Текст книги "Гимн шута – 20 (СИ)"

Автор книги: Антон Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19

Глава 19

Удар был страшен.

С пугающей точностью ледяной валун рухнул прямо на юркий броневик. Боевая машина просто «брызнула» во все стороны обломками, смешанными с осколками Льда.

Юсупова опустила руки. Пассы при ударе были не нужны. Но они помогали прицелиться.

Лицо девушки было белым, словно снежная пелена.

Заученные тысячью повторений действия она проделала на автомате. Не вдумываясь.

– Они залегли, – передал в общем канале Лирый.

Павел и сам прекрасно видел, как гвардейцы штурмовых групп грамотно разбежались в стороны, рассредоточиваясь по укрытиям.

– Глаз, доклад.

– Закончил, ухожу на третий, – тут же раздался ответ с разведчика.

– Серый, жги, – коротко скомандовал Волконский.

Огненные плети тут же ударили по штурмовикам, буквально выжигая сам воздух вокруг них. С ужасным гулом пламя взвилось к небу, превратившись в пылающую стену, от которой во всем стороны маревом расходились волны жара.

– Стой, прекратить огонь! – скомандовал Павел, завороженный картиной почти первобытного разрушения.

Брат буквально расплавил бетонный плац и вместе с кирпичом примыкавшей к нему казармы. Стены строения буквально «потекли» под волнами жара.

Пламя тут же принялось опадать, оставляя за собой раскаленную докрасна поверхность.

– Хм, – раздался за спиной клановца негромкий «комментарий», в воцарившейся тишине.

Павел же качнул головой. Лично для него еще ничего не кончено.

– Медика на шпиль, – коротко скомандовал молодой человек.

Виктория почти полностью выпала из реальности.

«Спокойные времена…» – оценил Павел. Нынче кланы хоть и оставили боевую подготовку своих наследников, но для многих она превратилась в чуть более сложный вариант физкультуры. Без понимания смысла.

Насколько он знал, сегодня на территории империи насчитывалось не более полусотни «гениев». Кланы ими гордились. Выдвигали как… аргумент в переговорах. Но, по статистике канцелярии (естественно, для большинства населения планеты наглухо засекреченной), всего два человека из них имели хоть какой-то боевой опыт. Фактически Павел только что удвоил их количество.

И результат его не радовал. Где-то на этапе подготовки случилась ошибка.

Волконский сделал три шага к Виктории и резко схватил за плечи.

– В глаза мне смотри! – громко выдохнул он.

Девушка ответила пустым взглядом.

Щелк!

Даже резкая пощечина не помогла. Голова «уралочки» дернулась, но Юсупова все также смотрела в одну точку.

Тогда Павел просто схватил девушку за ладонь и сжал. Резко. Сильно. Практически до хруста.

– Ай! – чуть заторможенно воскликнула та и вырвала кисть.

Удерживать ее парень не стал.

– Так лучше, – сухо заметил молодой человек.

Тут же появились медик спецов в сопровождении.

Павел поднял тяжелый взгляд на канцеляристку.

Та глаз не отвела. Хотя именно Настя предложила проверить «гениев» в боевых условиях. И сейчас они все делали выводы.

– Я… я в порядке, – с запинкой выдала Юсупова.

Павел стиснул зубы. Он знал, что ему достаточно сказать всего пару слов, и уральскую принцессу «отпустит».

Мышь, прекрасно понимавшая короткую борьбу в душе Волконского, покачала головой. Не смей, мол.

Молодой человек резко втянул воздух в легкие и, развернувшись, вышел на улицу.

– Целей не наблюдаю, – только сейчас доложил в эфир зам Лирого. – Они отходят.

Это Павел знал и так. Заранее. Но сказать никому не мог.

– Война закончена, – сухо выдал он в эфир. – Всем спасибо.

За спиной парня раздался короткий шорох. На улицу, слегка покачиваясь, вышла Виктория. Нетвердыми шагами она поплелась к уже спешившей к ним машине медиков. Мышь шла рядом. Не торопилась помочь. Но внимательно наблюдала за Юсуповой, готовая подхватить, если той действительно понадобится помощь.

Павел вновь сжал зубы и заставил себя отвернуться.

«Это необходимо.» – напомнил он сам себе.

В этот раз голос разума ему не помог.

* * *

– Как она?

Вопрос прозвучал глухо. И тихо. Особенно на фоне кипучей деятельности множества людей. Бойцы Волконского тушили пожары. Спокойно и слаженно. Словно на учениях.

Помощь командира была не нужна. А потому он стоял в стороне и наблюдал за тем, как горит огонь, льется вода и работают другие люди.

– Плохо, – констатировала незаметно подобравшаяся к нему Мышь.

– Состояние или…?

– Или, – отрезала Настя, даже не дожидаясь завершение фразы Павла. – Я от нее ждала большего.

Молодой человек пожал плечами. Он вообще здесь и сейчас решал совершенно другую задачу. И «гении» в начальном варианте должны были просто продемонстрировать флаг. Но канцеляристка решила по-другому. И убедила в правильности этого мнения Тишь. А уж Валентина для одной из своих подопечных разработала программу «жизненных сложностей» с присущим ей талантом.

Отвечать вслух на реплику собеседников не хотелось.

– Сегодня понаблюдаем, – негромко сообщила ярковолосая канцеляристка. – Разговор отложи на завтра.

– Понял, – ровно ответил молодой человек не оборачиваясь.

Настя лишь кивнула, пусть никто ее жеста не увидел и, развернувшись, направилась куда-то в сторону КПП.

Ее сменил Лирый.

– Потерь нет, – коротко доложил тот. – Двое получили легкие травмы. Первая помощь уже оказана.

Павел обернулся.

– Как именно?

Вообще-то, эта операция планировалась без потерь. С их стороны. И, в общем, прошла по плану. Так откуда «легкие»?

– Корр подвернул ногу на камне, – признался «волк». – Рик-рик вступил в огневой контакт с неучтенным подразделением прикрытия.

Вот теперь Павел действительно удивился.

– Это еще что за «неучтённое подразделение прикрытия»? – прищурился клановец.

Лирый самообладания не потерял. Даже не шелохнулся.

– Аналитики скажут точнее, – коротко доложил он. – Но я полагаю, что речь о подразделении Князева.

Павел задумался. Может ли такое быть, чтобы вассал Салтыкова не отвел своих людей по приказу сюзерена, а решил «помочь»?

– Да, черт возьми, запросто… – выдохнул негромко молодой человек.

Несколько секунд Волконский потратил на разминочные движения шеей.

– Потери с их стороны? – уточнил он уже громче.

– Не установлены, – коротко сообщил командир кланового спецназа. – Они есть. Двое моих бойцов докладывали о поражении цели.

Павел вздохнул. Зная уровень стрелковой подготовки подразделения, он сильно сомневался, что речь идет о легких царапинах.

– Здесь все пошло не так, – коротко выдохнул Павел, ни к кому особо не обращаясь.

Лирый, полностью посвященный в цели и планы операции, только голову склонил:

– Лет двадцать назад я нес службу при «замке» третьего пехотного, – негромко начал он. – Однажды командир вернулся с учений. Его секретарша спросила: «Как прошло⁈». Ответ подполковника я запомню навсегда: 'Неплохо, в этот раз даже никто не умер.

Волконский приподнял бровь.

– Даже в «тепличных» условиях полигонов избежать смертельных случаев не удается, – закончил свой рассказ спец. – А у нас здесь ситуация серьезнее. Тем более, с нашей стороны потерь нет.

Молодой человек кивнул.

Несколько секунд мужчины молчали. Каждый думал о своем. Их размышления прервал микроавтобус, заехавший на территорию со стороны западного КПП.

Машина, сверкая отблесками еще непотушенного пламени на бортах, остановилась прямо напротив собеседников. Дверь плавно скользнула в сторону, и из салона на «бетонку» мягко спрыгнула Катерина.

– Господин.

Голос девушки был серьезен и формален. Словно и не было меж ними куда более близких отношений.

– Вам нужно отдохнуть.

Клановец вздохнул. Это верно. Он уже двое суток на ногах. И провел парень это время вовсе не лежа на диване. Так что уже даже более сильный по сравнению с обычными людьми организм одаренного требовал перезагрузки.

– Мы здесь закончим, Шут, – коротко кивнул Лирый.

Отчего-то новый позывной Павла в подразделении прижился. Бойцы иронию оценили.

Волконский, глянув на командира спецов, просто кивнул. Мужчины молча пожали друг другу руки, и молодой человек направился к машине в сопровождении своего бессменного секретаря.

* * *

Павел проснулся под аккомпанемент теплого, уютного ворчания.

Почти родной шепот едва слышно возмущался несправедливости жизни.

Не открывая глаз, Волконский сграбастал «ворчунью», и подмял под себя, крепко обняв. Девушка ничуть не возражала… Но и ворчать не перестало. Разве что продолжила делать это чуть придушенно.

Клановец же все также улыбался и наслаждался минутами покоя.

– Слезь с меня, медведь! – наконец потребовала «жертва» обнимашек.

Пришлось открывать глаза и откатиться чуть в сторону.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

– Что ты тут делаешь? – негромко выдохнул он.

От такого вопроса «недовольная» Кошкина на несколько секунд потеряла дар речи.

– Норма-а-ально, – наконец выдохнула она с непередаваемой интонацией.

И даже попыталась упереться ладонями в грудь Волконского, чтобы вырваться из крепких рук. Естественно, ничего у нее не вышло. Но и целительница оттого слишком расстроенной не выглядела!

– А вчера ты таким вопросом не задавался, – покачала головой она.

Почти сурово, да. Вот если бы не эта довольная улыбка на лице…

– А чего тогда ворчишь? – поинтересовался парень.

– А я не на тебя! – тут же вновь вспомнила о «вселенской несправедливости» Леночка.

Павел приподнял бровь. Говори, мол, кто обидел.

– Все эта блонда, – фыркнула целительница, явно имея в виду Катерину. – Сегодня моя очередь! Ты все силы должен был отдать мне! А эта… Тебя еще в машине… поднакусала.

Павел с трудом удержался от того, чтобы фыркнуть. Зато проиграл довольной улыбке, все-таки вылезшей на его лицо. Он тоже помнил, как его… поднакусали.

– Ах, ты! – тут же возмутилась Кошкина.

Но аккуратно. И руками не размахивала, чтобы не разорвать объятия. Отчего Павел уверился, что весь этот утренний спектакль был разыгран с одной целью: привести его в норму. И чего греха таить, у девушек это отлично получилось. В утра клановец чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. И очень вряд ли организм самостоятельно успел восстановиться после сорока восьми часов стресса. Скорее тут одна «ворчливая» целительница постаралась, поработав над энергетикой, пока он спал.

– Что ты тут делаешь? – улыбнулся Павел.

– А ты и не рад⁈

– Я серьезно, – уточнил Волконский.

Кое-кому полагалось быть в госпитале. И даже не столько ради восстановления, сколько во имя безопасности. Собственной.

– Я попросила Тишь и Гладь помочь, – тоном пай-девочки ответила Леночка, очаровательно потупив глазки.

Павел задумался. Затем негромко рассмеялся.

– Что-о-о-о?.. – тут же протянула Кошкина.

– Значит, ты попросила двух офицеров СИБ вытащить тебя из госпиталя, чтобы…

– Чтобы что? – лукаво улыбнулась девушка.

Парень вместо ответа отбросил одеяло. Одежды на целительнице не было никакой. На нем самом, ради справедливости, тоже.

– Чтобы морально поддержать тебя, – негромко ответила на свой же вопрос целительница.

Павел только головой покачал, про себя отметив, что в слове «морально» девушка произнесла явно не все буквы.

Судя по поблескивающим карим глазкам целительницы, времени на разговор у них почти не оставалось.

– Коротко, – потребовал клановец. – Юсупова.

– Физически в порядке, – мурлыкнула таким тоном девушка, что по спине Павла побежали мурашки. – Подавлена. План коррекции составлен.

Волконский кивнул.

– Лазарет пуст, – тут же сама продолжила девушка импровизированный доклад. – Все здоровы, бодры и рвутся в бой!

Павел сдался. Сопротивляться «лечебному плану» целительницы больше не было ни сил, ни желания, так что он просто позволил Кошкиной продолжить начатый ночью Катериной процесс «понадкусывания».

Все остальное могло и подождать.

* * *

Павел поднялся к обеду.

На его удивление, небо без него на землю не рухнуло. И «все» не развалилось.

Лены уже не было. Она уехала, оставив его спать. Клановец даже смог вспомнить момент, когда на разгоряченный лоб легла нежная ладонь целительницы. Сон навалился сразу же с тяжестью того самого валуна Льда, что вчера уничтожил броневик.

Волконский вздохнул. Он прекрасно услышал, что дома у Фила пахнет сырниками. И едой. В осаду его брать готовились всерьез.

Весь вопрос был в том, что молодой человек и не собирался избегать разговора.

Не поднимаясь, он потянулся за коммом. Сообщений было немного:

– «Анализ поведения закончен.» – Светлана;

– «Важных сообщений нет.» – Катерина;

– «Хочу еще!;)» – Леночка;

– «Жду на кухне.» – Юсупова.

– Ну, пошли, – коротко вздохнул клановец, рывком поднимаясь на кровати.

К его удивлению, вчерашняя тяжесть ушла. В теле чувствовалась легкость и бодрость. Только и остается поаплодировать «терапии» от Кошкиной и позавидовать слегка… Самому себе.

На кухне его действительно ждали.

– Давно сидишь? – спросил он негромко.

Виктория выглядела лучше. Пусть и не слишком весело. Но вчерашняя подавленность ушла из взгляда.

– Лена сказала, во сколько ты проснешься, – ответила девушка, подвигая к сюзерену блюдо с сырниками.

Волконский присмотрелся. Припухлость и легкое покраснение век он отметил почти сразу.

– Я все провалила? – негромко спросила девушка.

Девушка прекрасно понимала, кто такие «гении». И для чего их используют кланы. А так же великолепно помнила, какие средства и связи задействовал клановец для ее обучения и становления как мага высших уровней.

Павел аккуратно положил еще дымящийся кругляш на поставленную перед ним тарелку и потянулся к банке с варением, что прислали родственники Филу.

– Цель уничтожена, – пожал плечами Павел. – Приказ выполнен.

Девушка дернулась. Как от пощечины. Но промолчала. Сюзерен ИМЕЛ право отдавать именно такие приказы. Особенно после того, что для нее сделал.

– Нож, вилку? – спросила девушка, давая себе время собраться.

Павел ответил удивленным взглядом. Да, на «этажах» требовали соблюдать этикет во время любой трапезы. Но здесь молодой человек почитал за преступление отказаться от возможности обжечь пальцы о горячий свежий сырник.

– Я…

– Спрашивай, – негромко предложил Павел. – В другой раз я на этот вопрос не отвечу. Но сегодня можно.

Виктория подняла взгляд.

Волконский мысленно вздохнул. Увы, перед ним все еще сидела молодая девочка. Да, она уже вела несколько крупных проектов с «Империей», участвовала в переговорах с родичами, но… все еще оставалась девятнадцатилетней девчушкой. Но взрослеть придется. Просто потому, что ее собственная сила не позволит «отсидеться». Даже если Павел решит не использовать ее. Найдутся другие. И если сразу не показать зубы, втянут в «игры» на своей стороне.

– Все так плохо? – спросила «принцесска».

Павел покачал головой.

– Все нормально, – негромко произнес он.

Да, оценка психологической готовности девушки проводилась. По результатам ее выявлены недостатки подготовки. Светлана с Настей и Валей уже разрабатывают корректировки для системы ментальной устойчивости Виктории. И работать собирались предельно аккуратно.

Многие кланы ради «длинной дубины» часто буквально ломают «гениев», воспитывая в них повиновение руководств и главе лично. Но Волконский пообещал себе «работать» бережно по отношению к личности девушки. Однако повзрослеть ей придется. Обязательно. И быстро. Просто потому, что она уже стала той силой, которую берут в расчёт обязательно. И теперь у Виктории было два варианта: либо помочь Ветви по мере своих огромных сил, либо стать обузой, требующей ресурсов на собственную охрану и обеспечение безопасности.

– Сегодня можно, – повторил Павел.

Виктория застыла. Словно ждала, чтобы Волконский сначала съел сырник в надежде, что он будет «подобрее».

Однако парень сидел и внимательно смотрел прямо в глаза «уралочке».

– Хорошо, – вздохнула она. – Сколько… сколько я убила?..

Глава 20

Глава 20

– Сколько… сколько я убила?..

Клановец присмотрелся к девушке.

Взгляд прямой, твердый. Поза чуть напряженная. Скулы слегка заострились.

«Тяжелый момент», – решил Волконский.

Он прекрасно представлял, в каких чувствах «уралочка» провела эту ночь. Более того, несколько специалистов внимательно отслеживали ее реакции.

– Никого, – спокойно ответил клановец.

Виктория моргнула. Затем еще раз. И еще.

– Объяснись, – потребовала она.

Павел приподнял бровь.

Юсупова тут же «откатилась».

– Ответь, пожалуйста, как такое возможно? – попросила Виктория уже куда мягче.

Ведь, строго говоря, глава Ветви имел право выставить ее в любую «мясорубку». И «уралочка» прекрасно знала об этом, подписывая вассальную клятву.

Павел кивнул. Да, взаимоотношения в их Ветви были… несколько необычны для большинства клановых структур. Но все это держится на одном простом правиле: каждый знает, когда можно чуть «вильнуть», а когда приказ должен быть выполнен быстро, четко и без лишних вопросов.

Убедившись, что собеседница вспомнила о рамках взаимоотношения «вассал-сюзерен», молодой человек достал из кармана комм.

– Смотри, – предложил он, включая заранее подготовленный видеофайл.

Юсупова тут же впилась взглядом в экран.

Ролик занял всего несколько секунд. Семнадцать, если быть точным. Фиксатор с высоты наблюдал за тем, как броневик в рисковом вираже попытался прикрыть штурмовиков броней, огнем и маневром. В последний миг жизни он резко остановился, и уже через секунду его накрыло мгновенно сформированной глыбой Льда, рухнувшей на юркую машину.

Экран тут же запорошило взметнувшемся в воздух ледяным крошевом до полной не читаемости. Кадр замер. Таймер показал конец записи.

Виктория молчала. С четверть минуты.

– Что именно я должна была увидеть? – чуть хрипло спросила она.

– Еще раз, но медленнее.

Девушка снова наклонилась к экрану, фактически коснувшись головой лба Волконского.

И вновь тот же сектор, в котором полтора десятка штурмовиков пытаются рывком прорваться ко второму глайдеру и диспетчерской. На четверти от нормальной скорости было прекрасно видно, как броневик повторил свой рискованный маневр. При таком замедлении уже можно было разглядеть, как мгновенно формируется Лед и… За несколько мгновений до удара двери бронированной машины распахнулись. Механик-водитель и стрелок-наводчик рванули в разные стороны из зоны поражения.

– Невозможно, – решила Виктория, на этот раз сама останавливая видео.

– Что именно? – уточнил Волконский, нацелившись на очередной сырник.

Вполне возможно, что в скором времени его так завалят вопросами, что поесть толком не выйдет. И никакая апелляция к дисциплине и иерархии не сработает.

Однако Виктория сдержалась. Более того, она дала себе какое-то время подумать (полтора сырника и три глотка чая), прежде чем обрушить на сюзерена вал вопросов.

– Невозможно, – повторила она куда увереннее.

Павел, не рискнув проглотить разом еще не прожеванный кусок сырника, сделал жест рукой. Продолжай, мол. Развивай свою мысль.

– Время формирования ударного ядра – полторы секунды, – заученно оттарабанила Виктория, словно вновь оказавшаяся на полигоне перед Тишь. – За это время водитель не успел бы принять решение, предупредить наводчика, затормозить и покинуть машину.

За время монолога-рассуждения Волконский как раз успел справиться с горячим лакомством.

– Не успел бы, – согласился он с очевидным.

Можно сколько угодно фантазировать о собственных навыках, но тело и разум в экстремальной ситуации работают по своим законам. Среагировать не успел бы даже клановец. А ведь его подготовка куда выше безымянного мехвода и его напарника.

Виктория вновь перевела взгляд на экран, где две смазанные фигурки пытались покинуть зону поражения.

– Думай, – предложил Волконский, с сожалением глянув на блюдо с оставшимися сырниками.

Все вводные сюзерен «гению» предоставил. Теперь дело за девушкой.

В тот миг, когда Виктория придет к единственно верному ответу, она может попытаться и побить сюзерена. Прям кулаками. В этот момент лучше ничего не жевать.

Волконский успел «поймать» миг, когда взгляд девушки застыл, а веки распахнулись чуть шире. В этот миг он поймал себя на желании недостойно отодвинуться подальше от «уралочки». Но не поддался ему.

«Нужно стойко принимать свою судьбу!».

Однако девушка через несколько секунд протяжно выдохнула воздух.

– Приказ на открытие огня отдал ты, – коротко констатировала она.

Павел кивнул. Не то чтобы его особо спрашивали. Но все же.

– Сложилось, – уверенно кивнула Виктория и… бездумно взяла с блюда сырник.

В этот раз тишина стояла дольше. Девушка решала «как жить дальше». И кому.

– Обижена? – первым спросил Павел.

На раздумье «принцесске» понадобилось какое-то время. Да, произошедшее сильно по ней ударило. Но она понимала, для чего именно собеседник «прогнал» ее через это испытание.

– Нет, – наконец решила она.

Волконский поднял взгляд.

– То есть, неприятно, конечно. А еще я мысленно пообещала тебе страшно отомстить, но… понимаю, зачем все это было нужно.

Тут клановец усомнился. Если бы Юсупова действительно могла догадаться, зачем ВСЕ это было нужно, то у него были бы большие проблемы. Если комбинация столь очевидна, то просчитают ее и все остальные тоже. А сейчас этого допускать было нельзя.

– Только скажи… все ради меня?

Глава Ветви покачал головой. Да, экзамен для «принцесски» в боевых условиях – штука полезная. Равно как и демонстрация всем заинтересованным лицам в стиле «Смотрите че у меня есть, и представьте, что под такой удар попадут уже ваши силы!». Но основная задача была совсем в ином.

И Павел до сих пор не был уверен, что она выполнена. Оставалась лишь ждать результата ночного сражения.

Юсупова встрепенулась, вспомнив, что у нее в Ветви и обязанности есть помимо роли «большой дубины»:

– Салтыковы уже выпустили официальное заявление.

Павел заинтересованно глянул на девушку.

– Утверждают, что уничтожили базу Волконских, ликвидировали не менее двух десятков гвардейцев «недавно назначенного главы Ветви» и разгромили часть авиапарка… Так, подожди.

Девушка быстро нашла нужные строки уже на своем комме:

– … «В рамках ответа на необоснованную агрессию Волконского П. А. уничтожены два глайдера штурмового класса, участвующие в ударах по территориям Салтыковых, Князевых и Головкиных. Так же выведена из строя критическая инфраструктура, послужившая площадкой для размещения военной техники и…»…

– Достаточно, – зевнул молодой человек и, разу уж бить его не собирались, вновь потянулся к блюду, но через мгновение замер возмутившись. – Вот ведь!.. Два глайдера он уничтожил! До одного-то еле добрался… Какой молодец.

Волконский покачал головой, сетуя на несправедливость мира.

– Почему нет нашего заявления? – строго спросила Виктория.

Она же прекрасно знала, что с их стороны не погиб никто. И не понимала, отчего Павел не желает поймать Салтыковых и их вассалов на лжи.

В конце концов, именно она отвечала за информационное сопровождение Ветви. Строго говоря, девушка еще ночью подготовила предложения по «контрудару». Но никто ими не воспользовался.

– Никакой войны без пресс-релиза, – согласился печально сюзерен.

Современный мир диктовал свои условия. И работа секретаря по связям с общественностью была порой не менее важна, чем воеводы.

– И?.. – поторопила девушка.

Время в подобных случаях играло роль не меньшую, чем тайминг во время проведения специальных операций.

– Светлана уже готовит фактологическую базу, – спокойно сообщил клановец. – По ней выпустишь материал через «Империю».

Виктория кивнула.

– Разоблачим этих…

– Нет, – покачал головой Павел, зачерпывая варенье очередным горячим кругляшом. – Мы не будем опровергать их слова.

Глаза Юсуповой удивленно расширились. Она не припомнила, чтобы сюзерен так легко относился к пропущенным ударом. Пусть и информационным.

– Вообще, – для пущей убедительности припечатал сюзерен. – Вместо этого выкатим свою версию: мол, подлые Салтыковы вероломно напали превосходящими силами. Ценой катастрофических потерь им удалось достичь незначительных локальных успехов.

– Они выпустят опровержение, – высказала свое профессиональное мнение Виктория.

– Не выпустят, – пообещал Волконский.

Объяснять решение сюзерен не стал.

Спорить Юсупова даже и не подумала. Сюзерен сказал, значит, так и будет. А если ошибется, то всю полноту ответственности тоже нести лишь ему.

– Нас могут поймать на лжи, – предупредила «уралочка».

«Их тоже.» – она добавлять не стала.

– Каким образом? – спокойно спросил клановец. – В зоне поражения Пламенем даже бетон выгорел. От попавшего под удар Сергея заправщика не осталось практически ничего. В некоторых местах камень до сих пор раскален докрасна.

И это было правдой. Пламя сильного одаренного все не желало спадать. Впрочем, с глыбой Льда Юсуповой не справилось и оно.

– Задачу поняла, – коротко решила девушка. – Сейчас отправлю запрос на совещание со Светланой.

– Нет, – покачал головой Павел. – Мы летим на «РитРос». У тебя пять…

Тут Волконский на миг задумался, окинув взглядом накрытый перед ним стол. – Двадцать пять минут на подготовку.

* * *

– «Смерть Волконскому!», «Долой Кровавую С*ку»… – скучным голосом прочитал Павел. – Ничего интересного.

За забором «РитРос» людское море даже и не думало обмеливать. Кто-то исправно платил жалование демонстрантам, желая создать нужный образ вокруг Ветви, «приютившей» целительницу с запретным Аспектом.

Да, пока официально Кошкина не стала ни частью семьи одного конкретного Волконского, ни его вассалом, но некто постарался, чтобы все связали имя Лены с Ветвью.

– Грамотно работают, – прокомментировала зрелище замершая за спиной Павла Юсупова.

Она с первого дня оценила массированную информационную атаку против своего сюзерена и держала руку на пульсе. Правда, пока не отвечала, ограничиваясь официальными «отписками»: не знаем, без комментариев, прошу не распространять непроверенные данные…

Однако подготовка к удару велась и на этом поле. Уже были заготовлены статьи, «заряжены» на низком старте нужные эксперты, заканчивалась разработка общей стратегии информационного противодействия.

С точки зрения Виктории, не хватало лишь первого мощного «удара», с которого уже будет раскручиваться ответная атака.

Бум!

За спиной Павла хлопнула дверь. «Уралочка» вздрогнула. Волконский же обернулся и негромко буркнул:

– А ты не спешила.

Светлана замерла. На один короткий миг. А затем обманчиво-ласково, как большая опасная кошка перед броском, прошипела:

– Бра-а-а-атик, это мой кабинет. Изволь проявить уважение.

– Наш, – коротко поправил молодой человек.

Да, он появлялся здесь очень редко. Но формально…

– Уел, – раздраженно тряхнула волосами сестренка, демонстративно «потеряв интерес» к брату'.

Молодой человек только хмыкнул и тут же уселся на стол главного аналитика Ветви. Та старательно выходку проигнорировала, протянув Виктории планшет.

– Здесь основные тезисы, подготовленные аналитиками и разведкой, – сообщила она.

Юсупова быстро пробежалась глазами по схематичному плану и чуть удивленно подняла взор. Фактически перед ней лежали таблицы с предельными значениями, которые она могла использовать при подготовке официального сообщения.

– А дальше сама, – прекрасно понял невысказанный вопрос сюзерен.

Как бизнес-управляющая «Империей» и каналами распространения Рины Воробейчик девушка его устраивала более чем. А вот как она поведет себя в экстремальной ситуации, предстояло еще проверить.

– То есть, я разом бью и по Салтыковым, и по ним? – уточнила она, бросив демонстративный взгляд за окно, откуда прекрасно был виден «городок» протестующих.

– Именно, – спокойно кивнул Павел. – Я в тебя верю.

Юсупова вздохнула. Сюзерен хочет, чтобы она проявила себя? Нет проблем. Но тогда, почему он игнорирует ее рекомендации?

– Да, – вдруг вспомнил Павел, буквально прочитав мысли собеседницы, и достал комм.

Несколько секунд он искал нужный номер.

– Всеволод Григорьевич, день добрый! – негромко поздоровался он.

– Демидов, – одними губами артикулировала Светлана, заметив, что Юсупова не сразу сообразила, о ком именно речь.

– Да, именно за этим, – ответил сюзерен на какую-то фразу Железного Логиста. – Мы готовим ответную кампанию. Требуется твое участие.

Несколько секунд Волконский вслушивался в слова собеседника с видом человека, который понимает, что позвонил по не слишком приятному поводу, но от цели своей отказываться не собирается.

– Отлично, – решил он через несколько секунд. – С нашей стороны работать будет Юсупова Виктория Львовна.

Новая пауза. Кажется, собеседник удивился такому выбору.

– Да, сестра Главы «уральцев», – спокойно подтвердил он. – Какие-то религиозные запреты?.. Вот и прекрасно.

«Принцесска» только головой покачала. Светлана же не шелохнулась. Но у обеим было приятно наблюдать, что сюзерен взрывает мозг не только им.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – покачал головой он. – Виктория Львовна готова вылететь к вам прямо сейчас.

Юсупова усмехнулась. Павел не просто уступал от правил. Он ломал их через колено. Прием человека ее положения готовится заранее. Сильно. Есть целая процедура и прописанные нормы. Но Волконский просто поставил перед фактом: «Она скоро будет!».

– Благодарю. И тебе доброго дня, – спокойно завершил разговор клановец.

– И что же я должна сделать? – поинтересовалась «принцесска» фактически сразу же.

– История Артема Всеволодовича, – коротко ответил Павел.

«Уралочка» вновь застыла. Требовать ТАКОЕ от Демидовых… По ее мнению, Юсуповы бы уже пять минут как дрались.

– Ты мне хоть роту своих головорезов выделишь? – чуть нервно уточнила она.

Ее собеседника не за мягкость характера звали Железным Логистом.

Фактически Волконский планировал заставить признаться Демидовых в связи с артефактами Крови. То еще… «пожелание».

– Зачем? – искренне удивился Павел, будто собирался отправить Викторию всего лишь к брату погостить. – Пилот, группа огневого прикрытия и пара телохранителей для приличия. Этого вполне достаточно.

«Для представительских функций – да.» – отметила девушка. Реально же их подавят в секунды на чужой территории.

– Не волнуйся, – положил руку на плечо несостоявшейся жены Павел. – Тебя встретят, накормят, напоят и спать уложат…

Волконский задумался.

– … Но на последнее ты не согласишься, – добавил он. – А вернешься домой до десяти.

– О! – оценила… сестренка.

– Так у тебя ко мне все-таки есть чувства? – вскинула бровки «уралочка».

Хлоп!

Ладонь клановца демонстративно соединилась с его же лбом.

– Нет, – заверил он. – Но Виктор очень расстроится, если все будет иначе.

Этот довод «принцесске» показался вполне существенным.

Да и сестренка подняла вверх два больших пальца.

– Что там с гостем? – сменил тему молодой человек.

Светлана посмотрела на часы.

– Катерина встречает.

В дверь негромко постучались.

– Войдите! – разом откликнулись брат с сестрой.

Вид перед следующим гостем требовалось иметь солидный и величественный, а потому Павел поудобнее устроился на рабочем столе сестры с таким видом, что Свете захотелось чем-нибудь запустить в брата.