Текст книги "Чувствующая (СИ)"

Автор книги: Анна Мохова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Нет, Олеся, спасибо, принесите счет, – попросил Стас. Он по-прежнему говорил дружелюбно, но без изначальной заинтересованности. Разочарование мелькнуло на лице девушки, и она засеменила к кассе.

Ариана вздохнула. На душе заскребли кошки – и от собственной отвратительной ревности, и от разбитых надежд официантки.

«Когда самооценка девушки зависит от мужского внимания, это выглядит жалко, – подумала она. – А я была еще хуже, чем она. Нет, больше никогда! Больше никто не сможет вытирать ноги о мои чувства».

Она неприязненно покосилась на Стаса, который увлеченно разговаривал с Ликой и Егором и даже не подозревал о бушующей у нее внутри буре эмоций.

Расплатившись, ребята вышли на улицу.

– Что дальше? – спросила Лика.

– А дальше мы наконец-то нормально поедим, – ответил Стас, направляясь к машине.

***

Через пятнадцать минут они остановились в неприметном дворике, где располагался небольшой ресторан. Стас уверенно повел их внутрь. Судя по тому, как его встретили официанты и администратор, он часто здесь бывал. Выбрав столик в нише с двумя удобными диванчиками, Стас уверенно произнес:

– Вот здесь заказывайте что угодно. Владелец ресторана – друг моего отца. В детстве я часами торчал на кухне с поварами. Ручаюсь – все свежее и очень вкусное.

Это оказалось чистейшей правдой. Ариана с трудом удерживалась от того, чтобы не облизать пальцы. Тающие во рту хачапури с тягучим сулугуни, в меру острые хинкали, ароматнейшее масло со специями – стоило голодать ради такого ужина. Чувствовалось, что еда готовилась с любовью.

Время неумолимо двигалось к двенадцати. Ариана и забыла, что у них выезд. Сейчас она просто наслаждалась вечером, и так не хотелось, чтобы он заканчивался. Но усталость из-за насыщенного дня брала свое. Разморенная вкусной едой, она начала зевать и заразила этим сначала Лику, а потом и Егор спрятал пару зевков в кулак.

Ариана немного задержалась, передавая официанту миллион комплиментов для шеф-повара, и догнала ребят уже на улице. Выйдя из ресторана, она сразу почувствовала неладное. Кожу покалывало от разлитого вокруг напряжения. Напротив ребят стоял невысокий пожилой мужчина в коричневой дубленке и что-то говорил, периодически поправляя съезжавшую от ветра меховую шапку.

– Здравствуйте, – поздоровалась она, подходя к ребятам.

– Здравствуйте, юная леди, – вернул приветствие мужчина. – Станислав, у вас еще пополнение? И кто же вы, прекрасная незнакомка?

Ариана никак не могла понять, почему внутри все сжимается от плохого предчувствия, хотя мужчина вел себя очень любезно. Поведение Стаса только усиливало это чувство. Напряжение, что накрыло ее на выходе из ресторана, исходило именно от него. Егор и Лика реагировали гораздо спокойнее.

– Артефактор, – отрывисто бросил Стас, не сводя глаз с мужчины.

– Как интересно! Вы недавно представили нам эту очаровательную ищеечку, – старик изобразил полупоклон в сторону Лики, – а про нового артефактора не сказали ни слова. Как же так?

Он театрально всплеснул руками и впился взглядом в Ариану. У нее возникло ощущение, будто кто-то запустил в волосы холодные пальцы с неровными острыми ногтями. Голову сжало стальным обручем, и она непроизвольно шагнула поближе к Стасу.

– Что же вы делаете, Павел Федорович? – в тон ему ответил Стас. Внешне он оставался невозмутим, но Ариана чувствовала охватившее его бешенство. – Читаете девушку без разрешения, пугаете ее.

Значит, перед ней еще один менталист, и он пытается залезть к ней голову. Занятно.

– Ох, простите меня, милая девушка! – притворно огорчился мужчина. – Это профессиональное любопытство, я не хотел вас обидеть. Так как, говорите, вас зовут?

Старик обращался к ней, намеренно игнорируя Стаса.

– Ариана, – ответила она.

– Какое красивое имя! Такое же прекрасное, как и его обладательница. И давно вы вступили в клан? Ариана занервничала, не зная, как ответить. Павел Федорович не нравился ей все больше. Его приторная улыбка и нарочитая любезность вызывали необъяснимую неприязнь.

– Мы еще не назначили дату, – сказала она, надеясь, что такой ответ удовлетворит любопытного старика.

– У Станислава талант находить редкие алмазы среди одаренных, но знакомить с ними он не любит. У нас в Совете много подходящей литературы для артефакторов. Обязательно приезжайте! А сейчас позвольте откланяться. Я заехал поужинать в этом чудесном месте, но увидел вашу компанию и не мог не поздороваться. Станислав, передавайте мое почтение вашей матушке. Мы всегда рады ее видеть, несмотря ни на что. Ариана, приятно познакомиться!

Он протянул руку, и Ариана, не желая показаться невежливой, пожала ее. Стас дернулся, стремясь пересечь рукопожатие, но было поздно. Старик перехватил ее взгляд, и голову снова сжал стальной обруч, еще сильнее, чем прежде. Она неосознанно потянулась к дару в поисках защиты. Мужчина вскрикнул и отдернул руку, будто обжегся, и в этот же момент Стас схватил Ариану за локоть и потянул на себя.

– Павел Федорович. Оставьте. Ее. В покое, – чеканя каждое слово, сказал он. – Вы уже дважды вторгались в ее сознание глубже первого уровня. Это нарушение закона. Я должен известить Совет.

Голос Стаса дрожал от ярости, в глазах зажглись опасные огоньки, и Ариана сформировала привычные крылья, уберегая его от необдуманных поступков. И только потом поняла, что совершила непростительную ошибку. Глаза старика распахнулись от удивления, шапка свалилась в снег, но он даже не заметил. Он ловил ртом воздух, похожий на жирную губастую рыбу. Через несколько секунд Павел Федорович овладел собой и вкрадчиво заговорил:

– Конечно, Станислав, известите. Кому, как не вам, знать об этом законе. Только не забудьте добавить, почему вы скрываете от всех инициированную чувствующую. Хотя о чем я говорю? Конечно, вы собирались рассказать о ней в ближайшее время.

– Разумеется, – процедил Стас.

– Дорогая Ариана, простите, не знаю, что на меня нашло. Я как чувствовал, что в вас скрыта редкая сила. Прошу, не держите на меня, старого дурака, зла. И пообещайте посетить нас в ближайшее время. Я лично проведу вам экскурсию. Покажу нашу библиотеку, расскажу обо всех истинно достойных кланах… Такой бриллиант, как вы, достоин лучшей огранки.

Павел Федорович явно намекал, что клан Стаса к достойным не относится. Ариане стало не по себе от его цепкого взгляда, но хотя бы он не предпринимал новых попыток залезть к ней в голову.

– Спасибо за приглашение! – вежливо ответила она. – Извините, но уже поздно, нам пора.

Лика и Егор молча скользнули в машину, а Стас продолжал стоять, не сводя глаз с Павла Федоровича. Ариана потянула его за рукав и, когда он не отреагировал, не придумала ничего лучше, чем взять его за руку. Иголочки пробежались по коже, Стас стиснул зубы, а старик снова вытаращил глаза от удивления.

– Невероятно. Все даже интереснее, чем я думал. Не смею вас больше задерживать. Хорошего вечера!

Павел Федорович отряхнул от снега шапку и не спеша направился к своей машине, забыв, что собирался поужинать. Как только он уехал, Стас повернулся к Ариане. Выглядел он паршиво: под глазами залегли темные круги, как после той ночи, когда он ее спас.

– Прости, – пробормотала она. – Я все испортила, да? Просто стало больно, и я запаниковала, и…

Взгляд Стаса заледенел.

– Он сделал тебе больно? – глухо переспросил он.

– Да… то есть нет. Совсем чуть-чуть, – испугалась его выражения лица Ариана. – Я больше растерялась… Прости.

– Ариана, за что ты все время извиняешься? Он внаглую вломился в твое сознание, несмотря на предупреждение. Сильный менталист, Независимый член Совета – вот и решил, что ему все можно. Но я тоже хорош, понадеялся на его честность и рано ослабил щиты.

Так вот почему он вымотан. Опять защищал ее. Права была Галина: Стас и без принятия в клан уже нарвался на неприятности. Ариана опустила глаза, чтобы он не заметил ее страха.

– Не бойся. Он ответит за то, что сделал. Я завтра же съезжу в Совет.

– Не вздумай! – воскликнула она. – Я и так доставляю одни проблемы, не хватало рассорить тебя с Советом!

– Не волнуйся, все будет хорошо. Пойдем, успокоим Лику. Она рвется в бой, и, кажется, Егор больше не может ее сдерживать.

Стас машинально подал ей руку, и Ариана так же на автомате ее приняла. Он зашипел.

– Прости, прости! Так плохо, да?

– А тебе хорошо? Я еще не встречал человека, которому бы понравилось, когда его бьет током.

– Током? – уставилась на него Ариана.

– А что, у тебя не так?

Она смутилась. Покалывание иголочек казалось ей скорее приятным, чем болезненным.

– Так, так… Значит, страдаю только я? И давно твой дар агрессивно реагирует на прикосновения?

Ариана смутилась еще сильнее. Она отчаянно надеялась, что темнота скрывает ее пунцовые щеки.

– Так что? – настойчиво повторил Стас.

– Я не то чтобы касалась многих одаренных после инициации…. С Ликой и твоей мамой такого нет, – с каждым словом голос Арианы звучал все тише, и, прошептав последнюю фразу, она бросилась к машине.

Обратный путь прошел в молчании, даже Лика с Егором не шептались, а смотрели каждый в свое окно. Припарковавшись рядом с домом девушек, Стас бросил короткий взгляд в зеркало, и ребята вышли из машины. Который раз за вечер Ариана поразилась их безупречной дисциплине и отсутствию лишних вопросов. Она замешкалась, отстегивая заевший ремень безопасности.

– Павел Федорович Авдеев – Независимый, – начал говорить Стас, как только Егор захлопнул дверь. – Один из тринадцати, высшая власть. У него много амбиций, развитый дар и почти неограниченные возможности. Узнав, что ты чувствующая, он теперь вцепится в тебя, как клещ, и не отступит, пока не выжмет максимальную выгоду. Вот увидишь, он позвонит тебе завтра или послезавтра и назначит встречу в Совете, и отказаться ты не сможешь. – Почему?

Стас был настолько мрачен, что Ариана невольно представила картину, в которой злодей-менталист запирает ее в темнице, чтобы единолично пользоваться ее даром.

– Не смешно, – слабо улыбнулся Стас. – Конечно, тебя никто не запрет в темнице. Но если ты откажешься сотрудничать, он найдет способы давления. Поверь, старик не остановится ни перед чем.

– Зачем ты пугаешь меня? Сам же говорил, что чувствующих берегут.

– Беречь можно по-разному. Например, он объявит всем, что твой дар нестабилен и что тебя нужно изолировать, пока ты не научишься контролировать силу. Это будет сложно оспорить, учитывая, что ты и правда не умеешь этого делать. И тогда он любезно согласится предоставить тебе место для отдыха и учебы. Его место. С его людьми.

Ариане резко перестало хватать воздуха. В горле встал комок страха. Именно об этом говорила Галина. Такие, как Павел Федорович, будут действовать исподтишка, маскируя свои цели под благодеяния. Стас горько усмехнулся, и Ариана вспомнила странную фразу о запрете на ментальное сканирование.

– О каких уровнях вы с ним говорили?

– Менталисты способны погружаться в чужое сознание на трех уровнях. На первом считываются «верхние» очевидные мысли, возникающие в момент общения. Он абсолютно безвредный для читаемого и не требует разрешения. Так, например, я читал официантку в кафе. Пожалуй, это самое распространенное использование нашего дара. На втором уровне можно проникать в воспоминания и даже изменять их. По правилам Совета, в таких случаях одаренных нужно заранее предупредить о вмешательстве. А к неодаренным без веской причины вообще нельзя применять. Только если их воспоминания несут угрозу. Ну а третий уровень – самый серьезный. Разрешен в исключительных случаях, под обязательным надзором Совета. Очень болезненный и очень опасный, так как затрагивает глубинные слои сознания. При самом экстремальном сценарии человек становится безвольной куклой, которая будет лишь выполнять приказы своего хозяина. Кстати, не все менталисты способны на такое погружение. Это требует колоссальных затрат энергии и может ударить рикошетом.

От слов Стаса Ариане стало по-настоящему жутко. Она побоялась уточнить, приходилось ли ему сталкиваться с третьим уровнем, но решилась на другой вопрос:

– У тебя уже были проблемы с этим Авдеевым, да?

Она специально спросила так, чтобы при желании Стас ответил односложно. Ей совсем не хотелось лезть ему в душу, но с другой стороны – должна же она знать, с кем предстоит иметь дело.

– Он лично перекрыл дар моей матери, когда она изменила сознание двух неодаренных.

Голос Стаса звучал безэмоционально, но за показным спокойствием скрывалась боль.

– Мать тоже была одной из Независимых. Когда узнали о ее поступке, Авдеева назначили вести ее дело. Мы с Корнеем тогда только основали клан, в официальных документах главой числился я. Я не хотел приходить на суд, но Павел Федорович настоял, чтобы присутствовали все кланлидеры. И я был. Сидел в центре, в первом ряду, хотя обычно чем новее клан, тем дальше сидит его представитель.

Ариана словно видела, как все пялились на него: кто-то с сочувствием, кто-то со злорадством. А как иначе: сын Независимой, новоиспеченный вожак – и такой позор. А он сидел с неестественно ровной спиной, не позволяя этим стервятникам себя заклевать. В сущности, еще мальчишка, вынужденный смотреть на публичное унижение родного человека. Ариана была уже не рада, что подняла эту тему, но Стас держал в себе воспоминания так долго, что прервать его теперь, когда он решил выговориться, было неправильно. И она продолжала слушать, а внутри все сжималось от боли. Крылья дара уже привычно обнимали его, но поддержки казалось слишком мало.

– Они могли провести процесс за закрытыми дверями, но Павел Федорович настоял на обратном. Мол, все должны знать, что даже Независимый не избежит наказания за совершенное преступление. После этого рейтинг доверия к нему взлетел до небес. Он стал гарантом справедливости, этакий меч правосудия.

– И теперь за вмешательство на втором уровне его тоже ждет суд?

– Нет, что ты, – хмыкнул Стас, – Авдеев слишком осторожен для откровенных глупостей. Конечно, он поступил нехорошо, но как член Совета он просто убеждался, что ты не представляешь опасности. Как Независимый, он обладает правом определять уровень вмешательства.

– Но он же сделал это без причины. Дважды. Неужели ему все сойдет с рук?

Двойные стандарты казались Ариане отвратительными. У нее разболелась голова – последствие то ли нервного перенапряжения, то ли действий старого менталиста, то ли всего вместе.

– Ариана, ты как будто всю жизнь прожила в мире с единорогами, – усмехнулся Стас. – Для него не проблема придумать правдоподобную причину, почему потребовался второй уровень. Ну пожурят его немножко, заставят тебе компенсацию заплатить. Полученная информация для него гораздо ценнее. К тому же ты в порядке, сознание чистое, я сразу проверил. Завтра от его вмешательства не останется и следа.

– А те неодаренные, они… живы? – почему-то никак не выходило представить Галину отъявленной злодейкой. Хотя последнее время она все чаще убеждалась, что совсем не разбирается в людях. Павел Федорович тоже сначала показался добродушным дедушкой в смешной шапке.

– Живы, – голос Стаса снова стал пугающе безжизненным. – Это был мой отец. И его любовница. Мать, вероятно, хотела таким образом вернуть его в семью. Стерла обоим память, внушила той женщине уехать из города. На процессе она сказала, что сделала это ради карьеры отца. Якобы для его должности действовало негласное правило иметь полную семью, а из-за связи на стороне он бы все разрушил. Не знаю. Она даже не пыталась оправдаться. Впрочем, ясно, что приговор был вынесен еще до суда. Авдеев просто устроил шоу.

Ариана ничего не видела из-за залепивших глаза слез. Лицо горело, а тело била крупная дрожь.

– А твой отец? – выдавила она из себя, безуспешно пытаясь справиться с ознобом. – Ничего не помнит, но он стал… другим. Из энергичного жизнерадостного мужчины превратился в робота. Родители по-прежнему живут вместе, но они как чужие. Большую часть времени отец на работе или на даче. После той истории он затеял перестройку нашего загородного дома. Он как-то сказал мне, что часто испытывает странное ощущение, будто он что-то потерял, но не понимает, что. Физический труд и свежий воздух помогают отвлечься.

– Ты тогда съехал от родителей?

– Да. По решению суда к отцу было запрещено применять любое магическое воздействие. Знать, что близкому человеку плохо, и не иметь возможности помочь – та еще пытка. А каждый день видеться с матерью после того, что она натворила…

– Мне так жаль, – прохрипела Ариана.

Исковерканная аура Галины, ее напряженные отношения с сыном – теперь все стало кристально ясно. Только это знание далось Ариане тяжело. Холод сковал горло, лишая возможности дышать. Из последних сил она нажала на дверной рычаг и практически выпала из машины. Боль драла когтями изнутри, и мир сузился до единственной мысли: как сделать еще один вдох.

Она почувствовала, что кто-то осторожно отрывает ее от земли и берет на руки:

– Ох, Ариана! Разве можно так реагировать на каждую грустную историю? – мягко пожурил ее Стас. – Как ты вообще дожила до своих лет без щитов? Так, спокойно, не дергайся. Все хорошо. Не жалей прошлое, цени настоящее. Ну же, Ариана, дыши!

Голос баюкал, успокаивал. Ариана расслабилась и наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Видимо, Стас донес ее квартиры, потому что хлопнула дверь и до нее долетел встревоженный голос Лики:

– Что случилось?

– Теплую ванну, – прозвучал отрывистый приказ.

Ариана нахмурилась. Ванну? Для нее? Она неосознанно уткнулась в грудь Стасу, не желая вылезать из убежища, которое создали его теплые руки. Ровный стук сердца и его запах дарили ощущение безопасности. Ей казалось, что, лишившись этого, она снова потеряется в боли и страхе.

– Ариана, я не против тебя искупать, но когда ты оклемаешься, мне не жить. А у меня клан, на кого я их оставлю? Пожалей ребят, будь хорошей девочкой и иди в ванную сама.

Слова Стаса медленно доходили до ее затуманенного сознания.

«Что я творю?» – Ариана неуклюже сползла с рук Стаса и под его тихий смешок поковыляла к Лике, опираясь на стену. Свет больно резал глаза, голова кружилась, но желание покинуть место позора пересиливало все на свете.

«Кажется, постоянно выставлять себя дурой в его присутствии – мое кармическое наказание. Вселенная, что я такого натворила в прошлой жизни, что ты так ко мне жестока?» – мысленно простонала она.

Лика уже набрала половину ванны с душистой пеной и расставила на бортике все ее баночки. Вода сотворила настоящее волшебство: забрала усталость, уняла головную боль. Правда, от мысли о том, что придется смотреть ребятам в глаза после того, как она так бессовестно прижималась к Стасу, Ариану слегка подташнивало. Сделав несколько глубоких вдохов, она толкнула дверь и приготовилась долго извиняться. Но обнаружила только соседку, ждущую ее на кухне. На столе стояла кружка со свежезаваренным ромашковым чаем.

– Надо выпить две, – виноватым тоном произнесла Лика, зная ее нелюбовь к этому напитку.

– Ну раз надо, – покладисто согласилась Ариана.

Лика зевнула. Посмотрев на часы, Ариана удивленно прищелкнула языком. Полвторого ночи!

– Как ты?

– Нормально. Павел Федорович пытался залезть мне в голову, и я перенервничала.

Ариана не знала, успел ли Стас что-либо рассказать, поэтому выдала версию, максимально приближенную к правде. В конце концов, ей действительно было нехорошо после встречи с советником.

– А с виду такой милый старикашка. Мы с Егором чувствовали, что Стасу он не нравится. Теперь понятно, почему.

– Иди спать. Я допью и тоже пойду.

– Окей. О, кстати, надо будильник отключить. Завтра можно не идти на тренировку, и все благодаря тебе, – подмигнула ей Лика.

– А послезавтра? – осторожно поинтересовалась Ариана.

– Две тренировки, – вздохнула подруга. – Но об этом мы подумаем потом. И проведем завтрашний выходной так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитый день. Спокойной ночи!

Приобняв Ариану, она убежала в свою комнату. Способности Лики во всем находить позитив стоило поучиться. Ценить настоящее, как сказал Стас. Ариана бросила взгляд на телефон и увидела, что от него пришло сообщение:

«Две кружки, Ариана».

Глупая улыбка расплылась по ее лицу, и она честно добавила себе еще чая.

Глава 13

Не бойся, я не одинок.

Я все ближе, ближе к себе и своей жизни.

Ночные перипетии дали о себе знать, и Ариана проснулась около полудня. Спешить было некуда, и она позволила себе еще поваляться в кровати. Перебирая события прошлой ночи, она пришла к выводу, что предугадать встречу с Авдеевым они не могли, а значит – сожалеть о случившемся бессмысленно. Как и о неудачной поездке в кафе. В отличие от Корнея, Ариана не любила квесты, и нынешняя ситуация ее дико раздражала. Копание в прошлом до сих пор причиняло боль, пусть и не такую острую, как раньше.

«Нет, не буду об этом думать. Пусть сегодняшний день будет максимально обычным, без всякой магии», – с этой мыслью она отправилась искать Лику, обещавшую грандиозные развлечения.

Соседка обнаружилась в своей комнате, за ноутбуком. Ее пальцы бегали по клавиатуре, на кровати валялась распечатанная карта Москвы, на которой она периодически что-то отмечала красным маркером.

– Доброе утро! Что делаешь? – спросила Ариана.

– А, привет! Проснулась? – обернулась Лика. – Все никак не могу выбросить из головы нашу вчерашнюю находку. Нет, Ри, дело точно не в музыке. Парень любит рисовать, смекаешь?

Пока Ариана смекала одно: о нормальном дне можно забыть.

– Ну, Ри, просыпайся! Нам нужно искать не музыку, а граффити! Я все утро на форуме проторчала. Ребята скидывают места, где они обычно тусуются. Вон, смотри.

Лика махнула рукой в сторону карты и снова уткнулась в экран. Ариана взяла листок и предприняла последнюю попытку вернуть день в обычное русло:

– Лик, а нам обязательно сегодня этим заниматься? Помнишь, ты говорила, что у нас выходной и его нужно провести хорошо?

– А мы что, проводим плохо? Ты дрыхнешь до двенадцати, я изучаю стрит-арт. Стасу, кстати, моя идея понравилась, хоть он и не помнит, чтобы Корней увлекался граффити.

– Я тоже не помню, – буркнула Ариана, рассматривая карту.

– Кстати, форум, на котором я сижу, для одаренных. Это не просто места, где есть граффити. Это места, где есть граффити, которые рисовали такие, как мы.

– И что нам теперь делать? Тут как минимум двадцать мест. Предлагаешь съездить в каждое?

– Если надо, то съездим. Я же вижу, что это важно, иначе Стас не забросил бы клановские проекты.

– Что? – удивилась Ариана.

– Последнее время он постоянно пропадает в библиотеке и отменил выезд, к которому мы готовились два месяца. Официально о новом деле он не объявлял, но ребята не дураки, чувствуют, что что-то происходит. Лера вообще ходит мрачнее тучи. С недавних пор тренировать сокланов – исключительно их с Денисом задача. Видимо, причину такого решения Стас ей полностью не раскрыл, вот она и бесится. Я молчу, понятное дело, хотя сама до конца не понимаю, что происходит. Но я уверена, еще неделя – и ребята начнут открыто задавать вопросы. И на месте Стаса я бы лучше предвосхитила события и сама обо всем рассказала. Так скажи мне честно, Ри, это действительно важно или я напрасно трачу время? Лучше уж тогда подработку найду, маме помогу.

Лику, критикующую обожаемого кланлидера и говорящую «предвосхитить», Ариана еще не видела. Но подруга права: пока она сокрушается о неудавшейся личной жизни, другим приходится решать реальные проблемы. Мама же говорила, что с деньгами у Невских не очень.

– Прости, – вздохнула Ариана, – мне сложно говорить об этом, но я попробую.

Чем дольше она рассказывала, тем больше убеждалась, что поступает правильно. С каждым словом лед недопонимания таял на глазах. Когда Ариана замолчала, Лика крепко обняла ее:

– Мне жаль, Ри! Не знаю, какие цели преследует этот твой Корней, но он точно оставляет подсказки намеренно.

– Пожалуйста, не говори ребятам. Стас знает, что мы встречались, но я не хочу, чтобы другие…

– Конечно. Я понимаю. Как подумаю, что Егор…

– Не думай, – перебила ее Ариана. – Знаешь, несмотря ни на что, я по-прежнему верю в преданность, верность и все такое. И вы с Егором – одна из причин.

– Да, мы лапочки, – заулыбалась подруга. – Ри, хватит страдать. Ты обалденная и найдешь себе самого классного парня на планете! И будет у вас крышесносная любовь и бабочки в животе, и вообще целый зоопарк.

– Крышесносная уже была, больше не хочу, – засмеялась Ариана. – Пусть моя крыша остается при мне.

– Ну, это ты сама смотри. Если серьезно, ты почувствуешь, когда встретишь того самого. Активный дар с этим очень помогает. Я на одном из первых занятий в шутку спросила, бывают ли у нас истинные пары, как в фэнтези. Стас ответил, что это сказки, но доля правды в них есть. У одаренных обостренная интуиция. Встречая своего человека, они сразу это чувствуют. Можно отрицать, встречаться с другими, даже создавать с ними семью, но того человека уже никогда не забыть.

Ариана вздрогнула. Поняв, что ее фразу можно истолковать двояко, Лика ойкнула и зажала рот рукой.

– Ри, прости! – затараторила она. – Вот я дурында! Приободрила, называется! Значит, Корней не твоя судьба. И не заслуживает ни одной слезинки! – Или я не его судьба, – тихо проговорила Ариана. – Все нормально, Лик, не переживай. Пойду завтракать. Хотя, скорее, уже обедать.

Слова подруги вызвали противоречивые эмоции. С одной стороны, ее дар во время отношений с Корнеем был заблокирован, и кто знает, что бы она почувствовала, познакомься они сейчас. Но Стас говорил, что дар влияет на поведение даже в неактивном состоянии. Что, если она так и не сможет забыть бывшего парня? Неужели все эти годы она напрасно боролась с собой?

День становился все ужаснее. Ариана закинула в блендер бананы, замороженную клубнику, молоко и мороженое. Густой коктейль не был подходящим вариантом для позднего завтрака, но определенно улучшил настроение. Ариана просматривала новости друзей на фейсбуке, когда ей пришло сообщение от коллеги по работе, Макса. Они иногда перекидывали друг другу заказы на переводы, а на редких встречах в офисе неплохо общались. Ариане нравилось его чувство юмора и бережное отношение к слову.

«Ариана, привет! Выручишь? Не успеваю взять заказ. Новый клиент, шеф рассчитывает на долгое сотрудничество».

Узнав объем и сроки работы, она согласилась.

«Спасибо, моя спасительница! С меня причитается!» – обрадовался Макс.

Текст был сравнительно небольшой, но пестрил сложными терминами. Техническая документация Ариане не нравилась, но сейчас оказалась как нельзя кстати: полное погружение в работу, отсутствие лишних мыслей – то, что нужно.

– Ри, – осторожно заглянула на кухню Лика, – если тебе не хочется, мы с Егором съездим вдвоем. Я отфоткаю все. Посмотришь потом?

– Конечно. Я бы присоединилась, но мне только что скинули срочный перевод. Вы вряд ли успеете осмотреть все места. Обещаю, в следующий раз поеду с вами.

Лика кивнула и ушла собираться. За окном шел противный снегодождь, оставляя на стекле мутные серые дорожки. Январь заканчивался не лучшей погодой, и Ариана порадовалась, что ей не придется сегодня выходить на улицу и месить ботинками грязную жижу. Как только за соседкой захлопнулась дверь, она села за работу и следующие несколько часов разбиралась в инструкции инновационного оборудования для переработки пластика. Когда она оторвалась от монитора, за окном уже стемнело. Основная часть работы была закончена, и теперь можно было позволить себе небольшой перерыв, тем более что желудок настойчиво требовал нормальной еды.

Ариана потянулась на стуле, распрямляя затекшую спину. Взгляд упал на сломанный карандаш; она полезла в ящик за точилкой и наткнулась на серую тетрадку. Ту самую, хранившую глупые попытки стихотворчества. Нервный прыгающий почерк, пятна от слез, безыскусные рифмы и море боли. Лике можно было ничего не рассказывать, просто дать почитать эти страницы. В них вся ее душа, вывернутая наизнанку. Зачем публиковать такое? Чувства-то настоящие, но написано слишком просто. Стас ошибается: людям не понравится ее лирика. И она ему это докажет. Пальцы подрагивали, когда она регистрировалась на сайте для поэтов-любителей. Ариана зажмурилась, нажимая «опубликовать», и быстро вышла из личного кабинета. Все, желание она исполнила, можно больше сюда не заходить. Все равно никто не отреагирует на ее писанину.

Ариана заканчивала ужинать, когда раздался звонок в дверь.

«Странно, – подумала она. – Может, Лика забыла ключи?»

Но это оказалась не Лика. За дверью стоял курьер с огромной корзиной белых лилий.

– Вы Ариана? – спросил он.

– Да.

– Тогда это вам. Распишитесь, пожалуйста.

– От кого? – опешила Ариана, еле удерживая тяжелую корзину.

– Там открытка прикреплена.

Курьер ушел, и Ариана схватила карточку, чтобы узнать имя таинственного дарителя.

«Милая Ариана! Еще раз прошу прощения за свое неуместное поведение! Если эти скромные цветы хотя бы немного загладят мою вину, я буду счастлив. С надеждой на новую встречу, Авдеев П. Ф.»

По спине пробежал холодок. Откуда Павел Федорович знает ее адрес? И суток не прошло, как они виделись. Ариана взглянула на белоснежные цветы и поморщилась. Она ненавидела лилии. От сильного аромата у нее начинала болеть голова и свербило в носу. А здесь их так много! Запах начал расползаться по прихожей, и Ариана поспешно выставила корзину за порог. Закрыв дверь, она бросилась к телефону и набрала Стаса. Он не отвечал. Она позвонила еще дважды. Длинные гудки и конечное «Номер не отвечает, попробуйте перезвонить позже» взвинтили нервы до предела, и, бросив телефон на диван, Ариана заметалась по комнате. Что делать? Переехать в другой город? Уехать из страны? Сменить имя? Подарок выбил ее из колеи. Казалось бы, простые цветы, но для нее они выглядели как демонстрация возможностей и связей советника.

«Смотри, как я легко нашел тебя. Я еще не то могу», – вот что звучало в его послании. И это пугало не на шутку.

Когда Стас перезвонил, паника Арианы достигла апогея.

– Почему ты так долго не брал трубку? – с ходу обрушилась она на менталиста.

Кажется, Стас поперхнулся. Возникла секундная пауза, а потом он спокойно произнес:

– Здравствуй, Ариана. Я за рулем, телефон на беззвучном. Что случилось?

Услышав его низкий глубокий тембр, она выдохнула. Голос Стаса оказывал на нее необъяснимое умиротворяющее воздействие. – Авдеев только что прислал мне цветы.

– И они тебе не понравились? – усмехнулся Стас.

– Да при чем тут это? Откуда он знает, где я живу?!

Ариана всхлипнула и опустилась на пол.

– Я ведь говорил, это всего лишь вопрос времени. Мне казалось, раз ты предупреждена, то не испугаешься так сильно.