Текст книги "Очень рождественский матч-пойнт (ЛП)"

Автор книги: Анастасия Уайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Глава 11

Только наша

Яна

На кухне пахнет потрясающе. Жареной курицей, чесноком, луком, мандаринами и заправкой для салата, который я наскоро приготовила. Кэмден стоит у плиты в одних лишь низко сидящих спортивных штанах и помешивает соус, будто участник чертового кулинарного шоу. Я не совсем уверена, какова его цель – приготовить идеальный грибной сливочный соус или возбудить меня. Пока что побеждает возбуждение.

– Тебе когда-нибудь говорили, Ред, что ты ужасно командная? – ворчит он. – Это просто соус. Хватит вести себя, будто мы готовим для ресторана со звёздой Мишлен.

– Может, это и не шикарный ресторан, но соус – для нашего рождественского ужина, так что он должен быть идеальным. – Я подхожу к нему вплотную, касаюсь плечом его плеча.

Улыбаясь, он качает головой, от него веет расслабленностью.

Логан напевает «Last Christmas», нарезая овощи, явно слишком довольный собой. Я подхожу к нему и ворую у него из-под ножа помидорку черри.

– Эй! – Он поворачивается ко мне, нахмурив брови. – Веди себя прилично. Я мог бы порезать тебя.

Я толкаю его бедром.

– Я королева. Ты что, забыл? Я могу делать всё, что захочу.

Хихикая, он указывает подбородком на Кэмдена.

– По-моему, жизнь с нами двумя вскружила ей голову, как думаешь?

Кэмден напрягает руку, и мышцы вздымаются.

– Ты нас вообще видел, чувак? Мы – отличная партия, а она поймала нас обоих. У неё есть все основания зазнаться.

Я прикусываю нижнюю губу.

– «Ред» и «Королева»? Неожиданно я почувствовала себя персонажем из «Алисы в Стране чудес».

– И кто же тогда мы? – Логан обвивает рукой мою талию и притягивает к себе. Жар его обнажённой груди пробегает восхитительной дрожью по моему позвоночнику.

– Хороший вопрос. Если я королева, то кто вы? – дразню я, растворяясь в его объятиях.

Хихикая, Кэмден выключает плиту.

– Твои короли. Очевидно же.

– Что он сказал. – Логан целует меня в висок.

Я выскальзываю из его объятий, беру салат «Оливье» и направляюсь к обеденному столу. Этот русский картофельный салат – обязательное праздничное блюдо в моей семье. Я за тысячи километров от дома, но приготовление знакомого салата заставляет меня чувствовать, что я несу с собой частичку дома.

Я не могу сдержать улыбку, когда возвращаюсь на кухню и вижу, как Логан пробует с ложки соус, который приготовил Кэмден.

– Вкусно, – говорит он. – Не знал, что ты так умеешь готовить.

– Не умею. – Кэмден бросает на меня взгляд, и его глаза прожигают меня насквозь. – Он получился хорошим только благодаря указаниям Яны.

– А, теперь понятно. – Логан вздыхает. – Она всё делает идеальным.

– Лесть вам всё сойдёт с рук. – Я игриво поднимаю брови в его сторону, затем встречаюсь взглядом с Кэмденом. – Вообще-то, вам обоим.

Мужчина с тёмными растрёпанными волосами бросает на меня томный взгляд.

– Думаю, я говорю за нас обоих, когда говорю, что твоя кровать – единственное место, где мы хотим быть.

Фыркнув, я беру тарелку с жареной курицей.

– Никогда бы не подумала, что ты будешь таким банальным.

– Я тоже, чувак. – Логан хлопает Кэмдена по плечу, пока тот берёт стопку тарелок.

– Если ты предпочитаешь мою стандартную версию, где я полный мудак, просто дай знать, – поддразнивает Кэмден, поливая соусом пюре.

– Даже не смей, чёрт возьми. – Логан разражается смехом, следуя за мной из кухни.

Свечи мерцают, заставляя тени танцевать на стенах вокруг нас. Тарелки пусты, а вторая бутылка красного вина опустошена наполовину. Шутки и разговоры льются рекой, и настроение у меня легче, чем было за последние месяцы. Может, за год. Всё благодаря этим двум мужчинам и атмосфере, которую они создают.

– Помнишь, как моя мама всегда печёт печенье в сочельник? – спрашивает Логан Кэмдена. – И как у неё всегда получается сжечь хотя бы дюжину?

– Первую партию она может испортить, но остальное – вкуснейшее. – Пожимая плечами, Кэмден подносит бокал к губам. – Оно никогда не задерживается больше чем на день-два.

Логан смеётся.

– Это правда. Люси его обожает больше всех. Она буквально всю жизнь подкупала меня и папу, чтобы мы делились с ней своим печеньем.

– Она и меня пару раз разводила, – добавляет Кэмден, нежно сжимая моё колено. – Я никогда не могу сказать «нет» твоей младшей сестре. Чёрт, она для меня практически тоже младшая сестра.

– Да, она тебя любит, как и мои родители. Тебе стоит поехать со мной в следующий раз, когда полечу домой. – Логан перекидывает руку через спинку моего стула и водит пальцем по моему плечу. – Не отстраняйся от нас, Кэм, пожалуйста.

– Не буду. – Он кивает, плотно сжав губы. – На самом деле, то же самое мне говорила бабушка незадолго до того, как она… – Он вздыхает и сглатывает. – Она напомнила мне, что, даже если у меня не осталось кровных родственников, семья Рейдов всегда примет меня как своего.

– Примем. Ты для меня как брат.

Слёзы застилают глаза, и волна тепла разливается по телу, наполняя меня счастьем. Так здорово видеть, как они сближаются, как открываются друг другу.

– Эй, Королева? – Логан наклоняется ближе, стирая слезу, что выкатилась без моего разрешения. – Всё в порядке?

– Больше чем в порядке. Я рада за вас. Такое чувство, что так и должно было быть. Вы двое были предназначены оказаться запертыми вместе, чтобы наконец по-настоящему поговорить. Без секретов.

– Ты права. Эта заснеженная ловушка действительно сблизила нас. – Логан вздыхает, затем смотрит на Кэмдена. – Знаешь, по кому из твоей бабушки я скучаю?

Громкое фырканье вырывается у Кэмдена.

– По её вареникам?

– Абсолютно верно. – Логан закидывает ногу на ногу. – Они были восхитительны.

Я присматриваюсь к Кэмдену, облокотившись на стол.

– Вареники? Твоя бабушка была полькой?

– Да. Она переехала в США из Кракова, когда ей было восемнадцать. Её звали Катаржина, но мой дедушка всегда называл её Касей. Он был американцем и любил её больше всего на свете.

– Ты бывал в Польше?

– Нет. – Он покачивает головой, слегка опуская её. – Но я всегда этого хотел.

Я улыбаюсь Кэмдену, затем Логану.

– Нам стоит поехать. Я бывала в Польше много раз. Видела почти всё, что можно увидеть, и мне там нравится. Я с радостью поеду с тобой.

– Отличная идея. – Кэмден тепло улыбается мне. Затем переводит взгляд на Логана. – Ты поедешь с нами?

– Ха. Как будто я когда-нибудь оставлю вас двоих одних дольше, чем это необходимо.

– Боишься небольшой конкуренции? – Кэмден наклоняется и игриво приподнимает бровь.

Логан легко пожимает плечом.

– Нет, потому что конкуренции нет. Да и решать всё равно не нам. Если Яна хочет нас обоих, значит, хочет нас обоих. И я, например, не против.

– Меня тоже устраивает. – Кэмден снова нежно сжимает моё колено. – А как насчёт твоей семьи? Есть какие-нибудь праздничные традиции?

– Да, кроме салата «Оливье»? – Логан водит пальцами кругами по моей коже.

Огонь, зажжённый их прикосновениями внутри меня, разгорается сильнее. Он согревает кожу и заставляет пульсировать в самом центре.

Кэмден замечает, как я сжимаю ноги, и самодовольно улыбается.

Наглый засранец.

– Ну… – Я прочищаю горло. – Мы обычно наряжали ёлку двадцать четвертого декабря. Мама говорит, что это создаёт волшебную атмосферу и помогает настроиться на Новый год. Это усиливает впечатление. Папа всегда прятал конфеты между ветками. Это сводило маму с ума. У нас нет ничего похожего на рождественские носки, и никаких эльфов на полке. Эта традиция поначалу сбивала меня с толку, но теперь, кажется, я начинаю понимать её смысл. У нас есть Дед Мороз – это наша версия Санта-Клауса. И мы обычно просыпаемся первого января и открываем подарки.

– Твоя семья ест что-нибудь ещё такое же невероятное, как салат «Оливье»? – спрашивает Логан, поднося бокал к губам.

– Картофельное пюре, хлеб с икрой, домашние соленья, а ещё два или три салата, которые готовит мама. Но самой лучшей частью всегда был торт «Наполеон» моей бабушки. Это буквально самый вкусный десерт, который я когда-либо ела. Что бы и где бы я ни ела, её торт всегда останется моей самой любимой едой.

– Здорово. – Логан улыбается. – Надеюсь, однажды я тоже смогу всё это попробовать.

– Я тоже, – поддерживает Кэмден.

Обожание в их взглядах заставляет жар разливаться по моим щекам. И, как бы странно это ни звучало, строить планы втроём кажется абсурдно нормальным. Это кажется правильным. Будто я на своём месте с этими двумя мужчинами, которых знаю всего пару дней. Будто именно так и должно быть.

После того как мы убрали и помыли посуду, я лежу на пушистом ковре перед камином: Логан справа, Кэмден слева. Мы говорим обо всём на свете – тренировках, турнирах, странах, где бывали.

Пока Логан не поворачивается, опираясь головой на сжатый кулак, и его внимание внезапно не становится интенсивным, прикованным ко мне.

– Что? – спрашиваю я, и пульс взлетает до небес.

– Мы уезжаем завтра.

– Да.

Кэмден повторяет движение Логана, заглядывая мне в лицо.

– И что мы будем делать, когда уедем?

Я прикусываю нижнюю губу и обдумываю, чего хочу и как это может сработать, но меня ставят в тупик. Я жила моментом, не думая о будущем. Пока нет. Поэтому я говорю:

– Я не хочу выбирать. Вы оба мне очень нравитесь. Если вы думаете, что у нас может получиться, я более чем готова попробовать.

Пока они оценивают друг друга, безмолвно общаясь, я жду, нервничая и волнуясь одновременно.

– Как я уже говорил сегодня утром, – бормочет Логан, – если уж мне и делить её с кем-то, то только с тобой. Мы отличная команда, на льду и вне его, и у меня чувство, что в постели с этой прекрасной женщиной между нами будет ещё лучше.

Кэмден покусывает нижнюю губу, в его глазах – колебание.

Сердце у меня подскакивает к горлу, и я крепко сжимаю челюсти. Будет чертовски больно, если он скажет…

Низкий раскат смеха вырывается у него, ошеломляя меня. Какого чёрта?

– Я вижу страх в твоих глазах, Ред. Неужели ты думала, что я откажусь? – Кэм смотрит то на меня, то на Логана, то снова на меня. – Я никогда не чувствовал себя более живым, чем когда я с тобой. Неважно, делю ли я тебя с лучшим другом или трахаю на заднем сиденье твоей машины. Я хочу тебя, и я не хочу, чтобы тебе приходилось выбирать. Или, может быть… – Он нависает ближе, волосы спадают ему на лоб. – Я хочу, чтобы ты выбрала нас обоих.

– Всегда, – шепчу я.

– Тогда теперь ты наша. – Он прикладывает губы к моим, нежно целуя. – Только наша.

Как только Кэмден отстраняется, Логан берёт меня за руку и помогает подняться. Он подхватывает меня на руки и несёт, как невесту, по коридору в мою спальню.

Секундой позже за нами следует Кэмден, выключивший газовый камин.

Они оба стоят передо мной, пока я сижу на кровати. Плечом к плечу, одетые лишь в спортивные штаны. Их глаза темнеют от желания, они изучают меня, будто я их добыча… но в то же время что-то драгоценное.

Они любуются мной.

– Небольшой рождественский подарок для нас, может быть? – дразнит Логан.

– Лучший рождественский подарок, который я когда-либо получал. – На губах Кэмдена расцветает грешная улыбка, и он опускается на колени. – Подарок, который я планирую сегодня поглотить.

– Думаю, ты хотел сказать «мы». – Логан садится рядом со мной на кровать и прикасается своей большой огрубевшей ладонью к моей щеке.

– Определённо «мы». – Кэмден целует меня в колено. – Потому что она наша.

Пока Логан притягивает меня для поцелуя, Кэмден стягивает с меня лосины. Мгновенно все мои чувства обостряются до предела, и по венам разливается предвкушение.

В этот момент, кажется, я понимаю, что на самом деле такое волшебство.

Глава 12

Это выбор

Логан

Сегодня ночью всё по-другому. Никаких оправданий, никаких притворств, что это единичный срыв, над которым мы посмеёмся потом. Это мы – чистое пламя и страсть, но также забота и нежность. Это Яна, Кэмден и я, и чем больше я думаю о ночи, когда мы встретились, тем больше уверен, что это было неизбежно. Это кажется слишком правильным.

Кэмден стоит на коленях между ног Яны, лижет, сосёт и ласкает её клитор.

Сидя рядом с ней, я пью её глазами, наслаждаясь выражением блаженства на её лице. Её глаза полуприкрыты, губы приоткрыты, брови то сходятся, то расслабляются.

Это самое прекрасное, что я когда-либо видел. Я наклоняюсь и касаюсь губами её губ, проглатывая её стоны. Поцелуй медленный и размеренный. Я наслаждаюсь каждым изгибом моего языка вокруг её.

– Ты такая вкусная, Ред, – бормочет Кэмден, касаясь её клитора.

Лаская её грудь, я щиплю её соски и слегка оттягиваю их. Она выгибает спину каждый раз, когда я это делаю, и Кэм лишь одобрительно мычит.

Он делает ей кунилингус как настоящий профи, его язык и губы движутся с точностью, заставляя её извиваться. Я спускаюсь поцелуями по её щеке, челюсти и шее. Кэмден проскальзывает пальцем в её киску; я захватываю губами её сосок. Когда Яна издаёт нуждающийся всхлип, Кэм добавляет ещё два пальца. Он трахает её пальцами, а его язык закручивается и дразнит её клитор.

Её дыхание чертовски прерывистое. Она близка.

Я лижу и сосу нежную кожу её горла, оставляя небольшие отметины. Играю с её сосками, добавляя больше трения, чтобы поднять её ещё выше. Её стоны смешиваются с влажным звуком пальцев Кэмдена, трахающего её, и эта комбинация настолько эротична, что я опасно близок к тому, чтобы кончить в штаны.

– Bozhe, kak horosho… ya seichas… – Она задыхается, затем затихает, и сильная дрожь, прокатившаяся по её телу, говорит громче любых слов.

Она кончает снова и снова, но Кэмден не замедляется, пока её тело не обмякнет. Закрыв глаза, она расслабляет ноги и прижимает руку к вздымающейся груди. Кэмден, самодовольный засранец, расплывается в дьявольской ухмылке, поднимаясь на ноги. Плюхнувшись на матрас с другой стороны от неё, он стирает с лица влагу возбуждения, затем облизывает пальцы один за другим.

– Разве она не самое вкусное, что ты когда-либо пробовал? – спрашиваю я, мой член твёрдый до боли.

Он усмехается.

– Да.

– Королева? – Я провожу пальцами по её щеке, и она открывает глаза. – Ты снова говорила по-русски, и мы хотим знать, о чём ты бормочешь, когда кончаешь.

– Тогда, может, вам стоит выучить язык. – Она лениво улыбается, присаживаясь. – Но, честно говоря, когда я говорю по-русски в такие моменты, это потому, что вы заставляете меня чувствовать себя хорошо. Если бы это было что-то, что вам нужно услышать, поверьте, я бы выкрикнула это по-английски.

Кэмден ловит мой взгляд, его улыбка становится шире.

– Что думаешь, Логан? Хочешь заставить её кричать и вопить?

– Чёрт возьми, да. – Я зарываюсь лицом в её шею, целую и покусываю её кожу.

Яна смеётся, её смех низкий и тёплый.

– Только без конкуренции. Я хочу вас обоих.

– Ты получила команду, детка, – бормочу я у неё на шее.

Кэмден приподнимает её лицо и страстно целует, и она отвечает ему с тем же пылом. Это быстро и грубо, их языки борются за превосходство, и этот момент ещё больше подстёгивает моё возбуждение. Мы с Кэмом не могли бы быть более разными, даже если бы старались. Я – парень медленный и основательный, в то время как мой лучший друг быстрый и хаотичный. Он горит изнутри, поджигая и её, а я буду тем, кто проследит, чтобы они не сожгли друг друга дотла.

– Раздевайтесь, – командует Яна, отстраняя Кэмдена.

В считанные секунды мы оба стоим перед ней полностью обнажёнными.

Она прикусывает нижнюю губу, пытаясь сдержать улыбку. Её глаза сверкают в полумраке, когда она соскальзывает на пол, вставая перед нами на колени.

– Собираешься не торопиться, а? – дразнит её Кэм, заложив руки за спину.

– Ты лишь показываешь, какой ты нетерпеливый, – замечаю я. Не могу упустить возможность подразнить его, хоть немного.

Яна цокает языком.

– Командная работа, ребята.

Кэм открывает рот, вероятно, чтобы возразить. Но тут она захватывает оба наших члена, и пока дрожь пробегает у меня по позвоночнику, единственный звук, который издаёт Кэмден, – низкий стон. Она накачивает нас обоих с намеренной медлительностью. Один раз, затем второй. В третий раз она сжимает кончик моего члена, сильно.

– Чёрт… – Тяжело дыша, я закрываю глаза, звёзды вспыхивают у меня под веками. – Сделай это снова.

– Только потому, что ты так мило попросил, – бормочет она. Эта бестия не разочаровывает. Она повторяет это движение снова и снова, заставляя мои ноги дрожать.

Это чертовски приятно. За считанные секунды я теряюсь в огне, бушующем в венах. Я двигаю бёдрами в такт, заданный ею, оттягивая оргазм, но когда она берёт мой член в рот, я понимаю, что пропал.

– Святое чёртово дерьмо. Так тепло, так мокро, – хриплю я, смотря на неё сверху вниз.

Яна обрабатывает меня ртом, в то время как рукой накачивает член Кэмдена.

Судя по тому, как у него сведены брови, я знаю, что он балансирует на грани, тоже пытаясь себя сдержать.

Она отпускает мой член и проводит языком по головке, грубо сжимая мои яйца.

Чёрт. Кажется, я попал в рай. Не может быть, чтобы это было наяву. Она продолжает сосать меня, в то же время дроча Кэмдена. Её энтузиазм – просто чертова мечта. Наши рычание и хрип смешиваются со стонами, вырывающимися у неё.

– Ред, я чертовски близко… – стонет Кэм, вонзаясь в её руку.

– Я тоже… – хриплю я.

С довольной улыбкой она отстраняется и смотрит на нас.

– Грудь или лицо?

Ого.

Я смотрю на Кэмдена, который чертовски ухмыляется.

– Грудь?

Он резко кивает. – На этот раз.

Подходя ближе, я беру в руку свой член. Кэм берётся за свой, а Яна садится на пол, выпячивая грудь и поддерживая её руками. Я сосредотачиваюсь на её торчащих сосках, теряясь в моменте. Когда наконец наступает разрядка, я извергаюсь на её груди с хриплым стоном. Кэмден кончает секундой позже, хрипло и громко кряхтя. Затем он подходит ближе и водит своим членом вокруг её соска, покрывая её грудь нашими совместными выделениями и вырывая у неё стон.

– Готова ко второму раунду? – спрашивает он, приподняв бровь.

Она откидывается на пятки.

– Да, но сперва нужно привести себя в порядок.

Мы оба протягиваем руки и помогаем ей подняться, но когда она оказывается в полный рост, я перехватываю её и прижимаюсь губами к её губам.

Как только она скрывается в ванной, мы с Кэмом плюхаемся на кровать. Тишина между нами не кажется тяжёлой или неловкой. Наоборот, она комфортная. Будто невысказанное понимание, которое всегда было между нами, только усилилось.

– Я рад, что ты здесь с нами, – говорю я ему.

Его губы дёргаются в подобии улыбки.

– Я рад, что ты уговорил меня поехать.

– Ооо, посмотрите на вас двоих. – Яна входит в комнату, покачивая бёдрами. Она чертовски идеальна, и я не могу оторвать от неё взгляд. – Сближаетесь и открываетесь. Думаете, тоже захотите стать парнями друг для друга?

Кэмден сужает глаза, на его губах играет озорная усмешка.

– Боюсь разочаровать, Ред. – Он хватает её за запястье и стягивает к себе на колени так, что она оказывается верхом на нём. – Я люблю своего лучшего друга, но я не настолько разносторонний, как бы мы ни сближались физически, пока трахаем тебя.

– То же самое и для меня. – Я откидываю с её лица дикие пряди. – Мы только твои парни.

– Ладно, ладно. – Её дыхание прерывается, когда Кэмден входит в неё. – Больше любви для меня.

– Только для тебя, – бормочет он, пока она, держась за его плечи, скачет на нём.

Я обхватываю её за шею сзади и откидываю её голову, проникая языком в её рот. Она стонет, вплетает пальцы в мои волосы и дёргает.

Я отстраняюсь, начиная дрочить, и наблюдаю за ней. Она в полном беспорядке. Самый потрясающий беспорядок, который я когда-либо видел. Её волосы рассыпаются по плечам, глаза сверкают огнём, губы распухшие и пухлые.

– Давай устроимся поудобнее. – Кэмден встаёт, обвив её ногами свои бёдра, и усаживается, прислонившись к изголовью кровати. Затем он смотрит на меня через её плечо. – Иди сюда, Логан.

Я взбираюсь на кровать, оставаясь на ногах, и встаю рядом с ней, пока она скачет на его члене, а он ласкает её грудь. Не замедляя темпа, она поворачивается ко мне и хватает мой член, подтягивая меня ближе. Затем она снова берёт меня в рот.

– Чёрт. – Я хриплю, закрывая глаза.

Мы входим в ритм. Комната наполняется нашими стонами, всхлипами и кряхтением, отражающимся эхом вокруг. Их тела шлёпаются друг о друга, смешиваясь со звуком давления на моём члене. Я трахаю её рот, наслаждаясь тем, как она водит языком по головке и как время от времени скребёт зубами по стволу, пока она вращает бёдрами, жестко трахаясь с Кэмом.

Мой оргазм взрывной, он застаёт меня врасплох, когда я заполняю её горло своим семенем. Она сглатывает, её влажные глаза широко раскрыты и прикованы к моим, затем быстро разваливается. С проклятием Кэм вонзается в неё, тоже извергаясь внутрь.

Она падает на спину, и мы присоединяемся к ней, ложась по бокам на матрас, все трое запыхавшиеся. Тела блестят от пота, мы трогаем её, дразним, находя способы заставить её умолять о большем одними лишь пальцами.

В таком состоянии, когда её нервные окончания возбуждены и сверхстимулированы, каждое прикосновение приближает её к краю.

– Ты звучишь так чертовски сладко, – говорит Кэмден, голос хриплый. – Заставляет думать, что ты готова к третьему раунду.

Каким-то чудом я снова возбудился. Забудь о периоде отката.

– Я чертовски готов. – Я подпираюсь на локоть, глядя на Яну сверху вниз. – Хочешь встать на четвереньки для меня?

– О, да. – С порочной улыбкой она переворачивается, задрав зад. – Засунь в меня свой член.

Всё ещё колотящееся сердце, я устраиваюсь между её ног и кладу руки на её поясницу. Она выгибается ещё больше, умоляя быть заполненной, так что я даю ей то, чего она хочет, направляя свой член к её входу и вгоняя себя в неё одним жёстким толчком. Когда моё зрение мутнеет, я замираю, приходя в себя. С этого момента я двигаюсь медленно и нежно, следя, чтобы никто из нас не кончил слишком быстро.

Всё ещё лежа на спине, Кэмден прикладывает пальцы к её губам, проводя по нижней губе, его голубые глаза буквально горят от вожделения.

– Я хочу твой член во рту, – говорит она ему, задыхаясь.

Он соскальзывает с кровати и встаёт у края рядом с её головой.

– Открой.

Она с готовностью подчиняется.

– Хорошая девочка, – хвалю я её, пока выхожу из неё, оставляя внутри лишь кончик. Затем я начинаю трахать её по-настоящему.

Напротив меня Кэмден трахает её горло, и, поймав мой взгляд, он расплывается в ухмылке. Я не могу не ответить ему такой же. Очевидно, мы всё ещё пытаемся понять, как нам так чертовски повезло.

То, что мы делаем, не кажется хаосом. Не кажется неправильным.

Это выбор.

Наш выбор.

И я бы не хотел, чтобы было иначе.