Текст книги "Холодная мечта (СИ)"
Автор книги: Анастасия Пырченкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
– Светозара! Ты вообще слышишь меня?
– Нет, – ответила честно и оторвалась, наконец, от его губ, возвращая внимание глазам.
И, ох, что это был за взгляд. Такого шторма я у него в них ещё не видела. Дыхание вовсе стало рваным. Он приоткрыл рот, глотнуть побольше воздуха, и я не выдержала.
– Поцелуй меня, – попросила.
– Что?
– Всего один разочек.
– Ты издеваешься?
– Нет.
– А, по-моему, да, Светозара. Я тебе только что сообщил, что ты чуть опять по собственной глупости не вляпалась в проблемы, а ты просишь тебя поцеловать? – посмотрел на меня в явном сомнении в моей адекватности.
А я даже спорить не стала. Из адекватного во мне, и правда, сейчас было… ничего. Всё затмило желание хотя бы на миг почувствовать его своим. А себя – нужной ему. Действительно, так глупо… Но чёртово сердце продолжало стучать, перекачивая кровь на максимальной мощности, отчего в голове с каждым пройденным мгновением всё больше мутнело.
– Я…
– Вот именно, ты, Светозара! Та, кого здесь вообще быть не должно! Какого хрена ты сегодня сюда припёрлась на самом деле?
И так мне обидно стало. Можно подумать, я хотела быть здесь. То есть, хотела, конечно, но это не значит, что я бы стала так специально нарываться. Я же и искать его поэтому не стала, хотя могла. Потому и поспешила уйти при первом удобном случае. А он…
– Я просто привела домой твоего пьяного брата. Я не собиралась с тобой встречаться. И хотела уйти. Не моя вина, что тот мужик решил покурить на заднем дворе. И это ты его пригласил, а не я. Откуда мне было знать, что он – это он? Ты же мне сам ничего не рассказываешь, а теперь ругаешь, будто я и правда виновата. А я не виновата, ясно тебе? Не виновата. А ты…
Только не плачь, Светозара! Не вздумай перед ним разрыдаться!
– Я? Да я защитить тебя стараюсь, дура! А ты только и делаешь, что подставляешься! – окончательно психанул Северьян.
А за ним и я.
– Я подставляюсь? Да если бы не ты, мне бы вообще не пришлось ничего переживать! – толкнула его от себя. – Это ты за мной зачем-то ходить начал! Преследовал, куда бы я не пошла! Сам привлёк ко мне внимание своих врагов! А я теперь виновата⁈ Да… да пошёл ты, Север! – толкнула повторно. – Ненавижу тебя! И уйду, понятно тебе? – ударила обоими кулаками по мужской груди. – Уйду и больше никогда не вернусь, даже если на коленях умолять станешь! – снова ударила. – Живи, как и раньше, один! Никому не нужный и всеми нелюбимый! – ударила и толкнула, но, конечно же, бестолку. – Отпусти меня! – потребовала.
Пока я точно не заплакала, как идиотка…
А он… Нет, не отошёл. Хотя и орать больше не стал. Наоборот, резко успокоился, глядя на меня с виноватым видом.
– Свет… – выдохнул растерянно.
Щеки коснулись его пальцы, и я только теперь поняла, что, оказывается, давно уже плачу. Сама не заметила, как так вышло. Чёрт! Поспешила утереть самостоятельно пролитые слёзы, больше не глядя на мужчину.
– Уходи, – увернулась от его очередного прикосновения. – И я уйду. Обещаю больше сюда не приходить. Даже к Максиму.
– Свет…
– Уходи! – повторила настойчивей прежнего.
И он ушёл. Мазнул губами по той же щеке на прощание и ушёл, оставив меня одну: жалкую и бестолково льющую слёзы по нему.
Ну, почему так больно-то?
А он? Что он за человек такой? Появляется, душу выворачивает, а потом так же внезапно исчезает, будто не было. А ты остаёшься одна безутешно рыдающая в голос, не знающая, как быть дальше. Потому что невозможно так жить. Без него. Но и с ним не получается. А я, и правда, дура, раз позволила себе опять поверить, пусть и на краткое мгновение, что могу что-то изменить между нами. Не могу. Потому что не нужно оно ему. Я не нужна. И никогда не буду нужна. Так почему эта простая истина никак не хочет отпечатываться в моём сознании? Почему я снова и снова наступаю на одни и те же грабли? Когда они уже только сломаются… Или я. Что вернее. И быстрее.
* * *
Она плакала. А он стоял. Прислонившись к двери, слушал, как его куколка белугой ревела из-за его жестокости. Он и сам был готов себе сердце вырвать за то, что довёл её до такого состояния, но и иначе не мог. Она должна понять, что это путь вникуда. А пользоваться её чувствами, чтобы потом всё равно обречь на боль – такое себе. Он, конечно, тот ещё козёл, но не настолько, чтобы так поступить с этой светлой девочкой. Нет у них будущего. Никакого. По крайней мере, не в текущем моменте. Может быть, потом, в будущем, когда срок его контракта у Захара истечёт, и он получит свободу… Да и тогда… не факт, что не будет поздно. Не факт, что она его дождётся. Не факт, что эта её влюблённость не угаснет. Не факт, что он не умрёт уже на следующем задании. Нет уж, пусть лучше так. Поревёт сейчас, зато потом будет счастливо жить с другим. Главное, просто не представлять эту её самую жизнь с другим. А то так и тянет перебить всё население жалкой планетки. Чтобы наверняка.
– Идиот, – буркнул себе под нос Северьян и, наконец, отлепился от двери.
Нужно было вернуться и закончить текущий вечер, как планировал. А там и со всем этим дерьмом покончить.
«Прости меня, куколка…»
Глава 30
Ветер трепал распущенные волосы и шёлк выпускного платья, пока я, стоя у борта теплохода, вглядывалась в закатные краски горизонта, вертя в руках пустой бокал из-под игристого вина. Сверху и с боков доносились весёлые голоса празднующих, в небе гремели салюты, шампанское текло рекой. Все отдыхали. Даже Макс на сегодня снял с себя маску интроверта и развлекался по полной программе. Одна я… тут. Стояла и ждала, когда же закончится весь этот бардак. Настроение которую неделю пребывало на нуле и никакой алкоголь не мог этого исправить.
Новый порыв ветра бросил в лицо волосы, на что я только вздохнула. На обнажённые плечи опустился чей-то тёплый пиджак. Впрочем, мне нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто это.
– Мне не холодно, – сообщила, не оборачиваясь.
– Ветер обманчивый. Сейчас не холодно, потом заболеешь.
Едва заметно поморщилась. В последнее время между нами с Максом всё стало совсем сложно. И раньше не легко было общаться с ним, а после той ночи – и подавно. Смотрела в его тёплые лучистые глаза, а видела в них лёд и стужу, присущие Северьяну. Вот и старалась как можно меньше смотреть на него. И промолчала. Уставилась на блики закатных лучей на стекле бокала.
Вот так и моя душа медленно догорала, постепенно обращаясь тьмой и ненавистью ко всему и в первую очередь к самой себе. Зря я тогда поддалась провокации стоящего рядом. Надо было просто идти домой, как собиралась изначально. А он… он бы и сам дошёл до дома. Не маленький. Но что уж теперь, сама виновата.
Выпрямилась, собираясь уйти. Но стоило только потянуться к чужому пиджаку, чтобы снять и вернуть его владельцу, как моя ладонь оказалась перехвачена самим Максимом.
– Поговори со мной, Свет, – попросил. – Пожалуйста.
Почувствовала себя настоящей дрянью. Но ничего не могла с собой поделать. Понимала, что друг здесь совсем не причём, но он слишком сильно похож на своего брата, чтобы у меня получалось игнорировать их сходство. А мысли, что иногда посещали по этому поводу, усугубляли моё состояние. Так и хотелось закрыть глаза, податься вперёд и… приходилось постоянно себе напоминать, что со мной лишь копия того, с кем бы я действительно хотела зайти так далеко. А он смотрел на меня с таким ожиданием…
– Прости, мне не хочется общаться. Не только с тобой. Вообще.
Сама не знала, зачем согласилась на это празднество. Ах, да, потому что всё оплачено заранее и деньги не возвращались. Вот и не стала обижать родителей, которые радовались за меня, как если бы это не я школу закончила, а они.
Счастливые…
И я им улыбалась. Постоянно. По малейшему поводу. Лишь бы не поняли, не догадались, что их дочь снова находилась на грани очередного срыва. Иногда такая злость распирала, так и толкала пойти и сотворить какую-нибудь глупость, чтобы привлечь внимание Холода. А потом, когда явился бы, высказать ему всё, что я о нём думаю. Да только глупо это и безрезультатно, ни к чему не привело бы. Точнее, может и привело, но совершенно не к тем последствиям.
– То есть ты теперь из-за него и меня избегать будешь? – послышалось злое вслед. – А я думал, мы друзья.
Стыд и злость смешались во мне после его заявления. Слились в самый терпкий и высокоградусный коктейль, после приёма которого мозг уходил в несознанку.
– А мы друзья? – обернулась, не сдержавшись, заглядывая в голубые глаза. – Ещё два месяца назад ты меня ненавидел, считал шлюхой, а теперь говоришь, что мы друзья? Как быстро ты переобуваешься, – усмехнулась. – Или, может, ты поэтому меня заставил пойти к тебе домой, чтобы я могла собственными глазами увидеть, какой твой брат козёл? Из дружбы, да, Максим?
Чёрт! Не стоило ему всё это выговаривать… Только себе хуже сделала в очередной раз.
– Я просто хотел, чтобы ты перестала уже мечтать о несбыточном. Чтобы…
– Ну, поздравляю тебя, умник, – перебила я его. – Я больше не мечтаю. Всё, как ты хотел. Доволен?
Повела плечами, сбрасывая с себя пиджак и направилась ко всем, ставя тем самым точку в нашем разговоре.
Наверное, не стоило на нём срываться, но не получалось. Стоило только посмотреть в его глаза и опять оказывалась в том кабинете, глядящая в точно такие же, но другие. Куда более близкие. И вместе с тем далёкие и холодные, безжалостно режущие своими морозными гранями на куски моё бедное сердце.
Такая она – любовь?
Если да, то я не хочу больше никогда её испытывать. Лучше всю жизнь одной, чем вот так. На грани смерти и жизни.
Оставшееся до прибытия в порт время я провела, заливая в себя шампанское. Чертовски неудачное решение, но иного не находилось. Макс больше ко мне не приближался. Я вообще его не видела. Лишь изредка искала глазами и не находила, чему, признаться честно, радовалась.
Потом извинюсь…
А как только мы пристыковались к причалу, поспешила покинуть теплоход в числе первых. Спустилась с трапа и, не дожидаясь остальных, направилась вдоль по Набережной. Всё равно сейчас час свободного времени будет на фотографирование, а потом уже кто куда хотел: домой или продолжать гулять дальше, кому родители позволяли. Ни того, ни другого делать не хотелось. Вот и брела себе по асфальтированной дорожке в сторону центрального пляжа. Было ли мне одиноко? Нет, ни сколько. Мне было тихо, спокойно и хорошо. Плеск волн расслаблял, отвлекая от ненужных мыслей, и я спешила скорее добраться до места, где смогу скинуть с себя надоевший наряд и окунуться в прохладу реки.
Июнь месяц выдался на редкость жарким, и даже ночь не способствовала сильному понижению температуры. А может во мне говорило шампанское, толкая на глупости. Да и ладно. Хотелось уже окунуться в воду и хоть ненадолго избавиться от всех своих внутренних метаний.
– Светозара, – донеслось за спиной, и я мысленно взвыла.
Ну, что ещё ему от меня надо?
Прибавила в шаге.
Не хочу ни с кем общаться, сказала ведь уже.
– Света, стой, – раздался голос Макса совсем близко, и я побежала.
Никогда не думала, что на высокой шпильке могу так быстро передвигаться, но нужда и не такому научит. Жаль, парень всё равно меня догнал. Ухватил за руку, вынудив остановиться.
– Да что с тобой не так?
– Со мной? – резко развернулась, глядя на него, больше не скрывая гнева. – Нет, что со всеми вами не так? Что вы с братом за мной постоянно ходите? С самого начала. Всё зачем-то ходите и ходите, заставляете общаться с вами. А я, может, не хочу⁈ Но вы никак не желаете этого понять, почему? Почему я должна это терпеть? Вас! Оставьте меня в покое! Оба! Исчезните из моей жизни! Неужели я так много прошу? Это ведь совсем не сложно на самом деле: уйти и не возвращаться. Вон, у твоего брата отлично получилось. Почему бы тебе не последовать его примеру? Что непонятного в том, что я хочу побыть одна? Одна, Макс! Понимаешь?
Да, я опять сорвалась, но… достали! Правда! Не хочу я их видеть. Не хо-чу!
В голубых глазах мелькнуло нечто такое, чему я не смогла дать название, а потом пропало. Полный штиль. Ни единой эмоции. Но это даже порадовало. Мне и самой стало неожиданно спокойнее.
– Понимаю, – отозвался друг спокойным тоном. – Но ты же понимаешь, что я не могу тебя оставить? Не потому, что не хочу, а потому что так безопаснее для тебя. Уж потерпи ещё немного. Северьян почти закончил со всеми своими делами в вашем городе, мы скоро уедем, так что больше не будем тебе надоедать, не волнуйся. Но до тех пор, извини, но я не оставлю тебя одну.
Рассмеялась. И не знала толком чему. Просто…
Ну, смешно же!
И ужасно больно. Невыносимо. Словно мне вновь тупым ножом по сердцу вели, оставляя рваные раны.
– Свет…
– Как вы с ним меня достали, – скривилась.
Ничего больше говорить не стала, развернулась и пошла дальше, но уже неспешным шагом.
И вот чего не оставят в покое? Ах, да, потому что за мной охотится какой-то псих. Непонятно только, с чего вдруг, если мы с блондином уже давно не общаемся. Почему он решил, что моё похищение сильно заденет Севера? Не настолько он ко мне и привязан. Тот же Макс, например, куда больше мог принести пользы в подобного рода мести. Не то, чтоб я желала идущему рядом такой участи, но не логично же!
– Почему я, а не ты?
– Что именно? – не понял Максим меня так сразу.
– Почему Кавказцу нужна я, а не ты? – повторила более развёрнуто свой вопрос.
– А ты не догадываешься?
– Да брось, мы с ним общались в последний раз лет сто назад, чтобы нас можно было принять за пару. Последние два месяца и вовсе почти не виделись, на пальцах одной руки можно пересчитать эти встречи. Так почему я? Ты – его брат. Вполне логично, что через тебя проще добраться до Севера, разве нет?
Заметила, как Максим поморщился. И отвечать не спешил.
– Проще, – заговорил, наконец. – Но, во-первых, я достаточно натренирован, чтобы суметь защитить себя при случае, а во-вторых… – вновь скривился, заметней прежнего, не договаривая.
– Что? – подтолкнула я его.
– Всегда проще причинить кому-то боль, забрав у него то, что ему по-настоящему ценно, – вытолкнул кое-как своё признание Макс.
Я даже с шага сбилась, заслышав подобное. И опять рассмеялась. Хотя сердце принялось стремительно залечивать раны, пока за спиной вновь распускались крылья надежды. Вдруг?… правда…
– Глупость какая, – наравне со словами отвесила себе ментального подзатыльника. – Если бы я была дорога твоему брату, он бы не шпынял меня от себя каждый раз, как видел.
– Другой причины, почему тому мудаку понадобилась именно ты, я не вижу.
– Он просто ошибся. Да, мы обащались поначалу и достаточно неплохо, но затем-то мы вовсе не виделись очень долгое время, а я так вообще начала встречаться с одноклассником.
– Это тот, который должен был узнать, насколько вы с Яном близки?
Чего?
Одарила парня далёким от дружелюбия взглядом.
– Что за чушь? Мы с Костиком с началки вместе, так что ему нечего было про меня узнавать, – неприязненно передёрнула плечами.
Надо же было такое придумать! Чтобы Костик был со мной только ради информации! Чушь! Он любил меня! А я любила его! Пусть не в той степени, что должна была бы, но любила! И я никому не позволю осквернять его память подобными домыслами! Тем более тому, кто совершенно не в курсе ни о чём!
– Боюсь, что нет, Свет, – тихонько отозвался Максим, сбавляя шаг.
– И слушать ничего не желаю, – перебила я его и тоже остановилась. – Костик – единственное светлое пятно за всё время со встречи с твоим братом. И ты его совсем не знаешь, а значит не тебе его судить. Костик бы никогда… – запнулась. – Никогда понял?
И пусть понимает, как хочет. Не мог Костик так со мной поступить. Не верю!
– Понял, – кивнул Холодов-младший. – Но он это делал, нравится тебе или нет. Собирал для Кавказца всю информацию о тебе. Он же спалил, что брат выставил присмотр за тобой, тем самым подтвердив, что ты ему важна.
– Заткнись! Не смей! А ещё лучше убирайся! – толкнула я его от себя.
Что у них за привычка такая – постоянно рушить всё хорошее, что у меня имелось? И надо же было такое придумать!
– Костя бы никогда так не поступил. Он умер за меня. Разве так делают те, кто рядом только из надобности, а не по любви?
– Я не говорю, что он тебя не любил. Как я понял, его самого шантажировали. Точнее, его отца. Он просто спасал семью. Но и тебя любил. Потому и не отдал тебя, когда за тобой пришли.
– Неправда.
– Увы.
– Зачем ты мне это говоришь? Почему сейчас?
– Потому что в отличие от брата считаю, что ты должна знать правду. Он слишком тебя оберегает, что большая ошибка. Если бы ты знала всё изначально, то была бы в разы осторожнее. И не доверилась бы так легко тому, кто тебя всё-таки предал. Не веришь мне, спроси у Яна при встрече. У него на твоё окружение целое досье собрано, и там есть про каждого, кто с тобой контактировал, про Константина Белова в том числе.
Бред! Не верю! Максим просто придумал себе что-то в очередной раз, вот и всё. А то, что ему известна фамилия Кости… Так он вполне мог узнать её от одноклассников. Хотя не припомню, чтобы они обсуждали при нём ушедшего из жизни друга. Чёрт! Нет. Невозможно. Такого просто не могло быть. Но память услужливо напомнила слова одного из тех, кто напал на нас с Костей тем вечером, когда я полезла в карман за телефоном в надежде вызвать Северьяна.
«Очень не советую. Конечно, предпочтительней, чтобы ты была целой и невредимой, но, думаю, сломанная рука не особо помешает нашему делу».
Тогда я это всё восприняла, как намёк на будущее насилие, но что если?..
Да нет! Бред! Тогда бы он сказал что-нибудь вроде: «Нам велено доставить тебя живую, но сломанная рука – это ведь не смертельно?» А не вот это всё.
– Врёшь, – повторила, замотав головой. – Ты всё врёшь.
– Зачем мне это?
– Не знаю. Может, чтобы мне насолить, что не желаю с тобой больше общаться? Или… Не важно. Я просто тебе не верю.
– Ну, ок. Не веришь мне, давай спросим у Яна. Ему-то уж точно нет смысла тебе лгать, правда же? – съязвил парень, достал из кармана телефон и протянул мне. – На, позвони и спроси.
Не взяла. Мне почему-то стало страшно. Страшно, что всё это и впрямь могло оказаться правдой. Что всё то хорошее, что у меня было с Костей – это лишь ширма. Спектакль, призванный меня отвлечь. Что я зря убивалась по тому, кто… что? Что он сделал? Правда не любил, а просто использовал? Но тогда зачем защищал от тех ребят? Перебил их всех, чтобы только они до меня не добрались. Передумал, что ли?
Кажется, моя голова сейчас точно вспухнет и лопнет от роя мыслей, что пробудили во мне слова Максима. Громким эхом отражались в моей голове. Наравне с тихим выдохом схватившегося за грудь Максима и глухим стуком упавшего к моим ногам его тела, вокруг которого принялась растекаться лужа крови.
Какого чёрта⁈
Глава 31
Невольно отступила на шаг. И ещё один. Во все глаза глядя на алую лужу, что с каждым пройденным мгновением становилась только больше. А я смотрела на неё как заворожённая и никак не могла перестать этого делать.
– Макс, – позвала шёпотом зачем-то.
Но он, как упал, так больше и не шевелился. А я не знала, что делать. Парализовало. Я будто вернулась на три месяца назад. Но там я могла хотя бы шевелиться, а сейчас даже немного пальцами пошевелить не получалось. Только стоять и дальше смотреть, как тот, с кем я только ругалась и спорила… что с ним? Что. С. Ним. Такое? Он ведь не умер, правда? Нет, конечно. Это же Максим. Не мог он. Он просто… привторяется! Точно! Решил разыграть меня с другими одноклассниками. Дурная шутка, но да чёрт с ней. Главное, что это просто шутка.
– Максим. Максим, вставай, – голос всё же предательски дрогнул. – Максим, – позвала повторно. – Это уже не смешно. Если ты сейчас же не встанешь, я… Я не знаю, что сделаю, но обязательно придумаю что-то такое, что тебе точно не понравится. Слышишь, Максим? Вставай, говорю! Вставай!
– Не утруждайся, – вдруг раздалось за спиной, и я вытянулась как по струнке, особенно, когда почувствовала прикосновение к своей спине. – Он тебя не слышит, – добавил шёпотом знакомый незнакомый голос.
Волос коснулась чужая рука, убирая их с моего плеча. оголяя шею.
– А теперь побудь ещё немного хорошей девочкой и поспи.
И, прежде чем я успела опомниться и уклониться, в шею вонзилась игла, оставляя на ней болезненный прокол.
– Что вы…
Хотела обернуться, но стоящий за спиной мужчина, на которого я по-прежнему опасалась взглянуть, не позволил.
– Спи, – послышалось, а затем сознание и правда окутало тьмой.
Очнулась я уже в незнакомом мне месте.
Небольшая комнатка с двуспальной кроватью, на которой я пребывала, была задрапирована алым шёлком, на полу лежал цветастый ковёр, а неподалёку стоял столик с вазой с фруктами и графином с водой. Пить, к слову, хотелось, и очень. Но едва ли я могла сейчас до него добраться. Даже в положении лёжа я чувствовала себя недееспособной. В голове всё ещё плыл туман, тело плохо слушалось, а в горле стоял ком, тошнило. Но я, честно, старалась не поддаваться этому. А ещё пыталась вспомнить, как оказалась здесь. И где это – здесь.
Помнила сборы в школу на вручение аттестатов, как потом мы всей толпой ехали на причал, после чего до самого вечера катались на теплоходе. Все веселились, а я пребывала в стороне, чтобы никому не портить настроение своей мрачной физиономией. Помнила Максима. Кажется, мы поругались. Да, точно. Потом мы сошли с судна, и я поспешила ото всех сбежать подальше. Ко мне опять пристал Максим. А потом…
О, нет!
Мигом позабыла о своём плохом самочувствии, вспомнив, что предшествовало моему здесь появлению. Уселась в кровати, принявшись более детально осматривать помещение, куда угодила, по не своей воле. Хотя осматривать особо было нечего. Да и все мысли занимал Макс. Где он? Что с ним? Он же не умер, да? Ведь не мог он в самом деле?.. Хотя я чётко помню, как много крови было вокруг него. И слова моего похитителя о том, что он меня не слышит.
Нет-нет-нет! Этого не может быть! Не может! Не верю! Не хочу! Кто угодно, только не Максим. Он же… А я… А он…
Запустила руки в волосы, оттягивая их до боли, чтобы хоть как-то себя сдержать от намечающейся истерики. Как погрузила пальцы в пряди, так и замерла, глядя на свою грудь…
Какого?.. Я голая!
Голая!
Мамочка моя, почему я в таком виде? Что произошло?
Прикрывающее ноги одеяло сползло ниже, и я затаила дыхание… но на первый взгляд и ощущения ничего страшного не случилось. Пока что…
Хотя о чём это я? Случилось! С Максимом! И почему мне не шлось гулять со всеми? Будь я в толпе он бы не пострадал. Никто бы не пострадал. А теперь… Что с ним теперь будет? Хорошо, если нашли. А если нет? Когда народ опомнится? Да и кому помнить? Всем друг до друга дела нет. Разбились на компании, а на остальных побоку.
Господи, ну пусть с ним всё будет хорошо. Прошу тебя.
Никогда не была особо верующей, но сейчас готова была молиться всем известным и неизвестным богам, чтобы с другом всё было хорошо. И уже даже не важно, что будет со мной. Только бы он остался жив.
Внутреннюю истерику прервал звук открывающегося затвора. Я тут же напряглась, подтянула одеяло к себе ближе и укуталась в него до самого подбородка, готовая ко всему, кроме того, что увидела.
– Ты… – только и смогла выдавить из себя, глядя на… Андрея.
Какого чёрта происходит? Почему он здесь?
Обязательно бы спросила, но следом за моим как бы другом в помещение вошёл тот, кого все звали Кавказцем, и я вынужденно прикусила язык.
– Очнулась, – постановил, проходя вглубь комнаты, останавливаясь в изножье кровати. – Хорошо, – вновь принялся меня изучать, пока я куталась в одеяло, пряча от него свою наготу. – Так понимаю, ты ещё не ела? – бросил взгляд на нетронутые фрукты.
Он же шутит? Какая еда в текущей обстановке? Сейчас мне и вода поперёк горла встала бы.
– Кто вы? Где я? Зачем? – забросала я его встречными вопросами.
Хотела ещё спросить про Макса, но побоялась услышать ответ. А так есть надежда, что тот жив, пусть и не совсем здоров.
– Кто я – не так уж важно. Где ты? В моём клубе. Зачем? Отрабатывать моё гостеприимство, естественно.
Естественно…
– Спасибо, я бы лучше вернулась к себе домой. Тем более, я сюда не напрашивалась и посещать ваш клуб не собиралась.
Мужчина неприятно усмехнулся.
– Я бы удивился, если бы собиралась. Впрочем, уже вечером ты будешь говорить совсем иное. А там и вовсе умолять тебя здесь оставить.
Его слова мне не понравились от слова совсем. Удерживающие одеяло руки дрогнули.
– Что вы намерены со мной сделать?
– А это зависит от того, насколько честна ты будешь в своих ответах на мои вопросы. Точнее, на один из них.
Нервно сглотнула. Вот чуяла, что ничего хорошего не услышу, но согласно кивнула. А мужчине большего и не нужно было.
– Ты девственна?
И опять вперил в меня свои тёмные глаза. А я…
– А вам зачем это знать?
У самой в голове десяток догадок родилось, одна хуже другой.
– За девственницу дают больше, – пожал он безразлично плечами.
– В к-каком с-смысле?.. – пробормотала испуганно, переводя взгляд с Кавказца на Андрея и обратно.
Это ведь не правда, да? Я просто не так всё поняла, да? Не может же это в самом деле происходить? Но оба с виду вполне серьёзны. У Андрея вовсе какой-то пустой и безразличный взгляд. И не скажешь, что ещё недавно он являлся моим другом. А вот у старшего из присутствующих наоборот – он с каким-то маниакальным блеском в глазах следил за моей реакцией.
Зажмурилась на всякий случай. Глядишь, проснусь и всё окажется страшным сном.
Не оказалось…
Только хуже всё стало.
Один знак со стороны моего похитителя, и в комнату с чемоданчиком в руках вошёл приземистый некрасивый старичок восточной внешности. Он прошёл к моей постели, положил на край свою ношу, поправил квадратные очки на переносице с горбинкой и застыл в ожидании, подозреваю, приказа.
– Это Заир, он врач. Он осмотрит тебя.
Осмо… что?
– На предмет твоей девственности, – пояснил следом мужчина.
– Я девственница! – выпалила тут же с некоторой истошностью в голосе. – Не надо меня никак проверять!
Как представила, что старик будет смотреть на меня, а возможно и совать всякие штуковины, не дай бог пальцы, чтобы удостовериться в обозначенном… опять затошнило.
– Неужели? – усмехнулся Кавказец. – И неужто Холод даже ни разу не пытался тебя соблазнить?
Чуть не рассмеялась. Так и хотелось ляпнуть, что, кто кого ещё соблазнить пытался, но смолчала. Мне вообще всё это стало напоминать сюрреалистичный сон. Ну, бред же! Кто в наше время ворует девушек, чтобы сплавить их в бордель, да ещё с продажей девственности? Мне казалось, хватает и тех, кто по собственной воле идёт заниматься подобным. Да и зачем вообще оно надо, если и без того каждая вторая с удовольствием проводит выходные с первым встречным ради простого развлечения? И платить не надо.
– Я не настолько важна Холоду, как вы себе придумали, – усмехнулась с горечью на деле. – Просто так сложились обстоятельства. Я… я с его… братом… встречалась… – закончила совсем тихо, опустив голову вниз.
Соврала, да, а что ещё мне оставалось? Хотя стоило упомянуть Макса, как снова вспомнилось его с виду безжизненное тело в луже крови. Аж затрясло. Почувствовала, как на ресницах собираются слёзы, вот-вот прольются на щёки.
Воцарилась тишина, которую нарушил мой всхлип. Один, второй, третий, а затем я банально разревелась навзрыд. От ужаса, страха и понимания, что это всё моя вина. Прав был Северьян, называя меня бестолочью. Я она и есть. Ведь могла же выслушать Максима, поговорить с ним нормально, прямо объяснить всё, а я просто психовала, как идиотка, пытаясь прогнать от себя. А он только больше переживал за меня и тянулся, и пошёл за мной тоже поэтому. Не пошёл бы, остался жив.
Щеки коснулись чужие пальцы, и я вздрогнула, резко вернувшись в настоящее, где мой похититель теперь сидел рядом и с ласковой улыбкой стирал с моего лица слёзы. Замерла, глядя на него во все глаза, чувствуя себя кроликом перед удавом.
– Прости за парнишу. Но он сопутствующий ущерб. Я не мог его оставить в живых, иначе бы он тут же поднял тревогу.
– Вы могли просто его усыпить так же, как и меня.
– Не мог. Парень хорошо натренирован на ближний бой. А это опять бы привлекло внимание других. К тому же… – снова улыбнулся чересчур мягко, чем напряг. – Ты мне соврала, девочка, – прошептал мне в губы, подавшись вперёд.
Я только и смогла что вздохнуть, но не выдохнуть, в ужасе ожидая продолжения.
– Ты не встречалась с младшим Холодовым. А вот со старшим…
Не договорил, сместил пальцы с моей щеки ниже, на горло, обхватив его всей ладонью. Пока ещё в предупреждении, не сильно, но я уверена, что дальше он таким милым уже не будет. Стало совсем жутко.
– Ничего не было, – прошептала ответно. – Я вам клянусь. Для него я просто назойливая школьница, приносящая одни лишь неприятности. Он никогда не видел во мне девушку.
Скорее младшую сестру, о чём не раз упоминал, а я не желала принимать.
– Да, Холод хорошо умеет прятать эмоции, подменяя их другими. Но запомни хорошенечко, ни один мужчина не станет срываться с места, бросать все дела, нарушать закон ради той, на кого ему плевать. А ради тебя… О, сколько он сделал ради тебя… Сколькими людьми пожертвовал, чтобы сберечь тебя от меня… Даже своего брата не погнушался подставить…
И всё это он говорил, почти целуя меня. Его дыхание обжигало мои губы, нечаянные прикосновения заставляли трястись от страха, что он может зайти дальше. Из-за чего я даже не сразу осознала всё сказанное. А когда вникла…
– Пожертвовал? – переспросила, саму себя не слыша, пытаясь переварить только что узнанное.
– Ты же не думала, что за тобой присматривал один лишь Холодов-младший сегодня?
Сердце стукнуло и осыпалось пеплом, стоило только понять, о чём речь. То есть Макс не единственный, кто сегодня пострадал?
– Нет, – помотала головой, не в силах уложить такую правду. – Нет. Вы ведь врёте, да?
– Увы. Впрочем, не веришь мне, мы всегда можем спросить у того, кто это всё совершил, – отстранился он, обернувшись в сторону Андрея.
Тот, наконец, сбросил с себя маску безразличия и пожал плечами, ядовито усмехнувшись.
– Это было не сложно. Они не ждали.
– Но… ты… зачем? Почему?
В голове не укладывалось, что Северьян доверял ему, а он… предатель, как оказалось. Поэтому он так резко пропал?
– Отец Северьяна многим насолил, – ответил зло Андрей. – И если ты думаешь, что Холод лучше, то ошибаешься. Вся их семейка только и может, что причинять боль другим. Для них мы все просто пешки. Но даже у самого сильного всегда найдётся слабость.
– Верно, – подхватил мой похититель. – И в нашем случае – это ты.
– И что дальше?
– Как я уже сказал, ты будешь выставлена на торги. Точнее не ты, а твоя девственность. Этой ночью. Но сперва надо убедиться в её наличии.
