Текст книги "В разводе (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ридд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 6

Александр

Она выходит из машины и быстрым шагом семенит к подъезду, не оборачиваясь. Очевидно, Ника чем-то расстроена. Знать бы наверняка, что произошло. Ее маленькая фигурка теряется за железной дверью, а я, оперевшись на кожаный руль, продолжаю изучать глазами мрачную высотку. Меня удивляет тот факт, что Вероника при деньгах их семьи выбрала такой район для жизни. Ни за что не поверю, что после смерти Сергея Николаевича у них не осталось ничего.

В прошлом компания моего покойного тестя была одной из самых преуспевающих в своей отрасли, но со временем конкуренты сместили его с ведущих позиций. На все мои попытки помочь ему я получал отказы в довольно грубой форме. Невзлюбил он меня с самого первого дня, и это не изменилось вплоть до самой его смерти. Сергей Николаевич считал Андрея Гусева лучшей партией для своей дочери. Еще бы! Сын его близкого друга и «отличный» бизнесмен, который пришел на все готовое. Тесть прислушивался только к ним, но бьюсь об заклад – семья Гусевых была не так проста, как всем казалось. Но Богачев был слеп и глух. Даже в последнем разговоре я попытался открыть ему глаза на происходящее, но Сергей Николаевич не хотел меня слышать.

Последняя встреча в его доме стала роковой – после нее тесть трагически погиб. Его родственники и семья Гусевых делали все, чтобы повесить вину на меня, но мы с юристом смогли доказать мою невиновность. В тот день я ушел за час до его злосчастного падения с лестницы, а кто приходил после меня – до сих пор остается загадкой. Поразительная случайность – запись с камер видеонаблюдения также посмотреть не удалось, они оказались отключены. Таким образом, трагедию списали на несчастный случай. Кто-то слишком мягко стелил. Так или иначе, семья Богачевых уже давно перестала быть моей проблемой.

Я выжимаю педаль газа и выезжаю с парковки, расположенной около дома. В этот момент во дворе показывается машина скорой помощи и останавливается возле того подъезда, куда заходила Ника. Считая это простым совпадением, я продолжаю движение, и уже через несколько секунд оказываюсь на дороге.

Трель мобильного нарушает тишину и выдергивает меня из раздумий.

– Алекс, привет, – в трубке слышится мелодичный женский голос. – Занят?

– Привет, Лиз, – отвечаю. – Еду на работу.

– Значит, пару минут есть, – нараспев произносит она. – Как там Москва? Сильно изменилась?

– Не сказал бы. Да и мне некогда разглядывать достопримечательности столицы – слишком много дел, ты же знаешь. Как продвигается работа над новым проектом? – спрашиваю заинтересованно. В этом проекте у меня действительно есть свой интерес. Если все пойдет так, как надо мне, то компания разбогатеет на восьмизначную сумму.

– Отлично. Роман быстро вник в наши дела.

– У него большой опыт, – подтверждаю ее слова.

– Когда ты вернешься? – мягко интересуется.

– Планировал уже на следующей неделе, но пока не хочу загадывать, – отвечаю честно.

– Я соскучилась, Алекс, – наконец говорит Лиза.

– Лиза…

– Я все знаю. Та ночь случилась только потому, что нам двоим этого хотелось, – на том конце провода слышится резкий выдох.

– Именно. Я никогда ничего тебе не обещал и не стану этого делать, – говорю серьезно.

– Я знаю. Спасибо тебе честность. Не волнуйся, мои чувства никак не повлияют на рабочий процесс.

Возвращаюсь в гостиницу и принимаюсь изучать данные по компании, главным акционером которой я стал. Первым делом обращаю внимание на финансовые потоки – придраться не к чему, но к ним я еще вернусь.

Спустя час работы набираю номер телефона знакомого безопасника.

– Серега, приветствую, – он отвечает на второй гудок. – Нужна твоя помощь.

– Привет, Сань. Не вопрос. Говори, кого проверить.

– Нужно полное досье на мою бывшую жену.

– Хорошо, я понял. Скину всю информацию, – быстро произносит он.

– И есть еще один тип, – хмуро смотрю в экран ноутбука. – Андрей Романович Гусев, генеральный директор «Альянс-строя». Москва. Нужна вся информация по его фирме или фирмам. Не знаю, сколько у него их.

– Я понял. Потребуется время. Терпит?

– Неделю, две максимум, – отзываюсь.

– Постараюсь собрать все, что смогу, – задумчиво протягивает Сергей. – Они как-то связаны?

– Да.

– Понял. Тогда до связи.

– Буду ждать.

Я откидываюсь на спинку кресла и потираю лицо ладонями. В памяти всплывает красивое лицо моей бывшей жены и взгляд, в котором читается вызов. Все как и раньше. Ничего не изменилось. Она все также чертовски привлекательна и за словом в карман не лезет. Поразительно, как после первой встречи с ней весь негатив от ее предательства, который я копил в себе два года, куда-то улетучился.

Усмехаюсь про себя, когда вижу на экране мобильного ее имя.

– Саш, меня до конца недели не будет в офисе, но я на связи, – бегло произносит она.

– Так скорая приезжала к тебе? – спрашиваю в лоб.

В трубке воцаряется напряженное молчание. На этот простой вопрос моя бывшая жена не дает моментального ответа. И это настораживает. Зачем это скрывать?

– Ты так долго стоял возле дома? – удивляется она.

– Что случилось, Ника? – говорю требовательно.

– Ничего такого, из-за чего бывшему мужу стоило бы переживать, – как-то нервно усмехается она. – Саш, ты поедешь завтра в офис?

– Поеду.

– Запасные ключи от моего кабинета есть на вахте.

– Я понял. Поправляйся, Ника.

– Спасибо, – отвечает она и сбрасывает вызов.

Пока у меня нет никакой информации ни о Веронике, ни о Гусеве, я решаю попробовать копнуть самостоятельно. Жалею лишь о том, что не начал пробивать всю информацию о своей бывшей жене и загадочной смерти тестя раньше. Нужно было сделать это еще до возвращения в Москву. Мое решение оставить прошлое в прошлом было в корне неверным, но понимать я это начал, как только приехал сюда.

Надеваю футболку и джинсы и спускаюсь на парковку. Не уверен, что добуду ответы на интересующие меня вопросы, но попытаться стоит. Устроившись на водительском сидении, я набираю в навигаторе хорошо знакомый адрес, и трогаюсь с места. Выжимаю педаль газа – внедорожник резко дергается и начинает быстро набирать скорость.

Снова думаю о Нике. Перед глазами мелькает ее красивое лицо, а проникновенный взгляд забирается под кожу. Как бы я ни пытался окончательно выкинуть из головы эту девушку, она продолжала и продолжает навязчиво возвращаться.

Дорога занимает много времени, и вот я наконец въезжаю в коттеджный поселок, который находится в пригороде столицы. Обращаю внимание на новые постройки – их за два года появилось немало. Двухэтажные коттеджи величественно возвышаются на самой высокой точке поселка, а ниже располагаются одноэтажные дома с большой площадью. Помнится, два года назад эти земли пустовали, но было очевидно, что это ненадолго.

В нужном мне доме горит свет. Я облегченно выдыхаю. Надеюсь, моего красноречия для новых хозяев особняка будет достаточно, чтобы выяснить хоть какие-то нюансы сделки.

Останавливаю машину около ворот коттеджа и, заглушив двигатель, выхожу на улицу. Погода для этого месяца что надо – вечером не слишком жарко, несмотря на адское пекло днем. Достаю из кармана почти полную пачку сигарет и, вынув одну, убираю обратно. Я не курю, давно бросил, но иногда бывают срывы. А после возвращения в Москву их стало больше.

До меня доносится звук открывающейся входной двери. Надо сказать, поскрипывает она так же, как и два года назад. К воротам приближаются тяжелые шаги, определенно принадлежащие мужчине. Отлично. Одной проблемой меньше.

– Добрый вечер, ко мне подходит невысокий мужчина средних лет в классических брюках и белой рубашке. Я его знаю. Он несколько раз приходил в этот особняк в качестве гостя. – Я могу вам чем-то помочь?

– Здравствуйте, да, – я протягиваю ему ладонь для рукопожатия, и он принимает ее. – Меня зовут Александр Уваров. Я бы хотел задать вам несколько вопросов. Это связано с покупкой особняка.

Я указываю взглядом на коттедж, находящийся за его спиной, и лицо мужчины вытягивается в недоумении.

– Не каждый день ко мне приходят незнакомцы с подобными вопросами, – он качает головой. – Что вы хотели узнать? Вы журналист?

– Нет, я не журналист, – отрицательно качаю головой. – Я бывший муж Вероники. Она продала вам этот дом.

Мужчина понимающе кивает, а затем просит у меня сигарету.

– Теперь понятно, откуда мне знакомо твое лицо. Я знал ее отца, – он говорит негромко. – Мы с Серегой поднимались еще в самом начале пути. Разные сферы деятельности были, поэтому в рабочих вопросах мы никогда не пересекались, но за советом друг к другу периодически обращались. Меня, кстати, зовут Олег Тимофеевич.

– Приятно познакомиться, – коротко киваю.

– Так почему ты стал бывшим мужем его дочери? – прямо интересуется он.

– Как-то не сложилось у нас. Наворотили такого, мама не горюй.

– Дело молодое, – отмахивается он. – А сейчас чего хочешь?

– О жизни ее узнать, – честно признаюсь я. – Два года назад я уехал и оборвал все связи. Да и она не шла на контакт, так что…

– Мне мало, что известно. Мы в последнее время почти не общались. Что конкретно ты хочешь узнать? – уточняет Олег Тимофеевич.

– Понимаете какое дело, – делаю небольшую паузу, – я никак не могу связать некоторые моменты из прошлого. Главный вопрос: зачем Ника с матерью продала этот дом.

– Им нужны были деньги, – безапелляционно заявляет мужчина.

– У Богачева были деньги, – возражаю я, уверенный в своей правоте.

– Ошибаешься, сынок, – горько усмехается Олег Тимофеевич. – Зайдем во двор.

Он открывает калитку и пропускает меня вперед. Мы отходим от ворот метров на десять прежде, чем он продолжает разговор.

– Серега был почти банкрот, – тихо произносит мужчина. – У него не было денег расплатиться по счетам.

– Я знал, что были некоторые трудности, но все в пределах разумного, – хмурюсь.

– Я забрал этот дом за бесценок, Саша, – честно признается он, а я буквально теряю дар речи. – В два, если даже не в три раза дешевле, чем его рыночная стоимость. Вижу, ты удивлен. Дела Сергея, как оказалось, шли очень плохо в последние месяцы. Вероника молодец, смогла сохранить его детище и, надо сказать, неплохо преуспела в управлении компанией.

Надо отдать должное молоденькой девушке с отличным складом ума, которая сумела спасти утопающую фирму и оставить ее на плаву. Моя бывшая жена удивляет и восхищает одновременно.

– И вы воспользовались ситуацией, – не стесняясь, заявляю я. – Купили дом по-дешевке.

– Я предложил ей за него больше, чем она просила. Мне хотелось просто помочь этому хрупкому созданию. Но она отказалась. Однако, я настоял на своем.

– Благородно с вашей стороны.

– Тебя обвиняли в смерти Богачева, верно? – неожиданно спрашивает он настолько тихо, что мне едва удается расслышать его слова.

– Да, – сдержанно киваю.

– Мне жаль. У Сергея было много врагов. А его дело попросту замяли. Я не верю в несчастный случай.

– Как и я, Олег Тимофеевич, – признаюсь честно.

– Олег, ты скоро? Все только тебя ждут, – слышится женский голос из окна.

– Ладно, я пойду. Дети на ужин приехали, а я услышал звук твоего внедорожника и решил проверить, кто там.

– Спасибо Вам за информацию.

– Удачи тебе, Саша.

В гостиницу я еду с подавленном настроении. Я понимаю действия Ники, но не понимаю одного: какого черта Гусев при наличии денег и связей не помог ей, ведь в прошлом их связывали отнюдь не дружеские отношения?

Глава 7

Ника

Ночь в инфекционной больнице дается нам с Лисенком непросто. Она часто просыпается, и мне приходится ее качать, чтобы не разбудить соседей по палате – мальчика чуть старше Алисы и его маму. По ее словам они поступили вчера вечером, а сегодня Артему значительно лучше. Еще пару дней, и их выпишут домой.

Я бесшумно хожу по палате и тихо напеваю колыбельную, рассматривая в тусклом пробивающемся сквозь больничные жалюзи свете фонаря крохотное личико своей дочери. Она безмятежно спит только на моих руках. Я терпеливо жду, когда она провалится в глубокий сон, чтобы самой вздремнуть хотя бы два или три часа. К счастью, ближе к утру мне удается это сделать.

В свой утренний обход врач сообщает, что опасность миновала, а это означает, что через несколько дней нас с дочерью отпустят домой. Услышав эту новость, я облегченно выдыхаю. Надеюсь, мы в первый и последний раз попадаем в инфекционную больницу, и страшная зараза больше к нам не привяжется.

К одиннадцати часам Алиса снова засыпает. В свои год и три месяца она иногда еще спит дважды в день. Сегодня как раз тот случай – ранний подъем и ослабленный организм на фоне болезни сделали свое дело. В это время у меня звонит мобильный, и я, убедившись, что Алиса крепко спит, выхожу в коридор.

– Слушаю.

– Вероника, добрый день! Это из автомастерской вас беспокоят, – громко произносит мужчина.

– Здравствуйте! Да, я вас слушаю, – быстро отвечаю.

– Мы поменяли топливный насос, – сообщает он. – Так что ваша малышка готова к эксплуатации. Можете забирать.

– Отличная новость. Спасибо большое, – отзываюсь я. – В конце недели можно будет подъехать за ней?

– До завтра еще может постоять, – отвечает мужчина. – А вечером придется выгнать ее на улицу. Там уже мы ответственность за нее не несем.

– Я поняла. Что-нибудь придумаю. Спасибо еще раз.

Возвращаюсь в палату и, устроившись на неудобной кровати, прикрываю глаза. Я чувствую, как они наливаются свинцом, и как сон почти накрывает меня. Но звук вибрации выдердеркивает меня из дрема, и я снова выхожу в коридор. На этот раз на экране светится имя Андрея.

– Привет, – тихо отвечаю на звонок.

– Привет, Ника, – здоровается он. – Почему так тихо?

– Я в больнице, Андрей, – быстро отвечаю. – Алиса заболела.

– Что-то серьезное? – спрашивает взволнованно.

– Ротавирус, – говорю я. – Сегодня Лисе уже лучше.

– Может, вам что-то нужно? Ника, что же ты сразу не позвонила?

– В больнице есть все необходимое. Да и сейчас дочери все равно ничего нельзя. Только то, что здесь готовят, – я осторожно приоткрываю дверь убедиться, что дочь по-прежнему спит.

– А тебе, Ника? Давай я привезу тебе что-нибудь? – предлагает Гусев.

– Нет, Андрей, спасибо, – отказываюсь. – Мне кусок в горло не лезет, не хочу ничего.

– Пока неясно, когда вас выпишут? – интересуется он.

– Если все будет хорошо с Алисой, то на выходные уедем домой, – говорю шепотом, озираясь по сторонам.

– Понял.

– Андрей, у меня есть небольшая просьба, – начинаю я.

– Все, что угодно, Ника.

– Мою машину отремонтировали, и ее нужно забрать из автомастерской. Сможешь?

– Конечно. Сегодня?

– Лучше сегодня, но можно и завтра в течение дня.

– Без проблем. Поеду сегодня.

– Андрей, ты меня так выручишь, – радостно произношу я. – Я скину тебе сообщением адрес мастерской. И им сообщу, что приедешь ты.

– Не за что. Ты же знаешь, Ника, я всегда рад помочь тебе, – отвечает он.

Знаю. Конечно, знаю. Как и то, что Гусев не станет на меня давить, однако скрытый подтекст в его словах не заметить невозможно.

– На работе уже сообщила, что тебя до конца недели не будет?

– Да, еще вчера позвонила Лере, – я снова заглядываю в палату. – Она должна привезти мне ноутбук. Вечером.

– Так давай я заеду и заберу, Ника, – снова предлагает Андрей. – Я могу и машину тебе сюда же пригнать, а ключи с ноутом передам. Как вас выпишут, сядете и поедете домой.

– Да, можно и так.

– Я бы и сам вас забрал, но в пятницу утром я улетаю в командировку.

– Спасибо тебе, Андрей, – искренне произношу я. – От сердца.

– Ника, мне совсем не сложно, – чуть помедлив, говорит Гусев, – особенно, если дело касается тебя. Ты ведь знаешь. Можешь ничего не отвечать. Я тебя понял с первого раза. Тем более, сейчас не совсем то время.

– Я рада, что ты меня понимаешь, а, главное, слышишь, – ощущаю, как на моих губах возникает незначительная улыбка.

– Ладно, я поехал. К вечеру у тебя будет и машина, и работа, – весело усмехается он. – Лисенок пусть поправляется. Нам еще крестить ее.

– До вечера, Андрей.

Я отправляю Андрею всю необходимую информацию и убираю телефон в карман.

Я хотела крестить Алису еще в прошлом году, но из-за высокой загруженности на работе не получилось. Пришлось перенести обряд крещения на другую дату, но из-за внезапно появившейся у меня ангины, нам снова пришлось отложить. Так и наступил следующий год. Я ждала лета, и вот оно пришло. Теперь уже тянуть не стану – как только выпишемся из больницы, и Алиса окончательно восстановится, выберем дату и сделаем то, что уже давно пора.

В четыре часа дня мобильный оживает снова. На этот раз на экране светится имя бывшего мужа.

– Привет.

– Привет, Ника, – его голос не сулит ничего хорошего.

– Я надеюсь, с тобой всё хорошо? – Саша спрашивает не потому что ему интересно, а для того, чтобы соблюсти правила хорошего тона.

– Хорошо.

– У меня вот какой вопрос: что в твоем кабинете делают посторонние?

– О ком ты говоришь? – говорю я, прекрасно понимая, кого он имеет в виду.

– Ника, что здесь делает Гусев? – раздраженно бросает Александр.

– Он приехал по моей просьбе, – коротко отвечаю.

– Я его выставил за дверь, – серьезным тоном произносит Уваров. – Все вопросы решай со мной. Как-никак мы теперь в одной лодке.

– Как это выставил за дверь?

– Очень просто. Ника, если ты хочешь и дальше занимать кресло руководителя, ты должна понимать, что в компании не должно быть посторонних. Это, надеюсь, ясно? – голос бывшего мужа меняется, становясь холодным и отрешенным.

– Звучит как ультиматум, – нахмурившись, отвечаю я.

– Можешь назвать это как угодно, – неприязнь в голосе бывшего мужа слышится отчетливо. – Но Гусева не должно быть даже на пороге компании.

– Он приехал по моей просьбе, Саша, – возражаю. – Я всего лишь попросила забрать мой рабочий ноутбук.

– Ты серьезно? – взрывается он. – Два дня назад компания находилась на грани разорения. А сейчас ты так спокойно готова отдать самый главный инструмент в руки постороннего? Да с данными в твоем ноуте можно разорить компанию буквально за час. Неужели неясно? О чем ты только думаешь?

– Он не посторонний, – возражаю снова.

– Да мне плевать, он или кто-то другой. В офисе могут появляться только сотрудники и клиенты, которых ты самостоятельно встречаешь и провожаешь тоже ты. Куда смотрит служба безопасности – большой вопрос. И я планирую заняться его решением в самое ближайшее время. Гусева в списке доверенных лиц не будет однозначно.

– Я ему доверяю, – повторяю упрямо.

– Очнись, Ника! Никому нельзя доверять. Кем бы этот человек ни был, – не унимается Уваров. – И тем более, Гусеву.

– Знаешь что, Уваров! Его плечо было рядом, когда я переживала тяжелый период своей жизни…

– И не только плечо, – рычит он.

– Хватит! Это неправда! – говорю громко и тут же озираюсь по сторонам. – У меня никогда ничего не было с Андреем. Он – только друг, понятно? Я любила тебя, пока ты не предал меня и мою семью.

Я жалею о своих словах, но сказанного не воротишь. Незачем ему напоминать о своей любви. Саша просто растоптал мои чувства. Одному только богу известно, как мне удалось собрать себя воедино и продолжить жить дальше.

– Я был твоей семьей, Ника. И ты должна была верить мне, а не сбегать к Гусеву при первой же проблеме, – доносится в ответ.

– Проблеме? Ты изменял мне, Саша, – резко выдыхаю. – Ты изменял мне с ней. А потом… после развода вы улетели вместе. Надеюсь, ты счастлив?

– Она была для меня только работой. Я никогда не смотрел на нее иначе, Ника.

– Я тебе не верю, – в сердцах выдаю я.

В трубке воцаряется молчание, и мне лишь слышится сдавленное дыхание Александра. Я тоже дышу так, будто только что пробежала стометровку. Сможем ли мы когда-нибудь уйти от этих бестолковых разговоров о прошлом?

– Мне нужен ноутбук, – первой нарушаю затянувшуюся паузу и быстро добавляю: – Для работы.

– Я сам тебе его привезу, – хрипло отвечает он. – Сегодня?

– Саш, оставь, пожалуйста, свои предрассудки. Андрей пригонит мне машину и заодно принесет ноутбук, – говорю мягче, надеясь, что смогу договориться с этим пуленепробиваемым мужчиной.

– Нет, – отрезает категорично.

– Хорошо, тогда я попробую договориться с медсестрой, – соглашаюсь, понимая, что спорить с ним бесполезно.

– Зачем договариваться? – удивляется Саша. – Ты не можешь спуститься сама?

– Не могу, конечно! Кто тогда... – я резко замолкаю – чуть не выдала себя. – Я не могу пока.

– Скинь сообщением адрес. Приеду после работы.

– Хорошо. Есть какие-то вопросы в части рабочих моментов?

– Нет. Вопрос был один, и я его задал, – произносит строго.

Я снова заглядываю в палату, Алиса безмятежно посапывает.

– Тогда позвони или напиши, как соберешься ехать, – быстро говорю я.

– Хорошо. До связи.

– Пока, Саш.

Я убираю телефон в карман домашнего платья, которое взяла с собой в больницу, чувствуя себя опустошенной. Уваров словно энергетический вампир – выжимает из меня все соки. Но в чем-то я ним согласна. Посторонних в офисе компании быть не должно. А Андрей если бы и хотел развалить компанию, то сделал бы это, когда я была наиболее уязвима. Вот только я не представляю, зачем ему это нужно. Сферы деятельности не пересекаются, конкуренции нет, а наши отцы были лучшими друзьями.

Я возвращаюсь в палату и сажусь на кровать. Сердце сжимается от нежности и трепета, когда я смотрю на свою спящую дочку. Мое сокровище, моя маленькая драгоценность, так похожая на меня и и на Сашу. После сегодняшнего разговора с ним у меня впервые возникает мысль, что я должна была рассказать ему о ее рождении.

Уваров отрицает измену, так же, как и со своей стороны отрицаю ее я. Стоит ли копаться в грязном белье прошлого? Что если оно совсем не такое, какое было представлено нам? Одно неизменно – Саша уехал из страны, а я осталась оплакивать отца. Он мог прийти хотя бы на похороны и выразить соболезнования, но не сделал этого.

* * *

Не помню, как проваливаюсь в сон, но просыпаюсь от ощущения присутствия в палате постороннего. Резко распахиваю глаза и удивленно смотрю на одетого в больничный халат Андрея. Медицинская маска прячет его лицо, но по глазам видно, что он улыбается.

– Привет, – говорит шепотом.

– Привет. Как ты сюда попал? – спрашиваю удивленно. – Это же инфекционная больница – сюда никого не пускают.

– У меня есть некоторые связи. И я очень хотел вас увидеть, – отвечает он. – Ключи от машины я положил в тумбу. А твоя малышка стоит на парковке прямо напротив входа.

– Спасибо, Андрей, – улыбаюсь я.

– Ника, я бы не хотел обсуждать это здесь, но не могу не спросить, – он берет меня за руку. – Уваров – новый совладелец компании?

– Да, Андрей. Я была шокирована не меньше твоего, – отвечаю также тихо, переводя взгляд на Алису.

– Почему не отказалась от сделки?

– Потому что у меня не было времени искать нового акционера, – говорю несколько раздраженно. – Тебе ведь известна вся ситуация.

– Надо было взять паузу. Ты могла обратиться ко мне, мы бы вместе что-нибудь придумали, – Гусев явно недоволен.

– Андрей, это мои заботы. И разбираться с последствиями только мне.

– Я просто хотел помочь, – голос становится мягче.

– Я знаю. Спасибо. Но я справлюсь сама.

Мужчина не отвечает и переводит взгляд на Алису. Опустив маску, он какое-то время смотрит на дочь с чуть заметной улыбкой на губах, а затем возвращает внимание ко мне.

– Ты собираешься рассказать ему о ней? – спрашивает прямо. Между нами еще никогда не возникали подобные разговоры, поэтому я отвечаю не сразу.

– Я еще не думала об этом, – вру я.

– Если ты не хочешь, чтобы он знал, – замолкает и через несколько секунд продолжает: – мы можем пожениться, а я удочерю Лисенка.

Предложение Андрея вызывает странные эмоции. Оно как минимум неуместно, а как максимум невозможно. Я понимаю, что он хочет помочь, но удочерить девочку при имеющемся папе – это чересчур.

– Андрей, нет. Рано или поздно, я расскажу Уварову о ней.

– Понял.

Если Гусев и расстроен из-за моего ответа, то вида не подает – он хорошо скрывает свои чувства.

– Тогда стану крестным. Твое предложение еще в силе?

– В силе, – отвечаю коротко.

– Вот и хорошо. Тогда я пойду. Пусть Лисенок выздоравливает, – . Увидимся на следующей неделе.

– Пока, Андрей. И спасибо.