается и даст нам всем прикурить, раз мы даже в таком состоянии не можем с ней совладать. Пусть я вычерпал себя без остатка и не мог даже перезарядить оружие, оставаться простым зрителем было выше моих сил. Терпеть не могу ничего не делать. Но что может однорукий инвалид, не обученный толком сражаться в рукопашной? Правильный ответ – всё, что угодно.

У нас тут не благородная дуэль, а битва на выживание. Либо он, либо мы!

Бесполезный арбалет брякнулся о камень, а я рывком вскочил на ноги. Голова всё ещё кружилась, однако кипящая внутри злость наладила работу организма лучше любой синтетической смазки. Носком кожаного мокасина я без труда подцепил лежавшую рядышком саблю и отфутболил её прочь, едва не раскромсав себе подъём стопы. Хорошо, что клинок тяжёлый, с лёгким такой фокус вряд ли бы вышел. По крайней мере, у меня.

Увернуться от кувыркавшегося в воздухе оружия смог бы и ленивый, но метил я вовсе не в ночного крикуна. А чуть правее, где находилась моя заместительница. Та ловко перехватила мою подачу прямо в воздухе и прочертила саблей заковыристую дугу. Видимо, учла прошлый опыт и нарочно раскручивала клинок.

Чудище попыталось было пригнуться, но с огромным веслом в руках это не так уж и просто сделать. А Доска по наитию навалилась на рукоять всем своим отнюдь не лёгоньким телом. Уж ей-то до Дюймовочки, как мне до родной Земли. Далековато, мягко говоря.

Двойка вложила в удар столько сил, что её саму развернуло по инерции. Внутри у меня всё сжалось от нервного напряжения, однако старая сабля не лопнула после первого же удара. Второго, как это ни удивительно, и не понадобилось. Выпуклая башка соскользнула с перерубленной шеи, после чего весело покатилась по камням. Тело существа против ожидания не повалилось, а замерло на месте, так и не выпустив клинок двуручного меча. Ну спасибо, что хоть не продолжило бой.

Нам только очередного бессмертного не хватало. Ну ничего, спалим до тла, если надо…

Опасения мои вполне имели под собой основу. Потому что мозгов а такой черепушке вполне могло и не оказаться. Она как раз прикатилась ко мне, давая её рассмотреть во всей неприглядной красе. Действительно похожая на чёрный арбуз, который кто-то едва не расколол пополам ротовым зевом. Практически одна сплошная безгубая пасть с акульими зубами, безо всякого намёка на уши, глаза и прочие органы. В памяти тут же всплыла бог знает где почерпнутая информация о тараканах, которые головой именно что едят. И после потери последней умирают далеко не сразу, а через недельку. От голода.

Я вытер пот с лица дрожащей ладонью и позволил себе выдохнуть. Пусть только дёрнется – девчонки его в салат порубят. Доска наконец-то вырвала свою любимую игрушку из чужих лап и опрокинула замершее чучело на пол. После чего привалилась к стене и стала понемногу по ней сползать. Двойка же не стала расслабляться и замерла в боевой стойке вместе с моей саблей. Всё, можно закрывать ей больничный. Оклемалась.

А вот состояние остальных стоило проверить как можно быстрее. Кто-то валялся без сознания, а некоторые слабо возились на своих лежанках. Ну да, закрытое помещение сыграло с людьми злую шутку, многократно отражая рёв от стены к стене. Всё, отныне ночуем только в берушах. А кто будет против, лично чопики затолкаю во все отверстия!

Протез так и не разгибался, в голове стоял непрекращающийся звон, однако мои губы против воли растянулись в хищном оскале. Похоже, главный кошмар этих земель всё-таки подавился. Хотя хавальник у него такой, что мог человеку и голову откусить запросто. Жуткая образина.

Так и подмывало рассмотреть башку повнимательнее, но первым делом я занялся пострадавшими. Доска вроде бы находилась вне опасности, хотя её броня представляла собой печальное зрелище. Добротный пластинчатый доспех в верхней части груди раскромсало на лоскуты, как и плотный поддоспешник, однако там у шеков имелась ещё и природная защита в виде костяных пластин, наслаивавшихся до самых ключиц. Так что жизнь воительницы оказалась вне опасности. Это ей досталось ещё до вопля, получается.

Хопу тоже несказанно повезло. Ему прилетело по шее, надёжно укрытой рабским ошейником. На металле остались глубокие борозды, а из ушей хуторянина понемногу стекала кровь. Знакомая картина. Однако других ран я не нашел, поэтому пристроил его повыше, привалив к стене рядом с Доской. К этому времени до нас добрался мало чего соображающий Шест, которому подсвечивали зажженным факелом откуда-то из глубины пещеры.

Как бы самурай себя паршиво не чувствовал, долг он собирался выполнять до конца. Но к счастью, его господину (то есть, мне) помощь не требовалась. Разве что, психолога.

Других визитёров поблизости вроде бы не наблюдалось. Склон пустовал, хотя высовываться наружу я в ближайшее время не собирался. Да и смысл отсиживаться в сторонке, когда твоего товарища толпой пинают?

То ли нашу группу не посчитали серьёзной угрозой, то ли убийцы действовали в одиночестве. Учитывая невероятную живучесть тварей, ничего удивительного. Сержант отточенным ударом проткнул обезглавленное тело на всякий случай, и то вслепую заелозила по полу, вызвав переполох среди воинов. Доска вскинулась было с места, но я её притормозил. Ещё непонятно, что у неё там внутри после удара творится, а Юту пока что выворачивало наизнанку в глубинах пещеры.

И без шечки было кому справиться. Шест не только держал противника копьём, но и поставил на него металлическую ступню. А Двойка вскинула саблю над головой и принялась орудовать ею почище мясника. Но этот раз в один удар уложиться не вышло, и успокоилась мечница лишь после того, как обе конечности оказались отсечены. После чего она устало привалилась к стене, передав эстафету подоспевшему Молотильщику.

Да уж, сегодняшняя ночь вымотала нас всех до предела.

Я подошёл ближе к поверженной образине и понял, что с той почти не льётся кровь. Да и вытекшая субстанция по своей густоте больше напоминала… Масло. И нет, не растительное или пальмовое.

За подтверждением своей догадки я наклонился к одной из отсечённых лап. Те ещё грабли на самом деле, с загнутыми лезвиями вместо нормальных пальцев. Три с одной стороны и ещё один с другой. На рояле такими не сыграешь, а вот выпотрошить кого-нибудь – милое дело. Но удивляло совсем другое. Из среза торчала вовсе не кость, а какая-то полая железка, разрубленная вместе с прочим содержимым. Вместо мышц – какие-то жгуты с трубками и прочая дребедень. Чёрная кожа на ощупь оказалась чем-то вроде плотного латекса или каучука. Удивительно, что с ней справилось простое лезвие. Всё-таки сабля это не топор.

Что ж, оставалось только себя поздравить. Я снова оказался прав – передо мной была деталь древнего стража. И куда более продвинутого, чем железные пауки. Напрашивалась аналогия со скелетами, только эту модель явно разрабатывали с одной конкретной целью.

Убивать.

Глава 12

Эту неспокойную ночь мы всё-таки пережили, хотя пару седых волос я точно заработал. Но главное, не сложил буйную голову, а остальное неважно. Серебристой шевелюрой здесь никого не удивишь.

Утром к большей части отряда вернулся слух, что радовало ничуть не меньше. А то жестами общаться умела одна лишь Юта, которую один хрен никто не понимал. Девушка обследовала каждого, хотя её саму заметно пошатывало, и диагностировала почти у всех временную контузию. Какая неожиданность! Тяжелее всего досталось часовым, и если Доске больше дискомфорта доставляли треснувшие рёбра, то вот Хопа как будто дубинкой по голове огрели.

Но ничего страшного – здесь это вполне обыденное явление. Чуть реже, чем поцелуй. Вот на Земле бедолаге понадобилась бы не одна неделя, дабы прийти в себя и смотреть обеими глазами в одну сторону. А благодаря Панацее всё срасталось едва ли не на лету. Целительница поколдовала над его барабанными перепонками, после чего заверила меня, что боец вернётся в строй через пару дней. В принципе, столько же восстанавливался Мау после каменного дождичка. Терпимо.

А пока члены отряда приходили в себя и радовались какой у них замечательный командир, я занялся более детальным осмотром киборга. Почему именно такой термин? Потому что до звания полноценного робота он не дотягивал. Плоть в привычном понимании отсутствовала, но тем не менее, у него имелась весьма странная начинка. Кое-какие детали заставили развести руками нашего инженера, зато Юта опознала в них аналоги органов. Судя по всему, синтетических.

Местные в принципе не знали подобного слова, да и сама концепция печати чего-либо находилась вне их воображения. Однако я почти не сомневался в своих догадках. Псевдоорганическая штамповка крепилась на облегчённом металлическом каркасе и заправлялась чудодейственным «маслом» из разбавленной чёрной жижи. Так что мне отнюдь не показалось. Стоило залить этот субстрат в протез, как тот вновь зашевелился. Система немного подзависла, заявив о срочной калибровке, из-за чего второй за ночь пришлось немного понервничать. Но всё закончилось хорошо.

Жестковатый эксперимент, признаю, но как ещё проверить? Мои помощники готовились в любой момент отстегнуть руку, пойди что-то не так. А нацедили мы с ночного ужаса почти полный мех из-под воды. Теперь с простенькой дозаправкой я мог фигачить разрядами сколько душе угодно. На зависть любому скату или угрю. Можно вообще смастерить нечто вроде рюкзака с капельницей, только не в полевых условиях. А пока достаточно и того, что не нужно ждать отката и жрать за троих, когда у тебя недостаток жидкости в механической части.

Но это далеко не все хорошие новости. Помимо того, что никто так и не заявился мстить за синтетического убийцу. Или того факта, что старая сабля оказалась на удивление прочной. А ведь одна темнокожая дамочка, между прочим, раскритиковала поначалу мой выбор. Мол, слишком неудобный и тяжеловатый клинок, да ещё и без фирменного изгиба. А лезвие-то оказалось непростым! Явно не нынешняя штамповка, ибо металл отливал непривычной белизной, стоило его хорошенько почистить. Никакой ржавчины, кстати, там не оказалось, только грязь и заскорузлая кровь. Рукоять судя по всему переделывали, и даже не один раз, а вот основание не трогали. Наш инженер после осмотра пришёл к выводу, что изготовили вещь давным-давно. Вполне возможно, ещё в прошлую эпоху. Обычные сабли, включая хвалёные катаны, скорее сломаются после первого же удара о металлический каркас. Что Двойка продемонстрировала на своём личном примере.

А вот моя «чоппа» во время испытания прорубила плохонькую кольчугу, которой я решил пожертвовать ради эксперимента. Мне в своё время очень повезло, что против меня бился криворукий идиот, не умеющий правильно бить оружием. К слову, я сам недалеко ушёл о него, поэтому стоило заняться тренировками. В более спокойной обстановке. В любом случае, саблю с оригинальным силуэтом я решил оставить при себе и никому не отдавать. Только временно, остриём вперёд.

Но вернёмся к синтетическому киборгу.

Мы с ребятами тщательно проверили отрубленную голову, и не нашли там ни намёка на органы чувств. В голове кроме пасти почти ничего не вмещалось. Как он ориентировался в пространстве – загадка, но я бы поставил на встроенный сонар, как у летучей мыши. Не даром же его главной фишкой был оглушительный во всех смыслах рёв. Почему бы ему не испускать звуки, неслышимые обычным ухом? Не вижу ни единой причины, тем более что строение ротового аппарата проектировали не дураки. Ходячая сирена, которая мёртвого из могилы поднимет. Да и прочие детали в масть. Чёрное облачение идеально подходит для ночных условий, а такой хлеборезкой можно и руку откусить, если не получилось достать острейшими когтями-кинжалами. Те, кстати, тоже унизили бедную кольчугу. При этом я не смог даже немного согнуть одно из лезвий. Осталось только выразить почтение сплаву.

А ещё меня смущал странный набор органов. Похоже, что кадавр потреблял плоть для собственных нужд, почти как хищник. На это намекало буквально всё – от строения пасти, до аналога пищевода.

И всё же подобный дизайн вызывал очень много вопросов. Зачем так морочиться? Наклепали бы армию простых роботов, которые безо всяких свистоперделок пережили не одну сотню человеческих поколений. Уж хозяев тем более.

Не уверен, кто бы победил в честной схватке. Это скорее диверсант, чем воин. Скелеты гораздо массивнее, крепче и… Медленнее. Хотя иной раз они могут удивить. Достаточно вспомнить ту встречу в горах, когда они походя прибили роя. Как надоедливого комара.

Не знаю, удавалось ли ещё кому одолеть подобного противника, но добыча нам в любом случае досталась эксклюзивная. Думаю, многие старатели отдадут половину своей добычи только ради того, чтобы взглянуть на поверженный ночной кошмар этих земель. А уж обладать этим… Киборгом по понятным причинам его прозвать так и не вышло, поэтому пришлось остановиться на более простой и понятной кличке – ревун.

За его бренные останки нас безо всяких вопросов довезут хоть до самой империи. Либо попытаются отжать, что вероятнее. Но это как себя подать местному обществу. В любом случае, возвращаться в Мёртвый город смысла больше никакого. Пусть там хоть сплошные золотые слитки в сейфах лежат. По-хорошему, нам стоило избавиться от всего лишнего, включая мои собственные находки. Что-то из этого наверняка и привлекло синтетика в нашу пещеру.

Не просто так же он заявился именно сейчас. Я в такие совпадения не верю, уж простите.

Тепло энергобатарей? Остаточное излучение от какой-то запчасти либо та самая штуковина из литого стекла? Гадать можно хоть до посинения, а мне больше нравится свой естественный цвет лица. Деньги мёртвым ни к чему, поэтому жадность отправилась по известному адресу. Вместе с жабой-душительницей.

На всякий случай я всё же решил не бросать добро посреди полуострова, а сделать схрон, как у приличных людей. Случись что, к нему всегда можно вернуться с надёжной охраной. Или ещё проще – сдать его координаты за процент от выручки. Уж нарисовать карту сокровищ для меня пара пустяков. Куда важнее пристроить с умом нежданную добычу, чтобы к нам возникло как можно меньше вопросов.

Вот над этим стоило поломать голову.

Коллектив мою идею принял без восторгов, но идея припрятать клад понравилась почти всем. Ну, кроме Молотильщика. Тот вцепился в находки словно оголодавший таёжный клещ, мимо которого несколько лет не проходила ни единая живая душа. Лишь обещание разделить выручку поровну вернуло ему разум. Пораскинув мозгами, наёмник согласился со мной, что дохлый ревун куда ценнее всего того, что мы вытащили из разорённого форпоста. Просто в силу своей уникальности.

Я специально поподробнее расспросил Мау, но тот и слыхом не слыхивал о подобных трофеях. Возможно, образцы имелись у тех-охотников, но в каком состоянии? Если они подорвали свою цитадель, то там наверняка одни ошмётки.

Кстати да, упустил тот момент, что их опорный пункт стоял в этих местах очень давно. Либо представители загадочного Университета обжили какие-то руины, либо прихватили чего-нибудь не то для изучения. И теперь у меня появилось ещё больше сомнений в том, что ревун к ним заглянул всего в одном экземпляре. Нет, они тогда бы точно справились.

Почему я так уверен? Поговаривают, среди них немало скелетов… Даже Мау видел нескольких.

Ребята едва дождались рассвета, чтобы начать поиски подходящего места. И пока одни прятали добычу, а другие собирали наш крохотный караван в путь, мы с Двойкой присели на дорожку. Теперь наш путь лежал прямиком в порт, а вести пещерную жизнь предстояло кому-нибудь другому. Уверен, что такое удобное убежище долго пустовать не будет.

Чтобы совсем уж не бездельничать на глазах у коллектива, мы с Тарой раздавили ещё одну бутылочку вина. Исключительно для успокоения расшатанных нервов и укрепления психики. Всё-таки именно наши совместные действия позволили одолеть врага. Мы – заслужили. Одна только Изнанка неодобрительно косилась в сторону темнокожей мечницы, но я так и не понял причину. Сама партизанка валялась вместе с остальными в коматозе после прослушивания хитового трека. Интересно, что бы она почувствовала, окажись на рейве? Где-нибудь рядом с концертными колонками…

Двойка в долгу не осталась и проводила девушку тяжёлым взглядом пурпурных глаз. А потом и вовсе что-то сдавленно промычала. Вот что значит – горлышко промочить.

– А ну, все заткнулись! – весело скомандовал я окружающим. – Наша малышка вот-вот скажет своё первое слово! Ну же, давай смелее! М-мама?

– Мудак… – сипло прохрипела та, будто престарелая и весьма пьющая примадонна.

– С возвращением, подруга!

Я похлопал её по упругой ляжке и направился с инспекцией к навьюченному бычку, пока у меня в боку чисто случайно не оказался трезубец или какое-нибудь шило из рукава. Ниндзя они такие, обидчивые.

Нам предстоял немаленький марш-бросок, поэтому взяли с собой только самое необходимое. Призовая команда успешно схоронила сокровища в густой рощице у подножья скалы. Место тщательно замаскировали, так что наткнуться на него можно только с металлоискателем. С другой стороны, убежище близковато, но ничего не поделаешь. Тащить с собой тяжеленный скарб по ущёльям не было ни малейшего желания.

После обильного завтрака тронулись в путь. По моим прикидкам дорога до южного берега полуострова должна была занять около двух дней. Мау в целом согласился со мной, хотя обычно караваны брели куда медленнее. Особенно в обратный путь. С тягловыми животными здесь туговато, поэтому скорость оставляет желать лучшего. Да и местность не особо располагает к марафонам.

Первые сутки мы двигались по центральному каньону, прислушиваясь к малейшему шороху, но больше никто засад не устраивал. Более того, нашлись довольно свежие, а главное – многочисленные следы. Совсем недавно перед нами прошла целая орава людей. Видимо, ещё одна трудовая артель возвращалась на базу.

Встреча с «коллегами» могла окончиться непредсказуемо, поэтому мы усилили бдительность, а вот скорость наоборот – поубавили. Если слишком торопиться, то можешь и на собственные похороны успеть. Нет, будь нас хотя бы с полсотни штыков, я бы и не подумал тормозить. А вот с таким скудным составом ловить можно только неприятности. Отряд идеально походит на ошмёток банды, тут даже притворяться не нужно, только в этом и заключается проблема.

Кто-нибудь может и не устоять перед соблазном пошарить в наших сумках. Особенно, если тех раз в пять больше, а лишних глаз в округе нет. Закон на ничейной территории действует исключительно по праву сильного. Хоть весь разрешительными документами обернись. До возвращения к цивилизации это просто бумажки.

Никуда не торопясь, к вечеру мы достигли пологих, словно бы зализанных сопок, где каньоны превращались в обычные овраги. Растительности вокруг стало гораздо больше, а вот голых камней наоборот. Скальная гряда понемногу изгибалась, уходя к побережью, а наш путь лежал в сторону предгорий.

Ночевали мы на одной из возвышенностей, вздрагивая от каждого раската грома. Разразилась настоящая тропическая буря, поливало как из ведра, однако непогода стала единственным неудобством. Тем более, дождевая вода пополнила наши оскудевшие запасы, да и помылись все без исключения. Кто с охотой, а кто без. Природа-матушка никого не спрашивала.

Не то что бы мы прямо благоухали бомжатиной, но с некоторых лишняя грязь отваливалась коркой под действием гравитации. Как старая штукатурка со стен. А теперь я мог наконец-то рассмотреть наших новичков без этого «макияжа». С Хопом всё понятно – бородатый, коротко стриженый и не особо высокий мужик. Тем более, значительную часть пути он отлёживался в люльке. Тёмные волосы и грубоватые черты делали его похожим на земного араба. А вот Мау смахивал больше на индейца благодаря вытянутому лицу и длинному прямому носу. Это его немного роднило с Мистой, который принадлежал к похожему этносу. Возможно, среди жителей какой-нибудь латиноамериканской страны эта парочка вполне могла затесаться. Подстричь нормально, приодеть, а коротенькие бородки даже трогать не нужно. Чисто эспаньолки.

Но больше всех преобразилась Изнанка. Следы пыток практически сошли, оставив кое-где тёмные рубцы, а на голове уже вовсю колосился рыжий ёжик. Ещё немного и расчёска понадобится. Я и раньше подозревал, что девица она не сильно умудрённая годами, но тут окончательно стал понятен её крайний радикализм. Конечно, не ровесница нашей Лиффии, но ещё совсем недавно её можно было смело назвать подростком. В этом мире созревают гораздо быстрее, чем в цивилизованной части Земли, но у нас ей алкоголь вряд ли бы продали.

При этом обильное питание пошло ей на пользу, проявив неслабый такой рельеф мышц. Мирным трудом такого точно не заработаешь. Врочем, Изнанка и не скрывала, что её несколько лет готовили в лагере партизан. Понятное дело, что не к спортивным свершениям. Только вот с внедрением вышла ожидаемая промашка. Ей до умной и расчётливой Камуры бесконечно далеко – деревенщина, она и есть деревенщина. Тем более, одержимая праведной местью.

Глянул бы я в глаза тому, кто решил отправить вспыльчивую девчонку к работорговцам…

Она же диким волком даже на меня смотрит. Неудивительно, что её быстро вычислили. Представители низших сословий обычно держат взгляд у земли, а уж в присутствии начальства вообще не разгибаются. Может, её просто сбагрили?

Наутро так и не распогодилось, вынудив нас чавкать по липкой грязи. Матерь проглянула где-то к полудню, да и то лишь для того, чтобы мы окончательно задохнулись от влажных испарений. Ну чисто парилка, из которой нельзя выйти в душевую или нырнуть в купель. Когда вдалеке показалась морская гладь, я едва пересилил себя, чтобы не рвануть прямиком на пляж. на радость крабам и прочим местным обитателям. К вечеру стало совсем уж невыносимо, и хуже того – до места оставалось ещё порядочно. Как минимум полтора десятка местных миль. Тут либо брести в потёмках, либо вновь рисковать с лагерем.

Ночь обещала быть лунной благодаря взошедшим Сёстрам, но люди были слишком вымотаны. Поэтому когда нам подвернулась удобная каменистая поляна, я не стал кочевряжиться и скомандовал привал. Вновь дежурили едва ли не половиной состава, сберегая уши всеми доступными способами. Я и вовсе не снимал танкового шлема даже во сне. Жаль, что к нему в комплекте не идёт боевая машина…

Так размечтался во сне, что воочию почувствовал запах дыма. И тут же проснулся с твёрдым намерением всыпать нарушителям порядка. Мои заместители единогласно рекомендовали не разжигать костров, особенно у побережья. И я не стал спорить со знатоками, подобно капризному туристу. Надо так надо.

Стоило признать, никто приказа не нарушал. Запах принесло вместе с ветром, порывы которого раскачивали кроны ближайших деревьев. Ещё толком не рассвело, а некоторые подобно мне приподнимались с лежанок из ветвей и крупных пальмовых листьев. Ни у одного меня острый нюх.

Дежурные и вовсе были на взводе. Шест крутил носом и озадаченно хмурился, остальные держали оружие наизготовку. Тут уже не до завтрака в постель. Собрались мы за считанные минуты и вскоре уже начали восхождение на ближайшую возвышенность. Там уже и светило взошло, окрасив природу в восхитительные оранжевые тона. Да, цветовая палитра здесь отличается от земной, будто светофильтров накинули. Вот вроде бы и привык, а в такие моменты глаза всё-таки режет некой неправильностью. Словно смотришь фэнтезийное кинцо.

Однако любоваться живописной природой сегодня как-то не тянуло. С вершины сопки я отчётливо разглядел вдалеке чёрный столб, вздымавшийся к небесам. Словно дым хотел там обосноваться и стать ещё одной грозовой тучкой.

Мне даже не требовалось дополнительных пояснений Мау для того, чтобы понять, где именно горит. В порту, где же ещё. И учитывая недавний потоп, в случайный пожар верится как-то с трудом…