Текст книги "Сталкер на каникулы (СИ)"
Автор книги: Анна Кейв
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 17
– Плацкарт – это, конечно, не купе, – скривилась Василина, когда мимо них с гордым видом прошествовала девчушка лет четырех, неся на вытянутой руке пластиковую тарелку с какашкой. У малой был такой вид, будто она подавала лучшее блюдо в ресторане. Ее подгоняла мама, шипя:
– Решила она тут мне в кухню поиграть… Давай, неси свою колбасу в туалет! Позор какой… В тарелки еще мы не срали!
Женька, сидящая на полке напротив, хихикнула:
– Зато сколько всего можно будет рассказать!
Василина покачала головой с легкой улыбкой. Прошло уже больше полугода с начала ее отношений с Артемием, а Женька все цвела и пахла, как яблоня по весне. Она старалась найти что-то хорошее и позитивное во всем. И всем этим делилась с Артемием. Они были как пауэрбанк – заряжали друг друга хорошим настроением.
Несмотря на то, что Василина изменила свое отношению к Артемию и даже перестала называть его Безножкой, она была на седьмом небе, когда узнала, что он не потащится за ними в лагерь. Эта сладкая парочка решила отлипнуть друг от друга на три недели и провести время с друзьями. Артемий – со своими. А Женька с Василиной.
– Хочешь, порадую тебя? – предложила Женька и потянулась к рюкзачку, вытащив симпатичную коробочку размером с книгу карманного формата.
Василина принялась рассматривать содержимое. Внутри коробочки она обнаружила круглые приплюснутые конфетки самых разных цветов и оттенков.
– Увидела в Чехии в лавке со сладостями, подумала, тебе понравится, – проговорила Женька. Сразу после выпускного родители отвезли ее на неделю в Чехию. Эта поездка стала для нее подарком за успешную сдачу экзаменов.
– Такие красивые, даже есть жалко, – призналась Василина и все же отправила в рот одну конфетку насыщенно вишневого цвета. Вот только вкуса вишни она не почувствовала. Похрустев, она выбрала из коробочки еще одну конфетку – на этот раз лимонно-желтую. На вкус она оказалась такой же, как и предыдущая. И вкус этот был до боли знаком. – Это что, активированный уголь?
Всполошившись, Женька округлила глаза:
– Ты так пошутить решила, что ли?
– Да нет, – Василина протянула подруге коробочку: – Сама попробуй.
Подруга разгрызла конфетку мятного цвета и нахмурилась. Отправив в рот еще парочку, она растерянно захлопала ресницами:
– И правда… Уголь… А чего он у них такой цветной? Еще и в лавке со сладостями!
Василина прыснула:
– Наверное, это для безудержных сладкоежек.
Женька усмехнулась, закрывая коробочку и встряхивая ее:
– Ну, зато у нас теперь есть запас активированного угля. Я как раз аптечку забыла.
– Я тоже, – Василина кивнула на лазурный чемодан. Она все никак не могла им налюбоваться и даже не стала запихивать под полку, устроив его рядом с собой. Старый детский чемоданчик, наконец, отправился на заслуженный отдых.
Папа, пытаясь загладить свою вину и наладить отношения с Василиной, не скупился на подарки и карманные расходы. Правда, на этом все и заканчивалось. Несколько дежурных вопросов и перевод на карту. Он считал, что этого достаточно для поддержания теплых отношений с дочерью.
А Василина не могла забыть, как он вел себя с мамой, и как дома становилось неуютно, когда папа возвращался домой. Она встряхнула головой, отгоняя негативные мысли. Но прогнать раздражение не удалось.
– Да кто там такой глухой?! – недовольно поморщилась Василина и выглянула с полки в проход. Вот уже больше часа вагон сотрясал до того плохой рэп, что ей хотелось добровольно оглохнуть.
Женька согласно закивала:
– Наверное, кто-то до сих пор не в курсе того, что изобрели наушники. – Помолчав, она добавила: – У меня с собой колонка.
Василина оживилась:
– Предлагаешь устроить батл «Чья колонка громче»?
Подруга пожала плечами и снова потянулась к рюкзачку:
– Клин клином вышибает.
Через пару минут, настроив громкость, подруги устроились у окна. Музыка – их любимая, а не пацанский рэп – значительно скрашивала поездку. Даже вид за окном приобретал то некую таинственность, то печаль, то окрашивался в яркие цвета под стать аккордам и настроению в треке.
До прибытия оставалось всего около часа, когда кто-то тронул Василину за плечо. Дернувшись, она пересеклась взглядами со светловолосым взлохмаченным парнем в оверсайзе. Он без разрешения сел рядом и повысил голос, чтобы перекричать колонку:
– У вас тут такой трек играл про юность, а включите еще раз! – Заметив, как подруги переглянулись, он добавил: – Пожалуйста.
Женька переключила трек на предыдущий, не став спорить. А Василина окинула парня оценивающим взглядом, гадая, не у него ли с самого отправления играл рэп. Впрочем, то, что он выглядел как типичный дворовый хулиган, еще ничего не значило. В конце концов, в вагоне было полно подростков, направлявшихся в лагерь. И этот парень, по всей видимости, был одним из них.
Поймав на себе ее заинтересованный взгляд, парень его неправильно растолковал и поспешил представиться, приветливо улыбнувшись:
– Глеб.
– Василина, – с неохотой кивнула она. В ее планы не входило заводить знакомства – ни с парнями, ни с девчонками. Хватило санатория с крысой-Оксаной икурортного романас Робертом.
– Женя! – вставила подруга, при этом смотрела она исключительно на Василину. Таким хитрым многозначительным взглядом. После того, как всплыла сущность Роберта, она все намекала, что ей нужно найти другого парня и залечить душевные раны. Но Василина к этому была не готова.
Коротко кивнув Женьке, Глеб снова повернулся к Василине и опустил взгляд на разбитые колени, которые не успели до конца зажить.
– Больно было с небес падать? – спросил он.
Василина закатила глаза и отрезала:
– Этот подкат давно устарел.
– А я не подкатываю, просто интересуюсь, – невозмутимо ответил Глеб. В его серо-зеленых глазах не было ни капли наглости, но Василина все равно окрестила его нахалом.
Когда трек переключился, она махнула рукой и буркнула:
– Все, песенка спета.
Глеб привлек внимание Женьки и попросил:
– Можешь на повтор поставить? Пожалуйста.
Подруга выполнила просьбу, делая вид, что не замечает выразительного взгляда Василины.
– А почему бы тебе не включить этот трек на своей колонке? – процедила она, предвкушая разговор с Женькой. Может, она и хотела как лучше, но ей не следовало без спроса сводить ее с кем попало. Особенно с тем, кто похож на гопника из подворотни. Пусть и с добрым взглядом.
Глеб простодушно пожал плечами:
– У меня нет колонки.
«Значит, это был не твой рэп… Ну ладно хоть музыкальный вкус совпадает» – решила она и предложила:
– Тогда послушай в наушниках. Если не можешь найти этот трек, дай свой смартфон, я добавлю его в кэш.
– В наушниках не то, – усмехнулся Глеб. – Не качает.
– Пусть тебя поезд качает, а я не собираюсь десять раз подряд слушать одно и то же, – огрызнулась Василина и демонстративно отвернулась к окну, моля о том, чтобы Женька верно растолковала ее настрой и вырубила, наконец, колонку. Или хотя бы переключила трек. Впрочем, это не давало гарантии, что Глеб уйдет. В крайнем случае можно было позвать проводника и попросить отконвоировать навязчивого пассажира к своему месту.
Глеб, стоило отдать ему должное, не стал донимать подруг и, дождавшись конца трека, поднялся с полки Василины, очаровательно улыбнувшись напоследок:
– Увидимся в лагере!
Василина проводила его тяжелым взглядом исподлобья, ничего не ответив. Хотя на языке так и вертелось: «Надеюсь, что нет».
– Выключи, – попросила она Женьку, кивнув на колонку.
Заметив хмурый взгляд Василины, подруга убрала колонку обратно в рюкзачок. Она виновато свела брови к переносице:
– Я подумала, что тебе не помешало бы отвлечься…
Василина хмыкнула:
– Отвлечься можно чем угодно, для этого необязательно знакомиться с парнями. Мне хватило одногокурортного романа, второй такой мне не нужен.
– Глеб сел вместе с нами, я его запомнила, когда он в зале ожидания пытался добиться кофе из автомата. Так что, если у вас что-то и завяжется, это может продолжиться дома, когда вернемся из лагеря. Он вроде неплохой, присмотрись.
Василина вскинулась:
– Вроде неплохой? Жень, он что, арбуз на рынке? Может, мне еще по его голове постучать? Проверить на зрелость и осознанность? Роберт тоже казался неплохим, и что в итоге?
Подруга нервно облизнула губы, понимая, что вышла на скользкую и неприятную тему. Но все же она рискнула осторожно заметить:
– Ты плохо знала Роберта. Влюбилась в придуманный образ. Если бы ты узнала его поближе перед тем, как целоваться, то…
Василина грубо перебила:
– Я знаю! Да, на мне были розовые очки. Да, я вела себя как дура. Да, я выдумала, какой он хороший, и приписала ему качества, которых у него не было. Я ошиблась и поняла это. И не хочу повторять свой косяк. И вообще, ты сама себе противоречишь. Роберта, значит, я знала слишком плохо, а Глеба, получается, достаточно? Ты хоть знаешь о нем что-то кроме имени и его любимого трека?
Женька легкомысленно улыбнулась:
– Он из нашего города.
Василина отсекла:
– Или из деревни, а в город он приехал, чтобы сесть на поезд. Давай оставим эту тему. И это не вопрос. И не предложение. Я серьезно, Жень. Не надо.
Прибыв на вокзал, подруги выгрузились из вагона следом за остальными. Василина поймала себя на мысли, что среди других подростков зачем-то выискивала взглядом Глеба. Опомнившись, она тряхнула гривой медовых волос и вместо нового знакомого столкнулась с тем, кого точно не ожидала увидеть в лагере за пятьсот километров от дома. Но это однозначно был он – Роберт. Криво улыбнувшись, он отсалютовал ей и двинулся к встречавшим их вожатым.
По его взгляду она поняла, что Роберт был нисколько не удивлен этой встрече. Это не только настораживало, но и… пугало.
– Чтоб я сдохла, – простонала Василина, оглядываясь. Ей очень хотелось запрыгнуть обратно в поезд и уехать подальше от этого места, но ее бы уже попросту не пустили.
– Ты что-то забыла в вагоне? – встревожилась Женька.
– Я-то ничего не забыла, а вот что здесь забыл Парамонов – вот это вопрос, – с ненавистью процедила она.
Подруга нахмурилась и, привстав на носочки, принялась выглядывать Роберта. Василина невольно последовала ее примеру, но лишь пересеклась взглядами с Глебом. Тот подмигнул ей и приветливо улыбнулся.
– Может, тебе показалось? – предположила Женька. На ее лице явно читалась обеспокоенность психическим состоянием Василины.
– Очень на это надеюсь, – буркнула она и потащила чемодан в сторону вожатых.
До лагеря они добрались на вместительных автобусах со спертым воздухом. Не помогали даже приоткрытые люки и окна. Выбравшись из салона, подруги подставили вспотевшие лица под легкий ветерок. Пусть он и был теплым, но после душного автобуса казался освежающим, как морской бриз.
Не успели они заселиться в комнату, как вожатыми был объявлен общий сбор отряда. На нем было мало что интересного – рассказывали о распорядке дня, мероприятиях, кружках. Женька прямо на собрании записалась в театральную студию, Василина же уклончиво ответила, что рассмотрит все варианты и потом выберет. Конечно же, ничего выбирать она не планировала, хотя литературный клуб ее и заинтересовал. Ей хотелось лишь одного – провести последний месяц каникул в полном релаксе. Без забот, репетиций, тренировок и прочих активностей, что предлагал лагерь. К счастью, все это было по желанию. Которого у Василины не было.
– Может, все-таки запишешься в литературный клуб? – предложила Женька, когда их отряд распустили. – Он как раз в одно время с театральной студией, не будешь скучать без меня.
Василина нервно дернула плечом:
– Ты так говоришь, будто на двое суток пропадешь там. Найду, чем себя занять.
Женька, в которую едва не врезался мальчишка, пускающий воздушного змея, не отставала:
– А вдруг тебе там понравится? Ты прочитала столько книг, сколько в нашей школьной библиотеке не наберется.
– Если Роберт здесь, он точно туда вступит. А я не хочу с ним пересекаться, – отрезала она.
– На собрании его не было, – тихо заметила подруга. – Может, тебе все-таки показалось? Просто похожий парень.
От Василина не ускользнуло, как Женька вертела головой все собрание. Признаться, она тоже украдкой изучала парней из их отряда. Глеба она обнаружила быстро, а вот Роберта так и не увидела. В какой-то момент ей показалось, что она и правда выдумала себе, что он был на вокзале. А даже если и был, может, он приехал с родителями посмотреть город? Или отправился в другой лагерь?
Но вступать в литературный клуб все равно не хотелось.
В отличие от санатория, в котором все протекало тихо и размеренно, в лагере жизнь била ключом. Только Женька успела разложить вещи, как уже ускакала на первое занятия в театральной студии, оставив Василину в одиночестве. Она уже хотела залечь на кровать с книгой – летним детективом – как в дверь постучали.
– Входите! – позволила Василина.
В дверном проеме показалась вожатая. Она придирчиво обвела взглядом их с Женькой комнату, убедилась, что они разобрали чемоданы и не устроили беспорядок, а затем махнула рукой, зазывая с собой:
– Вставай давай, ты же приехала в лагерь не для того, чтобы в кровати валяться.
– А нельзя? – скривилась Василина.
Вожатая кивнула:
– Можно. Во время тихого часа и после отбоя. А сейчас пошли, иначе пропустишь много интересного.
Василина с неохотой поднялась:
– Что, например?
Растерявшись, вожатая покачала головой и буркнула:
– Лучше бы я пошла вожатой в младший отряд… – кашлянув, она делано бодрым голосом предложила: – А хочешь дать интервью для журнала?
– Интервью? – опешила Василина. Такого в ее жизни еще не было. В их школу несколько раз приезжали корреспонденты и съемочные группы, чтобы взять интервью у отличившихся спортсменов и активистов, но Василина в их число никогда не попадала, поэтому в кадре мелькала лишь на фоне. Один раз ее засняли, жующей мини-пиццу, а на щеке красовалась клякса майонеза с укропом.
Поняв, что Василина клюнула, вожатая подхватила ее под локоть, вывела из комнаты и затараторила:
– В нашем лагере вот уже больше десяти лет выходит журнал «Секреты классного лета». Если тебе нравится писать или фотографировать, ты можешь вступить в редакцию. Вот, можешь посмотреть свежий выпуск, – вожатая взяла из органайзера на стеллаже журнал с глянцевой обложкой и цветными газетными страницами.
Василина послушно принялась листать выпуск, понимая, что избежать посещения редакции и интервью у нее не выйдет – вожатая вцепилась в нее как клещ. Внутри она обнаружила несколько рубрик. В «Приключениях недели» шли заметки о событиях и мероприятиях – как прошедших, так и предстоящих. В «Лагерных секретах» она нашла советы по лагерной жизни, которые делились на шуточно-вредные и полезные. Поделки и арт-проекты поселились сразу на нескольких разворотах «Творческих уголков», следом шла «Фотогалерея», которая также заняла несколько страниц. Василина без интереса пролистнула кулинарные рецепты, экологические заметки, летние традиции, игры и загадки. Она задержалась лишь на рубрике «Спортивные достижения», которая освещала новости и успехи в спорте.
– Интересуешься спортом? – живо поинтересовалась вожатая, явно намереваясь отправить ее в какую-нибудь секцию.
Василина покраснела. Не могла же она признаться, что ее внимание привлекли фотографии парней, играющих в футбол и пляжный волейбол!
– Я скорее зритель, чем игрок, – поспешила она ответить и перелистнула страницу. На новом развороте разместилась рубрика «Наши герои» с короткими интервью вожатых и отдыхающих. Видимо, в этой рубрике должны разместить и ее интервью.
Вожатая вежливо улыбнулась, силясь скрыть разочарование. По всей видимости ее задачей стояло, чтобы каждый отдыхающий был при деле. Василина даже подумала о том, чтобы ради приличия выбрать какой-нибудь кружок для отвода глаз. Не хотелось доставлять неприятности вожатой. Она казалась милой.
Вплоть до того момента, пока не завела Василину в кабинет, в котором гордо и надменно восседал Роберт. Может, они и не были в сговоре, но Василине это не помешало окрестить вожатую предательницей. Мысленно, конечно.
Когда вожатая оставила их наедине, Роберт дерзко улыбнулся и выпрямил спину, кивая на стул напротив. Скрестив руки на груди, Василина сощурилась. Садиться она не собиралась.
– Значит, мне не померещилось, – неприязненно протянула она. – Ну, и что ты здесь забыл?
– Приехал отдохнуть в лагерь, как и ты, – невозмутимо ответил Роберт, не отводя цепкого взгляда от Василины и заставляя ее краснеть.
– Я не видела тебя на вокзале! – обвинительным тоном выплюнула она.
– Видела, – хмыкнул он. Его однозначно веселила вся эта ситуация.
– Я не это имела в виду, – процедила Василина и пояснила: – Когда мы садились на поезд, тебя с нами не было.
Роберт пожал плечами и как ни в чем не бывало похвалился:
– Удачная маскировка. Если бы ты меня заметила, то могла не сесть на поезд. А я не мог этого допустить. Сейчас ты уже никуда не денешься.
Василина ощутила тяжесть в голове и необъяснимую слабость в коленях. В мыслях крутилось только одно – этот мерзавец все подстроил!
– Как ты узнал? Женька сказала? – обиженно спросила она, готовясь устроить разбор полетов подруге. Однако, Роберт отрицательно качнул головой:
– Нет, не она. Узнал по своим каналам.
Василина фыркнула:
– Да какие у тебя каналы?! И вообще, как ты здесь оказался?
– Приехал на поезде, – отчеканил Роберт.
Она мотнула головой, собираясь с мыслями:
– Не в лагере. В редакции. Тебя даже на собрании отряда не было!
Роберт поднялся с кресла и оперся ладонями о стол, наклоняясь вперед. Раньше от такого у Василины бы перехватило дыхание, а сейчас… Она не чувствовала ничего, кроме гнева. Каждый его жест раздражал ее все больше, как напоминание о том, как легко он ее бросил, оставив наедине с обидой и непониманием.
«Как ты смеешь так уверенно вести себя?» – подумала Василина, ощущая, как внутри нарастает волна неприязни. Она хотела уйти, но что-то удерживало ее на месте.
Роберт заявил:
– В то время, как вам разжевывали, в какое время подъем, зарядка и столовая, я уже находился в редакции и вникал в суть работы. Раиса Алексеевна похлопотала, чтобы меня посадили в это кресло. Хорошо быть любимчиком учительницы литературы, неправда ли?
Василина кивнула сама себе – значит, он все спланировал, ей не показалось.
– Неужели ты думаешь, что все забудется? – стиснув зубы, произнесла Василина, смотря прямо в его глаза: – Я не позволю тебе снова манипулировать мной.
Она круто развернулась и вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. На ее виске пульсировала жилка в такт биению сердца и крутившейся в голове мысли: «Неужели он не понимает, что я больше не та влюбленная дурочка, которую легко подчинить?».
Василина стремительно шла по коридору редакции, стараясь избавиться от нарастающего чувства тревоги. В голове витали обрывки их разговоров, но слова Роберта, казалось, накладывались друг на друга, превращаясь в едкую паутину сомнений. Она выскочила на улицу, где легкий ветер ударил в лицо, немного остужая ее разгоряченные щеки.
Она не могла отделаться от навязчивых мыслей: «Зачем он приехал? Что ему от меня нужно?». Подростки вокруг нее беззаботно смеялись и обсуждали свои планы на вечер, но голова Василины была занята лишь одним человеком. Который был недостоин ее привязанности.
Она остановилась на краю детской площадки и вгляделась в березовую рощу неподалеку, словно надеясь найти там ответ. Вспомнив, как Роберт легко вычеркнул ее из своей жизни, Василина поняла – этот раз будет другим. Она не позволит ему вновь разжечь искру, которая так больно ее обожгла. Она не позволит ему сжечь себя дотла.
Постепенно гнев начал уступать место решимости. Сделав глубокий вдох, Василина направилась в сторону рощи. Ей нужно было отвлечься, побыть одной, выбросить Роберта из головы. Но в глубине души она знала, что их с Робертом пути еще пересекутся. Только в этот раз она будет готова дать отпор – и ему и своим чувствам.
Глава 18
Чем дальше Василина отходила от лагеря, тем тише становились детские крики и визги. Постепенно она начала приходить в себя, свыкаясь с мыслью, что следующие три недели ей придется провести чуть ли не бок о бок с Робертом. Она усмехнулась иронии судьбы – раньше он избегал ее и расстраивал этим, а сейчас наоборот. Роберт потащился за Василиной в такую даль, вот только ей это совсем не нужно.
Впрочем, они бы все равно скоро встретились. Им еще учиться в одной школе, которая куда меньше, чем лагерь со всей его территорией. К счастью, Роберт перешел в выпускной – одиннадцатый – класс, в то время как Василина только в десятый. Всего год, и он покинет стены школы, перестав мозолить глаза и бередить сердечные раны Василины.
Она честно пыталась взять себя в руки и не страдать. Василина выбирала исключительно легкие книги для чтения, смотрела комедии, избегая драмы и тем более романтики. Она старательно отгоняла воспоминания о Роберте, но они словно въелись и навсегда поселились в ее голове. И это было мучительно – думать о человеке, о котором очень хотелось забыть.
Щелчок затвора фотоаппарата вывел ее из мыслей, заставив остановиться. Бегло осмотрев березы и кустарники, Василина встретилась взглядом с Глебом, стоявшим в нескольких метров от нее. Пройдясь взглядом по загорелому торсу и остановившись на его купальных шортах, она нахмурилась и порозовела, когда в памяти невольно всплыл образ Роберта в бассейне. Глеб растолковал это иначе. Перекинув полотенце через плечо, он двинулся к Василине.
– Гуляешь? – приветливо улыбнулся он, не зная, с чего начать разговор.
– А ты фотографируешь исподтишка? – накинулась на него Василина. Она отчетливо слышала характерный звук, который явно нельзя было приписать дятлу или белке.
Остановившись в метре от нее, Глеб недоуменно выгнул бровь и молча развел руки в стороны, демонстрируя, что у него не было с собой ничего похожего на фотоаппарат. Только полотенце, шлепки и шорты без карманов.
Смутившись, Василина покраснела еще сильнее. Глеб перевел ее нелепое обвинение в шутку:
– Наверное, где-то в кустах спрятался папарацци. Такую красоту грех не заснять – какая стать, какой стиль!
Василина фыркнула и сунула руки в карманы льняного комбинезона с шортами и наполовину открытой спиной.
– Какой стиль, я тебя умоляю – это комбез с распродажи.
Глеб притворно запустил руку в волосы, корча из себя модель:
– А кто сказал, что папарацци следят за тобой?
У Василины весело подскочили брови:
– Вот как? Да вы, сударь, от скромности не умрете.
Раздался еще один щелчок. Василина переменилась в лице. В ее глазах читался немой вопрос: «Ты тоже это слышал?». Нахмурившись, Глеб насторожился. Ухо Василины улавливало легкий треск веток, а в воздухе повисла какая-то напряженность.
– Что это было? – спросил он, прислушиваясь.
Василина, слегка сжав губы, шагнула ближе к нему, словно искала укрытие.
– Не знаю… Я думала, это ты, но… Может, кто-то гуляет, как и мы?
Глеб кивнул, но его взгляд остался таким же бдительным. Он обернулся, оглядывая окрестности, и заметил в густых зарослях нечто, что сверкало на солнце.
– Пойдем к озеру, – предложил он, чувствуя, что это поможет развеять странное напряжение. – Я слышал, там потрясающие виды. И вода теплая.
– Ты уверен? – встревожилась Василина. – Может, вернемся обратно?
Глеб ухмыльнулся, хотя и сам чувствовал, как холодок пробегает по спине.
– Ты действительно хочешь вернуться в этот шум и гам вместо того, чтобы сходить к озеру? – поддразнил он. – Уютный вечер у озера, тишина, спокойствие…
Она засмеялась, но в ее смехе слышалась нотка тревоги.
– Ладно, ты победил, – сдалась она, хотя все еще оглядывалась на кусты.
Глеб сделал шаг вперед, и они вместе направились к озеру. Шаг за шагом роща становилась все тише, будто природа прислушивалась к ним. Когда они вышли на песчаный берег, Василина остановилась, пораженная красотой, которая открылась перед ними.
Озеро лежало перед ними, как огромное зеркало, отражающее августовские лучи солнца. Вода была такой чистой, что можно было разглядеть каждый камень на дне, покрытый мягким зеленоватым мхом. Они были разбросаны по дну, словно оставленные пиратами драгоценности.
Низкие кусты и пышная трава обрамляли озеро, а местами высовывались валуны, на которых можно было удобно усесться и наслаждаться окружающей красотой. Легкий ветерок нежно шевелил поверхность воды, создавая рябь, которая играла на солнечных лучах, превращая озеро в калейдоскоп.
На расстоянии можно было заметить небольшие островки, поросшие деревьями, которые, казалось, бережно охраняли это уединенное место. Вокруг стояла тишина, лишь изредка нарушаемая трелями птиц. А пирс из массивных бревен вполне мог послужить местом для отдыха – Василина тут же захотела устроиться на нем, свесив ноги в воду, и наслаждаться уединением.
– И правда красиво, – прошептала Василина, словно боясь нарушить это мгновение. – А нам можно здесь находиться? Одним, без вожатых?
Глеб лукаво улыбнулся:
– Нельзя, в этом и прелесть. Где вожатые – там мелкие и много шума. Но предупреждаю, у нас мало времени.
– Нас скоро хватятся? – обеспокоенно уточнила Василина, опасаясь получить нагоняй от вожатых.
– Нет, скоро начнется пляжный волейбол, – он кивнул на сетку, которую Василина сразу не заметила – та лежала прямо на песке. – Я в воду, ты со мной?
Василина потупилась и мотнула головой:
– Я плохо плаваю. И купальника с собой нет. Посижу на причале.
Глеб кивнул и, расстелив на песке полотенце, сбросил шлепки. Он закрепил уголки полотенца камнями и, подмигнув Василине, направился к воде.
Она наблюдала за ним, устроившись на пирсе, бревна которого были до приятного теплые, будто за день впитали в себя максимум от солнечных лучей. Василина поймала себя на мысли, что, глядя на Глеба, ее мысли все меньше занимает Роберт. Ей вспомнилось, как Женька совсем недавно заявила, что клин клином вышибает. И, как начало казаться Василине, подруга была права.
Вскоре пляж наполнился детьми и подростками, выбежавших из рощи с шумом, мячами, полотенцами и формочками для песка. Василина поймала на себе взгляд вожатой, которая была в замешательстве, увидев ее на пирсе, а в воде – Глеба. По всей видимости она пыталась вспомнить, шли они с остальными или нет. Вожатая быстро отвлеклась на мальчика, который принялся бросаться песком в глаза визжащих девчонок, и больше не обращала внимания на Василину и Глеба.
– Ну вот и пришел конец уединению! – резюмировал Глеб, проплывая мимо пирса.
– Можно прийти сюда завтра пораньше, – вырвалось у Василины. Это было не только предложение для Глеба, ей и самой хотелось составить ему компанию. И не только завтра.
Согласившись с ней, Глеб оттолкнулся от балки и, загребая воду руками, поплыл к валуну в нескольких метрах от пирса. Василина не могла оторвать взгляд от его спины и мышц, играющих под загорелой кожей.
Она не заметила, как пирс наполнился малышней лет десяти. Только когда кто-то пихнул ее в плечо, она дернулась и обернулась. Увидев перед собой мальчишку, – того самого, который бросался песком, – она попросила:
– Аккуратнее, пожалуйста.
Не дожидаясь ответа, она отвернулась, раздумывая, не пора ли уйти с пирса, пока ее не затоптали малолетки. В этот момент ее снова пихнули – на этот раз куда сильнее. Не удержавшись, Василина полетела в озеро.
Паника захлестнула ее мгновенно, как и вода, под которую она ушла с головой. Кроссовки напитались влагой и мгновенно потяжелели, балластом утягивая ее на дно. Василина начала отчаянно барахтаться, силясь выбраться из-под толщи воды. Она не надеялась выплыть. Ей было нужно, чтобы ее заметили и спасли.
«Да что ж за год такой – второй раз тону!» – невольно подумалось ей и даже захотелось нервно хихикнуть, но смеяться было не над чем. Задерживать дыхание становилось все труднее. Василина почти сдалась, когда ее подхватили чьи-то руки и вытянули на поверхность.
– Тихо-тихо, все хорошо, все хорошо, тихо… – зачастил Глеб, успокаивая ее и прижимая одной рукой к себе, а второй гребя к берегу. Василина думала, что там уже столпились вожатые, но никто не заметил того, как она ушла под воду и едва не утонула. Если бы не Глеб…
– Руки убрал, – раздался грубый голос Роберта. Василина только сильнее прильнула к Глебу. – Я сам ее вытащу, убери руки!
Раздраженно сощурившись, Роберт подплыл совсем близко и точно начал бы вырывать Василину из хватки Глеба, если бы ему не нужно было удерживаться наплаву.
– Ой, извините, я забыл, что надо подождать, когда вы подойдете к берегу, а потом толкать, – прогундосил мальчишеский голосок с пирса. Роберт недовольно зыркнул на мальчишку. Василина с Глебом тоже уставились на него. Тот беззаботно пожал плечами и побежал на берег.
– Ты что, подговорил пацана, чтобы он сбросил меня?! – разъяренно проревела Василина. Будь она на суше, уже вмазала бы Роберту. – Ты совсем, что ли?! Ты же знаешь, что я плохо плаваю!
Роберт поджал губы и процедил:
– Именно поэтому и попросил.
Глеб, оттащив Василину на мелководье, отпустил ее, удостоверившись, что она твердо стоит на ногах. Нахмурившись, он спросил, кивнув на Роберта:
– Вы знакомы?
– Учимся в одной школе, – дернула плечом Василина, а Роберт, приближаясь к ним, нагло добавил:
– Мы встречались. Не так давно.
Василина взорвалась:
– И за это ты решил меня утопить?!
– Наоборот, – отозвался Роберт, явно расстроенный, что его план провалился. – Я хотел тебя спасти.
Василина вздрогнула. Когда-то – еще несколько месяцев назад – она бы душу продала за то, чтобы Роберт спас ее. Она бы даже обрадовалось тому, что он сам все подстроил. Но не сейчас. Теперь она мыслила адекватно. А то, что сотворил Роберт, адекватным было нельзя назвать.
Он скользнул взглядом по ее фигуре, которую облепил мокрый комбинезон. Василина моментально почувствовала себя обнаженной. Неожиданно на плечах оказалось полотенце – Глеб набросил его, вкрадчиво шепнув:
– Чтобы не замерзла. И чтобы не пялились… всякие.
Василина благодарно кивнула и завернулась в махровое полотенце, нагретое на солнце. Глеб перевел неуверенный взгляд с Роберта на Василину и тихо уточнил у нее:
– Тебе нужна моя помощь или вас оставить?
– Не оставляй меня с ним, – дрожащим голосом попросила Василина.
Глеб коротко кивнул, надел шлепки и осторожно положил руку Василине на плечо, показывая этим жестом, что она под его защитой. За их спинами раздался агрессивный всплеск, от которого Василина вся сжалась. Глеб сухо бросил через плечо:
– Только попробуй пойти следом. Разберемся по-мужски.
По всей видимости, «разбираться по-мужски» Роберту не хотелось. Промолчав, он двинулся к подросткам, играющим в волейбол. Решил ли он к ним присоединиться или же просто побрел к другую сторону, Василина проверять не стала. Да и не хотела.
