Текст книги "Развод в прямом эфире (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ридд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Развод в прямом эфире
Анастасия Ридд

Глава 1

– Мы сделаем это в прямом эфире, – уверенно заявляет мой пиар-менеджер Оксана. – Подарок мужа на юбилей и десятую годовщину свадьбы – это будет феерично.

Подарок, который я купила себе сама? Действительно, что может быть фееричнее.

Несмотря на то, что сегодня я с размахом отмечаю свое тридцатилетие, мой муж до сих пор ничего мне не подарил. Он сказал, что оплатит банкет, но я так и не поняла, всерьёз или в шутку это было озвучено. Конечно, в голове мелькает мысль, что Рома может готовить подарок для меня, но в связи с текущим положением дел она быстро улетучивается.

– Да что в этом фееричного, Оксан? – все еще сомневаюсь я.

– Людям интересна твоя жизнь, а не только рабочий контент. Как ты живешь, чем дышишь, понимаешь, о чем я? – продолжает уговаривать она.

– Я понимаю, – киваю я. – Но все равно есть сомнения. Да и муж будет не в восторге. Он уже давно говорит мне, что я показываю слишком много «жизни». А, как известно, счастье любит тишину.

– Причем тут он? – закатывает глаза Оксана. – В конце концов, это твой блог. Это твои деньги, Ален. И твоя жизнь. Ты же не его самого будешь показывать, а подарок. Просто сделаем это в прямом эфире. Уже давно пора принимать предложения от крупных компаний. Вот где твои деньги.

– И твои, – смеюсь я, а Оксана подхватывает.

– Так что, ты согласна? – улыбается она.

– Давай попробуем, – соглашаюсь.

– Ладно, заканчивай со сборами, гости уже собрались. Этот день станет самым счастливым. Я видела некоторые подарки, – она мечтательно прикрывает глаза. – Ты будешь приятно удивлена.

– Хочется верить, – грустно улыбаюсь я, вспоминая сегодняшнее утро.

– Что-то не так, Ален?

От простого вопроса на глазах выступают слезы. В последнее время в наших отношениях с мужем не все гладко, будто черная кошка пробежала. Он стал холоден, резок, часто задерживается на работе. Я даже подумала, что он мне изменяет. И, конечно же, решила это проверить. Однажды я внезапно приехала к нему в офис в девять часов вечера и застала его на рабочем месте. Он был один. Через пару недель решила проверить ещё раз. Он был на работе. Один. С моего последнего визита Рома ещё сильнее закрылся от меня, стал тихим и неразговорчивым. Да и от детей отдалился.

– Я надеюсь, что это только временный кризис, – грустно произношу я.

– Я, конечно, не хочу подводить всех людей под одну гребенку, но! Когда у меня был кризис с мужем, вернее, с бывшим мужем, – быстро поправляется Оксана, – я узнала, что он мне изменяет. Как выяснилось, кризис был только у меня, а у него все было прекрасно.

– Хочется верить, что меня это не коснется, – произношу на выдохе и, повернувшись к зеркалу, поправляю макияж. – Ладно, не будем о грустном. Все, ты иди, а я подойду через пять минут.

Я подхожу к большому зеркалу и внимательно рассматриваю свое отражение. Мне все нравится – макияж, причёска, платье, босоножки, о которых я грезила пару месяцев, но чего-то не хватает. И это что-то находится в самых потаенных уголках моей души. Как ни крути, на моё настроение так влияют взаимоотношения с мужем. Надеюсь, хотя бы на празднике Рома будет вести себя иначе.

Я выхожу из спальни и слышу знакомые голоса.

– А младшая сестричка-то приготовила подарок? – мягко спрашивает муж. Видимо, он приехал не так давно. Час назад он еще был на работе.

– Конечно. Разве можно прийти без подарка на день рождения? – удивлённо восклицает сестра. – К тому же, к любимой сестренке.

Губы невольно растягиваются в улыбке, когда я слышу с какой нежностью Олеся говорит обо мне. Я старше сестру на семь лет, но это не мешает нам быть близкими людьми. Несмотря на разный образ жизни и отношению к миру в целом, нам всегда есть, о чем поговорить. Я горжусь ей. В свои двадцать три Олеся уже неплохо зарабатывает в модельном бизнесе. Кроме того, она ведет блог в известной социальной сети, и отчасти благодаря сестре и я решила попробовать себя там.

– Любимой сестренке? – неожиданно усмехается он.

Мне непонятна реакция мужа. Да, у Олеси и Ромы не самые тёплые отношения, но подобный вопрос из его уст звучит странно.

– А что ты подарил дорогой жене? – спрашивает Олеся тоненьким голоском, от которого я вдруг напрягаюсь.

Нет, наверное, показалось. В последнее время я стала слишком мнительной. Нужно с этим поработать.

– Какой-то набор, – равнодушно бросает Рома. – Сережки, кольцо, колье. Она давно хотела.

– Вот бы мне такого заботливого и внимательного мужа, – мечтательно произносит сестра, и в этот момент у меня оживает мобильный.

– Алёночка! – восклицает Олеся, быстро оборачиваясь. – Какая же ты красивая!

Сестра подбегает ко мне и крепко обнимает за плечи. Рома же смотрит на эту картину с явным равнодушием. Проигнорировав реакцию мужа, я прижимаюсь к сестре, и пару минут слушаю ее болтовню.

– Пойдем к гостям? – Олеся переплетает наши пальцы и тянет меня к лестнице, ведущей на первый этаж. – Тебя уже заждались.

Я решила организовать праздник в нашем огромном доме на веранде, которая вмещает около семидесяти человек. Сегодня собралась вся наша большая и дружная семья, а также подруги и друзья, проверенные временем. Я счастливый человек, а все остальное – просто жизнь со своими взлетами и падениями.

– Алёна! Алёна! – начинают скандировать гости, как только я выхожу на веранду.

Настроение мгновенно поднимается, и как пролетают следующие несколько часов, я даже не замечаю. Все негативные мысли улетучиваются, и мне начинает казаться, что теперь ничто не сможет нарушить мой покой и счастье.

– Время подарков, – напоминает Оксана, и я коротко киваю в ответ.

Подарок «от мужа» я оставила в его кабинете. Это место было выбрано не случайно – оно является единственным в доме, куда не сунется ни один гость.

Я выхожу в прямой эфир известной социальной сети и, поздоровавшись со всеми подключившимся, смотрю в экран, наблюдая за тем, как людей становится все больше и больше. Цифра переваливает сначала за десять тысяч, а вскоре достигает тридцати тысяч. Я рассказываю о том, как проходит празднование моего юбилея, а также сообщаю, что именно сегодня в мой день рождения у нас с мужем десятая годовщина свадьбы.

– Я не представляю, какой он приготовил мне подарок, – загадочно произношу я. – Он обещал сделать сюрприз. Но, зная своего неромантичного мужа, я даже предположить не могу, что меня ждёт.

Медленно приближаюсь к кабинету и тянусь к ручке двери.

– Малышка, ты сводишь меня с ума. Раздевайся. У нас не так много времени.

Голос принадлежит моему мужу.

Глава 2

Мне показалось? Это ведь не может быть Рома. Он не празднике вместе с гостями. Скорее всего, в кабинете находится кто-то другой, а голос просто спутала.

Но червячок сомнения уже грызет меня изнутри. Решаю дать тебе ещё пару секунд, возможно, мне действительно показалось.

– Я так скучала. Но у твоей жены праздник.

Я в ступоре, ведь мне известно, кто еще там находится.

– Это ее праздник, – произносит муж, а я делаю шаг и тянусь к ручке двери. – Но черт возьми! Как я тебя хочу.

– Она все равно занята детьми и гостями. Ей как обычно не до тебя, – слышу до боли знакомый голос и застываю на месте. – Поэтому ты и ищешь эту ласку на стороне

– Осуждаешь? – насмешливо спрашивает он.

– Нет, конечно. Мужчиной нужно заниматься, чтобы он не сбежал куда-то в другое место, и создавать ему настроение.

– Ты права, моя мудрая девочка, – продолжает Рома. – Алену интересуют только подписчики и красивая картинка блогера. На меня плевать. А я устал так жить. Я взрослый и здоровый мужчина, и мне нужно нечто большее, чем список продуктов, за которым я должен заехать после работы.

Что? Еще большего бреда в своей жизни я не слышала. Я просто поверить не могу, что это говорит человек, за которым я замужем десять лет.

– Зато я о тебе всегда помню, мой красавчик, – мягко произносит сестра. – Алёна еще не знает, кого она потеряла. Сними это с меня, здесь становится слишком жарко.

За спиной слышится шум, и я оборачиваюсь. Нет, только не дети. Неужели и они все слышали? Аня и Арсений тихонько хихикают. В другой раз я бы посмеялась вместе с ними, но не сегодня.

– Анюта, Арсений, бегите к гостям, – на автомате выдаю я, но меня, конечно же, никто не слышит.

– Мамочка, там тетя Олеся! – наперебой верещат наши с Ромой дети и толкают дверь кабинета.

Мой муж с расстегнутой ширинкой дорогих брендовых брюк и сестра с приспущенным с плеч платьем поворачиваются в нашу сторону. На лице Ромы застывает маска удивления, которая сменяется замешательством. Он смотрит мне в глаза, очевидно, не до конца понимая, что именно произошло.

А вот сестра кажется спокойной – она будто ждала момента, когда правда вскроется. Олеся с победной улыбкой на губах застегивает молнию своего ультракороткого платья, а затем снова устремляет на меня свой бесстыжий взгляд, в котором нет ни капли раскаяния.

Это не может быть правдой. Только не со мной, не в моей жизни. Мне кажется, словно я попала в параллельную реальность, потому что в моей настоящей ничего подобного быть не может.

– Тетя Олеся, у тебя такое красивое платье, – радостно произносит Анюта. Сын же стоит молча – кажется, он все понимает…

– Спасибо, милая. Как только ты подрастёшь, я куплю тебе такое же.

– Лучше закрой свой поганый рот, – цежу сквозь зубы, ощущая, как тело превращается в натянутую струну. Единственное, чего мне по-настоящему хочется – повыдергивать все волосы с головы сестры. Она понимает по взгляду. В ответ я получаю лишь снисходительную улыбку.

– У девочки прекрасный вкус, – продолжает Олеся, а я смотрю на неё и думаю, как же за столько лет не смогла увидеть в ней то самое двуличие.

– Тетя Олеся, а что вы делаете с моим папой? – летит вопрос от дочери.

– Мы просто разговаривали. Я пришла найти таблетку от головы, и ваш папа помог мне.

– Еще одно слово, я не постесняюсь детей, – предупреждаю ледяным тоном. – И тебе придётся носить парик.

– Мне нравятся парики, – сестра выдает провокационную фразу, но я сдерживаю себя и не отвечаю.

Я снова возвращаю взгляд мужу. он больше не кажется растерянным, теперь Роман в гневе.

– Ален, это не то, что ты… Черт! Ты снимаешь на камеру? Убери мобильник! – кричит муж, и я только сейчас понимаю, что все это видели более пятидесяти тысяч человек.

– Это не то, что я подумала, – лепечу одними губами и, слабо улыбнувшись в экран, выключаю прямой эфир. Я продолжаю смотреть на гаджет, решаю, что дальше делать.

Первое и самое важное – отсюда нужно увести детей и каким-то образом отвлечь их от увиденного. Смогу ли я это сделать сама? Конечно, нет. Только не сейчас. Тогда я набираю номер папы и прошу подойти в кабинет Романа.

Маме пока рано знать обо всем, с папой разговор будет совсем другим. Он никогда не станет что-то советовать, если у него не просят совет. Он даже выяснять не станет – заберет детей и молча покинет кабинет.

Через три минуты после моего звонка на пороге появляется отец.

– Пап, их нужно чем-то отвлечь, – тихо говорю я.

– А ну девчонки и мальчишки, давайте, показывайте мне рыбок, которые водятся в вашем пруду, – восклицает отец, и на губах детей возникают хитрые улыбки.

– Деда, а я видела там много рыбок, – радостно произносит дочь.

Напоследок папа посылает предупреждающий взгляд моему мужу, и лицо Ромы становится белее мела. Для него мой отец является большим примером и авторитетом, поэтому страх в глазах Ромы вполне объясним. К тому же, папа оказывает некое влияние на бизнес Романа, а без его поддержки муж рискует лишиться большей части активов.

– Олеся, выйди, пожалуйста, мы поговорим, – почти шепотом просит муж.

– Я думаю, что Алёна захочет поговорить не только с тобой, – возражает сестра, глядя на меня в упор.

– Олеся, это только наши с Аленой дела. Выйди.

– Нет, мы поговорим втроем, – заявляю уверенно, закрывая дверь кабинета.

Я устраиваюсь на большом кожаном стуле мужа, ощущая себя в этой ситуации своеобразным палачом. Хотя кто еще из нас палач… Мне очень тяжело здесь находиться. Сердце развивается на куски, а в груди образовывается огромная дыра. Все, что было мне дорого, рухнуло в один момент. А люди, которым я доверяла больше всех, оказались предателями.

– Мы остановились на том, что всё не так, как я думаю, – первое нарушая затянувшуюся паузу. – Расскажи, Рома, как иначе я должна была подумать.

– Между нами ничего не было, – озвучивает свою ложь. – И быть не могло.

Злорадная улыбка на лице Олеси говорит об обратном. Я впервые вижу ее такой… Передо мной находится не моя сестра, а совсем другой человек – лживый, завистливый и недобрый.

– А Леся так совсем не думает, – киваю в сторону сестры. – Посмотри на неё, она во всеоружии и готова сражаться за тебя.

– Да, я буду бороться за свое счастье, – уверенно заявляет сестра. – И мы уже давно вместе, Алёна. Ты действительно не видишь дальше своего носа и своего блога. Мужу было плохо с тобой, и он нашел ту прекрасную женщину, с которой хорошо.

– Нашел лживую стерву, ты хотела сказать? – бросаю насмешливо, хоть и груди бушует разрушающая сила цунами.

Сейчас не время показывать свои эмоции. Да, мне очень больно и тяжело, но ничего не остается – только выстоять и пройти этот путь достойно. Порыдать в подушку я еще успею.

– Лесь, выйди из кабинета, – на этот раз Рома настаивает. Очевидно, он придумал очередную ложь, а в присутствии моей горе-сестры озвучить её он не может.

– Я никуда не пойду, Ром, – мягко произносит она. – Ты давно собирался уйти от нее, так вот ведь подходящий случай. Тем более, все вскрылось.

– Вот тут не могу не согласиться, – вмешиваюсь я. – Ты можешь идти на все четыре стороны.

– Алёна, перестань. Это было сделано нарочно. Ради твоего блога.

Я изумленно смотрю на Романа, с трудом переваривая полученную информацию. Что?

– Как благородно, Ромочка, – улыбаюсь я. – Но я тебе не верю.

– Это чистая правда. Я не мог тебе сказать, поскольку реакция не была бы естественной, – серьезно говорит Рома, чем напрочь сбивает меня с толку.

Стук в дверь прерывает наши разговор. На пороге возникает мой пиар-менеджер Оксана:

– Алёна, у нас катастрофа!

Глава 3

Я смотрю на Оксану с болью в сердце. Неужели она все знала и нарочно подставила меня? Я ведь делилась с ней своими переживаниями, а она оказалась такой же предательницей, как и муж с сестрой…

– Да, я в курсе, – грубо бросаю я.

– Сейчас нужно попытаться исправить ситуацию. Я думаю, можно…

– Исправить ситуацию? – насмешливо выгибаю бровь. – Как ты собралась это исправлять?

Ответить она не успевает. Вздернув подбородок и легонько задев плечом Оксану, я оставляю трех предателей в кабинете. Как же я могла быть такой слепой и не видеть змей, которые крутились рядом со мной на протяжении стольких лет! Они улыбались, радовались моим первым успехам и переживали неудачи, прекрасно играя свои роли.

Оксана знала и молчала. Она просто ждала подходящего момента, чтобы связь моего мужа и сестры вскрылась нужным образом. Пиар-менеджеру нужен качественный контент, и судя по всему, это единственное, что ее интересует. Как бы побольше заработать… Ведь ее заработная плата напрямую зависит от популярности моего блога – так прописано в договоре.

Что-то липкое и тягучее растекается по телу, вызывая у меня приступ тошноты. Я бегу в ванную комнату и, закрывшись изнутри, включаю прохладную воду. Слезы, которые мне удавалось сдерживать все эти позорные минуты своей жизни, начинают стекать по щекам, превращаясь в неконтролируемый поток.

– Как же вы могли, – шепчу пересохшими губами, глядя на свое отражение в зеркале. – Я просто слишком близко подпустила вас к своей душе.

Через несколько минут я успокаиваюсь, и слезы куда-то испаряются. К счастью, макияж прекрасно держится, а мое состояние выдают лишь красные глаза. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, а в голове сейчас крутится только один вопрос – что же делать дальше. У меня полный дом гостей, и выгнать их сейчас я просто не могу. Видел ли кто-то из них «подарок» от мужа? Это станет понятно по их лицам, как только я вернусь на банкет.

И я решаю продолжить празднование моего юбилея. Слишком много времени и сил было вложено в этих праздник. Кроме того, ко мне приехали родственники и друзья из-за границы. Кто-то из них взял на работе отпуск, кто-то дополнительные выходные. Я еще успею поплакать над своей личной драмой, а пока нужно пересилить себя и провести время с дорогими мои сердцу людьми. Придётся радоваться и улыбаться с рваной раной внутри, делая вид, будто ничего и не произошло.

Я выхожу из ванной комнаты и сталкиваюсь с Оксаной. Она ждет меня.

– Ален, да что случилось? – в ее голосе слышится неподдельное волнение, но я не верю ей. В моей голове уже сложился пазл.

– А то ты не знаешь? – горько усмехаюсь я.

– Ты так расстроилась из-за торта? – Оксана сводит брови на переносице, будто действительно не понимает, что происходит.

– Какой к черту торт? – раздражаюсь еще сильнее.

– Который дети случайно перевернули, – объясняет она. – Ален, извини, это я не уследила. Отвлекалась и…

– Оксана, да причем тут торт? – почти выкрикиваю я. – Мой муж изменяет мне с сестрой. И ты знала об этом. Ты нарочно отправила меня за подарком, чтобы я увидела их? Хотела поднять рейтинг?

Оксана округляет глаза, в которых я вижу неподдельный ужас. Неужели я ошиблась, и моя помощница ни о чем не знала? Черт, если так, то лучше провалиться сквозь землю. Но после увиденного я вообще не понимаю, как верить людям… Если самые близкие смогли так поступить, что говорить о других.

– Алёна, о чем ты говоришь?

– Хочешь сказать, ты не видела эфир?

– Только самое начало, – растерянно произносит она. – Меня отвлекла твоя бабушка, и пока ты снимала, я обсуждала с ней историю девятнадцатого века. Поэтому и не уследила за тортом.

– Ты не знала о моем муже и сестре? – спрашиваю прямо.

– Конечно, нет, – отрицательно качает головой. – Ален, я… я даже не знаю, что сказать.

– Да что тут скажешь? – пожимаю плечами. – Хуже всего, что все видели дети, и это происходило в прямом эфире на глазах у огромного количества человек.

– Ужас! Какой же он подлец! – восклицает Оксана. – И ты решила, что я могла бы так поступить так с тобой?

В ее голосе нет обиды, только удивление.

– Я не знаю, что и думать. Ты настаивала на прямом эфире, и в моей голове все сложилось, – я не оправдываюсь, только констатирую факт.

– Я понимаю. Но я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы так подставить тебя ради денег, – серьезно говорит она. – Мне кажется, за столько лет у тебя не должно было возникнуть ко мне таких вопросов.

– За столько лет у меня не возникало вопросов ни к сестре, ни к мужу, а на деле все оказалось… – я замолкаю.

– Алёна, мне так жаль, что это случилось с тобой, – Оксана обнимает меня за плечи. – Как они могли так поступить? Насколько же должны отсутствовать морально-нравственные принципы, чтобы вытворить такое.

– Я не знаю, – произношу на выдохе. – Но сейчас мне нужно вернуться на праздник и сделать вид, что все в порядке. Думаю, это будет лучшим решением.

– Хорошо, если никто из гостей не видел запись в прямом эфире. Жалостливые взгляды нам не нужны, – Оксана отрицательно качает головой.

– Главное, чтобы те, кто видел, не говорили об этом хотя бы на празднике, – поджимаю губы. – Я не представляю, как показаться гостям. И как смотреть в глаза мужу и сестре.

– Пойдем. Ты справишься. А чуть позже что-нибудь придумаем.

Конечно, справлюсь. По-другому и быть не может. Вот только дыра в сердце от этого меньше не становится.

Натянув на губы улыбку, я возвращаюсь к гостям.

– А вот и именинница! – восклицает мама. – Ну наконец-то. Алёна, тебя все потеряли.

В ее голосе слышатся обвиняющие нотки. В принципе, ничего другого я от неё и не ожидала. Мои отношения с мамой не самые простые, но это не мешает нам поддерживать красивую картинку семьи. Я никогда не понимала причину, по которой родной человек может так недолюбливать свою кровинку.

– Работа, – пожимаю плечами, натягивая на губы дежурную улыбку..

– Хоть на один день оставь её и проведи время со своими близкими. Кстати, а где твоя сестра? – мама оглядывается по сторонам и вдруг замечает ее. – Олеська, иди сюда. Твоя очередь поздравлять.

Я перевожу взгляд на Олесю, которая ведет себя так, будто ничего не случилось. Она подходит к своему месту и берет свой бокал, поднимая на меня свои бесстыжие глаза. Неужели она будет говорить? Я поражаюсь ее наглости и четко понимаю, что ее присутствие терпеть не стану. И плевать, если будет скандал.

– Дорогая сестричка, я поздравляю тебя с серьезным юбилеем и желаю оставаться такой, какая ты есть. Ты как старшая сестра всегда оберегала меня, и я так ценила твою заботу и поддержку, – она выдавливает из себя слезу, и среди гостей прокатывается протяжное «о, как это мило». Тем временем, Олеся продолжает: – Я всегда равнялась на тебя. Ты ведь во всём идеальна. Мне очень хочется, чтобы ты была счастлива. И если вдруг потребуется моя помощь, знай, я всегда буду рядом. Вот мой подарок для тебя.

Широко улыбаясь, она передает через руки гостей небольшую коробочку. Просто поразительно, каким двуличным может быть настолько родной человек. Она вызывает восхищение у всех присутствующих, у меня – гнев и раздражение. Я так хочу испортить эту идеальную картинку. Мне так хочется доказать им всем, что они глубоко заблуждаются, и моя сестра не такая, какой хочет казаться. На мгновение, эмоции берут верх, и я посылаю стерве предупреждающий взгляд. В ее глазах мелькает страх, ведь она как никто другой понимает, что ее репутация совсем скоро потерпит крах.

– Спасибо, – сдержанно киваю. – Дорогие гости, давайте проводим Олесю аплодисментами и пожелаем ей удачи. У сестры возникли срочные дела.

– Какие могут быть дела? – снова возмущается мама. – Олеся! У Алены праздник. Куда ты собралась?

– Мам, не начинай, ладно? – в своей привычной манере отвечает сестра.

– Решай свои дела и возвращайся, – настаивает мама.

– Мам, может, хватит? – не выдерживаю я. – Праздник у меня, в конце концов, а не у Олеси. Она может ехать на все чет… куда ей нужно.

Я замечаю какое-то движение у пруда близ нашего дома. Отец разговаривает с Ромой на повышенных тонах, но, к счастью, разобрать, что именно говорят эти двое, не представляется возможным.

– Алёна, почему ты говоришь со мной в таком тоне? Я просто хотела, чтобы вся семья присутствовала на твоем празднике.

Мама перебрала, иначе не стала бы при таком количестве человек выяснять отношения. Но для меня ее фраза становится красной тряпкой. Душа и без того рвется на части, так еще и мама своим недовольством добавляет масла в огонь.

– Мама, сегодня мой день. Давай мы будем говорить обо мне, поздравлять меня, думать, чего хочу я, и не пытаться вернуть другую дочь, которой срочно нужно уехать, – мой голос становится жёстким.

Гости перешептываются между собой. В конце концов, они пришли на праздник, а не на семейные разборки. Мне становится все сложнее и сложнее сдерживаться. Лучше было бы действительно закончить это мероприятие, сославшись на головную боль или еще что-нибудь.

– Ладно, давайте не будем ссориться, – вмешивается Олеся. – Я никуда не поеду. Ты довольна, мама?

– Вот это совсем другой разговор, – на губах мамы появляется едва заметная улыбка.

Это последняя капля. Больше нет ни сил, ни терпения.

– Я недовольна! – рявкаю я. – Олеся сейчас же покинет праздник, ясно? И впредь, мама, за меня никто решать не будет. Я не хочу видеть её на своем празднике.

Олеся выдавливает из себя слезы, а затем, схватив сумочку, покидает праздник. Я машинально пробегаюсь глазами по гостям, на лицах многих из них читается непонимание и даже осуждение, что выводит из себя еще сильнее. Хочется выть от боли и несправедливости, но сейчас мне важно сохранить хотя бы видимость праздника.

– Поссорились, – отмахивается мама, улыбаясь, – ну с кем не бывает.

Я опускаюсь на стул и принимаюсь за салат. Кусок не лезет в горло, но я продолжаю бездумно ковырять вилкой по тарелке. Нужно взять себя в руки. Если раскину сейчас, будет еще хуже.

– Мам, – зовет меня сын. – Ты грустная из-за Олеси?

– Я не грустная, – улыбаясь,обнимаю его за плечи и целую в макушку, – с чего ты взял?

– Я чего-то не знаю? – в разговор вступает мама. К счастью, говорит она тише, чем пару минут назад. – Арсений, а что сделала Олеся?

У меня нет никакого желания обсуждать эту тему сейчас. Но прежде, чем я успеваю открыть, сын выдает:

– Она обнималась и целовалась с моим папой. Теперь она будет с ним жить, а не мы?