Текст книги "Гимн шута 18 (СИ)"
Автор книги: Антон Федотов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Да и думать об этом не хотелось!
– Ищем кофе? – негромко спросила Леночка.
Как и Катерина, она прекрасно чувствовала момент.
– У нас не так много времени, – вздохнул Павел.
Девушки переглянулись.
– У Фила с Кролем проблемы, – объяснил с некоторым сомнением Волконский.
Парни дозвонились до него во время полета. И прям требовали быть.
В глазах девушек мелькнуло понимание.
– Мой господин никогда не бросит своих друзей, – вроде бы и негромко, но как-то твердо решила Катерина.
Кошкина тут же присоединилась к подруге:
– Настоящий мужчина не сможет остаться в стороне, когда близкие в беде!
«Настоящий мужчина» предпочел бы сейчас либо сон, либо секс. Еще, возможно, легкий ужин.
Однако блондиночка решила по-своему. Она достала комм и тут же набрала номер.
– Филипп, – негромко произнесла она. – Павел Анатольевич будет. Вовремя.
Волконский только головой покачал.
Давшая же отбой Катерина сурово посмотрела на парня.
– Решение принято, – объявила она. – Альтернатива… тебе не понравится.
Волконский глянул на целительницу. Маловероятно, но вдруг она, дававшая клятву Гиппократа, захочет спасти его.
– Наш господин ни за что не подведет! – состроила счастливые глазки та.
В голосе звучало восхищенное придыхание, словно Павел собирался пойти сразить дракона. И непременно в ее честь.
– Вопрос с транспортом я решу, – доложила Катерина, уже отдавшая соответствующие команды.
Несколько секунд клановец размышлял. Цесаревич сделал неслыханный подарок: целую неделю на подготовку. До этого времени работать будут лишь отдельные группы наблюдателей, усиленные людьми государевыми и такой аппаратурой, что кое у кого глаза на лоб полезли.
В том числе и Павла.
Да, большую часть времени придется посвятить решению текущих и поднакопившихся вопросов. Но уж один вечер он может себе позволить, верно? Тем более, Катерина уже обо всем договорилась. И Леночка одобрила в смысле: «то, что доктор прописал!».
– Хорошо, – решил клановец, все же заметив неподалеку кафе, чья вывеска обещала, что напиток с собой он взять сможет. – Тогда цель определена!
Спутницы кивнули.
Отказываться от «черного зелья» не думал никто.
И насладиться им стоило до того момента, как Кирилл сделает внушительный круг и не вернется за ними.
В общем, следовало поторопиться. Ведь сегодня ему предстоял еще один бой плечом к плечу со своими друзьями.
Уже через пару минут молодой человек сжал пальцами стаканчик с кофе.
Аудиенция у цесаревича оставила в душе Павла странный осадок – не горечь, а скорее холодную ясность. «Я возьму ответственность на себя. За любое решение.». Эти слова были и щитом, и мечом, и петлей на шее. Долгорукий не просто давал карт-бланш, он проверял, способен ли его «инструмент»-опричник сам принимать решения, за которые потом придется отвечать «прибору»-господину. Стратегическая глубина этой игры вызывала одновременно уважение и легкую тошноту. Волконский поймал себя на мысли, что завидовал простоте задачи у Лю Фэна: враг понятен, ультиматум четок. Здесь же приходилось балансировать на лезвии между долгом, целесообразностью и интересами людей, каждый из которых считал себя вправе иметь свои ожидания. Он сделал еще глоток кофе, позволив горьковатому привкусу на мгновение заглушить этот внутренний шум. Одна задача за раз. Сначала – друзья. Потом – война.
Глава 17
Глава 17
«Неплохо работают!».
Виктор прищурился, оценивая довольно толковое размещение гвардейцев.
Старший сын Анатолия Георгиевича откинулся на спинку водительского сидения служебной машины и принялся изучать место «случайной» встречи.
– Работать придется быстро, – решил он.
Офицер Гром сильно сомневался, что у него будет больше нескольких секунд, пока «цель» преодолеет расстояние от телецентра до уже готового сорваться с места вполне представительского седана.
Да, пока длинная хищная машина еще поджидает «хозяйку» в чуть в стороне, гоняя двигатель на холостых оборотах. Однако опыт водителей-телохранителей мужчина уже успел оценить.
И готов был предсказать их действия.
– Как же тебя подловить? – мысленно поинтересовался он сам у себя.
Привычка проговаривать вслух детали операции появилась у него еще в те года, когда плечи украшали курсантские погоны. Виктор долго избавлялся от нее. И даже почти справился. Но наедине с самим собой «разговор с собой» до сих пор оставался лучшим способом привести мысли в порядок.
– Да не-е-ет, – вздохнул Волконский, покачав головой (пока никто не видит – можно!).
Первой из здания вышла… Анна Архипова в сопровождении приятной очень коротко стриженной девицы со смутно знакомым лицом.
К машинам они не спешили. Замерли у входа под прикрытием «навеса» второго этажа. Охрана брата чуть сместилась, купируя возможные угрозы, но в целом беседе не мешала.
– Хорошо работают, – еще раз оценил офицер.
Двери распахнулись и под лучи теплого солнышка вышла «цель».
Машина, рванувшая за несколько секунд до ее выхода на улицу, рванула с места и, повинуясь знаку девицы, остановилась возле беседующих Анны и ее спутницы.
Охрана вновь поменяла конфигурацию.
Виктор рассматривал бывшую наследницу Юсуповых, которой из-за этого статуса в родном клане пришлось очень нелегко.
Именно сейчас Виктория меньше всего напоминала «небожительницу». Волосы ее были чуть заметно растрепаны, тут же подхватившим темные локоны ветерком, а на лице играла… улыбка⁈ Да не скованная и как будто чуть смущающаяся, что украшала лик Архиповой (Что⁈). «Уралочка» искренне наслаждалась днем и стаканчиком кофе из расположенного на первом этаже телецентра «Империя» кафе.
«Мышкина!» – наконец вспомнил лицо коротко стриженной девицы Волконский.
– Немыслимо, – покачал головой он.
Три клановки стоят возле входа, и о чем-то беседуют. А уж вполне себе живые улыбки… И это он себя считал бунтарем, возглавившим не самое элитное, но крайне эффективное подразделение?
– Немыслимо, – повторил Виктор.
Но тут же решил, что зрелище столь же невозможно, как наследник Великого клана, поджидающий свою «цель» в машине.
– Сходить с ума так по полной, – решил он, открывая дверь.
Охрана его заметила. И, к некоторому неудовольствию клановца, уже, похоже, давно. Часть гвардейцев проводили его взглядами и… тут же вернулись к наблюдениям за четко разграниченными секторами.
– Решился-таки, – донес до него ветер голос «уралочки», тут же запившей свои слова глотком кофе.
Собеседницы отреагировали по-разному.
Лицо Анны словно замерзло. Первой реакцией Архиповой стала примерка «клановой масочки», броней защищающей «небожителей» от внешнего мира. Однако она все-таки расслабилась.
– Это третий, да? – с интересом новорожденного котенка уточнила вполне себе милая девушка с короткими волосами.
И да, Мышкины кланом были новым. Но и для них такая… легкость – не совсем понятна. Создавалось ощущение, что Александра, стоило им обрести статус вассала Ветви брата, просто отбросила сковывавший ее с самого детства этикет, и теперь наслаждавшаяся обретенной свободой.
– Виктор Волконский, – коротко представила Виктория, едва мужчина остановился в двух шагах от беседующей компании. – Старший брат Павла Анатольевича.
Анна кивнула со странным выражением лица. Она пока не до конца определилась со своим отношением к этому человеку.
Мышкина заинтересованно рассматривала офицера, впервые за долгое время выбравшего для выхода «в город» приличный темный костюм.
Сама же «уралочка», ничуть того не скрывая, состроила умильно-вопросительную физиономию. Мол, чего пришел.
– Рад приветствовать, дамы, – нашелся на миг растерявший Виктор, чуть склонив голову.
«Не знаешь, как поступить – действуй по этикету!» – решил он.
Девушки отреагировали мгновенно. Иные вещи вбивались на подкорку. Троица тут же подобралась и поприветствовали очередного Волконского вполне себе протокольным образом и…
Виктору это не понравилось. В одно мгновение весь налет жизни и веселье с их лиц смыло «ритуальными масочками».
Все-таки будь ты хоть сто раз бунтарем, но на определенные вещи мозг и тело реагирует автоматически.
Впрочем, клановки тут же начали «оттаивать».
– Ты ко мне? – запросто спросила Виктория, первой вернувшая душевное равновесие.
– Да, госпожа, – коротко поклонился офицер.
И… ничего. Девушка не дала себя вновь загнать в рамки этикета.
– Даже без цветов! – покачала она головой, окинув Виктора задумчивым взглядом.
– И без сладкого! – притворно вздохнула Мышкина.
Хотя по ее идеальной спортивной фигуре вообще нельзя было сказать, что она когда-либо пробовала хоть что-то содержащее сахар.
– А я в тебя верила… – «расстроилась» Анна на правах старой подруги.
Пусть и с нюансами.
Однако Волконский с первым разрывом шаблона уже справился. Так что реплики он пропустил мимо ушей.
– Я хочу пригласить тебя на кофе, Виктория Львовна, – обозначил цель визита офицер.
Девушка тут же подняла чуть выше стаканчик и демонстративно поболтала им в воздухе. Мол, у меня уже есть. Еще варианты?
– Полагаю, что к кофе идеально подойдет чизкейк или тарта, – взглядом указал мужчина на кондитерскую «У Мисо», расположенную через дорогу от «Империи».
Несмотря на то что владела заведением урожденная японка, десерты в нем подавали вполне европейскому вкусу привычные. И невероятно вкусные.
Несколько секунд «принцесска» делала вид, что раздумывает. Подруги поддержали «уралочку» суровыми лицами.
– А вы умеете убеждать, господин Волконский! – через несколько секунд решила Виктория.
«Зрительницы» спорить не стали.
Ну, почти…
– Со цветами было бы лучше… – буркнула Архипова.
Однако тут же сделала вид, что ничего не говорила, стоило ей поймать взгляд Виктора. Все-таки хоть «ложечки и нашлись», но осадочек от старой истории остался. И горчил. В душах. Обоих.
Мышкина же просто пожала плечами. Мол, подругу поддерживаю, но вслух не скажу.
«Ничего не боятся!» – оценил Виктор. Той же «медиадиве» вообще в присутствии Волконского полагалось скромно глазки опустить и даже дышат через раз.
Кажется, Александра (вспомнил-таки!) умела читать мысли. Иначе с чего бы ей послать быструю улыбку родовитому офицеру?
– Она Павлу пожалуется, – спокойно объяснила Юсупова, будто бы и не звучали ее слова буквально… дико!
Виктор изобразил положенное случаю недоумение на лице и… тут же кивнул. Да, младший бат набрал силу. И даже не тот, кого в клане заслуженно читали «гением».
– Или мне, – на миг грозно свела бровки Юсупова.
Но тут же улыбнулась, ничуть не тяготясь тем, что шкодное выражение лица ее никак не соответствует положенному в подобном случае этикетом. Впрочем, Клановый Кодекс вообще таких «случаев» не предполагал.
«Равно как и сырников!» – припомнил Волконский.
А от них, если его нынешний план сработает, клановец отказываться не собирался!
– Убедили, – серьезно произнес он, поднимая руки в капитуляции.
Три родовитые красавицы как-то привычно переглянулись.
– Так ты расскажешь, зачем столь прославленный офицер Первой Семьи потратил два часа жизни в ожидании скромного вассала младшей Ветви? – запросто спросила Виктория.
Судя по заинтересованным взглядам ее спутниц, новость секретом не была ни для кого.
– Виктор, – негромко привлекла к себе внимание Анна. – Твой брат придает серьезное значение вопросом безопасности. Тебя засекли за два квартала отсюда. И, естественно, сообщили Павлу Анатольевичу.
«Удивительно!» – поразился офицер. В голосе Архиповой звучало уважение. Ему даже интересно стало, чем именно так впечатлил эту оторву брат.
– И если ты думаешь, что вооруженный человек способен два часа просидеть в машине напротив входа в телецентр, то ты сильно кое-кого недооцениваешь, – добавила «уралочка».
– И как он отреагировал? – нейтрально поинтересовался мужчина.
– «Сами разберитесь там!» – хихикнула Мышкина, очень похоже изобразив раздраженный тон брата.
Кажется, они отвлекли Павла от чего-то срочного.
– Я понял, – спокойно констатировал Виктор. – Это значит, что решение за тобой.
Юсупова важно кивнула на смешки своих спутниц.
– Так какого дракона мне нужно убить, чтобы пригласить тебя на чашечку кофе?
«Уралочка» вдруг почувствовала неприятный укол. Удивительно, но кандидатуры в «расстрельный список» неожиданно нашлись. И немало.
«Взрослею, что ли?» – с какой-то легкой грустью подумала она, но тут же качнула головушкой буйной, изгоняя невеселые мысли.
– Пойдем, – просто решила она, делая первый шаг в сторону рая для любителя кофе и сладостей – кондитерской «У Мисо».
Виктор шагнул следом… с легкой задержкой.
Запнулся он неспроста. Краем уха Виктор услышал чью-то насмешливую реплику: «Завалить дракона-то легко, а ты попробуй, „принцесску“ завали!».
Но ведь подобного просто не может быть, но…
– Не завидуйте!.. – негромко бросила подругам Виктория и даже на миг показала розовый острый язычок.
Волконский оценил.
– Прокатишь? – тут же спросила она, делая шаг к штабному «Тигру».
– Естественно, – чуть озадаченно ответил Виктор, неожиданно поняв, что ЭТА «небожительница» несколько сотен метров до кондитерской действительно может просто прогуляться.
И шел бы его тогда план… в сторону.
– Позвольте, леди, – негромко предложил он, распахивая перед девушкой заднюю дверцу довольно «бегемотообразного» внедорожника.
– Уже лучше, – довольно констатировала Юсупова и, подвинув не слишком большой, но действительно со вкусом подобранный букет, уселась на пассажирское сидение.
* * *
– Сами разберитесь там! – раздраженно бросил Павел, и, разорвав соединение, отдал комм невозмутимой Катерине, даже в джинсах и чуть мятом балахоне.
Да и сам он щеголял в спортивных штанах, что вот уже несколько веков украшались тремя полосами по всей длине и обычную серую майку.
– Ого! Да у нас мажорчик прибыл! – тут же прилетел насмешливый комментарий.
Его сразу же поддержал противный гогот подпевал.
«Из равновесия выбить пытаются.» – хмыкнул негромко Волконский про себя. Внешне он и ухом не повел.
– В штанах ни хрена, так вытрепываешься, а⁈ – прилетела новая «подача».
– Павел Анатольевич, – негромко вздохнула Леночка, беззаботно усевшаяся на скамеечку за спиной секретаря.
– Слушаю тебя, красавица.
Прежде чем закончить мысль, Кошкина сладко потянулась. Даже в какой-то простенькой серой футболочке она умудрялась выглядеть едва ли не моделью на подиуме.
– Изволь вломить во-о-о-он тому го… – девушка на секунду осеклась.
Она и сама не знала, какое именно слово готово было сорваться с ее губ. Но на господина нынешний соперник Павла не походил ни разу.
– В общем, вот ему! – решила целительница и ткнула пальцем в весельчака, что шел у «тех» за главного.
– А чего так? – поинтересовался клановец.
И не то чтобы у него самого этих «чего» не нашлось. Но аргументация была интересна.
– А он в моем вкусе сомневается! – грациозно поднялась с лавочки Леночка и на секунду прильнула к сюзерену, пожелав удачи коротким поцелуем.
Со стороны «тех» тут же раздался разочарованный выдох и едкие комментарии. Мол, не заслужил «этот придурок» такой девицы.
«Страдания» стали еще сильнее, едва и блондиночка пожелала удачи сюзерену. Тем же самым способом.
Павел вздохнул и устремился к центру поля, где должна была разгореться сегодняшняя битва.
Поле пахло пылью, по́том и свободой – той самой, которой так не хватало в кремлёвских кабинетах и бронированных микроавтобусах. Здесь Павел был не главой Ветви, а просто нападающим. И эта простота была лучше любой целительской терапии.
«Главное – чтоб не как в тот раз», – пронеслось в голове воспоминание о рассказах Фила про этот «древний красивый обычай». Пару лет назад подобная схода закончись не игрой, а массовой бойней. Двоих тогда еле вытянули. С тех пор правила ужесточили, а напряжение между районами лишь наросло.
– Не лезь на рожон, – тихо, так, чтобы слышал только Павел, посоветовал Кроль, потирая костяшки. – Их капитан любит «случайно» сносить противников. Иногда с переломами.
– Спасибо, что предупредил, – кивнул Волконский, мысленно внося коррективы. Не зря же Фил поставил его именно против этого гиганта. Значит, нужно не пересилить, а переиграть. Вымотать. Заставить ошибаться.
Он бросил взгляд на трибуны. Лена и Катя устроились рядом, как две несовместимые, но прекрасные картинки из разных миров: одна – солнечная и беззаботная, другая – прохладная и собранная. Их присутствие здесь было его личным талисманом.
– Эй, мажор! Готов проигрывать красиво? – крикнул тот самый бугай-капитан, широко расставив ноги на позиции центрального защитника.
Павел лишь поднял большой палец вверх, сохраняя на лице невозмутимость, за которой скрывался холодный, ясный расчёт. Сейчас начнётся маленькая война.
В строй рядом с ним тут же встали братья Керенские и Кроль. А вот Фил шагнул вперед. В этой схватке он будет за главного. Его сражение.
– Ну че, готов⁈ – со всей дури хлопнул Денис по плечу клановца.
Молодой человек лишь хмыкнул. Сейчас он предпочел сосредоточиться на демонстративной разминке. Во-первых, нужно. Разогревом и заминкой, когда к тому были возможности, он не пренебрегал никогда. А, во-вторых, это было вполне явным сигналом. Мол, рвать вас буду всерьез.
На центр небольшого, вытоптанного до земли поля вышел щербатый высокий и зудой «конферансье» в широченной не слишком чистой футболке.
Пара десятков зрителей, пришедших поглазеть на стычку старых соперников, тут же примолкли.
– Короче, пацаны, – чуть сморщился щербатый. – Давайте чтоб не как в тот раз, а… Правила помним…
Фил откровенно ухмыльнулся. Центровой соперников из района «Барак-1», ничуть не уступавший Филиппу в габаритах, оскалился еще шире.
«Ой-йе!», – вздохнул Волконский и принялся разминать шею по второму кругу.
– Главное, чтобы их «сладенький» не заплакал! – загоготал он, глянув на «небожителя».
Тот издевательски подмигнул звероподобному детинушке.
– Спасибо за заботу, милашка! – крикнул Павел громко и четко.
За спиной небожителя как-то странно хрюкнул Кроль. Со стороны зрителей донеслись отдельные смешки.
А вот громила лишь… едва ли недовольно хмыкнул и кивнул «новичку». Мол, услышал тебя. Еще схлестнемся. И уж тогда посмотрим, что ты и кто ты.
Впервые мощи здоровяка предстояло столкнуться с ловкостью и техникой Павла уже через три минуты, а пока…
– Короче, пацаны, вы меня услышали, – хмуро закончил «конферансье».
Все кивнули. Никто не воспринял.
– Ну ладно, че… – махнул рукой щербатый и отступил к «трибунам».
Его проводили недоуменными взглядами. Мол, и куда пошел⁈
Но остановить не успели. Между двумя линиями вышла умопомрачительная блондиночка… со старым, но еще годным к побою ногами футбольным мячом. В полной тишине она прошла к центру поля и поставила снаряд на землю. В руках ее тут же, словно по волшебству, появилась монетка.
– Ну что ж, господа…
Голос ее был не так чтобы кромок, но удивительным образом ее четко слышал каждый из присутствующих.
– Кто из вас будет орлом, а кто решкой?..
Глава 18
Глава 18
– У меня есть обязательства перед твоим братом.
Виктор нахмурился, разглядывая собеседницу.
«Уралочка» же просто пожала плечами. Мол, уж как есть. Говорю прямо.
Волконский вздохнул и, что для него было совершенно нехарактерно, негромко спросил:
– И как далеко они… распространяются?..
Виктория едва не подавилась глотком действительно крепкого кофе и с возмущением глянула на офицера.
Получилось очень даже выразительно. И доходчиво. Во всяком случае, мужчина тут же осознал, что сморозил глупость. Вот только пока не понял какую именно.
– Вас-са-ли-тет… – чуть ли не по слогам выдала девушка, поставив белоснежную чашечку с двойным эспрессо перед собой на блюдечко.
Она как и Гром не слишком разделяла любовь сюзерена к кофе с молоком.
– Я исправлюсь, – попытался ускользнуть под защиту «клановой масочки» Волконский.
– На меня смотри! – совершенно серьезно потребовала девица, одной фразой поправ половину норм классического этикета.
«Заражает, что ли, брат всех вокруг своим безумием?» – оценил офицер.
Нет, ему так было даже комфортнее. Все-такие «барсы» не в штабе несли службу, а состояли в списке особых подразделений империи. И, помимо Виктора, больше «небожителей» среди личного состава не было. Так что клановец давным-давно на учился доносить свою мысль просто, грубо и очень доходчиво.
Но он был как-то не готов, что «уральская принцесса» предложит ему сыграть на этом поле.
– Я рассматривала Павла Анатольевича в качестве мужа, – спокойно сообщила Юсуова, без особого стеснения слизав с указательного пальчика чуть белкового воздушного крема.
Виктор кивнул.
– Особых чувств у меня к нему не было, – продолжила девушка, насладившись «остатками» великолепного пирожного. – И нет. Если мы о романтике. Расчет был прост: мне нужно было вырваться из клана. И брак в твоим братом эту задачу вполне решал.
И снова офицер лишь коротким движением головы предложил собеседнице продолжать.
– Что же касается сексуальной составляющей…
Тут Виктор морщиться не стал. В конце концов, сам он очень давно девственником не был.
– … То и тут не сложилось, – чуть шкодно улыбнулась «принцесска».
«Да она же меня дразнит!» – дошло наконец до Волконского.
«Сам начал!» – мысленно решила Виктория, действительно решившая чуть подколоть собеседника.
– Я не была против, – продолжила девушка уже серьезнее. – Но тут скорее вопрос возраста и гормонального пика, чем личных достоинств Павла.
Несколько секунд мужчина молчал, после чего одним глотком допил остатки эспрессо.
Горькая горячая волна обожгла рот, одарив идеально выверенной кислинкой, и ухнула куда-то в пищевод… отчего-то «прочистив» мозги.
– И все-таки ты говоришь об обязательствах перед Павлом, – спокойно заметил он.
– Да, у меня нет романтических чувств к сюзерену, – даже чуть удивленно ответила Юсупова. – Но я принесла вассальную клятву. И буду ей следовать. Да и мне есть за что быть благодарной твоему брату.
Виктор задумался. В который раз.
– Но я мог бы…
Мысль закончить не удалось. Собеседница просто… рассмеялась. Искренне и счастливо. Как не умеет практически никто из «небожительниц».
– Волконские – это нечто, – вполне искренне сообщила Виктория через несколько секунд, – заставив офицера едва заметно нахмурится.
Соображал он быстро. Даже очень. Иначе бы просто не занял свой пост командира «Барса».
– Я слушаю, – собрался он.
– Виктор, – все еще весело покачала головой Юсупова. – Ты мне чуть ли не руку и сердце предлагаешь…
Глаза собеседника удивленно расширились. Виктория рассмеялась еще заразительнее.
– Ох, ладно, я шучу!.. – наконец выдохнула она.
Волконский только головой покачал. Подобные темы – не повод для шуток в мире клановых иерархий. Впрочем, большая часть их диалога волне годилась для главы «Как делать не надо!» книги «Что такое хорошо и что такое плохо. Издание для „небожителей“.».
– Пока я предлагаю просто узнать друг друга получше, – обозначил свои намерения он.
Вр-р-р-р-р-рум-м-м-м-м!
За окном кондитерской промчался мощный байк.
Виктория проводила его завороженным взглядом.
– Какой красавец, – восхищенно протянула она, зажмурив от удовольствия глазки.
Ей всегда хотелось почувствовать вибрацию мощного двигателя «скакуна» между ножек, ощутить какого это мчаться вперед, не задумываясь ни о чем.
– Я⁈.. – не сразу понял Виктор, пропустив момент, но тут же собрался. – Так что ты скажешь?
И да, в их общем мире, пусть и оба по разным причинам старательно дистанцировались от «этажей», предложение «узнать друг друга получше» не равнялось брачному контракту, но было довольно серьезным. Фактически, Волконский прямо заявил: «Да, я не возражаю против брака. Давай присмотримся друг к другу!».
– У меня обязательства, Виктор, – спокойно ответила Юсупова.
В переводе на русский это означало примерно следующее: «Допустим, я не против „присмотреться“. Но как ты себя будешь чувствовать зная, что куда больше обязательств у меня будет перед Павлом, чем перед тобой!».
– Думаю, я смогу решить это вопрос с братом.
«Принцесска» только покачала головой.
– То есть, ты даже не попытался хоть что-нибудь разузнать обо мне, прежде чем пригласить сюда?
В голосе «уралочки» вопросительные нотки можно было различить, лишь очень хорошо прислушавшись. В остальном реплика куда больше напоминала утвердительную.
Виктор же лишь руками развел.
– Я подумал, что лучше будет узнать о тебе лично, – просто заявил он.
Профессиональный боевик от политики был далек. А потому действительно решил действовать «дедовским» методом.
Девушка чуть задумалась. В целом, против такого подхода она не была. Вот только объяснять всю сложность ситуации придется ей самой.
«А почему бы и нет? Все равно информация уже разошлась.» – решила Юсупова.
– Я «гений», – негромко призналась она.
Офицера подобное заявление если и сбило на миг, то среагировал он практически мгновенно.
– Я и не сомневался, – уверенно кивнул он.
Виктория кивнула. Ее не поняли.
«Ну ничего. Я объясню!» – мысленно решила «уралочка» допивая терпкий бодрящий напиток.
– Я «гений», – еще раз повторила она. – Льда.
«Вот теперь дошло!» – удовлетворенно заметила девушка, наблюдая за тем как хмурится собеседник.
А Виктор и не скрывал, что «удар» попал в цель.
«Да как же так-то⁈» – удивленно спрашивал себя он. Почему он не знал? Конечно, он сам решил ринуться в бой без предварительной разведки. Но как можно было пропустить такой «камень». «С другой стороны это, конечно, объясняет все „телодвижения“ вокруг Виктоирии», – решил он.
«Но это же надо так опозориться…» – отчитал сам себя офицер. Все-таки такие факты о будущей невесте знать нужно. А он, дурак, захотел все узнать лично.
И да, теперь понятно, о каких именно обязательствах говорила Виктория. Очевидным становился и тот факт, что хрен куда брат отпустит Юсупову из ветви и… Оно к лучшему даже. Одаренная такой силы просто не может быть «ничьей». И уж лучше пусть Павел ее прикрывает, чем тот же Игорь Георгиевич… А то и вовсе другой клан.
Правда, совершенно непонятно как вообще младший брат умудрился наложить лапу на такого сильного бойца… Рано как не совсем ясно, как Игорь Георгиевич дозволил перейти Светлане под его руку.
Стратегический актив, как-никак.
«Нужно больше времени уделять семье.» – пообещал себе офицер.
– Допустим, я готов смириться с тем, что в твоей жизни Павел Анатольевич будет присутствовать в качестве сюзерена, – выдал итог своих размышлений он.
Виктория чуть печально улыбнулась.
– Виктор, ты вообще понимаешь, ЧТО я такое? – негромко поинтересовалась девушка, кинув какой-то очень серьезный взгляд на собеседника.
Этот вопрос поставил мужчину в тупик. Волконский добросовестно задумался, изо всех сил стараясь понять, что именно старалась вложить Юсупова в свой вопрос.
– Я – оружие, – спокойно сообщила уральская красавица. – Стихия не способна на созидание. Лишь на разрушение.
Тут Виктор мог бы поспорить. Стихийники нужны были во многих областях. От зарядки амулетов соответствующим Аспектом до инженерных команд. Впрочем, через секунду Волконский сообразил, что никому в голову не придет использовать «гения» для возведения ледовой переправы посреди июня, например.
А вот артиллерийская поддержка, например…
«Надо бы брату намекнуть.» – нахмурился Виктор. Неужели не отслеживает психологическое состояние личного состава? Обретя способности на великое разрушение, Юсупова начала «задвигать» свою женскую суть, считая себя больше оружием, чем молодой красивой девушкой.
– Я тоже служу империи, – пожал равнодушно плечами Волконский.
Виктория несколько секунд изучала лицо собеседника, после чего как-то жестко улыбнулась.
– Что ж, Виктор, – решила она. – Будь по твоему.
Офицер насторожился. Что-то тон сильно не соответствовал словам.
– Место и время свидания выберу я, – продолжила одаренная. – И, если после следующей встречи ты не передумаешь, то обещаю рассмотреть твое предложение… узнать друг друга получше.
С этими словами девушка стремительно поднялась с уютного кресла кондитерской и направилась к приехавшей за ней машиной. Виктор не успел среагировать.
– И чего ты сидишь? – раздался от дверей ставший куда более задорным голос.
Волконский чуть удивленно обернулся и поднял взгляд.
– А цветы ты мне отдать не собираешься⁈ – уточнила Виктория, насмешливо нахмурившись. – Или они предназначались кому-то другому⁈
Виктор встал и направился к машине. Отдавать букет его законной хозяйке.
* * *
– Покушение?
В ровном голосе отца звякнула сталь боевого клинка.
– Где? Когда? Какими силами?
Слова Анатолия Георгиевича прозвучали столь резко, что Павел сумел среагировать в последний момент.
– Гвардия, трево!..
– Стой, отец, – поднял руки молодой человек.
Вот еще не хватало поднять по тревоге армейские части клана.
А вот симптомчик, однако, хреновенький. Что же такого случилось, что его буквально выдернули в высотку? Да еще и первая реакция отца давала поводы задуматься.
– Что случилось? – куда спокойнее спросил заместитель Главы.
Парень вздохнул.
Он представлял, как именно выглядел со стороны. Но ничего поправить он уже не успевал. Вызов застал его внезапно. И клановец решил, что куда важнее как можно скорее оказаться на «этажах», чем привести себя в приемлемый вид.
Это и вечером можно успеть. Или в вотчину Германа Адольфовича заглянуть.
Все это время отец стойл и ждал ответа.
Волконский-младший только вздохнул.
Как он и ожидал, матч начался жестко.
Возможно, действительно не стоило кидаться словами вроде «милашка» в адрес центрового противников. С этим детиной, вполне заслуженно носящего прозвище «Орк» они столкнулись в самом начале матча. Бугай «совершенно случайно» попытался снести ведущего мяч клановца.
До некоторой степени положительным.
– Ах ты ж сволочь! – прорычал Орк, схватившись за бок.
Павел чисто на автомате отработал локтем.
Зато детинушке посчастливилось наблюдать за тем, как самый настоящий клановец (пусть он об этом и не знал!) катится по земле, обдирая локти и руки.
Мяч Волконский, естественно, потерял.
Зато его тут же подхватил Денис… чтобы уже через пятнадцать секунд схлестнуться… с вратарем соперников. В смысле с мордобое!
– Нормально так играешь! – хмыкнул Павел, первым поднявшись на ноги, и протянул припавшему на одно колено сопернику.
Орк отбил протянутую ладонь в сторону и распрямился без помощи.
– Ну, прости, милашка! – весело хмыкнул Волконский, пожав плечами. – Я ж не со зла. Рефлексы!
С некоторым трудом детина выпрямился окончательно. И тут же растянул губы в недоброй усмешке.
– Ну-ну, – прокомментировал он… делая шаг в сторону.
Мимо него тут же пролетел Кроль, вцепившийся в олимпийку вражеского полузащитника.
Не встретив препятствия, оба упали на землю и покатились дальше.
– Эх, – почесал затылок клановец. – Кажется, здесь не поиграть собрались…
Орк несколько секунд рассматривал собеседника, после чего… расхохотался!
