Текст книги "Вслед за солнцем (СИ)"
Автор книги: Анна Аникина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц)
Анна Аникина
Вслед за солнцем
Глава 1
Митко летел самолётом из Стамбула в Софию. Бог знает, какой раз за этот год. Он бы с гораздо большим удовольствием проехал бы этот путь на машине. Но время дорого. А на границе почти в любое время года можно попасть в скопление турок, едущих из Германии на Родину или обратно. У них там очередные детские каникулы. В каждой земле Германии в свое время. Не угадаешь. Стоять с такими соседями в очереди – то ещё удовольствие. Они всегда лезут вперёд, пропускают своих и на двух полосах непременно встанут в три ряда, внося сумятицу в и без того не самую примерную работу турецко-болгарской границы.
Семья Тодоровых владела отелями по всей стране. У деда Митко (ударение на первый слог – сокращённый вариант имени Димитр) – Георгия Тодорова, было шестеро детей. Они сами и все их дети работали в семейном бизнесе. Большой клан. У каждого свои обязанности.
Младших Тодоровых, знавших гостиничный бизнес изнутри с раннего детства, обязательно отправляли получать профильное образование. Митко учился сначала в Праге, потом проходил стажировку в Москве и Стамбуле. Это не считая сезонной работы в семейных отелях на горнолыжном курорте Банско и на побережье.
Он учился всему. Гостеприимству, экономике, менеджменту, маркетингу. Осваивал постепенно все специальности, задействованные в гостинице. Был лагедж-боем, портье, барменом, официантом убирал номера. Зимой чистил снег и работал инструктором по горным лыжам, летом мыл бассейн, работал спасателем и аниматором. Если не знаешь работу бизнеса изнутри, никогда не сможешь им управлять. Эту мысль с ранних лет внушал всем младшим Тодоровым дед.
Шальная мысль взять и шикануть – полететь бизнес-классом, чтобы дать себе поспать хоть час, так и осталась мыслью. На этих рейсах в Эйрбасах 320 бизнес-классом гордо называются пять первых рядов за шторкой. Кресла такие же, как в экономе. Никакого смысла платить вдвое больше. Тем более, что у него место у окна.
Из соображений вежливости, чтобы потом не поднимать уже усевшихся соседей, Митко пошёл в гейт едва объявили посадку. Обычно он так не делал. Что толку сидеть в душном самолёте, который всё равно не взлетит, пока все не зайдут и не усядутся. Опустил рюкзак себе под ноги. Сунул в уши наушники, включил джаз.
Прислонился лбом к иллюминатору. Жаль, нельзя полностью вытянуть ноги. С его ростом и вправду передвигаться лучше бы машиной. Глядишь, он сможет себе позволить к двадцати пяти годам купить нормальную, а не брать каждый раз в семейном гараже.
Рядом в кресло кто-то сел. Не слишком грузный. Тоже поставил под ноги ручную кладь. Митко не хотел открывать глаза. Но едва уловимый аромат духов будто уговаривал его это сделать. Он узнал запах. Буквально пару недель назад они ему попались в дьюти-фри в Дюссельдорфе. Тогда он хотел купить духи маме к женскому дню. Эти показались слишком молодежными. Как же их… Название не вспоминалось. Вертелось в голове, но не воспроизводилось.
Значит рядом девушка. Скорее всего юная. Митко со всё ещё закрытыми глазами решил её себе придумать. Возраст? Пусть около двадцати. Волосы? Брюнетка. Просто вероятнее. Болгарские и турецкие девушки чаще именно с тёмными от природы волосами. Длина? Пусть будут длинные. Хотя нет, тогда бы он их уже почувствовал. Пусть до плеч. Худая? Лучше просто стройная и пропорциональная. Высокие и костлявые ему не нравились. Если бы она была очень высокой, непременно уже задела бы его колени.
Забавно. Картинка получалась сладкой. Жаль будет, если реальность будет отличаться от фантазии. Говорил ему отец, что он слишком много фантазирует. Это правда. Он даже гостей в гостинице разглядывал, придумывая про них истории.
Образ девушки из соседнего кресла разбередил душу. Митко решил, что подождёт ещё немного. Может быть голос прозвучит.
Глава 2
Стюардессы с Турецких авиалиний успевали даже на коротких рейсах подать пассажирам чай или кофе с десертом.
К их восьмому ряду тележка подъехала быстро. Мягкий девичий голос по-английски попросил себе чай с лимоном. И тогда Митко пришлось открыть глаза. – Кофе, пожалуйста, – попросил он по-английски. Мог бы и по-турецки. Но ему вдруг не захотелось, чтобы девушка из соседнего кресла приняла его за турка.
Тётка Йорданка, обожавшая турецкие сериалы, всегда говорила, что в нем есть что-то османское, но бабушка спорила с ней. Мол, турецкой крови у них нет. Это восточно-славянские предки. Проявились серыми глазами у Митко и Кирила. Остальным достались вполне традиционно болгарские – темно-карие.
Митко пришлось протянуть руку за чашкой с кофе. И тогда он позволил себе коротко глянуть на соседку. С возрастом угадал. Меньше двадцати. Правда не ясно, пятнадцать или девятнадцать. Миниатюрная. Волосы… Олеле, боже! Длинные, просто собранные в косу. Совсем светлые с солнечно-рыжим отблеском. И две неожиданно бирюзовые пряди возле лица.
Пялиться было бы неприлично. А цвет глаз он разглядеть не успел. Зато узнал имя. – Ася, будешь шоколадку? – спросила женщина, очевидно мама девушки.
Ася? А как же полностью? Асият? На мусульман они не похожи. – Будете шоколад? – неожиданно, минуя дочь, женщина протянула маленькую плитку Митко. – Да, спасибо, – ответил он по-русски и улыбнулся маме Аси. Заодно второй раз глянул на девушку.
Она вскинула на него глаза. Яркие. Серые. В длинных пушистых светлых ресницах. Подняла брови, похожие на беличьи хвосты. Высокие скулы, полноватые губы. Аккуратные уши с крохотными серёжками-камушками. В левом три в ряд. У Митко была фотографическая память на лица. Ему хватило доли секунды, чтобы разглядеть детали, не переходя грани приличия.
Значит русские. В феврале в Софию могут лететь только лыжники. Из столицы недалеко до курортов.
Шоколадка с маленькой девочкой в платке на обёртке таяла во рту. Митко очень любил русский шоколад. Зная это, его "русская" тётка Дарья каждый год привозила ему такой гостинец из Москвы.
Стюардессы пошли по проходу, собирая стаканчики и мусор. Скоро посадка. Зажглось табло "Пристегнуть ремни". Самолёт резко пошёл вниз. На этом участке полёта часто начинало трясти. Внизу горы, воздушные потоки возмущенные.
Митко увидел, как вцепилась в подлокотник Ася. Побледнела. Потерла кончиками пальцев ухо. Закусила губу. Видимо, ей больно. Уши заложило. Митко хотелось сейчас хоть как-то ей помочь. Он подумал, что если бы Ася была его девушкой, он бы сейчас обнял её и гладил по голове, успокаивая.
Пришлось одернуть себя. Что за мысли в голове у тебя, Димитр Тодоров? Куда тебя несёт? Уйми уже свою фантазию.
Ася часто и поверхностно дышала совсем рядом. Митко полез в рюкзак. Достал леденцы в коробке. – Хочешь ли бонбони? – получилось на смеси болгарского и русского. Он протянул коробочку Асе. – Спасибо, – ответила она еле слышно. Выбрала лимонную.
Митко из вежливости предложил конфеты и её маме. Та отказалась. – Бери ещё. Тебе нужно глотать. Скоро кацане, – он судорожно вспоминал русское слово, – земля, – получилось коряво. Вот что значит, с лета не было практики.
Ася только кивнула. Взяла ещё мятную. А Митко разглядел её руки. Забавный маникюр как раз мятного цвета на акууратных ногтях. Тонкая кожа, изящные длинные пальцы. Может она пианистка?
Глава 3
Самолёт рывком коснулся земли, подскочил, потом наконец прокатился по полосе, резко оттормаживая.
Асе было всё ещё больно. Хотя леденцы очень помогли. Она выдохнула с облегчением, когда полет наконец закончился.
Единственный положительный момент – красивый парень в соседнем кресле. Ей и сесть рядом было сначала страшновато. Но мама хотела сидеть у прохода ближе к отцу. Пришлось аккуратно помещаться в среднем кресле, стараясь не задеть соседа.
Тот явно устал. Прикрыл глаза. Было интересно, какая музыка у него в наушниках. Ася успела разглядеть длинные тёмные ресницы, крупный нос, волевой подбородок и будто нарисованные губы. А ещё широкую золотую цепочку, убегающую под светлый джемпер, крепкую фигуру и длинные ноги. У неё было достаточно времени. Парень, кажется, спал.
Когда развозили напитки, ей очень хотелось кофе. Но почему-то подумалось, что он может быть невкусным. Она взяла чай с лимоном. К нему полагался турецкий десерт что-то вроде чак-чака. Справа раздался мягкий взрослый баритон. Парень по-английски попросил кофе. Значит болгарин. Мимо Аси за чашкой потянулась рука. Она подумала, что с таких мужских ладоней можно картины рисовать.
Сравнивать парня из соседнего кресла с Асиным школьным кавалером Пашей Еремеевым не хотелось. Выходило совсем не в пользу последнего. Хотя, если разбирать детально, совсем не ясно, почему.
Еремеев блондин. Это само по себе не недостаток. Но он какой-то бледный блондин. Будто акварельный. Теперь Асин внутренний голос пытался как-то защитить Пашу. Оправдать, почему Ася позволяет ему за собой ухаживать. Итак, Еремеев… Он в очках. Тоже не недостаток. И этот болгарин тоже может плохо видеть. Но… И тут память подкинула картинку Пашиных ладоней. Руки. Тут блондин, наконец, проиграл. Без вариантов.
Девушка отхлебнула чай. – Ася, будешь шоколадку? – её запасливая мама выудила из своей безразмерной сумки несколько маленьких "Аленок". И тут же предложила одну соседу. Тот взял и поблагодарил. По-русски. Несколько неожиданно.
Рука снова потянулась мимо Аси. Она залипла. Потому что глаза у парня оказались неожиданно совсем не чёрными. И даже не карими. А ровно такими же, как у неё. Ярко-серыми. Только ресницы вокруг тёмные и брови широкие. Да ещё проблеск меди в коротко стриженых волосах. Или показалось.
Сосед смотрел прямо на неё, не мигая. Кажется, что долго. На самом деле понятно, что долю секунды, будто сканируя. Ася про себя улыбнулась. Интересно, могла бы она ему понравиться? И что бы сказала про него тетка Инна? Вот уж кто сразу давал бескомпромисно меткие характеристики.
Когда самолёт пошёл на снижение, Асе стало совсем тяжко. Уши заложило. Она не услышала, что он ей сказал. Увидела протянутую коробочку с леденцами. Сил хватило только кивнуть. Боль нарастала. Сосед что-то говорил ей, судя по выражению лица, успокаивающее. Протягивал ещё конфетку. Смотрел обеспокоенно.
А потом полет кончился. Началась суета и сутолока. Все хотели пораньше выйти и оказаться на свежем воздухе. Асю выпихнула вперёд себя мама. – Давай, дочь, за папой, – подтолкнула в спину. Хотелось обернуться. Найти глазами соседа и хотя бы поблагодарить. Но людской поток быстро вынес Асю из самолёта и понёс к паспортному контролю.
Она увидела только, как парень прошёл через боковую будку пограничников специально для болгарских граждан и стремительно исчез.
Глава 4
Миновав пограничные формальности, и проведя почти два часа в агентстве по аренде автомобилей, где им упорно не хотели отдавать заказанный заранее микроавтобус, Дмитриевы вышли на улицу. Устали. Перелет с пересадкой – не самый оптимальный вариант. Но Ася с мамой очень хотели посмотреть Стамбул.
– Дим, ну и что нам делать? Три комплекта лыж, три чемодана. Мы не в одну малолитражку без верхнего багажника не поместимся всё равно. – Они говорят, наша машина будет завтра утром. Что-то там перепутали. Может нам и правда поехать сейчас в отель в Софии? Глянуть утром город. А потом выдвинуться в горы. – А как же сутки отеля в Банско? – Бог с ними. Мы в отпуске, Марин. Давай получать удовольствие от всего. Даже от приключений на задницу.
Асин папа умел находить позитив во всем, что с ним происходило.
Лыжи они оставили прямо в офисе агентства. Взяли такси в город. – Хорошо, что вы не поехали в горы, там вчера снег прошёл. Завтра трассу уже точно почистят. Рент-авто на летней резине. У нас тут все так, – рассказывал разговорчивый таксист.
Небольшой отель недалеко от центра посоветовал все тот же таксист. Видимо, им владели его родственники. Уж больно обрадовалась его появлению девушка на ресепшен. Сейчас не пик сезона. Туристов мало.
– Дмитрий Дмитриев? – переспросила администратор, – Българин ли си? – Нет-нет, так получилось. Русский.
Дмитрий Дмитриевич Дмитриев первый раз сталкивался с такой интерпретацией происхождения своего сочетания имени, отчества и фамилии. Сам он полагал, что у его родителей просто странная фантазия. Старшего сына Дмитрием не назвал, хотя ему активно намекали. Родителям казалось, что это будет забавно и мило. Им с Мариной так совсем не казалось, и они назвали сына Георгием. Взрослый уже сын с ними в горы в этом году не поехал.
С погодой повезло. После хмурой морозной Москвы сначала солнечный Стамбул, где было ближе к двадцати градусам тепла. А теперь и София. Тут холоднее. Но всё равно уже весна в воздухе. В отеле подавали вполне приличные завтраки. Не шведский стол, но очень быстро и по-домашнему вкусно. Выпечка пахла упоительно. Хотелось взять попробовать всё. Официантка прослелила за Асиным восторженным взглядом. – Хотите, я оставлю для вас всего по-малку. Днем всё покупят. – Да, хочу, спасибо Вам! – Скажите, что хотите.
Ася удивилась. Жители болгарской столицы завтракали на ходу. Стаканчик с кофе из автомата и булка из пекарни.
Она пошла вдоль выставленных только из печи противеней. Их сейчас выставят на улицу в витрину. – Я хотела бы геврек, баничку, софиянку, и вот это. Сладкое? – Да, это кифла с мармелад. – Ася, мы же лопнем! – подошла к дочери Марина. – Нееет! Я лучше лопну, но попробую. Мам, смотри, какое всё вкусное. Сама говорила, что в отпуске надо есть аутентично. В Италии пиццу и пасту, а в Болгарии я буду это. – Думаю, что в болгарской кухне можно найти и что-то менее сдобное и колорийное. Но и правда, выглядит очень вкусно. Гулять так гулять!
На осмотр центра Софии у них была как раз пара-тройка часов. Потом из агентства должны были пригнать заказанную машину. Дмитриевы пошли пешком в сторону Собора Александра Невского. Нашли крохотную улочку с гордым названием "Париж" и вернисаж художников.
Ася хотела выбрать себе что-то. Пусть маленькое, но чтобы напоминало об этой прогулке и о болгарской столице. Нашла небольшой рисунок. Площадь и собор. Акварелью на бумаге. Художник просил пятнадцать лев. Прикинула, сколько это будет в рублях. Но на самом деле уже решила. А рамочку потом сама купит. Отдельно.
Глава 5
Димитр выскочил из здания аэропорта. Автобус как раз подъехал. Так даже проще. На кольцевой сейчас большая стройка. Автобус по выделенной полосе пройдёт быстрее, чем машина.
У него есть только сегодняшний вечер дома. Оставить одни вещи, взять другие. Проверить снаряжение. Потом он должен быть в горах. Там сейчас сезон. А значит все усилия семьи направлены на максимальный заработок.
Митко предстояло поработать в отеле, который дед намерен купить, едва сезон закончится. Нужно прикинуть, что именно поменять. Причём оценить со всех сторон. Интерьер, инженерные системы, менеджмент, материальную базу, рекламу, персонал, целевую аудиторию. У нынешнего владельца дело не ладилось последние несколько лет.
Покупка – вопрос в целом решенный. Так что никакого шпионажа. Вот только персонал не будет знать, кто он. Просто новый работник. Фамилия Тодоров более чем распространённая. Даже если узнают, из какой он семьи, о его квалификации никому пока не известно.
Кроме работы он рассчитывал покататься. Когда рядом склон, грех этим не воспользоваться. Значит придётся взять свои лыжи. На прокатные он встать не решится. Здоровье дороже. Непонятно, правда, как будет с режимом работы. Но пару часов по "вельвету" (поверхность горнолыжного склона после обработки ратраками – специальными машинами для разравнивания снега. Появляются полоски, напоминающие вельвет) возможно удастся урвать.
Вот, кстати, ещё одна возможная статья доходов, которая не учтена в отеле. Хороший прокат. Так чтоб не "дрова". Любой опытный лыжник или сноубордист в состоянии быстро оценить, стоит ли вообще трогать снаряжение. А новичку важно не переломать себя в первый же день катания. Так можно испортить не только настроение. Травмы на склонах – обычное дело. Несколько раз в день спасатели кого-то спускают в санитарных "люльках".
Если не прокат, то сервис точно должен быть. Мало кто точит канты дома. Да и по ходу катания бывает нужно что-то поправить.
Так незаметно для себя Митко уже весь мыслями был в новом проекте. Осталось только добраться до дома и посмотреть в компьютере финансовые выкладки. Хотя голова уже плохо соображала.
Наконец он добрался до своей квартирки в старом пятиэтажном доме послевоенной советской постройки недалеко от Университета. За вполне классическим фасадом скрывалось весьма современное жилье.
Митко никогда не жалел, что заказал интерьер своему кузену Филипу. Они с ним почти ровесники. И всегда очень дружили. Фил сделал работу просто блестяще. Функционально, современно, удобно. Много воздуха и света.
Он еле уговорил брата взять деньги. Филип взял. А потом подарил Митко на новоселье шикарный диван.
"Дисциплина – основа жизни" – повторял дед. Митко очень устал. И в самолёте не уснул. Впрочем, о причине он сейчас вспоминал с удовольствием. Тут же вспомнился запах её духов и бирюзовые забавные прядки.
Но пришлось заставить себя открыть компьютер и хотя бы по диагонали просмотреть материалы на отель "Зелена долина". Цифры не давали стройную картину. Что-то не сходилось. Но что именно, усталый мозг не мог понять.
Промучившись минут двадцать, Димитр хлопнул крышкой ноутбука. Ещё одно усилие воли – себя в душ, одежду стирать. Уснул он моментально.
Рано утром ещё сквозь пелену сна он вспомнил часть названия духов. Там точно было слово "лайм".
Глава 6
Утром уже со всеми сумками Митко пешком дошёл до небольшого отельчика, которым владел дядя Константин. С лыжным чехлом и массивным рюкзаком он сейчас вполне сошёл бы за туриста.
В небольшом кафе внизу тётя Петка убирала посуду после завтрака. Обрадовалась, увидев племянника мужа. – Митко! Мальчик! Ты прилетел! Когда? Почему не сказал? Фил вчера про тебя спрашивал. – Тётя, я не надолго. Выпью кофе, съем твою баничку и возьму машину из гаража. – Ты тащил все вещи сюда, чтобы взять машину? А позвонить? Я бы разбудила Кира. Он пригнал бы. Этот разгильдяй всё равно спит до обеда. – Я в восемнадцать тоже любил спать до обеда. Много гостей сейчас? – Митко устроился в кресле.
Тётя сварила ему кофе. Подала ещё тёплую витую баницу. – Да, какой там! Вчера Величко привез одну семью из аэропорта. Да и эти едут в горы. Все сейчас едут в горы. И ты, мой хороший. – Ты же знаешь, у деда там большие планы. – Знаю. У Георгия Тодорова всегда большие планы. Ты к нему будешь заезжать? – Нет, я позвоню. Он освоил электронную почту и мессенджеры. Теперь пишет мне всё, что приходит ему в голову. – Видно, ты следующий. – В смысле? – Думаю, дед оставит управление тебе. – Не говори так. У меня три дяди, две тёти и одиннадцать братьев и сестёр. Фил старше, например. Дядя Асен очень опытный управляющий. – Ты знаешь, я очень люблю своих сыновей. Но… Митко, дорогой, никто из нас, старших, а уж тем более из вас – младших, не потянет держать всё в одном кулаке. А без этого кулака всё рухнет. Растащится. Рассыпается. Твой отец больше по машинам. По технике. Фил в архитектуре весь. – Ещё тётушки и девочки. И Кирилу не всегда будет восемнадцать. – А то ты не знаешь тетушек! Йорданка, правда, вцепится в свой кусок просто из вредности. А девочки…Посмотри на них. Цветане лишь бы в клуб. Замуж за богатого и лучше иностранца. А ещё она под тебя своих подруг подкладывает. Что, не так? Как они могут хорошо обслуживать других, когда привыкли, что всё время обслуживают их? Йорадка разбаловала. Так что выводы сам делай.
– Дед болен? – Митко побледнел. – Я не знаю наверняка, дорогой. Но рано или поздно он уйдёт. Лучше, чтобы ты был готов. – Не хочу я быть готовым… Это не честно. Тётя! – Зря я заговорила… Да? Прости, мальчик. Давай положу тебе в дорогу что-нибудь. Что хочешь? И кофе в термос. Только не пей на ходу. – Тётя, скажи, что ты добавляешь в брынзу? Нигде я не ел таких вкусных баничек! – О, это секрет. Давай договоримся, вот решишь жениться, я расскажу его твоей невесте. – Ооо, тогда ждать ещё долго. – Ничего. Подожду. Секреты они такие. Умеют ждать. Не портятся от времени.
Митко поднялся. Убрал за собой посуду. Поцеловал тётю. Здесь, в Софии, она была для него второй матерью. – Ключи от гаража на стойке? – Да. Возьми сам.
В общем семейном гараже держали несколько машин на все случаи жизни. Рабочие. Простые. И хотя Тодоровы вполне могли считаться богатой семьёй, молодёжь особо не баловали. Хочешь дорогую машину – заработай самостоятельно.
Митко выбрал Форд с кузовом хэчбек. Чтобы лыжи поместились. Погрузился. Осталось добраться. По новой трассе совсем недолго. Если дороги почистили.
