Текст книги "Земля лишних. Том 1"

Автор книги: Андрей Круз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

– Кстати, как АЕКи?

– Хороши АЕКи, слов нет. Когда очередями стреляешь – приклад сам к плечу липнет, а ствол на месте стоит. Гениальный автомат. Хотя если в джунглях, наши АК предпочитают, те и в болоте топить не страшно, один хрен – стреляют. А в конвоях все АЕКами или "Абаканами" пользуются. Тут есть время почистить, позаботиться, затяжные бои нечасто бывают, в основном – скоротечные.

– А "винторез" прикупить реально? – продолжал расспрашивать я.

– А ты решил себе в кузове пирамиду ружейную поставить, заполнить и так кататься?

– Запас карман не тянет. – пожал я плечами.

– У тебя же и так "сто четвертый", и снайперка, и пистолеты. А "Винторез" не реально, пока ты не в штате. Ни "Вал", ни "Винторез", ни "Грозу" под этот калибр. И зачем тебе такая куча?

– Я же один перемещаюсь покуда, трудно сказать, что понадобится. Единственно возможное мое преимущество перед вероятным противником – достаточное количество хорошего и подходящего к обстоятельствам оружия, и много боеприпасов.

– А, понятно. Точно, хорь запасливый.

– Мы это уже обсуждали. Я вот на "Вал" поставил упор под щеку и затыльник на приклад, так тоже свинчу и себе на "сто четвертый" переставлю. Произведу улучшение, так сказать.

Немцов усмехнулся, затем сказал:

– Был у нас такой псих, вроде тебя, потом в егеря перешел. Тоже, все, что на конвоях зарабатывал, в оружейном тратил. Домой к нему зайдешь – волосы дыбом. Будто в одиночку Дикие острова собрался захватывать. И тоже снайпер, заметь. Общее это у вас, наверное, профессиональное заболевание.

– А ты как думал? – почти натурально возмутился я. – Это вы можете в белый свет, как в копеечку палить, а у нас каждый винтик на результат влияет. Вот и начинаешь улучшать, менять, что-то новое искать. И так со всем оружием, не только с винтовками. Да, пожалуй – профессиональная болезнь.

– Ладно, лечить не станем. – подвел итог спору Немцов. – Пойду по трофейному транспорту водил рассажу. Мимо городка одного пойдем, Аламо, там продадим излишки. Возле дороги стоят, так что у них там и стоянки с охраной, и мотели, и заправки, и мастерские. И любой груз, зашедший в город, берут под ответственность. Хоть охрану не выставляй, никогда из транспорта ничего не пропадало.

– А посторонние?

– Да все под охраной стоит. А если кто попытается и попадется – они его судом Линча. Петлю на шею – и на первом суку, чикаться не будут. Решительные хлопцы. Их дорога кормит, поэтому репутацию блюдут. И еще они скот разводят – такие стейки, как у них, ты вряд ли где еще попробуешь.

– Хороший городок, видать. – протянул я, задумавшись о стейках.– А чего Аламо назвали?

– Да была история через год после основания. Здоровая банда из-за хребта пришла, так местные чуть не три дня отбивались, и все же отбились. Ладно, по коням.

Суверенная Территория Техас, город Аламо. 22 год, 31 число 5 месяца, среда, 14:00.

Место в растянувшемся из-за пополнения походном ордере мне досталось в середине, сразу перед омоновским «Тигром». Грузовики и «Хаммер» передо мной немилосердно пылили, пришлось надеть противопылевые очки и замотать низ лица банданой. Кондиционера в пикапе не было, окна держал открытыми с обеих сторон. Зато ехать в составе конвоя было спокойно. Винтовка, ставшая теперь моей собственностью, перекочевала в пластиковый футляр, а свое место в держателе занял автомат, на который я на ночевке переставил резиновый затыльник приклада и упор под щеку. Поухватистей стал, правда, случись приклад сложить – до щелчка не дойдет, не зафиксируется сложенным. Так я ведь и не складываю никогда.

Сначала над нами пролетел легкий одномоторный самолет, кажется – "Пайпер Ацтек". Затем город встретил нас передовым дозором, выглядевшим как здоровенный пикап "Додж Рэм", выкрашенный в неизменный здесь камуфляж, с несколькими антеннами и немецким пулеметом МG3 на турели в кузове, стоящий на возвышенности, откуда открывался прекрасный вид на все окрестности. В кузове стоял человек с биноклем на штативе, расположенном на крыше. Еще трое с автоматическим оружием стояли рядом с машиной.

Они только помахали руками колонне, когда мы проехали мимо. Из наших машин тоже махали в ответ. Видимо, опознали нас издалека, по радио, заодно сообщили в город о приближении. А формальную часть решили опустить. Ну и спасибо.

Настроение было хорошее, Немцов объявил сутки отдыха личному составу, дав бойцам возможность поесть местного мяса и попить местного бурбона, предупредив, правда, чтобы в дрова не вздумали напиваться. Сам он собирался в это время расторговаться трофеями. Трофеев было много, редко так случалось. Тащить с собой весь этот лишний транспорт смысла не было, колонна излишне растягивалась, личный состав отвлекался от основных обязанностей. Да и сваленное в кучу в одном из "унимогов" оружие тоже никому не было нужно.

Городок напомнил мне декорации к фильмам, такие, какие мне довелось видеть в Испании, где в горах Сьерра Невада небезызвестный Серджио Леоне снимал свои "спагетти вестерны" и сделал звездой Клинта Иствуда. Такие же каркасные дома, обшитые досками внахлест, такие же вывески, такие же пыльные улицы, на которых, по всем канонам жанра, должны были сходиться отрицательный герой в черном и положительный в грязном, держа отставленные ладони возле револьверов в кобурах. Ну и музыка Морриконе, само собой, куда же без нее?

Картину немного нарушала настоящая промзона, в которую наша колонна и втянулась. Там было несколько отделенных друг от друга стоянок, огороженных высоченными бетонными заборами с колючкой поверху, с вышками между ними, на которых стояли часовые, бдящие за сохранностью груза и транспорта. Была большая заправка, боксы ремонтных мастерских, и стоянка с надписью "Car and Truck Sale. New and Preused"[16]16
  «Продажа машин и грузовиков. Новые и подержаные».


[Закрыть], забитая всевозможными машинами. Да, городок Аламо явно существовал при Дороге.

Из какого то переулка между заборами на квадроцикле вырулил мужик в "стетсоне" и клетчатой рубашке, сделал знак следовать за ним, и провел колонну в отдельный загон. Грузовики и броня распределились по размеченным местам, заглушили моторы. Стало удивительно тихо, только было слышно, как пощелкивают, остывая, корпуса двигателей и отчаянно сверчат какие-то насекомые в траве, выросшей вдоль бетонных стен.

Я тоже остановился впритык к забору, заглушил хорошо потрудившийся дизель, прихватил автомат из кабины и вышел, с облегчением и наслаждением потянувшись. Ко мне подошел Владимирский.

– Автомат можешь в машине оставить, здесь никогда ничего не воруют. Все равно мы еще и свой пост выставляем на территории. Даже разгрузку можешь бросить. Только пистолет оставь. Он тут не нужен ни разу, но без него ходить неприлично, лучше уж с голой жопой. Здесь все мужчины и половина женщин с пистолетами.

Я сделал, как он и сказал. Бросил в кабину разгрузку, включая кобуру с "Береттой", а к поясу прикрепил открытую кобуру с "Парабеллумом". Если это для красоты, то он в самый раз подойдет. Артиллерийская модель все же, с удлиненным стволом, экзотика по нынешним временам.

Я огляделся и действительно, солдаты снимали броники и разгрузки, оружие, оставляя это все в машинах, и тянулись к выходу со стоянки. Немцов, который шел с Владимирским, махнул мне рукой. Я прихватил сумку с чистой одеждой и туалетными принадлежностями и подошел к ним.

– Пошли с нами, покажем тебе, где тут что. – позвал меня Немцов. – Да и торговаться потом поможешь.

Мы вышли за ворота, и пошли мимо бетонных заборов в сторону стоянки автоторговца.

– Торговца Джо зовут, мужик порядочный и конкретный. – просвещали меня по дороге. – Попросим его пока трофейные машины посмотреть, а завтра с утра он свою цену назовет.

– А с оружием как?

– Здесь два магазина оружейных, оба в центре. "Guns"n"Knives" и "Sam"s Gun Store". Лучше к Сэму пойдем, я с ним знаком хорошо. С другим магазином я пока дела не имел. А ты можешь оба навестить, только потом смотри, чтобы в "Тойоте" твоей мосты не погнулись.

– Издевайся, издевайся… Придет голодный год – попросишь хлебушка.

На стоянке торговца стояло примерно с десяток разномастных автомобилей. Были и грузовики, и пикапы, и внедорожники. Мое внимание привлек маленький "Сузуки Самурай", на массивных "зубастых" колесах, переделанный в пикапчик с коротким кузовом. Я показал на него Немцову. Тот сказал:

– А что ты хочешь? Очень популярная машинка в Новой Земле, особенно с дизелем. Ее же первоначально для японских сил самообороны спроектировали, как посыльный автомобиль. Просто и надежно, а здесь она одна из самых дешевых. Если кто налегке путешествует, или в одиночку, то лучше и не надо. И у нас, и в Демидовске чуть не треть таких в личном пользовании. Сам видишь – за скоростью здесь никто не гоняется, автобанов нет, а вот надежность, простота и проходимость – главные качества. Я знаю, что испанцы прямой канал поставки "самураев" наладили. Он у них в Испании "за ленточкой" до сих пор выпускается, под маркой "Сантана", вот они их и волокут. Доводят до ума еще в Старом Свете, и готовые – сюда. Мы раз десять целые колонны их сопровождали, причем в разные территории.

– А кроме "самураев" народ у вас чем пользуется?

– УАЗы и "нивы". С обслуживанием попроще, да и не дорогие они. Так, казалось бы, могли захваченные машины на ППД угнать, но смысла нет, здесь они дороже продаются. При нашей жизни ремонтопригодность – первое дело.

– А с "самураями" как же? – продожал я допытываться.

– А испанцы и наладили поставку запчастей. Понимаешь, повезло им: "Самурай" единственный простенький внедорожник, который еще в Старом Свете выпускается. И испанцы же старую версию "Витары" выпускают, ее тоже здесь хорошо покупают. Индийцы еще свои "Махиндры" клепают, правда, но они больше к югу от Залива популярны. И китайцы какие-то свои пикапы тащат, но мы их редко видим, они больше сами пользуются.

Справа от ворот на стоянку стоял небольшой домик-времянка, крашеный в белый цвет. Немцов открыл дверь, и мы зашли внутрь. За обшарпанным деревянным столом сидел крепкий, стриженный под ноль мужик, в зеленой армейской майке и камуфляжных брюках. Перед ним на столе лежала бейсболка с надписью "U.S. Marine Corps. Semper Fi". Слева от него, у стены, стояла маленькая оружейная пирамида, в которой стояла M16A3 с подствольником и коллиматором "Эймпойнт", на пирамиде же висела ременная подвесная с подсумками.

Но самым интересным было не это. На поясе у мужика висела кобура из роскошной тисненой кожи, из которой торчала старомодно изогнутая рукоятка "Кольта-миротворца", отделанная слоновой костью. Новая переделка, разумеется, их до сих пор выпускают, но с полным соблюдением исторического облика. Судя по высокому рычагу курка – даже одинарного действия, а владелец – любитель пострелять "мельницей". "Мельницей" – это как в вестернах, знаете? Когда левой рукой курок взводится, правой на спуск нажимается, а все вместе как из пулемета выходит. Бах-бах-бах – и злодеи, раскинув ноги, в пыли перед салуном валяются, и шляпы раскатились. Потом тишина и снова музыка. Это обычно в начале кино случается, когда надо показать, какой крутой новый парень приехал в город. Он приехал, а на него наехали, и как всегда – неудачно.

– Hi, Joe! – поприветствовал мужика Немцов.

– Hi, captain. How are you? – откликнулся владелец крутого "кольта".

– Not bad. You? Got something for ya.

– I"m fine, thank you. What did you get?

– Couple of M151, Unimogs and DPV buggy.

– Everything"s here?

– Yes, it is.

– Had some shoot fight?

– Yeah, in the Corner.

– OK, I"ll take a look. Would your boys let me in?

– Of course. They're waiting for you.

– Thanks, let"s talk tomorrow morning.

– Thank you. See ya.

– See you tomorrow.

____________________

– Привет, Джо!

– Привет, капитан. Как поживаешь?

– Не плохо. Как ты? Есть кое-что для тебя.

– Я в порядке, спасибо. Что у тебя есть?

– Парочка М151, "Унимоги" и багги DPV.

– Все здесь?

– Да, здесь.

– Был бой?

– Да, в Углу.

– О-кей, я посмотрю. Твои ребята пропустят меня?

– Конечно. Он тебя ждут.

– Спасибо. Давай поговорим завтра утром.

– Спасибо, увидимся.

– Увидимся завтра.

____________________

Мы пожали Джо руку, и вышли из его пристройки.

– Джо мужик порядочный. Служил в морской пехоте, дослужился до ганнери-сержанта, потом как-то сюда занесло. Давно с ним дело имеем. Мастерская тоже ему принадлежит, починить могут вообще, что угодно. Не смогут починить – смогут переделать. Сейчас в отель заселимся, потом навестим Сэма, который оружейник.

Отель тоже был в лучших традициях. Стиль "вестерн" соблюден до мелочей, разве что вместо киношного клерка в очках и жилете за стойкой стояла румяная толстуха лет тридцати, в майке с надписью "Los Angeles Lakers" такого размера, что и на ее телесах висела свободно.

– Hello, we"re looking for three single rooms for two nights. – обратился я этой представительной даме.

– No problem at all. Ten per night, breakfast included, plus tax, so…you owe me seventy two right now.

– OK.

____________________

– Здравствуйте, нам нужны три одиночных комнаты на две ночи.

– Никаких проблем. Десятка за ночь, завтак включен, плюс налог, значит… вы уже должны мне семьдесят два прямо сейчас.

– О-кей.

____________________

Мы заплатили вперед за две ночи, и толстуха выдала нам ключи с бронзовыми брелками с витиевато выдавленными цифрами.

– А бойцы где живут?

– Тут еще мотель есть, там двухместные комнаты вообще по пятерке. Быхов распределяет по сменам нарядов прямо по комнатам.

Номер был небольшим, с видом из окна на главную улицу города. Одноместная кровать, тумбочка с библией на ней, нечто вроде секретера, выполнявшего функции подставки под телевизор и рабочего стола, стул с подлокотниками, встроенный шкаф, вместо ванны – душ. Зато совсем недорого.

Помылся, переоделся, втянул в чистые джинсы ремень с кобурой, надел майку, на ноги, уставшие от тяжелой закрытой обуви – кеды. Даже попрыгал на месте, такой контраст после берцев. Вышел из номера и спустился в холл отеля. Ни Немцова, ни Владимирского пока еще не было. Толстуха уже стояла за маленькой барной стойкой.

– Anything to drink?

– Yeah, if possible. Anything very wet and same cold.

– Ok, that"s beer.

– Who said the "B" word?

– I did. Don"t tell me you"re going to drink lemonade.

– Ok, I won"t.

____________________

– Что-нибудь попить?

– Да, если возможно. Что-о очень мокрое и такое же холодное.

– О-кей, значит пиво.

– А кто сказал слово на "П"?

– Я сказала. И не говори мне, что ты хотел лимонада.

– О-кей, не скажу.

____________________

Дама решительно наполнила высокий бокал светлым пивом, плюхнула его передо мной на стойку.

– Fifty cents.

Я выложил пластиковый кружок с впрессованной голограммой. Она смахнула его в кассу. Я присел на высокий вращающийся табурет.

– Russian Army? You don"t look like one.

– They are, I"m not. Kinda contractor.

– I heard you kicked some asses on the road?

– Yes, we did. Those guys were quite dumb, acted stupid, so we won.

– Good. Nobody likes this Corner. Such shitty place.

____________________

– Русская армия? Ты не похож.

– Они – да, я – нет. Типа подрядчик.

– Слышала. что вы пнули несколько задниц на Дороге?

– Да, было такое. Эти ребята оказались туповаты, действовали глупо, соответственно мы выиграли.

– Хорошо. Никто не любит этот Угол. Дерьмовое местечко.

____________________

Подошли Немцов с Владимирским. Я быстро допил бокал, поставил его на стойку, поблагодарил хозяйку и мы вышли на жаркую улицу. Владимирский пошел куда-то по своим делам, а мы потопали вдвоем.

– Слушай, – спросил я Немцова, – Если у нас груз срочный, чего мы собираемся здесь лишний день делать?

– А мы всегда здесь лишний день проводим. Отдых личному составу, профилактика техники и вооружения. Незачем внимание привлекать ранним отъездом. Значит так, по плану у нас оружейник, орденский банк и почта. Затем свободны.

– А кроме орденского здесь еще банки есть?

– Конечно. В Аламо еще два, Объединенный Американский и Северный Торговый, плюс маленькая конторка от Русского промышленного, из Демидовска. Но они так работают, узкоспециально. Просто взаиморасчеты контролируют.

– Торгуете с местными?

– Конечно. Они много патронов наших продают, например, Сэм торгует. Многим из ЕС или Британского содружества удобней сюда кататься и закупать оптом, чем к нам караваны гонять. А у нас конвои постоянно мимо идут, не трудно загрузить грузовик-другой. Еще бензин с соляркой они у нас берут. Аламо вообще хорошая торговая база. Почти посередине всех дорог, всем удобно. Процветает городок по местным меркам.

– А чем остальные банки от орденского отличаются?

– Орденский банк деньги печатает, а остальным не выгодно с каждой монеты десять процентов дарить. Вот и ведут зачеты по весу золота. Скоро, видимо, хана орденским деньгам придет, точнее – монополии на деньги. Другие тоже начнут свою валюту печатать. Нам орденский банк по другому поводу нужен. Он здесь типа посольства. При каждом отелении обязательно представитель орденских военных есть, который может за убиенных бандитов денежку начислить. Поэтому и идем. Еще к шерифу местному зайти надо, показать снимки бандитов. Может, у них кто в списках на истребление числится, они тогда еще вознаграждение платят.

– Слушай, какая у вас тут война выгодная. – поразился я.

Немцов засмеялся.

– Это на дорогах. Все хотят безопасных дорог, торговля должна развиваться. Поэтому каждый, как может, поощряет истребление банд. Наши наград не предлагают, но посылают мотоманевренные группы туда, где особо шалить начинают, за свой счет. А Аламо при дороге стоит, с дороги кормится, им эта безопасность как воздух нужна. Вот и привечают тут нас. А сейчас у нас результат – сорок восемь рыл, считай – в народные герои попадаем. Не каждый день так бывает.

– А с авиасообщением тут как?

– Почти никак. В основном – легкая авиация. Почтовые летают постоянно, дозорные. Летают средние транспортники с турбовинтовыми моторами, но в основном со срочными грузами, военные и всякие экстренные надобности. Реактивных вообще нет.

– Почему? – удивился я.

– Обслуживание другое нужно, ВПП получше, топливо. И с аварийной посадкой проблемы. Тот же "Геркулес" американский или наш Ан-12 можно и на грунт при необходимости посадить, и спланировать они могут. Да и не так их много, чтобы постоянно их гонять, ресурс сберегают. Ан-12 нам вообще с капиталки достались.

– А вертолеты?

– Здесь популярны эти, американские… как их… "Робинсон", которые можно обычным бензином заправлять. Хороший товар, Штаты на них хорошо зарабатывают, мы у них тоже купили несколько. У нас есть еще с пару десятков Ми восьмых Эм-Тэ, столько же двадцать четвертых. Четыре новых Ка-60 закупили, пришлось напрячься. Но это все на войну работает. Еще месяца три назад мы конвой вели с самолетами легкими, "Катанами", в разобранном виде. Хорошие машинки, взлетают с пятачка, почти на месте висеть могут. Мы их для пограничной разведки используем или как курьерские. В принципе, если деньги есть, ты даже себе такой можешь купить. Стоит он в Порто Франко, не соврать… порядка ста тысяч.

– Это двести двадцать тысяч долларов примерно, так?

– Ну, вроде…

– В три раза, почти. Я в Москве полгода походил в мячковский аэроклуб, уроки брал. Там "катаны" эти самые под восемьдесят тысяч предлагались.

– А в "ворота" протащить? Дорого очень обходится, говорят.

– Может быть.

– А зачем уроки брал?

– А я в детстве летчиком мечтал, как положено. Покрышкиным зачитывался. Кожедубом, Водопьяновым. Семьей не оброс, по клубам – не ходок, вот и пропадал все свободное время то на стрельбище, то на квадроциклах катался в Крылатском, то в аэроклубе. Мотоциклом обзавелся, "эндуркой", но продал его незадолго до переезда сюда, хотел другой взять, "турист", для дальних поездок. Дайвингом много лет прозанимался, где только не нырял. В принципе, почти все, что зарабатывал, на вот такие дела шло.

– Дайвингом, говоришь? Тут дайвинг опасный, сожрать могут, но все равно полезно. Мы вроде морской базы организовали, маленькой правда, есть несколько катеров патрульных и пара сторожевиков маленьких. И там команда ребят с Тихоокеанского флота службу диверсионную организовывает сейчас. У нас Дикие острова головная боль, там спецназ во как нужен будет! Ага, пришли!

Действительно, мы стояли перед дверью в отделение орденского банка. Толкнув дверь, мы вошли внутрь. Обычный банковский офис. Маленький. Одно окошко, одна девушка за ним. Маленький зал с одной стойкой со стопкой бланков на столешнице, справа – дверь с табличкой, гласящей, что за ней скрывается представитель военных сил Ордена, справа – такая же дверь, с табличкой, обозначающей место менеджера. Мы пошли в ту дверь, которая сулила нам свидание с представителем военных сил.

В маленьком кабинете за столом сидел худощавый загорелый человек лет тридцати, с прической "ежик", в уже привычной песочного цвета униформе, с одной звездочкой в воротнике и на нарукавной нашивке. На груди у него была табличка, гласящая, что перед нами "1st Lieutenant P. Mercier".

Мы поздоровались, представились. Немцов достал из кармана диск в полиэтиленовом конвертике, протянул орденскому вояке. Тот воткнул диск в дисковод своего ноутбука в сверхпрочном корпусе, запустил ролик. Задал несколько вопросов об обстоятельствах и месте боя, где захваченное оружие, откуда, по нашему мнению, пришла банда и что-то еще. Затем достал из стола желтый бланк с орденской символикой, вставил в игольчатый принтер, распечатал, дал расписаться нам и расписался сам. Вытащил из компьютера диск, вложил его в кармашек прозрачной пластиковой папки, оторвал от желтого бланка розовую и зеленую самокопирующиеся страницы, желтую вложил в конверт, на остальные хлопнул свою личную печать вроде таможенной и отдал нам, сказав, что нам теперь надо к менеджеру с этими двумя бумажками.

Мы попрощались, вышли из кабинета, пересекли операционный зал и зашли в кабинет менеджера. Менеджером оказался невысокий лысеющий толстячок, с табличкой без звания, только с именем "O. Berkovitz", который без лишних разговоров забрал у нас обе бумажки, расписался на них, приложил уже свою маленькую печать, розовую бумажку через маленькое окошко в другой двери передал операционистке, а зелененькую сказал отдать ей же собственноручно. Мы попрощались уже с менеджером, подошли к окошку с операционисткой "L. Kowalski", отдали ей зеленую бумажку, а Немцов приложил к бумажке еще и какую-то карточку, похожую на идентификационную, но без фотографии, а с каким то логотипом.

– Это что? – спросил я.

– Деньги в Русский промышленный перечисляются, это – счет.

Операционистка возилась минуты три, затем поблагодарила нас за что-то и отдала нам карточку, зеленую бумажку с красным штампом "Paid", своей подписью и распечатанную платежку. Мы тоже ее поблагодарили, но не за что-то, а за деньги, затем еще и попрощались, после чего вышли из банка.

– Теперь куда? К шерифу? – спросил я своего спутника.

– Давай сначала к Сэму. Пусть едет забирать железяки, тоже дай бог, к завтрашнему утру он все оценит.

До магазина "Sam"s Gun Store" оказалось рукой подать. В торговом зале смотрел маленький телевизор парнишка лет пятнадцати, как сказал Немцов – "Сын Сэма"[17]17
  «Сын Сэма» – знаменитый маньяк-убийца из г. Нью-Йорка, подкарауливавший в аллеях Центрального парка целующиеся в машинах парочки, и стрелявший в девушек из револьвера. С его слов, приказывал ему это делать сам Сатана через соседского ротвейлера.


[Закрыть]. Мы поприветствовали парня со столь жутким прозвищем, спросили, где отец. Сын позвал отца из склада в подвале. Сэм оказался крепким сорокалетним мужиком, с собранными в хвост длинными волосами. Он радостно поздоровался с Немцовым, познакомился со мной, причем Немцов отрекомендовал меня «нашим снайпером», достал из холодильника с прозрачной дверью три бутылки пива, свернул с них пробки, две отдал нам, а третью оставил себе.

Судя по всему, в городе уже разошелся слух о перестрелке на дороге, потому что Сэм сразу поинтересовался потерями, расспросил о подробностях, затем выразил уверенность, что мы пришли не спроста. Немцов подтвердил, что так оно и есть, после чего они договорились, что Сэм на своем грузовике подъедет к стоянке конвоя, заберет приготовленное для него оружие, сегодня с ним разберется, а завтра выдаст свой окончательный вердикт.

Попрощавшись до завтра, мы покинули оружейника и снова оказались на улице. Я спросил Немцова, не было бы проще продавать это оружие на своей территории, пригодилось бы в случае чего не армии, так гражданским, тем более, что в Демидовске производятся все основные виды боеприпасов.

– У нас гражданских лиц в чистом виде нет. – ответил он. – Почти все военнообязанные на случай войны. Поэтому весь не стандарт продаем на других территориях, а на эти деньги закупаем российское оружие, чтобы в случае чего все были вооружены по единому образцу. С пистолетами самодеятельность есть, конечно, но автоматическое оружие все покупают русское. Не совсем выгодно, но в случае чего так будет лучше.

– А если иностранное кому-то нравится?

– Ну и пусть покупает, но дойдет до большой драки – сам себя будет боеприпасами снабжать. Мы натовские патроны даже на складе не держим. А вообще на нашей территории хорошо продаются АКМ, которые со складов НЗ поступают. Мощные, надежные и совсем недорого по местным меркам. А основным калибром мы семь-шестьдесят два взяли, все же джунгли под боком. Желающие, правда, пользуются пять-сорок пять, патроны такие тоже на складе есть, но он все же меньше распространен.

– Кстати, а денег то у них обоих хватит, влет рассчитаться за машины и оружие? – поинтересовался я. – Это все ведь как с неба свалилось.

– А их городское отделение Северного торгового банка в таких случаях кредитует моментально. Тоже, понимаешь, статья дохода городу. Поэтому все трофеи к ним волокут, пусть чуть дешевле, чем в других местах, зато мгновенно и почти любая сумма.

– Теперь куда?

– А теперь к шерифу. Посмотрим, может чего и сами узнаем, кто там на нас засады устраивает, и, причем тут чеченцы?

До офиса шерифа было минут пять ходу. В конце главной улицы мы увидели одноэтажное здание с надписью "Sheriff office", перед которым в ряд стояли три "Хюмви" со звездами на дверях и надписью "Alamo County. Sheriff".

Внутри офис выглядел классически: скамейки у стены, стойка с несколькими радиостанциями и телефонами, за которой сидел рослый парень в рубашке хаки с короткими рукавами и звездой "Deputy" на груди. За ним было несколько рабочих столов и в дальнем конце зала дверь в кабинет самого шерифа.

Помощник, поприветствовав нас, сказал, что шерифа сейчас нет, но если мы по поводу перестрелки на дороге, то, возможно, он может нам помочь. Представившись нам как Зак Куол, он позвал коллегу, невысокого крепыша с усами щеткой и высокими залысинами на лбу, который сменил его на дежурстве, а сам провел нас к одному из рабочих столов. Немцов достал из сумки свой ноутбук, включил его и несколько минут показывал помощнику шерифа съемку с места побоища. Тот смотрел внимательно, время от времени просил остановить кадр, просматривал какие то фотографии на своем мониторе, снова смотрел немцовское видео. Заседали таким манером они минут сорок, не меньше. Отматывали назад, сравнивали кого-то из убитых с фотографиями помощника снова и снова. В конце концов, одна личность была частично опознана. Частично не в смысле, что личность в кадре была частями, а в смысле того, что кто это и как его зовут было неизвестно. Действительно, один из убитых присутствовал на групповом снимке, который попал в офис шерифа из личных вещей одного бандита, захваченного при попытке нападения на конвой-приманку. На снимке были изображены несколько человек в полувоенной форме, стоявшие на фоне горящего грузовика, улыбаясь в объектив и положив руки на плечи друг другу.

Со слов пленного, все присутствовавшие на фотографии люди принадлежали к числу так называемых Los Zapatistos, официально – революционному движению, набравшему некоторую силу на сопредельных с Территорией Техас землях Латинского Союза. Они причисляли себя к левым, но фактически представляли собой несколько объединившихся банд под командованием некоего El Comandante Jefe[18]18
  El Comandante Jefe – Старший командующий (исп.)


[Закрыть] товарища Луиса, фамилия неизвестна. Особыми успехами в революции подчиненные товарища Луиса пока не блеснули, но несколько громких «экспроприаций» провели. О раздаче добытого на «эксах» добра беднякам пока тоже никто не слышал. На территории Техаса они действовали не слишком часто, поэтому такую масштабную их вылазку в управлении шерифа сочли началом новой серии проблем на Дороге.

О персонаже с фотографии было известно лишь, что звали его прозвищем "El Burro"[19]19
  El Burro – Осел. (исп.)


[Закрыть], имя неизвестно, и что в Новый Свет он перебрался из Сан-Сальвадора, где в свое время принадлежал, с его слов, к леворадикальному движению «Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти». Награды за голову товарища El Burro от округа Аламо не полагалось, поэтому мы просто попросили помощника шерифа Коула скопировать нам файлы с фото и данными на всех, кто попал в кадр. Больше ничего полезного нам узнать не удалось.

Покинув офис шерифа, мы решили, что сделали достаточно на настоящий момент, и, будучи последовательными диалектиками, "оставили небо птицам", а свои взоры устремили к обеду, о необходимости которого так настойчиво напоминали наши желудки. Когда задача на поиск и прием пищи была сформулирована, Немцов нездорово оживился, и пообещал отвести меня в "одно место", где подают те самые "лучшие в мире стейки" и где чрезвычайно удачный бурбон. К поклонникам виски я себя никогда не причислял, скорее причислял себя к ненавистникам этого напитка, но вот к мысли о большом куске жареного на гриле мяса отнесся с воодушевлением.

Как выяснилось, это самое знаменитое мясо подавали в заведении с многообещающим названием "Saloon". Салун обладал всеми признаками такового, как то: коновязью, распахивающимися в обе стороны деревянными дверками с полукруглым вырезом сверху, в которые, по канонам жанра, должны были вылетать время от времени плохо себя ведущие посетители, и исполняемой на фортепьяно эдакой "тапёрной" музычкой, которая, впрочем, звучала из стерео.

Там было пока немноголюдно. Время ланча уже прошло, а время обеда и вечерней выпивки у местного населения еще не наступило. Мы выбрали себе столик у окна, дождались официантки – молодой спортивной девицы в шортах, топике в обтяжку и противоестественно незагорелой для здешнего солнца кожей. Она порекомендовала нам мексиканский фасолевый суп, а на второе мы заказали по T-Bone стейку с жареной картошкой и початком обжаренной в масле кукурузы. Немцов затребовал себе "для аппетиту" бурбон, а я решил ограничиться привычным пивом.

Принесли выпивку. Как называлось пиво, я не определил, а бурбон был местного изготовления и, по словам Немцова, назывался "Lone star"[20]20
  Lone Star – Одинокая Звезда. Техасцы сами называют свой штат «Штатом одинокой звезды», а флаг Техаса повторяет американских, но всего лишь с одной большой звездой в углу.


[Закрыть], в дань техасскому патриотизму. Мы «инициировали аппетит», и решили в ожидании еды обсудить, что же у нас выяснилось по атаке на конвой. Я поинтересовался, нет ли смысла прокатиться по проложенному охотниками-бурами маршруту, и посмотреть, куда он ведет.