Текст книги "К чему приводят девицу... Объятия дракона"

Автор книги: Анна Рассохина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

– Мне? – опешил гном.

– Вам, – подтвердила я и шепотом поведала: – Мне известно, что та эльфийская розга была из вашей личной коллекции. Уж и не знаю, как ему удалось уговорить вас продать ее!

Садовник улыбнулся:

– Догадались, значит?

– Когда я внимательнее осмотрела ящик, то поняла, что розга эта ваша.

– Разве есть кто-то способный ему отказать? Тем более когда он рассказал мне, что помощь нужна вам, – заговорщицки подмигнул мне Ортен.

Я смутилась и поспешила вынуть из котомки небольшую коробочку.

– Здесь находятся семена одного необычного и редкого цветка. Мне подарили один такой, а матушка извлекла из него семь семян. Три мы решили подарить вам.

– Драконья слеза, – проницательно поглядел на меня гном.

Я кивнула, а он взволнованно проговорил:

– Редкий подарок! Я сохраню его и попытаюсь вырастить эти цветы.

– Я знала, что вы сумеете оценить, и маменька тоже сказала, что вам такой подарок понравится.

– Благодарю вас, и Лекане от меня привет передавайте, – откликнулся садовник и посмотрел куда-то за мою спину.

Я не стала оглядываться, так как по вздоху Тейи поняла, кто к нам приближается, да и оба узора на моих предплечьях ощутимо потеплели.

– Ма-шерра, – дракон, разумеется, молчать не стал, – я тебя по всей академии ищу. Гимбур, я украду у вас свою невесту?

– Всегда пожалуйста, дело молодое, – хмыкнул гном.

Покраснела, поспешно попрощалась с садовником, и позволила Шайнеру взять меня за руку. По пути заметила, что Тейя отчетливо побледнела и замерла посередине тропки, закусив губу. Я помахала ей, а Арриен уже тянул меня прочь из сада.

Парни-старшекурсники, попадающиеся нам навстречу, удивленно округляли глаза, глядя на нашу парочку. Я не отрывала взгляда от камней, которыми была вымощена аллея, щеки мои пылали, и я ничуть не сомневалась, что дракон все это сделал нарочно. К первому числу листопадника вся академия узнает, кто является невестой магистра-красавчика. Я злилась все сильнее и сильнее. Шайнер это сразу заметил и, когда мы вошли в переднюю академии, остановился. Я с непреклонным видом рассматривала мраморный пол.

– Ма-шерра… – с нежностью обратился ко мне Арриен, прикасаясь горячими губами к моей руке и медленно целуя каждый пальчик. Мое сердце забилось в груди сильнее, я подняла голову, чтобы возмутиться такому вопиющему нарушению всяких приличий, но, встретившись взглядом с синими очами, забыла обо всем. – Я скучал, – хрипло прошептал мой мужчина.

Руки Арриена уверенно легли на мою талию и притянули к сильному телу, а его губы нашли мои уста. Жених дразнил меня, побуждая ответить на поцелуй.

Кажется, еще лирну назад я злилась? А теперь что? Теперь страстно отвечаю на его поцелуи, легко прикасаясь своим язычком к его властному настойчивому языку. И это все происходит прямо в передней академии! Ужас какой! Только отчего-то очень не хочется прекращать этот ужас.

– Нравится? – поинтересовался у меня мой дракон-искуситель.

– Мм…

– А если так? – Его дыхание опалило мою кожу, а обжигающие уста коснулись уха. Затем губы Шайна скользнули ниже, спустились к шее, пылко и неутомимо целуя ее, его язык щекотал каждую впадинку. От нахлынувшего наслаждения с моих губ сорвался тихий стон, я запрокинула голову назад и закрыла глаза. Когда снова открыла их, то увидела, что с лестницы за нами наблюдает демоница. Я напряглась и попыталась отстраниться, а Арриен, не поворачивая головы, недовольным тоном осведомился:

– Левалика, ты не могла бы быстро испариться отсюда?

– Скажи спасибо, что это пришла я, а не сам архимаг! – хохотнула дуайгара.

Я смутилась и уткнулась лицом в рубашку Шайнера, ощущая аромат его волнующего парфюма.

– Ма-шерра, – вздохнул он и прижал меня к себе.

Рядом послышалось отчетливое хмыканье.

– Идем! – Арриен потянул меня к выходу.

– Возьмите меня с собой, – бросилась за нами демоница. – Я еще плохо изучила Славенград.

– Боишься потеряться? – съязвил Шайн.

– Боюсь, что напугаю до смерти этих ханжей, которых по недоразумению здесь называют женщинами.

Арриен усмехнулся и посмотрел на меня.

– Ма-шерра, ты уже познакомилась с Леваликой?

Я кивнула, а синеволосая махнула рукой:

– Я уже давно слышала о твоей невесте, Шайн, как и она обо мне.

Мы сели в карету, демоница плюхнулась рядом со мной, а Шайнер вынужден был расположиться напротив нас. Он что-то обдумал и спросил:

– А где вы успели узнать друг о друге?

– Ты разве не слышал, что это твоя невеста рассказала Ксимеру и моему младшенькому о том, что на нас охотились убийцы одной из запретных гильдий?

– Слышал. – Мужчина в раздумье потер подбородок.

– Я не одна была, а с кузиной. Именно Этель узнала убийц, – быстро сказала я, потому что жених уж очень недобро сверкнул глазами, услышав про «младшенького».

– Кстати, Нилия, вам понравился наш подарок? – поинтересовалась Левалика.

– Его оценили все, – осторожно произнесла я. – И полагаю, что именно вас нужно поблагодарить за идею с самоцветами.

– Рада, что мы угодили вам, – улыбнулась дуайгара. – А вашей сестре понравился букет, который ей презентовал Ксимер?

– Ксимер подарил своей избраннице букет? – удивился Арриен.

– Ага! Появился на Садовом склоне среди ночи, как вихрь пронесся по нему, истоптав часть цветов, но собрал огромный букет для своей Равной!

– Твоя кузина не спалила подарок? – ухмыльнулся Шайн.

– Нет, но собиралась. Когда Лисса бросила огненный шар, от нахлынувшего бешенства промахнулась, букет упал с подоконника на улицу, а стол и ковер в ее комнате загорелись, – сообщила я.

Дракон и демоница громко расхохотались.

– Вот это темперамент! – восхитилась Левалика. – Эта Лисса будет моей ученицей?

– Да. Поставь ей «неуд» за то, что она промазала, и скажи, что хладнокровие нужно сохранять в любой ситуации, – предложил, смеясь, Арриен.

– Я поговорю с ней об этом, – кивнула дуайгара, а потом полюбопытствовала: – А твои букеты, Шайн, спалить пытались?

– Нет, – хмыкнул мужчина. – Моя девочка не боевая ведьма, но она мне в открытую заявляла, что я старый, и советовала не нервничать, а потом в лицо высказала, как сильно она меня ненавидит. Ты и вправду меня тогда ненавидела, ма-шерра? – Шайнер пристально поглядел на меня.

– Вы делали все, чтобы вызвать во мне именно это чувство.

– Разве?

– Именно так. Все время раздражали меня на уроках, отбирали мои амулеты, а на одном из зачетов унизили перед всей группой. Вот! – Я подарила ему обличающий взгляд.

– А нечего было приходить в таком платье!

– Каком – таком? – возмущенно спросила я.

– Я насчитал на нем сорок две мелкие пуговицы. Сорок две! И это только спереди. Сколько их было на спине, даже представить сложно.

– Ни одной, – ехидно сообщила я. – Там была шнуровка. И между прочим, все приличные девицы в Норуссии ходят именно в таких платьях.

– Угу! И прячут под них амулеты, а потом приходят на зачет по основам боевой магии!

– Так и помог бы девушке расстаться с таким жутким творением портных, – хохоча в голос, вклинилась в наш разговор Левалика.

– Я уже собирался. Чуть было не вышел вслед за тобой, ма-шерра!

– Вы с ума сошли! – Я прижала ладони к алым щекам.

– Но не вышел же, – ответил он.

– Хвала богам!

– Я теперь думаю, что зря не вышел. – На лице вредного дракона расцвела глумливая улыбка.

– С вами просто невыносимо общаться, господин учитель!

– Девочка моя, напомнить тебе о том, где ты распрощалась с господином учителем? – выразительно посмотрел на меня Шайнер.

Я зарделась еше сильнее, потому что именно на этом самом месте он и целовал меня сегодня.

– Не нужно.

– Весело с вами, – констатировала дуайгара. – Честно говоря, я всегда считала, что все человечки теряют голову, едва завидев дракона или демона.

– Не все. – Шайнер с досадой посмотрел на меня.

– Твоя хоть огненные шары в тебя не бросает, так что радуйся.

После этих слов Левалики глаза моего дракона заледенели, а зрачки в них превратились в две узкие щелки. Я уже догадалась, о чем он подумал. Прикусила губу, – настолько меня обидели эти его мысли, и мне немедленно захотелось разрыдаться. К счастью, карета остановилась у аптеки тетушки Мариты.

– До свидания, сударыня, – я попрощалась с демоницей, – а вы, сударь, можете не провожать меня. – На жениха я даже не взглянула, выпрыгнула из экипажа и бросилась к спасительным дверям.

Там мужчина меня настиг.

– Ма-шерра! – В последний момент он не позволил мне открыть дверь.

– Что? – резко оглянулась я.

Шайн тихо ругнулся, я снова отвернулась от него. В этот момент двери распахнулись, выпуская заказчиков из аптеки. Я воспользовалась случаем и прошмыгнула внутрь. Арриен за мной не пошел. В зале была очередь.

– Нилия, – крикнула мне тетя Марита, – поможешь мне?

Я кивнула:

– Только переоденусь!

Поплакать мне удалось только перед сном. Я вспомнила все предупреждения и накрутила сама себя:

– Мне же говорили, меня предупреждали, а я? Шайн ломает меня, вот чем он занимается!

Жених попытался поговорить со мной через узор, передавая волну смущения и ласки, но я закрылась от него. Маменька научила меня, как ставить «щит» и скрывать мысли от своего избранника.

Последующую седмицу мы не виделись с Шайнером, только один раз летали во сне. Я настояла на том, чтобы он превратился в зверя, всячески игнорируя попытки обнять и поцеловать меня. Еще чего!

И вот в Норуссию пришел листопадник. В академии начались занятия, а поскольку Арриен преподавал еще в Эртаре и Ширассе, мы с ним перестали видеться совсем.

Я пришла в академию третьего числа листопадника к восьми утра на работу в крыло целителей. Приняли меня очень радушно и сразу же отправили к пациентам, а мир Сильвернейл стал моим наставником. Моих подопечных оказалось трое: две маленькие девочки, присланные из Олта на обследование, и женщина – преподаватель академии. С ней я разобралась быстро, у учительницы оказалась обычная простуда, поэтому я предложила ей снадобья и отпустила домой, наказав явиться через четыре дня на новый осмотр. Написала все в целительской карте пациентки и успокоилась. Мой наставник не вмешивался, а только одобрительно кивал в знак согласия.

С девочками все оказалось намного сложнее. У одной из них была серая лихорадка в последней стадии заболевания, а что со второй, я с первого раза даже и определить не смогла. «Котенок» просто бегал вокруг ауры ребенка и горестно мяукал. Мир Сильвернейл предложил:

– Лечите пока первую пациентку, а что со второй, попробуйте определить после обеда. Знаете, где находится столовая для преподавателей и обслуживающего персонала академии?

Я кивнула, потому что помнила – обе столовые находились рядом.

Быстро избавила первую девочку от серой лихорадки, радуясь, что смогла обойтись без кардинальных изменений ее организма. Все записала в целительскую карту и отправилась к сестрам милосердия, которые следили за малышками и выдавали им рекомендованные снадобья.

По коридору шла задумчивая, студенты с интересом посматривали на меня, сегодня я была одета как целительница, в серое платье и белый фартук. Платье было тем самым, которое отчего-то так невзлюбил Арриен.

На лестнице мне попались друзья.

– Ого! Подружка, привет! – Андер закружил меня в своих объятиях. – Чудесно выглядишь! Как первый рабочий денек?

– Пока еще не поняла, – тихо отозвалась я, думая о загадочном состоянии своей маленькой подопечной.

– Нилия, – обратился ко мне Лейс, – ты не думаешь, что такое важное событие, как начало самостоятельной практики, нужно отметить?

– Думаю, – улыбнулась я. – Мне ир Корард выделил приглашения на ежегодную государеву ярмарку. Всего бланков пятнадцать. Как вы на это смотрите?

– Тебя жених-то отпустит? – Тейя язвительно поджала губы.

Я посмотрела на нее, девушка выглядела нервной и задерганной. Парни отвлекли меня, наперебой расспрашивая о ярмарке. Государева ярмарка являлась важным событием в жизни Славенграда, на нее не пускали абы кого, здесь собирались лучшие торговцы со всех уголков Омура, но и кроме товаров на ярмарке можно было найти много интересного.

– Пчелке своей подарки куплю, – мечтательно поведал Дарин. – Если, конечно, тебя и вправду отпустят.

– Я его и спрашивать не стану. Я не его собственность! – смело объявила я.

Тейя пришла в ужас от подобного заявления.

– Поссорились? – сочувственно шепнул Андер.

– А я думаю, отчего это наш наставник которую седмицу такой злой ходит и рычит на всех, – с хитрой улыбкой протянул Конорис.

– Я Зилу возьму? – поинтересовался Осмус.

– Разумеется, – кивнула я.

Андер с опаской покосился на меня и спросил:

– А она там тоже будет?

– Мы хотели встретиться, если получится, – оповестила я.

Блондин показательно скривился, а я с угрозой произнесла:

– Если ты посмеешь не прийти, я обижусь. Сильно!

– Кто она? – тут же полюбопытствовал Дарин.

– Никто! – рявкнул в ответ Андер.

Парни обменялись выразительными взглядами, а я поспешно сообщила:

– Жду вас всех! Я Йене уже говорила, она позовет Ланиру и Саю, так что ты, Петфорд, просто обязан прийти.

– Я и не собирался отказываться, – откликнулся ведьмак.

– В общем, приглашаю всех присутствующих! – Я красноречиво посмотрела на Тейю.

Она медленно кивнула в ответ.

– Ты домой? – спросила Лиссандра.

– Нет, в столовую.

– Тогда пошли вместе, мы в ту же сторону направляемся.

Мы шумной гурьбой направились вниз, я вспомнила свои студенческие годы.

– Нилия, – подошла ко мне Тейя, – а он часто тебе приказывает?

– Практически все время.

– О-о-о! – только и молвила будущая боевая магичка.

Внизу я распрощалась с друзьями и нерешительно вошла в столовую для преподавателей. Здесь было многолюдно, суетились домовые и обедали учителя. Помещение было намного меньше столовой для студентов, но оформлено оно было более изысканно. Здесь была изящная резная мебель из мореного дубравника и белоснежные кружевные скатерти на столах. Кругом стояли цветы в кадках, а с потолка свисала люстра с магическими свечами. Все столики были заняты. Свободное место оказалось рядом с Эльлиниром. Я вздохнула и направилась к нему.

– Сударь, вы позволите?

Эльф хмуро кивнул. Я села, стараясь не глядеть в очи медового оттенка, и ко мне тут же подскочил шустрый домовенок. Он предложил картонку с меню. Это тоже было отличие преподавательской столовой от трапезной студентов. Раньше я не пользовалась такими привилегиями, а ела то, что давали. Выбрала солянку, и мне ее тут же принесли в глиняном горшочке. От блюда исходил ароматный пар, но, съев три ложки, я снова задумалась о загадочной болезни своей подопечной, молча мешая ложкой в горшочке.

– Террина, вы о чем задумались? – отвлек меня тихий голос.

– О своей работе, – честно призналась я, не поднимая глаз.

– Что именно вас беспокоит?

– Загадочное состояние моей подопечной.

– Кто-то серьезно заболел? – продолжил расспрашивать меня Эльлинир.

Я подняла голову и все ему рассказала. Эльф подумал и ответил:

– Хм, говорите, что ваша магия не может определить болезнь?

– Что-то вроде этого.

– А что мир Сильвернейл на это говорит?

– Велел после обеда снова осмотреть пациентку. Он решил, что я просто устала.

– Это не так? – нахмурился Эльлинир.

– Нет, – уверенно сообщила я.

– Гм, а это похоже на то, что вы видели у своей кузины во время нашего путешествия через Озеро Мертвых?

– Нет, – немного неуверенно ответила я. – Там я видела завесу, которая не пропускала мою магию, а здесь я вижу ауру, но не могу изучить ее.

– Странно… Я не целитель, но попробую дать вам совет. Просто возьмите кровь у своей подопечной и проверьте ее. Мир Сильвернейл вас научит, как это делается.

– Спасибо за совет, сударь. Я спрошу.

– Не за что, – улыбнулся мне собеседник, и я поняла, что перестала бояться Эльлинира.

Зато я испугалась позднее кое-кого другого. В столовую вошел Арриен в сопровождении Левалики. Они смеялись, но, заметив меня в компании эльфа, дракон остановился, зловеще прищурился, а улыбка уступила место звериному оскалу. При этом его глаза полыхнули так, что я невольно затряслась.

Нервно стала помешивать остывшую солянку, трапезничать мне совершенно расхотелось. Спустя мгновение на соседний стул приземлился Арриен.

– Можно? – вкрадчиво поинтересовался он.

Эльлинир призадумался, но ответил:

– Если террина не возражает.

Террина возражений не высказала. Да и как тут выскажешь, когда смотрят так, словно собираются покусать?

– Привет, – к нам присоединилась улыбающаяся Левалика. – Тебя Эльлиниром зовут? А я Левалика! У нас еще не было возможности познакомиться.

Эльф обомлел, несколько раз моргнул и ошарашенно вымолвил:

– Приятно познакомиться, террина.

– Ты же в Эртаре учился? А на балах бывал?

– Нет.

– Жаль, мы бы с девчонками тебя сразу приметили. Мы частенько на балы в Эртар приезжаем.

Я удивилась – в Эртаре и праздники бывают? Шайнер тем временем, выхватив у домовенка картонку с меню, не глядя, ткнул в нее пальцем. Нечистик шустро скрылся и спустя пару лирн поставил перед Арриеном два подноса. На них, конечно, целого быка не было, но дракон заказал себе немало яств: два горшочка с тушеным мясом и картошкой, большую миску салата из свежих овощей, кусок жареного мяса с грибной подливой, десять (!) ломтей хлеба и открытый пирог с яблоками. Хотя пусть покушает, матушка утверждает, что сытый мужчина – добрый мужчина. А то у этого вон как глазки поблескивают и ноздри раздуваются – явно злится, видимо, сильно проголодался.

– Приятного аппетита, – любезно пожелала ему я.

– С-спасибо! – прошипел Шайн и вонзил нож с вилкой в кусок мяса.

Кушай, дорогой, может, и вправду подобреешь.

Левалика продолжала забрасывать Эльлинира вопросами, эльф отвечал односложно, а я все еще безостановочно мешала ложкой солянку.

– Ма-шерра, а ты отчего не кушаешь? – раздался вкрадчивый голос Арриена.

– Знаете, сударь, когда на девицу смотрят вот так, у нее сразу пропадает весь аппетит.

– И кто же на тебя посмел так смотреть, моя сладкая?

– Вы представляете, сударь, так смотреть на меня посмел мой жених! – эмоционально объявила я.

– Ого! Ты все-таки помнишь, что у тебя есть жених? – нарочито удивился Шайнер.

– О нем невозможно позабыть, сударь, – любезно улыбнулась я. Правда, получилось плохо, уж очень неласково глядел на меня своими необычными глазами Арриен.

– Жаркое сегодня просто волшебное! – жизнерадостно сообщила Левалика, отправляя в рот кусочек мяса.

– Правда? – осведомился у нее дракон, не сводя с меня своего пристального взора, а затем взял ложку и решительно окунул ее в горшочек.

Эльф мелкими глотками пил травяной взвар и следил за нами, не торопясь покидать столовую.

В этот момент в трапезную практически вбежал Ремиз. Рыжеволосый дракон был чем-то раздосадован. Увидев нас, он придвинул свободный стул, бесцеремонно заставляя Эльлинира сдвинуться, и сообщил:

– Шайн, ну как ты справлялся с этими тр-р-равницами? Я только-только зашел к ним в класс, а они практически сразу вывели меня из себя. Да я лучше миллион боевых магов-воинов обучу, чем вернусь к этим девчонкам! Вот как ты с ними справлялся?

– А у него тогда свой интерес был, – опрометчиво хмыкнул эльф.

Арриен бросил на него предупреждающий взгляд и ответил Ремизу:

– Ты с ними, главное, построже.

– Трэкс! А я все гадал, чего это ты так рьяно рвался преподавать у травниц в прошлом году! – Эльлинир молчаливому предупреждению не внял.

– Лучше бы ты помолчал, – посоветовал ему Шайнер.

– А иначе что? – тихо осведомился эльф.

– А иначе я заставлю тебя замолчать, – спокойным, но весьма грозным гоном отозвался дракон.

Я испуганно посмотрела на Левалику, она перевела взор на Ремиза, последний пожал плечами.

Я поспешила покинуть трапезную.

– Было приятно с вами пообедать, господа! Прошу меня простить, но мне пора уходить! – Не оглядываясь назад, поторопилась в целительское крыло.

Здесь я разыскала мир Сильвернейла и попросила его помочь мне взять для исследования кровь у девочки.

Старший академический целитель взял в руки прозрачный кристалл небольшого размера, и мы пошли к моей подопечной. В палате мужчина приложил кристалл к запястью малышки и прошептал:

– Альс м’лон.

Я запомнила, а кристалл наполнился кровью. Попутно мой наставник пояснил:

– Если подопечных много, то подписывайте кристаллы.

Кровь девочки мир Сильвернейл тщательно осмотрел и промолвил:

– Ничего необычного я тут не вижу.

Попросила взглянуть сама и увидела, что кровь состоит из мелких красных кружков. Это было так интересно, что я увлеклась и заметила, что эти кружки покрыты каким-то странным налетом, словно плесенью. Я объявила о своем открытии наставнику.

– Нилия, вы уверены? – спросил он, снова вглядываясь в кристалл с кровью.

– Да, – четко сказала я.

Мир Сильвернейл озабоченно нахмурился, проговорил:

– Я сообщу архимагу, – и вышел за дверь.

Я подошла к малышке, она с грустным видом сидела на кровати.

– Как тебя зовут? Я Нилия, твоя целительница.

– А я Кателла. Ты сможешь меня вылечить? – Заплаканные голубые глаза с надеждой взглянули на меня.

– Обязательно! – Я прижала девочку к себе, а она всхлипнула:

– Я к маме хочу…

– Обещаю, что совсем скоро ты окажешься рядом с ней, – и погладила Кателлу по голове.

К нам прошел мир Самаэль и деловито осведомился:

– Нилия, какой именно налет ты видишь?

– Он похож на хлебную плесень, – сказала я.

Архимаг и мир Сильвернейл с тревогой переглянулись, а затем поманили меня за собой. Я дала девочке тряпичную куклу и пообещала скоро вернуться, а сама отправилась следом за мужчинами.

– Что это такое? Мы не изучали подобное заболевание на уроках, – озадачилась я.

– Это кровяная твердь. Такую болезнь уже лет триста не диагностировали, с того самого момента, как исчезли высшие целители, – со вздохом пояснил мир Самаэль.

– Я бы и теперь не сумел определить ее, если бы не Нилия, – добавил старший целитель.

– И как нам ее лечить? – с волнением спросила я. – У меня не получается осмотреть девочку с помощью магии.

Архимаг с досадой ответил:

– И не получится! От этого заболевания умирают, потому что кровь загустевает и каменеет, а вокруг ауры образуется защитное кольцо, которое не пускает целительскую магию.

Я с ужасом смотрела на мир Самаэля.

– И ничего нельзя сделать?

– Я сообщу в Совет магов, может, кто еще помнит, как лечили эту болезнь. Жди. Но особо не рассчитывай на хороший исход дела, а ты, Мирун, разыщи родителей девочки.

Я в расстроенных чувствах вернулась к своей подопечной. Увидев меня, она подбежала ко мне и обняла:

– Нилия, ты добрая, а другие целители злые! Они сказали моей маме, чтобы она готовилась к худшему. Только матушку расстроили, а ты пообещала, что вылечишь меня! Правда ведь, ты не обманула меня? – Девочка пристально смотрела мне в глаза.

Крепко обняла ее и запретила себе плакать.

– Я обещаю! Кателла, я придумаю, как тебе помочь! – Лихорадочно перебирала в уме всевозможные варианты решения этой задачи, пока не пришла к единственному разумному решению: – Малышка, ты поиграй пока, а я скоро вернусь.

Я поцеловала девочку и бросилась бежать. Пока добралась до четвертого этажа, уже успела расплакаться; обругала себя, но слезы все равно текли по щекам. Я направлялась к тренировочному залу, так как помнила, что в это время Арриен там занимается с парнями.

Ирну подумав, вбежала в зал, мне было не до смущения в этот момент, потому что моей подопечной угрожала смертельная опасность.

Здесь тренировались полуголые парни, с ними занимался мой жених, который тоже был полуодет, а рядом с ним ходил Ремиз. Они увидели меня и замерли. Я подбежала к Шайну.

– Ма-шерра, – нахмурился он, – что случилось? Кто тебя обидел?

От звуков его чарующего голоса, от этих слов, сказанных нежным заботливым тоном, я разревелась. Мужчина притянул меня к себе. Уткнулась лицом в его сильное плечо. Его узоры, которые он больше ни от кого не скрывал, засверкали.

– Девочка моя, что случилось? – повторил жених, ласково гладя меня по голове. – Успокойся и все мне расскажи.

Я вдруг вспомнила, что мы здесь не одни. Подняла голову – ну так и есть, все, кто были в зале, смотрели на нас, округлив глаза. Только Андер и другие мои друзья задумчиво улыбались, а Ремиз не сводил с нас весьма загадочного взгляда. Я глубоко вдохнула и перевела взор на жениха.

– Ма-шерра, тебя кто-то обидел? – терпеливо повторил он.

Замахала руками, Шайн аккуратно взял их в свои ладони, а я снова глубоко вдохнула и стала невпопад рассказывать:

– Сегодня у меня было трое подопечных, и вот осталась последняя… Я пообещала, что обязательно вылечу ее. Но оказалось, что у нее какая-то древняя болезнь! Мир Самаэль сказал, что малышка умрет… А я ей пообещала, что она скоро увидит свою матушку. Понимаете, я пообещала! Я должна ее спасти! – с надеждой взглянула на жениха.

– Что за болезнь? – деловито спросил он.

– Что-то с кровью… я точно не помню.

– Кровяная твердь? – нахмурился мужчина.

Я радостно закивала.

– Что ты увидела в ее крови? – продолжал расспрашивать меня дракон.

– Кровяные кружки словно покрылись плесенью. Вы знаете, как это нужно лечить?

– Знаю, и это пока возможно.

– О! – только и смогла произнести я от радости, а Арриен обратился к Ремизу:

– Проследи, чтобы все в точности выполняли задание. А вы, господа будущие боевые маги, вместо того чтобы глазеть по сторонам, лучше бы усерднее тренировались! – Он бросил на парней весьма выразительный взгляд.

– Сударь, а как лечится это заболевание? – обратилась я к любимому, пока мы шли к выходу из зала.

– Я объясню тебе все, но лечить все равно тебе придется.

– Так я согласна! Я люблю лечить!

– Знаю, ведь это одно из твоих любимых занятий. Второе после тр-р-равничества! – Он практически выплюнул это слово.

Я даже остановилась от такого пренебрежения к этому, безусловно, важному и полезному делу.

– Сударь, вы мне теперь до конца жизни будете поминать те лирлейники с арахнидами? – возмущенно воскликнула я.

– Это я тебе еще хмарный мох не припоминаю! Мне Ксимер все в подробностях рассказал.

– Что? Что там вам наплел этот демон?

– Что ты без спросу влезла на скалу, забралась на одно из полей, а ко всему прочему готова была отправиться в Рильдаг, лишь бы тебя не разлучали с этим хмарным мхом!

– Хмарным мхом? – Я уперла руки в бока. – Да вы знаете, сколько полезных снадобий готовят из красного ольшаника?

– Не знаю и знать не хочу, – отрезал он, а затем перевел взор за мою спину и рявкнул: – Я что вам велел? Усерднее тренироваться! А вы продолжаете глазеть по сторонам. Ремиз, займись ими!

– С удовольствием, – отозвался рыжий дракон, довольно потирая руки.

Арриен взял меня за руку, и мы отправились прочь. В коридоре Шайн оставил меня одну, а сам пошел переодеваться. И тут я запоздало сообразила, что опять поддалась своим эмоциям и совершенно забыла о правилах поведения. Разве приличной девице позволительно так себя вести? Покраснела и почувствовала себя очень неловко. Вот что парни теперь обо мне подумают?

– Думаешь, что они еще чего-то не видели за те два года, что ты с ними училась? – шепнул мне на ухо подкравшийся незаметно жених. – А если кто-то и осмелится про тебя плохо подумать, я ему голову откушу!

– Сударь, – укоризненно поглядела я на него.

– Ма-шерра, я же просил звать меня по имени, – поморщился Шайнер.

– Арриен, а вы расскажете, как мы будем лечить девочку?

– Пойдем! – Он снова взял меня за руку.

В целительском крыле Шайн объяснил мне, архимагу и мир Сильвернейлу то, что он задумал.

– С помощью моей крови мы пробьем защитное кольцо, а потом Нилия с легкостью излечит ребенка. Раньше так и лечили кровяную твердь. Только тебе, ма-шерра, придется основательно потрудиться, потому что нужно будет очистить от налета каждый зараженный кружок.

Я запомнила и ретиво закивала. Пока Арриен и остальные осуществляли подготовку, я играла с Кателлой. Мы настолько увлеклись с ней, что не заметили, как в палату прошел мой жених. Когда я случайно повернула голову, увидела, что он смотрит на нас и на его губах блуждает загадочная улыбка. Увидев незнакомого мужчину, девочка поспешно спряталась за мою спину. Я успокоила ее:

– Кателла, это мой жених. Он хороший.

Малышка недоверчиво посмотрела на Арриена и спросила у меня:

– Ты его любишь?

Вот что я должна была на это ответить? Конечно, правду, и ничего больше!

– Очень, – улыбнулась я, глядя на девчушку, а она перевела свой взор на Шайнера и серьезно осведомилась:

– А ты ее любишь?

– Очень, – ответил он.

Мое сердце сразу бешено застучало в груди, но разум знал, что это только слова.

– Тогда верю, что он хороший, – с умным видом кивнула малышка.

Дракон подошел к нам, присел на корточки и обратился к Кателле:

– Сначала тебе будет немного больно, совсем чуть-чуть. А потом мы тебя полечим. Хорошо?

Девочка прищурилась:

– Чуть-чуть, говоришь?

– Обещаю.

Глядя на этого невероятного мужчину, я вдруг поняла, что безумно хочу за него замуж, а еще я от него хочу детей! Вернее, дочку, жаль, что сыновей нам рожать нельзя. Вздохнула, и Арриен сразу посмотрел на меня, но ничего спросить не успел, потому что к нам вошел мир Сильвернейл со странным приспособлением в руке. Вроде это был обыкновенный кристалл, только с длинной иглой на конце. Старший целитель подошел к Кателле и попросил ее протянуть руку.

– Представь, что тебя комарик кусает, и потерпи немного, ладно?

Девочка храбро вытянула вперед маленькую ручку.

– Смотри, – шепнул мне Шайнер, – как только кольцо исчезнет, сразу начинай действовать. Я буду рядом с тобой.

Я улыбнулась ему и выпустила магию. С помощью второго зрения увидела, как к ауре ребенка устремились маленькие искорки. Они облепили защитное кольцо и постепенно выжгли его. В тот же миг я выпустила «котика». Он радостно ринулся очищать зараженные кровяные кружки. Поначалу мы продвигались довольно быстро, но постепенно наш темп снизился. Кровяных кружков, покрытых налетом, было очень много. «Котик» стал утомляться, потому что так долго мы с ним еще не работали. Ощутила, что в какой-то момент меня подхватили сильные руки Арриена, и почувствовала, что чуть было не упала. Поторопила «котенка», объясняя ему, как важна наша работа. Он снова немного пробежался. Оказалось, что мы лечили подопечную очень долго. Когда последний кровяной кружок был освобожден от налета и я открыла глаза, увидела, что на улице уже темно, а в комнате горят магические светильники. Кателла безмятежно спала. Я улыбнулась, а затем зевнула, прикрыв рот ладошкой.

– Пойдем, я отправлю тебя домой, ма-шерра. – Шайнер с тревогой вглядывался в мое лицо, потом подхватил на руки.

Правильнее было бы возмутиться, все-таки в комнате мы находились не одни. Но мир Самаэль лишь махнул нам на прощанье рукой. Я думала, что Шайнер возьмет карету, а он всего лишь произнес какое-то заклинание, и мы оказались в аптеке моей тети Мариты. Сама родственница сидела внизу и ждала меня. При нашем появлении она сильно вздрогнула и спросила: