Текст книги "Мой крылатый капитан (СИ)"
Автор книги: Анна Тарханова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава 37
– Зачем? – тихо спросила я у медика, но ответил мне Дорок.
– Я уже говорил, ты мне нравишься, хочу сохранить от тебя как можно больше.
Сказанное спокойным голосом, это было страшнее любой угрозы. Я с трудом сглотнула из-за пережимавшего шею кожаного ремня. Я никак не могла придумать достойный ответ, но тут Руно на соседней кушетке пошевелился.
Медики тут же переключились на него, засуетившись с ремнями.
– А вот и наш храбрый боец, – довольно потер руки красноголовый. – Видишь, он жив, и даже относительно здоров, в этом я тебе не соврал.
– А в чем соврали? – спросила я, скорее поддерживая разговор, чем действительно интересуясь.
– Твои крылья, – улыбнулся Дорок. – Их не заберут. По крайней мере не сейчас. Я обещал своим подданным красивый ритуал объединения, без твоих крыльев это было бы уже не то.
Даже не смотря на текущее мое положение, я облегченно вздохнула. Мне оставят мои крылья, значит, жизнь еще не закончена! В голове как-то посветлело, и снова отчаянно захотелось жить. Может, мы еще сможем выбраться?
А вот реакция капитана на слова Дорока оказалась иной. Он вдруг дернулся, порываясь встать, но ремни удержали, и он со стоном откинулся на подушку, сверля шестирукого полным ярости взглядом.
– Не делай этого, – прошептал Руно, голос пока еще к нему не вернулся.
– Почему? – изобразил вежливое любопытство красноволосый.
– Ты обещал мне…
– Но ведь ты жив. Сделка не состоялась, – развел руками Дорок. – Твоя помощница упросила меня на это, пообещав взамен отдать свои крылья. Ну как я мог отказать? – шестирукий прищурился, внимательно наблюдая за реакцией капитана.
Руно побледнел. Во взгляде, которым он посмотрел на меня было столько всего, что я едва не захлебнулась. Но среди страха, отчаяния и боли в нем было что-то еще, от чего мое сердце пропустило удар. Я улыбнулась сквозь навернувшиеся слезы.
– Пожалуй, я не ошибся в своих выводах на ваш счет, – довольно заметил красноволосый. – Даже не представляете, как это… вкусно. Столько эмоций…
– Я убью тебя, – пообещал Руно шестирукому. Тот расхохотался.
– Кто знает, может, я даже дам тебе шанс попробовать. Но только не сегодня. Предпочту не смешивать удовольствия. Да и силы мне понадобятся, – он красноречиво посмотрел на меня, вызвав у капитана очередной приступ ярости.
– Подожди-ка, – задумчиво посмотрел на Руно красноволосый. – Твоя реакция… – он внимательно вгляделся в лицо капитана – и расплылся в отвратительной ухмылке. – Ты знаешь! – уверенно заявил он.
Руно отвернулся.
Я непонимающе смотрела на них. О чем знает капитан? И чему так радуется шестирукий? От потери крови голова кружилась, мешая сосредоточиться. Медики снова что-то рассматривали на своем экране.
Дорок едва не подпрыгивал от радости, как губка впитывая плещущие вокруг эмоции.
– Идеально! – довольно прищурился он. – Может, ты тогда сам ей расскажешь? – красноголовый аж светился от удовольствия, что пугало только сильнее.
Если бы взглядом можно было убить, шестирукого бы размазало по ближайшей стене тонким слоем.
– Ну тогда я сам, – театрально вздохнул Дорок и обернулся ко мне. – Интересно, почему он не хочет поделиться с тобой своими познаниями нашей культуры? – и выдержав паузу, добавил. – Не потому ли, что сам участвовал?
Я знала, что Дорок упивается чужими мучениями. Знала, что он играет с нами, унижая и издеваясь. Но по реакции Руно поняла – сейчас шестирукий был недалек от истины.
В памяти всплыла та ночь пустыне. Танцы шестируких, полуобнаженная женщина… и просьба капитана никогда больше не говорить о случившемся.
Тогда я решила, что он стыдился своего участия в непристойной оргии аборигенов. Кодекс не запрещал этого при крайней необходимости, но я думала, что Руно переживал в том числе и за то, как на ситуацию отреагирую я, учитывая не совсем определенный статут наших отношений на этой планете. Но теперь я понимала – у костров случилось что-то еще. Что-то очень плохое. Иначе бы Дорок не выглядел таким счастливым.
Не дождавшись от капитана ответа на свое предположение, красноволосый подошел ко мне и стал демонстративно гладить не скрытые под тканью участки моего тела. Капитан, для которого предназначалось это представление, хмуро наблюдал за происходящим.
– Ритуал объединения, как некоторые присутствующие уже знают, – продолжил Дорок тоном экскурсовода, – одна из главных иторских традиций. Довольно редкая, поскольку требует значительной подготовки и подбора подходящего… инструмента, – нежно провел он ладонью по моему животу. Отчаянно захотелось оторвать ему эту руку, но я только скрипнула зубами. – Как следует из названия, ритуал предполагает объединение соплеменников или членов группы через разделение между ними одной женщины.
Он посмотрел на меня в поисках очередной «вкусной» реакции, но я уже и так поняла к чему он ведет и потому смогла сохранить относительное равнодушие. Дорок досадливо поморщился.
– Это великая честь стать объединяющим племя звеном, однако, требует от женщины определенной выдержки и храбрости. Конечно, никто не бросает избранную в голодную толпу, – усмехнулся шестирукий. – для ритуала важно соблюдение иерархии. Сначала ее благословляет правитель, затем его ближайшие подданные, воины, наиболее влиятельные купцы, свободные жители, слуги, и, наконец, рабы… Объединение. Каждый член племени через этот ритуал становится для других братом. Это помогает поддерживать порядок и снижает уровень преступности… – размеренно рассказывал Дорок, вглядываясь в мое лицо.
А я старалась думать о чем-то другом. О подруге, заточенной где-то в подвалах этого дома, о Панкаре, даже о бывшем, Дамиане, из-за предательства которого мы все оказались в руках этого безумца. Ох, добраться бы до него…
– … легенд. Считается, что ребенок, зачатый в ритуале, повзрослев, объединит Итор, закончит войну и возродит планету, – скептично усмехнулся шестирукий. – Как бы то ни было, пока ни одной избранной не удалось пережить ритуал, не говоря уже о какой-то там беременности. Может, у тебя бы получилось? Жаль, нет времени выяснять нашу совместимость.
Постепенно до меня начал доходить смысл его слов. Девушки не выживают! А значит… Я попыталась поймать взгляд Руно, чтобы подтвержить свою догадку. Но он лежал, невидящим взглядом уткнувшись в потолок – и этого было более, чем достаточно.
Меня до краев захлестула… жалость. Я должна была бояться уготованной мне Дороком участи, а вместо этого боялась за капитана. Так вот какой груз он нес на сердце! Прославленный грал, не потерявший до этого ни единого члена команды за десятки опасных миссий, на этой планете был вынужден раз за разом идти на сделку с совестью. Неудивительно, что он принял предложение красноволосого обменять свою жизнь на наши! Я бы столько боли точно не выдержала…
Неожиданно это откровение что-то изменило во мне. А может, я просто устала бояться. Я закрыла глаза, восстанавливая дыхание. Шестирукий не получит своего «огня». Пусть говорит, что хочет, пугает пытками и кровожадными ритуалами. Я не стану гореть для него.
Судя по злобному голодному взгляду, Дорок легко считал мое настроение. Я впервые усмехнулась ему в лицо. Только бы выбраться из цепей...
– Я буду смаковать тебя до последней капли жидкости в твоем организме, – пообещал красноволосый и махнул ближайшему медику. – У вас час. Забирайте все, лишь бы прожила еще сутки.
Больше не смотря на нас, Дорок развернулся и пошел к выходу из лаборатории. Но покинуть ее не успел. Внезапно все лампы вокруг вспыхнули ослепительным светом, а потом разом погасли, погрузив помещение в кромешную темноту.
Глава 38
В лаборатории мгновенно началась паника. Медики перекрикивались, красноволосый грязно ругался. То и дело раздавались удары и звон разбитого стекла – в поисках выхода или хотя бы источника света, шестирукие натыкались на столы, шкафы и друг друга.
– Риа! – сквозь весь этот шум донесся до меня голос капитана.
– Я здесь! – ответила я и дернулась в сковывающих меня ремнях. Но случилось неожиданное – цепь, прежде удерживающая меня на кушетке, вдруг подалась и начала раскручиваться. Видимо механизм лебедки был запитан от электричества, и когда оно пропало, удерживать цепь стало нечем.
Получив возможность двигаться, я рванулась сильнее и смогла высвободить одну руку. Дальше все пошло намного проще. Размотав цепь до конца, я дотянулась и отцепила карабин, затем сняла с себя остальные ремни и соскочила с ненавистной кушетки.
Голова закружилась, и я едва не упала. Много же крови из меня успели выкачать! Нащупав все еще вставленный в руку катетер, я осторожно вынула его и на всякий случай замотала место прокола куском ткани с платья. В кромешной темноте ничего было не разобрать, оставалось надеяться, что этого хватит, и я не истеку кровью в темноте.
Нащупав рукой кушетку и используя ее как ориентир, я пошла к Руно. Я не была уверена, что иду в нужном направлении, и потому выдохнула, когда пальцы коснулись перьев.
– Риа? – переспросил капитан, перехватывая меня за руку. Похоже он тоже успел освободиться.
– Это я. Что случилось?!
– Идем отсюда, – капитан потащил меня куда-то.
Если у меня и была надежда, что мы сможем прошмыгнуть к выходу никем не замеченные, то она быстро исчезла. Сначала в нас врезался кто-то из медиков. Руно оттолкнул его, но тот, сообразив, что пленники сбегают, поднял крик. Вскоре мы продвигались через какое-то месиво из десятков рук. Несколько раз им даже удалось ухватиться за цепь моего ошейника. К счастью, я догадалась намотать ее себе на руку, и теперь отбивалась этим импровизированным щитом.
Чтобы освободить руки, Руно обхватил меня за талию своим хвостом. Как оружие хвост был бы полезнее, но пользуясь им в темноте, он рисковал случайно задеть им меня. Шестируких вокруг становилось все больше. Но где-то впереди орал на медиков Дорок – и Руно шел на голос красноволосого, как идут корабли на свет маяка.
Не знаю, почему Дорок не сбежал. Может, был настолько уверен в себе, или же надеялся на шестируких. Но в какой-то момент я поняла – мы добрались до него. Толпа осталась позади, И мы с капитаном на полном шагу врезались в красноволосого. Не останавливаясь, Руно вцепился в него и потащил дальше – к выходу из подвалов.
Долго искать не пришлось, оказалось Дорок стоял у самой двери. Сенсор и замок тут тоже не работали. Капитан распахнул дверь и выбежал в коридор.
После кромешной темноты подвальной лаборатории, здесь глазам было гораздо комфортнее. Лампы не работали, но свет, видимо все-таки проникал сюда через щели в ступеньках лестницы над нами. Руно осмотрелся, но, к сожалению, в узеньком коридоре не оказалось ничего полезного. И мы понеслись дальше.
Размышлять о том, что нас ждет за дверью времени не было, сзади уже слышался шорох – шестирукие искали выход. Зажав рот Дорока рукой, Руно решительно выволок нас в галерею.
Мы на мгновение замерли на пороге, щурясь от непривычно яркого света, а потом я кинулась к красноволосому и, сорвав с его шеи ключ, заперла дверь прямо перед носом одного из медиков. В следующий миг дверь содрогнулась от сильного удара изнутри.
– В сторону! – прозвучало у меня за спиной. Я машинально отпрыгнула, и дверь подпер массивный комод, до этого стоявший у противоположной стены.
– На какое-то время хватит, – сказал Руно и развернулся к Дороку. – Веди к моей команде.
Красноволосый рассмеялся.
– С удовольствием. Хочешь сам пойти в темницу, я только за. Вам не выбраться отсюда живыми.
– Посмотрим.
Спокойствие шестирукого пугало. Разве сейчас он не должен был молить о пощаде и торговаться? Вместо этого он невозмутимо шел по пустым галереям с видом радушного хозяина, хвастающегося перед гостями новым ремонтом.
Вскоре я начала узнавать коридоры и фрески. Здесь меня вели охранники.
– Кажется, уже близко, – сказала я идущему впереди Руно.
И в этот момент Дорок рванул вперед. Мы даже не успели среагировать. С неожиданной прытью он нырнул в арку и с криками скрылся в коридорах темницы. Где-то издалека послышался ответный окрик и топот ног.
– Жди здесь, – приказал Руно, всматриваясь в полумрак очередных подвалов.
– Я пойду с вами, – попыталась возмутиться я, но капитан насильно вжал меня в ближайшую стену и кивнул вниз.
– Я справлюсь.
Опустив глаза, я поняла, что он имел в виду – на обмотанной вокруг моей правой руки ткани расходилось темное пятно. Хорошо, что я все же догадалась замотать рану!
Не дожидаясь моего ответа, Руно скрылся в полутьме. Оставшись одна, я вдруг почувствовала ужасную дурноту. Адреналин, все это время державший меня на ногах, начинал спадать. Я медленно осела по стене, мысленно умоляя Руно вернуться побыстрее.
Глаза слипались. Но даже сквозь шум в ушах я различила звуки борьбы, долетевшие из подвала. Похоже, Руно уже нашел красноволосого и охранников. Не знаю, сколько прошло времени. Я слышала какой-то шорох, топот, треск, звон металла. Иногда злые окрики красноволосого и чьи-то стоны. Думать о плохом не хотелось, но пока бой продолжался, шансы на победу сохранялись.
Вдруг внизу все стихло. Заволновавшись, я встала, опираясь на стену, и сделала несколько шагов к арке… чтобы нос к носу столкнуться с Дороком.
Весь покрытый какой-то пылью и чьей-то кровью, красноволосый выглядел как мифический монстр. Безумные глаза сверкали страхом вперемешку с диким неестественным наслаждением. Я попыталась ударить его, но тело слушалось плохо. Дорок же, опьяненный боем рассмеялся и схватил меня за ошейник.
Со стороны темниц послышался топот.
– Поиграем, девочка моя, – прошептал он мне в ухо и встав мне за спину, прижал меня к себе, сделав чем-то вроде живого щита.
Я успела удивиться. Если его охранники победили, от кого он прикрывается мной?
Ответ я получила тут же – из арки выскочил Руно, помятый и взъерошенный, но живой и вполне невредимый. А за ним… Мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы убрать с глаз непрошенные слезы.
Он спас их. Щурясь с непривычки, в галерею высыпала почти вся наша команда. Уставшие, истощенные, но решительные и полные справедливой ярости гралы выстроились в привычную стену за спиной своего командира.
От Дорока и заслуженной мести их отделяла только я.
– Все кончено. Боги отвернулись от тебя, шестирукий. Отпусти ее, – приказал Руно.
Вдруг позади нас послышались крики. Красноволосый победно рассмеялся.
– Что ты знаешь о наших богах, инопланетянин! – заносчиво возразил Дорок, медленно отходя по коридору к спешащим на помощь шестируким. Но когда толпа остановилась в нескольких шагах от него, красноволосый, наконец, обернулся… и мгновенно отбежал к ближайшей стене, протащив меня за собой.
Я не сразу поняла, чего он так испугался. Но потом присмотрелась – пришедшие на помощь не были горожанами. В первом ряду стоял встреченный нами в пустыне шестирукий без имени – представитель небиологического разума Итора.
– Ты спросил, что я знаю о ваших богах, Дорок? – приблизился на выпад хвоста Руно. – Я стал братом одного из них.
Глава 39
– Не приближайся! – крикнул капитану Дорок, демонстративно прижав нож к моей груди.
– Посмотри вокруг, – цепко оглядывая меня, ответил Руно. – Ты проиграл. Я не стану убивать тебя, это не мой мир и не моя война. Пусть твою судьбу решают подобные тебе.
Дорок усмехнулся.
– Разве ты не видишь разницы между мной и этими марионетками? Я не позволю безмозглым последователям свихнувшегося божка судить меня!
– И что сделаешь? Бежать тебе некуда, – спокойно возразил Руно.
– У меня есть твоя подруга. Я успел неплохо изучить вас. В отличие от нас, вы цените жизнь каждого. Это делает вас уязвимыми и дает мне лазейку. Пропустите меня – и когда я окажусь в безопасности, девчонка вернется.
– Я не могу пойти на это, Дорок, – покачал головой капитан. – Она ранена, а тебе я уж тем более не доверю ее жизнь.
– Тогда у вас проблема, – заносчиво вскинулся красноволосый. – Не пропустите, я выпотрошу ее у вас на глазах. Откуда бы начать… – он сделал несколько шагов обратно к подвалам, одновременно прижав лезвие к моей коже так сильно, что выступила капелька крови.
Я заметила, как в бессильной ярости дернулся Руно.
Перед глазами от слабости поползли темные круги. Но в то же время я вдруг отчетливо поняла, что должна сделать.
Пока красноволосый не добрался до арки. Пока не затащил меня в подвал, откуда наверняка есть другой выход. Пока не подоспела подмога или не начался очередной обстрел.
Только бы мне хватило сил!
Медлить было нельзя. Дорок как раз сделал еще один шаг… и я рванулась вперед, одновременно отталкивая шестирукого хвостом. Когда нож, скользнув по коже, вошел в плечо, в глазах потемнело. Из последних сил я вцепилась в рукоятку, не давая красноволосому перехватиться.
Уже падая, я заметила мелькнувшие рядом черные перья…
* * *
– Риа! Ты слышишь? Посмотри на меня!
Кажется, это Илит. Зачем она меня зовет? Как хочется спать…
Но поспать мне не дали. Резкая боль заставила меня мгновенно очнуться. Я зашипела и рванулась.
– Тшшш, тише, тише. Вот так, молодец. Я сейчас перевяжу рану и все будет хорошо… – ворковала надо мной подруга, словно это нее только что вытащили из камеры.
– Дорок… – прошептала я. Надо было удостовериться, что моя глупая выходка хотя бы не прошла даром.
– Его поймали, милая. Капитан, как и обещал, передал его тем, другим…
Я благодарно улыбнулась.
– Руно…
– Я здесь, отличница, – упала на меня знакомая крылатая тень. – Как она?
– Сложно сказать. Рана от клинка чистая и не вызывает у меня особых опасений, – доложила Илит. – Но прокол на запястье ведет себя странно. Кровь не останавливается, предполагаю, он чем-то обработан. Но сейчас я почти ничего не могу сделать, – покачала она головой.
– Присмотри за ней, – начал капитан, и вдруг нахмурился. – Старший медик, я обязан спросить…
– О, нет. Опять! – побледнела Илит, отступая. – Я не знаю, капитан, их медики что-то сделали со мной и теперь, стоит любому из гралов подойти достаточно близко… – ее голос сорвался, в глаза наполнились слезами.
– Ясно. Отставить панику, – рявкнул Руно.
Затем, обернувшись в пол-оборота, он коротко приказал:
– Следите за состоянием младшего пилота.
И метнувшись к Илит, схватил ее в охапку и потащил к стоящим в стороне шестируким.
Я видела, как он перебросился несколькими фразами с представителем искусственного разума, а потом замер, похоже, ожидая ответа. На этот раз местный ИИ оказался оперативнее. Вскоре отряд шестируких разбился на две группы. Одна из них направилась в нашу сторону, а другая, вместе с Илит поспешно покинула галерею.
– Уходим отсюда, – скомандовал Руно, на ходу наклоняясь и подхватывая меня на руки. Остальные молча последовали за своим капитаном. Шестирукие взяли наш отряд в кольцо, показывая дорогу и прикрывая тыл.
– Капитан, – тихо позвала я, – куда увели мою подругу?
– Тебе надо беречь силы, а не болтать, – укоризненно посмотрел на меня Руно, но все же ответил. – Кажется, те твари в лаборатории, усилили чувствительность ее гормональной системы, заставив организм реагировать цветением на любой близкий контакт.
– Дорок говорил, что планировал заниматься разведением крылатых, но я не думала… Что же теперь делать?!
Случившееся с Илит меня шокировало. Все эти ужасы, о которых рассказывал мне красноволосый казались больным бредом свихнувшегося царька. Но оказалось, он уже воплотил часть из них. Стоило представить, что пришлось пережить подруге в руках жестоких шестируких, как тут же хотелось куда-то лететь и кого-то убивать.
Хуже всего было понимать, что несмотря на то, что мы выжили, Илит в некотором роде по-прежнему оставалась в плену красноволосого. А если эти изменения окажутся для нее необратимыми? Неужели она навсегда останется «в клетке», без возможности нормально жить среди своего народа?!
– С ней все будет хорошо, Риа, – тихо сказал капитан. – И с ней, и с тобой.
Вместо ответа я уткнулась в его грудь, закрывшись от всего остального мира крыльями. Руку под повязкой неприятно тянуло. В голове словно стоял вязкий туман.
– Куда мы теперь? – поинтересовалась я. Чтобы хоть как-то отвлечься от болезненных ощущений.
– Исполнять обещание, – сухо ответил Руно, кивая кому-то за моей спиной.
Глава 40
Помня о необходимости оставаться в сознании, я занимала себя тем, что выглядывала с рук капитана и осматривалась. Во дворце Дорока было тихо и пусто. Кое-где встречались следы борьбы – какие-то осколки, опрокинутая мебель, капли крови на полу, но ни значительных разрушений, ни тел видно не было.
Я решила, что шестирукие, управляемые небиологическим разумом, в своем нападении исходили из принципа необходимости, и потому не стали крушить и резать все на своем пути. И была почти уверена, что аборигены красноволосого были бы гораздо более жестоки.
Улицы города встретили наш отряд суетливой неразберихой. Кто-то кричал, где-то плакал ребенок, повсюду сновали двойки и тройки шестируких, патрулирующих захваченные улицы.
– Интересно, они заберут город себе? – спросила я вслух, поправляя свою руку, лежащую на плече капитана. Она сильно немела, но в таком положении кровь из прокола сочилась гораздо медленнее.
– Нет, – ответил Руно. – Искусственный разум не интересуют постройки. К тому же, обосновавшись на одном месте, он бы сильно рисковал безопасностью своих последователей. Отряды аборигенов покинут город вслед за нами, проследив, чтобы все угрожающие им технологии были уничтожены.
– Мне жаль их, – вдруг произнесла я, сама удивившись своим мыслям. Руно вопросительно изогнул бровь. – Конечно, красноволосый и его команда творили ужасные вещи, но ведь технологии можно использовать иначе! Лечить больных, восстанавливать экологию, да и просто делать жизнь более комфортной… Неужели никто из них не додумался до этого?
– Всегда существует опасность выбрать личную выгоду, отличница. Вряд ли теперь мы сможем узнать, в какой момент их общество свернуло не туда. А возможно, этого момента и не было, и путь иторцев с самого начала был движением к пропасти. Отчасти, это одна из задач нашей миссии – находить внепанкарский разум и собирать опыт иных цивилизаций, чтобы сравнивать, учиться и в свою очередь не допускать подобных ошибок.
– У них не было такой возможности – учиться на чужих ошибках…
– Вселенная не обещает справедливости, Риа, – стальным голосом произнес капитан. – Она дает шанс. А уж как им воспользуется каждый отдельный разум, зависит только от него самого. Иторцы сделали свой выбор, и продолжают делать его каждый день. Как и мы свой. Именно поэтому кодекс запрещает нам вмешиваться.
– Но мы уже вмешались…
– Да. И история еще накажет меня за это.
– Всех нас, – возразила я. – Некоторых уже наказала. Двое мертвы, Илит изувечена, я ранена…
– Дело не в этом, отличница, – грустно качнул головой Руно. – Так или иначе о нашем нахождении здесь составят летописи и отчеты. И в них имена членов команды останутся только сносками в примечании… Все, что случилось на этой планете станет моим наследием, Риа. Моим позором.
Я не знала, что на это ответить. Капитан был прав. В моих учебниках в академии встречались только имена капитанов. Чем бы ни закончилась наше прибывание здесь, следующие поколения гралов будут обсуждать на посвященных Итору семинарах только Руно Леви.
– Для меня… для всех нас вы останетесь героем, – прошептала я, крепче прижимаясь к его груди.
– Рановато об этом судить, отличница, – усмехнулся капитан и подмигнул. – Размер крыльев по молодости не меряют.
Из города наш отряд вышел одним из первых. Уже начало смеркаться, но Руно вместе с представителем небиологического разума решили не останавливаться. Чем дальше мы сможем убраться от города, тем больше шансов исчезнуть в пустыне, избежав новых стычек.
Мы шли почти всю ночь, изредка делая небольшие остановки, чтобы перекусить и немного перевести дух. Члены нашей команды почти не разговаривали, экономя силы. Я видела, как тяжело дается им каждый следующий переход, но помочь ничем не могла. Было ужасно стыдно, что меня капитан упрямо нес на руках. Под утро даже шестирукие предлагали ему помощь, но он наотрез отказался.
Наконец, было принято решение поставить лагерь. В лучах восходящего солнца аборигены споро расставили палатки и занялись костром. Крылатых, уже едва держащихся на ногах, но все еще порывавшихся принять участие в работах, принудительно отправили спать.
Нам с капитаном, по старой памяти, отвели отдельную палатку. К счастью, никто из команды этого нарушения субординации, кажется, не заметил.
Руно помог мне забраться в палатку. Походные кровати в ней оказались сдвинуты. То ли случайно, то ли с намеком от шестируких, разбираться сил не было.
Проследив, чтобы я удобно улеглась, капитан сел на край моей кровати и принялся за перевязку. Оказалось, он успел позаботиться даже об этом – один из шестируких вскоре принес нам ведерко чистой воды и бинты.
– Могу я посмотреть? – вдруг спросил капитана абориген. – Я немного понимаю в ранах.
Руно, на секунду задумавшись, кивнул.
– На запястье прокол от капельницы, кровь там не останавливается, – показал он мою руку шестирукому. Тот повертел мою ладонь, пощупал пульс, помял, понюхал и даже, кажется, лизнул кожу у раны.
– Это яд пустынного чертополоха, – наконец, вынес он свой вердикт. – Сами по себе раны от него не заживают. Нужно сшить края, заклеить рану перетертой мякотью лечебного кактуса и туго перевязать. Но даже в этом случае заживление займет около десяти суток. Ей очень повезло, что прокол небольшой, только поэтому она все еще жива.
– Вы можете помочь? – уточнил капитан.
– Да, – кивнул шестирукий и встал, поправив набедренную повязку. – Я все принесу. Постарайтесь, чтобы она пока не уснула.
– Ну вот видишь, – повернулся ко мне капитан, когда местный лекарь покинул палатку, – опыт всегда превосходит технологии. Хотя бы потому, что его невозможно уничтожить, пока жив хоть один представитель вида.
– Думаете, у иторцев еще есть шанс? – слабо улыбнулась я.
– На моей должности положено верить, что шанс есть всегда, – рассмеялся Руно. – Иначе как я, по-твоему, попал в учебники?
Я не была уверена, что он шутит, но все равно улыбнулась, мысленно пообещав себе запомнить эту фразу. На всякий случай. Вдруг мы все-таки сможем вернуться на Панкар, и я когда-нибудь дорасту до собственного корабля?
Вернувшийся шестирукий прервал наш разговор. Он еще раз осмотрел мою руку, затем достал жутковатого вида изогнутую иголку. Я побледнела.
– Не смотри туда, – посоветовал капитан. – Лучше на меня.
Я сделала как он просил. А когда лекарь начал сшивать края прокола впилась ногтями в протянутую Руно руку. К моему огромному облегчению, все быстро закончилось. Убрав иглу, шестирукий обильно намазал шов едкой зеленой кашицей и туго перевязал место прокола.
– Выпейте, – протянул он мне кружку с отваром каких-то пахучих трав. – Это поможет восстановить кровопотерю и поддержать силы. Постарайтесь хорошо выспаться, к вечеру выступаем, – добавил он уже с порога.
Быстро закончив остальные гигиенические процедуры, для которых, к стыду, мне все же потребовалась некоторая помощь капитана, мы, улеглись на свои кровати. Руно осторожно прижал меня к себе, да еще и накрыл сверху крылом.
– Из-за потери крови тебе будет холодно, – пояснил он. Я не стала спорить. Рядом с ним я чувствовала себя куда спокойнее. Не будь сейчас капитана рядом, я, скорее всего, не смогла бы уснуть.
– Где сейчас Илит? – наконец, озвучила я мучавший меня весь день вопрос. Руно неопределенно повел плечами.
– Все покинувшие город отряды должны были сначала затеряться в пустыне. Я не знаю, в какую сторону выдвинулся тот, где была твоя подруга. Но мы договорились, что они присоединятся к нам позже, у конечной точки нашего путешествия.
– Я помню, вы сказали мне, что нужно выполнить обещание. Но где и какое?
Руно вздохнул.
– То, что я дал искусственному разуму в обмен на наши с тобой жизни.
– Значит, мы идем к его серверам?!
– Да, – капитан выглядел расстроенным. – Придется сделать то, что не одобрил бы никакой кодекс.
