Соавторы: . Анна Дарк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)
Чёрт возьми! Почему всё так сложно? Почему Алина сразу думает обо мне худшее? Хотя, в своё время, я дал ей предостаточно поводов считать себя беспринципным ублюдком. Теперь это всё обернулось против меня. И как объяснить ей, что я недавно провёл обычный эксперимент, ведомый любопытством, а не желанием трахнуть очередную шлюху? Где найти слова, которым она поверит?
Ещё утром я был уверен в нас. Меня пугал предстоящий вечер, не обольщался я насчёт многих других вещей. Но я верил в нас, и вот сейчас всё рушится. С трудом подавляя приступы отчаяния, стремящиеся завладеть мной, я упорно подыскивал слова, понимая, что их просто нет. Оставалось только рассказать всё как есть, моля Бога, чтобы она услышала меня и нашла силы поверить мне. И я сделал это, рассказал правду.
Она же смотрела на меня с острой тоской во взгляде. И я понял, зря. Всё зря. Алина мне не верит и уже мысленно вынесла нам приговор. Хотелось взять её за плечи и встряхнуть. Закричать на неё, заставить её услышать меня, поверить мне. Но я понимал, агрессия только всё ухудшит.
— Марк, ты ведь даже не осознаёшь, как это всё мерзко? — тихо спросила девушка. — Полторы недели, всего полторы недели, а ты уже успел дважды пообжиматься с кем-то, ставя дурацкие эксперименты и чего-то доказывая себе и некой Кире. Ко мне же, при этом, ты стал относиться, как к куску дерьма. Видишь во мне только тело для удовлетворения похоти, не замечая при этом меня. Когда мы сошлись, меня напрягало отсутствие секса. Моменты, наполненные духовной близостью, общением и нежностью были восхитительны. Только это казалось противоестественным, к тому же, я тоже человек и мне чужды подобные желания. И я старалась тебе помочь, думала, всё станет почти идеально. Наши отношения обретут равновесие и гармонию, которых им так не хватало. Когда оказалось, что ты очень даже способен заниматься сексом, я радовалась. Первое время. Не сразу поняв, насколько всё изменилось. Вернулся прежний Марк Преображенский. Хотя нет, прежний хотя бы изредка общался со мной, ты же просто постоянно трахал меня. Стоило нам оказаться наедине, как ты тащил меня в койку, совершенно не интересуясь моими желаниями. Моя жизнь и я, как человек, просто перестали тебя интересовать. В компании друзей ты и вовсе вёл себя так, словно я твоя ручная зверушка. Не пей, танцевать не ходи, не общайся с такими-то людьми. При этом сам обращал на меня внимание раз в час, постоянно показывая всем подряд своё пренебрежение ко мне. Я же терпела, наивно надеясь, что это всё временно и скоро всё наладится. Дура. Сегодняшняя сцена стала всего лишь последней каплей, и я поняла, что это всё. Больше я не хочу таких отношений. Не хочу жить в постоянном ожидании измены, не хочу быть средством для удовлетворения похоти и твоей зверушкой. Мне плохо с тобой, Марк. Одной мне будет лучше. А ты точно не пропадёшь.
Я сидел просто оглушённый этим монологом, словами, пропитанными горечью и болью. Да, признаю, после того как вновь осознал себя мужчиной, сдержанность явно не была моей сильной стороной. Как умирающий в пустыне путник, нашедший оазис, я не мог насытиться малышкой, дорвавшись до её тела. Пусть у меня не было опыта отношений, но, наблюдая за Лёхой и Викой, я осознал, что это в первую очередь компромисс и диалог, а не только секс. Но как только мы оказывались наедине, стоило мне вдохнуть аромат её кожи и волос, ощутить близость совершенного тела, как все романтические и благородные порывы были буквально сметены девятым валом вожделения. И я набрасывался на Алину, забывая обо всём, полностью растворяясь в ней, сгорая дотла в огне первобытной страсти. А когда способность связно мыслить возвращалась, сил и времени на что-то другое уже не оставалось. Каждый раз мысленно давал себе установку обуздать свой темперамент и терпел поражение в этом противостоянии с самим собой. Впрочем, я сильно не расстраивался, считая, что нам и так хорошо вместе. Я был счастлив и слепо не замечал симптомов надвигающейся беды. А, может, не хотел, списывая её плохое настроение на наши выходы в люди. Собирался всё объяснить ей, как только окажемся наедине, но терял голову, как только это случалось. Чёртов замкнутый круг. И теперь из-за собственной слепой глупости и несдержанности отчаянно пытаюсь удержать остатки рассыпающихся отношений. Я же обещал себе, что постараюсь сделать её счастливой, так как я допустил всё это? Почему был так слеп и позволил ситуации накалиться до критического предела? Упивался своим счастьем, ставил дурацкие эксперименты, осторожничал на людях, но не заметил, как всё рушится у меня под самым носом. День за днём малышка копила в душе обиду и горечь, сегодняшняя безобразная сцена стала вишенкой на торте из её разочарований во мне.
И теперь я смотрел на любимую и понимал, она серьёзна как никогда. Ей действительно плохо со мной. Алина больше не хочет иметь со мной что-то общее. И это наполняло душу леденящим кровь ужасом. Как я без неё? Кто я без неё? Зачем мне вообще что-то, если она уйдёт?
Всю жизнь я избегал этих чувств. Боялся этой зависимости. И страх перед ней только усилился, когда Лёха встретил Вику, и я увидел, как изменился друг. Всеми силами я избегал любовного капкана. Но, угодив в него, совсем не хотел свободы. Теперь она пугала меня до потери пульса. Не так давно я даже не предполагал, что одно лишь присутствие любимого человека может сделать счастливым, а его потеря повергнуть в Ад. И вот я стоял у ворот бездны, и просто не знал, как удержаться на краю. Где найти слова и доводы, которые убедят девушку дать мне ещё один шанс, которого я объективно не заслуживаю?
— Малыш, — наплевав на легкое сопротивление девушки, я взял её лицо в ладони и вглядывался в любимые шоколадные глаза, — я виноват перед тобой. Я просто слепой, эгоистичный дурак. Прости меня. Я правда не предавал тебя. Кроме тебя мне никто не нужен. Ты верила в меня, когда я и сам в себя не верил, когда не заслуживал этого и не просил. Поверь же мне и сейчас. Пожалуйста. Последний раз. Дай мне шанс доказать тебе, что я не настолько безнадёжен. Ты мне нужна, очень. Я просто не знаю, как быть в этом мире без тебя. Ты мой якорь, моя путеводная звезда и моя любовь. Не прогоняй меня, прошу.
Если бы ещё год назад кто-то сказал мне, что я скажу что-то подобное женщине, я бы ни за что не поверил. Годами я относился к женскому полу потребительски, искренне не понимая тех, кто готов наизнанку выворачиваться ради этих созданий. И вот я сам униженно прошу не бросать меня. И при этом готов просить ещё и ещё, просто потому что не представляю себе теперь жизни без своей малышки. За короткий срок Алина заняла все мои мысли. Даже мысли об обретении свободы и вожделенная месть ублюдку были теперь не так важны. И сейчас я ждал её вердикта, затаив дыхание, и понимал, даже если прогонит, не смогу отказаться от неё. Понятия не имею, что буду делать, но жить без неё не согласен.
— Марк, мы пытались, есть ли смысл делать это в третий раз? — очень-очень тихо прошептала Алина.
— Есть, малыш, — ответил я. — Последний шанс. Обещаю, что больше не разочарую тебя.
— Не давай невыполнимых обещаний, — покачала девушка головой. — Хорошо. Но сейчас я хочу отдохнуть. Одна. Встретимся завтра, хотя я и не уверена, что в этом есть смысл.
Мне хотелось ликовать. Стиснуть малышку в объятиях и целовать до головокружения. Только, похоже, этого не хотела она. Поэтому я просто легонько коснулся губами бархатистой щеки, боясь перейти невесомую грань. Она была для меня мощным живым афродизиаком и сдерживаться, находясь рядом с ней, было адски не просто. Но я обязан научиться, и научусь, чего бы мне это не стоило. Договорившись встретиться в три часа дня у фонтана, я покинул комнату девушки, не желая испытывать свою удачу.
========== Глава 24. ==========
Алина.
Занятия в университете сегодня проходили мимо меня. Я конспектировала лекции, не задумываясь над смыслом слов, которые писала. Потом разберусь. Все мои мысли занимал Марк. Вчера, лежа в собственной постели и выплёскивая со слезами горечь предательства, я приняла решение: всё, хватит. Эти отношения не имеют будущего, приносят больше страданий, нежели счастья, а, значит, в них нужно ставить точку. Стиснув зубы, я старалась взрастить в себе уверенность в своём решении. Отчаянно убеждала себя, что так будет лучше.
Но вся моя уверенность рассыпалась в прах, когда я снова увидела парня. У меня не хватило сил, сказать Марку «нет» после его душещипательного монолога. Признаний, которые против воли тронули сердце. И я согласилась дать ему ещё один шанс. Наверное, я больна. Первая наивная, почти детская любовь, трансформировалась во вполне взрослую зависимость. Я сама не замечала, как она крепнет в те времена, когда я убеждала себя и окружающих в своём равнодушии к парню. И сейчас я была просто одержима им, и это пугало меня до дрожи. Я пыталась сама разорвать эту связь, но мне не хватило на это моральных сил. Теперь мне оставалось только ждать, когда он сам в очередной раз унизительно вышвырнет меня прочь. А в том, что это произойдёт, я почти не сомневалась.
Мне так хотелось верить ему! Верить его словам и признаниям, но сомнения продолжали терзать мою душу. В голове звучали слова Беса: «Девочка, ты правда веришь, что сможешь поменять его?». Нет, не особо. Есть категория людей, которые всегда остаются верны себе, и я боялась, что Марк как раз из этой категории. Даже при желании, он просто не сможет стать другим, будет и дальше «экспериментировать» с женщинами или что-то им доказывать. Я просто не выдержу этого.
Оттого сейчас я и пребывала глубоко в своих мыслях, просто не зная, чего ожидать от сегодняшней встречи и будущего в целом. Любовь — это совсем не розовая сказка. Может, кого-то это чувство и делает счастливым, мне же оно принесло лишь неуверенность, боль и страдания, разбавленные вспышками страсти. Мне было страшно ТАК любить, я не хотела этого. Люди, которые мечтают о подобном, — идиоты. Они даже не подозревают, как это может быть разрушительно и больно. Что так можно однажды просто потерять себя.
***
Когда я пришла на место встречи, Марк уже был на месте. Парень топтался на месте, в руках у него был шикарный букет. Когда я подошла, он смущенно улыбнулся, протянул мне букет.
— Это тебе, — судя по выражению лица, ему было не по себе от подобных поступков на публике.
— Спасибо, — улыбнулась я, совершенно искренне.
А дальше случилось то, чего я и боялась — повисла неловкая пауза. Это лишь подтверждало мои худшие опасения, мы утратили нить душевной близости. Меньше чем за две недели мы стали людьми, которым не о чем поговорить. Посторонними и чужими. Молча шли по улице, думая каждый о своём.
— Алин, я так больше не могу, — выдал Марк, резко остановившись и разворачивая меня лицом к себе. — Чувствую себя клиническим дебилом. Мне хочется, чтобы всё было хорошо, но я просто не знаю, что делать. Помоги мне, малыш. Я не хочу, чтобы всё закончилось так.
В светло-синих глазах застыла немая мольба, а где-то в глубине я рассмотрела страх. Похоже, Марк действительно был растерян. Не знал, что говорить и делать. Мне стало смешно и грустно одновременно. Он переспал, наверное, с половиной женщин города, знал огромное количество поз для секса и уйму способов довести женщину до оргазма, но при этом ничего не знал об отношениях с женщинами вне постели. А самое поразительное, когда ему было плевать, что выйдет из наших отношений, и он выводил меня на улицу банально «выгуливать» у него получалось быть чертовски обаятельным. Сам не желая того, он превращал каждую прогулку в маленький праздник. Сейчас же, желая всё сделать как можно лучше, он полностью потерялся. Но это его искреннее желание подкупало, и мне захотелось ему помочь, хотя изначально я не собиралась этого делать.
— Марк, тебе нужно просто немного расслабиться, — мягко ответила я. — Помнишь, мы летом гуляли? Разве нам плохо было? Ты тогда не стремился мне угодить и просто был собой, будь собой и сейчас.
— Хорошо, — отозвался парень.
И стало легче. Марк немного расслабился, и у нас наконец-то завязался разговор. Поначалу говорили лишь затем, чтобы заполнить паузы, но постепенно увлеклись и уже с интересом обсуждали самые разные вещи. Спорили, доказывая свою точку зрения, или наоборот соглашались с друг другом.
Устав бродить по улицам, зашли в ближайшее кафе. За едой начали предаваться детским воспоминаниям. Появилось утраченное чувство комфорта и душевной лёгкости.
Поев, мы снова отправились гулять по улицам города. Когда мы проходили мимо караоке-бара, я вспомнила, что давно хотела посетить подобное заведение. К моему удивлению, Марк согласился, хотя, мне казалось, подобные места ему не по вкусу. Парень любил клубы и бары, где было позволено почти всё. Так же он не жаловал самодеятельность, к которой относилось пение людей, не обладающих вокальными данными.
После того, как я выпила два бокала вина, мне стало так хорошо и легко, что я решилась спеть. Природная робость на время отступила, и я чувствовала себя свободной. В тот момент я чувствовала себя до странного счастливой и влюблённой и не нашла ничего лучше, чем признаться Марку в своих чувствах песней. Мне многие говорили, что у меня сильный голос, поэтому я выбрала песню Ани Лорак — Солнце. Пела, вкладывая душу и смотря в потемневшие глаза парня. На несколько минут окружающий мир исчез, остались только я и он. Когда прозвучал последний аккорд песни, зал взорвался аплодисментами, и я ошарашено осмотрелась. Я правда совсем забыла об окружающих людях. Смущение нахлынуло волной, и я почувствовала, как мучительно краснею. Марк подошёл ко мне, посмотрел в глаза и поцеловал нежно и чувственно. Мне снова стало хорошо, стеснительность отступила, позволяя мне вернуться за столик с гордо поднятой головой.
— Спасибо, малыш, — прошептал Марк, прижимая меня к себе. — Я тоже тебя люблю. Очень.
На глазах выступили слёзы. Когда-то я мечтала услышать эти слова, но совершенно не верила, что такое возможно даже в теории. В те времена моя самооценка прибывала в таком минусе, что это казалось чем-то нереальным. И вот он их сказал. Я не могла поверить в это и поэтому просто крепче прижалась к парню.
Этот вечер стал совершенно особенным для меня. Марк петь наотрез отказался, сказав, что, может быть, когда-нибудь, а сейчас к такому позору он не готов. Мне же его голос казался очень красивым, и я верила, что спел бы он великолепно, но увы. Я тоже больше не решилась петь. И мы провели остаток вечера, попивая вино, тихо разговаривая и целуясь. Пару раз даже танцевали, когда находился достойный исполнитель.
Когда Марк предложил отправиться к нему, я ощутимо напряглась. Мне нравилось заниматься с ним сексом. Это был ураган страсти, океан наслаждения, но я боялась вновь потерять то взаимопонимание и душевное тепло, которое мы начали обретать.
— Малыш, я к тебе пальцем не притронусь, пока сама не попросишь, — произнёс Марк, словно читая мои мысли.
Я согласилась. Дома у парня мы снова готовили вместе, как когда-то. Потом поглощали приготовленное за просмотром очередной видео-новинки, скачанной из Интернета. Было очень уютно. Когда пришло время спать, я полезла в шкаф в поисках пижамы. В самом начале наших отношений для меня стало своеобразным шоком, когда Марк потащил меня по магазинам, желая чтобы я приобрела необходимый минимум женской одежды и прочих мелочей на случаи, когда я остаюсь у него. Этим самым он своеобразно пытался показать мне серьёзность своих намерений. И сегодня, впервые за долгое время, меня не грызли постоянные страхи и сомнения. Мне было спокойно.
Натянув обычную хлопковую пижаму, состоящую из штанов и майки, я нырнула под одеяло к Марку, готовая держать оборону. К моему удивлению, парень просто поцеловал меня, пожелал спокойной ночи и, устроившись поудобнее, затих. Близость его тела будила отнюдь не самые невинные желания. Наверное, я мазохистка, но я хотела этой ночью просто спать. Проверить не только Марка, но себя на выдержку, ведь он сам того не зная, подсадил меня на наркотик под названием секс. Поразительно, но парень уснул раньше, а я, наверное, ещё час вертелась в постели, не в силах заснуть. Но в конечном итоге, мне это удалось, под мерное сопение Марка.
***
