Текст книги "Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ)"

Автор книги: Анна Варшевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 23

Марина

Медленно захожу в квартиру, кладу пакет с одеждой, ставлю туфли, которые несла, подцепив за каблуки.

– Хэй, систер! Ты чего так долго? – раздаётся голос Алинки, перевожу на неё глаза – она смотрит на меня с удивлением. – Ого! – распахивает глаза, когда я снимаю куртку. – Вот это да! Откуда такое шикарное платье?

– Для работы нужно было, – устало приваливаюсь к стене.

– Тоже такую работу хочу! – сестра улыбается.

– Твоя работа сейчас – учиться хорошо! – строго гляжу на неё, а она машет рукой и закатывает глаза.

– Не читайте мне нотаций, маменька, без вас знаю. Но всё же, что случилось?

– Случилось, Алин, что я, похоже, круглая идиотка, – произношу тоскливо.

– Это давно не новость, – наглая девчонка отмахивается, а я хмыкаю и, отлипнув от стены, иду на кухню. – А поподробнее?

– Мне кажется, я влюбилась.

– Да, это действительно вершина идиотизма, – нарочито понимающе соглашается Алина. – В шефа?

– Догадливая.

– Ну а то ж, есть в кого, – сестра присаживается напротив меня за столом. – Мари, ты и правда чокнулась. Как говорится, никогда такого не было – и вот опять! Только-только вылезла из ситуации с этим твоим козлом… – Алина в курсе того, что произошло между мной и Михаилом, но он ей в принципе никогда не нравился, и теперь я готова признать, что вполне справедливо.

– Я его встретила сегодня.

– Кого? – сестра смотрит, нахмурив брови.

– Козла. То есть, Мишу, – утыкаюсь лбом в сложенные ладони.

– Где?

– Муромцев с ним на переговоры ездил.

– Надеюсь, твой шеф не настолько кретин, чтобы сотрудничать с этой мразью? – Алинка кривит губы в отвращении.

– Что за выражения? – вздыхаю. – Нет. Я ему всё рассказала.

– В смысле всё? Совсем всё? – у нас сегодня день круглых глаз.

– Да нет, конечно! В общих чертах, без подробностей, – поднимаю взгляд на сестру. – И про меня он не знает, хоть и думает, что я ему вру.

– Ничего не понимаю, – Алинка мотает головой.

Опять вздыхаю и пересказываю ей наш разговор в машине. Сестра задумывается, а потом выдаёт:

– Не такая уж ты и идиотка.

– Ну спасибо! – мой голос сочится сарказмом. – Вот это комплимент! Прям выше меня никто ещё не оценивал!

– Да я не о том, – Алина машет рукой. – Ты же ему нравишься! То есть ваши чувства взаимны.

– Ох, Алин, что-то не верится, – качаю головой. – Как по мне, он просто меня в постель затащить хочет. Ну, знаешь, вызов его мужественности, запретный плод сладок и всё такое.

– Так, комплимент беру обратно, – сестра закатывает глаза и поднимается. – Охота из себя дурочку строить – пожалуйста. И вообще, у вас там страсти, а у меня завтра контрольная по алгебре, так что пошла я спать!

– Спокойной ночи, – говорю рассеянно, а сама остаюсь сидеть на кухне, пить чай и думать.

Итогом ночных размышлений становится революционная мысль, что вообще-то, от постели я бы и сама не отказалась. Ну блин, такой экземпляр! Будет хоть, что вспомнить – а то, как в том анекдоте: «О каждом пожалеешь, о каждом!»

Вот только я же себя знаю – влюблюсь как кошка, а потом опять останусь у разбитого корыта! Эх, жизнь – боль…

С утра я, естественно, невыспавшаяся и хмурая, прямо как небо в тучах. Достала эта весна! Лето хочу! Бурча про себя, недовольная всем на свете, выползаю на улицу и застываю – у подъезда знакомая машина, возле неё, прислонившись к капоту, стоит шеф, что-то делает в планшете. Поднимает на меня взгляд и смотрит так серьёзно. Божечки-кошечки, он просто ходячий секс, я сейчас прямо здесь упаду…

– Доброе утро, Мари, садитесь, – кивает на машину.

– Доброе утро, Илья Сергеевич, я что-то пропустила? – подхожу ближе, повторяя про себя, как мантру: «Не пялься на него, не пялься!»

– Не понял? – мужчина уже открыл дверь и глядит на меня, подняв брови.

– Мы с вами о чём-то договаривались, а я забыла? – морщу лоб. Вчера, конечно, много чего случилось, но такое я бы запомнила…

– Нет, – Муромцев вдруг улыбается, – но у меня была причина за вами заехать. Садитесь в машину, холодно.

Забираюсь внутрь и внимательно смотрю на начальника.

– Мари, мне нужно будет уехать на несколько дней, срочная командировка, – шеф выезжает на основную трассу и встраивается в утренний поток машин.

– А… я с вами не поеду? – не понимаю, что я по этому поводу чувствую.

Мужчина бросает на меня взгляд, но тут же возвращает внимание на дорогу.

– Вы пока новый сотрудник в компании, только-только испытательный срок закончился, так что с этим внеплановым мероприятием я справлюсь сам. Не переживайте, вам тоже будет, чем заняться, кое-что можно делать удалённо.

– Хорошо.

– Я сейчас сразу в аэропорт, только вас завезу в офис.

– Я поняла, – лишних вопросов не задаю, чтобы не отвлекать от дороги – всё равно указания все будут, так чего переживать.

И только спустя некоторое время до меня вдруг доходит.

– А почему вы мне по телефону не сообщили? Или на почту можно было написать?

– Я же говорил, что у меня была причина, – Муромцев заезжает на парковку возле офиса, останавливается, глушит мотор и разворачивается ко мне.

Сглатываю – до чего хорош, гад!

– Мы с вами до конца недели не увидимся, – начинает шеф и делает паузу.

– Я поняла, – киваю, – а что за причина?

– Я её уже назвал, – мужчина улыбается, берёт мою руку и подносит её к губам.

Дыхание перехватывает, а в голове стремительно пустеет. С трудом мелкими глотками вдыхаю через рот, воздуха катастрофически не хватает. Что же он делает?..

– Я надеюсь, – шеф поглаживает мне пальцы, не отпуская кисть, – что после моего возвращения мы продолжим наш разговор, – ещё один поцелуй.

– Х-хорошо, Илья Сергеевич, – получается не слишком внятно из-за стиснутых зубов. – Мне, наверное, надо идти.

– Мгм? – его губы поглаживают запястье, и я изо всех сил сжимаю ноги, потому что… потому что!

Никогда ещё я не заводилась вот так, с пол-оборота!

– Я же… опоздаю…

О, господи, вот этот хриплый кошмар – мой голос?

Глава 24

Марина

– Илья… Сергеевич? – шепчу, потому что ещё немного – и я не знаю, что я сделаю!

– Конечно, идите, – мою руку наконец отпускают, но запястье продолжает гореть, и я невольно сжимаю пальцы в кулак.

– До свидания.

– До встречи, Мари, – он опять улыбается.

Так жарко, что удивляюсь, как у нас тут окна не запотели. С трудом выкарабкиваюсь из машины и на подгибающихся ногах ползу в здание. Не успеваю подняться в кабинет, как звонит мобильный. Шеф!

– Да, Илья Сергеевич? – прокашливаюсь, чтобы убрать хрипотцу.

– Мари, мы отвлеклись, и я забыл вам сказать, – я даже по голосу слышу, как мужчина улыбается, и прислоняюсь к стене, потому что коленки трясутся. – Одной из ваших обязанностей будет выгуливать Грэя. Вы с ним подружились, он без вас скучает. На вас – утро и вечер после работы, днём его Катерина будет выводить. Если что, она подстрахует, я скину вам её номер. Надеюсь, вы мне с этим поможете?

– Конечно, я с радостью, – мне становится чуть полегче, и я улыбаюсь.

– Ну и отлично, – начальник молчит пару секунд и добавляет: – Скоро увидимся, Мари.

– Д-да, – его слова звучат ну таким обещанием, что у меня окончательно пересыхает в горле.

Шеф отключается, а я иду в кабинет и залпом выпиваю стакан холодной воды. Ещё бы парочку на голову вылить…

Сосредоточиться на работе у меня не получается от слова совсем. Всё утро в голове вертятся картинки сегодняшнего диалога и… поцелуев, так что мне то и дело приходится унимать трясущиеся руки. Когда в приёмную заглядывает Маруся, я уже в отчаянии думаю, что, может, и правда пойти голову под холодную воду подставить. Останавливает только боязнь простудиться.

– Ну что тут у тебя? – подруга, улыбаясь, усаживается в кресло для посетителей.

– Ох, Марусь, – я бросаю пытаться делать вид, что работаю, и запускаю пальцы в волосы, нещадно растрёпывая кудри.

– Мари, что стряслось? – голос звучит до того напряжённо, что я с недоумением смотрю на подругу.

– Ты чего так испугалась, ничего у меня не случилось!

– Ну ладно, – Маруся облегчённо выдыхает. – Не обижает тебя наш Илюша-богатырь?

– Да что вы все, сговорились, что ли? – вырывается у меня стон. – Папа Миша спрашивает, ты спрашиваешь, сам Муромцев обещает… – захлопываю рот, но слишком поздно.

Глаза подруги загораются любопытством.

– Что обещает?

– Эм-м, ничего, – бурчу себе под нос.

– Мари-и?

Вздыхаю и сдаюсь:

– Он спрашивал, понимаю ли я, что он никогда меня не обидит.

– Надо же, прыткий какой, – бормочет подруга непонятную фразу.

– В смысле?

– Да это я так, – машет рукой и тут же вперяется в меня взглядом. – А ты что?

– Я… – сглатываю и не знаю, что сказать.

– Он тебе нравится? Да? – Маруся смотрит с улыбкой.

– Очень, – шепчу, пряча лицо в ладонях.

– Ну и прекрасно! – вдруг бодро заявляет она. – Пойдём пообедаем!

– Что значит прекрасно, Марусь? Это же ты мне говорила, что у него принципы и чёрт знает что ещё! Он мой босс, в конце-то концов!

– Мари, да ты не нервничай, – подруга смотрит на меня сочувственно, – всё разрешится, так или иначе.

– Ага, рано или поздно, – говорю уныло. – Знаешь, я что-то не хочу есть.

– Ну пойдём, хоть чаю выпьешь за компанию! Давай-давай, хватит киснуть тут в приёмной!

Маруся всё-таки вытаскивает меня в столовую, и, поддавшись её уговорам, я покупаю и съедаю сладкую булочку. Мне даже удаётся поработать – ближе к вечеру шеф присылает на почту кучу заданий. Что-то я делаю сразу, что-то откладываю на потом – придётся поковыряться, дел хватит на пару дней. Вечером гуляю с Грэем и сижу с ним полчасика у Муромцева на кухне. Собаке скучно, и мне не хочется его оставлять – хотя находиться без шефа в его квартире как-то неловко.

На следующий день знакомлюсь с домработницей начальника – приятная такая женщина лет под шестьдесят. Оказывается, она уезжала к дочке и внукам на пару недель, вот я раньше её и не встречала, а обычно приходит к Илье Сергеевичу два-три раза в неделю, убирает, иногда готовит, если он её об этом просит заранее. Раз сейчас шеф в командировке, от неё ничего такого не требуется, и мы договорились, что в следующий раз она придёт уже на следующей неделе – какой смысл убирать пустую квартиру?

Так в относительно спокойной рутине проходит время, приближается конец недели. Мне уже не терпится, чтобы начальник вернулся – стыдно признаться даже самой себе, но я по нему соскучилась, а ещё всё время возвращаюсь мыслями к его обещанию продолжить разговор. Каждый раз, как вспоминаю голос и эти его поцелуи, низ живота начинает тянуть. Я просто в озабоченную кошку какую-то превратилась! И сны снятся такие, что просыпаюсь вся в испарине – из-за этого ещё и не высыпаюсь совершенно, брожу, как сонная муха.

Шеф должен вернуться поздним вечером в пятницу, и я решаю приготовить ему что-нибудь, раз отпустила домработницу. Успею всё сделать и уйти, оставлю на столе записку – а то приедет уставший, пусть хоть перекусит немного. После прогулки с Грэем, подумав, покупаю хороший кусок свинины, мариную мясо в вине, специях, мёде и имбире. Ещё взяла замороженную бруснику, сделаю соус.

Всё готовится, мясу стоять в духовке ещё час, и на меня нападает жуткая зевота. Смотрю на время – только-только семь вечера, а Илья Сергеевич писал, что у него самолёт в восемь. Ну и ладно, ничего не случится, если я подремлю на диване. Выставляю будильник, чтобы не упустить мясо, и моментально засыпаю.

Илья

– Да! Хорошо, я понял! Буду! – кладу трубку и шиплю ругательства себе под нос.

Михаил, мать его, Александрович хочет непременно встретиться сегодня вечером, а то, видите ли, в выходные он улетает с семьёй в отпуск и будет недоступен. Приходится срочно менять билеты – благо нашёлся более ранний рейс – и сразу из аэропорта ехать в офис.

В приёмной я никого не обнаруживаю, но это и неудивительно – сам разрешил Мари уйти в пятницу пораньше, ей ведь ещё с Грэем гулять. Вот только не готов был к ощущению пустоты, которое на меня навалилось, когда вошёл в тёмное помещение. Раньше никогда такого не было – есть секретарь, нет секретаря – какая, в сущности, разница. Впрочем, до Мари в моей жизни много каких ощущений не было.

В задумчивости задерживаюсь возле её стола и вздрагиваю, когда за спиной раздаётся голос Михаила Александровича:

– Илья Сергеевич, добрый вечер, хорошо, что вы уже на месте.

Оборачиваюсь к партнёру и изображаю на лице улыбку. Всё равно он меня напрягает. То ли из-за того, что к Мари подкатывал с какими-то странными предложениями, то ли ещё почему-то… А может, я завидую ему – просто потому, что он был знаком с моим эльфом до меня.

– Пройдёмте в кабинет, – первый прохожу к себе, включаю свет.

– Я вас надолго не задержу.

Киваю в ответ, и мы быстро обсуждаем все срочные дела, которые нужно решить до его отпуска. Слава богу, много времени на это и правда не понадобилось.

Пока я собираю бумаги, Михаил Александрович поднимается и смотрит в приоткрытую дверь на пустой стол моего секретаря.

– Как вам Мари? – вдруг поворачивается ко мне с вопросом.

– Отлично, – помедлив, отвечаю осторожно. – Она хорошо справляется.

– Не сомневаюсь, – Михаил Александрович смотрит на меня внимательно, – она девушка способная, всё схватывает на лету.

Внезапно в голове ярко вспыхивает картинка – коленки на сиденье машины и кружево чулка. Видимо, партнёр что-то успевает заметить на моём лице, потому что холодно прищуривается.

– Ей непросто пришлось последние годы. Девочка очень одинока, единственный родной и самый дорогой в её жизни человек – это сестра.

В мозгу шевелится какое-то трудноуловимое воспоминание, почти дежавю. Я от кого-то слышал совсем недавно похожую фразу, но голос собеседника не даёт сосредоточиться. А Михаил Александрович продолжает:

– В таком состоянии девушки легко поддаются уговорам, им хочется найти крепкое плечо, защиту или хотя бы поддержку. Но не стоит думать, что у Мари нет друзей, которые не заступятся за неё в случае чего, – он посылает мне многозначительный взгляд.

– Я думал, Мари живёт с… подругой? – отвечаю ему таким же многозначительным взглядом, но собеседник непонимающе поднимает брови.

– Они живут вдвоём с сестрой, – хмурится, – впрочем, это не имеет отношения к делу.

– Я с большим уважением отношусь к Мари и не собираюсь причинять ей неприятности, – решительно сворачиваю категорически не нравящийся мне разговор и прохожу к выходу.

– Отлично. Думаю, мы поняли друг друга, – Михаил Александрович протягивает мне руку, и я, мгновение поколебавшись, сжимаю её покрепче. Грозить он мне вздумал. Сам про неё ничего толком не знает, а туда же! Мы с Мари без посторонних разберёмся!

Уставший, приезжаю домой. Поднимаясь в квартиру, впервые не радуюсь, что меня сейчас встретит только Грэй. Я бы не отказался, чтобы ко мне в коридор выбежала моя эльфиечка. Вздохнув, открываю дверь и сразу понимаю – что-то не так. Нет, Грэй-то выскакивает в прихожую и виляет всей задней частью вместе с хвостом, но… Принюхиваюсь к приятным запахам, быстро снимаю обувь и, не скинув даже куртки, прохожу в квартиру.

На кухне никого не обнаруживаю, хотя духовка работает – аромат оттуда такой, что рот тут же наполняется слюной. Следом захожу в гостиную, где горит приглушённый свет, и замираю, видя свернувшуюся на диване клубочком фигурку.

Мари крепко спит, подложив ладонь себе под щёку. Тихо подхожу ближе, тянусь убрать прядь волос, упавшую на глаза, но останавливаюсь, боясь её разбудить. В груди разливается тепло – как же я соскучился!

На полу вдруг что-то вибрирует, и я вижу телефон – наверное, уронила, когда заснула. Поднимаю и на экране высвечивается: «Дорогая». Это что, та самая?.. Не успев подумать, что делаю, смахиваю звонок с экрана, но, видимо, неудачно – и из динамика раздаётся голос:

– Хэй, систер, я помню про твоего ненаглядного шефа с собакой, но мне нужно тебя спросить! Можешь отвлечься?

Глава 25

Илья

– Алло? Алло, Мари? Ну, блин, ещё и звука нет, – звонок прерывается, и я в ступоре смотрю на погасший экран.

В голове крутятся, складываясь в единую картинку, кусочки головоломки. Так, значит, Михаил Александрович не ошибся, когда сказал, что они живут вдвоём с сестрой… И сама Мари – фраза, показавшаяся мне сегодня такой знакомой, про самого ценного в её жизни человека – она говорила это о сестре! И сестру называла «дорогая», а я-то думал, что…

На секунду начинаю сердиться, что меня всё это время водили за нос, но потом разом всплывают другие воспоминания – слова, обмолвки, молчание в нужных местах. Она же не обманывала… просто умалчивала, позволяла думать не о том, не опровергала моих предположений – но ведь я их и не высказывал!

Кстати, ну, допустим, партнёра у неё действительно нет. Точнее, партнёрши. А как насчёт её ориентации? Если больше она ни в чём не соврала, может быть, это тоже правда?

Пытаюсь анализировать то, что мне вспоминается из наших разговоров, но прийти к какому-то определённому выводу не могу. Косвенным свидетельством выступают слова её подруги – Мария вроде как подтвердила, что Мари действительно не интересуется противоположным полом, вот только… Я видел её реакцию на меня! Даже если она придумала себе, что мужчины ей не нужны, её тело совершенно точно откликается! А значит, мой план по приручению эльфа остаётся в силе! И приступаю я к нему прямо сейчас!

Улыбаюсь, глядя на спящую девушку. Ну, милая, теперь тебе точно не отвертеться! Если раньше меня ещё как-то тормозило наличие у тебя отношений, с которыми я не понимал, что делать, то теперь держись!

Аккуратно кладу обратно на пол телефон и тихо возвращаюсь в прихожую, чтобы снять куртку.

Марина

Я просыпаюсь под звон будильника и, нашарив рукой на полу телефон, выключаю противный писк. Сажусь на диване, зевая и потягиваясь – сейчас достану мясо из духовки, быстренько сварганю соус, и можно будет идти домой! Смотрю на экран и морщу лоб – пропущенный от Алинки, совсем недавно звонила. Ладно, через пять минут перезвоню.

Выхожу в коридор и хмурюсь. Что?.. В ванной шумит душ, на вешалке куртка, сумка брошена… Начальник вернулся! И я… тут… Ой, мамочки! Рысью несусь на кухню, достаю мясо. Чёрт, его же надо открыть из фольги и под гриль поставить минут на десять, чтобы корочка поджарилась! А может, хрен с ней, с корочкой? Но тут же заставляю себя выдохнуть и успокоиться.

Шанс на то, что он меня не заметил и сразу пошёл в душ – ноль целых ноль десятых. Ну хорошо, может, одна десятая. Он же не идиот – наверняка увидел свет и работающую духовку, просто пожалел меня и решил не будить. Так что спокойно доделываю всё, что надо доделать, вежливо здороваюсь – и тут же прощаюсь! Да!

Придя к такому решению, замешиваю соус на мясном соке, который слила из противня, и ставлю его на плиту. Пусть слегка выкипит, останется только горсть ягод в конце добавить. Уже поджарившееся мясо заворачиваю обратно в фольгу, ему надо постоять. Короче, механически выполняю всё, что нужно, но прислушиваюсь только к одному звуку – шуму воды. Надеюсь, он там подольше пробудет.

И всё-таки я упустила момент, когда выключился душ. Разворачиваюсь взять ягоды со стола и чуть не падаю.

На пороге кухни стоит Муромцев. В полотенце на бёдрах! На мощной груди и прессе поблёскивают капельки воды, мокрые волосы взъерошены, и выглядит он так, как будто только что сошёл с подиума, где рекламировал какое-нибудь мужское бельё премиум-класса.

– Добрый вечер, Мари, – это… чудо улыбается и продолжает как ни в чём не бывало: – Запахи просто потрясающие!

– З-здра – ик! – сьте, – еле произношу, не в силах оторвать взгляд от обнажённого мужского торса.

Одна сверкающая капля соскальзывает с ключицы по груди, животу и впитывается в край полотенца. Мари, куда ты смотришь?! Я отважно поднимаю глаза до уровня подбородка мужчины.

– А-а… вам не холодно?

Просто шикарно, Мари! Молодец! Приз тебе за самый идиотский вопрос месяца!

– М-м, да нет, – по-моему, кто-то веселится за мой счёт. – А что, я вас смущаю? Мне показалось, что раз вы уже всё равно всё видели…

Уф-ф. Я сейчас сгорю. Непонятно только, от чего – от стыда или от желания.

– Ладно, пожалуй, вы правы – в полотенце есть не очень удобно. Пойду оденусь, – начальник скрывается с моих глаз в спальне, а я падаю на ближайший стул – ноги не держат.

Переждав, пока сердце перестанет колотиться как сумасшедшее, бросаю в соус ягоды и сразу его выключаю. Всё готово! Пора бежать отсюда! Церемонию прощания, пожалуй, опустим.

Вот только не успеваю я выскочить в прихожую, как вокруг меня начинает юлой крутиться Грэй.

– Я же с тобой уже гуляла! Грэй! Фу! Да отпусти ты меня! – пытаюсь отодвинуть собаку, но такую тушу с места фиг сдвинешь, а тут и дверь спальни открывается.

Осторожно поднимаю глаза на шефа. Одет, слава богу! Джинсы сидят на бёдрах, сверху потёртая футболка, обтягивающая грудь… Блин, ну почему он даже в такой затрапезной одежде выглядит, как… как… я просто не знаю, как!

– Мари, куда же вы собрались? – Муромцев поднимает бровь.

– Мне… домой пора. Меня ждут!

– Кстати, да, позвоните сестре.

– Что? – шепчу непослушными губами. Откуда он?..

– Вам сестра звонила, перезвоните ей, – мужчина стоит между мной и входной дверью и уходить явно не собирается.

Ватными пальцами поднимаю телефон, нахожу последний контакт – специально записала Алинку «дорогая», чтобы легенду поддерживать. Сердце уходит в пятки – один звонок отвеченный, второй пропущенный. Неужели шеф брал трубку? И что она ему сказала?

Нажимаю на вызов и жду, плавясь под внимательным взглядом начальника.

– Хэй, что у тебя с телефоном? – Алинка отвечает почти сразу.

– Всё нормально, а что?

– Я тебе звонила, сначала звука не было, а потом ты не ответила?

– Я… заснула, – сглатываю, пытаясь смочить слюной пересохшее горло. – Наверное, случайно во сне нажала.

– А-а, ну ясно. Ладно, я чего звонила-то, мы тут с девочками решили собраться, отметить последнюю контрольную семестра, и мне срочно нужно твоё согласие!

– На что? – ничего не понимаю.

– На вечеринку, Мари, ну не тупи ты! Что, рядом с боссом все мозги расплавились? Он приехал, кстати?

– Приехал, – отвечаю автоматически и смущённо отвожу глаза, видя улыбку на лице Муромцева.

– Ну и отлично! Так что, можно, мы с девочками соберёмся?

– Сегодня? Что, на всю ночь?

– Да-да, прям сейчас!

– Шуметь не будете?

– Ну если только совсем чуть-чуть, – фыркает сестра, но тут же исправляется, – да не будем-не будем, не переживай.

– Хорошо, – выдыхаю обречённо, – я не против.

– Ура! Спасибо, систер, ты лучшая! – Алинка вдруг хихикает. – Сама можешь домой не торопиться!

Ах, она, маленькая…

– Ну всё, пока! – в трубке щёлкает, и я медленно опускаю телефон.

– Я так понимаю, дома вас не ждут? – шеф расплывается в улыбке чеширского кота.