Текст книги "Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ)"

Автор книги: Анна Варшевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 38

Марина

– Майор Богатырёв, – представляется незнакомец, и я только сейчас обращаю внимание на его форменный китель под белым халатом. – Мне нужно поговорить с Мариной Кудрявцевой, это вы? – смотрит на меня, и я сглатываю.

– Да, – оглядываюсь на Илью, который тут же помогает мне сесть обратно в кровать и накидывает на ноги простыню. Непонимающе поднимаю брови, и тут же краем глаза замечаю выражение лица сестры, которая смотрит на майора, приоткрыв рот и замерев от восхищения. Ну, стоит признать, что вкус у девочки есть – этот Богатырёв весьма симпатичный товарищ! Что-то вокруг меня многовато красавцев стало в последнее время.

– Я слушаю, – киваю майору, и тот обаятельно улыбается, а Илья кашляет.

– Не переживайте, мне просто нужно взять у вас показания относительно того дня, когда вы получили ранение! Мне сообщили, что вы уже получше себя чувствуете, а у нас дело стоит. Вы не против?.. – вопросительно смотрит на меня.

– Да, конечно, – морщусь от неприятных ощущений и начинаю свой рассказ.

Богатырёв слушает внимательно, время от времени делает какие-то пометки в блокноте, задаёт уточняющие вопросы – словом, спустя почти час я чувствую себя, как выжатый лимон и откидываюсь на подушки, не в силах сидеть ровно.

– Марина, спасибо вам огромное! Вы нам очень помогли, – майор поднимается и аккуратно пожимает мне руку. – Вам ещё придётся заполнить и подписать свидетельские показания, но это уже потом, когда выйдете из больницы.

– Конечно, – киваю ему и улыбаюсь.

– Мари, у тебя слишком много посетителей, – в палату заходит Аня. – Добрынин сейчас с обходом пойдёт!

– Прошу прощения, я уже ухожу, – мужчина смотрит на мою подругу с явным интересом. – А вы… медсестра?

– Нет, я хирург. Попрошу вас побыстрее покинуть палату, пожалуйста, – произносит ровно Аня.

– Неужели это вы проводили операцию? – интерес во взгляде сменяется на восхищение. – Вы так молоды, и уже такая высокая квалификация! Я потрясён!

Мужчина внезапно берёт Анину руку и склоняется к ней в поцелуе.

В тот же момент дверь распахивается, и на пороге появляется Добрынин. Он и всегда-то сердитый, а при виде сцены, разворачивающейся в палате, приходит в бешенство. Даже мне страшно становится – кажется, что у него аж глаза начинают светиться!

– Что за бордель вы устроили в моём отделении?! – рявкает так, что я натягиваю на себя простыню повыше.

– Будьте добры следить за выражениями! – майор выступает вперёд. – Я нахожусь при исполнении служебных обязанностей!

– Ну так и исполняйте! – Добрынин всё же слегка снижает тон. – Анна Николаевна, почему все должны ждать вас на обходе?! – отступает от двери.

– Иду, Никита Сергеевич, – подруга направляется к выходу.

– Анна Николаевна, – окликает её майор, и Аня оборачивается, – я был очень рад знакомству!

Подруга кивает и выходит, следом за ней, посверлив Богатырёва злым взглядом, ретируется и Добрынин. Мы все выдыхаем.

– Да уж, – тянет майор задумчиво, но тут же встряхивается и, попрощавшись ещё раз, уходит.

– Мари, мы, наверное, тоже поедем, – Илья подходит, нежно касается моих губ, потом поворачивается к Алинке, которая до сих пор задумчиво смотрит на закрывшуюся за полицейским дверь. – А то этот… сейчас опять рычать начнёт, надоело! Пойдём, Алин, закину тебя домой!

Обход проходит спокойно, правда, я ловлю пару странных взгляды, которые кидает главный хирург на Аню. Всё-таки он какой-то мутный, хоть и гений! А может, как раз потому, что гений.

Меня выписывают спустя ещё две с лишним недели, и как минимум на месяц оставляют дома на больничном. Илья заботится обо мне и Алинке, старается проводить со мной побольше времени, но на работе у него полный завал, да ещё и секретаря нет – шеф наотрез отказался брать кого-то на моё место, пусть даже временно. Поэтому я немножко помогаю ему из дома, не выбираясь в офис.

Слизняк-бывший находится под следствием, Михаила Александровича совет директоров отправил в длительный отпуск. Не знаю, что их связывало, почему они решились на такую авантюру – и, честно говоря, не хочу знать. Не спрашиваю и у Ильи, а сам он только раз обмолвился, что все вопросы решены, тот контракт, которым его хотели подставить, аннулирован, а отношения с поставщиком налажены – видимо, и там успели разобраться, что к чему, и не стали поднимать шум. Больше мне ничего и надо.

Если о слизняке я забыла сразу, то о Михаиле Александровиче долго старалась просто не думать, очень уж было больно. В конце концов решила для себя, что папа Миша из моих детских воспоминаний – это один человек, а Михаил Александрович – совсем другой, только так мне становится немного легче.

Про любовь после признаний в больнице мы с Ильёй не заговариваем, хотя я сама так и не призналась ему. Месяц моего больничного живём практически как одна семья – приходится только держать Алину подальше от Грэя. Но пару раз она в гостях у Ильи всё-таки побывала, правда, наглотавшись предварительно антигистаминных.

А потом меня, наконец, выписывают, разрешая выйти на работу! И я первый раз после такого огромного перерыва еду с вместе с Ильёй в офис.

– Господи, что это? – расширенными глазами смотрю на приёмную, потом перевожу взгляд на своего любимого шефа, который смущённо ерошит волосы.

Глава 39

Марина

Первое, что я замечаю – в центре кабинета разбита самая настоящая клумба! Ну, так кажется в первую секунду – а как ещё назвать это разоцветье? Ещё и стоят-то как… кучненько! Наклоняюсь и вижу, что снизу там что-то типа невысоких срезанных донышек, как у бочек, внутри специальные влажные штуковины. А-а, так вот как они закреплены! И водичку добавлять удобно, всё продумано. Оборачиваюсь к Илье, который так и стоит возле двери.

– Спасибо, – смотрю на него с улыбкой, – только зачем так много?

Мне обычно жалко срезанные цветы, правда, мужчине этого не говорю, вовремя закрыв рот.

– Я… просто переживал, – он мнётся, а потом всё-таки выпаливает: – Боялся, что ты вернёшься сюда и вспомнишь свой последний день тут. Хотел ещё раз перед тобой извиниться…

– Илья, в этом нет необходимости, – произношу серьёзно, – я не из тех, кто будет копить в себе обиды, а потом взбрыкнёт. Предпочитаю сразу все точки над i расставлять. И если я сказала, что не сержусь, значит, так оно и есть.

У меня и правда было время подумать, сначала в больнице, потом дома. Я и в принципе-то необидчивая, считаю, что если хочешь быть с человеком – умей с ним разговаривать, а долго дуться – это не для меня.

– Поэтому я тебя и люблю! – Илья нежно меня обнимает, прижимается носом к виску, вдыхая запах.

– Только поэтому? – спрашиваю хитро.

– Не начинай, а то мы работать не сможем! – мужчина последний раз делает глубокий вздох, отстраняется, а я разворачиваюсь, наконец окидывая взглядом кабинет.

– Ох, ё-ё-моё!

– Ну, Мари, – тянет Илья виновато, а я качаю головой и прикрываю глаза ладонью.

Всё внимание в первый момент отвлекли цветы, а теперь вижу, что по помещению как будто смерч прошёлся! Папки с бумагами громоздятся на диване, на полу, некоторые из них раскрыты, на моём столе ворох документов. В кухонный уголок даже боюсь заглядывать, только вытягиваю шею, видя батарею грязных чашек, а потом с пронзительным вскриком прячусь за Илью.

– Ты чего? – пугается мужчина.

– На меня оттуда что-то смотрит! – старательно дрожа голосом и стараясь не засмеяться, указываю пальцем на одну из кружек.

Илья с опаской проходит внутрь и издалека заглядывает в посудину. Я не могу сдержаться и ехидно фыркаю:

– Похоже, плесень… с глазами!

– Тьфу ты, – Илья сердито смотрит на меня, – опять твои шуточки.

– А что, уборщицы у нас из компании исчезли одновременно со мной? – аккуратно обхожу цветы и становлюсь в центре комнаты, прикидывая, с чего бы начать.

– Не хотел, чтобы они выкинули что-то важное, – бурчит мужчина, – вот и запретил порядок наводить.

– Ясно, – киваю.

– Прости, – шеф смотрит на меня с раскаянием в глазах.

– Иди уже работай, – машу на него рукой, а сама приступаю к наведению порядка.

Уборщицу я всё же вызвала – сгрузила на неё грязную посуду и протирку пыли со всех поверхностей, которые успела освободить. Часть цветов вечером забираем домой, часть оставляем на работе – красиво с ними! Спустя два дня ударного труда приёмная наконец превращается в то комфортное место, куда я приходила на собеседование.

А ещё спустя пару дней я начинаю реализацию своего коварного плана. У нас с Ильёй за всё время моей болезни ни разу ничего не было! Ну куда это годится! Он так трясся надо мной последние недели, что ни о каком сексе и речи идти не могло. Вот только мне это уже порядком надоело! И вообще, я соскучилась! Поэтому в четверг сообщаю Илье, что на следующий день приеду на работу самостоятельно, и бегу по магазинам.

В пятницу специально являюсь чуть позже восьми и сразу прохожу в кабинет.

– Илья Сергеевич, приношу свои извинения за опоздание, – произношу томно, поворачиваю ключ в двери и медленно подхожу к креслу, в котором сидит опешившее начальство.

– Мари? – мужчина сглатывает и с явным усилием отводит взгляд от моего узкого глубокого декольте, которое вроде всё прикрывает, но…

– А вы кого-то ещё ожидали увидеть? – захожу за стол, вставая между ним и креслом. – Ох, ну и пыли тут! – оборачиваюсь к столу и тянусь к монитору, слегка склоняясь.

– Мар-р-ри! – звучит сзади, и меня обхватывают тёплые руки.

– Да-а? – разворачиваюсь с довольной улыбкой.

– Ты специально, да? – мужчина тяжело дышит, зрачки расширены.

– Не понимаю, о чём вы? – кручу на пальце короткий локон.

Конечно, специально! Долго искала офисную юбку с разрезом сзади, чтоб повыше было, а сегодня с утра несколько раз у зеркала проверяла, чтобы кромка чулок обязательно была видна!

– Ты… в чулках! – ох, как охрип, бедненький.

Тем временем его руки уже заползают под подол, гладят, сжимают, опять поглаживают, и низ живота пронзает острой приятной болью.

– В чулках, – соглашаюсь тоже хрипло и не могу сдержать лёгкого стона.

Не успеваю опомниться, как меня подсаживают на стол, задирая юбку почти до пояса, и вот мы уже целуемся, не давая друг другу сделать вздох.

– Ты меня с ума сводишь! – шепчет Илья, в какой-то момент оторвавшись от моих губ. – Я в жизни в офисе ничем не занимался!

– Ну так давай остановимся, – предлагаю, хватая ртом воздух, хотя хочется мне совсем другого – его пальцы уже прямо вот совсем там, и не стонать не получается.

Мужчина протестующе мычит что-то, уткнувшись мне в шею, но тут же спускается вниз, дрожащими пальцами расстёгивая пуговицы на рубашке, и впивается губами в грудь, прикрытую тонким кружевом. Я откидываю голову назад и чувствую, что ещё чуть-чуть – и всё…

– Илюша, – зову на выдохе, он отстраняется, и я быстро справляюсь с его брюками. – Давай же!

– О, господи! – он врывается в меня с такой силой, что сдержать крик не получается, хорошо хоть, что успела зажать рот рукой.

Нам обоим не требуется даже минуты – несколько судорожных сильных толчков, и мы достигаем пика удовольствия, прижавшись друг к другу. Я так и сижу на столе, Илья в приспущенных брюках и даже не расстёгнутой рубашке, оба тяжело дышим и, похоже, нам обоим мало!

– Люблю тебя! – шепчу ему на ухо, поглаживая по коротким волоскам на шее.

Мужчина отстраняется, внимательно смотрит на меня, и его губы расползаются в счастливой улыбке.

– И я тебя люблю! – опять обнимает, прислонившись своим лбом к моему. – Выходи за меня?

– Что? – гляжу на него ошарашенно.

– Выходи за меня замуж! – повторяет Илья.

Класс! Мой начальник сделал мне предложение, предварительно трахнув на рабочем столе в офисе! Будет что детям рассказать!

А с другой стороны… не всё ли равно?

– Да, – отвечаю тихо и тянусь к его губам.

– Да? – ох, как у него глаза сияют.

– Да! – произношу ещё раз уверенно.

Эпилог

– Мари, ну долго ты ещё? – Алинка вихрем влетает в комнату, где я навожу макияж.

– Почти закончила! Ну как? – поворачиваюсь к ней, чтобы оценила.

На мне белое струящееся платье в греческом стиле с вышивкой под грудью, простое, красивое и удобное. Зато под него я специально надела очень сексуальный комплект белья – порадую мужа в нашу первую брачную ночь!

– Выглядишь – отпад! – тепло говорит сестра. – Илья тебя прямо из ЗАГСа утащит!

– Вот ещё! Я торт поесть хочу! – фыркаю и машу рукой. – Ты у меня тоже красотка! – смотрю на неё с удовольствием.

– Правда? – Алинка краснеет и улыбается.

– Честно-честно! – киваю.

Сестрёнка у меня и правда красавица – длинные тёмные кудри, зелёные глаза. И фигурка тоненькая, но уже девичья, а не как у подростка, который не знает, куда руки-ноги девать. И, похоже, уже в кого-то влюблена, вот только не признаётся! Ну да ладно, какие её годы, еще десять раз успеет влюбиться-развлюбиться.

Мы с ней выходим из комнаты, на кухне нас ждут Аня и Маруся – сплетничают, сдвинув головы, но, увидя меня, расплываются в улыбках.

– Нет, ну ты только погляди, – тянет Маруська. – Точно не хочешь всё-таки попробовать сменить ориентацию? Я б не отказалась!

Наше общее хихиканье перерастает в здоровый хохот.

– Нет, Марусь, – я аккуратно вытираю слёзы, выступившие на глазах, стараясь не размазать макияж, – больше никаких экспериментов!

В прекрасном настроении сбегаем все вместе по лестнице – мы с Ильёй решили, что не хотим всяких дурацких конкурсов, выкупов и прочего. Достаточно того, что жених не видел невесту до свадьбы – уже целых два дня, между прочим! И я жутко по нему соскучилась!

Возле подъезда нас ждёт заказанная машина, куда мы и загружаемся – Илья встретит нас возле загса. Кроме него там ещё будут Маруськины родители, они специально ради такого случая бросили на несколько дней свои грядки, с ними сейчас и Матвей, который уже несколько месяцев как начал уверенно ходить и теперь планомерно разносит по кусочкам Маруськину квартиру. А Аня согласилась позвать на торжество Богатырёва, который пытается ухаживать за ней последние несколько месяцев. Кстати, у него оказалось очень забавное имя – Полкан! И чем думали его родители?

Весёлой компанией мы высыпаем из припарковавшейся возле ЗАГСа машины, и я сразу вижу своего жениха. Какой же он!..

Илья тут же подхватывает меня в объятия и целует. Я отвечаю с неменьшим энтузиазмом, пока нас не растаскивают наши хохочущие друзья.

– Эй, молодожёны! Притормозите! Ещё не расписались, а уже чёрте что творят!

Мы наконец отрываемся друг от друга и, соблюдая приличия, идём в зал. Правда, надолго тех приличий не хватает. Мне становится жутко смешно, когда серьёзная тётенька начинает вещать про создание новой ячейки общества. Мелко трясусь от хохота, стараясь не всхлипывать. Илья косится на меня и улыбается. Еле выдавливаю из себя полузадушенное «Да», когда приходит время отвечать на вопрос.

– Фух, – обмахиваюсь ладошкой, когда мы выходим из здания. – Кто бы мог подумать, что это так забавно!

– Я тебе потом покажу кое-что позабавнее! – с еле уловимой угрозой шепчет на ухо Илья и расплывается в улыбке, глядя, как меня опять бросает в жар – только уже по другой причине.

– А ты знаешь, наряд невесты включает в себя разные забавные детальки, – отвечаю ему ехидно, – подвязочки там, кружева, чулочки…

– Мари-и! – выдыхает мой теперь уже муж. – Хочешь, чтобы я до вечера не дожил, да? – оглядывается и шепчет мне в губы: – Давай бросим этих гостей, а?

– Нет уж, я тортик хочу! – предъявляю ему тот же довод, что и Алинке.

– Ладно, поехали есть тортик! – мученически вздыхает Илья.

По правде сказать, в ресторане, где мы заказали небольшой стол, я в итоге налегаю совсем не на сладости. Наоборот, с удовольствием лопаю мясо, намазывая его горчицей – хочется прямо до трясучки. Мама Маруськи, которая сидит рядом, с улыбкой смотрит на мои вкусовые извращения.

– Мари, – шепчет, склоняясь ко мне, когда все уже наелись и болтают обо всём на свете, – у тебя какой срок?

– Срок чего? – непонимающе смотрю на тётю Нину, потом расширенными глазами пялюсь в свою тарелку и перевожу взгляд обратно на женщину.

– Прости, я, наверное, не в своё дело лезу, – она ласково гладит меня по плечу, – вы сейчас, молодёжь, и без нас всё знаете, но у вас с Алинкой так рано родителей не стало… Если захочешь поговорить о чём или совета спросить, я только рада буду помочь, хорошо?

Заторможенно киваю и сую в рот последний кусочек мяса. Да ну, не может быть! Мы же с Ильёй предохраняемся! Ну, не так чтоб прямо надёжно, но… Ой, мамочки!

Тут у Ани звонит телефон, и она, извинившись, выходит из-за стола. Возвращается спустя минуту, подходит ко мне.

– Мари, прости, меня срочно вызывают в больницу.

– Понимаю, – сдерживаю вздох. Для Ани её работа – всегда на первом месте.

– Я провожу, – Богатырёв встаёт из-за стола.

– Да не надо, я на такси, – Аня улыбается ему.

Тут же, словно подгадав время, начинает хныкать Матвейка, которого всё это время благополучно занимал Маруськин папа, и становится понятно, что пора расходиться. Впрочем, я и не жалею! Весь вечер ждала минуты, когда мы, наконец, останемся вдвоём с мужем, но теперь все мысли занимает моё возможное положение.

Мы все разбираемся, кто и куда едет. Аня, слегка поспорив с Полканом, всё-таки уезжает на такси в больницу. Маруськины родители с дочерью и внуком тоже загружаются в машину, но там не хватает места для Алинки! А ведь мы думали, что она сегодня к ним поедет!

– Не беспокойся, я провожу Алину, чтоб ей одной в такси не ехать! – пока Илья пытается разобраться с таксистами и ничего не забыть, ко мне подходит Богатырёв.

– Ой, Полкан, спасибо тебе огромное! – обнимаю мужчину, и тот неловко кашляет.

– Да не за что, – улыбается и протягивает руку подошедшему Илье. – Ещё раз поздравляю вас, ребята!

– Спасибо! – Илья тоже улыбается, и я втихомолку радуюсь, что никакой дурацкой ревности в наших отношениях больше нет.

Наконец, все рассаживаются по машинам, и мы остаёмся одни.

– Поехали? – муж нежно обнимает меня, и я киваю.

– Только, Илюш, можно у аптеки остановиться? – говорю торопливо.

– Зачем? – тут же хмурится. – У тебя что-то болит?

– Нет, – краснею, и мужчина смеётся.

– Мари, ты что, презервативы покупать собралась?

Фыркаю и пихаю его в бок.

– Вот ещё! Я тебе попозже скажу, хорошо?

– Ну, ладно, – видно, что муж обескуражен, но соглашается.

Мы просим водителя притормозить у ближайшей круглосуточной аптеки, и я прямо в свадебном платье подбегаю к кассе.

– Девушка, у вас тест на беременность есть?

Молоденькая продавщица смотрит на меня поражённо и вдруг хихикает.

– Есть, конечно! Но даже если вы планируете забеременеть в первую брачную ночь, с тестом лучше подождать до задержки! Может, на овуляцию лучше?

Я внезапно тоже начинаю хихикать в ответ.

– Не-ет, спасибо, мне уже на беременность надо!

– А-а, ну ладно тогда!

Со стороны мы, наверное, смотримся, как две дурочки – обе не можем перестать смеяться. Девушка пробивает мне небольшую коробочку и протягивает пакетик.

– Поздравляю! – выдаёт, и мы опять хихикаем.

– Спасибо!

В машину я сажусь с улыбкой на лице, и Илья расслабляется, глядя на мою мордашку. В квартиру меня заносят на руках, не прекращая целовать, но прямо свербит – до чего я хочу узнать, беременна всё-таки или нет! Вот уж будет мужу свадебный подарочек.

– Илюш, пять минут, ладно? – с трудом выпутываюсь из крепких объятий.

– Солнышко, у тебя точно всё в порядке? Как-то ты странно себя ведёшь! – Илья тяжело вздыхает, но отпускает меня. – Ладно, жду! Пять минут! Потом дверь взломаю! – опять крепко целует и подталкивает к ванной.

И вот я стою и жду, что там мне покажет тест. Положила его на раковину окошком вниз и отсчитываю минуты

– Мари-и! – за дверью слышен голос мужа. – Пять минут прошло!

– Прошло, прошло, прошло, – шепчу тихо и переворачиваю тест, зажмурившись. Приоткрываю один глаз, глядя на него, и тут же распахиваю оба, глядя на… две ярких полоски!

Не глядя, тяну руку и открываю замок на двери.

– Мари? – Илья заходит в ванную и подходит ко мне, обнимая. Видит тест и тоже замирает.

– Это что? – спрашивает тихо.

– Это тест на беременность, – отвечаю так же тихо. – Положительный.

– У нас будет… ребёнок? – смотрит на меня не отрываясь, и я, сглотнув, киваю.

– У меня будет свой собственный маленький эльф? – его губы разъезжаются в широкой радостной улыбке.

– Вообще-то, – слегка надуваюсь, – я тоже твой собственный маленький эльф!

– В самом деле? – муж подхватывает меня на руки и несёт в спальню.

Отпускает только возле кровати, и мы в четыре руки начинаем быстро раздевать друг друга.

– О-о, бо-оже, – тянет Илья со стоном, когда я предстаю перед ним в свадебном комплекте и чулках.

Улыбаюсь и подхожу вплотную к мужу, поглаживаю его по животу, бёдрам, подбираясь к самому ценному, но закончить мне не дают, роняя на кровать. Мой бюстгалтер улетает в одну сторону, трусики в другую, и мы, наконец, соединяемся, шалея от близости друг друга.

После того как всё заканчивается, долго ещё лежим, не меняя положения – не хочется расставаться даже на секунду.

– Я люблю тебя! – шепчет мне Илья. – И нашего маленького будущего эльфа! Уже люблю!

– И я вас! – улыбаюсь, сильнее прижимаясь к любимому.

– Знаешь, я очень рад, – говорит вдруг муж, – что у тебя «неправильная» ориентация!

– Я тоже рада, – смеюсь в ответ, и Илья присоединяется к смеху, обнимая меня покрепче.

Конец