Текст книги "Король северного ветра (СИ)"

Автор книги: Анатолий Бочаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Господа, – Гайвен не знал, как у него нашлись силы не пошатнуться, не сделать шаг назад. Он очень хотел быть сильным, и тьма поддерживала его – однако сейчас владыка Иберлена ощутил себя на все свои шестнадцать лет, если даже не младше. Так, наверно, чувствовал себя Брайан Ретвальд, когда вся армия, во главе с генералом Терхолом, отвернулась от него. "Отец верил им и попал в ловушку. Я продолжаю его судьбу. Я буду сильней. Я не дам себя сломать". – Господа. Фэринтайн прав. Не стойте у меня на пути. Иначе... – на мгновение он сделал паузу, ощутил колебание, страх. Но тьма была рядом, и тьма вселяла уверенность и силу. Обещала защиту и поддержку. Вместе с тьмой Гайвен ощущал себя почти всесильным. – Иначе я уничтожу любого, кто выступит против меня. Я это вам гарантирую. Вы слышали о моей магии? Я пущу ее в ход.

Прежде, чем кто-то успел дать Гайвену ответ, противоположные двери Сиреневого Зала распахнулись, и Артур Айтверн, сопровождаемый Кэмерон Грейдан, ворвался под здешние высокие своды. Наследник драконьих герцогов шел стремительно, как будто подгоняемый порывами незримого ветра. Расталкивая толпу, он направлялся прямо к окружившим Гайвена аристократам и гвардейцам, и по лицу его нельзя было ничего понять, кроме того, что он чем-то сильно взволнован. При виде своего господина Блейр Джайлс шагнул ему навстречу:

– Сэр Артур!

– Сэр Блейр! Удивительная картина! – Артур приближался, чеканя шаг, взмахивая полами гербового плаща, высоко подняв подбородок. – Я ожидал увидеть лордов Иберлена сидящими за столом и пьющими хорошее астарийское вино, а вижу стоящими на ногах вокруг моего государя, сомкнув ряды. Все вино в этом замке уже выпито, и вы ждете добавки?

– Герцог Айтверн, – Коллинс развернулся к нему, попутно делая быстрый знак Рейсворту, – раз вы тут, послушайте и вы, что мы желаем сказать. Речь пойдет о низвержении узурпатора. Царствованию дома Ретвальдов пришел конец, и мы сейчас намерены объявить об этом официально.

Артур остановился посреди зала, будто внезапно споткнулся. Обвел присутствующих взглядом. Замер. Его лицо побелело.

Казалось, он не верит происходящему – просто не в силах поверить. Конечно, он и не верил. Артур Айтверн готов был ожидать от судьбы любой неожиданной подлости, но только не нового мятежа так скоро после подавления прежнего. На мгновение Гайвену сделалось и смешно, и горько. Его последний рыцарь оказался столь же беспомощен, как и он сам. Не следовало назначать Рейсворта констеблем, подумал Гайвен. "Еще одна среди многих ошибок. Я сам подвел события к этой черте".

– Единственный узурпатор, которого я помню, – сказал Айтверн медленно, – уже низложен. Я сам его низложил. Тремя этажами выше, три месяца назад. Коллинс, что за ересь тут происходит? Вы хотите, чтоб я низложил и вас заодно? Я могу. Мой клинок при мне.

Роальд Рейсворт при этих словах Артура сделал взмах рукой – и, словно актеры в заранее отрепетированном спектакле, наряженные в атлас и шелк иберленские дворяне расступились в стороны, подобно волнам откатились к боковым галереям, оставляя середину зала пустынной. Из примыкающих коридоров, обнажая клинки и поднимая арбалеты, выступили, облаченные в полный боевой доспех, солдаты королевской охраны. На ярусах верхнего этажа также показались стрелки. Гайвен видел, как они берут под прицел и его самого, и Артура.

– Дядя, – Артур обернулся к Роальду Рейсворту, – не знаю, что вы задумали, но скажите, пожалуйста, этим людям уняться. Я вас очень хорошо прошу. По-семейному, – юный герцог Запада, казалось, еще хотел уладить дело миром.

"Миру только что настал конец", сказала Гайвену тьма, и Ретвальд отстраненно подумал, что его невидимый собеседник прав. Если и можно было достичь в этом королевстве примирения, то уже не теперь. Последняя черта только что пройдена. Слишком много лжи. Слишком много предательств. Эта земля утонула в предательствах и в лжи – и пора положить им конец.

– Дядя! – повторил Артур настойчиво. – Что вы молчите?

Роальд Рейсворт ответил не сразу. Он колебался. Разумеется, он колебался. Легко организовать заговор против короля, в которого не веришь и которого не считаешь достойным трона. Легко привлечь на свою сторону соратников и друзей, сказав им, что радеешь о лучшем исходе для государства. Легко спланировать каждый шаг будущего мятежа, легко подкупить вельмож и стражу.

Сложнее, намного сложнее – прямо смотреть в глаза мальчишке, которого воспитывал как родного сына, и открыто признаваться ему, что его продал. Все знали, что граф Рейсворт многие годы был молодому Айтверну заместо отца, и воспитывал его, как воспитывают свою кровь и семя. Сейчас граф Рейсворт и герцог Айтверн стояли, разделенные двумя десятками футов пустоты, и ладони их лежали на рукоятках мечей.

– Сэр Артур, – голос Роальда Рейсворта был хриплым, как скрежет клинка по точильному камню, – отдайте мне, пожалуйста, ваше оружие. Решением Коронного совета вы отстранены от должности первого министра и лишаетесь титула герцога Запада. Ваши владения и ваши войска перейдут вашим родичам, а вашу судьбу решит королевский суд.

– Разве я в чем-то провинился перед этой страной, дядя, что вы бросаетесь такими словами? Разве какие-то мои деяния заслуживают суда? Мне казалось, перед нашим королевством я чист.

– Вы содействовали захватившему Серебряный Трон чернокнижнику и предательски убили законного государя, короля Гледерика Первого. Подобной провинности достаточно для вынесения смертного приговора, но как королевский констебль, я могу гарантировать вам помилование и изгнание. Будьте добры, подчиняйтесь.

Артур потрясенно выдохнул. Он по-прежнему до конца, видимо, не был готов к происходящему. Воспитанный на рассказах о рыцарской доблести и чести, меньше всего он ждал увидеть врагом человека, все эти понятия о доблести и чести в него вложившего.

Артур посмотрел на сестру, Айну – та стояла в окружении сторонников Рейсворта, молчала, и, казалось, забыла как дышать. Посмотрел на стоящую подле себя Кэмерон Грейдан. Супруга короля Хендрика тоже молчала, и молчание это было настороженным. Оружия при ней не было, ведь знатной даме, пришедшей на придворный прием, оружие ни к чему. Но по выражению глаз леди Кэмерон ясно читалось – будь оружие при ней, она бы сейчас не колеблясь пустила его в ход.

Артур вытащил из ножен на левом бедре длинную дагу и передал леди Кэмерон. Та, не колеблясь, приняла. Коротким взмахом проверила баланс клинка, удовлетворенно кивнула. На мгновение впавший в оцепенение Гайвен вдруг понял, что Артур в упор глядит на него.

– Ваше величество, – герцог Айтверн говорил негромко, но все, кто собрался сейчас в Сиреневом Зале Тимлейнского замка, отчетливо слышали его голос, – сейчас я хорошо понимаю, что испытывал мой отец, стоя четыре месяца назад подле вашего отца на стенах этой цитадели. Я не буду отрицать, во время вашего правления я нередко бывал недоволен вами. Однако, – привычная улыбка разломила губы драконьего герцога, – я отнюдь не желаю, чтоб это правление заканчивалось столь скоро. Ведь тогда я не смогу и впредь выказывать свое вам недовольство.

– Герцог Айтверн, – Гайвен охотно поддержал его тон, – мы находимся сейчас в подавляющем меньшинстве. Это королевство целиком выступило против нас. Тем не менее, я намерен убить всякого, кто встанет на пути моего правления и вашего недовольства. Вы окажете мне посильную помощь в этом?

– Без малейших колебаний, мой король, – Артур выхватил меч.

Очень многое случилось в следующую минуту. Достали, все как один, оружие собранные сюда Рейсвортом солдаты. Удержал своих людей, готовых присоединиться к начинающейся замятне, Эдвард Фэринтайн. Печально чему-то вздохнул, качая головой, Клифф Рэдгар. Обнажил клинок и встал плечом к плечу с Гайвеном Блейр Джайлс.

Роальд Рейсворт развернулся, махнул рукой в сторону герцога Айтверна – и арбалетчики верхних галерей дали залп. Закричала, бросаясь вперед, вскидывая руки, Айна Айтверн. Вспышка белого света рванулась от нее к Артуру. Эта вспышка просияла подобно разорвавшейся молнии, осветив Сиреневый Зал ярче сотни свечей, и тут же погасла. И тогда, во внезапно замедлившемся времени, Гайвен увидел, как почти достигшие драконьего герцога стрелы вспыхнули пламенем и истлели, опадая на паркет горстками пепла. Не причинив Артуру ни малейшего вреда.

Так Бердарет Ретвальд в недавно посетившем Гайвена видении оборонялся от выстрелов тарагонских стрелков. Только на этот раз подобную магию применил не давно опочивший колдун. Это сделала Айна. Секундой спустя она стояла, тяжело дыша, и глядела широко распахнутыми глазами на собственные пустые ладони, будто ожидала увидеть их обожженными. Изумление отпечаталось на ее лице. Женщины дома Айтвернов не владеют магией. Это знают все, кто читал старые хроники. Вот только эта женщина, видимо, владела.

Кто-то закричал. Кто-то схватился за меч – из тех, кто мечи еще не достал.

– Второй залп! – приказал арбалетчикам граф Рейсворт.

– Оставаться на месте! – закричал своим людям Эдвард Фэринтайн. Видимо недовольная его решением, королева Кэран в ярости дернула супруга за рукав, но лорд Вращающегося Замка даже не повернул головы. Он действительно не хотел вмешиваться – не хотел примыкать ни к одной из сторон. Возможно, он был по-своему прав. Граф Свон выругался, но подчинился. Граф Кэбри подчинился молча.

"Теперь, – обратился Гайвен к тьме, – мне нужна вся помощь, которую ты можешь мне предложить".

"Сила твоя. Вот только сможешь ли ты ее удержать?"

Тьма изменилась. Стала послушной и податливой. Стала покорной, как глина, из которой Создатель лепил первых людей. Тьма оказалась подобна реке, чьей силой можно было управлять, чье течение было подвластно мысли и в любое мгновение меняло напор. Гайвен взял тьму в свои ладони (а вместе с ней он взял свою стойкость и свою волю) и швырнул ее прямо в Джеральда Коллинса.

Хищная чернота со свистом, подобно стреле, вырвалась из распрямившихся пальцев иберленского короля – и окутала темным пологом дейреверского герцога. Уплотняясь. Становясь чернее беззвездной полночи. Коллинс взмахнул руками. Закричал. Взвыл. Его кожа, и без того изъеденная морщинами старости, на глазах иссыхала, становилась пергаментно тонкой – а затем слазила, обнажая на лице кости черепа. Тлели, опадали клочьями волосы. Обваливалось с рук мясо. Спустя несколько мгновений на украшенный росписью в форме кленовых листьев паркет рухнул облаченный в дорогие одежды скелет. И выглядел этот скелет так, будто пролежал в гробу добрых три сотни лет.

– Чародейство! – заорал Лайонс, срывая глотку. – Ретвальду служат демоны!

Арбалетчики еще заряжали орудия, но было очевидно, что они не успеют. Мечники разворачивались, не зная, к кому бежать первыми – к Айтверну или к Ретвальду. Застыла, все также ошарашенно замерев, Айна Айтверн, и Лейвис Рейсворт стоял подле нее, безуспешно пытаясь утянуть куда-то прочь.

Пятеро гвардейцев, оказавшихся посмелее прочих, все же кинулись к Гайвену, выставив пики. Король-Чародей ударил их с размаху тьмой, словно размахивал кнутом – и все пятеро повалились на пол, бросая оружие, отхаркиваясь выступившей на губах кровью. Умирая. Их сердца остановились в один миг. Блейр сжал рукоятку клинка до хруста в пальцах. Но не отступил от своего государя.

– Идите ко мне, – сказал Гайвен, не веря, что он это говорит. – Идите. Всех, кто придет – всех и убью. Мне не сложно.

"Даже если придется уничтожить десятки тысяч?" – спросил его дед.

"Даже если".

– Это бравада, пустая бравада! – крикнул Рейсворт. – У любого чародея есть запас сил, и он не бесконечен! Колдун скоро выдохнется, стреляйте!

Придворные вжались в стены. Арбалетчики дали новый запл, на сей раз по Гайвену. Заслонился он без труда, представив, что использует подвластную ему черноту как щит. Стрелы истлели точно также, как сгорели те, которые до того предназначались Артуру. Магия наконец стала покорна, и позволяла делать все, что пожелаешь. Или почти все. Концентрация психокинетической энергии, значит? Как просто, когда есть кому помочь.

Гайвен поднял правую руку, собирая вокруг нее черноту. Сейчас, первым ударом, нужно уничтожить Рейсворта. Затем – Брендана Коллинса, Лайонса, прочих членов совета. Следом стрелков. А после, возможно, мятежу придет конец и в Иберлене наконец наступит мир. Может быть, удастся обойтись даже без показательных казней. Хотя прямо сейчас устроить их крайне хотелось.

– Некоторые люди, – внезапно отчетливо и громко сказал Эдвард Фэринтайн, делая шаг вперед, – заключают сделку с силами, которые не способны ни оценить, ни понять. Не думая ни о цене, ни о последствиях. Бездумно подставляясь сами и подставляя других. Ты совершил ошибку, мальчик. И мне очень тебя жаль.

Король Эринланда выхватил из чехла на поясе пистоль. Удивительная, баснословных денег стоящая вещь, украшенная золотой резьбой и рубинами. Такие делают за восточным морем, и в Иберлене Гайвен прежде подобного оружия не видел. Оно и появилось за дальними окраинами Срединных Земель хорошо если лет пять назад. Длинный, в десять дюймов, ствол с широким дулом смотрел Ретвальду прямо в лицо.

Эдвард Фэринтайн прищурился. И нажал на спусковой крючок.

Последним, что слышал Гайвен, было – "я не позволю тебе умереть".

А потом тьма приняла его в свое лоно.

Артур Айтверн, как и почти все в Иберлене, никогда прежде не встречался с огнестрельным оружием. Разве что слышал краем уха, что такое вообще существует. Встречал упоминания о бомбардах, о тяжелых и неуклюжих пушках, что последние годы начали появляться на вооружении в армиях Венетии, Либурна, Дарнея. Было подобное оружие мощнее, чем привычный требюшет или баллиста, но и значительно сложнее в обращении. Неудобней и дороже. Поэтому отец относился к нему с изрядным скепсисом и не стремился закупать для своих войск.

Слышал что-то Артур и о попытках сделать огнестрельное оружие ручным, наподобие арбалета – но действующих образцов ему доселе не попадалось. Не требовалось, однако, большого ума, чтобы понять – это именно такой образец, увидев его в руках Фэринтайна.

С криком Артур бросился к своему королю. К королю, за которого все еще готов был сложить голову – даже если в жилах того действительно текла кровь темных фэйри. Артур знал, что не успеет. Но остаться на месте все равно не мог. Фэринтайн выстрелил. Раздался оглушительный грохот, из дула пистолета рванулось пламя, повалил дым.

Что произошло следом, Айтверн не понял. Когда Гайвен своей магией убил старого Коллинса и расшвырял бросившихся его задержать солдат, с его рук срывалось что-то вроде нитей, сотканных из угольной черноты. Сейчас эта чернота окружила его всего, с головы до пят. Заключила в плотный, непроницаемый кокон. Сделалась щитом. Одна доля выдоха, один быстрый перестук сердца – и тьма исчезла.

Вместе с ней исчез и Гайвен. Его больше не было в зале – ни живого, ни мертвого. Артур ожидал (и боялся) увидеть лежащий на полу с развороченной головой или грудью труп – но Ретвальд сгинул, не оставив по себе никакого следа. Артур остановился. Опустил меч.

Перекрикивая галдящую толпу, приказывая следовать за собой растерявшимся было солдатам, показался Роальд Рейсворт. Если дядя и был обескуражен, то очень быстро овладел собой. Слишком много битв уже было на его счету. Терять самообладание сэр Роальд просто отвык.

– Узурпатор, – сказал он громко, принуждая всех вокруг успокоиться, – бежал, используя свое волшебство. Я читал о подобном, в библиотеке моего покойного кузена. Чародеи могли перемещаться на большие расстояния, если им грозила опасность. И закончим на этом. Сэр Артур, Ретвальда здесь больше нет, и сомневаюсь, что у него хватит смелости вернуться. Отдай мне наконец свой чертов меч, племянник.

Отдать меч? Сейчас? Когда рухнуло королевство, когда погиб или сбежал, видя предательство подданных, король? Сдаться на милость торжествующих победителей? Артур Айтверн не привык сдаваться. Он и раньше шел навстречу опасности, не желая перед ней отступать. Разве рыцарь бежит перед лицом врага, даже если враг одержал верх? Долг рыцаря – сражаться с тем, кто сильнее тебя, во имя вещей, в которые веришь. Так Артур выходил на бой против Александра Гальса, Джейкоба Эрдера, Гледерика Кардана. В какие-то разы ему повезло – иногда благодаря храбрости, иногда благодаря хитрости, иногда благодаря удаче. В этот раз в везение он уже просто не верил. В одном только этом зале – против него добрая сотня мечей.

И тем не менее, отступить и сдаться Артур не мог. Что-то внутри него всеми силами противилось этому. Он обещал защищать своего короля – и значит будет его защищать, даже если этого короля больше нет. В конце концов, отец ведь тоже не сдался. Быть хуже, чем собственный отец, Артур попросту не хотел. Его отец и так был по-своему во многих отношениях плох. Говоря откровенно, во многом Раймонд Айтверн был ужасно плох – и как родитель, и как рыцарь, и как сеньор. Но погиб он достойно. "Что ж, папа, – подумал Артур весело, – значит скоро мы с тобой увидимся – и тогда нам предстоит еще одна ссора".

Рыцарь из Дома Драконов удобнее перехватил рукоятку клинка. Блейр Джайлс и Кэмерон Грейдан встали подле него. Кэмерон подняла при этом с пола оброненный одним из убитых Гайвеном гвардейцев длинный меч. Артур вспомнил, как громко королева Эринланда стонала какой-то час назад, обвив его шею руками. Жаль, что не будет второго раза – во второй раз оказаться сверху хотел он. И заставить черноволосую королеву уже не стонать – кричать.

Блейр Джайлс ухмыльнулся:

– Даже не понимаю, что я забыл на вашей стороне, сэр Артур.

– Я сам не понимаю, что забыл на своей стороне, сэр Блейр.

Роальд Рейсворт обнажил меч. Хороший, проверенный не в одном десятке боев клинок – с драконьим клеймом Айтвернов на лезвии, как и у самого Артура. Значит, если так надо, сегодня один Айтверн сразится с другим. Раньше так уже бывало не раз. Раймонд Айтверн, когда был молод, убил своего брата Глэвиса, задумавшего узурпировать трон, а лорд Эйдан сражался с Повелителем Бурь. Дядя Роальд не Повелитель Бурь. Простой человек. Просто немного сильнее и опытнее. Ерунда. Не сильнее, чем был Александр Гальс.

За спиной дяди Роальда встало несколько десятков солдат.

– Отдай мне все же это оружие, мальчик, – сказал Рейсворт негромко.

– А давайте, – острие клинка прочертило в воздухе круг, – вы отберете его сами. Вы можете, я в вас верю.

– Хватит! – громкий голос внезапно заставил и Артура, и лорда Роальда обернуться, опустив уже занесенные к бою мечи. – Хватит. Дозвольте высказаться еще одному человеку, я вас прошу. А потом делайте что хотите. Любую глупость.

Клифф Рэдгар, сопровождаемый двумя десятками своих телохранителей, вышел и встал напротив. На сегодняшний банкет он явился, как и всегда, в полном боевом доспехе. Иберленцы уже привыкли к этой причуде гарландского короля и не стали возражать. Все это время молчавший, безучастно наблюдавший за творившимся в Сиреневом Зале безумством лорд Клифф сорвал с плеч украшенный оскаленными песьими мордами рыжий плащ и швырнул его ровно промеж герцогом Айтверном и графом Рейсвортом.

– Кто переступит через этот плащ первым, – сказал король Гарланда коротко, – того я убью.

Клифф принял переданный ему оруженосцем двуручный меч и с размаху вонзил его в дубовый паркет. Оперся на рукоять.

– Я, – сказал гарландец все также спокойно, – считаю себя воспитанным человеком. Вы можете в этом усомниться, глядя на мои медвежьи манеры. Но я действительно воспитанный человек. Я потомок двадцати поколений королей, и я думаю, я могу претендовать на некий аристократизм даже в свете вашего блестящего двора. Гостю не пристало вмешиваться, когда хозяева ссорятся. Здесь я гость. Вы пригласили меня в этот замок, я приехал. Я пил ваше вино, ел ваши хлеб и мясо, спал под вашим кровом. За это я вам чрезмерно благодарен. Мы, гарландцы, не настолько цивилизованные люди, как вы, иберленцы. Нам иной раз не хватает изящества и такта. Однако даже мы умеем испытывать благодарность к тем, кто нас хорошо принял.

– Блестящая речь, лорд Клифф. Ближе к делу.

– Сейчас подойду, граф Рейсворт. Я всего лишь хочу сказать – я не сторонник лишнего кровопролития. Одно дело убивать врага на войне, убивать чужеземца, убивать в честном бою, убивать ради процветания своей родины или ради воинской славы на худой конец. Совсем другое – убивать друга и родича, да еще на пиру. Так поступают только варвары, а иберленцы, кажется, не варвары, – чернобородый король сощурился.

– Вы справедливо заметили, что не вам лезть в наши дела, лорд Клифф.

– Да. Только это уже и не ваше дело. Вы задумали взять под стражу сэра Артура. Я же настаиваю – вы не вправе этого делать. Как герцог Запада, сэр Артур был связан ленной присягой с иберленским королем. Иберленский король низвергнут и пропал, так что мы можем считать тимлейнский трон в настоящий момент вакантным. Вы заявили, что от лица Коронного совета лишаете сэра Артура малерионского герцогства. Спорное заявление, не уверен, что в правах вашего совета разлучать верховного лорда с его доменом. Но допустим, вы это сделали. Как безземельный рыцарь, сэр Артур ничего не должен по закону ни иберленскому королю, которого сейчас попросту нет, ни вашему негодяйскому, вероломному совету. Как король Гарланда, герцог Кенриайн и герцог Роттенгейм, я беру этого человека, сэра Артура, под свое покровительство и защиту.

– Юридически, ты не ошибся, – подтвердил Эдвард Фэринтайн с усмешкой. – Как лучший законник и самый, должно быть, образованный человек здесь, я подтверждаю – Клифф Рэдгар действительно вправе обеспечить Артуру Айтверну свое покровительство. Все существующие законодательные кодексы Срединных Земель трактуют этот вопрос вполне однозначно. Вам следовало прежде назвать имя нового тимлейнского короля, а уже потом принимать решение об аресте владетельного пэра. Коронный Совет, действующий от лица пустой короны, не имеет силы. Мое почтение, кузен. Это было красиво, – король Эринланда поклонился.

– Твой выстрел тоже был красив, – король Гарланда вернул давнему противнику поклон. – Так что, господа Коронный Совет Иберлена и верные его слову псы, вы отступаете перед очевидным фактом?

Роальд Рейсворт все еще не желал признавать поражение – хотя случившееся сейчас было для него именно поражением. И пусть организованный сэром Роальдом переворот увенчался формальным успехом, и пусть низвергнутый король без следа исчез, разве можно было позволить уйти из этого зала свободным человеку, который станет теперь главной угрозой новым правителям Тимлейна? А ведь Артур Айтверн этой угрозой обязательно станет. Как стал ею в прошлый раз. Роальд Рейсворт помнил, чем закончил Гледерик Кардан, и не хотел разделить его участь. Один из немногих в Тимлейне, он относился к Артуру всерьез.

– На моей стороне, – сказал Роальд Рейсворт, – в настоящий момент находятся почти все верховные лорды Иберлена. На моей стороне – полторы сотни мечников, пикинеров и стрелков в этих стенах. Их мечи, пики и стрелы смотрят сейчас на вас. На моей стороне не меньше двадцати тысяч солдат за пределами этих стен. Вы уверены, что желаете со мной спорить, ваше величество?

– На моей стороне, любезнейший – сорок тысяч солдат к востоку от вашей границы. Хорошо обученных, прекрасно подготовленных солдат. На моей стороне верные мне лорды в Кенриайне, что обязательно за меня отомстят, надумай вы поднять на меня руку. На моей стороне договоренности о мире и дружбе с почти всеми государствами цивилизованного мира. Ни Венетии, ни Астарии, ни Либурну не понравится, если иберленцы взбесятся и начнут убивать чужих королей. А еще на моей стороне справедливость и честь.

Граф Рейсворт со стуком вогнал меч в ножны.

– Убирайтесь и проваливайте, – сказал он глухо.

– Хорошо, – Клифф без всякого усилия вытянул двуручник из пола. – Пойдемте, сэр Артур. И все, кто хочет вас сопровождать, пусть тоже вместе с нами уходят. – Он коротко кивнул Кэмерон и Блейру. – А эти господа пусть остаются здесь и решают, кто из них достаточно благороден, чтоб восседать в кресле из потемневшего серебра.

Глава девятая

3 сентября 4948 года

В полном оцепенении Айна Айтверн сидела в каком-то кресле, куда посадил ее Лейвис, и продолжала смотреть на свои руки, сложенные на коленях ладонями вверх. Пальцы мелко дрожали. Она вся дрожала. Она помнила, как с этих пальцев рванулся, испепеляя выпущенные арбалетчиками Рейсворта стрелы, ослепительный свет. Такой же настоящий, как тьма, которой, словно плетью, орудовал против кинувшихся на него солдат Гайвен.

"Я действительно владею магией. Я действительно наложила проклятие на своего отца. Я действительно чародейка. Что мне теперь с этим делать? И что они все сделают со мной?"

Она не понимала, как это случилось. Просто увидела, что Артур сейчас падет замертво, пронзенный десятком стрел – а дальше все вышло само собой. Сила пробудилась, страх и ярость стали светом, свет превратился в пламя.

Откуда-то появился Роальд Рейсворт – выглядящий куда злее обычного.

– Вставай, – сказал он резко. – Пошли. Ты должна немедленно предстать перед Коронным советом.

– Они меня казнят? – спросила Айна. – Казнят как чернокнижницу?

– Что? Нет. Они тебя коронуют. Ну, не сразу. Через какое-то время.

– Я применила магию. Вы видели? Я применила магию, чтобы спасти Артура. Я такая же, как Гайвен. Отродье демонов.

Роальд Рейсворт неожиданно крепко обнял ее и прижал к груди:

– Девочка моя, – сказал он ласково, – ты надежда нашего дома и наше спасение. Ты все поймешь позже. Пойдем.

Происходящее казалось Айне подернутым дымкой тумана, и она до сих пор не могла поверить, что не спит. Не таким она представляла то, что должно было случиться этим вечером. Тогда, два часа назад, когда они с Лейвисом и Эдвардом стояли у порога Сиреневого Зала, готовясь в него войти, Айне казалось, у них всех троих есть какая-то роль в предстоящих событиях. Она думала, они смогут на что-то повлиять, что-то изменить. Единственная роль, в действительности им доставшаяся – роль наблюдателей.

"Все решали другие, а мы просто стояли и смотрели. Несмотря на все наши титулы, нашу решимость, нашу гордость и наш гонор. Мы – просто марионетки в чужой игре, разряженные в кружева куклы, и не более того. Я говорю, что хочу действовать, но все равно не действую. Это спектакль Коллинса и Рейсворта, не наш". Впрочем, теперь это спектакль одного Рейсворта. Коллинс погиб – захлебываясь криком, иссох заживо за считанные секунды.

"Это сделал Гайвен. Сначала его, потом еще пятерых солдат. Дядя думал, это будет просто – придти к глупому книжному мальчишке, потребовать от него отречения от трона. Вот только этот книжный мальчишка научился убивать".

Айна хорошо запомнила лицо молодого Ретвальда, каким оно было тогда. Гайвен совершенно не колебался, прежде чем применить свою магию. Ни сомнений, ни жалости – он пообещал уничтожить всех, кто бросит ему вызов, и он почти это сделал. Сделал бы, если б не выстрел Фэринтайна. Дядя Роальд уцелел только чудом.

Вокруг галдели придворные, мелькали слуги, грохотали доспехами солдаты, хриплыми голосами выкрикивали приказы офицеры. В Тимлейнском замке царили смятение и хаос. Смятение не настолько бурное, как то, что случилось после свержения Брайана Ретвальда, но все же поставившее все вокруг верх дном. Слухи об обезумевшем короле-колдуне распространялись по крепости со скоростью лесного пожара, а вместе со слухами нагнеталась паника. Король свергнут с трона заговором вельмож. Король не пожелал отказаться от власти и в начавшемся бою применил темные заклятия. Король убил чарами Джеральда Коллинса, и не одного его. Король без вести пропал – но возможно, еще вернется, чтобы отомстить всем, кто его предал.

Граф Рейсворт распорядился закрыть ворота замка и не выпускать никого в город, разве что по личному своему разрешению. Объявил, что как лорд-констебль, принимает управление Тимлейном на себя. Объявил, что скоро Коронный совет объявит имя нового государя.

Клифф Рэдгар покинул замок сразу, как только закончилось побоище в Сиреневом Зале – один из немногих, кому это удалось. С гарландским королем уехали его солдаты и Артур Айтверн – и Айна не знала, какая теперь ждет судьба ее брата. Она вообще ничего не знала. Просто шла вслед за дядей, словно в забытье, коридорами и лестницами королевского замка, иногда спотыкаясь. Лейвис был рядом. Поддерживал ее за руку, и девушка даже не пыталась его помощь отвергнуть. Сил огрызаться на кузена у нее больше не осталось. У нее вообще ничего больше не осталось.

Только рвущийся с пальцев свет. Сила, подобная той, что не раз уже в прошлом этот мир разрушила.

Только сошедший с ума мальчишка, который еще весной читал смешные книги о смысле жизни и признавался ей в любви, а теперь – седой, закованный в кокон из тьмы, обещал принести смерть всякому, кто выступит против его власти.

Только родной брат, уходящий в изгнание. Едва избежавший смерти. Лорд Роальд клялся, что ни за что не подвергнет Артура опасности – но приказ стрелять по нему отдал без колебаний. Если бы не сила, проснувшаяся в Айне Айтверн, Артур уже был бы мертв. "Ты просил себе верить, дядя. Как я могла оказаться настолько глупа?"

"Все, чем я могу теперь воспользоваться – это я сама".

Лорды уже собрались в тронном зале. Сидели, о чем-то переговаривались, бросали тревожные взгляды на трон. Простое серебряное кресло во главе длинного стола, без особенных украшений и изысков, и впрямь изрядно потемневшее от времени. Короли пользовались им редко, разве что в самых официальных случаях, предпочитая собирать советы на бархатных сиденьях в Малом зале. Трон из серебра был причудой кого-то из прежних Карданов, когда Тимлейн был только основан. Гайвен в него садился хорошо если один раз. Однажды сел Артур, еще при короле Брайане – пожаловался, что холодно, и тут же встал.

За стрельчатыми окнами темнело, день сменялся сумерками, сумерки скоро перейдут в ночь. Удлинившиеся тени затопили комнату. Айна замерла на пороге, рассматривая собравшихся – всех этих встревоженных, неуверенных в исходе начатого ими предприятия людей, которым предстояло сейчас решать будущее государства.

Брендон Коллинс, только что ставший герцогом Дейревера заместо погибшего отца, быстрыми глотками пил горячую, пар в лицо, травяную настойку. Это был молодой человек лет двадцати, принадлежавший к тому же поколению иберленской знати, что и Эдвард Эрдер с Артуром. Сухопарый, изможденного вида, средний сын лорда Джеральда лишь недавно стал наследником герцогства, после гибели на прошлом мятеже своего старшего брата Элберта. Выглядел он нездоровым и усталым, особенно сейчас.