![](/files/books/160/oblozhka-knigi-maska-yunosti.-zhizn-v-nyu-yorke-si-374774.jpg)
Текст книги "Маска юности. Жизнь в Нью-Йорке (СИ)"
Автор книги: Анна Розен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)
Я практически изменила Оливеру! Как ты докатилась до такого, Саманта?
Я бросила взгляд на кровать. Райан сидел, положив голову на колени, и смотрел на меня. В темноте я понятия не имела, какие эмоции выражает его лицо, и от этого паниковала ещё сильнее.
– Парень? – Райана звучал на удивление спокойно.
– Да.
– Что-то он поздно. Не боится тебя разбудить?
– У нас разница во времени, о которой он постоянно забывает. Плюс в его отеле на Гавайях отвратительная связь, и мы договаривались созваниваться, как только у него появится возможность.
– Перезванивать будешь? – в голосе парня появись саркастичные нотки.
И я зависла с ответом. Я просто не знала, как поступить правильно! Если скажу «да», то Райан уйдёт. Если скажу «нет», то мы сможем вернуться к тому, на чём нас прервали…
Боже, какой же я ужасный человек! Я практически изменила своему парню! А теперь сижу полуголая и выбираю, стоит довести измену до конца или нет. Как такое вообще могло произойти, Саманта?
– Нет, не буду, – я наконец-то определилась с правильным ответом. – Райан… Я… Мне… Думаю, тебе лучше уйти. Извини.
Глава 10
4 октября. Понедельник
Вы ведь помните, что я выросла в Лос-Анджелесе? Богатые частные школы, знаменитости, богема. Скандалы, интриги, измены. Если что-то не знали журналы, то это точно знали дети. Поэтому в школе, особенно в старших классах, девчонки с удовольствием обсуждали личную жизнь своих соседей, друзей родителей, или даже собственные семьи. Я слушала все эти разговоры и порой приходила в ужас! Неужели у всех этих людей напрочь отсутствует нравственность? Как можно спать с сестрой жены! Как можно подставить собственного брата? В моей голове всё это не укладывалось.
На контрасте со всеми этими страстями у меня была совершенно обычная семья. Мама и папа всегда были верны друг другу (насколько мне было известно), отлично ладили и вообще были образцовой парой. Я почти не помню их ссор, хотя я точно знаю, что они были. Просто родители от меня это тщательно скрывали.
Как-то раз, уже ближе к выпуску из школы, я вернулась домой раньше положенного и услышала просто чудовищный скандал. Не помню его содержание, но тарелки там точно били. Я сбежала в шоке, долго переживала и была уверена, что родители точно разведутся. Но на следующий день всё было, как прежде. И я радостно выкинула этот случай из головы.
Естественно, когда я повзрослела и поняла, какими отвратительными бывают люди, стала проще ко всему относиться. Но одна установка у меня в голове засела навсегда: я никогда не прощу измену, и не изменю сама. И все эти годы я была верна своему слову!
До той пятничной ночи...
Наутро субботы я чувствовала себя отвратительно: чувство вины перед Оливером, стыд перед Райаном и разочарование в самой себе. Мне казалось, что уж со мной таких скандалов не случится. Но мы давно выяснили, что я про себя ничегошеньки не знаю. Вдоволь порефлексировать мне не удалось, потому что Оливер прислал смс, что возвращается в понедельник из-за штормового предупреждения. И я быстренько вылезла из постели и понеслась домой – наводить порядок. За прошедшие две недели я была дома всего пару-тройку раз, так когда же я умудрилась устроить такой хаос? Генеральная уборка отняла много времени и сил, но от рефлексии меня не спасла.
Как теперь вести себя с Райаном? Зачем вообще я это сделала? Что я к нему чувствую? Столько вопросов, и все без ответов. Как бы мне пригодился сейчас мой терапевт!
За выходные Кросс не прислал ни одного сообщения, хотя такого не было ещё ни разу. Я понимала, что в его поведении нет ничего странного, и из нас двоих именно мне стоило заводить разговор первой. Но, прежде чем идти, нужно понять, что именно говорить. А с этим пока проблемы.
В понедельник у Оливера был утренний рейс, и я так соскучилась, что решила прогулять занятия. Мы никогда раньше не расставались на такой долгий срок, поэтому мне хотелось его удивить. Я приготовила вкусный и лёгкий обед, навела марафет и предвкушала секс марафон по случаю воссоединения.
Ох, это сладкое воссоединение! Всё должно было произойти, как в кино: он входит в дверь, отбрасываете чемодан и сразу начинает раздеваться. Я тоже торопливо избавляюсь от одежды и остаюсь в восхитительном белье. Он с животным рыком набрасывается на меня, срывает трусики и берёт прямо на обеденном столе.
Но вы ведь в курсе, что жизнь – это не кино?
Я услышала звук ключей в замке, отбросила телефон и поспешила к двери.
– Ты вернулся! – радостно воскликнула я, стоило Оливеру переступить порог. – Я так скучала!
Я кинулась ему на шею, он крепко обнял и устало ответил:
– Я тоже скучал, Сэм!
– Я приготовила обед! Севиче, вино и нарезка фруктов. Гавайские мотивы, но не слишком тяжёлое. Я знаю, что ты не любишь плотно есть после самолёта.
– Звучит очень вкусно, но я воздержусь.
– Что-то случилось? Плохой перелёт? – я озабочено всмотрелось в его лицо. Оливер выглядел очень помятым.
– Ага. Турбулентность. Нас серьёзно потрясло, так меня ещё и укачало. Худшего полёта у меня ещё не было.
– Бедняга, – сочувственно улыбнулась я, хотя в душе я ужасно расстроилась. Я так долго его ждала, так красочно представляла наше воссоединение, и теперь несбывшиеся надежды кололи очень больно.
– Я вижу – ты расстроилась. Прости, Сэм! – Мёрфи искренне извинился. – Но я готов реабилитироваться! Дай мне поспать пару часов, и я снова буду в строю. А вечером сходим в ресторан. У меня есть повод для праздника!
– Здорово! – мгновенно воодушевилась я. Шанс выбраться куда-то с Оливером меня очень радовал. – А что мы будем праздновать?
– М-м-м! Это секрет! – загадочно улыбнулся он. – Расскажу только за бокалом шампанского.
Но я так легко сдаваться не собиралась.
– Оливер, ты хочешь, чтобы я умерла от любопытства? – томно спросила я, подходя поближе и цепляя его за пуговичку. – Ты ведь знаешь, что я ненавижу такие сюрпризы!
– Сэм, так нечестно! – рассмеялся он. – Нельзя использовать свои женские чары, чтобы выведывать секреты!
– У каждого из нас своё оружие, – я продолжила расстёгивать пуговицы. – Ты снимаешь рубашку, я подключаю томный голос. И скажи, что это неправда?
Последние слова я выдохнула ему в шею, отчего на смуглой коже появились мурашки. Я решила закрепить успех парой поцелуев, а затем ногтями провела по его животу.
– Кажется, кто-то не так уж и устал, – хитро улыбнулась я и положила ладонь поверх его брюк. Чуть сжала, добившись сдавленного стона.
– Саманта, так нечестно, – едва слышно повторил мужчина.
– Но тебе же нравится! – воскликнула я и слегка прикусила его за шею. В ответ Оливер пробормотал что-то неразборчивое, подхватил меня под попу и понёс в спальню.
Да, иногда я умею добиваться своего.
Вечером мы и правда собирались на ужин в ресторан. Оливер умудрился забронировать столик в модном месте «Фостерс», про которое нам миллион раз говорила Лидия. Довольно необычный жест для Мёрфи, поскольку он терпеть не мог все заведения, что рекомендовала моя рыжая подруга. И честно говоря, его выбор заставлял меня волноваться. Я нутром чуяла, что Оливер хочет меня задобрить, а значит его сюрприз может вызвать смешанные чувства.
– Оливер, мы уже практически собрались, может ты всё-таки скажешь, что мы празднуем? – невинным голосом поинтересовалась я, закончив красить губы.
– Сэм, ну, потерпи! Умерь своё любопытство!
Я посмотрела в зеркало, как он застёгивает свою традиционную белую рубашку, и шутливо спросила:
– Ты так сопротивляешься, что я начинаю волноваться. Мне может не понравиться твой сюрприз?
– С чего ты взяла? – искренне удивился мужчина.
– Потому что я слишком хорошо тебя знаю, – усмехнулась я. – Ты ведёшь меня в «Фостерс»! Самый претенциозный ресторан этого лета. Шеф-повар из Сингапура, молекулярная кухня и прочая вычурная фигня. Я хотела туда попасть летом, чтобы утереть Лидии нос. Но очереди были огромные, и ты сказал, что есть икринки и пенки не намерен. И тут вдруг столик уже заказан. Это явно неспроста.
– А разве я не могу просто сделать тебе приятное?
Я посмотрела на него в зеркало и покачала головой.
– Эх, ты и правда меня хорошо знаешь.
– Ну так? – я повернулась к нему в предвкушении.
– Меня повышают на работе.
– Серьёзно? – я искренне обрадовалась. – Это же круто! Ты определённо заслужил этого больше, чем Дейв и Фил. С последним проектом ты просто дневал и ночевал на работе!
– Спасибо, Сэм! – Оливер улыбнулся, но как-то неуверенно.
– Есть подвох, да? – догадалась я, разглядывая его лицо.
– Мне предложили возглавить разработку нового проекта. С нуля! Самому набрать команду, оборудовать офис и всё прочее. Стать одним из партнёров.
– С ума сойти! – я открыла рот от изумления. – Это непросто повышение! Это же переход в высшую лигу! Теперь пусть твоя сестра только попробует сказать, что ты посредственность.
– О! Новый проект их неприятно удивит, – Оливер криво улыбнулся. Хоть он никогда не говорил об этом вслух, но всегда хотел показать семье, чего на самом деле стоит.
– Так в чём подвох? – повторила я.
– Новый офис откроют в Калифорнии. Там находятся разработчики, с которыми нам предстоит сотрудничать. Да и открыть офис в небольшом городке Силиконовой долины дешевле, чем в Нью-Йорке.
– Ты уже согласился? – бесцветным голосом поинтересовалась я. Хотя не нужно быть экстрасенсом, чтобы заранее узнать ответ.
– Конечно! – воскликнул он. – Ты ведь понимаешь, что от такого предложения нельзя отказаться.
Я понимала. Разумеется, я всё понимала.
– Это всё? – удивленно спросил Оливер.
– А ты чего ждал? – нахмурилась я. – Что я закачу скандал? Поэтому ты хотел отвести меня в людное место?
– И напоить шампанским, – рассмеялся Оливер.
Но мне было не очень смешно. Я жевала губы и молчала, обдумывая услышанное и отчаянно стараясь повести себя, как взрослый человек. Но, откровенно говоря, мне так осточертело быть вечно понимающей девушкой трудоголика. Надоело вечно проигрывать работе! Надоело!
– И когда намечен переезд?
– Пока непонятно, мы ещё даже с городом базирования не определились. Месяца через два, наверное, будет уже что-то известно, – Мёрфи стоял с пиджаком в руках и смотрел на мою напряжённую спину. – Ты собралась? Я вызываю такси?
– А что будет с нами? – как можно более спокойно поинтересовалась я.
– Придётся пожить какое-то время по отдельности, но вообще я надеялся, что ты поедешь со мной.
– Я учусь, Оливер! Как ты себе это представляешь? – я развернулась к нему. По моим плотно сжатым губам Мёрфи понял, что мы уже никуда не пойдём и вновь повесил пиджак на вешалку.
– Ты могла бы перевестись. В ЛА и Сан-Франциско есть из чего выбрать.
– Отличный план, – саркастично отозвалась я. – А как в него вписываются мои инъекции?
– Будешь летать раз в неделю? – по его неуверенному ответу стало очевидно, что об этом он не подумал.
– Серьёзно? Летать каждую неделю? На два дня? Может проще не переезжать?
Ответа от Оливера, понятное дело, не последовало. А я уже завелась! У меня накопилось достаточно претензий, и пришло время их высказать.
– И что я там буду делать? У меня там никого нет, и ты прекрасно знаешь, что с новыми знакомствами у меня проблемы. Так что мне делать? Учиться и ждать тебя с работы?
– У тебя там есть родители, – осторожно ответил Мёрфи и заработал ледяной взгляд от меня. – Я давно говорил, что пора им всё рассказать.
– Родители… великолепное развлечение, – пробормотала я.
– Если тебе не нравится мой план, предложи свой! – Оливер недовольно насупился и сложил руки на груди.
– У меня нет никакого плана! – вспылила я. – И откуда ему взяться? Я узнала обо всём только что, а у тебя было как минимум одиннадцать часов перелёта, чтобы всё придумать.
– И я продумал! – повысив голос, ответил он.
– Это в твоём представлении продуманный план? Пожить по отдельности, потом мне сменить университет и жить вместе? – я понимала, что звучу как заезженная пластинка, но возмущение просто лишило меня способности адекватно мыслить. – И как в это вписывается выбор, например, Калифорнийского университет? Он в ЛА, ты – неизвестно где. В чём тогда различие?
– Мы будем в паре часов езды друг от друга.
– А какой в этом смысл, чёрт его дери?! – я вскочила со стула так резко, что он с грохотом опрокинутся на пол. – Ты сейчас сутками пропадаешь на работе! Мы видимся только по выходным. А тогда я вообще забуду, как ты выглядишь! Это открытие нового офиса и запуск проекта! Я ведь знаю тебя! Ты же спать на диване в кабинете будешь. И какой, скажи на милость, тогда смысл быть в двух часах от тебя?
– Я приложу максимум усилий, чтобы выходные всегда проводить вместе.
– Ой, не надо! – я махнула на него рукой. – За те полгода, что мы живём вместе, мы уже проходили это и не раз. Между мной и работой, ты всегда выбираешь работу. Всегда!
– Сэм, ты несправедлива, – попытался оставить меня Оливер.
– Ты даже на мой день рождения опоздал на три часа! А оно было в воскресенье! Или тебе напомнить, как я сидела в ресторане одна? Оливер, я всё понимаю, ты любишь свою работу, но даже моему терпению приходит конец. И если здесь у меня есть хоть какие-то друзья и знакомые, то там я останусь одна. Совершенно, мать его, одна! А быть твоим Хатико я не подписывалась!
– Тебя никто и не просит! – выкрикнул Оливер. – Учись, гуляй, ходи на концерты! Знакомься с людьми, заведи себе хобби, в конце концов! Всё это я говорил тебе уже миллион раз! Но ты плевать хотела на мои слова! Не моя вина, что ты прячешься от всего мира. Наоборот, я делал всё, чтобы вытащить тебя из панциря. Но ты почему-то решила, что только я спасение от всех твоих проблем, вцепилась в меня и жить без меня не желаешь. И кто тебе виноват в этом, Сэм? Кто? Уж явно не я!
– Вцепилась? – это слово резануло мой слух так, что меня перекосило. – Хочешь сказать, будто я какая-то рыба-прилипала? Ничего из себя не представляю и живу за твой счёт?
– Сэм, я не это имел в виду! – Мёрфи понял, что совершил ужасную ошибку. Он произнёс слова, которые я чаще всего слышала в школе в свой адрес. И я всегда завожусь даже на лёгкий намёк, что я прилипала.
– А что ты имел в виду? Что? – гневно бросила я в ответ. – Что я не в состоянии жить одна, а ты центр моей вселенной? – Он отрицательно покачал головой, что взбесило меня ещё больше. – Тогда что ты имел в виду, чёрт подери? К твоему сведению, последние две недели я прекрасно обходилась и без тебя. Я вообще могу обходиться без тебя!
От последних слов Оливер дёрнулся, как от пощёчины.
– Саманта…
– Мой мир не крутится вокруг Оливера Мёрфи! – яростно продолжила я. – У меня есть и друзья, и хобби. Мне потребовалось много сил, чтобы наладить свою жизнь здесь. И ты хочешь, чтобы я бросила всё это ради призрачной возможности видеться с тобой по выходным? Ты хочешь, чтобы я вновь испытала весь стресс адаптации на новом месте, чтобы быть в двух часах от твоей новой работы? Я бы согласилась, будь я уверена, что у меня будет моральная поддержка. Но её не будет, потому что рядом не будет тебя.
– Но я буду рядом!
– Когда? – я даже сжала кулаки от злости. – Полтора дня в неделю, и то не факт? Ты не можешь обещать мне большего, потому что ты любишь работу и горишь ей. А с этим новым проектом я скорее буду тебе мешать. Сейчас ты со мной несогласен, но я права. И тоже это знаешь!
Я подняла стул, сняла с его спинки куртку и пошла к двери.
– Саманта, ты куда? – растерянно спросил Оливер.
– В общежитие. Мне завтра на учёбу. Спокойной ночи, Оливер! И подумай о моих словах.
– Саманта, не уходи! Давай поговорим…
Но я покачала головой и всё же вышла за дверь.
Когда я только начала встречаться с Оливером, мы практически не отлипали друг от друга. Проект, в который его взяли, развивался довольно медленно, свободного времени было предостаточно, и всё оно было посвящено мне. Мы гуляли, ходили в кино, зависали с Лидией и Чедом, и проводили ночи в постели. О да! Секс с Оливером воистину был лучшим лекарством от всех моих проблем. Прижимаясь к его обнажённому потному телу, я чувствовала себя самой счастливой и любимой. И пусть я не могла ответить Мёрфи взаимностью в полной мере, но я искренне отдавала всё то скудное тепло, что у меня было.
Но проект развивался, работы становилось больше, а Оливера всё меньше. Мы довольно быстро начали жить вместе, сменив краткую пору страстных свиданий на семейный быт. Мы перестали выбираться в люди, но мне нравилось валяться с ним на диване и смотреть нетфликс, вот я и не переживала. К тому же у меня был свой небольшой набор занятий, на который хватало моих ограниченных сил (депрессия в полной мере ещё не отпустила), и отсутствие мужчины рядом ощущалось не так остро.
Шло время, а Оливер всё больше и больше погружался в работу. Уставал, раздражался, мы периодически ссорились из-за сущей ерунды. Но примирительным секс и совместный сон помогали сгладить все неровности. А потом и здесь начался разлад.
Конечно, же я всё понимала: сама была трудоголиком и прекрасно помнила, каково быть размазнёй после долгого рабочего дня. Но все знают, что понимать головой и чувствовать сердцем – не одно и то же! Я злилась и бесилась, когда ночь за ночью засыпала одна или неудовлетворённая. Я старалась вести себя по-взрослому и не закатывать из-за этого скандалы, заталкивала своё недовольство поглубже и улыбалась. И как-то привыкла. Успокоилась. Искор больше не было, но остались тепло и уют. Я считала, что этого вполне достаточно. Главное, чтобы он хоть иногда был рядом.
Но, судя по всему, мне этого оказалось мало. До сегодняшнего разговора я не признавалась в этом даже самой себе, а тут высказала вслух Оливеру. И ей-богу, могла бы ещё много чего наговорить, поддайся я на его уговоры остаться.
Если составить себе труд задуматься, почему всё это вылезло именно сейчас, то довольно быстро найдёшь ответ: я вспомнила, что может быть по-другому. Стоило нам помириться с Райаном, как жизнь заиграла новыми красками. Его энергия и желание всё время чем-то заниматься заставляли и меня шевелиться. И пусть я брыкалась, и заявила, что никаких вечеринок мне больше не нужно, но на самом деле с удовольствием бы пошла ещё раз с ним. Именно с ним. Как пара. Танцевала бы, веселилась, возможно, даже выпила немного. Потому что рядом с Райаном я чувствовала себя в безопасности.
За последние две недели именно Кросс был рядом во все сложные моменты. Да, Оливер объективно не смог бы мне помочь ни с ноутбуком, ни с кошмарами, но из-за проблем со связью даже минимальную поддержку от него было сложно получить.
И последнее, что бросалось в глаза – как по-разному они проявляют заботу. Райан очень настойчивый, энергичный, уверенный в своей правоте и готовый во что бы то ни стало мне её доказать. А Оливер совсем другой. Он может дать совет раз, попытаться уговорить второй, но не настойчиво. Мы оба взрослые люди, и если я чего-то делать не хочу, так и не нужно заставлять. Я ведь в состоянии сама решить, как мне жить.
Контраст Оливера и Райана был на лицо. Молодость и зрелость. Совсем разное отношение к жизни. И с удивлением, я поняла, что вариант Райана мне импонирует больше.
Полтора часа в метро – отличное время для размышлений. И выводы, к которым я пришла, оказались весьма неожиданными. Не думала, что в итоге ссора из-за переезда может привести к мыслям о возникшем романтическом треугольнике. Никогда бы не подумала, что окажусь в подобной ситуации.
Когда я вышла из метро, то расстроилась ещё больше: Оливер мне не звонил и даже сообщения не прислал. И в моей голове тут же прокрутился весь разговор, и я вновь завелась. Ну как он мог! Как он мог на всё согласится и поставить меня перед фактом. Так нечестно! Нечестно! Почему я должна перевернуть свою жизнь с ног на голову только потому, что ему предложили новую работу? С чего он решил, что я на это соглашусь?! Только потому, что я его девушка и люблю его?
Я прокручивала в голове варианты диалога с Оливером, утирала слёзы и злилась. И даже пешая прогулка до общежития не смогла принести мне покой: Оливер закидывал меня запоздалыми сообщениями с просьбами встретиться и поговорить. Я мечтала добраться до комнаты, обнять подушку и прорываться всласть. Но гадский лифт нарочно ехал ко мне слишком медленно, явно желая вывести меня из себя ещё больше. Хотя куда уж больше!
Тренькнул звоночек, сообщая, что долгожданный лифт прибыл. Двери открылись, и я увидела Райана.
– Привет, Сэм! Откуда это ты такая красивая? – парень осмотрел меня с ног до головы. –Красивая и заплаканная. Что случилось?
– Личная жизнь, – я шагнула в лифт и вопросительно наклонила голову. – Ты выходишь?
Кросс кивнул и в один шаг оказался в коридоре. Я нажала десятый этаж и грустно посмотрела ему вслед. Мне вдруг стало так обидно, что, увидев моё зарёванное лицо, он ограничился одним вопросом и пошёл по своим делам. Разве так поступают друзья? И я в очередной раз расплакалась, только теперь уже от обиды.
– Ладно, парни меня простят, – Райан просочился в почти закрывшиеся двери и встал рядом. – Не могу я бросить даму плачущей. Даже если она неприветливая и грубит.
– Можешь идти, куда шёл, – всхлипнула и огрызнулась я. – Твоя помощь мне не нужна!
– Ну да, и взгляд твой прожёг мне спину случайно, – улыбнулся он. – Я довольно хорошо знаю девчонок, и тебя в частности, чтобы понять – оставить тебя сейчас одну равносильно подписать нашей дружбе смертный приговор. А мне она пока дорога. Так что случилось?
Я обиженно сопела и молчала.
– Сэм, я же вернулся. Чего ты на меня дуешься? Не я испортил тебе настроение, но зато я хочу его тебе поправить.
Парень легонько толкнул меня локтем вбок. Я вздохнула и вынужденно признала своё поведение ужасно глупым.
– Прости, мне не следовало тебе грубить, – извинилась я. – И спасибо, что вернулся.
– Другое дело! – Райан широко улыбнулся и в третий раз повторил свой вопрос: – Так что случилось?
– Парень вернулся из командировки с новостями. И мне эти новости не понравились. Мы поругались перед самым походом в ресторан. Поэтому я такая красивая и заплаканная.
– И что же там за новости?
– Новая работа, – я вздохнула. Наверное, не следовало вдаваться в подробности, ведь Райан мог догадаться, что речь о его дяде. Но мне так хотелось выговориться, поэтому я рискнула продолжить: – Ему предложили работу в другом городе. Почти на другом конце страны! И он согласился. Не обсудил это со мной, а сразу согласился. А для меня у него был заготовлен отличный план: немного пожить по отдельности, потом перевестись в университет поближе и снова жить вместе. Правда ведь отличный план? – с сарказмом закончила я.
– Ну не самый плохой, – ответил парень, за что заработал мой гневный взгляд. – Ну серьёзно, не самый плохой же. Но тебе он не нравится. Почему?
– А разве не очевидно? – воскликнула я. – Мне предлагается бросить с трудом склеенную по кусочкам жизнь и отправиться вслед за ним. Это же нечестно!
– Почему?
– Алло, Райан! Ты что меня не слышишь?
– Прекрасно слышу, – усмехнулся он. – Но всё равно не понимаю. По мне, его план – нормальный план для пары. Вполне себе компромисс. Да, не идеальный, но и не самый плохой. Он ведь вполне мог сказать, что вам придётся расстаться. Разве это не хуже?
– Ты просто его не знаешь! – я топнула ногой в сердцах. – Переезд с ним в другой город из-за работы равносилен расставанию. Он трудоголик! На новом месте он будет дневать и ночевать в офисе, и я забуду, как он выглядит. В один прекрасный момент я устану делить его с работой, и мы разойдёмся. И я останусь совершенно одна в чужом городе.
– Кого-то мне это напоминает, – пробормотал себе под нос парень, а мне сказал: – Мне кажется, ты драматизируешь!
– Ты мой друг или его? Какого чёрта ты его защищаешь!
– Сэм, я никого не защищаю. Я стараюсь оставаться непредвзятым. Ты хочешь, чтобы я помог разобраться в ситуации и найти выход, или тебе нужно, чтобы я бездумно его обругал? Предупреждаю, на второе ты зря надеешься.
Лифт остановился на нашем этаже. Я недовольно фыркнула на его слова, но гораздо спокойнее продолжила:
– Я повторюсь – он трудоголик. Мы живём вместе уже полгода, и я успела в полной мере это ощутить. Так что я не драматизирую. Я знаю, о чём говорю.
– Хм, а если ты всё это знаешь, тогда почему ещё живёшь с ним? – задал вполне резонный вопрос Райан и вышел в коридор. – Тебя ситуация с работой явно не устраивает, но вы почему-то всё ещё вместе. Почему?
Я взяла паузу на раздумья. Кросс меня с ответом не торопил и целенаправленно шёл на кухню. Из дверей сразу пошёл к кофемашине, а я стянула с себя куртку и плюхнулась на ближайший стул.
– Потому что он хороший человек, – наконец-то, произнесла я. – Если не считать любовь к работе, то он просто идеальный. Он многое сделал для меня. Помог выбраться из депрессии. Благодаря его присутствию рядом, я перестала искать способы причинить себе вред. Именно он сделал меня такой, какая я есть сейчас. И за это я ему безумно благодарна.
– Мда…
– Что это значит? – меня озадачила его реакция.
– Это значит, что не такой ответ я ожидал услышать.
– А какой?
– Что у вас любовь, – усмехнулся Райан. – Я искренне считаю, что терпеть существенные недостатки в партнёре помогает любовь. Не благодарность. Отношения, построенные на благодарности, вообще, кажутся мне сомнительной авантюрой. И теперь я прекрасно понимаю, почему ты злишься.
– И почему же?
– Потому что благодарности недостаточно, чтобы менять комфортную жизнь на чёрт знает что. Даже любви не всегда хватает. Мой дядя расстался с невестой тоже из-за её переезда. А как говорила мама, любовь там была неземная.
– И когда ты стал таким умным и проницательными? – поразилась я.
– Что сказать: я зрел не по годам! – рассмеялся парень. – Но серьёзно, Сэм! Если ты не хочешь, то совершенно не обязана менять свою жизнь в угоду кому-то, даже если этот кто-то спас тебя от депрессии. Не думай, что я хочу вас рассорить. Нет! Просто ты прекрасно знаешь, что я знаю, о чём говорю. Твоя жизнь – только твоя.
Я молчала и кусала губы, обдумывая его слова. Моя жизнь – только моя. Так просто! Но тогда почему так сложно к этой мысли прийти самому? Возможно, дело в том, что долгие годы моя жизнь, собственно, мне и не принадлежала?
– Ладно! Хватит грузиться! – Райан поставил на стол чашки с кофе и сел напротив. – Лучше расскажи, Мия тебе ответила? Громко кричала капсом в письме?
– Боже! Точно! Я совсем об этом забыла! – я хлопнула себя по лбу и полезла за телефоном. – Со своей бессонницей и возвращением парня совсем из головы вылетело, что писала им!
Я с некоторым волнением зашла в почту и обнаружила там письмо. Открыла и… ничего смертельного не произошло: никто не ругался, не обзывался и не слал проклятий. В своём письме я извинилась, что так долго пропадала и сказала, что в моей жизни случилось множество проблем, с которыми пришлось справляться в одиночку. Написала, что сейчас у меня всё наладилось, я ужасно по ней соскучилась и была бы рада, если мы снова наладим контакт.
И оказалось, что Мия тоже скучала и очень рада моему письму. Девушка писала, что прекрасно знает, что такое депрессия. В её семье сталкивались с таким недугом, и она в курсе, насколько тяжело может проходить лечение. Так что все обиды были забыты.
Конечно, нам ещё предстоял многочасовой разговор в скайпе, но это в будущем. А сейчас у меня будто камень с души свалился: ситуация, давившая на меня столько времени, так легко разрешилась. И почему я не написала ей раньше? Мне ведь и правда не хватало этой девчонки.
Я высказала свою готовность к многочасовому скайп-допросу вслух, и Райан одобрительно похлопал меня по плечу, как отец гордый за своё чадо.
– А Ноа ты так и не написала? – поинтересовался парень. Я отрицательно покачала головой. – Сэм, ты же обещала!
– Было некогда, да и неуверена, что вообще стоит это делать.
– Мы ведь договаривались! – строго напомнил Кросс.
– Да, я помню! Но у нас всё так сложно закончилось. Ты ведь помнишь в день, когда приехали твои родители, мы собирались пойти в кино. Должны были помириться, после… – я запнулась, не зная, как лучше напомнить ситуацию, не вдаваясь в подробности. – После недопонимания на его дне рождении. Но в итоге мы так и не поговорили, не помирились и расстались не пойми кем. И да, с тех пор прошёл уже год, но у всех людей разный срок давности столь личных ссор. Я неуверена, что этот ящик Пандоры стоит открывать.
– Думаешь, он всё ещё обижается? – с сомнением спросил Райан.
– Тебе виднее, – усмехнулась я. – Он же твой лучший друг. А вообще, поставь себя на его место? Пока я не давала о себе знать – всё было нормально. Но тут я всплыла и… пусть романтических чувств и не осталось, но обида могла сохраниться. Ведь тогда я его обманула.
Парень из моих намёков ничего не понял, так что пришлось говорить буквально.
– Когда я отказалась от свидания с ним, он решил, что это из-за тебя. Что я так же, как и многие другие, предпочитаю главного Красавчика. И я его заверила, что это не так. Что ты мне совершенно неинтересен. И это было правдой… какое-то время. А на своём дне рождении Ноа в очередной раз убедился, что был прав. А разбитое сердце может долго заживать, – я вздохнула и отхлебнула кофе.
– Да, об этом я как-то забыл, – медленно проговорил Райан и тихо поинтересовался: – Но ты ведь не жалеешь?
Ох! От его вопроса меня бросило в жар. Мы так успешно делали вид, что, между нами, ничего не происходит, и подобные вопросы ставят меня в тупик. Что я должна отвечать? Честно или продолжить поддерживать иллюзию отсутствия искр между нами?
– Нет, не жалею, – через ужасно долгую паузу ответила я и покраснела.
– Темнота обостряет все чувства, – парень нахально мне подмигнул. Скорее всего, я залилась краской ещё больше, а по коже пробежали мурашки. Ну зачем? Ну зачем он поднял эту тему?
Я так и не придумала, что ему ответить, но слава богу, мне и не пришлось. На кухню зашёл однокурсник Райана.
– Привет, ребята! У вас ничего перекусить нет? Не могу я существовать на одном кофе! – парень прошаркал к кофемашине и принялся шарить на полках в поисках съестного.
– У меня в комнате есть остатки малинового кекса, – излишне бодро отозвалась я. – Сейчас принесу!
– Сэм, ты моя спасительница! – воскликнул он. – Спасительница!
Я широко улыбнулась и поспешила за едой. И когда я вернулась, парни уже спорили о компьютерных играх. Мы доели кекс, распили кофе, поболтали и разошлись. К опасной теме разговор, естественно, больше не вернулся. И слава богу!