Текст книги "Дочь дракона"

Автор книги: Анатолий Дубровный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

– Саманта, а ты уверена, что можно отправлять в дозор Листика? Ыргиза да, он очень сильный и выносливый, а вот Листика… – с сомнением сказал магистр Захарус.

– Уверена, это сейчас лучшая пара. Оба отлично видят в темноте. Ыргиз выносливый и сильный, а Листик уже пришла в себя, как вы поняли, ей восстанавливать – как остальным – свой магический резерв не надо. Если кто и попытается напасть… она просто расстреляет издали.

– Леди Саманта, – официально начал магистр эл Минэтэйнион, – вы знали, что студентка Ирэн – дарк? А кто такая студентка Листик? Кто такая студентка Милисента? И вообще, вы сама кто?

– Знала, и что это меняет?

– Но студентка Ирэн – убийца! Клан Мягко Ступающих – это же клан убийц! Сами дарки очень опасны и непредсказуемы, а уж те, кто из клана Мягко Ступающих…

– Магистр эл Минэтэйнион, – так же официально ответила Саманта, – Ирэн не принадлежит к этому клану! – И, видя недоуменные взгляды магистров, пояснила: – Она ушла из клана, да, она прошла полную подготовку воинов клана, но потом ушла из него. И заметьте, выбрала профессию целителя и в академию поступила, уже имея опыт врачевания. То есть она лечила, а не убивала! Ее воспитывала и учила сельская знахарка, очень хорошая травница, впрочем, о знаниях Ирэн вы, магистр, должны иметь представление.

Эльф кивнул, действительно у Ирэн знания были, и очень хорошие знания, да и выбор девушкой профессии действительно говорил о многом.

– Хорошо, Саманта, – кивнул магистр Захарус, – а как объяснить твои способности и способности твоих учениц? Я за вами наблюдал во время перехода через лес. У вас совсем не истощался магический резерв! Как будто вы сами являетесь мощными накопителями! И потом, как объяснить метаморфозу, произошедшую со студенткой Листик? Кто она? Откуда? И где раньше сталкивалась с этими тварями?

– Как вы поняли, господа, Листик не человек. Да, да не человек, впрочем, вы, магистр эл Минэтэйнион, тоже не человек…

– Я эльф, чистокровный эльф! – важно и гордо сообщил магистр эл Минэтэйнион.

– В этом никто не сомневается, – улыбнулась Саманта, – так вот, Листик пришла к нам на Геллу из другого мира, она принадлежит к одной из рас, населяющей его. И, как оказалось, она не первый пришелец из того мира. Ее мать некоторое время жила здесь. Не знаю, где Листик родилась, но ее отец – барон Лэри Дрэгис, так что девочка его законная наследница. Листик некоторое время жила с матерью, но потом по какой-то причине ее мать направила девочку сюда…

– Причину понять нетрудно, если в том мире водятся такие твари, как та, с которой нам пришлось столкнуться сегодня, да и водятся они там в таком количестве, что даже детям приходится с ними сражаться… В общем, понятно желание матери обезопасить своего ребенка, – согласно кивнул магистр эл Минэтэйнион.

– Но если там все такие, как студентка Листик, это значит, что…

– Не волнуйтесь, магистр Вайлент, не все – только некоторые. К ним и принадлежала Ветикалинариона, это мать Листикалинарионы, Листика, – ответила Саманата.

– Вы ее знали?

– Да, знала, была очень хорошо с ней знакома. И то, что некоторые жители нашего мира обладают сходными способностями, говорит о том, что мама Листика была не единственной, кто здесь побывал.

– Но если жители того мира обладают такими способностями, то захватить наш мир… – начал обеспокоенный магистр эл Минэтэйнион.

– Не беспокойтесь, магистр, если бы они хотели, то уже захватили бы. И потом, насколько я поняла, то попасть на Геллу им очень трудно, практически невозможно, сделать это могут только избранные. Так что захват нам не грозит, – улыбнулась Саманта.

– Леди Саманта, а вы так тоже можете? Ну как студентка Листик? – спросил магистр Вайлент.

– Да, я очень многое могу, – согласно кивнула Саманта, – но так, как Листик, покрываться чешуей не умеем ни я, ни Милисента. Кстати, господин ректор знает о наших особенностях, и именно он выступил инициатором того, чтобы собрать нас в академии.

Магистры переглянулись, теперь им стало многое понятно: и то, что носители этих особых способностей собраны вместе, и их запредельные тренировки. Саманта не только гоняла девочек, она и сама точно так же тренировалась с ними.

– А Милисента, она такая же, как Листик? – спросил магистр Захарус.

– У Листика и Милисенты разные отцы и матери, но они сестры. Причем они даже ближе, чем могут быть родные сестры, – пояснила Саманта, но, видно, магистры ничего не поняли из этого туманного объяснения, и девушка, пресекая попытки дальнейших вопросов, сказала: – И поверьте, большего я вам не могу сказать, сами понимаете, я связана словом. Это не моя тайна. Примите все как есть.

Саманта не открыла коллегам всей правды, ведь даже ректор Канвио не знал того, что знала Саманта о Листике. Об этом вообще мало кто знал, и открывать эту тайну Саманта не считала нужным. Девушка глянула на толстую тетрадь, которую нашли «охотники» в здании и которую не выпускал из рук магистр Вайлент, и перевела разговор на другую тему:

– Магистр, а вы что скажете? Что вы узнали из этого лабораторного журнала?

– Это не лабораторный журнал, это скорее дневник, в котором записаны происходившие события и мысли его автора по поводу происходящего, – ответил магистр Вайлент. – Автор этих записок – мэтр Скаливари. Вы знаете, это был величайший ученый, без вести пропавший накануне Гринейских войн. Теперь понятно, чем он занимался и как погиб.

– Кажется, мэтр Скаливари был некромантом? – поднял бровь магистр эл Минэтэйнион.

– Не только, – ответил магистр Вайлент, – это был величайший ум! Он работал во многих областях магической науки, не только в некромантии. Последняя его работа была связана с утерянными знаниями по телепортации. Он очень далеко продвинулся, но его исчезновение похоронило все его достижения. Вот в этом дневнике мэтр Скаливари описывает ход своих опытов. К сожалению, лабораторный журнал найти не удалось, похоже, перед своей гибелью мэтр его уничтожил. Так что повторить его опыты не сможет никто!

– Получается, мэтр Скаливари понимал, что он натворил и кого вызвал? – возмущенно спросил магистр эл Минэтэйнион. – Зачем он это сделал?!

– Мэтр предполагал, что телепортация – это точечные, направленные проколы пространства. И он попытался осуществить такой прокол. Понимая, что это может быть опасным, местом своего опыта он выбрал эту таверну, стоящую в лесу. Лес, вернее, его аура, магическое поле должны были локализовать последствия в случае неудачи.

– Почему же мэтр Скаливари не ушел в лес, а остановился здесь? И здесь же проводил свои опасные опыты?

– Здесь был постоялый двор с трактиром, место ночевки торговых караванов, следующих через лес…

– Понятно, – хмыкнула Саманта. – Уйти в лес и полностью отказаться от благ цивилизации и сопутствующего им комфорта было выше сил почтенного мэтра…

– Леди Саманта! Вы напрасно иронизируете! Мэтр Скаливари был гений и… – возмутился магистр Вайлент, но Захарус не дал ему возмущаться дальше, он примирительно выставил руку:

– Да, да, магистр Вайлент, мы с этим согласны. Гениям и величайшим умам требуется комфорт даже больший, чем простым смертным. Вы расскажете, что произошло дальше?

– Во время проведения эксперимента что-то пошло не так. Прокол получился, но не туда, куда планировал мэтр, и в эту прореху прорвалась эта тварь…

– Луввок, – подсказала Саманта.

– Да, спасибо, леди Саманта, прорвался луввок. Мэтр мог бы с ним справиться, но произошла трагическая накладка – в этом лесу оказалось гнездо чундру, и этот луввок каким-то образом его подчинил, вернее, подчинил матку гнезда.

– Да, Листик говорила, что луввоки, как высшая нежить, подчиняют себе другие виды нежити, создавая из нее свою свиту.

Магистр Вайлент кивнул:

– Да, к этому же выводу пришел и мэтр Скаливари, он пытался его уничтожить, но у него не хватило сил. Тогда он активировал магическое поле леса, создав из него клетку для этих тварей. К сожалению, эта клетка оказалась непроходимой для всех, кто находился внутри нее, как для разумных, так и для зверей. А создавшийся симбиоз пришлой нежити и местной уничтожил всех, кто находился на постоялом дворе. Это все хорошо описано в дневнике.

– Истинный ученый, – хмыкнула Саманта, – его ели, а он проводил научные исследования и описывал свои ощущения, а то, что по его вине здесь погибли люди, которые не смогли выйти из леса…

– Наука требует жертв! – воскликнул магистр Вайлент, магистр эл Минэтэйнион согласно кивнул.

– Да, и если мир погибнет, то его угробят такие вот исследователи, готовые принести любую жертву ради науки, – опять хмыкнула Саманта. – Лучше бы это оказался очередной кандидат во властелины мира!

– Почему? – искренне удивился магистр эл Минэтэйнион.

– А с ними проще, они, по крайней мере, знают, чего хотят. И мы знаем, чего от них можно ожидать, а вот такие гении совершенно непредсказуемы! И впустят к нам какую-нибудь тварь…

– Леди Саманта, ваш сарказм неуместен! Мэтр Скаливари, когда понял, чем грозит его открытие, уничтожил лабораторный журнал! Уничтожил, чтобы никто не смог повторить его опыты! Уничтожил, понимая всю бесценность его для науки! И он же создал клетку для этой твари!

– Да, создал. Но понимаете ли, магистр, что, опоздай мы хотя бы на полгода, эта тварь вырвалась бы из этой клетки! – гневно ответила Саманта.

– Но как? Почему? Почему вы так думаете?

– Потому что мэтр завязал клетку на магию леса! И луввок это прекрасно понял! И все это время он целенаправленно уничтожал лес! Его обитателей, всех! И зверей, и нечисть, ему не подчинившуюся! Да что там обитателей, луввок даже деревья уничтожал! А нет леса, нет и его магии! Посмотрите вокруг, лес уже мертвый!

– Тише, тише, коллеги, вы разбудите студентов, – начал утихомиривать Саманту и Вайлента магистр Захарус. Те хоть и выражали свои эмоции столь бурно, но делали это шепотом.

– Да, действительно, господа, давайте спать, – поддержал Захаруса магистр эл Минэтэйнион. – Завтра нам двигаться дальше.

– Саманта, вторая стража моя, я сменю Ыргиза и Листика, а потом заступишь ты, я тебя разбужу, – сказал Захарус, девушка кивнула в знак согласия.

В большом зале придорожного трактира было очень многолюдно. Этот зал занимал весь первый этаж здания, которое можно было назвать гостиницей. На втором и третьем этаже были комнаты для желающих переночевать, такие же комнаты были и над конюшнями. Комнаты над конюшнями обычно занимали купцы, не желающие или боящиеся далеко отходить от фургонов со своими товарами. Эта гостиница находилась в месте, где новый тракт, до этого совпадавший со старой имперской дорогой, уходил в сторону герцогства вэркуэльского, и далее в обход гор. Но с открытием Ларнийского перевала в Хасийских горах старая дорога, проходившая через дрэгисское баронство, снова ожила. В той гостинице было удобно останавливаться на ночевку перед последним переходом к подножию гор, там, на постоялом дворе, уже в дрэгисском баронстве, торговые караваны делали последнюю остановку перед преодолением гор.

Многолюдно было потому, что кроме обычных купеческих караванов, двигающихся к перевалу и от него, в гостиницу прибыл довольно большой отряд, состоящий в основном из молодежи. Как выяснил ушлый хозяин гостиницы, это был отряд экспедиции академии Магических Искусств, направляющийся в Хасийские горы. Отряд прибыл около пяти часов вечера. Теперь студенты и их руководители, магистры, то ли поздно обедали, то ли рано ужинали. Хозяин не знал, что отряд сделал два стремительных дневных перехода. Один от трактира, расположенного в самом центре проклятого леса, до его опушки и второй от ночевки на опушке этого проклятого леса до этой гостиницы. Теперь все участники, заняв четыре стола в углу зала, просто отдыхали.

За отдыхающими студентами украдкой наблюдали три человека, сидящие за столиком в другом углу зала. Поскольку зал занимал весь первый этаж довольно большого здания, его пересекали ряды колонн, поддерживающих верхние этажи. Вот за одной из таких колонн и сидела эта троица. Из других частей зала их было трудно разглядеть, но и им обзор был затруднен. Эти трое мужчин в дорожных плащах, которые они не сняли и из-за которых было трудно рассмотреть их принадлежность к типу путешественников, пили пиво. Один, со скуластым лицом, покосился на своего соседа по столу и недовольно произнес:

– Вы, сударь, не говорили, что объектов будет двое и что они будут путешествовать в такой большой компании. И как они выглядят, вы тоже не рассказали. Так покажите их сейчас.

– Видите девушку, что поднялась из-за стола? Так вот, ваши цели – две девушки, что сидят по правую руку от нее, – ответил его сосед.

– Хм, одна девушка, причем довольно молодая, а вторая совсем девчонка! И вы наняли целый отряд, чтобы… – начал третий собеседник, но скуластый его оборвал:

– Постой, Фадиль! – и обратившись ко второму, еще более недовольно произнес: – Я так понял, они подруги с той девушкой, что отошла от них, да?

– Похоже, – пожал плечами второй собеседник, – раз сидят рядом, может быть, и подруги. Вроде они мирно разговаривали, но что это меняет? Что вас так взволновало?

– Присмотритесь к девушке, – почти прошипел скуластый, – как она идет и как она выглядит!

– Ну что особенного, ну идет, ну смуглая, ну два меча за спиной. У тех же двоих мечей нет.

– Она идет так, как ходят воины, причем очень опытные или хорошо обученные! Да, она смуглее, чем обычные люди, но обратите внимание на ее глаза и ушки, зубки, когда она улыбалась! А если вы еще ничего не поняли, то на рисуночек на ее щечке!

Мужчина напряг зрение, стараясь рассмотреть все то, на что указал ему его собеседник, а вот третий из сидящих за столом – видно, зрение у него было лучше, чем у первого, – тихонько воскликнул:

– О боги! Дарк! Это же дарк! Из клана Мягко Ступающих!

– Вы хотите сказать… – начал второй собеседник, но скуластый его перебил, он громким шепотом произнес:

– Именно! Эта девчонка дарк! Не просто дарк, а дарк из клана убийц! И то, что она девушка, не имеет никакого значения! Посмотрите на ее мечи! Носить мечи в этом клане имеют право только прошедшие полное обучение и выполнившие первое задание! А надо ли вам объяснять, какое задание выполняют обученные убийцы?!

Первый из собеседников икнул, икнул прямо в полупустую кружку, поэтому звук получился довольно громкий. На звук обернулась одна из подавальщиц, шедшая от того стола, где сидели интересующие эту компанию девушки, к барной стойке. Скуластый поднял руку, подзывая девушку-подавальщицу к своему столику.

– Красавица, а принеси-ка нам еще по кружке пива! – попросил он.

– Господа, я не обслуживаю этот столик, – вежливо улыбнулась девушка, – но я предам ваш заказ Фримме, и она сейчас же принесет вам пива!

– Спасибо, красавица, очень жаль, что не такая красивая девушка нас обслуживает, – поблагодарил и сделал комплимент девушке скуластый. И посочувствовал, указав на студентов академии: – Что, сегодня много работы? Наверное, компания молодых дворян? Золотая молодежь?

– Нет, что вы! Это студенты из академии Магических Искусств!

– И вот та маленькая, рыженькая, тоже студентка? – изумился скуластый. – Не может быть! Она же совсем ребенок!

– Да, студентка, она так же, как и ее подруга, будущий боевой маг! – ответила подавальщица, гордая тем, что это знает. – Очень вежливые девушки. Но прошу простить меня, господа, мне надо бежать выполнять заказ!

– Да-да, красавица, не забудь передать и наш заказ – три темных пива! – улыбнулся скуластый, но, как только подавальщица отошла от стола, улыбка сползла с его лица. – Как это понимать, сударь? Вы скрыли очень важную информацию о заказанном объекте! Их двое, с ними дарк, не простой дарк, и, наконец, они боевые маги, пусть и необученные!

– Но вас же целый отряд! Вы можете организовать засаду! Можете напасть ночью!

– Ночью они будут здесь, и нападать на постоялом дворе – это верх безумия, здесь и своя охрана, и охрана купеческих караванов. А устроить засаду? Вы думаете, что в их отряде только они боевые маги? И потом, напасть на отряд магической академии?.. Я не безумец!

– Так вы что? Отказываетесь от выполнения заказа?! – прошипел первый собеседник.

– Имею полное право! Вы нарушили условия нашего договора, не дав полной информации! – криво улыбнулся скуластый.

– Вы просто испугались!

– Вы вольны думать все, что пожелаете! Но не советую вам меня оскорблять! – Кривая улыбка скуластого стала еще более кривой. – Да, и в свете нарушенных условий нашего найма, нарушенных с вашей стороны, аванс не возвращается! Да!

Смуглая девушка подошла к столику, за которым сидели четверо мужчин, с виду скорее зажиточные селяне, а не купцы. Они, своей степенностью и неторопливостью, чем-то напоминали гномов.

– Здравствуйте! – поздоровалась девушка, блеснув волчьими клыками.

– И вам не хворать, госпожа, – осторожно ответил самый старший.

– Как у вас дела? Как там Гуримна? Прошла ее хворь? – продолжая улыбаться, спросила девушка.

– Э-э-э… госпожа, все в порядке, выздоровела моя старуха, – ответил селянин и, спохватившись, подозрительно спросил: – А вам откуда известно, что моя жена хворала? И откудова, вы, милостивая госпожа, знаете Гуримну?

При этом и пожилой селянин, и его более молодые спутники с опаской покосились на торчащие над плечами девушки рукояти мечей. Эти мечи явно указывали на благородное происхождение их собеседницы, а от благородных всего можно ждать. А ну как выхватит свои мечи и как рубанет! Девушка, продолжая улыбаться своей волчьей улыбкой, в свою очередь спросила:

– Мастер Римарк, ты что, меня не узнал? Я же тебе летом мазь от радикулита делала и сама же ее тебе втирала!

– Э-э-э… не припомню, благородная госпожа, чтоб я вас в прошлом годе видал.

– Мастер Римарк, это же я, Ирэн! Ученица Марты! Ну вспоминайте! – продолжая улыбаться, сказала девушка.

Мастер потеребил свою бороду, потом почесал в затылке, что свидетельствовало о крайнем напряжении его мыслительного процесса. А один из его спутников, внимательно приглядывавшийся к девушке, удивленно спросил:

– Ирэн? Это ты? Точно? – и задумчиво продолжил: – Вроде похожа, только вот стала темнее, загорела так сильно, что ли. Где так зимой загореть можно было? И зубы у тебя появились страшенные такие, и дракона тебе на щеке кто-то нарисовал.

– Да я это, я! – засмеялась девушка. – Я в академии Магических Искусств учусь, вместе с Листиком и Милисентой, вон они сидят! Видите?!

Девушка указала на стол, где сидели Листик и Милисента, те наблюдали за Ирэн. И когда увидели, что селяне на них смотрят, приветственно помахали руками. Селяне некоторое время на них с недоумением смотрели, а потом, узнав, вскочили со своих мест и начали кланяться.

– Это же госпожа Милисента и госпожа Листик! – объявил один из селян и так очевидное, а старший уточнил:

– Так вы, госпожа, путешествуете с нашими старшей и младшей баронессами?

– Да, а вы куда или откуда?

– Да вот возвращаемся домой, в Тронск на ярмарку ездили. Вот с сынами и кумом, я вот железа прикупил, железо-то, оно завсегда нужно, – начал, как будто оправдываясь, путано объяснять мастер Римарк, он был деревенским кузнецом в Подгорцах.

– А у нас экспедиция в Хасийские горы. Завтра мы идем дальше, к вечеру будем в дрэгисском замке, а послезавтра и у вас в Подгорцах, что-то передать Гуримне?

– Как-то неудобно просить вас, госпожа, мы тож домой едем, но наш фургон до замка-то два дня ехать будет, да еще два до дому добираться от замка-то, – продолжал оправдываться кузнец.

– Да ладно, буду в Подгорцах, зайду к твоим, – кивнула девушка и отошла к поджидавшим ее Милисенте и Листику.

– Батя, это ж точно Ирэн, она же завсегда с баронессами ходила, когда те в лесу появлялись, – сказал один из сыновей кузнеца.

– Так-то оно так, токмо вот она-то какая-то на себя непохожая. Вся потемнела, зубы-то какие выросли, да и глаза такими страшенными стали, – задумчиво потеребил бороду кузнец.

– Так она же сказала, что в академиях учится с нашими баронессами, может, это от учебы-то? – сделал предположение сын.

– Так баронессы-то не поменялись, – возразил кузнец.

Его сын почесал в затылке и предположил:

– Так, может, на благородных науки-то так сильно не влияют. А Ирэн простая, она ж Марты ученица!

– Вот до чего науки-то доводят! Была такая ладная девка, а как учиться начала, так в такую страхолюдину превратилась! Я же говорил – много науки вредно! Может, благородным оно-то и на пользу, а нам токо во вред. А ты, батя, все «учись, учись…», – высказался второй сын кузнеца, а кум ничего не сказал, только задумался.