355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Антон Демченко » Самозванец по особому поручению » Текст книги (страница 11)
Самозванец по особому поручению
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 23:38

Текст книги "Самозванец по особому поручению"


Автор книги: Антон Демченко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 6. Правильный вопрос – уже половина ответа… иногда неправильного

Гости покинули дом Штауфенов, едва в холл особняка вошли Грац и Бровин в сопровождении обширного и не в меру усатого городового. Обменявшись короткими приветствиями с хозяйкой, блюститель порядка потопал следом за слугой в подвал, где временно разместили горе-похитителей, а доктора тут же исчезли на втором этаже, за дверью гостевой комнаты, где устроили пока еще не пришедшую в сознание Ладу. Впрочем, там они пробыли недолго, так что мои метания у дверей не продлились и получаса. Бровин тут же попрощался и ушел, а Грац, окинув меня изучающим взглядом, протянул знакомую бонбоньерку, в которой на этот раз оказались не пилюли-говоруны, а обычное успокоительное, для разнообразия, наверное.

– Примите, Виталий Родионович. Полегчает. – Коротко проговорил Меклен Францевич и, внимательно проследив, как пара горошин исчезают у меня во рту, довольно кивнул. – Идемте в гостиную. Ладе Баженовне сейчас нужен только покой и никаких треволнений, а вы, уж извините, просто-таки фонтанируете эмоциями.

– Но, а как же… – Я глянул в сторону плотно прикрытой двери спальни, и Грац, вздохнув, решительно подтолкнул меня в спину.

– Идемте-идемте. Всё с вашей супругой в порядке. Выспится и будет как новенькая. Разве что, возможны головные боли и тошнота, но это ненадолго. Дня три-четыре, и всё пройдет, уверяю вас.

– И что, ничего нельзя сделать с помощью того же естествознания? – Чуть успокоившись, поинтересовался я.

– Я бы не рекомендовал. – Отрицательно покачал головой Грац. – Видите ли, мозг, это такая сложная структура, что лучше туда не лезть с грубыми ментальными конструкциями, впрочем, с ним и тончайшие корректирующие воздействия могут таких дел наворотить, что не дай бог! Уж извините. Так что, только чистые травяные настои и, может быть, легкие болеутоляющие. Да, но на этот счет можете не волноваться, мой коллега составил рецепт, так что завтра из местной аптеки доставят всё необходимое.

Слушая мягкий увещевающий голос Граца, я и не заметил, как он довел меня до гостиной, где уже устроились за небольшим столиком хозяйка дома и так удививший меня сегодня Бимарк. Сам же Меклен Францевич исчез, словно его здесь и не было.

Правда, обстоятельного разговора у нас так и не получилось. Несмотря на успокоительное от Граца, я всё еще был слишком взвинчен, чтобы вести долгие вальяжные беседы, а потому ограничился лишь высказыванием благодарностей хозяйке дома за то, что позволила воспользоваться её гостеприимством. Эльза-Матильда, в ответ, лишь грустно вздохнула.

– Полно, Виталий Родионович. Как принимающая сторона, я должна была обеспечить безопасность моих гостей, но раз уж это мне не удалось, позвольте хоть так искупить свою вину. – Покачала головой фройлян Штауфен, и тут же улыбнулась. – А знаете, ваша супруга настоящая героиня! Это ведь она стреляла и… удачно, между прочим. Одного из этих молодчиков, прямо-таки наповал уложила. Настоящая амазонка, право слово!

Теперь пришла моя очередь вздыхать. Да, как оказалось, несмотря на всю демонстрируемую нелюбовь к оружию, Лада все-таки носит с собой мой подарок. Хм… Заодно, становится понятным, почему я так резко отреагировал на происходящее и, сломя голову, понесся незнамо куда, едва заслышав стрельбу. Ничего странного. Я ведь сам отстрелял не один десяток патронов из подаренного жене барабанника, так что, стоило услышать выстрел знакомого оружия, и подсознание тут же забило тревогу… А уж узнать звук «Блеман-Кассо» нетрудно, эта пятизарядная малышка рявкает как хороший четырехлинейник. Ну и ладненько, одной загадкой меньше. Осталось разобраться с напавшими на мою жену уродами и… с «присвоенным» мне титулом. Ага, что называется, начать и кончить. Дьявол, и почему я не могу и дня прожить спокойно в этом мире, а? Нет. Стоп. Мне нужно передохнуть.

– Вы правы, маркиза, моя жена – чудо. Вот только сейчас… – Я кивнул, замялся… и вдруг, неожиданно для себя, зевнул. Позорище!

– Ох, что же это я! Ничего не говорите. Я всё прекрасно понимаю, Виталий Родионович. Это был тяжелый вечер и для вас и для нее. Я распоряжусь и вас немедленно проводят в спальню. – Эльза-Матильда махнула рукой, в которой неожиданно блеснул колокольчик, и на хрустальный перезвон тут же явился уже виденный мною сегодня слуга. – Олаф, проведи нашего гостя в покои по соседству с комнатой его супруги. И убедись, что там найдется всё нужное.

– Благодарю вас. – Я поднялся с кресла и, откланявшись, потопал следом за слугой, затылком чувствуя пристальный взгляд неожиданно ставшего столь молчаливым Бисмарка.

Вот только стоило мне оказаться в комнате, уставленной громоздкими шкафами и огромной кроватью под тяжелым балдахином, как вся сонливость куда-то пропала, словно её и не было. А в голове закружили вопросы и, каюсь, большая их часть никак не была связана с сегодняшним происшествием. Правда, в этом отношении меня успокаивала мысль о валяющихся в подвале горе-похитителях. Сыскари разберутся, зачем им понадобилась моя Лада. А уж скрыть ход расследования от «канцелярской крысы» местному сыску не удастся, не смотря на всю декларируемую экстерриториальность Руяна. Как бы то ни было, а остров находится под защитой Руси и Венда, о чем сами руянцы не забывают. Еще бы! Если бы не поддержка двух государств, Нордвик Дан давно прикрыл бы эту лавочку. Ему-то, этот оплот флибустьерства, что кость в горле… Хм. Опять сбился.

Я остановился у высокого окна, выходящего в уже знакомый мне сад и, нашарив во внутреннем кармане пиджака плоский серебряный портсигар, закурил короткую папиросу. Легкие наполнились ароматным дымом, и вместе с ним ко мне пришло долгожданное спокойствие. Мозг заработал, отщелкивая варианты, но вскоре пришлось признать, что имеющейся у меня информации совершенно недостаточно, чтобы делать какие-то далеко идущие выводы. А значит? Значит, нужно собирать данные. Я побарабанил пальцами по массивному подоконнику и решительно взялся за колокольчик.

Давешний Олаф появился в комнате, когда под потолком еще, кажется, не прекратило метаться короткое эхо перезвона.

– Чем могу помочь?

– Думаю, можете. Скажите, Олаф, в доме маркизы имеется телефонный аппарат? – Затушив бычок в затейливо украшенной малахитовой пепельнице, поинтересовался я.

– О да, разумеется. – Тут же кивнул мой собеседник. – Еще старший брат маркизы, будучи владельцем Брежского имения, распорядился об установке в доме личного телефонного аппарата. Буду рад провести вас к нему.

– Идемте. – Кивнул я, не став уточнять у гордого служителя, к кому именно он собирается меня отвести. К телефону… или почтенному, пять лет как почившему, старшему брату фройлян Эльзы.

Номер гостиничного телефона я запомнил, а потому связаться с Тихомиром сложностей не составило. Нет, была конечно невеликая возможность, что бывший бретер умчался в поход по злачным местам Брега, но, она так и осталась лишь вероятностью.

– Тихомир Храбрович, доброго вечера. Вы уже наслышаны? И? – Короткий разговор с Тишилой пролился бальзамом на мое сердце. Оказывается, как только охранитель узнал от Граца, вдруг резко засобиравшегося в имение Штауфенов, о происшествии, то тут же отрядил свободную смену наших охранников «в помощь» городовому. Так что теперь можно не опасаться, что с бандитами напавшими на мою Ладу, произойдет что-нибудь интересное… вроде побега или свинцового отравления, по крайней мере, до того, как я с ними поговорю. Славно. А мне остается только пинать самого себя за нерасторопность. Ведь мог же и сам сообразить, приставить к этим уродам охрану.

Поговорив с Тишилой и попросив его передать Меклену Францевичу по его возвращении, чтоб тот удержал обоих Беловых от буйства, я повесил трубку телефона на рычаг и поплелся обратно в выделенную мне комнату.

Второй вопрос можно будет прояснить завтра. Придется отправиться на Варяг и телеграфировать с него в Хольмград пару интересных вопросов для князя Телепнева. Конечно, не факт, что старый интриган ответит честно, но… даже лживый ответ содержит в себе частичку правды. Вот и посмотрим. А сейчас, можно и лечь поспать. Только не здесь.

Я огляделся и, найдя взглядом неприметную дверь в стене, решительно шагнул к ней. Как я и ожидал, за дверью оказалась ванная комната и выход в спальню, где сейчас отдыхает моя жена. Не заперто, замечательно.

Окинув взглядом огромную кровать, на которой хрупкое тело Лады просто потерялось, я начхал на все правила и, во мгновение ока раздевшись, скользнул под одеяло к жене. А Лада, словно только этого и ждала. Приоткрыла на миг сонные глаза, подкатилась мне под бок и, крепко обняв, тут же засопела как ни в чем не бывало… Вот теперь можно спокойно спа-ать.

Утром, после легкого завтрака в компании блистающей улыбкой хозяйки дома и хмурого Оттона Магнусовича, явно недовольного невозможностью поднять тему вчерашней нашей беседы, мы с Ладой сели в экипаж и отправились в гостиницу, фактически под конвоем свободных от дежурства в участке охранителей. Вопреки моим ожиданиям, возглавил этих молодчиков вовсе не Тишила, а Грац. Впрочем, я был ему за это только благодарен, все-таки Лада еще не отошла от ночного приключения, да и последствия легкого сотрясения сказывались. Так что, коллекция всевозможных лекарств от нашего штатного эскулапа была как нельзя более кстати.

В салоне гостиницы нас встречала вся команда путешественников. Начиная с Беловых и заканчивая растерянным Попандопуло, то и дело переводившим взгляд с расстроенной Хельги на устало прислонившуюся к моему плечу Ладу. Берг Милорадович хмуро уставился куда-то в дальний угол зала, а за спинкой его кресла обосновался Тихомир Храбрович. Бывший бретер зло стрелял глазами по сторонами и, кажется, готов был броситься на любого постороннего, если бы таковой обнаружился в салоне.

Все они только что выслушали историю наших вчерашних приключений, с небольшими изъятиями в части моей беседы с канцлером, разумеется, и теперь просто молчали, размышляя над сказанным. Я не стал дожидаться, пока кто-то из присутствующих начнет задавать какие-либо вопросы и, кивком указав охранителям на лестницу, поднявшись с дивана, увлек Ладу за собой. Поднявшись в номер, я помог жене раздеться и, уложив в постель, предельно аккуратно погрузил её в сон. Выглянув в гостиную, поманил пальцем одного из охранителей и, дождавшись пока он окажется в спальне, указал ему на кресло в углу.

– Твой пост. Если кто сунется в окно, бей на поражение. – Служака кивнул, выудил из-за отворота пиджака внушительный «Барринс» и молча уселся в кресло.

Следующий пост я выставил в гостиной, обязав одного охранителя также наблюдать за окном, а второй сосредоточил всё внимание на дверях ведущих в коридор и мой номер. Вот и славно. Минимальная подготовка выполнена, теперь можно заняться остальным.

Разграбив свой арсенал, я слетел вниз по лестнице и, оказавшись в салоне, подошел к Беловым.

– Лейф. Часа через два смени охранителя в спальне Лады. Она к тому времени может проснуться, так будет лучше, если в этот момент рядом с ней будешь ты, а не он. – Не дожидаясь реакции посмурневшего новика, я повернулся к тестю. – Бажен Рагнарович, к полудню телеграф на Варяге должен работать в защищенном режиме. Это возможно сделать без запуска ходовой?

– Хм… Неужто вы ознакомились с документами по установленной на яхте защите? – Прищурился наш капитан, потеребив бороду. Вот только тон его остался холодным. В принципе, могу понять старого ушкуйника. С момента нашего прибытия на Руян, события идут валом и у тестя есть причины винить в происходящем своего неугомонного зятя. Хотя, конечно, немного обидно, но… Не до того сейчас, совсем не до того. Надо срочно решать накопившиеся проблемы, пока они не превратились в лавину, которая с легкостью погребет под собой и меня и моих спутников. А потому, оставим сантименты. Очевидно, Белов-старший тоже не дурак читать по глазам, потому как не стал тянуть за хвост и договорил. – Отрадно. Но… нет. Без запуска машины, защита, в том числе и телеграфная, действовать не будет.

– Значит, придется запустить. – Я пожал плечами и надавил. – К полудню, не позже.

– Сделаю. – Кивнул тесть и, резко развернувшись, потопал к выходу. А я, проводив взглядом фигуру капитана, обратил всё свое внимание на Тихомира Бережного.

С момента моего ухода наверх, Тихомир Храбрович явно немного успокоился, так что сейчас уже можно было не бояться оказаться поджаренным теми молниями, что он метал взглядом, когда мы только вернулись из поместья Штауфен.

– Что с охраной татей? – Вопрос не застал бывшего бретера врасплох.

– А что с ними? Караулят, как и было велено. Сидят у камеры этих молодчиков и глаз с них не спускают. Разве что на допросе не присутствовали. Но оно и понятно, кто ж их туда пустит, без надлежащих бумаг-то?

– Что ж, это хорошо. – Протянул я. – Скатаемся в околоток?

– Отчего ж не скататься. Только не в околоток, а в участок. Там их держат. – Ха, кажется, я знаю у кого мастер клинка стащил этот характерный прищур.

– Тогда, поехали.

Коротко раскланявшись с остающимися в салоне членами нашей компании, мы с Тихомиром вышли на улицу, залитую ярким солнечным светом и, остановив первого попавшегося извозчика, покатили в участок, разбираться с уродами, так лихо испоганившими нам с женой и без того не лучший вечер.

Брежский оплот правопорядка встретил нас тишиной, сонной и унылой. Несколько небольших помещений на первом этаже доходного дома, где разместился полицейский участок, на первый взгляд были абсолютно безлюдными. Впрочем, это впечатление оказалось неверным. Стоило нам с Тихомиром миновать пустынный холл и войти в длинный плохо освещенный коридор, как где-то впереди хлопнула дверь и послышался шум шагов, сопровождающийся негромкой, но быстрой речью. Ба, да это же Климин-старший, и что же он здесь забыл, интересно?

Смерив нас коротким взглядом, бывший ушкуйник, в сопровождении уже знакомого мне усатого городового, просквозил мимо, только что не полыхая от злости. О, как. Всё любопытственнее и любопытственнее. Стоп. Это позднее. А сейчас нужно найти охранителей и кого-то из старших чинов.

Участковый надзиратель, царь и бог и воинский начальник здешней полиции, нашелся за той же дверью, откуда только что вышел Климин. Хм.

– Доброго дня, господин… капитан. – Пробежав взглядом по погонам сидящего за широким двухтумбовым столом начальника, проговорил я. Тихомир, занявший место у меня за плечом, с неожиданной сноровкой выхватив из моих рук только что снятые шляпу и перчатки, застыл изваянием, изображая верного слугу. Однако. Талантливо играет старый воин.

– Доброго, доброго. – Покивал наш собеседник, поднимаясь из-за стола. – Чем могу служить, уважаемый…

– Старицкий, Виталий Родионович. – Я протянул руку длинному и худому словно жердь надзирателю и тот неожиданно крепко её пожал. Желчное, хмурое лицо полицейского попыталось выдавить улыбку, но результат больше походил на нервный оскал, частично смягченный щеткой седоватых усов.

– Как же, как же. Уже наслышаны. Капитан Сворссон, кстати. – Проговорил надзиратель, изобразив кавалергардский поклон. Уселся в кресло и, побарабанив пальцами по истертой крышке стола, словно спохватившись, указал на стул для посетителей. Скрипучий и жутко неудобный, как оказалось, едва я умостился на этом пыточном инструменте. А участковый надзиратель не умолк. – Прискорбное событие, да. Но сами понимаете, Виталий Родионович, Брег – город портовый, и специфика его такова, что сюда постоянно прибывают различные темные личности. Конечно, мы стараемся предотвращать происшествия подобные вчерашнему, но… если бы вы знали, как не хватает людей и, стыдно сказать, финансов! Суммы выделяемые нашему ведомству до смешного малы, у меня на участке три околотка и всего девять, вдумайтесь только… Девять городовых! И те низшего оклада. А нанять большее их количество, нам просто не на что. Как уж тут уследить за порядком…

Я не понял, он меня за фининспектора принял, или за благотворительную организацию?! На кой мне знать, сколько у него людей и как мало денег поступает из казны?

– М-да. Это, несомненно, весьма печально, капитан Сворссон. – Я задумчиво покивал. – И я вас прекрасно понимаю. Ничтожное финансирование – настоящий бич многих ведомств, а уж об их городских и земских отделениях и говорить нечего. В общем, мне не в чем упрекнуть ваших людей, тем более, что вчера городовой явился сразу, как только узнал о происшествии у имения маркизы Штауфен. Собственно… как вы догадываетесь, лица задержанные вашим чином и составляют тот интерес, что привел меня сегодня к вам. Я бы хотел побеседовать с этими людьми, может быть, они расскажут, для чего им понадобилась моя жена.

На последних словах, участковый надзиратель явственно д р о г н у л. От него ощутимо потянуло недовольством с легкой примесью опаски.

– К чему это, Виталий Родионович? – Пожал плечами капитан. – Мы уже допросили этих молодчиков. Обычные тати, позарились на украшения прогуливающейся в саду у ворот, дамы… Если желаете, могу даже допросные листы показать.

О как!

– Буду вам весьма благодарен. – Я растянул губы в улыбке, а участковый надзиратель, подхватившись, чуть не выпрыгнул из-за стола. Но в последний момент сдержался и нарочито медленно подошел к массивному шкафу. Отперев дверцы, рука капитана скользнула вдоль полок в поиске нужной папки, походя смахнула слежавшуюся пыль с нумерованных по годам укладок на и без того не слишком-то чистый пол и, ловко ухватив длинными костистыми пальцами одну из стоящих в нижнем ряду папок, потянула её на себя.

– Вот. Да… Именно это. – Капитан Сворссон раскрыл полупустую укладку, и на стол передо мной опустилась тоненькая кипа листов желтоватой бумаги, исписанных химическим карандашом.

Ну да, кто бы сомневался! На каждом протоколе, или как здесь принято говорить, допросном листе, было написано одно и то же. Слово в слово, как под копирку. И подпись самого Сворссона, как проводившего допрос. Ну-ну.

– Благодарю вас, капитан Сворссон. – Я протянул участковому надзирателю прочитанные листы, но когда он попытался их взять, чуть придержал пальцами бумагу. – С вашего позволения, могу я скопировать эти записи? – Сворссон нахмурился и я поспешил дать объяснение. – Понимаете, моя жена – особа юная и как все молодые девушки, чрезвычайно впечатлительная. А тут еще и доктор, диагностировав у нее легкое сотрясение мозга, заявил, что любые волнения Ладе Баженовне строго противопоказаны. Думаю, если покажу эти листы, доказав тем самым поимку напавших на нее молодчиков, она хоть немного успокоится. Господин капитан, прошу, вы меня крайне обяжете.

– Бог с вами, Виталий Родионович. – Чуть поколебавшись, вздохнул Сворссон. – Романтика медового месяца и такие приключения… Конечно, я вас понимаю. Копируйте.

– Благодарю вас, капитан Сворссон. От всей души. – Я положил допросы на стол и участковый надзиратель, усевшись на свое место, тут же протянул мне несколько пустых листов бумаги. И то верно. Легче перенести на них текст, чем с нуля создавать полные копии.

Аккуратно переложив допросные листы так, чтобы каждый из них оказался на чистом, я настроился и, спустя несколько секунд, над столом Сворссона вспухло еле заметное облако снежинок, а на каждом подложенном листе проступил текст, в точности повторяющий писанину допросов. Вот и все. Фокус несложный и полезный. Теперь отличить копию от оригинала можно только после исследования. А оно состоится обязательно… в рамках служебного расследования.

Больше нам здесь делать было нечего, поэтому, распрощавшись с капитаном, мы с Тихомиром постарались как можно быстрее покинуть обитель порядка.

– Тихомир Храбрович, отзывай наших охранителей. – Проговорил я, едва за нами закрылись тяжелые двери полицейского участка, и мы вновь оказались на улице. – Здесь им делать нечего.

– Как же это? – Не понял Тишила.

– Объясняю. – Стукнув тростью о каменную ступень крыльца, процедил я. – Скорее всего, сегодня этих татей переведут в другое место, или, быть может, содрав штраф, отдадут на поруки, например, тому же Климину. Задача наших орлов – проследить за тем, куда они отправятся. И доложить мне. Ясно? На рожон не лезть, глаза не мозолить. Следить тихо и незаметно. Впрочем… это они и без моих объяснений должны понимать. Все-таки, Ратьша их, хоть немного, да гонял по части негласного сыска.

– Не скажу, что всё понял, но… распоряжусь, Виталий Родионович. – Пожевав ус, медленно проговорил Тихомир.

– Желательно, прямо сейчас. – Кивнул я. – Чтоб этот… Сворссон видел, как мы снимаем наблюдение с уродов. Иди. А я извозчика поймаю. Мне еще в порт ехать.

– Сделаю. – Миг, и Бережной исчез. Только хлопнула тяжелая створка входной двери.

До порта я добрался быстро. А там, Белов уже, оказывается, запустил машины, так что «шифрограмма» в Хольмград ушла через пять минут после наступления полудня. Оставалось только ждать ответа. Конечно, телеграф, это не мобильник, а телеграмма не смс-ка, так что глупо было надеяться на немедленную реакцию Особой канцелярии. Потому, оставив тестя дежурить у аппарата, я отправился обратно в гостиницу. Несмотря на хорошую погоду, шляться по «гостеприимному» Брегу желания у меня не было.

Тишила появился в салоне только на закате, когда я как раз ломал голову над телеграммой от князя Телепнева. Ворвался, словно вихрь. Глаза блестят, руки мечутся будто испуганные птицы, в общем, старый бретер пребывал, что называется, в аффектации.

– Виталий Родионович, как вы догадались?! – Ну и что ему ответить?

– Элементарно, дорогой друг. Элементарно. – Эх, трубки не хватает.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю