Текст книги "Перейти черту (СИ)"

Автор книги: Анна Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Твое счастье, что здесь Вика, – прорычал он мне на ухо, проводя кончиком носа вдоль бешено бьющегося пульса на виске. – Иначе я давно наплевал бы на твои чертовы принципы.

Его слова вкупе с хриплым голосом пробудили в моем теле давно забытые ощущения. Я сдерживалась буквально из последних сил, стараясь не смотреть на манящие губы мужчины, его широкие плечи, узкую талию и впечатляющую выпуклость, так нескромно прижимающуюся к низу моего живота.

– Мне кажется, или не одна я здесь принципиальная? – Прошептала я, судорожно вздыхая. – Первое правило – никаких романов на работе.

– А мы сейчас не в офисе, Милена.

Обхватив рукой мой подбородок, Адам заставил меня взглянуть на него. Лицо мужчины было настолько близко, что я ощущала его горячее дыхание на своих жаждущих поцелуя губах.

И чего он ждет? Почему медлит?

– Папочка, ты где?

Голос ребенка подействовал на нас как ударная волна, неожиданно выбросившаяся на берег. Отшатнувшись от меня, Адам твердой походкой направился в сторону комнаты, откуда доносился зов дочери. По пути он сорвал с вешалки черную кожанку, прикрывая ею свой пах. Мои щеки настолько горели от смущения, что мне было даже стыдно показаться на глаза девочке.

И куда только подевалась моя скромность и хваленый самоконтроль?

– А где Милена? Она ушла?

Мне ничего не оставалось, как войти в комнату, оказавшейся просторной гостиной, вслед за Адамом. Вика, сидевшая в это время на продолговатом диване светло-бежевого цвета, заметила меня и расплылась в улыбке.

– Я думала, что ты ушла домой?

– Решила остаться. Твой папа очень любезен.

Мужчина окинул меня задумчивым взглядом, как будто что-то обдумывал в своих мыслях. Спустя некоторое время, видимо придя к конкретному умозаключению, резко мотнул головой.

Интересно, о чем он думал в тот момент? Наверное, как выставить назойливую сотрудницу из своего дома.

– Папочка, я хочу кушать. Можно мне конфетки?

– Нет. Я сейчас разогрею тебе суп.

Стоило Адаму скрыться за дверью, вероятно ведущую на кухню, Вика подскочила на ноги на диване и повернулась ко мне со скорченным личиком.

– Фуу, не люблю суп из риса. А папа другой готовить не умеет.

– Мой отец тоже не умел готовить.

– О, а ты умеешь делать суп с гречкой? Это мой любимый. Мне его бабушка всегда готовит.

– Конечно, – настороженно ответила я, не зная, чего ожидать от девочки в следующую секунду.

– Приготовь мне сейчас, пожалуйста.

Вика смотрела на меня такими большими зелёными глазками, что у меня язык не поворачивался отказать в ее просьбе. Да только как-то неловко готовить на кухне своего начальника. Я, конечно, понимаю, что наши отношения периодически выходят за рамки рабочих, но все же хоть какая-то дистанция не помешает. – Ты не хочешь, да? Только бабушки любят готовить кушать, – печально сказала Вика, обнимая большого белого медведя.

– Почему только бабушки?

Вероятно, ее мать не была любительницей подолгу стоять за кухонной плитой и создавать кулинарные шедевры.

– Мама никогда ничего не готовила, поэтому у нас была бабушка Настя. Я очень любила ее пироги.

– Она до сих пор работает у вас?

Я чувствовала себя бессовестным шпионом, выпытывающим информацию у наивного, ничего не подозревающего ребенка. От каждого шороха на кухне мне мерещилось, что Адам сейчас ворвется в гостиную и отругает меня за беспардонные расспросы. Но все же продолжала задавать Вике вопросы.

– Нет. Когда мама ушла, папа сказал, что теперь будет готовить сам. Так ты сделаешь мне суп? Гречневый, – довольно причмокнула девочка и, услышав звук шагов отца, быстро усадила попу на диван.

Я не стала дожидаться прихода мужчины, вместо этого вышла из гостиной, едва не сталкиваясь с ним в проходе. Он бросил мимолетный взгляд на дочь в просвет двери, прежде чем я плотно ее закрыла.

– Вика попросила меня приготовить ей гречневый суп.

– Не думаю, что это хорошая идея. Пусть ест рисовый, он ничем не хуже, – сухо ответил Адам, пытаясь пройти мимо меня, но я закрыла проход своим телом, практически сливаясь с дверью.

– Ты настолько привык отказывать всем и во всем, что действуешь уже скорее на автомате.

– Милена, не лезь туда, куда тебя не просят, – тихо предупредил мужчина, прожигая меня недовольным взглядом.

– Я не вижу ничего плохого в том, чтобы немного побаловать ребенка, Адам. И да, я делаю это не для того, чтобы заслужить твоё расположение. У других женщин ничего не вышло. Не думаю, что получится у меня.

– Правильно думаешь, – жестко ответил он, но, тем не менее, отодвинулся в сторону, давая мне возможность пройти на кухню. – И постарайся закончить как можно раньше. Иначе твоё долгое присутствие не доведет нас до добра.

13 глава

Закончив с приготовлением ужина, я поставила наполненные супом тарелки на стол и быстро нарезала хлеб тонкими кусочками. Я немного волновалась по поводу их реакции на приготовленное мной блюдо. Будет неловко, если оно не придётся им по вкусу. Я всегда готовила исключительно для себя, поэтому не была уверена в своих кулинарных талантах.

Накрыв на стол, я вышла из кухни, чтобы позвать их ужинать. Рука уже потянулась к двери, чтобы распахнуть ту, но мое имя, прозвучавшее из уст ребенка, заставило меня напряженно застыть у входа. Благодаря маленькой щели в двери я могла слышать примерную суть разговора.

Подслушивать плохо, знаю, но они же обсуждают меня. Это не считается, так ведь?

​– Милена хорошая, да?

– Викуль, подойди ко мне, – усталым голосом попросил Адам.

В комнате послышался звук шаркающих по полу детских ножек, а затем звонкий смех девочки.

– Солнышко мое, Милена очень хорошая девушка. Но она не заменит тебе маму.

– Почему? – В голосе ребенка звучало искреннее непонимание.

– У нее своя жизнь, у нас своя. Мы никак не пересекаемся.

– Какой ты сложный, папа, – недовольно фыркнула Вика. – А подружкой моей она может быть? Как Лизка.

​​​​– Если убрать разницу в возрасте лет так на двадцать, то вполне возможно, – засмеялся Адам. – Пойдем к ней, а то она одна уже заскучала.

Я на цыпочках, стараясь не издавать посторонних звуков, зашла на кухню и прислонилась спиной к раковине. Следом за мной, слегка разминувшись, вошли дочь с отцом. Вернее, Адам вошел, а Вика торпедой влетела на кухню, едва не снеся дверь с петель.

– Осторожнее.

– Кушать готово, – махнула я рукой в сторону накрытого стола.

Вика быстро залезла на стул и, склонившись над тарелкой, шумно вдохнула исходящий от супа аромат.

– Ааааххх. Как вкусно пахнет, – заключила девочка и принялась опустошать тарелку.

– Не торопись, а то обожжешься, – повернувшись ко мне, мужчина едва слышно прошептал. – Спасибо.

Кивнув, я указала на его тарелку, как бы приглашая к столу. Адам сделал пару шагов, но вдруг остановился, нахмурившись.

– А где твоя тарелка? Или ты так быстро поела?

Даже Вика отвлеклась от активного поглощения еды, переводя любопытный взгляд на взрослых. Сцепив руки в замок, я отрицательно покачала головой.

– Спасибо, но мне что-то не хочется. Приятного аппетита.

– Уверена? – с сомнением посмотрел на меня Адам.

– Вполне.

Пока они ужинали, мне позвонил Илья. Извинившись, я вышла на улицу и ответила на звонок.

– Привет. Я не помешал тебе? – Помимо голоса парня я могла также слышать звуки музыки на отдаленном фоне.

– Нет. Все в порядке?

– У меня да. Я звоню, чтобы узнать, как ты добралась домой.

– Нормально, Илья. Можешь спокойно отдыхать.

Я не стала говорить ему, где нахожусь на самом деле. Если б сказала, что не в своей квартире, пришлось бы выкручиваться и врать ему (это последнее дело). А так я просто немного умолчала. Он же не уточнял конкретно про мой дом.

– Ты обиделась на меня, так? – Удрученно спросил он.

– Нет, конечно. Жду от тебя завтра горячих подробностей.

Илья смущенно откашлялся, а я сразу поняла, в чем дело. Он был не один.

– Ой! Извини. Завтра на обеденном перерыве увидимся. Пока.

– Пока, – попрощался со мной парень и сбросил вызов.

Заблокировав экран мобильного, я запрокинула голову вверх и вдохнула прохладного свежего воздуха.

За что я любила свой город, так это за теплый приветливый климат. Если другие регионы страны до сих пор были укрыты тонким слоем подтаявшего снега, то здесь от него невозможно найти и следа. Поздняя ночь, как и раннее утро, не обжигают морозной прохладой. Если и были в этом году лютые холода, то длились они от силы две недели. И пусть я вновь не застала в этих краях настоящей суровой зимы, жаркое лето мне всегда было ближе. Даже несмотря на то, что я родилась и долгие годы жила среди скалистых гор, укрытых искрящимися в солнечных лучах снежными шапками, от которых веяло холодом и в знойные июльские дни.

Пока я любовалась ночным небом, усыпанным миллионами сияющих звезд, за спиной послышался странный шорох. Вздрогнув от испуга, я резко повернула голову в направлении шума. Неспешной походкой, засунув руки в карманы джинсов, ко мне подходил Адам, прожигая диковатым взглядом.

– С ним разговаривала? – Встав напротив меня, недовольно спросил мужчина.

– В смысле? С кем?

Я не могла понять, почему он на меня так смотрит, и что я уже успела натворить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Что связывает вас с Ильей?

Ах, вот в чем дело. Он ревнует.

От осознания данного факта на моем лице расплылась широкая улыбка. Не знаю, чему я радуюсь, да и не хочу знать. Мое сердце просто греет сама мысль, что я ему небезразлична.

– Я спросил что-то веселое?

– Ты такой смешной, – и в подтверждение своих слов я тихо хихикнула.

На самом деле, мне не было смешно, но таким образом я хотела позлить Адама. Неуемное любопытство толкало меня на необдуманные поступки.

Спросите, в чем мое любопытство? Я хотела разведать пределы его выдержки и что последует, если лишить этого мужчину остатков самообладания.

– Милена, осторожнее. Ты ступаешь на опасную территорию, – едва не прорычал он, хватая меня за запястье и рывком придвигая к себе. – Еще пару слов, и я уже не покажусь тебе таким смешным.

Запрокинув голову, я со страхом и предвкушением неизвестного смотрела в полыхающие огнем зеленые глаза.

– Что затихла? – Язвительно спросил он, сжимая мою талию крупной ладонью.

– Можешь не пугать меня. Ты ничего мне не сделаешь. Твоя дочь здесь, – обрела подобие уверенности я, пытаясь вырваться из его стальных тисков.

Я не понимала до конца, в какую мы игру играли, но догадывалась, что ничем безобидным она не закончится. Мы словно подливали бензин в наш и без того разгоревшийся пожар. Не знаю, как Адам, но я уже находилась на грани… Чего? Боже, мысли в моей голове давно потеряли связь между собой. Я была не в состоянии трезво оценивать происходящее. Все, что меня интересовало – как можно скорее потушить огонь в моем теле, иначе недолго до того времени, когда я превращусь в мелкие угольки.

– Моя дочь уже в своей комнате. Уверен, буквально через считанные минуты она будет видеть красочные сны, – наклонившись ко мне, он хрипло прошептал на ухо. – А что будешь видеть ты, Милена?

Я не знала, что ответить на его вопрос. Вернее, даже не слушала, о чем он говорил. Мой слух фокусировался лишь на низком, грубоватом мужском голосе

– Я скажу тебе. – Сжав сильными пальцами мой подбородок, он вплотную приблизил свое лицо так, что мы едва не соприкасались носами. – Ты увидишь меня, лежащим на тебе.

Теперь же я вся обратилась в слух. Его слова посылали по моему позвоночнику цепочку неконтролируемых мурашек. Нервно облизав губы, я привлекла к ним внимание мужчины. Его глаза прищурились, а ладонь на талии сжалась сильнее. Пальцы буквально впились в нежную кожу, наверняка оставляя отметины.

– А знаешь, что буду видеть я?

Боже, я боюсь его дальнейших слов. Они либо еще сильнее распалят меня, либо заставят бежать от этого демона-искусителя.

– Знаешь? – Настаивал он на ответе.

– Нет, – удалось мне вытолкать слово сквозь пересохшие губы.

– Тебя подо мной… абсолютно голую.

Рывок, и я со всей силы ударяюсь об мускулистую грудь. Из моего рта едва успевает вырваться тихий вскрик, как Адам яростно набрасывается на мои губы, грубо проникая внутрь языком. Несмотря на затуманенный страстью мозг, я уперлась ладонями ему в плечи и постаралась оттолкнуть, но это как пытаться сдвинуть с места неприступную гору.

Нет, только не здесь, – попыталась образумить мужчину, но кроме невнятного мычания ничего разборчивого не вышло.

Мне мерещилось, что сейчас сюда обязательно придет Вика. Тогда мне не скрыться от стыда и последующего самобичевания.

– Адам…

Мужчина не стал слушать продолжение моей бессвязной речи. Подхватив меня на руки, он торопливо зашел в дом, проходя мимо лестницы, ведущей на второй этаж, по направлению к одной из комнат. Пнув дверь ногой, он таким же образом закрыл ее и спустя пару секунд кинул меня на кровать. Я не успела даже моргнуть, как оказалась прижатой к мягкому матрасу жёстким мужским телом.

– Что мы делаем? – прохрипела я, помогая Адаму снять с себя ставшее ненужным вязаное платье.

– Не хочу ни о чем думать. И тебе не советую, – рыкнул он, расстегивая мой бюстгальтер и откидывая его в сторону.

У меня даже не возникло желания прикрыться. Я чувствовала себя такой сексуальной, желанной как никогда в жизни. Если честно, мне было плевать на то, что будет между нами завтра. Я хотела лишь чувствовать, ощущать, не подвергая свои действия скоротечному анализу.

– А если Вика зайдет?

Вскрикнув от пронзившей соски сладкой боли, стоило Адаму слегка прикусить их зубами, я крепкой хваткой вцепилась ему в волосы. Продолжая мучить губами мою грудь, он что-то невнятно ответил, но я не смогла разобрать его слов.

– Что?

С громким чмоком оторвавшись от покрасневшего соска, он бросил на меня пламенный взгляд и, приподнявшись, стянул с меня капроновые колготки, наспех разрывая их в нескольких местах.

– Я сказал, что Вика уже спит, – не прерывая своего занятия по раздеванию меня, резковато сказал он. – Ты уверен?

– Мне что, бл*ть, пойти проверить? – Приподняв корпус над моим телом, он указал подбородком на большую выпуклость в его джинсах, отчего низ моего живота судорожно сжался. – С таким стояком?

И вновь опустился на меня всем своим весом, продолжая терзать жадным ртом болезненно показывающие соски. Обхватив его бедра ногами, я рефлекторно потерлась о жёсткий член, скрытый от меня под грубой тканью. Громкий стон, вырвавшийся из моего рта, был слышен едва ли не во всем доме. Или мне так показалось. Адам напряженно застыл надо мной, слегка отклоняя голову в сторону закрытой двери. Этой паузы хватило, чтобы оттолкнуть мужчину и подскочить с кровати.

Адам, не ожидавший такой реакции, ошеломленно взирал на меня, в спешке собирающую вещи по комнате.

– Ты можешь объяснить мне, что я такого сделал? – Раздраженно спросил он.

Так и не найдя бюстгальтер, затерявшийся среди дорогой мебели, я махнула на него рукой и накинула платье на полуголое тело. Хорошо, что мои трусики остались на мне. Иначе светила бы сейчас голой попой перед начальником.

Ты уже засветила все, что можно. Добровольно.

– Я задал вопрос, Милена, – рявкнул Адам, подрываясь с кровати и рывком разворачивая меня к себе. – И я получу ответ на него, чёрт возьми.

– Что мы творим, скажи? Твоя дочь наверху, я так не могу. Да и одноразовый секс не входит в мом планы. Что нас ждет после? Тебя, естественно, продолжение обычной жизни, а я буду думать, где мне искать новую работу, – довольно громко прошипела я, выплескивая на мужчину злость и неудовлетворенное желание.

Адам со скрежетом сжал зубы и окинул меня испепеляющим взглядом.

– Ты слышишь себя? Что за бред ты несешь? Я не собирался тебя увольнять.

– И, тем не менее, я не желаю больше продолжать.

Сложив руки на груди, как бы ограждаясь от нарастающей злости мужчины, я без страха посмотрела в горящие яростным пламенем глаза.

Недолго думая, Адам молниеносно схватил меня за плечи и рывком притянул к себе. Казалось, что он едва сдерживается от желания как следует встряхнуть меня.

– Послушай, Милена. Я ни одну женщину не уламывал на секс. Понятно? – Дождавшись кивка, он продолжил. – Собирайся, я отвезу тебя домой.

Разжав болезненную хватку на моих плечах, Адам развернулся в сторону выхода из спальни, но дверь сама распахнулась буквально перед его носом.

– Вы такие шумные, – укоризненно сказала Вика, стоя перед нами в теплой пижаме голубого цвета и сонно потирая глазки.

– Ты почему не спишь? – Строго спросил Адам у дочери, пытаясь укрыть меня от любопытных глаз девочки.

– Папа, вот ты странный. Я не могу так быстро уснуть.

– Полностью согласна, – пробурчала я, на что получила злобный взгляд.

– Милена, почитай мне сказку, а то я заснуть не могу, – молящими зелеными глазками посмотрела Вика на меня.

– Эээ…

– Ей уже пора домой, – перебил Адам поток гласной из моего рта. – Пошли.

Мужчина чуть отошел в сторону, пропуская меня вперед. Стоило мне поравняться с девочкой в дверном проеме, как она железной хваткой вцепилась мне в ногу. Я едва не потеряла равновесие, стоило ей потянуть меня на себя.

– Вика, что ты делаешь? Быстро отпусти ее, – прикрикнул Адам на дочь, хватая ее за руки и пытаясь оттянуть от меня.

Я же с замиранием сердца смотрела в блестящие от слез глаза ребенка. И чувствовала себя последней дрянью. Во взгляде Вики было столько боли, что даже я ощутила ее силу.

– Почему ты не хочешь читать мне сказку? Потому что я плохая, да? – Всхлипнула девочка, размыкая руки под напором отца.

– Как ты можешь считать себя плохой, золотце? – Удалось мне выдавить скудные слова.

– Мама никогда не читала мне сказки. Она говорила, что я их не заслужила.

Бросив беглый взгляд на Адама, я увидела в его глазах горечь, резко переходящую в едва контролируемую ярость. Видимо, он проклинал сейчас в мыслях свою супругу за то, что та не удосужилась подарить собственной дочери немного тепла и любви, вместо этого щедро взращивая в ней комплексы.

Дорожка слез, пробежавшая по ее щекам, добила меня окончательно. Несмотря на просьбу Адама не сближаться с его дочерью, я опустилась на колени и крепко прижала Вику к своей груди. Пусть хоть убьет меня, но я не могу спокойно смотреть на плачущего, ни в чем неповинного ребенка.

– Я не так уж и тороплюсь. На сказку у меня есть время.

Подхватив девочку на руки, я вышла из гостевой комнаты, стараясь не оборачиваться. Я знала, что увижу в глазах Адама – укор и злость за то, что посмела ослушаться его. Не мне анализировать его поступки с позиций "хорошо-плохо", но в чем-то я готова была поспорить с мужчиной.

Войдя в детскую комнату, оформленную в нежно-голубом цвете, я на доли секунд замерла в недоумении. Мне всегда казалось, что комната девочек обязательно должна быть розовой, как у моей сестры в детстве. У мальчиков, напротив, голубой, как у моих братьев. Наверное, это была лишь блажь наших родителей, которую я едва не переняла. Спальня Вики показалась мне довольно уютной. С люстры формы большой ярко-желтой бабочки падал мягкий свет. Мебель была исключительно белой расцветки, расположенная таким образом, что создавалось ощущение просторной комнаты при небольшой площади помещения. Кровать девочки находилась недалеко от окна, занавешенного воздушными трехъярусными шторами.

Посадив Вику на кровать, я помогла ей удобно лечь на простыни с рисунком в виде белых мишек. Девочка накрылась тонким одеялом практически по шею и похлопала по свободной половине кровати.

– Ложись.

Я обернулась в сторону двери, чтобы посмотреть на реакцию Адама, но не застала того в комнате. Странно, очень странно. Вероятно, он сейчас занят тем, что придумывает изощренный способ моего наказания.

Ощущая внутреннюю скованность, я все-таки прилегла рядом с Викой. Вся эта ситуация казалась абсурдной, неестественной. Я уже хотела пересесть в кресло, но внезапно девочка наполовину вынырнула из-под одеяла и прижалась к моей груди, кладя голову над гулко бьющимся сердцем. Она была такой доверчивой в моих руках, я не могла ее сейчас оттолкнуть. Да и когда смогу? Ответ напрашивался сам собой – никогда.

Обняв Вику за плечи, я взяла с прикроватного столика книжку в твердом переплете. На обложке большими белыми буквами было написано "Царевна-лягушка".

– Тебе эту почитать?

– Мне все равно, – тихо сказала Вика, плотнее прижимаясь к моей груди.

– Хорошо. Значит эту.

Открыв нужную страницу, я начала читать с первых строк:

– В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь…

Признаюсь честно, эту сказку я читала впервые. Родители считали, что это бесполезная трата времени в отношении меня, в то время как на других (любимых) детей у них находилось то самое время. А я, как и Вика, считала себя виноватой, не заслуживающей внимания и заботы. Только с годами это чувство прошло.

Внезапно, словно рухнувший на голову потолок, меня озарила истина. Я, наконец, поняла, почему нахожусь в такой ситуации. Все это – моя встреча с Викой, инстинктивное чувство заботы о ней – было неспроста. Я делаю для этой девочки то, в чем отказывали мне мои родители: в ласке и внимании. Тем самым, я доказываю прежде всего себе, что никогда не стану такой, как они. Я буду любить своего ребенка – всех своих детей.

Закрыв книгу, стоило Вике уснуть, я еще долго смотрела на нежного ангелочка, которому также не достает любви матери. Но у нее есть отец, который отдаст абсолютно все за свою дочь. Я в этом точно уверена.

– Уснула? – Донесся тихий мужской голос со стороны двери.

– Да, – прошептала я и беззвучно встала с кровати, стоило Вике развернуться в другую сторону. – У тебя прекрасная дочь.

– Спасибо тебе, – неожиданно сказал Адам, с благодарностью смотря в мои глаза.

– За что?

Ничего не ответив, мужчина вышел из спальни, кивком головы намекая мне сделать то же самое. Я заботливо укрыла Вику одеялом и поцеловала в светловолосую макушку.

Спустившись на первый этаж, я подошла к Адаму, стоящему возле окна и напряженно вглядывающемуся в ночную мглу.

– Я отвезу тебя домой.

– Хорошо.

Подхватив с вешалки сумочку, я, не дожидаясь Адама, покинула дом и, подойдя к машине, облокотилась на пассажирскую дверь. Спустя пару минут мужчина вышел на улицу и направился в мою сторону, на ходу разблокировав автомобиль.

– Садись.

– А как же Вика? Вдруг она проснется? – Слишком поздно подумала я о ребенке. – Я могу доехать на такси.

– Она вряд ли проснется за это время. Но я оставил ей записку на всякий случай. Садись.

Я не стала больше спорить с ним, послушно забираясь на переднее сидение автомобиля.