Текст книги "Жертвоприношение. Альтернативный финал (СИ)"

Автор книги: Анастасия Калько

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

– Где деньги? – с расстановкой спросил Трейверс, крепко стиснув узкое плечо девушки, обтянутое тонким свитером. – Говори живо! Не корчи из себя мумию.

Хел с трудом приходил в себя после удара по затылку. Веревки больно впивались в тело. Лежа на полу и чувствуя, что с другой стороны к стулу привязали Гейба, спасатель кое-как открыл глаза и увидел, как Трейверс трясет за плечо Кристель.

– Придуриваешься? – Ричард схватил девушку за подбородок. – Делаешь вид, что говорить не можешь? Куда ты дела наши деньги?

– Убери руки, – негромко ответила Кристель, пытаясь высвободиться. Увидев, что Трейверс не спешит ее отпускать, она повторила уже громче:

– Я сказала, убери свои вонючие руки, ублюдок.

– Что?!! – побагровев от злости, детектив вскочил и размахнулся для пощечины. Кристель уклонилась, и удар пришелся по спинке кушетки.

– Если ударишь, ни слова не услышишь, – предупредила девушка, сжавшись в углу кушетки и исподлобья наблюдая за каждым движением Трейверса.

– Небось услышим, – Ричард поймал ее забинтованную ногу и слегка сдавил щиколотку, стянутую эластичным бинтом. – И не таких ломали.

– Хоть на куски режь, слова не скажу, если не уберешь от меня руки, – спокойно ответила летчица, и по ее голосу бандиты поняли, что она говорит серьезно. Такая девчонка действительно способна без стона вытерпеть пытки.

Трейверс посмотрел на нее, выругался и отошел на шаг:

– Ладно, убрал. А теперь скажи, где наши деньги?

– В ущелье у "Башни", – девушка попыталась устроиться поудобнее, чтобы прикованная рука не затекала. – Они тебе нужны? Иди, забирай.

Трейверс приоткрыл рот, отказываясь верить в услышанное. Но Кристель говорила совершенно равнодушно, глядя прямо ему в лицо. Профессиональная интуиция подсказала детективу, что Кристель не лжет. Но тогда она совершенно полоумная. Только псих сбросит в пропасть такие деньги. Псих вроде этих двух спасателей.

Желая проверить слова девушки, Ричард направил "беретту" на связанных Такера и Уокера:

– А теперь что ты скажешь?

– То же самое, – Кристель села, привалившись боком к батарее и свободной рукой потерла ушибленный лоб. Под пальцами обнаружилась небольшая, но глубокая ссадина. – Я сбросила чемодан с обрыва, так и скажите Эрику. И можете делать со мной что хотите, мне плевать. Больнее, чем он, вы мне уже сделать не сможете. Пошли вы...

Телмар ошеломленно посмотрел на нее. Эта безоружная, прикованная к батарее женщина с забинтованной ногой и разбитым лбом действительно не боялась. И ясно было: что ни делай с ней, она даже не вскрикнет. Но неужели она действительно сбросила деньги в ущелье? Тогда она просто сумасшедшая. А может все же темнит. Ладно, пусть шеф прилетает и сам со своей бабой разбирается. Он ее лучше знает.

Ожидая ответа, Телмар покосился на Кристель. Она так и сидела, почти не шевелясь. Лицо застыло, глаза остановились.

– Мы нашли их, – сообщил боевик, услышав голос главаря и сообщил координаты. – Всех троих.

– А груз? – коротко спросил Куолен.

– Э... Тут дело по вашей части, – замялся Телмар. – Она говорит, груз упал в пропасть.

Куолен не был уверен, что их частота безопасна, и велел при переговорах избегать имен или упоминания о деньгах. В эфире наступила тишина, нарушаемая только потрескиванием помех. Телмар уже думал, что связь оборвалась, когда шеф снова заговорил таким тоном, будто поперхнулся:

– Не понимаю?

– Вам лучше самому разобраться, это по вашей части.

– Скоро буду, ждите.

– Сейчас он с тобой разберется, шлюшка, – буркнул Трейверс, карауливший спасателей.

– Это он умеет, – свободной рукой Кристель отыскала в кармане брюк сигареты и прикурила. – Интересно, что он еще может со мной сделать кроме того, что уже сделал...

– А ты думала, он тебя любит? – Телмар рывком поднял жалюзи на окне, чтобы следить за подходами к домику и устроился напротив с автоматом наготове. – Пылинки сдувать будет? Ты у него не первая, Крис, и не последняя. Использует по полной и все, свободна. Тебе бы, дуре, ноги уносить и радоваться, что жива, а ты мстить надумала. Этот орешек тебе не по зубам, девочка.

Террористка молчала. Непонятно было, как на нее действуют слова Телмара. Но Хел чувствовал, как девушка ежится от боли, каждое слово Телмара было для нее как удар хлыста. И хотя Кристель внешне была невозмутима, внутри она корчилась от боли.

– Заткнись! – не выдержал Хел. – Оставь ее в покое!

Бандит ухмыльнулся:

– Как трогательно. Интересно, что скажет Куолен, узнав, как ты заступаешься за его женщину.

– Вы оба куски дерьма вместе с вашим шефом, – ответил Гейб. Трейверс ударил его ребром ладони по губам.

– Хватит! – привстала Кристель. – Противно смотреть, как вы куражитесь!

– Отвернись, если не нравится! – огрызнулся Трейверс. – Нежная какая! На самой, что ли, меньше навешано?

– Меньше, – парировала девушка, – пленных никогда не избивала, – она замолчала, потирая лоб и осторожно пытаясь сменить позу, чтобы отдохнули затекшие от неподвижности ноги. Забинтованная щиколотка ныла все так же мучительно.

– А пошла ты, – скривился Трейверс и отвернулся.

*

Куолен выбросил недокуренную сигарету и вскочил в кабину. Или Телмар что-то путает, или Кристель с ума сошла. Как-то он не думал, что есть на свете человек, кроме полоумного Уокера, способный сбросить в пропасть такие деньги. "А я мог бы понять, что женщины, такие, как Кристель, любят один раз в жизни, но всем сердцем. Зато предательства не прощают и мстят беспощадно, не убогой бабской местью в духе "Клуба первых жен", а по-настоящему, чтобы уничтожить предателя, стереть его в порошок. Зря я так обошелся с Кристель!".

Куолен не понимал, что с ним происходит. Некоторое время назад он приметил классную летчицу, которая, несмотря на молодость, налетала уже очень много миль и считалась прирожденным пилотом. Эрик решил, что эта девочка подойдет ему для работы. Кристель, тонкая блондинка с огромными зелеными глазами, оказалась настоящим сокровищем – исполнительная, спокойная, отважная, и понравилась ему и как женщина, хоть и почти не улыбалась, говорила сухим резким голосом, стягивала волосы в пучок, ее лица не касалась косметика. Всем нарядам в свободное время она предпочитала свитер и джинсы, не любила вечеринки и бары. Никогда Кристель не делала попыток пофлиртовать, а парней, проявляющих к ней симпатию, игнорировала.

Когда Куолен выбирал подходящий "крючок" для своего нового пилота, он решил попробовать любовь. Это был один из лучших способов "привязать" к себе женщину. И преуспел: он смог пробить броню, в которой замкнулась девушка, заставить ее смеяться, краснеть, проявлять живые эмоции. И понял, что под маской суровой и скупой на эмоции летчицы скрывается страстная и нежная женщина.

Куолен понял, что идеалом Кристель является мужчина "отцовского" типа; в детстве она редко видела своего отца. Капитан Пинкстон проводил на своем эсминце 10 месяцев в году, и дети почти не видели его. С детства Кристель знала, что ее отец – офицер, и долг перед Родиной для него превыше всего. Он любит детей, но служба требует его постоянного присутствия.

Куолен постарался воплотить для Кристель идеальный образ "мужчины-отца", используя их 20-летнюю разницу в возрасте. внимательный, ласковый и в то же время сильный, уверенный в себе, готовый прийти на помощь, подставить плечо, и Кристель поверила ему.

Такой любви и нежности Куолен до сих пор не встречал ни у одной из своих прежних любовниц. Кристель полюбила его всем своим существом, смотрела сияющими глазами и готова была пойти на все ради него. С ней Эрику было спокойно и хорошо. В девушке он видел родственную душу – тоже сильный характер, энергичность, целеустремленность и крепкие нервы. Кристель оказалась еще умна и верна. Эрик ей доверял. Они понимали друг друга. Куолен не заметил, как сам начал с нежностью и гордостью поглядывать на девушку. А заметив, испугался непрошенной привязанности. В его работе эмоциональные связи могли сыграть злую шутку. Но он упустил момент, когда Кристель стала для него не просто пилотом и любовницей. Крючок, на который Куолен поймал ее, оказался о двух концах и с его стороны вошел так же прочно.

Он попытался понять, сможет ли пожертвовать этой женщиной, если вопрос встанет ребром – он или она; сможет ли улететь без нее, чтобы спасти последнюю часть денег. Смог и поначалу даже не особо переживал по этому поводу. Но его всегдашнее спокойствие было поколеблено. Что-то мешало ему, как камешек в ботинке. Проанализировав свои чувства, Куолен понял, что ему стыдно за то, как он обошелся с Кристель. И он обрадовался, услышав, что парни нашли ее. Вот только что она сделала с деньгами? Не швырнула же в самом деле с обрыва? Ничего, он вытащит из нее правду. У него есть еще один козырь в рукаве...

*

Вертолет с шумом приземлился у домика.

– Прилетел, – Телмар посмотрел на Кристель. Девушка даже не пошевелилась. Но по ее напрягшимся плечам было видно, какую бурю чувств вызвал у нее приезд Куолена. Хел сочувственно посмотрел на нее. Мало, что ли, ей уже досталось?

Трейверс выразительно поднял "беретту" и прошелся за спинами спасателей. Он обдумывал одну свежую идею. А что если дождаться, пока девка расколется, куда на самом деле прибрала чемодан, и перестрелять всю эту ораву? И Куолена с его крысиными глазками, и болвана Телмара, и скотину Уокера? Такер отведет его к деньгам и отправится следом, а девчонка поднимет вертолет. Трейверс оценивающе смерил взглядом Кристель. Можно будет оставить ее в живых. Тогда впридачу к деньгам он получит классную бабенку.

*

За дверью захрустел снег под "берцами" Куолена. Скрипнуло крыльцо. Уверенной походкой вошел Куолен и с ним в домик ворвались клубы морозного воздуха. На ходу он отряхивал дубленку от снега.

– Опять повалило, – сообщил главарь, приветливо улыбаясь с порога. – Ну и погодка.

– Куолен, твоя баба говорит, что выбросила деньги в пропасть! – у Трейверса даже усы встопорщились от плохо сдерживаемой ярости. – Жаль, ты велел ее не трогать, а то я бы из нее вытряс, куда она их припрятала на самом деле!

– Спокойно, Трейверс, – властно пресек его Куолен. – Позволь мне самому поговорить с Кристель.

Он сбил снег с ботинок, не спеша расстегнул куртку, размотал плотный шарф и только тогда прошел в глубь домика.

– Это уже лишнее, – поморщился Эрик, увидев, что Кристель пристегнута к батарее наручниками.

– Твои крутые ребята боятся меня, – усмехнулась девушка, глядя мимо него.

– Она чуть меня не угрохала, – вмешался Телмар. – Хорошо еще, до "пушки" не добралась, а то точно уложила бы.

Куолен кивнул: понял, свободны! Телмар вернулся к окну на свой пост, а Трейверс занял такую позицию, чтобы держать под присмотром Хела и Гейба и дверь домика. Не стоит терять контроль над ситуацией.

Главарь немного постоял посреди комнаты, склонив голову набок и меряя взглядом невозмутимую Кристель. От цепкого взгляда Куолена не ускользнули проступающая под носком плотная повязка и ссадина на лбу девушки.

– Они били тебя? – спросил он. От этих интонаций Кристель вздрогнула, растерялась и машинально ответила:

– Нет, я подвернула ногу в горах.

– Подвернула ногу? – Куолен все той же неспешной походкой приблизился к кровати и сел на край. Кристель сжалась, подтянув колени к груди, и отодвинулась, насколько позволили наручники. – Тебе неприятно мое присутствие? – он положил руку на плечо девушки.

– Ты пользуешься тем, что я даже встать не могу, – Кристель попыталась уклониться от его прикосновения, по-прежнему избегая смотреть на Куолена. – А ты думал, Эрик, я обрадуюсь тебе после вчерашнего?

– Ты мне хорошо отплатила, – Куолен другой рукой перехватил девушку за талию, подвигая к себе. – Мы квиты, я в тебе не ошибался. Посмотри на меня, Кристель, – он понизил голос, и в мягких обволакивающих интонациях прозвучали непреклонные нотки, которых никто не смел ослушаться.

Кристель замерла, еще ниже склонив голову. Ее плечи и талия под руками Куолена словно окаменели.

– Подними голову, – еще тише повторил Куолен, наклоняясь к девушке и почти прикасаясь губами к ее волосам.

Кристель искусала себе все губы, сопротивляясь магии голоса Эрика, его прикосновениям, дыханию, щекочущему шею. Помимо ее воли, к щекам прилила кровь, сердце учащенно забилось, а тело, словно восковое, стало мягким и податливым и потянулось навстречу.

Хел морщился от боли, когда веревки впивались в напряженное тело. Как он хотел вырваться, чтобы сдавить обеими руками толстую шею Куолена! Опять этот ублюдок мучает Кристель, проверяя свою власть над ней и снова старается опутать девчонку.

Эрик нехотя убрал руку с плеч Кристель и повторил:

– Что же ты, малыш? Подними голову.

Он нежно коснулся ее щеки и заставил повернуться к нему. Кристель зажмурилась и сжала губы; на ее щеках блестели влажные дорожки. Эрик провел рукой по лицу девушки, стирая слезы, прижался губами к ссадине на ее лбу:

– Ты плачешь? Бедная девочка. Ну, ты и натерпелась.

– Ты сам ее чуть не убил, твою мать! – Хел рванулся так, что даже приподнялся с пола, потянув за собой Гейба.

– Попрошу посторонних не вмешиваться в наш личный разговор, – не повышая голоса попросил Куолен и отмахнулся от спасателя, как от мухи. Трейверс тут же пнул Хела под ребра:

– Если еще раз разинешь пасть...

– Пусть прекратит избивать их, – поморщилась Кристель. – Он меня уже достал.

– Трогательно, – Куолен обнял ее за талию. – Теперь ты жалеешь их – мистера Уокера, который угробил, как минимум, двоих наших людей, и мистера Такера, едва не заморозившего нас на обходных тропах.

– Они защищались, – с жаром возразила Кристель, – мы на их месте тоже боролись бы и старались бежать. Но когда ты... когда я осталась на мысе, Такер мог меня добить, а мог сдать федералам, но он предложил мне помощь, после всего, что мы с ним сделали. И мне неприятно, когда его бьют, как собаку! – девушка почти кричала, и Куолен посмотрел на нее удивленно; это было что-то новое, Кристель заступается за заложника. "У нашей Снежной королевы проснулись чувства к кому-то кроме меня? Даже любопытно, что еще таится в глубине ее души!" – подумал он.

– Трейверс, хватит, – вслух сказал главарь. – И заткнись, не ори на все горы.

Зная, что Куолен дважды не просит, Трейверс только обозленно плюнул, но ничего не сказал.

– Тихо сидеть! – велел он пленникам.

Кристель снова отвернулась к стене. Куолен еще раз провел ладонью по ее узкой спине. Потом его рука словно невзначай скользнула под узкий свитер девушки. Ощущение девичьей кожи опьянило Эрика, и ему понадобилось колоссальное усилие воли, чтобы не стиснуть Кристель в объятиях...

Прикосновение Эрика буквально обожгло Кристель. В ушах тонко зазвенело, перед глазами все поплыло, а тело и разум стали податливыми как воск...

Девушка подняла голову, чтобы попросить Эрика отпустить ее, и это было ошибкой. Встретившись взглядом с теплыми глазами Куолена, смотревшими на нее так внимательно и ласково, Кристель забыла обо всем, что хотела сказать ему, и потянулась навстречу его губам.

Уже обе руки Эрика гладили ее тело; Кристель обнимала его свободной рукой, и не было сил противиться его ласкам, его поцелуям...

– Где чемодан, малыш? – прошептал Куолен, целуя щеку и висок Кристель и добравшись до тугой застежки ее лифчика под свитером...

– В ущелье, – прошептала Кристель, окончательно теряя волю к сопротивлению. – Это правда...

Рука мужчины, ласкавшая ее обнаженную грудь, замерла. Куолен изумленно сдвинул брови:

– А я не мог поверить. Но почему, Кристель? Понял, – он указал взглядом на спасателей, – тебя принудили?

– Нет, я сама, – Кристель медленно возвращалась с небес на землю. Она отстранилась от главаря.

– Почему? – недоуменно повторил Куолен. Впервые за годы совместной работы Телмар слышал у шефа такие интонации.

– А ты не понимаешь? – устало спросила Кристель. – Мне не нужны были эти деньги. Я пошла на этот рейд ради тебя. Ты обещал, что потом мы будем вместе. А если на самом деле ты этого не хотел, зачем мне тогда эти бумажки... – ее голос дрогнул. – Все. Делай со мной что хочешь. Больнее, чем ты уже сделал, ты уже сделать не сможешь.

Куолен пару секунд сидел молча, огорошенный горькими словами девушки. Такой он видел свою верную помощницу впервые – поникшей, с погасшими глазами и совершенно безжизненным голосом. "И это я виноват", – понимал он. И почувствовал, что противен сам себе. Да, он виноват перед девчонкой. И чтобы хоть частично это загладить, он разрешит Кристель уйти, вот только сначала...

Он достал ключ от наручников и отомкнул брастел, охватывающий руку Кристель. Она удивленно посмотрела на него и помассировала запястье. "Какая у нее нежная кожа, наверное, останется синяк", – подумал Куолен, удержавшись от желания погладить Кристель по руке.

– Трейверс, отпусти Такера, – сказал он. – Пусть Кристель покажет ему, где выбросила деньги, а он спустится и принесет чемодан.

– Думаешь, я вспомню, где это было? – спросила Кристель, поднимаясь.

– Думаю, что да, – ответил Куолен. – Возьмите снаряжение и достаньте мне мои деньги. И ты будешь свободна.

– Как она туда доберется? – возмутился Хел, разминая затекшие от неудобной позы мышцы. – Она еле ходит!

– Смогу добраться, – Кристель рылась в шкафу с оборудованием. – Эрик назвал цену моей свободы, и я хочу выполнить его условие.

Куолен смотрел на нее и молчал, не выказывая никаких эмоций.

– Но потом, Эрик, ты оставишь меня в покое и отпустишь Уокера и Такера, – продолжала Кристель.

– А Джесси? – негромко спросил Эрик.

– Что? – Гейб повернулся к нему, и веревки больно впились в тело. "Он блефует? Я же отправил Джесс на базу, чтобы она запросила помощь...".

– Барышня обозналась, – пояснил Куолен, – увидев вертолет, она приняла меня за Френка, – он так непринужденно назвал имя убитого пилота "рейнджера", как будто знал Френка всю жизнь. – Сейчас она сидит в вертолете, прикованная к раме. Пока с ней все в порядке, но это временно.

– Ты врешь, – пробормотал Гейб, снова обругав себя идиотом, получается, что он послал подругу в лапы к бандиту.

– А откуда я тогда знаю ее имя? – ухмыльнулся главарь. – Так что насчет Джесс, Кристель? – спросил он у девушки. – На нее твоя гуманность не распространяется?

Кристель переглянулась со спасателями. Мольба и тревога читались на лице Гейба. Хел решительно взял у нее рюкзак со снаряжением и молча закинул на спину.

– Твоя взяла, Эрик, – сказала Кристель. – Я это сделаю.

– У тебя два часа, – Куолен выразительно качнул пистолетом.

– Если убьешь хоть кого-нибудь, денег не увидишь, – предупредила Кристель.

– Ваше время пошло. Рация у тебя? Радируйте мне, когда найдете деньги. Трейверс, приведи сюда Джесси. Невежливо заставлять даму ждать на холоде два часа, – Куолен потер небритую щеку и устало прикрыл глаза. "Ну и работенка... Но дело того стоит!". – Мистер Такер, помните, что ваше промедление может стать фатальным для ваших друзей.

– Мы уже поняли, – Хел первым шагнул к двери. На выходе они разминулись с Трейверсом, который толкал перед собой испуганную Джесси. Руки девушки были скованы наручниками за спиной.

– Джес, не бойся, все будет хорошо, – на прощание сказал ей Хел.

– Эрик, я уничтожу деньги, если ты убьешь Уокера или Джесси, – предупредила Кристель. – Я не шучу.

– За кого ты меня принимаешь? – обиделся Куолен, пока Трейверс привязывал Джесси к стулу. – Я человек слова и, если пообещал...

– Как нога? – спросил Хел у Кристель, когда они шли через лес.

– Нормально.

– Поможешь мне со страховкой?

– О-кей.

*

– Устала? – спросил Хел, когда они вышли на утес. Девушка прихрамывала и чертыхалась шепотом.

– Нет, злюсь на себя, – Кристель осмотрелась и сразу узнала уступ, с которого накануне сбросила чемодан; как у любого пилота, у девушки была хорошая зрительная память. – Ты видел, как я "поплыла", когда Эрик меня приласкал? – ее передернуло от отвращения. – Думала, что ненавижу его, убью при встрече, а сама... Вот здесь. Чемодан должен лежать где-то ярдах в двухстах, на выступе, – Кристель поднесла к глазам бинокль, и сразу нашла черный бок сейфа внизу. Его слегка припорошило снегом, но контуры армированного ящика проступали из-под белого покрывала.

– Зачем он это делает? – продолжала девушка, помогая Хелу надеть снаряжение и закрепить страховочный трос. – Вчера он ясно дал мне понять, что я для него ничто по сравнению с деньгами, а сегодня снова изображает из себя саму нежность. Ведь я почти поверила сейчас в его раскаяние.

– Он проверяет свою власть над людьми, – Хел проверил страховку и понадежнее укрепил вбитые в скалу костыли. – Ты сильно обеспокоила его, когда вышла из-под контроля, заставила его усомниться в том, что он любого человека может в марионетку превратить. Вот он и решил проверить, сохранил ли он влияние на тебя.

– Сохранил, – Кристель помогла ему затянуть все ремни. – А я и не думала, что я такая бесхребетная. Ничего, через два часа все закончится. Надеюсь, он сдержит свое обещание.

– А по-моему, ты уже освобождаешься от его власти, – Хел начал спуск. – Только держись и не поддавайся на его уловки.

– Удачи тебе, – Кристель осталась страховать его на утесе. – Ни пуха!

Спуск был трудным. Для профессиональных скалолазов он не составлял труда. Хел знал здесь каждый выступ, каждую выемку, но все равно несколько раз ему пришлось обеспокоиться.

спускаясь, он несколько раз поднимал голову, стараясь различить силуэт Кристель на вершине. Он пару раз делал остановки для небольшого отдыха и махал девушке рукой.

Вскоре он уже был возле чемодана. Оглянулся, быстро нашел квадратный выступ под снегом, обмел его. Чемодан совершенно не пострадал после повторного падения, на армированной стали даже вмятин не осталось.

Зная, что Кристель смотрит на него в бинокль, Хел поднял большой палец и стал крепить чемодан к тросу. Закончив, он взялся за рацию:

– Поднимай! Будет немного потяжелее.

– А ты и так не пушинка, – ответила Кристель.

Они беседовали на безопасной частоте, на которой работала рация девушки, но все равно старались избегать конкретики в разговоре.

Вот как? – Хел изобразил обиду. – Тогда в следующий раз я не полезу доставать твою косметичку.

– Тогда купишь новую, – весело подыграла ему Кристель.

– Вечно женщины садятся мне на шею, – спасатель начал подъем. Он был рад, что сейчас ему помогает Кристель потому, что с 50-фунтовым сейфом подъем был гораздо сложнее.

*

Метрах в 20 от вершины Хел, нащупывая ногой опору, промахнулся. Ботинок скользнул по обледеневшему камню, спасатель потерял равновесие и ударился всем телом о скалу так, что в глазах потемнело. Раздробленное еще во Вьетнаме колено тут же отозвалось острой болью, от которой он почти потерял сознание. Он висел на тросе в километре над землей, вокруг яростно завывал ветер, как голодный зверь, почуявший добычу, и бешеные порывы налетали то слева, то справа, бросая его из стороны в сторону, лишая последней способности двигаться.

– Что случилось? – Кристель подняла бинокль. И пошатнулась от очередного порыва ветра. Словно испугавшись, что у него отнимут добычу, ветер обрушился теперь на девушку, хлестнув ее по лицу горстью снега. – Черт... Ну и ураган!

– Отойди от края! – заорал Хел, перекрыв даже утробное завывание ветра. – Радируй, пусть Куолен высылает кого-то из своих горилл, если хочет получить свои деньги! Не пытайся втянуть меня сама, не справишься!

Очередной порыв швырнул Кристель на бок. Попытавшись встать, девушка едва не задохнулась от ударившего в лицо воздушного потока и снова упала, теперь уже на спину. Еще раз выругавшись, она перевернулась на живот и достала рацию. Такер прав, если Эрик так хочет получить свое сокровище, пусть поднимет задницу и хоть что-то сделает.

– У тебя хорошие новости? – спросил Куолен.

– Будут плохие, если не поможешь, – Кристель пыталась перекричать завывание бури. – Я не могу поднять голову от ветра и уж тем более самостоятельно втащить триста фунтов на вершину! Если тебя время поджимает, придумай что-нибудь!

– Спокойнее, – перебил ее Куолен. – Я пришлю Телмара. Минут пятнадцать продержитесь?

– Думаю, да.

– Ну, твою мать, погодка! – с такими словами к Кристель через четверть часа приблизился Телмар. – Ветер этот сраный, как с цепи сорвался. Эй, Крис, ты там жива или тебя уже по камням размазало?

– Не смешно, – привстала Кристель. – Такер застрял на подъеме, ярдах в двадцати, надо вытащить его!

*

– Вот так, Трейверс, – посмотрел в окно Куолен. – Если этот ураган надолго, мы тут застряли. Сейчас только псих сядет за штурвал...

– Одно хорошо, чертовы федералы тоже не летают! – Трейверс мрачно курил, пуская дым в окно. – И искать нас сегодня не будут. Куолен, можно тебя спросить: почему ты так нянчишься с этой соплячкой? Только потому, что она классный пилот? Девка уже задала нам перцу, а ты готов был ей сопли вытирать.

– Это любовь, Трейверс, – Куолен с хрустом потянулся и тяжелыми шагами прошелся по комнате. – Верно, Джесси? – спросил он у заложницы.

Джесси промолчала; дискутировать с этим бандитом, тем более о любви, ей не хотелось.

– Кого ты имеешь в виду? – Трейверс щелкнул окурок за форточку, – ее или себя?

Куолен вместо ответа стал что-то насвистывать, мол, понимай как знаешь, и устроился у окна.

– Уокер, у твоих приятелей серьезные проблемы, – сказал он, – ураган застал их на утесе. Надеюсь, они сумеют вовремя вернуться. Иначе Кристель рассердится, если я слегка подправлю вам форму лба, – Эрик достал "пустынного орла". – А она в гневе бывает опасна.

Гейб промолчал. Оскорблять Куолена уже надоело, а умолять о пощаде... Не дождется!

Они со страхом слушали вой ветра. снаружи что-то гудело, брякало, дом подрагивал, стекла дребезжали. Как там Хел и Кристель? Если такое творится здесь, у подножия скалы, то на открытом месте, наверное, ад кромешный. Гейб про себя уже изругал непогоду. "Их же того и гляди сдует в ущелье! Не мог ураган на полчаса позже сорваться!".

Джесси спиной чувствовала тревогу, охватывающую Габриэля и сейчас боялась не только за них двоих, но и за Хела и ту светловолосую девушку. Хоть бы все обошлось. Хел снова приволакивает больную ногу, и девушка выглядела такой измученной.

– Тоже мне, любовь, – снова заговорил о том же Трейверс. – Ты ею от пушки прикрывался.

– Это я себя проверял, – признался главарь, – смогу ли ею пожертвовать.

– Я видел, как ты еще и свою пушку ей к спине приставлял, – заметил Ричард, – и убеждал ее пожертвовать собой.

– А ты брал ее на мушку, – напомнил Куолен. – Так, надеюсь, что Телмар уже нашел их...

Они замолчали. Трейверс караулил заложников. Главарь ждал у окна.

Вдвоем Телмар и Кристель втащили наверх Хела с чемоданом. Перекатившись через край, спасатель распластался на снегу. Видя, что жертва ускользнула, ураган завыл с удвоенной яростью, буквально впечатывая людей в снег.

– И что нам, до самого дома на пузе ползти? – Телмар выплюнул горсть снега. – Тьфу, бьет в лицо, как в том самолете, хоть респиратор надевай!

– Можешь и ползти, – Хел отцепил страховку и подтолкнул чемодан к бандиту. – Когда войдем в лес, будет потише.

– Ага, сначала войдем, – прокомментировала Кристель, – ты мне льстишь.

– Бери чемодан, Такер, и пошли, – Телмар достал "кольт". – Вперед. Времени мало.

На ходу Телмар шепнул идущей рядом с ним Кристель:

– Слушай, шеф решил делить деньги на троих. Трейверса в долю не берем, он уже у всех как заноза в заднице. И если попадется, сольет все, что знает...

Кристель пожала плечами.

– По 11 миллионов, – соблазнял ее Телмар.– Нехило же оторвать такой куш?

– Нехило, – без энтузиазма откликнулась девушка.

*

– Слушай, крис, – в лесу было действительно легче идти, и Телмар на ходу отряхнул куртку и волосы от набившегося на плато снега, – а если мы возьмем вертолет и снимемся? На двоих делить удобнее. Должен признаться, ты давно мне нравишься, но пока ты была девушкой шефа, сама понимаешь... Я бы не прочь весело зажить на эти денежки где-нибудь в райском уголке с девчонкой, которая мне нравится.

– И как ты рассчитываешь реализовать деньги? – насмешливо спросила Кристель. – Это банкноты для межбанковских расчетов, неразменный номинал. У тебя есть канал сбыта?

Да и номера их переписаны и, как только ты достанешь из кармана одну из банкнот, на тебя тут же наденут "браслеты".

– О, вопрос по делу, – воодушевился Телмар. – У меня есть нужные связи в Вест-Индии. Это проблема легко разрешимая. Ну так что, Кристи? Неделя, дней 10 – и мы будем загорать у собственного бассейна и пить мохито!

– Я люблю пина-коладу, – покачала головой Кристель. – А как же они? – девушка указала взглядом на идущего впереди Хела. – Если через 20 минут Эрик не получит свои деньги, он убьет всех троих!

– А мне-то что? – удивился Телмар, – с каких это пор ты стала такой добренькой? Может, надеешься, что шеф снова возьмет тебя в свою постель? Не будь полной дурой!

– Ты хорошо заметил, – терпеливо ответила Кристель, – с Эриком у меня все кончено. Я не мазохистка.

– Да ладно тебе! – Телмар сплюнул, – я видел, как ты таяла и трепетала, когда он шарил у тебя под свитером. Еще немного, и ты бы отдалась ему. Можешь говорить что угодно, но ты все еще его обожаешь...

– Нет, Телмар, – девушка тем не менее покрснела, – я не питаю никаких иллюзий насчет Эрика. Я соскочила. Ясно?

– А раз так, почему не хочешь сорваться со мной? Зазорно после шефа перейти к "шестерке"?

– Тебя это удивит, но мне действительно не хочется, чтобы Эрик убил Такера, уокера и Джесси, – повторила Кристель. – Милосердие. Знаешь, что это такое?

– Ты мозги себе отморозила, – проворчал Телмар, когда они подошли к домику.

Кристель не удостоила его ответом.

*

– Очень пунктуально, Кристель, – Куолен быстро проверил чемодан.

– А теперь отпусти их, – Кристель указала на заложников. – Ты обещал.

Куолен задумчиво склонил голову набок, размышляя над последствиями этого шага.

– И еще, – продолжала Кристель, – ты сказал, что, если я верну тебе деньги, ты отпустишь и меня...

– А участвовать в дележе ты не хочешь? – спросил Эрик. – Откажешься от своей доли? А ведь это очень хорошая сумма.

– Мне все равно. Разделите ее между собой. Или возьми себе две части.

– В задницу! – взорвался Трейверс. – Меня чуть не грохнули в "боинге", я готовил переправку чемоданов, я спускался по тросу, и все за сраные 25%? Я больше всех рисковал, а половину добычи загребешь себе ты?!

– Да подавитесь вы, – повторила Кристель. – Разделите мою долю на троих и дайте мне уйти.

Куолен смерил ее долгим оценивающим взглядом. Потом спросил:

– Кристель, хочешь, чтобы я отпустил этих спасателей?

– Я выполнила свое условие, теперь твоя очередь.

– А я кое-какие пункты пересмотрел, – спокойно ответил шеф. – Я освобожу их, если ты возьмешь свою долю.