Текст книги "Не смотри ей в глаза"

Автор книги: Антон Грановский

Соавторы: Евгения Грановская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

6

Илона сидела в прихожей большой коммунальной квартиры, примостившись в мягком стареньком кресле, и играла в тетрис. Игрушка была старая, пластиковый корпус в нескольких местах треснул и был заклеен кусочками клейкой ленты, однако Илону это ничуть не волновало, поскольку виртуальные кирпичики на сером экране сыпались исправно, с нужной скоростью и частотой.

Гость не позвонил и не постучал, он просто распахнул входную дверь и шагнул в прихожую. Илона оторвала взгляд от жидкокристаллического экрана тетриса и уставилась на незнакомца.

Это был высокий, худой пожилой мужчина в длинном сером пальто. Лицо у него было морщинистое, большие серые глаза смотрели спокойно и внимательно, однако, встретившись с ним взглядом, Илона почувствовала непонятный страх.

– Добрый день! – сказал незнакомец.

– Здравствуйте! – отозвалась Илона. – А вы к кому?

– Мне нужен твой начальник.

Голос гостя звучал спокойно и ровно, но и от него по коже Илоны пробежала дрожь.

– Вам нужен Барон? – переспросила она.

Мужчина чуть прищурил глаза и сказал:

– Да. Мне нужен Барон. Он здесь?

– А вы ему кто?

– Я его друг.

Девочка посмотрела на незнакомца с сомнением, но тут лицо его просветлело и подобрело – да настолько, что Илона почувствовала внезапный приступ симпатии к этому высокому незнакомому мужчине. Человек с таким лицом может быть только очень хорошим, невероятно хорошим, и никак не плохим.

– Барон здесь, – сказала она с улыбкой. – В комнате для отдыха.

Она подняла руку и показала пальцем на обшарпанную белую дверь в конце коридора.

– Спасибо, милая, – сказал незнакомец в сером пальто, повернулся и зашагал к двери, на которую указала Илона.

Она проводила его любопытным взглядом. Барон не жил в этой квартире, но держал для себя специальную комнату, в которую наведывался время от времени, чтобы понюхать кокаина или поразвлечься с очередной девочкой, взятой на попечение. В свое время Илона тоже прошла через эту комнату, но надолго в ней не задержалась, поскольку Барон, устав от ее «мощей», нашел себе новую юную, полненькую и аппетитную, пассию.

Незнакомец подошел к двери, на секунду остановился, затем взялся за ручку и, распахнув обшарпанную створку, шагнул в полумрак комнаты.

Как только странный гость скрылся из вида, Илона тут же потеряла к нему интерес и вновь принялась с азартом жать на пластиковые кнопки своего тетриса.

На тумбочке горела настольная лампа под красно-желтым абажуром. В глубоком мягком кресле сидел с кальяном в зубах Барон.

Красный восточный халат был распахнут у него на груди, обнажая поросшую редкими черными волосами грудь, на которой был вытатуирован паук. Черные волосы свесились ему на лоб, взгляд был мутноватым от кокаина, коньяка и кальянных паров.

В углу стояло еще одно кресло, в нем сидел Рустем. Как только человек в пальто переступил порог комнаты, оба – Барон и Рустем – уставились на него.

Долговязый незнакомец вошел в помещение. Руки он держал в карманах, ворот длинного серого пальто был поднят.

Барон отнял мундштук кальяна от губ, взглянул на вошедшего затуманенным взглядом и глухо спросил:

– Кон ту? Со тукэ трэби? [5]5
  Кто ты? Чего тебе нужно? ( цыг.)


[Закрыть]

– Мне нужен мальчик, – спокойно и медленно произнес гость.

Барон усмехнулся. Рустем тоже заухмылялся.

– Ты обратился не по адресу, приятель, – сказал Барон. – Я не торгую детскими задницами.

– А я их не покупаю, – тем же холодновато-спокойным голосом произнес мужчина в сером пальто. – Мне нужен мальчик по имени Максим. Обычно он ходит с собакой. Дворняжка, похожая на терьера.

– Так ты и собаками интересуешься? – насмешливо произнес Барон. – Прости, дружище, но я и собачьими задницами не торгую.

Рустем приподнялся с кресла, но Барон остановил его жестом, взглянул на незнакомца и сказал:

– Боюсь, что ты ошибся адресом, отец. Здесь нет никакого Максима. И собаки нет. Выйди из квартиры и забудь этот адрес навсегда.

Выдав этот небольшой монолог, Барон снова прикрыл глаза и закусил зубами мундштук кальяна.

Странный гость, однако, не думал уходить. Он стоял у двери, по-прежнему держа руки в карманах пальто, и с любопытством осматривал комнату. Барон, не услышав скрипа двери, открыл глаза.

– Ты еще здесь? – начиная раздражаться, проговорил он. – Слушай, старик, если ты…

– Я пришел сюда за мальчиком, – отчеканил незнакомец. – И я не уйду без него.

Барон переменился в лице. Глаза его налились кровью, нижняя губа оттопырилась.

– Че сказал? – вымолвил он, испепеляя незваного гостя злобным взглядом.

– Я даю тебе десять секунд, – холодно произнес незнакомец. – Если через десять секунд ты не скажешь, где мальчик, я тебя убью. – Мужчина поднял левую руку и взглянул на циферблат наручных часов. – Раз… Два… – начал он отсчет.

Барон повернул голову к Рустему и яростно гаркнул:

– Вышвырните этого старого педика вон!

Громила Рустем тут же вскочил с кресла и шагнул к незнакомцу, но тот быстро вынул руку из кармана и поднял ее в предостерегающем жесте.

Рустем остановился как вкопанный. Взгляд его остекленел, рот открылся, и из него по небритому подбородку вытекла ниточка слюны.

Мужчина в сером пальто снова взглянул на Барона.

– Мне продолжать считать? – спокойно спросил он.

– Нет, – упавшим голосом ответил цыган. – Мальчишка в соседней квартире. Хочешь, я прикажу Рустему привести его сюда?

Незнакомец кивнул и посмотрел на громилу. Тот вздрогнул и захлопнул рот. Взгляд его снова стал осмысленным, но теперь в нем появился ужас.

– Рустем… – хрипло сказал Барон. – Приведи сюда Максима.

Громила-телохранитель, стараясь не смотреть на страшного незнакомца, погрузившего его на несколько секунд в бездонную, гулкую тьму, которая была самой смертью, быстро прошел к двери, открыл ее и вышел в коридор.

Барон снова уставился на гостя. Натянуто улыбнулся и сипло пробормотал:

– Я не сделал мальчишке ничего плохого. Я ухаживал за ним. Дал ему работу…

– Помолчи, – перебил его незнакомец и устало прикрыл глаза.

Минуты две в квартире висела гнетущая тишина, а затем за дверью послышался заливистый собачий лай.

– Идут, – взволнованно констатировал Барон.

Незнакомец открыл глаза.

Дверь распахнулась, Рустем за шиворот втащил в комнату упирающегося мальчишку. Собака прыгала вокруг них, норовя цапнуть телохранителя за ногу, но тот не обращал на нее внимания.

Закрыв за собой дверь, Рустем швырнул мальца на пол, а сам прошел в комнату и сел в свое кресло – и все это молча и размеренно, словно находился в состоянии гипноза.

Мальчишка поднялся на ноги и, скривившись от боли, потер ушибленное плечо.

– Барон, что за дела, а? – возмущенно проговорил он. – Я отдал тебе все деньги! Если ты думаешь, что я…

Внезапно он осекся. Барон молча смотрел на незнакомца, словно не слышал слов мальчика. Максим тоже повернул голову и посмотрел на гостя. Губы мальчика побелели.

– Вы? – сипло проговорил он.

Человек в пальто стал медленно надвигаться на Максима, сверля его взглядом.

– Что ты видишь? – спросил он вдруг.

– Я? – Максим сглотнул слюну. – Вас.

Человек в пальто остановился и стал медленно наклоняться к Максиму, глядя на него сверху вниз огромными, неподвижными глазами, в которых полыхали отражения красного торшера.

– Я извиняюсь, – заговорил Барон, и в голосе его вдруг проступила прежняя уверенность, словно он вышел из-под власти той странной, жуткой силы, которая на несколько минут полностью лишила его воли. – Я дал этому мальчику кров и еду. Он мой должник!

Незнакомец повернул к нему голову, и нижняя губа Барона тут же снова безвольно отвисла, а решимость ушла из глаз, уступив место страху.

А дальше начала твориться полная чертовщина. Вытатуированный паук на груди у Барона ожил и зашевелился, задергался, силясь отделиться от кожи и подняться на мохнатых лапах. Барон уставился на паука полными ужаса глазами.

Паук встал, взглянул на Барона своими злобными глазками-бусинками, присел на лапах и вдруг прыгнул Барону прямо на лицо.

Цыган вскочил с кресла, закричал, завертелся на месте, силясь оторвать паука от лица. Однако черная тварь крепко вцепилась когтями ему в лицо. Барон, продолжая орать, схватил с сервировочного стола нож и с размаху всадил лезвие пауку в мохнатую спину.

Воспользовавшись моментом, Максим бросился к двери, но морщинистый незнакомец поймал его за плечо и снова швырнул на пол.

7

Дверь, к удивлению Толи Волохова, оказалась открыта. Войдя в большую коммунальную квартиру, он увидел девочку-подростка, сидящую в кресле с какой-то игрушкой в руках.

– Привет честно́й компании! – весело поприветствовал он ее. – Мне нужен Барон.

– А вы кто? – спросила девочка, взглянув на него снизу-вверх большими настороженными глазами.

– Я-то? – Волохов улыбнулся, обнажив крупные белые зубы. – Я его друг.

– Еще один?

– Как это – «еще один»? – не понял Толя.

Девочка смутилась под его взглядом:

– Ничего, дяденька, это я просто так сказала. Барон у себя в комнате отдыха.

– А где это?

– По коридору, самая дальняя.

– Спасибо!

Толя двинулся было в путь, но вдруг остановился и, повернувшись к девочке, спросил:

– Слушай, говорят, у Барона в команде появился смышленый парнишка. Зовут его не то Максим, не то Денис. Ходит с маленькой собачкой. Знаешь его?

Илона несколько секунд молчала, обдумывая ответ, а затем проговорила:

– А он вам, дяденька, зачем?

– Да я хочу его к себе переманить. Процент хороший с выручки предложу. Лучше, чем у Барона. Как ты думаешь, он согласится?

Девочка взглянула на Волохова с любопытством:

– Согласится. Если пообещаешь его не бить. Дяденька, а я тебе, случайно, не пригожусь? Я и петь, и танцевать умею.

– Я об этом подумаю, – пообещал Толя. – А где сейчас мальчишка этот?

– Его к себе Барон позвал. В комнате они. Оба.

– Давно позвал?

Девочка покачала головой:

– Нет, не очень. Как раз перед тем, как вы пришли.

– Ладно.

Волохов повернулся и зашагал по коридору своей тяжелой, но совсем не грузной поступью. Илона восхищенно посмотрела ему вслед.

– Рубеус Хагрид [6]6
  Добрый, могучий великан из серии романов и фильмов о Гарри Поттере.


[Закрыть], – с тихим восторгом прошептала она. – Только без бороды.

Волохов остановился перед дверью, положил пальцы на дверную ручку и осторожно повернул ее. Дверь не поддалась. Тогда Волохов сжал пальцы в кулак и занес его для удара, но вдруг замер, услышав приглушенные голоса.

Толя навострил уши, пытаясь разобрать слова, но не смог этого сделать, однако понял – говорящих трое. Один почти не говорил, хрипел, второй говорил негромко, но четко и спокойно. Третий голос принадлежал ребенку.

Голоса звучали то по очереди, то все сразу, словно за дверью шла напряженная беседа или спор. А потом детский голос вскрикнул, но крик тут же резко оборвался, словно ребенку заткнули рот или сжали пальцами шею.

Капитан Волохов задумчиво нахмурил лоб, несколько секунд размышлял, а затем отошел от двери на пару шагов, остановился, прошептал молитву, после чего ринулся вперед и с размаху ударил по двери ногой.

Замок с хрустом вылетел из дверного полотна, и тяжелая створка резко распахнулась. Толя шагнул в комнату, и в нос ему ударил тошнотворный запах крови.

Сначала он ничего не увидел, поскольку в комнате царил полумрак. Окна, судя по всему, были занавешены, и свет пробивался в комнату через узкие щели. Потом кто-то прошмыгнул мимо Волохова, прямо у него между ног, Толя хотел обернуться, но тут в грудь его что-то ударило. Удар был очень сильным, однако не настолько, чтобы свалить Волохова с ног.

Толя не столько увидел, сколько интуитивно понял, что его сейчас снова ударят. Он молниеносно поставил блок, парировав удар, а затем двинул кулаком по тени, метнувшейся у него перед глазами. Послышался грохот и звон – видимо, нападающий выронил бутылку или вазу, которой хотел ударить Волохова.

Секунду Толя раздумывал, как поступить – броситься вдогонку за беглецом, который прошмыгнул мимо, либо заняться буйным противником, который ударил его в грудь какой-то тяжелой штуковиной и, очевидно, намеревался проломить голову.

Он уже готов был кинуться вслед за убежавшим, справедливо рассудив, что тот был меньше ростом, а следовательно – он и есть мальчик Максим, как вдруг темный человек, лежавший на полу, поднялся на ноги, да так быстро и резко, словно его подбросила вверх какая-то пружина. Только что лежал на спине, ногами к Волохову, и вот он уже стоит – высокий, худой, в длинном пальто, стоит в каком-нибудь полуметре от Толи и смотрит на него своими страшными мерцающими глазами.

Не успел Толя как следует рассмотреть лицо незнакомца, а оно уже завибрировало, растянулось, а потом снова сжалось и стало быстро меняться. Менялась и одежда незнакомца – только что на нем был серый плащ, и вот уже этот плащ превратился в толстый пуховик, точно такой же, как у Толи Волохова.

А еще через секунду капитан Волохов взмок от ужаса и попятился, потому что напротив него стоял не какой-то неведомый человек в пальто, а его точный двойник – двухметровый русоволосый мужчина с голубыми усталыми глазами и квадратным подбородком, поросшим щетиной.

В голове у Волохова пронеслась спасительная мысль о том, что кто-то поставил перед ним зеркало, но тут двойник улыбнулся, обнажив такие же крупные, белые зубы, как у самого Толи, и произнес густым басом:

– Привет!

Толя стал пятиться и пятился до тех пор, пока не уткнулся спиной в дверной косяк. А потом, глядя на приближающегося двойника, забормотал одну из тех молитв, которые вызубрил во время долгих ночей, проведенных у постели больной жены:

– Святой Архангел Михаил, вождь небесных легионов, защити нас в битве против зла и преследований дьявола… – Голос Толи сорвался, но он заставил себя продолжить: – Будь нашей защитой. Да сразит его Господь, об этом мы просим и умоляем. А ты, предводитель небесных легионов, низвергни сатану и прочих духов зла, бродящих по свету и развращающих души, низвергни их силою Божиею в ад. Аминь!

Волохов вскинул руку, чтобы перекреститься, но двойник ловко перехватил ее своими толстыми, сильными пальцами.

– Молитва не поможет, – пробасил он, глядя Толе в глаза. – Знаешь почему?

– Почему? – пробормотал Волохов севшим голосом.

Двойник улыбнулся:

– Потому что я не дьявол. Я – ангел небесный, посланный очистить вашу грешную землю от скверны. А ты – очередной комок грязи, попавшийся мне на пути.

Еще несколько секунд двойник с веселым любопытством смотрел Толе в глаза, а потом вдруг запрокинул голову и захохотал, и хохот этот больно ударил Волохова по барабанным перепонкам, проник в его голову, вонзился сверкающими крючками в мозг и разорвал этот мозг на куски. Из носа у Волохова потекла кровь, ноги его подкосились, и он тяжело рухнул на пол.

– Дяденька! – Испуганный девичий голос вывел его из забытья. – Дяденька, очнитесь! Ну, очнитесь же!

Волохов открыл глаза и сразу же увидел Барона, лежащего на полу.

– Дяденька, вы очнулись! – услышал он радостный возглас.

Толя повернул голову на голос и увидел девочку – ту, что давеча сидела у двери с игрушкой в руках. Он тут же рывком сел на полу, протянул руку к лицу девочки и заслонил от нее ладонью комнату.

– Не смотри на это, – сипло пробасил Волохов.

– Дяденька, я уже все увидела.

– Все равно. Выйди из комнаты, а я сейчас.

Он развернул девочку и слегка подтолкнул ее к открытой двери. Дождался, пока она выйдет, затем тяжело поднялся на ноги. В голове все еще шумело, перед глазами мелькали желтые мушки.

Волохов достал из кармана мобильник и набрал номер Стаса Данилова.

– Да, Толя! – почти тотчас же отозвался тот.

– Стасис, мальчик ушел, – сказал Толя в трубку. – И мужик в сером пальто тоже.

– Где ты сейчас? – коротко и сухо уточнил Данилов.

– В коммуналке на Есенинском бульваре… Запоминай адрес.

Толя продиктовал адрес. Заставил Стаса повторить, затем сказал:

– Тут у меня есть труп. Вызывай группу.

– Труп? – Стас пару секунд молчал, а затем осторожно уточнил: – Это ты его?

– Нет.

– Понял, – проговорил Данилов с облегчением. – Хорошо, оставайся на месте. Я сейчас же выезжаю. Группу вызову по пути.

Толя отключил связь и сунул телефон в карман. Покосился на тело цыгана, передернул могучими плечами, затем повернулся и вышел в коридор.

Девочка сидела в своем кресле, но в тетрис уже не играла. Она мрачно и испуганно смотрела на приближающегося Волохова. Он остановился перед креслом, посмотрел на девочку сверху вниз, постаравшись придать своему взгляду мягкое выражение, после чего спросил:

– Как тебя зовут, милая?

– Илона, – последовал робкий ответ.

– Красивое имя, – одобрил Волохов.

– Да, дяденька, знаю. Я сама его себе придумала.

Толя ободряюще улыбнулся, и девочка неуверенно улыбнулась в ответ.

– Молодец, – похвалил он. – А теперь слушай. Я из полиции, но ты не должна меня бояться. Я тебе кое-что расскажу, а ты уж сама решай: помогать мне или нет. Мы ищем опасного преступника. Он ограбил банк и убил человека, а Максим Быстров был свидетелем. Теперь этот гад ищет Максима, чтобы убить его. Понимаешь, о чем я?

Илона взволнованно моргнула.

– Да, дяденька, понимаю.

Волохов кивнул:

– Хорошо. Я знал, что могу на тебя рассчитывать. А теперь скажи мне, куда Максим может пойти? Где мне его искать?

Илона молчала, закусив губу и сдвинув брови. Толя подождал немного, затем осторожно проговорил:

– Пойми, если я не найду Максима раньше, чем убийца…

– Я все понимаю дяденька, – перебила Илона. – Но я не знаю, где он. Правда не знаю.

– Гм… – Толя поскреб пальцами лоб. – Жаль. Но подумай хорошенько: может, он называл тебе какое-нибудь место? Или какой-нибудь адрес?

Илона на секунду задумалась, потом покачала головой:

– Нет, не называл.

Толя вздохнул:

– Плохо. Тогда мы вот как поступим. Если тебе что-нибудь станет известно про Максима – ты тут же позвони мне и расскажи. И не думай, что ты его предаешь, потому что это не так. На самом деле ты спасаешь ему жизнь.

– Да, я понимаю, – сказала девочка, но во взгляде у нее не было уверенности. Немного помолчав, она тихо спросила: – А что вы с ним сделаете, когда найдете?

– Об этом я пока не думал, – честно ответил Толя. – Главное сейчас – спасти Максиму жизнь. Ты согласна?

– Наверное, да.

– Вот и молодец. – Толя достал из кармана визитную карточку и протянул девочке. – Вот мой телефон. Максим хороший парень. Не подведи его.

Глава 4

1

– Здравствуйте, Ольга Игоревна! Это Глеб.

– Какой Глеб?

– Глеб Корсак. Я поделился с вами информацией о Ледяном убийце.

– Ах, Глеб Корсак. Добрый день!

– Ольга, я…

– Прошу прощения, но у меня слишком много дел.

– Я не отниму у вас много времени.

– Хорошо. Что вам нужно? Только говорите быстрее.

Глеб сглотнул слюну и спокойно произнес:

– Дадите мне взглянуть на протоколы осмотра места происшествия и на тело жертвы?

На том конце провода повисла пауза. Затем Твердохлебова осведомилась не без холодной иронии:

– С какой стати?

– Ну, мы ведь с вами обещали помогать друг другу. Разве не так?

– Во-первых, я вам ничего не обещала. А во-вторых, все, что касается дела Ледяного убийцы, – закрытая информация.

Корсак дернул уголком губ.

– Вчера вы думали по-другому, – проговорил он с досадой.

– Вам показалось. – Ольга помолчала. – Я и так рассказала вам слишком много, Глеб. Надеюсь, вы не будете трепаться об этом деле направо и налево?

– И вперед-назад тоже не буду трепаться, – с ухмылкой заверил ее Корсак.

– Всего доброго.

Она отключила связь.

Глеб бросил мобильник в сумку и усмехнулся. Сильная женщина. Закрытая женщина. Странная женщина.

Впрочем, он не расстроился. Напротив, Глеб чувствовал себя на подъеме. После расставания с Машей Любимовой он впал в депрессию и уже не скрывал этого от себя. Но сейчас в нем снова появился интерес в жизни. Интерес этот носил мрачноватый оттенок, поскольку был связан с убийствами девушек, и все же лучше такой интерес, чем совсем никакого.

Пребывая в приподнятом настроении, Глеб достал из ящика стола удостоверение капитана полиции Стаса Данилова, которое вынул у него из кармана во время побега из гостиницы. Глебу тогда пришлось постоять на узком карнизе под дулом пистолета, который направил на него Стас. Удостоверение было своего рода компенсацией за испытания и переживания, поэтому возвращать его Глеб не собирался [7]7
  Об этом см. роман Евгении и Антона Грановских «Место, где все заканчивается».


[Закрыть].

Покорпев минут пятнадцать, Корсак вклеил в удостоверение свою фотографию, затем дорисовал стареньким химическим карандашом недостающий фрагмент печати. Когда-то в юности Глеб был неплохим рисовальщиком, и теперь старый навык сослужил ему хорошую службу.

Закончив возиться с ксивой, Глеб позвонил старому другу, к которому обратился с просьбой полчаса тому назад. Друг когда-то работал в аналитическом отделе ФСБ, потом (после жутковатой криминальной истории, в которой нашлось место и самому Корсаку) уволился из органов по инвалидности, однако перед уходом сумел скопировать обширную базу данных и теперь зарабатывал на жизнь, приторговывая информацией.

Друг отозвался почти сразу же:

– А, Глеб, я как раз собирался тебе позвонить. Я узнал номер нужного тебе старого дела. Записывай… Один-сорок четыре-восемьдесят восемь-АСК. Записал?

– Да.

– Дело вел следователь Анциферов Юрий Васильевич. Сейчас он уже на пенсии.

– Адрес есть?

– Анциферова?

– Свой я знаю.

– Э-э… Да, есть. Правда, не знаю, действителен ли он сейчас. Могу продиктовать.

– Давай!

Глеб достал блокнот и ручку и быстро записал все, что продиктовал ему друг – включая не только адрес Анциферова, но и номер его домашнего телефона.

– Спасибо, братское сердце! – горячо поблагодарил Корсак. – Забыл спросить, как ты поживаешь?

– Нормально. Ты бы зашел в гости! Сестра будет рада, она часто о тебе вспоминает.

– Да как-нибудь забегу.

– Знаешь, Глеб, мне кажется, она до сих пор в тебя влюблена.

Глеб улыбнулся:

– Не выдумывай, мы с ней расстались шесть лет назад.

– Она утверждает, что ты был ее первой любовью.

– Первая и называется первой, потому что за ней всегда следует вторая. А за второй – третья. Ладно, друг, мне пора бежать. Сестре передавай привет!

– Хорошо. Удачи тебе!

– И тебе того же!

Корсак убрал телефон в карман и посмотрел на открытую записную книжку, которую держал в руках. Если верить написанному, бывший следователь Анциферов проживал в пятнадцати минутах ходьбы от девятиэтажки, в которой жил Глеб.

Может, нагрянуть к пенсионеру без предупреждения?..

Глеб поразмыслил и пришел к выводу, что в этом есть резон.