Текст книги "Застрявший в Ревущем лабиринте (СИ)"

Автор книги: Антон Текшин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Хорошо хоть у меня хватило ума устроиться поодаль от наших, дабы никого не зацепить шальным болтом. И всё равно проходящая мимо Двойка не удержалась от язвительного комментария:

– Мазила криворукая…

Зная богатый лексикон Тары, это она практически любя пожурила неумёху. Уж я-то знаю – наслушался всякого, в том числе в адрес лучших подружек. Однако Юта всё равно приняла критику слишком близко к сердцу.

– П-простите, хозяин! – пискнула девушка, съёжившись. – Я плохо вижу…

Ствол дерева, который я нарёк условным противником, находился от нас метрах в тридцати. Отсюда я мог различить каждую трещинку в коре, напоминавшей хвойную. Если сильно не вглядываться, можно подумать, что мы и правда торчим на греческом побережье. Хотя чуть дальше торчала всякая экзотика, вроде пальм и сизых колючек.

К сожалению, меня не было при себе знаменитой таблицы Сивцева для проверки зрения, так что пришлось импровизировать. Как выяснилось, с глазами у нашего медика действительно имелись проблемы. Уже с десяти метров она не могла точно назвать количество болтов у меня в руке. Налицо серьёзная близорукость, хоть на курсы лазерной коррекции её записывай. То-то мне показалась странной её неуверенная походка…

Да она слепошарая!

Как-то привык уже, что все вокруг здоровы. Здесь не пересаживают окуляры роботов – уж очень они отличаются от человеческих по строению. За большие деньги могут вставить красивую стекляшку в глазницу, чтобы не смущать посторонних. Либо придётся носить пиратскую повязку, как нашему кузнецу.

А если уж глаза на месте, обычно с ними не бывает проблем. С другой стороны, у бедняжки половина черепа перепахана. Вряд ли сам профессор Шаан знает, как сильно пострадал её мозг. Судя по его словам, он едва ли не лопаткой собирал его обратно. Вполне возможно, некоторые повреждения оказались необратимы. Девчонка сообразительная, всё схватывает буквально на лету, да и с координацией никаких проблем нет. Иначе как бы она проводила сложнейшие операции? А вот со зрением – беда.

В итоге пришлось отказаться от идеи второго арбалетчика вместо выбывшего охотника. Подстрелит ещё кого-нибудь сослепу – будет больше вреда, чем пользы.

Тем временем ребята закончили обыск, заодно скинули все останки в ближайшую яму. Так себе братская могила получилась, но всё же лучше, чем ничего. Из амуниции нам достались лишь три кольчуги грубого плетения, да парочка нагрудников. Даже не кирас, только с другой стороны в сплошном латном доспехе здесь можно запросто свариться. Жара и влажность просто зашкаливали, особенно когда на небе окончательно разошлись тучи.

День обещал быть солнечным, а точнее – материнским. Ох уж эти местные названия…

Правда, сегодня светилу предстояло встретиться со своими дочерьми. Это я видел невооружённым взглядом, да и вчера темнело весьма заметно. Против затмений у меня никаких предрассудков нет, тем более благодаря одному из них мы с подельниками оказались на свободе. Однако теперь торопиться точно не стоило, поэтому отряд не покинул карьер а отправился отдыхать.

К тому же парочка кулинаров наконец-то закончила возню с крабами, представив на наш суд наваристую похлёбку. И на мой вкус оказалось весьма недурно. Чуток специй поострее, и можно в семейном азиатском ресторанчике подавать. А уж в сравнении со взрослой особью, которой пришлось давиться накануне, просто небо и земля. Отдельные личности даже мычали от восхищения, обжигая губы и языки от жадности.

– Это всё Изнанка, – честно признал Хоп. – Я бы в жизни не догадался воду поменять!

В лагере стояла целая жестяная бочка примерно на полтора куба, которую мы не могли прихватить с собой при всём желании. Хотя тара поменьше тоже нашлась, к неудовольствию нашего рогатого грузовоза. Но кто бы его спрашивал.

– Поздравляю, – кивнул я бывшей невольнице. – Отныне ты штатный повар отряда.

– А дальше? – тихо спросила она.

– Мы насильно никого не держим, подруга, – уверил я её. – Доберёмся до обжитых мест и можешь валить на всё четыре стороны. Без ошейника и с причитающейся долей. Это всех касается.

Двойка издала возмущённое фырканье, чуть не облив себя горячим бульоном, в котором плавали набухшие коренья из разорённых запасов и кусочки крабового мяса. Однако переубеждать меня не стала и продолжила трапезу. Очевидный прогресс. Вот Шест и бровью не повёл. Хочется господину сорить деньгами – его полное право. Для самурая мирские блага вторичны, он больше печётся о том, чтобы не запятнать свою честь и доброе имя. Прикажи я сдуру вырезать мирную деревню, результат будет ровно таким же. Это не его грех, а мой личный, мне за него и отвечать. Он же не более чем исполнитель, приложение к оружию, можно сказать.

Весьма удобная философия, хотя большинство воителей она до добра не доводит. Да и самого Шеста излишняя исполнительность лишила обеих ног и едва ли не головы. Но сейчас бравый сержант обрёл внутренний покой и казался непоколебимым. Особенно после обретения полноценной качественной пики, хоть и охотничьего толка. Это уже не простая палка – внутри древка располагался металлический сердечник в виде трубки, насколько я понял. Выходит куда увесистее обычной деревяшки, зато прочнее. А противоположный конец и вовсе представлял собой запаянную ступу. Её и о камни не сотрёшь, опираясь на орудие подобно дорожному посоху при ходьбе, и врезать ею можно так, что мало не покажется. Любой дубине на зависть.

Мы никуда не торопились, и поздний завтрак незаметно перетёк в обед. Глазомер меня не обманул – небесные тела всё-таки встретились, и округа стала погружаться в ложные сумерки. Поэтому большая часть «Искателей» была предоставлена самим себе. Разве что по округе я запретил шастать, и уселись мы в том же здании. Кто-то подгонял трофейную броню или перевязь с оружием, некоторые трепались друг с другом о всякой ерунде, а кое-кто вроде Доски с Молотильшиком решили вздремнуть. Я же занялся прокладыванием будущего маршрута, благо света от костра вполне хватало.

Обновлённый спутниковый снимок не выявил отличий на прилегающей местности, кроме слегка истончившейся береговой полосы, поэтому стоило сосредоточиться на картах. Пару похожих «пустых» отметок, которые находились слишком далеко, я вычеркнул. Возможно, глянем их на обратном пути, но скорее всего там ничего интересного. Следующим этапом стоило навестить заштрихованный овал, после чего уходить вглубь полуострова…

Мои размышления в полумраке оборвал громкий раскатистый звук, переполошив даже спящих. Больше всего он походил на рёв реактивного самолёта на низкой высоте. Или же какого-нибудь гаражного болида со снятым глушителем. Аж волосы на голове приподнялись, а по телу загуляли мурашки, заставив руки против воли натягивать тетиву арбалета. Остальные члены отряда тоже проявили солидарность, сжимая в руках оружие.

Рёв оборвался так же внезапно, как и возник, после чего на нас обрушилась тишина. Ещё более нервирующая, чем сам звук. Идти куда-то категорически расхотелось, даже когда затмение полностью закончится и снова рассветёт.

Совершенно некстати вспомнилось говорящее название полуострова. И теперь я готов поставить вторую руку на отсечение, что это ни хрена не ветер между сопок гуляет…

Глава 5

Не знаю, какому там тиранозавру наступили на больную мозоль, но чьих-либо следов нам так и не удалось обнаружить. Будто и впрямь мимо нас прогудел истребитель. Каждый раз обещаю себе перестать удивляться, и снова этому проклятому миру получается меня изумить до глубины души. Надо бы другое слово использовать, но пусть будет это.

Изумлённым быть как-то поприятнее, чем охреневшим.

А ещё лучше остаться живым, поэтому мы поспешили покинуть район карьера. Следующую ночь провели на узкой вершине одного из холмов с обрывистыми склонами. Забраться туда было не так просто, но трудности того определённо стоили. Единственный подъём я взял на прицел сразу изо всех орудий, и спал вполглаза, готовый в любой момент дать залп. К счастью, обошлось.

Теперь излишне тихое поведение местных обитателей уже не вызывало вопросов, особенно, когда мы обнаружили в одной из прогалин разорванного краба. Далеко забрёл бродяга, за что и поплатился. Характер повреждений был странным и мало походил на оружие. Как будто монстру в полтонны весом просто поотрывали лапки к окрановой матушке, после чего забили его в каменистый грунт, смяв прочнейший панцирь. Вариант ДТП с дорожным катком отпадал, хотя тут вполне мог бродить шальной трактор ещё с древних времён. Одного такого комбайна я своими глазами видел в Мочалке. Толпу дикарей он скосил мимоходом, спасибо хоть за нами не погнался.

Лишь на следующий день в одной из топких прогалин нам попались отпечатки человеческих ног. В обуви, причём совсем свежие. Глиняные края ещё не успели подсохнуть и заполниться мутноватой водой. С утра поливало как из ведра, и распогодилось ближе к обеду.

Очень странная встреча. Поодиночке тут не ходят без крайней нужды, если не хочешь стать добычей. Даже охотники предпочитают выходить на дело с коллегами. И то им не всегда помогает.

Двойка чуть ли не приплясывала на месте от азарта, как скаковая лошадь, и я с неохотой отпустил её на разведку. В скорости с лазутчицей мало кто мог посоревноваться, поэтому нам осталось лишь плестись за ней по следу. И переживать, куда ж без этого. Вдруг засада? Маловероятно, но я давно уже смекнул, что полуостров далеко не так безлюден, как утверждалось. Не удивлюсь, если с дорогой через горы всё в порядке, а мы как дураки попёрлись через Кишку.

Через час, когда я бы уже не отказался от кружечки успокоительного, Тара наконец-то вернулась. Да не одна, а в компании с изгвазданным в грязи мужичком неопределённого возраста. При себе тот имел всего лишь короткий кинжал с которым охотно расстался, Да и в целом выглядел весьма довольным встречей, хотя лазутчица вела его с обнажённым клинком в руке. Ни одна из трофейных катан ей не приглянулась, и она предпочла любимый трезубец. Второй такой же висел у меня на поясе в качестве открывашки. Увы, в мастерстве владения с ниндзя лучше даже не соревноваться.

– Слава Китрину-Прародителю! – с облегчением выдохнул её спутник, завидев нашу компанию. – Сегодня определённо хороший день.

– Заткни свой улыбальник! – прошипела Тара сквозь стиснутые зубы.

Она у нас воинствующая атеистка, и божеств поминает совсем по иному поводу. Так что особо верующим с ней лучше не спорить. Насколько я успел разобраться в местном пантеоне, Китрином называют изначального небожителя, который принёс себя в жертву ради спасения человечества, когда его предали собственные последователи. Знакомая история, не так ли? После этого святой мученик переродился сразу в две младшие ипостаси. Собственно, сам Окран – бог света, добра и нетерпимости к нелюдям, и его тёмную противоположность – Нарко. Покровительницу всего самого плохого и низменного. Чаще всего её упоминали в женском роде, кстати.

И вот на этом простом моменте уже возникали серьёзные разночтения. Окраниты считали всех прочих еретиками, даже относительно миролюбивых китринитов. В целом же, это самая популярная религия на континенте, как ни крути. Ещё недавно церкви спокойно проповедовали на территории Союзных городов, а нынче им пришлось уйти едва ли не в подполье. Поделом.

– Чему так радуемся, уважаемый? – спросил я у мужичка.

Того как будто не волновал его статус без пяти минут пленного, если не сказать хуже. Неужели так соскучился по людям в одиночестве?

– Мне в любом случае повезло, – с улыбкой ответил он. – Либо вы меня спасёте, либо прикончите достаточно быстро, чтоб не мучился.

– С чего это ты взял? – недобро прищурилась Двойка.

Но грязного оптимиста так просто было не смутить. Звали его незамысловато – Мау, и в целом он не производил впечатления опытного воина. Уж больно худощавый и нескладный.

– А какой стати меня пытать? – пожал он узкими плечами. – Что надо я и так расскажу, остального попросту не знаю.

– Ну тогда мы внимательно тебя слушаем.

По такому случаю отряд сделал привал, и пока остальные расчищали ближайшую полянку под руководством Шеста, я устроился на стволе упавшего дерева. В ногах правды нет, особенно после затяжной прогулки по пересечённой местности. А наш собеседник без всякого смущения плюхнулся прямо на голую землю, смотря на меня снизу вверх. За его спиной замерла Тара, только и ждущая повода устроить членовредительство.

– Я из четвёртой артели должников, – поведал Мау, как нечто само собой разумеющееся. – Только её больше нету. Кто-то сбежал, кого-то прирезали, а остальные… Их сама Нарко забрала в свои проклятые чертоги, клянусь!

– Вот прямо лично?

– Да как иначе! – всплеснул он руками в порыве эмоций, заставив Двойку напрячься. – Ночной ужас существует на самом деле, я его видел! Признаю, давненько не молился и не посещал приходы, но в ту ночь сам Китрин меня охранил своей благодатью.

– Давай чуть более конкретно, – поморщился я. – С самого начала.

Мужичок часто закивал и принялся тараторить.

– Привезли нашу партию ещё в том сезоне, аккурат перед отливом. Поначалу мы у пристани работали, мусор всякий разбирали, да за рабами приглядывали. Дело-то нехитрое, но чуть что не так, и самим можно в кандалы загреметь. А мы хоть и люди подневольные, но лишь временно. У нас контракт, долги нам закрыли, нужно всего лишь вернуться…

– Сам-то в это веришь? – фыркнула моя заместительница.

– Да уже не особо, – вздохнул мужичок. – Но мы всяко ценнее простых работяг. Те в своей массе тупее палки. А я вот, инженер! Другой наступит на железку какую, и даже не поймёт, почему ногу оторвало…

– А бывает и такое? – как бы невзначай уточнил я.

– Да по-всякому, если честно. Некоторые старые механизмы ещё до сих пор работают, несмотря на свой огромный возраст. Трогать их категорически нельзя! Я сам видел людей, которые пытались вытащить заряженный кабель из-под земли. Точнее то, что от них осталось… Другие разбирали древний агрегат, а он возьми да очнись. Только куски тел и нашли, а сама железяка доползла до первой стены и там сгорела синим пламенем.

– А ты на их месте как бы поступил?

– Ну, большинство видов техники так или иначе имеет источник силы, – принялся объяснять специалист, с трудом подбирая слова попроще. – Человека питает еда, а их – топливо. У нас в жилах кровь, а у них – масло. Иногда и то, и другое.

Он кивнул на мою механическую руку, после чего продолжил.

– Так вот, первым делом нужно понять, где находится его сердце. То есть, мотор. Проверить, есть ли энергия внутри проводов. А потом отключать их по одному и молиться. Потому что полностью уверенным никогда быть нельзя. Разум Древних неисповедим, и нам суждено лишь догадываться об истинном значении того, что они сотворили. Если не понимаешь, лучше не лезть вовсе.

– Интересная мысль. Продолжай.

– Потом спокойное времечко закончилось и нас погнали вглубь лабиринта, – поёжился от воспоминаний инженер. – Я считал большую часть слухов страшилками для дурачков, пока сам не убедился… Люди тут часто пропадают, обычное дело. А вот раньше всё было не так. Я точно знаю, общался с одним старожилом, ещё когда был простым подмастерьем в цехе. Тогда всё было иначе. Разве что две артели могли поцапаться из-за богатого места. С каждым годом ведь находки были всё хуже, а на деле-то вон как повернулось… Не вытащить сейчас ничего путного, слишком опасно. Ночной ужас рано или поздно придёт за каждым, кто покусился на здешние сокровища!

– А не может это быть просто старым охранником? Доводилось мне слышать о подобных штуках.

– Это не механизм, а само Нарко во плоти! – яростно замотал он головой. – Говорю же, я видел его! Он походит на человека, чёрнее самой ночи, только двигается в три раза быстрее. Каждый его шаг – чья-то смерть. Охрана пыталась дать отпор, но воины гибли один за другим. А его ничего не брало!

– По описанию похоже на ниндзя, – хмуро проронила Двойка. – Может, всё-таки налёт?

– При всём уважении, госпожа… У вашей братии не бывает пасти вместо головы. Это не могло быть маской, прямо на моих глазах одному охраннику отгрызли руку, вместе с бронёй. С рёвом, будто сама Преисподняя разверзлась, чтобы нас поглотить. Мы с невольниками бежали, сколько хватило сил, но в конце концов схватили каждого. Я до сих пор слышу их крики у себя в голове…

– Как же ты тогда спасся?

– Заикнёшься про вонючего божка, заставлю сожрать собственный язык, – пригрозила моя коллега, примерив на себя роль злого полицейского.

Однако мужичок преобразился, даже сел ровнее, а в голосе прорезались благоговейные нотки.

– Меня в темноте толкнули на дно глубокого оврага. Не случайно, нет. Просто хотели выгадать себе немного времени. Я понял, что мне никак не вскарабкаться наверх по скользким стенам, поэтому просто плюхнулся в грязь и стал молиться. Даже когда последний крик оборвался. До самого утра, пока Матерь милостиво не подсушила склон.

Двойка закатила пурпурные глаза.

– А тебе не пришло в твою тупую голову, что за тобой просто поленились лезть?

– Ночной ужас одним махом перемахнул стену в три человеческих роста, – покачал головой верующий. – Мы ночевали в одной из развалин, когда это случилось… Уж меня он мог достать запросто.

– Возможно, не захотел пачкаться, – улыбнулся я.

На самом деле, мужичка вполне могли не заметить, без всякого смеха. Покрытый грязью с ног до головы, он мало чем отличался от окружающего пейзажа. Не делал резких движений, не кричал, а тихонько молился в коленно-локтевой позе. Рвач, к примеру, точно прошёл бы мимо.

Интересный факт, стоит запомнить.

Но куда большую ценность представляли другие знания. Как минимум, на счёт порта я оказался прав. Там у них целый перевалочный пункт. Глядишь, и некоторые другие моменты выйдет уточнить. Двойка привела нам ценнейший источник информации, хоть сама о том и не догадывалась. А вот Мау начал что-то подозревать. Голова у него работала нормально, несмотря на искреннюю набожность. Уж я-то чувствую, когда поминают бога без души.

– Могу я узнать, что меня ждёт, господин?

– А сам как думаешь? – не стал я отвечать напрямую.

– Не похожи вы на таинственных душегубов, о которых судачили на пристани, – поделился инженер наблюдениями. – Те вроде бы режут всех встречных без разговоров. Но и у нас вы не бывали, это сразу видно. Наверное, вас нанял кто-то со стороны, не особо посвящая в подробности… Простите, если мои слова показались вам излишне грубыми!

– Ты почти угадал, так что мне совершенно нет нужды гневаться, – успокоил я его. – Мы тут по распоряжению господина Генпаку из Хэна.

– Вольные торговцы, значит… – задумчиво пожевал губами мужичок. – Это даже хорошо. Народ серьёзный, их тут многие уважают. Даже тех-охотники. Раньше-то сюда вообще никого не пускали без патента, но после того как их база у гор пала… Они пересмотрели некоторые правила.

– Тогда можешь считать, что Китрин вновь проявил к тебе благосклонность, – кивнул я к явному неудовольствию Тары. – Только вот какое дело. Мы тоже в какой-то степени должники, поэтому не можем вернуться с пустыми руками. Понимаешь, о чём я?

– Чего ж тут непонятного, – вздохнул Мау, будто перед эшафотом. – Думаю, вам точно пригодится инженер.

– Толковый инженер, – уточнила Двойка.

– А другие тут и не живут…

Глава 6

Что ж, картинка понемногу начала складываться.

На самом деле полуостров не истощил свои запасы артефактов. Просто несколько лет назад и без того экстремальная добыча стала напоминать русскую рулетку с пистолетом-пулемётом вместо револьвера. Что послужило причиной я не знаю, но догадки есть.

Поначалу тех-охотники пытались стабилизировать ситуацию. Привлекли наёмников, перебросили сюда дополнительные отряды. А потом важнейший опорный пункт в регионе отвалился. Перестал существовать в результате катаклизма. По крайней мере, так рассказывали немногочисленные представители Университета. И надо же, как совпало! Именно тогда разразилось страшное землетрясение, обрушившее дорогу через горный перевал.

Что же у вас там бобмануло, ребята…

Увы, искатели древних сокровищ на этот счёт дружно отмалчивались. Да и вряд ли осведомлённых людей отпускали в портовые кабаки молоть языком. Рядовой же состав мог плодить сколько угодно баек, не имевших с действительностью ничего общего. С каждым годом те становились всё причудливее, и в них не верили даже новички, едва прибывшие с очередной партией «добровольцев».

Да, теперь сюда гонят чуть ли не силком, и о пропусках заикаются лишь в самых редких случаях. Однако какой-никакой контроль всё же имеется, поэтому мы отныне – официальные остатки группы Шрама, о чём я всех предупредил, дабы не ляпнули чего-нибудь ненароком. Если с легализацией никаких проблем возникнуть не должно, то вот с возвращением всё несколько сложнее. Единственный налаженный путь в Союзную империю – морской, однако на борт просто так, за красивые глаза, не берут.

Билет стоит в среднем десятку. И нет, не медных кругляшей с квадратным отверстием по центру, а куда более симпатичных. Из сплава золота, серебра и чего-то ещё, придающего монетам дополнительную твёрдость. Не знаю, придётся ли платить отдельно за бычка, но даже без него сумма получается шестизначная. А сто штук на дороге не валяются. Иначе за них даже хлеба не купишь, как где-нибудь в Африке.

Шрам оставил нам в наследство чуть меньше тридцати тысяч, остальное придётся выменивать прямо тут. Само собой, расценки у барыг в порту грабительские, да и возвращаться с пустыми карманами как-то неохота. Нам предстоит долгий и трудный путь домой, так что без финансовой подушки никак.

Стало быть, самое время засучить рукава. Для начала я тщательно расспросил инженера, который оказался сообразительным малым. Оценив перспективы, он сам предложил свою кандидатуру в отряд. Смущало меня лишь наличие долга, но ростовщики вроде бы погашали его всем, кто отваживался подписаться на участие в экспедиции. Даже операционная система была не против перехода, признав артель окончательно расформированной.

С другой стороны, далеко не все авантюристы складывают здесь головы, иначе их приток рано или поздно бы иссяк. Просто тех-охотникам выгодно разгребать жар чужими руками, раз они сами обожглись. История там крайне мутная, но кое в чём я уверен точно – никакой твари не под силу взять долговременные укрепления в одну каску. Пусть даже с соседней планеты сюда какай-нибудь дикий ксеноморф свалился. Не бывает ничего неуязвимого, а уж в технологиях представители Университета вряд ли столь ограничены, как местные дуболомы.

Скорее всего, «ночных ужасов» целая стая. Плохо, зато вполне логично. Надеюсь, что большая их часть полегла во время осады и последующего «землетрясения», а портовую базу дополнительно укрепили. Не зря же она функционирует уже столько лет и считается единственным безопасным местом на всём полуострове.

За это время, кстати, можно было попытаться и старый форпост заново отстроить, но что-то у ребят не заладилось…

Мне до чужих проблем дела нет, свои бы хоть как-то разгрести. Благодаря Мау на карте появилось несколько новых отметок, уже разведанных за нас. Спасибо, помяну храбрецов при случае. Пустые фигуры, как я и предполагал после посещения карьера, оказались промышленными объектами. В одном даже остался здоровенный остов то ли фабрики, то ли целого завода, в котором ковырялось уже не одно поколение кладоискателей. Нам туда точно не надо – риск нарваться на конкурентов слишком велик. Да и перекопано там всё по десять раз.

Но это далеко не всё, раз на полуостров снаряжают экспедиции. Возможно, даже в убыток, но контингент постоянно пополняется. Ладно Университет, но и барыги Хэна тоже в деле, включая саму Торговую гильдию. А там не любят сорить деньгами.

Так же с помощью инженера прояснился самый крупный значок, располагавшийся в полукольце горной гряды с подозрительно ровными очертаниями. Причём на обеих изображениях, так что контур на банальную лень картографов никак не спишешь. Очень похоже на гигантский кратер, больше двадцати пяти километров в поперечнике. Не знаю, бывают ли такие крупные вулканы, возможно тут постарался метеорит или какой-нибудь аналог ядерной бомбы. Всё-таки самая первая цивилизация не зря же прекратила своё существование, и вряд ли там пользовались мечами с арбалетами, пусть даже и лазерными. Увы, мне приходится на этот счёт перебиваться лишь разрозненными мифами.

А был ли вообще мальчик? Определённо. Хотя бы взять ту циклопическую штуку неподалёку от Стоата. Там невооружённым взглядом видно превосходство старых материалов. Ржавая морская платформа рассыпалась от любого неосторожного чиха, хотя лет ей куда меньше. Иначе по датировкам на Земле не сходится. Оборудование там стояло примитивное до безобразия, не считая каменного алтаря, смотревшегося инородно. Как будто его притащили с какого-нибудь священного могильника. Но при этом именно его собрат закинул нас на другой конец галактики. Хорошо, если нашей.

В магию я не верю, поэтому предпочту считать его продуктом куда более продвинутых технологий. Сравнимых с чёрной субстанцией, которая связывает выживших потомков до сих пор. А выглядит намагниченной жижей.

И ведь как чудесно аппарат межпространственного сообщения замаскирован под облагороженный булыжник! Просто и надёжно. Даже земные специалисты ничего не заподозрили. Скорее всего наша наука пока не в силах отличить древний прибор от обычной горной породы. Забавно будет, если на какой-нибудь из вымощенных брусчаткой площадей люди каждый день прогуливаются прямо по обломкам артефактов. А может, и по исправным устройствам. Просто к ним ещё не приложили подходящий ключ-активатор…

Но вернёмся к нашим горным баранам. Как бы ни появилась круглая выщербина в хребте, произошло это очень давно. А подобный рельеф так и просится чего-нибудь там построить. Зодчие не столь отдалённого прошлого замахнулась аж на целый город, который нынче именовался Мёртвым. Главное по популярности место во всём полуострове, источник большинства ценных находок. И как следствие – смертей. Немногочисленные отряды предпочитали туда не соваться, выбирая раскопки попроще. Некоторые кооперировались вместе и при удачном возвращении заваливали припортовых тружеников работой на пару недель. Хотя подобное случалось всё реже.

Очень хочется навестить это место, только наша компания на миниатюрную армию пока что не тянет. С чем-то серьёзным, вроде древнего стража, нам не справиться. А там они периодически выползают, побеспокоенные мародёрами. Видимо, виноват протокол безопасности, отменить который нынче некому.

Одного такого я лично видел в древней библиотеке и до сих пор не понимаю, как с ним справиться примитивным оружием. Боевой, материнскую его плату, робот! Нам тогда крупно повезло запереть пробудившегося сторожа и свалить оттуда невредимыми. Будь я хоть трижды награждён допуском, он бы и меня размотал. Техникам не позволяется шарить в закромах и присваивать себе чужое добро. Прочистил канализацию и свободен.

Однако пройти рядом с Мёртвым городом нужно обязательно, чтобы глянуть на того с высоты. Местному жителю эта картина ничего не скажет – они привыкли жить в хаосе кривобоких сараев, а вот у меня совершенно иной багаж знаний. Я вижу, где строили по уму, а где лепили как Окран на душу положит. Чего мне сильно не хватает, так это понимания прошлых цивилизаций. На каком этапе они взяли курс на искусственную примитивизацию? Как жили раньше и что с ними случилось в итоге?

В конце концов, почему опустел целый город?

Понятное дело, никто мне прямых ответов не даст, что с какой-то стороны это даже хорошо. Не хотелось бы уподобляться вымершим народам и разделять их участь. Куда проще включить интеллект и приправить его щепоткой воображения…

Раз мы там не будем задерживаться, стоило проверить оставшиеся метки. В отличие от большинства кладоискателей нам не нужно бродить вслепую. Где-нибудь точно повезёт. После долгих размышлений я выбрал цель поинтереснее из неразведанных и повёл отряд к светлому финансовому будущему. Ну, а что ещё нам остаётся? Либо трястись от страха где-нибудь на окраинах полуострова, либо рисковать.

Новичку вручили запасной арбалет, потому как воин из него был ещё более никчемным, чем из бывших фермеров. Зато со стрелковым оружием он быстро нашёл общий язык, подкрутив там что-то на первой же стоянке. Получить болт в спину я не боялся, в том числе из-за системных ограничений. Выстрелить он, конечно, сможет. Никто ему не запретит. Но вот последствия будут самыми печальными.

И раз ничего кроме чёрной субстанции в телах местных нет, в штрафных санкциях виновата именно Панацея. Возможно и моя электростимуляция всего лишь инструмент, которым я пользуюсь не совсем правильно. Но всё равно эффективно, раз до сих пор жив, и даже смог кое-кого спасти. Например, Лиффию, у которой остановилось сердце. Не уверен, что обычный шокер помог бы в той ситуации.

Отряд «Искателей» в кои-то веки восстановил свою численность, что Юта поспешила отразить на бумаге. Вряд ли мы в здешней глухомани встретим проверяющих, но бережёного сам Окран бережёт. Или Китрин, тут кому в кого удобнее верить. К богу света и добра я как-то уже привык, тем более Двойка поминала его при каждом удобном случае. Попробуй тут забыть.

Следующую ночь мы вновь провели на возвышении, а наутро вышли на так называемый Тракт, который опоясывал почти всю центральную часть Ревущего лабиринта. Он представлял собой довольно широкий каньон, расходящийся многочисленными отростками. Особенно хорошо это видно со спутника. Расщелины формировали причудливый узор, напоминая промоину в каком-нибудь овраге. Только масштабом чуточку побольше. Это ж как в своё время тут фигачила вода?

Вопрос, как говорится, риторический…

Однако нынче её почти не осталось, не считая редких дождевых луж в низинах. Мутных и заражённых какими-то чёрными червями. Сразу же вспомнился Синкаан со своими сухими каньонами, только тут верхняя граница не была такой ровной. Кое-где торчали полноценные скалы с зазубренными вершинами, хоть и невысокие. По сути это самая дальняя часть гряды, что частично уходит под воду на перешейке и отделяет полуостров от материковой части.

Переться через косогоры себе дороже, поэтому все предпочитают двигаться низинами. И быстрее, и проще. Но не безопаснее, в чем пришлось убедиться уже во второй половине дня.

А ведь поначалу там оказалось вполне комфортно. Тень спасала от беспощадных лучей, а резкие порывы ветра прогоняли духоту. Лишь когда они стихли мы начали понемногу запекаться на жаре. Тем, кто путешествовал через Великую пустыню не привыкать к парилке. Хотя на мой взгляд дышать влажным воздухом как-то потяжелее, чем сухим, к тому же назойливая мошкара так и норовила влететь в распахнутый для вдоха рот. Грёбанные тропики…