Искатель, 2012 №5

Текст добавлен: 23 сентября 2026, 19:00

Текст книги "Искатель, 2012 №5"

Автор книги: Анатолий Галкин

Соавторы: Елена Болотова

Жанры:

Газеты и журналы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Назад к карточке книги

– И покупали! На мои деньги, Аслан, покупали.

– Верно. Только ты уже десятикратно окупил свои вложения в эти бумажки... Открывай сейф, Илья. Мне ведь только ключ нужен. Код я и без тебя знаю...

Настя не могла видеть дальнейшее. Она и до этого ничего не видела, но слышала все отчетливо, и этого было достаточно. Но разговор прекратился, вместо него послышались непонятные возгласы, скрипы, стоны, удары... Потом на минуту все стихло. Звон ключей, писк нажимаемых кнопок, тоненький механический голос произносит тарабарщину, похожую на японскую речь. Дверца сейфа открывается неслышно для Насти. До нее доносятся только глухие шлепки папок, утопающих в двух объемистых сумках... Потом шаги мимо сауны и два глухих удара – сумки брошены на пол возле двери черного хода. И опять Аслан возвращается в темную комнату, потом в кабинет и – тишина...

Настя не могла видеть, как Аслан, напевая веселую мелодию, вышел из кабинета и, наклонясь к секретарше, шепнул ей на ухо: «Шеф просил не беспокоить. Решил поплотней с этой журналисткой поработать. В комнате отдыха. Не ревнуешь?»

...Три минуты стояла полная тишина. Больше Настя не выдержала. Она соскользнула на деревянный пол парилки, маленькими осторожными шажками подошла к двери сауны и выглянула... В комнате отдыха почти ничего не изменилось. Появились только две огромные сумки. Они стояли у двери на черную лестницу.

Молнии на сумках не были затянуты, и из них соблазнительно выглядывали толстые и тонкие красные папки с документами.

В три легких кошачьих прыжка Настя приблизилась к сумкам. Схватила несколько папок. Потом для равновесия взяла столько же из другой сумки. Приготовилась читать... Внизу звякнула дверь, и на черной лестнице послышались торопливые шаги. Кто-то шел наверх. Даже бежал...

Вернуть папки на место не было ни времени, ни желания.

Три быстрых прыжка – и Настя опять в сауне, опять на верхней, еще теплой от ее тела полке в деревянной каморке-парилке...

Настя прислонила ухо к стене – прямо за ней, рядом, в полуметре, кто-то копошился. Вот звонко скрипнула молния на сумке. Еще раз... Вот мягко закрылась дверь на черную лестницу, и опять послышались торопливые шаги по ступеням. Но теперь – вниз... Он взял свои сумки и ушел на улицу. Теперь уже не вернется...

Можно было не ждать и не осторожничать. Настя распахнула дверь сауны и, сделав несколько шагов, остановилась в центре уютной диванной комнаты. Здесь, если бы не неожиданный приход Умарова, она имела бы веселенький разговор с Баскиным, остужала бы его назойливость, выуживала нужные сведения... Но Баскин знает, что она здесь. Знает, и не идет. Не в его это характере... Не идет, значит, не может!

Настя набрала побольше воздуха и шагнула к двери в темную комнату перед кабинетом Баскина.

Он лежал почти в центре, перед открытым сейфом. Рядом с его головой в луже крови валялась небольшая, с бутылку шампанского, белая мраморная копия Венеры. Ее правое плечо было красным... Настя ясно представила, как Умаров взял за ноги эту маленькую женщину и безжалостно ударил ею по голове Ильи Максимовича Баскина... От судьбы не уйдешь! Ему наверняка на роду было написано умереть от богини любви.

...Насте часто приходилось видеть трупы. Криминальному репортеру без этого нельзя. Нужна правда жизни, яркие впечатления. Приходилось наговаривать на диктофон свои будущие статьи около взорванных машин с человеческим месивом, в моргах, в окровавленной квартире с тремя телами недельной давности...

В первый момент страха не было. Паника началась, когда она увидела около ног Баскина свою открытую и пустую сумочку. Ее содержимое валялось по всей комнате: в углу за сейфом – кошелек и ключи, у двери – пейджер и пачка визитных карточек.

Она суматошно собирала свои вещи, осторожно перешагивая через труп. Не удалось спасти только помаду – она хрустнула под ногой. И еще записную книжку, упавшую в липкую красную лужу вокруг головы Баскина.

В сумочке нашелся объемистый пластиковый пакет, куда с трудом поместились все красные папки и диктофон с записью последних возгласов шефа «Басойла».

Теперь бежать! Можно через кабинет, а значит, мимо секретарши. Можно через основную лестницу, но мимо охраны. Лучше через черный ход, но там Умаров. Правда, он не дурак. Он уже наверняка далеко и обеспечивает себе алиби...

Настя спустилась по черной лестнице, открыла входную дверь и оказалась во внутреннем дворике фирмы. Слева подворотня, за ней улица, на другой стороне которой должна стоять светлая «Волга», а в ней – Савенков. Он обязательно выручит. Глаза у него честные, добрые и... мужественные. Настоящий полковник!

Полковник запаса Савенков очень не любил ждать. Догонять любил, а ждать – нет. Догонять – это действие, а ждать – бездействие.

После первого часа сидения в машине он даже включил мотор и собирался ехать. Но дал Анастасии еще пятнадцать минут. Потом еще... Потом решил, что так долго она не может там сидеть просто так... Значит, произошло то, чего он и опасался. Надо было действовать. В шахматах такую позицию называют «цугцванг». Это когда положение не очень хорошее, но надо делать ход. И любой ход приводит к ухудшению или к проигрышу... Ждать Анастасию – плохо. Бежать одному штурмовать «Басойл» – еще хуже. Но штурмовать – значит делать хоть что-то, а ждать...

Савенков вышел из машины, расправил плечи, размял кисти рук и сурово взглянул на парадный подъезд нехорошей нефтяной фирмы: «Ну, Баскин, держись!»

Сделав первый решительный шаг, Савенков вдруг отпрыгнул назад и присел, спрятавшись за своей машиной, – из особняка «Басойла» выходил Аслан Умаров. Двигался он неторопливо, нарочито спокойно. Приблизившись к краю здания, кавказец юркнул в подворотню и побежал вглубь, во внутренний дворик фирмы.

Все это выглядело странно. Умаров – солидный человек. Не в его стиле бегать по подворотням... Пока Савенков анализировал нестандартное поведение Аслана, тот вышел из подворотни, чем дал новую информацию для размышления. Он тащил две тяжелые черные сумки. Работа явно не по его должности. Мог бы спокойно свистнуть своим шестеркам, и те радостно несли бы за ним поклажу. И пылинки бы с сумок на ходу сдували, и кланялись бы хозяину. Но Аслан с трудом тащил все сам... Вот он остановился около неприметной вишневой «Нивы», загрузил свой багаж и отчалил...

Савенков выпрямился и начал шарить по всем карманам в поисках сигарет... Возможно, он слишком подозрительный. Сегодня же пятница. Решил Умаров на дачу поехать. А в сумках подарки, мясо для шашлыка... Все равно странно. Не складывается...

Бросив сигарету, которая уже начала жечь пальцы, Савенков опять стал искать пачку, которая на этот раз оказалась во внутреннем кармане пиджака. Вытащив сигарету, он машинально размял ее, но закурить не успел – под аркой подворотни появилась Настя. Она сразу увидела его, махнула рукой и бросилась через дорогу, лавируя в вяло текущем потоке машин...

Савенков сидел за рулем и деликатно молчал. Он видел, что Настя если не шоке, то в крайне взволнованном состоянии. Да и что он мог спросить? Как дела? Она и сама знает, что это очень его интересует. Пусть немножко очухается...

Она молчала две минуты, три...

Больше Савенков не выдержал:

– Настенька, как дела?

– Нормально... Поедем. Не надо здесь стоять.

– Хорошо, поехали... Ты у Баскина была?

– Была.

– Ну и как он?

– Бабник он... Клеить меня начал.

– Ну, это, Настя, его моральный облик. А что он о деле говорил? Какие у него планы?

– Нет у Баскина больше планов... Он умер.

– Что?!

Дальше начался подробный рассказ, по ходу которого Настя полностью вышла из шокового состояния. Она излагала события, как сюжет детективной повести. Говорила от автора, от себя, от Баскина и Аслана.

Понимая, что от этих новостей он совершенно забыл о дороге и ведет машину на автомате, на подсознании, Савенков свернул на тихую улочку, потом в тупик и остановился. Теперь он мог смотреть на Настю во все глаза.

Она продолжала. Про темную холодную парилку в сауне, про звуки сейфового замка, про записную книжку в луже крови.

Приблизившись к финалу, Настя совершенно отошла. Она даже начала шутить, но Савенкову было не до смеха. Он продолжал слушать, но все время ему представлялась записная книжка, прилипшая к полу рядом с головой бывшего главы «Басойла»... Она не просто так упала в эту лужу. Аслан хорошо знает свое дело. Наверняка его отпечатков нет ни на сейфе, ни на Венере, которая будет именоваться орудием убийства... И не зря он ушел через приемную – все теперь подтвердят, что он вышел первым, оставив Настю с Баскиным наедине... Хорошенький сюжет. Анастасия Курасова – теперь основная обвиняемая...

Настя описывала последние минуты своего приключения. Ставя финальную точку, она вытащила из пакета несколько красных папок и протянула их Савенкову. Затем появился диктофон, и они прослушали вместе несколько фраз. Последние слова, сказанные Баскиным в этой жизни.

Вытащив кассету, Настя поцеловала ее и прижала к сердцу. Она думала о ней, как о сенсационном репортерском материале, не понимая, что в этой пластмассовой коробочке ее возможное спасение от тюрьмы.

Савенкову не терпелось полистать красные папки с именами видных деятелей капиталистического строительства, но перед этим он вытащил сотовый телефон и сделал два звонка. Вызвал Олега, помощь которого в этой ситуации могла быть очень кстати. Затем позвонил Иннокентию:

– Где ты сейчас, Кеша?

– В центре. По улицам мотаюсь. Я уже два часа жду вашего звонка. Какие указания, шеф?

– Кейс еще не опустошил?

– А вы, Игорь Михайлович, хотели, чтоб я эти куклы на помойку выкинул? Ни в коем случае! Зачем? Я с ними сроднился. Я буду беречь их. Они мне дороги как память.

– Не до шуток, Кеша. Звони срочно на сотовый Аслану. Скажи, что не знаешь, куда деньги девать. Готов, мол, передать ему лично. Договорись о встрече – и сразу к нам на Якиманку.

– Я чувствую, Игорь Михайлович, у вас есть сногсшибательные новости.

– Не то слово, Кеша. Убийственные новости.

* * *

Иннокентий стоял в электричке возле выхода, прижатый к стене двумя старушками. Всю дорогу он завидовал усатому старику, стоявшему рядом. Дачная публика вдавливала его в стенку тамбура с таким же напором. Но вокруг старика были молодые девицы...

До станции «Тучково» ехать около часа... И кто придумал заварить всю кашу в пятницу? Еще вчера в это время электричка была бы свободна.

И почему это Аслан приказал ему ехать не на машине, а непременно этим переполненным дачным поездом? Если он надеялся перехватить кейс с деньгами здесь, то ему это вряд ли бы удалось. Здесь даже по карманам шарить невозможно, такая толчея. Получилось, что его будут ждать на платформе. Аслан не зря не назвал точного адреса своей базы. Его приказ – доехать до Тучкова, пересечь привокзальную площадь и стоять около булочной.

Иннокентий знал, что где-то рядом мается Олег. По раскладу он должен прикрывать Кешу в электричке, но гладко было на бумаге... Прикрой тут, когда руки не поднять и пальцем не пошевелить.

Савенкову с Анастасией легче. Едут с ветерком по просторному Киевскому шоссе. Очевидно, уже доехали, если не застряли где-нибудь в глухой пробке. Доехали и стоят себе в тени недалеко от той самой булочной.

После Голицино стало посвободней. Старушки, что толпились рядом с Иннокентием, вышли, но из вагона поближе к дверям потянулись дачники с детьми, баулами, саженцами.

Долго стоять возле булочной Иннокентию не пришлось. Пять минут. Ровно столько потребовалось встречавшему его конопатому парню, чтобы оценить обстановку и убедиться в отсутствии хвоста.

Кеша топтался на ступеньках, ведущих в единственный на площади хлебный магазин, и разглядывал людей на площади – нормальное поведение человека, ожидающего встречи. Он сразу увидел Настю с огромным букетом и суетящегося возле нее Савенкова. Это была еще та парочка! Седой ловелас шептал что-то на ухо симпатичной девице, все время пытался поцеловать ей руку, обнять за талию. Девица же хихикала, отстранялась, но не уходила... Подозрений они не вызывали никаких – кто угодно, но никак не хвост.

Олег маскировался менее удачно. Традиционно. Он в темных очках и закрывающей половину лица кепке-бейсболке шатался по площади с полуторалитровой бутылкой пива. Ноги у него заплетались очень натурально. Он даже несколько раз падал, с трудом становился на ноги и ласково стирал пыль с бутылки.

Конопатый подошел к Иннокентию сзади и чем-то ткнул в спину. Это мог быть и ствол и палец. В таких случаях лучше предполагать худшее и не дергаться. Кеша даже не оглянулся, но радостно воскликнул:

– Аслан?

– Я за него. Давай, парень, кейс и мотай назад в Москву.

– Не понял... Кстати, можно я повернусь?

– Поворачивайся... Чего ты не понял? Аслан меня послал. Описал тебя, велел встретить и кейс у тебя забрать.

– Не пойдет. Только ему в руки отдам. Мне доля нужна. Я не жлоб, но я эти деньги честно заработал... Тебя как зовут?

– Витя.

– Скажи мне, Витя, что ты будешь делать, если я не отдам тебе кейс? Драться не будешь. Стрелять – тоже.

– К Аслану тебя отвезу... Он так и сказал: «Если будет артачиться, вези сюда. Я сам с ним разберусь».

– Вот и вези, Витя. Я как раз очень сейчас артачусь.

– Зря ты, парень. Аслан злой сегодня. Как бы тебе вместо своей доли не получить пулю.

– Значит, такая судьба... Кстати, Витя, на самостийной мове слово «доля» как раз и значит «судьба».

Они пошли к машине конопатого Виктора. Ею оказалась та самая вишневая «Нива», на которой четыре часа назад Аслан, на виду у Савенкова, покинул офис «Басойла».

Иннокентий правильно понимал ситуацию. Он спокойно шел на два шага впереди Виктора. Этим он показывал полную покорность и отсутствие попыток оказать сопротивление.

Когда они садились в машину, к Витьку подплыл Олег с пузырем пива:

– Слушай, друг, подвези. Баба меня ждет... Стакан пива налью... Подвези, шеф.

Конопатый что-то пробурчал и попытался сесть за руль, но Олег не унимался. Он схватил Виктора за куртку и потащил поближе к багажнику. Вид у него был обиженный.

Но беседы не получилось. Не успел Олег поинтересоваться степенью уважения к нему, как получил ответ в виде удара в живот и солидного пинка. Свалившись за машиной, он продолжал громко обсуждать вопросы дружбы, братства, взаимопомощи...

Иннокентий не знал, что еще, кроме философских заявлений, делал Олег, лежа у заднего колеса «Нивы», но через километр, на дороге между лесом и полем, машина заковыляла и остановилась.

Всего лишь минута потребовалась Виктору, чтобы понять, что произошло. Еще три минуты – на проклятия по поводу «алкаша, прокусившего шину». После этого он вытащил запасное колесо и взялся за домкрат.

Изредка мимо проносились легковушки, но остановилась рядом лишь одна. Светлая «Волга».

– Чем помочь, друг?

– Кати дальше, папаша. Без пенсионеров обойдемся.

– Не могу. Должен помочь. Шофер шоферу друг и брат.

– Проваливай, старик.

– Грубишь, сынок. Не надо так. В угол поставлю.

От такой наглости конопатый вскочил в полный рост и задрожал. Когда его сегодня днем Аслан мордой по батарее водил, это понятно. Надо терпеть! За чеченцем сила. И деньги от него идут. Но потом... Сначала в Тучково его тот алкаш зацепил. Уважения, ханыга, требовал. Теперь этот толстяк о дружбе и братстве талдычит.

Все внимание конопатого было сосредоточено на Савенкове, и он не заметил, как за его спиной встали Иннокентий и совершенно трезвый Олег.

Виктор хорошо знал, как на таких вот седых интеллигентов действует вид оружия. По опыту знал... Он медленно закинул за спину правую руку и приподнял куртку, нащупывая за брючным ремнем рукоятку пистолета. Но вытащить его не успел. Олег помог ему закинуть за спину и левую руку. Звякнули наручники. Пистолет перешел к Савенкову, а Виктору подбили колени и отпустили в придорожную канаву. Некоторое время он оставался один, наблюдая, как около «Волги» совещается странная четверка... Кто его повязал? Менты за его старые грехи? ФСБ из-за Аслана? Или братки за кейсом охотились? Трудно сказать... Скорее всего чекисты. Эти ловко маскируются. А ментов и бандитов с первого взгляда видно. Эти ни на тех, ни на других не похожи...

Совещание закончилось. Три богатыря и Настя подошли к Виктору. В центре стоял Савенков и поигрывал пистолетом.

– Хорошая машинка, Витя... Как с ней обращаться? Предохранитель вниз надо отвести, да? Затвор передернуть? Готово. Теперь чуть-чуть на спусковой крючок нажать... Смотри, Витя, внимательно и отвечай... Да не на меня смотри, а на конец ствола. Там такая черная дырочка есть. Давай я тебе ее поближе к глазам поднесу... Готов отвечать?

– Готов...

– Отлично! Где Аслан?

– На даче.

– Далеко?

– Пять километров... Сразу за деревней красные дома. Особняки... Четвертый с правой стороны. Угловой...

– Охрана?

– Трое... Кроме самого Аслана.

– Чеченцы?

– Да.

– Ты-то как, Витя, в эту компанию попал?

– В плену я был...

– Понятно... Кровью повязали. В своих заставили стрелять. Так? Не ты первый. Им очень нужны надежные люди со славянской внешностью... ты не волнуйся, Витя. Пока все хорошо. Ты еще жив. Разговариваешь... Мы даже отпустить тебя можем. Если помогать будешь.

– Буду!

– Вот и хорошо... Олег, сними с него наручники. А ты, Виктор, слушай боевую задачу.

Забор особняка напоминал охрану режимного объекта. Массивные ворота, кирпичная стена с колючей проволокой наверху и проходная – маленький домик в шесть квадратных метров.

Виктор три раза просигналил перед воротами. Они вначале приоткрылись, и в щель выглянула усатая физиономия.

Охранника ничего не могло насторожить. Его предупредили, что Виктор может вернуться и один, а может привезти молодого парня. То, что рядом с водителем сидел Олег, его не волновало. Он не знал его в лицо. Ни его, ни Иннокентия.

Для порядка надо было бы осмотреть машину, заглянуть в багажник, но охранник не успел. Его отвлекла заскочившая вдруг в ворота симпатичная девушка. Она начала быстро щебетать о своих проблемах. О том, что ее пригласили из Москвы в какой-то из этих домов, что она все перепутала и заблудилась, что ей бы надо срочно позвонить. При этом она очень завлекающе хлопала глазами, трясла грудью и вертела бедрами. Охранник не мог не прореагировать на это. Тем более что он уже третий месяц не выходил за этот проклятый забор... Настя подхватила его под руку, потащила в проходную. Она-то точно знала, что там есть городской телефон.

Когда они скрылись за дверью, Олег спокойно покинул машину и пошел за ними. Он не боялся оставить Виктора. За передними сиденьями, накрытый мешком, лежал Кеша с пистолетом. Вначале Савенков сам планировал занять это опасное место, но узкая щель оказалась не по его габаритам. А скорчившись на заднем сиденье, он выпирал во все стороны даже под мешком.

Вернулся Олег через минуту. Он прикрыл ворота, сел в машину, и они поехали к дому, к воротам гаража...

Все это время Савенков прогуливался вдоль забора, делая вид, что с восторгом разглядывает ненавистные ему по собственной даче одуванчики. Сорняки!

Дверь проходной открылась, оттуда выглянула Анастасия и пальчиком поманила Савенкова. В этой ситуации она могла бы и крикнуть, но помнила последнее наставление руководителя операции: «Работать тихо».

В каморке она тоже молчала. Вернее – разговаривала с Савенковым жестами. Сначала показала всей ладонью в сторону гаража. Потом пальцем на лежащего в углу связанного охранника. Дальше ладонь сжалась в кулак, над которым медленно вырос большой палец. Все вместе это означало: «Они уехали в гараж. Этот гад сопротивлялся. Но Олег быстро его успокоил. Какой он молодец!»

Савенков попытался ответить Насте тоже жестом. Сначала он выписывал в воздухе кренделя одной рукой. Потом подключил вторую. Со стороны это походило на азбуку глухонемых, но Савенков ее не знал и придумывал на ходу. В конце концов он плюнул на это дело и спокойным голосом заявил:

– Олег действительно молодец! И ты, Настя, молодец... Будем ждать сигнала. Виктор сказал, что комната охраны рядом с гаражом. Он должен их по одному вызвать... Справятся ребята. У них сейчас два ствола и фактор внезапности... Нам с тобой не надо дергаться. Надо ждать.

Ждали они долго. Около получаса. Когда в гаражных воротах появился Олег, они выскочили из будки и бросились к дому. Не по дорожке, а сбоку, под деревьями – так меньше шансов попасть на глаза Аслану. Вдруг тот из окон своего кабинета решит обозреть окрестности.

В гараже было тихо. Олег провел их через комнату охраны, где у разных стен лежали стянутые поливочным шлангом охранники. Внутренняя дверь гаража выходила в зал с лестницей наверх. Именно под ней в ожидании дальнейших указаний прятались Иннокентий и Виктор. А какие тут могли быть новые указания? Савенков только шепнул: «Все наверх! Аслана брать живым».

Это было похоже на штурм Зимнего, на арест Временного правительства.

Олег и Савенков ворвались в кабинет Умарова, размахивая пистолетами. Сзади ликовала победоносная толпа из трех человек.

И Настю, и всех остальных Аслан знал. И именно поэтому он даже не потянулся за оружием. Он спокойно сидел в кресле за письменным столом и отчаянно давил ногой на кнопку звонка под столом.

В комнате охраны прекрасно слышали этот сигнал тревоги, но смогли отреагировать только чуть более громким мычанием.

Но Олег этого не слышал. Он подошел к Аслану и защелкнул на его руках наручники. Те самые, которые еще час назад были на Викторе.

Только теперь они смогли внимательно осмотреть кабинет. Все говорило о том, что Аслан собирался «делать ноги. На широком диване два раскрытых чемодана, в камине догорают какие-то бумаги, на столе навалены пачки денег, коробочки и красные папки с документами. Такие же, как те, что успела захватить с собой Настя...

Олег поставил Аслана на ноги и вопросительно взглянул на Савенкова:

– Что с этим делать, Игорь Михайлович? Допрашивать будем?

– Ты ему еще права зачитай... Не будем его, Олег, допрашивать. Не барское это дело. Я сейчас Дибичу позвоню... Убийство Баскина скорее всего повесили на него. Сделаем ему подарок. Одним глухарем меньше... Ты, Олег, скрути этого Умарова покрепче и в соседнюю комнату. Не хочу, чтоб он наши беседы слышал.

Пока Олег с Иннокентием искали веревки, связывали Аслана и перетаскивали его в смежную с кабинетом спальню, Савенков уселся за стол и начал просматривать красные папки. Часть из них он оставлял на месте, а некоторые бросал на пол поближе к камину. Завершив эту сортировку, он взял телефон. Обычно Дибича сложно застать на месте, но тут он проявился сразу:

– Вот хорошо, Игорь, что позвонил. Я сам тебя искал. Ты почему сотовый свой отключил?

– Не отключил я. Я просто далеко от Москвы. В Тучкове. Сюда связь не достает.

– Неважно... Ты, Игорь, говорил, что познакомился с журналисткой Анастасией Курасовой.

– Было такое дело.

– Мне бы с ней поговорить надо. Не знаешь, где она?

– Не научился ты врать, Дибич. Стыдно! Генерал, а врать не умеешь... Поговорить? Ты же ее арестовать хочешь. За убийство... Ты и меня недавно чуть в розыск не объявил за убийство Горелова.

– Тогда это была ошибка. Но здесь все точно. И свидетель есть. И записная книжка ее на месте осталась...

– Знаю! Все знаю, Дибич. Но ты опять ошибся... Твои ребята, кстати, с Венеры отпечатки сняли?

– С какой Венеры? С секретарши, что ли?

– Со скульптуры! С орудия убийства.

– А... Очевидно сняли. Должны были.

– Вот бери их. Бери экспертов и дуй ко мне. Записывай – Тучкове, семь километров на запад – деревня Васильчиновка. За ней коттеджный поселок. Улица Сиреневая, дом четыре. Ориентируйся на каминную трубу. Она одна в этих особняках дымить будет.

– Погоди, Савенков. Ты намекаешь, что Курасова не убивала. Тогда – кто?

– Здесь он. Рядышком на кровати лежит... Ты об Умарове слышал?

– Тот, что безопасностью у Баскина заведовал? Так я и его ищу. Уехал – и никто с ним связаться не может.

– Ты, Дибич, быстренько прокрути его по учетам. Сдается мне, что он и не Умаров вовсе... Потом разбираться будем. Привет! Подробности при встрече. Жду.

Закончив этот сложный и невнятный телефонный разговор, Савенков подошел к Виктору:

– Ты еще здесь? Сообразил, что через час здесь бригада из МУРа будет. Я всех твоих грехов не знаю. Сам решай. Или сдаваться будешь, или в бега.

– Лучше в бега.

– Смотри... Машина в гараже. Мы тебя не видели и знать не знаем... Анастасия, ты кассету с записью момента убийства не потеряла?

– Нет, Игорь Михайлович, при мне.

– Береги. Она – твое алиби... И вот еще что. Я понял, что у тебя готовы статьи по Крыму, по покушению на Зверева, по роли в этом «Басойла».

– Все готово. В редакции, в моем сейфе лежит. Я же обещала без вашей отмашки не печатать.

– Считай, Настя, что я махнул рукой... А могут твои ребята без тебя в завтрашний номер тиснуть?

– Успеют. Но только если я немедленно за телефон сяду.

– Давай! Час у тебя есть... В конце намекни, что завтра дашь сенсационный материал по убийству Баскина и по поимке злодея.

Настя засела за телефон, а Савенков с сомнением бродил возле камина, разглядывая брошенные им на пол папки. Это именно те, что добыл и передал Баскину Горелов. Все это предстояло сжечь. Обещал – значит, надо уничтожить... А остальное? Куда? Если бы в надежные руки. Так бы почистили наверху... Придется Дибичу отдавать. Тот служака. Будет докладывать своему руководству. Через две-три ступеньки попадет на самый верх. И заглохнет. Вернее, те, кого Баскин держал в руках, те, кто чуть-чуть не попал в лапы Умарова, теперь будут на крючке у кого-то еще...

Савенков оглянулся и подозвал Олега. Чтобы не мешать бурной деятельности Анастасии, которая диктовала окончание своей статьи, они придвинули два кресла поближе к красным папкам, разбросанным на полу. Взяв первую попавшуюся, Савенков смял лежавшие в ней бумаги, поджег и бросил в камин...

Олег не мог понять сумрачного настроения шефа. Они победили! Завтрашняя статья напрочь выбивает Карасева из седла, а значит, Павленко теперь стопроцентный депутат Думы. И это была их основная задача... Мало того, еще и убийцу задержали, и многое другое сделали.

– Лицо у вас грустное, Игорь Михайлович. С чего так?

– Это я, Олег, о даче своей вспомнил. Павленко, мы, конечно, в Думу протолкнули. А за это время у меня там все сорняками заросло. Неудачный сезон.

– На сорняки мы после выборов всем миром навалимся. И Павленко с его штабом возьмем.

– Спасибо, Олег, утешил. Вот тогда мое сердце успокоится. Но не думай, что это так просто. Аслана Умарова сковырнуть не сложней, чем участок от одуванчиков освободить.

– Справимся, Игорь Михайлович.

– Вот тогда я возрадуюсь. Тогда я и скажу, что это лето было для нас сезоном удачи.

Обзор прессы:

Газета «Новый курс»:

– Наши информированные источники сообщают, что в ближайшее время ожидаются крупные перестановки в Правительстве. Называют и конкретные фамилии, но при этом утверждают, что все это не связано с устранением неугодных лиц. За это говорят места будущей работы уходящих чиновников. Один из министров уедет послом в Новую Зеландию. Другой возглавит крупнейшую нефтяную компанию...»

Газета «Парламентский вестник»:

– На Юго-Западе столицы с подавляющим перевесом победил Сергей Павленко. Неожиданности здесь нет. После появившейся за неделю до выборов статьи в «Голосе народа» с разоблачением истинного лица гражданина Карасева, Павленко потерял основного соперника на выборах.

Именно благодаря свободной прессе народ получает кристально честных депутатов, заботящихся только о его благе, о процветании страны.

INFO

(400)

2012

Главный редактор

Евгений КУЗЬМИН

Художники

Андрей СИМАНЧУК,

Валерия ПОПОВА

Адрес редакции

127015, Москва, ул. Новодмитровская, 5а, офис 607

Телефон редакции (495) 685-47-06