355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Земляной » Горелый магистр (СИ) » Текст книги (страница 3)
Горелый магистр (СИ)
  • Текст добавлен: 23 апреля 2021, 14:00

Текст книги "Горелый магистр (СИ)"


Автор книги: Андрей Земляной



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 3

На границах вновь неспокойно

Участились нарушения государственной границы со стороны Четвёртого Евросоюза. Европейские некромаги, постоянно пробуют наши рубежи на прочность, и при малейшей оплошности пограничников, могут принести на землю СССР ужасы некрократии. Ответные удары как правило не имеют большого значения, так как люди попавшие под удар уже мертвы, а зачинщики нападения давно покинули приграничную зону.

Так же совершена попытка прорыва государственной границы СССР группой вооружённых катеров и судов со стороны Японской империи. Все нарушители уничтожены ракетным ударом с тяжёлого крейсера Москва.

Главнокомандующий Военно-морскими силами Иван Степанович Юмашев, сказал нашему корреспонденту, что урок преподанный японской стороне, может быть повторен в любое время.

Тяжёлый финансовый кризис охвативший Южную Америку, привёл к голоду в некоторых регионах Чили, и Перуанской республики. Гуманитарная помощь часто разворовывается вооружёнными бандами основу которых составляют армейские дезертиры.

Продолжаются бои местного значения на границе между Китайской Народной Республикой, и Индийской Конфедерацией. Причиной конфликта стал пограничный спор, и нежелание сторон уступить хоть пядь спорной территории.

Напомним нашим читателям, что с начала года в этих боях уже погибло не менее ста человек с обоих сторон.

«Международная панорама». Газета «Правда», 9 мая 1957 года
Казань

В школу они ходили с бабушкой вместе, хотя Зарема Фаттыховна приходила минут на двадцать раньше звонка, чтобы подготовиться к урокам и решить срочные дела до занятий. Поэтому Александр приходил в пустой класс, и мог наблюдать как собирались его однокашники.

Выйдя из дома, и пройдя небольшую детскую площадку, они вышли на улицу Девятьсот Пятого года, и пройдя через площадь Ленина, мимо строящегося здания областного комитета партии, по улице Карла Маркса дошли до школы, которая находилась в здании бывшего Кадетского корпуса.

Плакаты и наглядная агитация вроде «Партия – Ум, Честь и Совесть нашей эпохи», «Даёшь пятилетку досрочно!» были вполне привычны, а вот «Энергетик – пионерам пример!» или «От юных энергетиков – эрговатты родной стране», вызывали лёгкую оторопь, и желание проснуться.

После него обычно приходила Катя Мережко – дочь второго секретаря Ленинского райкома Партии. Её папа тоже ехал на работу к восьми, и по пути завозил дочь.

– Мечников, привет. – Катя быстрым шагом вошла в класс, положила портфель на парту, и раскрыв достала учебник, тетрадь, чернильницу и перьевую ручку. – Опять подрался? С Егоровым, наверное. Вот у тебя бабушка узнает! Будет на орехи!

– Не с Егоровым. – Усмехнулся Александр, вспоминая первого школьного драчуна, у которого папа был начальником городского отдела милиции.

– Ты их хоть знаешь? – Катя подошла ближе, и совсем не стесняясь аккуратно потрогала пальцами шрам на брови. – Хочешь я тебе залечу? – И не слушая ответа она чуть прикрыла глаза и кончики пальцев у неё засветились голубоватым светом. Катя провела по лицу Александра рукой, оставляя быстро тающий след и совершенно здоровую кожу.

– Ну, вот. Теперь как новый. – Она усмехнулась, хотя по лицу было видно, что магическое воздействие стоило девочке больших усилий. Она даже покачнулась, но Сашка словно мангуст, выскочил из-за парты подхватил Катю, и посадил на своё место.

Память прежнего хозяина уже выдала, что дар у девушки проявился совсем недавно, она выбрала специализацию лекаря, и посещает соответствующие уроки.

– Ты что творишь малохольная? – Сердито произнёс Александр. – Как тебе быстро восстановиться?

– У меня яблоки есть.

– Яблоками сыт не будешь. – Саша вздохнул и открыв свой портфель развернул пакет из вощёной бумаги и пододвинул к девочке. – Ешь давай. До уроков ещё минут двадцать, успеешь прийти в себя, а там и еда переработается.

– Колбаса! – Девочка довольно сцапала большой бутерброд, и принялась его рассматривать. – С травками, и соусом…. Ммм… она ухватила большой кусок, замотала головой, прожевала, и с интересом взглянула на Александра. – Это у тебя так бабушка готовит?

– Нет, это я сам. – Александр усмехнулся. – А то нет никакой мочи есть столовскую кашу. Размазня на воде.

– Зато полезная. – Не согласилась Катя, откусывая очередной ломоть. – Фкусно. – Прошамкала она полно набитым ртом.

– Ешь, ешь. Это мне позавчера перепало из горкомовской столовой.

– Уфф. – Девочка, прикрыв глаза погладила живот ладонью. – Спасибо тебе, добрый человек.

– И тебе исполать и поклон земной красна девица. – Александр приложив правую руку к груди поклонился. – Не дала помереть смертию лютой, от раны кровавой.

Катерина звонко расхохоталась, когда вошла ещё одна девочка – Марина Соколова, мама которой работала вместе с бабушкой Александра.

– Чего это ты так заливаешься, – Марина бухнула ранец на парту, и вытянувшись у стеклянной дверцы шкафа с учебными пособиями стала в его отражении поправлять причёску выставив свою крошечную грудь, и чуть привстав на носочки, чтобы казаться выше.

Александр лишь насмешливо хмыкнул, увидев эту картину, завернул оставшиеся бутерброды в бумагу, и спрятал к себе.

Постепенно класс стал заполняться, а последним, уже после звонка вошёл Николай Егоров – первый школьный драчун и вообще засранец. Впрочем, это тот, старый хозяин тела считал Егорова засранцем, а самому Путнику этот высокий крепкий мальчишка, ничего не сделал. Егоров, прошёл по проходу, и явно рисуясь перед кем-то из девочек, а может и перед всеми сразу, пнул по портфелю Александра, далеко отшвырнув его к задним партам.

– Поднял, положил на место, и извинился. – Ровным голосом произнёс Александр, и одним движением послал тело вверх, и захватил горло Николая, пальцами. Школьный хулиган сразу же замахал руками, схватился было за руку Александра, и поняв, что от этого только хуже, прохрипел глядя в глаза Путнику.

– Опусти… отпусти сука.

– Я не понял, это мне? – Александр левой рукой прихватил придурка за промежность и чуть приподнял. – Повтори…

– Отпус… с. ка.

– Не слышу волшебного слова, мразь! – Александр ещё сжал руки.

– Как… – Глаза Егорова которые уже готовы были выскочить наружу стали ещё больше.

– Давай по новой. – Путник, не выпуская Николая из захвата, ещё чуть приподнял его вверх. – Дяденька Александр. Простите засранца, я больше так не буду. Ну? – И Саша ещё сдавил гениталии, причиняя уже вполне серьёзную боль, от чего по лицу хулигана потекли слёзы.

– Прст… заср. ца.

– Дяденька Александр. – Повторил Путник, чуть отпуская горло.

– Дяденька Александр, прости засранца, я больше не буду.

– Ну вот. – Мечников кивнул, и разжал руки. – Теперь мелкой рысью сбегал за моим ранцем.

В гулкой тишине, где казалось замерли даже мухи, Егоров доковылял до портфеля, с кряхтением поднял его, скривившись от боли в паху, и принеся, бухнул на колени Александра.

– Быть вежливым это так просто. Правда? – Александр посмотрел в глаза Николаю, и тот вильнув взглядом развернулся и ушёл на своё место на самом краю класса, именуемое «Камчаткой».

– Здравствуйте дети. – Вошедший – Николай Петрович Сальский, преподававший в школе алгебру и геометрию, вошёл в помещение, и подождал пока все встанут.

– Спасибо, садитесь. Сегодняшняя тема – рациональные уравнения. – Он насмешливо посмотрел на учеников. – Ну, удивите меня. Тому, кто сейчас расскажет, что такое рациональное уравнение, я не глядя поставлю пятерку. – Он предупреждающе поднял руку. – Тебя, Яблоков это не касается. Во-первых, я и так знаю, что ты это знаешь, а во-вторых тебе лишняя пятёрка и так погоды не сделает, поскольку у тебя по моему предмету нет других оценок. Ну так что? Кто мне расскажет, что такое рациональные уравнения?

– Мечников хвастал, что всё знает. – Раздалось от последней парты где в одиночестве сидел Егоров.

– Зная вас, Егоров, я могу с уверенностью предположить, что это какая-то дешёвая провокация, но всё же. Мечников. Вы не снискали лавров великого математика, но возможно именно вам удастся меня поразить так, что я поставлю вам пятёрку не только за урок, но и за всю четверть. Ситуации это конечно тоже не исправит, но вам безусловно будет приятно.

Александр вздохнул. Он конечно же собирался сидеть на уроке тихо и не отсвечивать, но в данной ситуации всё решили за него. Он встал, и глядя на учителя произнёс.

– Рациональное уравнение – это такой вид уравнения в которой левая и правая части рациональные выражения. В записи уравнения имеются только сложение, вычитание, умножение, деление, а также возведение в целую степень. Любое рациональное уравнение сводится к алгебраическому.

– Тааак. – Протянул Николай Петрович, задумчиво глядя на своего ученика, которого, как ему казалось, прекрасно знал и понимал. – Вот это сюрприз. – Он открыл журнал, быстро вписал в соответствующие клетки две пятёрки, и резко встав, быстро написал на доске уравнение. – А что скажешь на это?

– Скажу, что у вас неровный почерк.

Учитель рассмеялся.

– Это профессиональное. А насчёт самого уравнения?

– ? – Александр вопросительно посмотрел на педагога, и тот сразу понял в чём вопрос.

– Переправлю оценку за третью четверть тоже.

Саша тяжело вздохнул и пройдя к доске, аккуратно написал решение уравнения.

Отрешённо глядя куда-то в пустоту, Николай Петрович кивнул, и переправил ещё одну оценку в журнале.

– Что-ж, Мечников, спасибо за урок. – Он поднял голову и оглядел класс. – Мечников, иди на своё место, а к доске пойдёт…

Конечно, Александр переживал, что весь его план по тихому существованию покатился к чертям, но не очень сильно. Пусть другие, специально обученные люди будут переживать за ранимую психику школьников, а ему нужно вживаться в этот мир, и как можно быстрее.

На литературе говорили о Гоголе, затем урок химии, где его не спросили, а закончилось всё уроком физкультуры, где минут двадцать бегали по школьному стадиону, а ещё двадцать минут играли в пионербол[4]4
  Пионербол – упрощённый вариант волейбола.


[Закрыть]
.

А после уроков, первая красавица школы – Гузель Аюпова, сама предложила Александру отнести её портфель.

Для того, прежнего Сашки это была бы немыслимая честь, так как вещи Аюповой поочерёдно таскали все школьные знаменитости включая старшекласников. Но для Путника, худенькая угловатая девочка, с тонкой косичкой, смуглым чуть раскосым лицом и бледно-розовыми губами, совсем не являлась идеалом красоты.

– Прости. Что-то нет настроения. Может в другой раз? – Он улыбнулся девочке, и не слушая её рассерженного пыхтения, закинул ранец за спину, и пошёл на выход.

Друзей, у Александра в школе не было. Были приятели, с которыми он иногда ходил на обед в столовую, или перебрасывался парой слов на переменах, но это всё. Тот, прежний Сашка рос нелюдимым, а Путнику вообще было всё равно. Его наперебой звали куда-то на футбол, и идти гулять в парк, но по договорённости с Моисеем Соломоновичем, он уже должен был ехать на фабрику.

На следующий день, всё было как обычно, и только пару раз Александр ловил на себе торжествующие взгляды Егорова, который видимо предчувствуя свой триумф постоянно ёрзал, и вообще вёл себя словно король вселенной.

Загадка разрешилась к концу учебного дня, когда Костик Шагапов, один из шестёрок Егорова, запинаясь позвал Александра «биться один на один» за гаражи, которые примыкали к школьной территории.

Да, Путник мог разобраться в одиночку не только с Егоровской бандой, но и вообще со всей школой, но предугадать какие подлости мог подстроить ужаленный в голову подросток невозможно. А потому нужен свидетель, а лучше пара. И свидетелем этим должен быть человек серьёзный, авторитетный и самое главное с железной выдержкой.

Такой человек в школе был и что самое главное, его окна выходили на нужную сторону и оттуда прекрасно были видны гаражи, и всё что находилось за ними.

У полковника запаса Закира Шарифуллина были весьма своеобразные взгляды на обучение и воспитание школьников. Он почти никогда не прерывал драки между учениками, а кроме того был очень авторитетным человеком и Звезду Героя носил по праву.

Александр поднялся на четвёртый этаж, где левое крыло было отдано кабинету Начальной Военной Подготовки и школьному музею, и постучался в комнатку, которую занимал отставник.

– Разрешите? – Александр замер на пороге.

– Заходи. – Полковник, высокий широкоплечий и поджарый мужчина в чёрной морской форме[5]5
  Офицеры морской пехоты носили морскую форму, но звания имели сухопутные.


[Закрыть]
, с пушками в петлицах, чистил автомат Судаева, протирая промасленной тряпочкой затвор, и ловко вставив его в направляющие проверил ход. – Чего тебе Мечников?

– Товарищ полковник, прошу вашей помощи. – Александр твёрдо взглянул в глаза учителю. – Меня тут позвали на встречу с одним нашим деятелем. Егоровым. Я хочу, чтобы вы были моим свидетелем. Отсюда, из окон кабинета смотрели на нашу встречу в гаражах, и в случае любых проблем, рассказали, как было на самом деле.

Полковник задумался.

– То есть, ты не просишь меня остановить драку, что было бы законно, не просишь отловить Егорова и рассказать ему что можно, а что нельзя делать в школе, что было бы логично, и всего лишь хочешь, чтобы я стал свидетелем подростковой драки, которая судя по всему может закончится очень плохо, что и незаконно и нелогично.

– Так точно, товарищ полковник.

– Хорошо. – Полковник кивнул. – Но, если ты будешь виноват – пеняй на себя. Врать я не стану. – Он встал, и одной рукой достал с полки продолговатую коробку из серого картона, с криво наклеенной этикеткой, вытащил оттуда чёрный карбопластовый футляр, и раскрыв коробку достал массивный замысловатый прибор с объективами, линзами, и удобной ручкой. – Знаешь, что это?

– Техноэнергетический запоминатель Радуга. – Ответил Путник, воспользовавшись памятью мальчишки.

– Точно. – Полковник внимательно посмотрел на Александра. – Вот он будет твоим свидетелем. Так что не облажайся.

Когда Александр пролез в дырку в заборе, и обогнул гараж, стоявший у самого края, то увидел всю Егоровскую шоблу в сборе. Пятерых мальчишек, надувшихся словно индюки, и самого Егорова который стоял нарочито небрежно сжимая в кармане нечто.

«Да как бы не нож там у него». Отстранённо подумал Путник, и широко улыбнулся.

– Собрались потыкать друг друга в попку? Не обращайте на меня внимания. Занимайтесь привычным делом. Я только стукну пару раз в бубен вашему предводителю и уйду.

– Ты сейчас говно жрать будешь. – Грозно начал Егоров, и выдернул из кармана сверкнувший масляным блеском пистолет.

– Тульский Токарева. – С улыбкой прокомментировал Александр. – Ну так стреляй, чего ждёшь? Я тебя всё равно не боюсь. Ни тебя ни это стадо педерастов.

– Я тебя урою, сука! – Егоров, дёрнул затвором, и выстрелил под ноги Сашке, от чего от земли встал фонтанчик пыли. Но когда ствол стал подниматься выше, Александра на том месте уже не было. Он скользнул в сторону, и разрывая себе связки и калеча мышцы запредельным ускорением подскочил ближе и ударил кулаком в грудь Егорова.

Выстрел и пушечный звук удара слились в один звук. Тело Николая влетело спиной в стальные ворота гаража, и глубоко промяв их, сползло на землю, оставив на крашенном металле кровавый след.

Александр выпрямился и покачнулся. Всё тело болело, пульс отдавался в ушах, словно в голове били в барабан, и только рука на удивление была в порядке.

– Ну, кто следующий?

Мальчишки, уже успевшие понять в какую плохую историю они попали, кинулись врассыпную, оставив Александра одного.

Прибежавший военрук что-то ему говорил, размахивая руками, затем приехала скорая помощь и тело Егорова, накрытое простынёй увезли, а Александр всё сидел в гулкой пустоте, слушая как бьётся сердце, и шумит в голове кровь.

Но через какое-то время вынырнул, увидя близко глаза военрука.

– До дома сам дойдёшь? Мне нужно срочно отъехать по делам, в том числе и твоим.

– Да, товарищ полковник. Я уже в порядке. – Саша кивнул, встал, отряхнулся от пыли, и подхватив ранец, медленно побрёл домой.

В голове не было ни одной мысли, и когда рядом, скрипнув тормозами остановилась милицейская Победа в жёлто-синей раскраске, даже ничего не успел подумать, или испугаться. Крепкие руки втащили его в салон, и машина рывком тронулась с места, откинув его на заднее сидение.

Казанское Городское управление МВД

Во вторник в горотделе было полно народу, но на пару милиционеров с пионером никто не обратил внимания. Может привезли хулигана на профилактическую беседу, может ещё что.

Александра завели в кабинет, усадили на неудобный жёсткий стул, а напротив за стол сел тридцатилетний полноватый мужчина в сером и несвежем гражданском костюме тёмно-серого цвета с залысинами на голове, и оттопыренными в стороны ушами.

– Гражданин Мечников Александр Леонидович?

– А вы кто?

– Тебя в милицию привели, и здесь вопросы задаю я! – Вдруг заорал следователь, ещё больше растопырив уши. Ему дали задание срочно «расколоть» мальчишку. Дело пахло очень нехорошо, но начальник горотдела лично попросил, и следователь Капустин взялся за дело, полагая, что через пять минут пионер всё подпишет и всё подтвердит, что нужно. – Значит смотри. Если сейчас подтвердишь, что украл пистолет, да стрелял сам, будет тебе колония, да срок всего пять лет. Ну а будешь запираться, так и все десять по сто тридцать шестой[6]6
  136 статья УК СССР от 1936 года. Умышленное убийство при отягчающих.


[Закрыть]
, выхватишь.

Александр, голова которого прояснилась достаточно чтобы понять, что за ерунду говорит следователь, покачал головой.

– Знаете, обычно я с шизофрениками не разговариваю. Для этого есть особые доктора. Но поскольку у вас пока ещё есть служебное удостоверение, сделаю исключение. Значит так. Я несовершеннолетний. Конечно с четырнадцати лет у нас ответственность по тяжким статьям существует, но это такой головняк, что никто связываться не будет. А самое главное, что без представителя инспекции по делам несовершеннолетних и моей бабушки, Заремы Фаттыховны, я вам не скажу более ни слова.

– Да я тебя сейчас… – Орал следователь минут пять, и когда выдохся, Александр ему кивнул.

– Хорошо, уговорил. Пиши. Я Мечников Александр Леонидович, вступил в преступный сговор с начальником горотдела Егоровым, с целью создания бандформирования, по краже умных мыслей у милиционеров, с последующей продажей их на рынке. Записали?

– Да что за херню ты несёшь! Следователь в ярости скомкал лист бумаги, и швырнул его в стену.

– Но вы ведь тоже. – Александр лучезарно улыбнулся, и чуть понизив голос произнёс глядя в лицо следователю. – Хоть пальцем меня коснёшься – глаз выбью. Мне за это уже ничего не будет, а ты – инвалид на всю жизнь.

Следователь вдруг покраснел, словно его надули алой краской, и каким-то чудом удержавшись от крика, цепко взял Александра за руку, и повёл вниз на первый этаж.

– Свиридов, открывай камеру! – Крикнул он ещё в коридоре, проходя мимо стеклянного загончика дежурного по отделу.

– Детей нельзя. – Строго ответил сержант даже не думая подниматься с места.

– Приказ начальника. – Попытался отмахнуться следователь, но сержант был неумолим.

– Товарищ старший лейтенант. Пишите приказ в письменной форме, и чтобы был адресован мне или дежурному. А то вы свои дела там порешаете, а мне отвечать.

Булькая и полыхая от ненависти, следователь на бланке, взятом у дежурного написал распоряжение о размещении в изоляторе временного содержания гражданина Мечникова А.Л. Сбегал подписал у начальника, и через несколько минут Александр уже входил в камеру.

Богатый опыт двух прожитых жизней, и тут ему помог выработать правильную линию поведения. Ничуть не стесняясь, он обвёл взглядом присутствующих, которых было человек десять.

– Вечер в хату, бродяги. – Александр, степенно поклонился. – Кто за старшего?

– Ко мне садись. – Раздался голос из угла, и Саша разглядел полулежавшего на нарах лысого мужчину в майке – алкоголичке свободных штанах и кожаных шлёпках на босу ногу. – Кто таков, почему здесь?

– Неудачно перешёл дорогу. – Александр пожал плечами. Рассказывать почему сел, считалось в уголовной среде неправильным, учитывая, что в камере вполне могли быть подсадные слушающие каждое слово.

– А народ шепнул, что ты сынка кумовского завалил. – подал голос другой мужчина с ярко блеснувшим золотым зубом.

– Увозили его с тряпкой на лице, а уж завалил или нет, не знаю. – Саша пожал плечами.

– А ещё шепчут, что у тебя папаша да мамаша, в ментах были.

– А если и так, то что? – Александр усмехнулся. – Да хоть палачами на зоне служили. Ты мне это предъявишь?

– Борзый ты что-то для пионера. – Прошипел второй, и судя по звуку придвинулся ближе.

– Да ты никак свои порядки поперёк блатного хода собрался ввести? – Александр рассмеялся. – Не красные, не чёрные, а какие там у тебя по масти?

– Поясни. – Спокойно произнёс первый.

– Так за родителей, никто поставить не может. Ни люди, ни боги. Чего уж нам сирым. А ты никак ищешь повод, чтобы меня на ножик посадить? – Александр усмехнулся. – Ты смотри. Милиция свои споры разрешит. Ворон ворону глаз не выклюет. А вот вас сделают крайними. Спишут как бывшее в употреблении. Это для них самое простое. Зацепить они меня не смогут, у меня свидетели есть, а вот если вы в этот блудняк впишетесь, то крайними и назначат.

– Складно лепишь пионер. – Снова раздался голос из-за спины.

– Складно. – Александр кивнул, и оглянулся на говорившего. – А ещё я тебе вылеплю вот какую штуку. Бабушка моя, бывший полковой комиссар эн ка вэ дэ. Нужно объяснять, что бывших полковников НКВД не бывает?

– Знаем. – Старший кивнул. – Не совсем дикие.

– Ну, тогда вы и без меня должны понять, что это всё палёная подстава. И чем бы вас эти начальнички ни держали за горло, но жизнь одна.

– Правду тянешь. – Старший по камере кивнул. – Откуда вы такие только берётесь.

– Из правильных мест. – Александр улыбнулся. – Курево, еда, есть?

– Откуда? – Тот что сидел сзади пересел так что Саша мог его видеть. – Пятый день тут чалимся. Опухли уже.

– Держите. – Александр достал из кармана две двадцатипятирублёвых бумажки, которые положил в карман, чтобы зайти после школы в продуктовый магазин. – Сам не курю, но, если чайком кто порадует, будет здорово.

– Эх. Да тут и чаёк, и всё что хочешь. – Второй радостно округлил глаза и подхватив деньги, подскочил к дверям в камеру.

– Сержант, выведи до ветру! Прям прихватило!

Через полчаса, все сидевшие в камеру уже хлебали чай, принесённый в огромном пятилитровом чайнике, заедая баранками, которых тоже накупили огромный бумажный кулёк. И только двое урок курили у зарешёченного окна, пуская дым наружу, и ведя негромкую беседу.

– Чо скажешь? – Сергей Копытин по кличке Колун, знал своего приятеля Шныря довольно давно, и квартиру адвоката Самойлова они подломили вдвоём. На их несчастье сигнализация сработала как нужно, патруль находился совсем рядом и их прихватили фактически на горячем, взяв с вещами. Фарт штука переменчивая, и к ожидаемым трём годам на зоне, он относился философски. Но тут следак пообещал переквалифицировать дело загнав его на условку[7]7
  Условный срок.


[Закрыть]
, если они зажмурят пионера. Дело было простым, и Колун согласился. Но вот после того, как увидел и услышал самого пионера, дело заиграло совсем другими красками.

– А чего тут баять? – Шнырь покачал головой. – Прав пионер. Нам может и спишут квартирку, да пришьют такой булыган, что ко дну без пузырей нырнём. И будет нам не трояк на казённых харчах, а пуля, и крест. Да и пионер этот… непростой. Видел, как ложку в руках крутанул? Такой сам кого хочешь на пику посадит.

– Заметил, да. Как тут не заметишь, когда он при этом мне в глаза смотрел.

– Копытин на выход. – Раздался от дверей голос сержанта.

– Давай Колун. – Приятель хлопнул его по плечу. – Разрули там.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю