Текст книги "Водорождённая прибыла (СИ)"

Автор книги: Анаис Гак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Глава 8

Я теперь точно знаю, что слово столовая, в этом мире, произошло от слова стол или столы. Мы ели стоя, а всё помещение было заставлено столами разной формы и размера: круглые, прямоугольные, квадратные, овальные, маленькие, на которых едва поместятся две тарелки, средние и один, похожий на трапецию длинной метров пять. На завтрак нам подали кашу-размазню по вкусу напоминающую овсянку, по сваренному в крутое яйцо и травяному чаю.

Комната для посетителей была безликой, бесцветной. Стены, четыре лавки по сторонам стола, занавески в крупную сетку на окнах, – всё было в постельных серо– коричневых тонах. Казалось бы, серо-коричневые краски не худший выбор для подобного помещения. Но глядя вокруг, я приходила к выводу. Что это не истинные цвета вещей, вещи как будто выцвели и покрылись пылью. И если стол был простым, но добротным, то лавки делал какой-то криворукий подмастерье, не разваливаются, сидеть можно – значит нормально.

Лисон присел на лавку, Адэр прислонился к стене возле окна. Мне предложили лавку напротив двери. В моей голове сразу промелькнула мысль о том, что человек сидящий спиной к двери становится более уязвимым. Правда это или нет я не знала, но предложенное место мне уже не нравилось. Когда я присела, то лавка подо мной начала ходить ходуном, пытаясь поймать равновесие. Лавка была узкой и сидеть было не просто ужасно не удобно, но и неприятно, так как попа ощущала все неровности сего предмета мебели. Место вишенки на торте, по праву, забрал себе солнечный свет на моём лице. Я разозлилась, резко встала и оперлась руками, сжатыми в кулаки, в стол. В результате моя тушка стала слегка нависать над Лисоном.

– Мы разве не собирались поговорить?

– Так именно для этого мы и пришли сюда, – безэмоционально ответил Лисон, хотя в его глазах я видела интерес. Осталось понять какого вида этот интерес: как к женщине, как к врагу-шпиону, как к чему-то новенькому или как забавной зверюшке.

– Поэтому вы привели меня в комнату, скорее подходящую для допроса, чем для приёма посетителей? Поэтому вы усадили меня на это средневековую лавку, сделанную калекой для издевательства над тем, кто осмелится на её сесть? Я вот всё думаю, а на кой ляд мне вообще хранитель. От него толку не больше, чем у козла молока.

– А у козлов есть молоко? Ты знаешь, как его можно добыть? А его можно употреблять сырым? Если нет, то расскажешь, как его приготовить? – на одном дыхании выпалил Лиссон.

– И даже если мы научимся добывать у козлов молоко, то от меня всё равно пользы больше, – Адэр снова злился.

– Может всё это всего лишь сон, вернее кошмар, нет точно – это нереально длинный бредовый сон. Правильно, что ещё может присниться после такой переработки. Ответ – ничего. Только бы я спала, а не находилась под действием химии в какой-нибудь психушке.

– Так что там на счёт козлов?

– Козлы подождут, а вот вопрос – зачем и для чего осталась водорождённая нет! – сказал, как отрезал Адэр.

– Ну уж нет мальчики, козлы не подождут. Двое из них, как раз, находятся в этой комнате. Это ни я в психушку попала, это вы оттуда сбежали. Я прошу. Нет, я требую! Дайте мне поговорить с кем-нибудь адекватным, способным вести конструктивные переговоры, быть логичным и отвечать на вопросы в порядке очереди.

– Василия, глава жрецов и глава потока силы – это лучшие из возможных вариантов для тебя.

– И как с ними поговорить?

– Василия. Ты уже с ними разговариваешь. Я, Адэр Барсон, являюсь главой потока силы в королевстве Плацена. Лисон – глава жрецов королевства Плацена мира Квадро.

– Мамочка. Роди меня обратно. Если это главы, то мне полный писец. Хотя нет, мамочка не надо рожать меня обратно. Богиня-мать, как насчёт устроить мне рестарт. Этот раз дорогу к алтарю я точно найду, и сама на него залезу. Вовремя.

– По поводу песца и его полезности для нас мы узнаем позже, – тоном нетерпящем возражений. Произнёс Адэр в упор глядя на Лисона. – Не нравиться эта лавка, садись на любую другую, можешь даже на ту на которой сидит Лисон. А эта комната действительно является комнатой для посетителей, и является лучшей в храмовом комплексе. Я жду! Выбирай себе место и давай сделаем так, сначала ты отвечаешь на вопросы, а затем мы ответим на твои.

„Если эта комната является лучшей для посетителей, не дай мне бог увидеть, как выглядит худшая.“ Я осмотрела другие лавки, но не на одну сесть так и не решилась. В растерянности смотрела по сторонам, в поисках места. Тут мой взгляд упал на окно. Я подошла к нему, отодвинула занавеску и обнаружила довольно широкий, гладкий и чистый подоконник. Похоже его спрятали за занавеской, потому что его вид вообще не вписывался в интерьер. Я пристроилась на подоконнике, и тут меня осенило.

– Если я отвечу на все ваши вопросы, что мешает вам кинуть меня и не ответить не на один мой. Или ответить подобно политикам, говорили много, а на вопрос так и не ответили.

– Слово чести главы потока силы!

– Слово чести, то есть та клятва была красивым ритуалом и не больше? Сейчас говорю я, – Василиса перебила Адэра. – Значит так. Вы задаёте вопрос, затем я задаю. Если вы задаёте два вопроса. Я поступаю также. За один раз можно задать не более трёх вопросов. Начинайте.

–Лисон, как более опытный в таких делах сначала я задам вопросы, а потом если у тебя они останутся, задашь свои. Василий, почему ты не вернулась в свой мир? Не пытайся соврать, в этой комнате в стене находится сильнейший артефакт правды.

– Я не могла этого сделать? Почему я осталась за стеной одна?

– Это не ответ!

– Позволю себе не согласиться. Я ответила на ваш вопрос и теперь жду ответ на свой.

– Обычно, водорождённые выглядят подобно богиням, их рост, формы тела – это настоящие эталоны красоты. Глаза у них – подобны бездонным океанам, голос – журчащий как ручей. Рядом с ними воздух наполняется свежестью. Водорождённые не оставят равнодушным ни одного охра, – мечтательно произнёс Адэр. – Не спорю, твоё появление тоже не оставило равнодушных. Вот только, желания связываться с тобой ни у кого не возникло, скорее наоборот. Только из-за чувства долга я предложил свою кандидатуру в хранители. Поскольку охранять было не от кого, то я и отправился, сразу после завершения своей попытки в храм. Хотелось подумать о смысле жизни. Что мешало или не давало вернуться тебе в свой мир?

– Я осталась за стеной одна. Пройдя через проход в стене, увидела четыре абсолютно одинаковых здания. Куда идти дальше не знала. Я давно не отдыхала, и была очень уставшей. Ноги ели держали меня, поэтому и решила обождать в беседке, пока кто-нибудь выйдет во двор. Однако, усталость одолела меня – я заснула. Проснулась, когда солнце уже светило. Во дворе по-прежнему никого не было. Я зашла в здание наугад. А дальше вы всё и сами знаете. И если хотите, услышать ответы на следующие вопросы, то перестанете мне тыкать. Я же вам не говорю ты.

– Ты говоришь нам вы, потому что обращаешься сразу к двоим. Как мне к тебе обращаться, если не говорить Ты?

– На Вы. К малознакомому или незнакомому человеку надо обращаться на Вы, пока тот сам не предложит обращение на Ты.

– Не понимаю зачем так усложнять и создавать путаницу. В нашем мире говорят человеку ты, если он один. К незнакомым мужчинам, в зависимости от их статуса обращаются мухран, хран, ран. К женщинам – жохра, охра, ра. Для показания особого отношения можно начать с оглашения занимаемой должности. Итак, ты не врёшь, в этой комнате невозможно соврать и трудно утаить информацию. Однако, когда существо верит, что во дворе была беседка, которой там нет, то для артефакта это тоже будет правдой. Подумай, постарайся вспомнить, куда ты пошла, когда раздала браслеты.

– Мне нечего добавить к ранее сказанному.

– Во дворе храмового комплекса нет беседки. А когда горизонт начал светлеть, а водорождённая так и не пришла к алтарю, все находящиеся в храме начали её поиски. Поверь, на территории храмового комплекса не осталось места, где бы тебя не искали.

– Но, я была в беседке! – Василиса вдруг вспомнила – Выйдя из беседки, я стала осматриваться вокруг. Беседка стояла прямо по середине двора, обрывая все четыре дорожки. На моих глазах она начала становиться прозрачной, а затем вообще исчезла. И тогда я и выбрала по какой дорожке идти.

– За эту ночь я не менее десятка раз прошел по лазурной дорожке. Никакой беседки не было.

– Адэр, я кое-что вспомнил. Когда я готовился к принятию поста главы жрецов, то был на неделю закрыт в хранилище древнейших, которым более тысячи лет, свитков. В одном из свитков писалось, сейчас в точности не вспомню, но суть такова, что искренне просящий, действительно нуждающийся в помощи, но не получивший её от жрецов, мог поговорить с богами в беседке «Шанс». Она появлялась во дворе, перед тем кого считала достойным. За жизнь можно было войти в беседку не более трех раз, выйти дважды. За третий раз, просящий расплачивался своей жизнью. Тогда, я посчитал, что на свитке написана старинная легенда или байка. Ведь никто из ныне живущих никогда о ней ничего не говорил.

– Выходит, что мы всё-таки совершили ошибку. Знать бы где. Василия не получила помощи от жрецов и ей выпал шанс. Вернее, боги предложили ей остаться, а она согласилась.

„Как же хорошо, что взглядом нельзя убить и даже покалечить. По-моему, Адэр пытается меня препарировать при помощи глаз“.

– Василия, о чём вы хотели попросить жрецов, но мы не дали тебе возможности даже поговорить с нами.

– Ни о чём. Я. Вообще, до прошедшей ночи, даже не подозревала о вашем существовании. Вчера у меня был день рождения, и я его собиралась отпраздновать в компании с родником.

– Но, может ты вчера чего-то сильно желала, – глаза Адэра смотрели на меня с надеждой. – Не спать и отдыхать, а что-то другое, не на один день или раз.

– Вчера я отмечала свой день рождения. И как большинство в моём мире загадала желание. Только не помню, успела его произнести до конца или нет. Как раз в это время я упала в родник. А через какое-то время оказалась в вашей далеко не дружелюбной компании. Даже не думайте о том, что я озвучу своё желание. У нас верят, что желание, произнесённое вслух, не сбудется.

В комнате воцарилась тишина. Я переводила взгляд с Адэра на Лисона и обратно. Думала о том, какие выводы они сделают, какие решения относительно меня примут. Лисон встал из-за стола, поправил одежду, причесал пятернёй волосы. Лицо Лисона приобрело некоторую торжественность. И он заговорил официальным, но таким дружелюбным голосом.

– Приветствую тебя водорождённая! Я – глава жрецов королевства Плацена мира Квадро Лисон Чернобур с радостью приветствую в нашем мире Василию призванную водорождённую. Прошу принять меня в свой ближний круг.

– Не уверена, что хочу этого. В этой комнате нельзя соврать, а вы сказали, что являетесь лучшими кандидатурами для меня. Интересно – это правда или существа Лисон и Адэр искренне верят, что лучше их мне никого не найти.

– Василия, прошу прими мою клятву хранителя. Я сделаю всё возможное и даже больше, чтоб ты никогда не пожалела об этом.

– Хорошо. Давай свою клятву. Выбора у меня всё равно нет, а с Адэром каши не сваришь.

– Да в моей группе я варю кашу лучше всех. Она иногда даже вкусная получается.

– Похоже главное слово – иногда.

– Адэр, молчи. У тебя ещё будет возможность похвастаться своими бытовыми достижениями. Сейчас важнее дать клятву хранителя.

После ритуала принятия клятвы у Лисона на моей руке появилось его имя. Имена были написаны слитно и образовывали одно слово – АдэрЛисон.

– С этого момента и до скончания пребывания Василии в мире Квадро я становлюсь её личным помощником. В храме богини Воды тебя ждут собственные апартаменты. Ты будешь обеспечена необходимым для жизни минимумом вещей. А также, можешь питаться в столовой при храмовом комплексе. Если твои запросы превышают ранее озвученные, то я, будучи личным помощником, предоставлю всю необходимую информацию об известных мне способах получения желаемого. Если в данный момент у тебя нет жизненно важных не терпящих отлагательства вопросов, то прошу следовать за мной.

Закончив речь, Лисон немного постоял и, не услышав от Василисы ни слова, отправился к выходу.

Глава 9

Лисон

Да, что же это такое. Это был мой последний ритуал призыва водорождённой. Браслета для меня так и не появилось. Больше я не имею права участвовать в этом ритуале, так как на следующий праздник Воды-матери мне уже будет шестьдесят один. Теперь я должен завести себе подменщика. Обычно, глава храма передаёт свои полномочия, когда обретает семью. Он выбирает себе приемника и проводит ритуал передачи титула. Передача подменщику случается очень редко. Сначала, подменщик будет участвовать вместо меня лишь в тех обрядах и ритуалах, где нужно прибегать к магии крови. Как только мне исполнится шестьдесят один год, моя кровь станет слишком старой для этого. Остальные ритуалы, оставаясь главой храма, я буду проводить сам.

Когда мне исполнится шестьдесят четыре года, я сложу свои полномочия и передам свой титул подменщику. Дальше у меня будет выбор: остаться в храме в роли послушника-хозяйственника или уйти в мир.

В храме я точно не останусь. Не хочу видеть сочувствующие взгляды жрецов.

Когда-то я работал детским врачом полного спектра. Мне пророчили великое будущее. Ведь очень мало врачей смогли освоить весь спектр. А тех, кто имел больше третей квалификации по всем лучам спектра были, вообще, единицы. Я мог в будущем открыть собственное дело и всю жизнь работать высокооплачиваемым семейным врачом. Но мне не повезло с местом преддипломной практики. Точнее говоря, что мне не повезло считало и до сих пор считает моё тогдашнее окружение. Я же уверен, что именно там я прозрел.

На преддипломную практику меня отправили в район пустышек. Такие районы обычно строятся на окраине города. В центре района всегда находится здание социальной помощи населению. Здание социальной помощи населению – это собранные под одной крышей поликлиника, больница, морг, отделение стражей правопорядка, малое отделение потока силы, малое отделение потока спасения и школа начального образования.

Район, в который меня отправили ничем не отличался от других. Там я увидел, как жестоки боги к пустышкам. Правда если уж быть честным, то власти добротой к ним тоже не отличаются.

Пустышки, в большинстве своём, с рождения не обладают способностью пользоваться магической энергией, у них почти отсутствует регенерация, поэтому они быстро стареют. В свои сорок лет они выглядят как маги, которым за сто. Мало кто из пустышек доживает до столетия. У них нет официальных семей и у них трудности с вынашиванием и деторождением.

Мало того, что пустышки не могут облегчить свою жизнь при помощи магии, чтобы существовать, им всем приходится выполнять тяжёлую физическую работу. В списке для пустышек числятся лишь работы, на которых невозможно или запрещено пользоваться магией, а также физически тяжёлые или противные работы.

Я должен был лечить пустышек– детей. Моё сердце сжималось, каждый раз, когда я старался помочь детям. Я ведь врач, а не волшебник. Я лечу при помощи лекарств и медицинских манипуляций, с помощью целительской магии ускоряю процессы регенерации и минимизирую побочные воздействия лекарств на организм больного, провожу очищения организма от скопившихся вредных веществ.

Как скажите я должен был лечить, если пустышкам положены только простейшие лекарства? Как скажите усилить регенерацию там, где её нет. Только боги знают, чего мне стоило лечение каждого ребёнка.

Успешно закончив преддипломную практику и получив диплом детского врача полного спектра с квалификацией 3,9, я открыл личное врачебной дело. Мои родители на выпускной подарили мне небольшой домик, всего на четыре комнаты. Там я и обосновался. В первой половине дня вёл приём магически-одарённых детей, а вечером, если не было срочных вызовов отправлялся в район пустышек.

Так продолжалось пятнадцать лет.

В том году мне исполнилось сорок. Я был успешным и уважаемым врачом. Мои услуги стоили очень дорого, но клиенты готовы были на многое, чтобы попасть ко мне на приём. Уровень моей квалификации вырос до 4,4. Но не это привлекало родителей магически одарённых детей. В городе были специалисты пускай и узконаправленного спектра, но с квалификацией гораздо выше моей. Учитывая ценники на мои услуги, два таких врача, допустим каждый квалификации 4,8, обошлись бы им дешевле.

Просто я единственный в городе, а может и в стране, специализировался на нестандартных случаях и очень редких заболеваниях. Родители магически одарённых детей называли меня врачом-волшебником, и чудотворцем – пустышки. Я давно уже лечил не только пустышек-детей, но и взрослых. Часть моих доходов шла на лекарства среднего класса действия, которые можно было приобрести без рецепта.

Моё сердце продолжало сжиматься при виде больных детей. А в моей практике были случаи, когда я оставался не доволен результатом, или не смог толком помочь. И всё-таки я считал себя счастливым. Ведь мне удалось помочь стольким пустышкам.

Однако, один случай перевернул мою жизнь.

Ко мне на приём прямо в частный центр, принесли двух подростков четырнадцати и тринадцати лет. На детях не было живого места. Детские тела были покрыты порезами, ожогами и синяками. Более тщательное обследование выявило множественные внутренние переломы и кровотечения.

Детей выкрал и пытал их родной дядя, брат-близнец отца. И дядя, и дети родились пустышками в семье магически-одарённых. Но между ними была большая разница: семья отказалась от дяди, когда ему исполнилось десять лет, и отправила ребенка в район пустышек, а эти подростки жили со своими родителями. Дядя пытал детей, требуя информацию, где его магически-одарённый брат хранит свои деньги. Дети не знали об этом месте, но он им не верил.

Я применил все свои знания и умения, чтобы помочь подросткам. Но, чтобы я не делал, чувствовал, что теряю их, а мои действия лишь продлевают предсмертную агонию. Им жизненно необходимы были кристаллы регенерации. Эти кристаллы были способны отрастить конечности у мага, так что срастить кости у пустышки, точно бы смогли. Но дело в том, что существует только два способа их получить: купить в храме жизни по гербовому рецепту или создать самому. Гербовый рецепт ни при каких обстоятельствах невозможно было выписать пустышке. Выписать на другого тоже было невозможно, так как к нему прикреплялся слепок ауры пострадавшего.

Единственная возможность – это сделать кристаллы самому. Для этого необходимо было обладать целительской магией и стать хотя бы послушником богини Жизни. Я был давно знаком с тогдашним главой храма. Он согласился помочь. В этот же день был проведён ритуал принятия меня послушником.

Пока глава храма лично читал молитву-заклинание, я отдавал свою кровь алтарю богини Жизни. Когда всё закончилось, то из-за потери крови я потерял сознание. Глава жрецов лично внедрил подросткам, полученные из моей крови, кристаллы регенерации.

Подростки выжили и полностью выздоровели, по крайней мере физически. Я же так и остался в храме. Ведь только будучи служителем Богини Жизни, я мог четыре раза в год распоряжаться кристаллами регенерации по своему желанию.

Некоторое время я продолжал врачебную практику, появляясь в храме лишь на утреннее богослужение. У меня появились ученики-последователи, которые теперь работают в моём частном медицинском центре. Они, как и я, лечат и магически одарённых детей и неспособных оплатить лечение пустышек.

В пятьдесят лет я стал главой жрецов. Последние десять лет занимался только теми случаями, с которыми не могли справится мои последователи.

И вот уже совсем скоро, я вновь стану гражданским лицом. Может стоит снова уйти с головой в врачевание.

Глава 10

Василиса

Собственные апартаменты – как красиво звучит и как, по факту, уныло выглядит. Пока мы шли по коридорам храма, Лисон рассказал, что более двухсот лет призванные не оставались в их мире, уходили, как только заканчивались браслеты. До недавнего времени эти апартаменты были опечатаны. В связи с возникшим в мире кризисом, каким именно Лисон обещал рассказать позже, все вещи из апартаментов были забраны. Пока мы завтракали, жрецы делали уборку в комнатах и сносили туда всю необходимую мебель.

Интересно – они действительно считают, что для трёх жилых комнат и одной санитарной достаточно одной кровати без матраса, больше похожей на большую лавку, такой же лавки поменьше, кривоногого, заваливающегося на одну сторону стола и огромного старинного зеркала. Я определённо где-то видела это зеркало. Точно, оно висело в общественном туалете.

На мой вопрос, где я буду хранить вещи, которые по идее у меня должны появиться, Лисон указал на приклеенную к стене деревянную доску со вбитыми в неё гвоздями. С чего я решила, что доска была приклеена, а не прибита? Да проще простого, по соплям клея вытекающим из-под неё. Когда я открывала дверь в санитарную комнату, то уже мысленно готовила себя к тазику с водой и дырке в полу. Каково же было моё изумление, когда я обнаружила там современный унитаз, умывальник с краном, шикарную ванную с душем и различными кнопками на стене вдоль ванны. Окончательно меня добили слова извинения Лисона. Вы никогда не догадаетесь за, что он извинялся. Скорчив виноватое лицо, Лисон сказал: „Никто не знал, как отсоединить эту мебель от системы водоснабжения и канализации. Поэтому эта старинная мебель осталась нетронутой. Простите, что вам придётся пользоваться такой древностью. Ведь если верить датам на мебели, ей более трёхсот лет“. Занавес. Я – в ауте.

Пока я стояла и перерабатывала информацию, Лисон смылся. Перед уходом он пообещал вернуться, то же мне Карлсон нашёлся.

В дверь постучали. Когда я открыла, то увидела троих мужчин, которых буквально распирало от гордости. Попросив войти, они внесли и водрузили на кровать шикарный матрас, подозрительно напоминающий ортопедический. Разумеется, я поинтересовалась откуда такое богатство. После моего вопроса, мужчины засияли самодовольством и сказали, что сообщат мне эту информацию, только когда я возьму их в мужья, при чём всех т роих и сразу. Я пообещала подумать над безусловно заманчивым предложением. Теперь я смотрю в окно, вижу белую каменную стену и думаю, что лучше сделать: посмеяться над абсурдностью происходящего, расплакаться от безысходности или идти качать права. Если поплакать и посмеяться я всегда успею, то вот отстаивать права можно и опоздать.

Глубоко вздохнув, решительной походкой я направилась к дверям. Открыв дверь, обнаружила за ней ещё одного самодовольного мужчину, в руках у него были пушистые, бирюзовое и розовое, банные полотенца. Услышав приближающиеся шаги, повернула голову и увидела стопку из трёх подушек разного размера. Несомненно, стопку нёс мужчина, но его видно не было из-за подушек. Я повторила свой вопрос, а они повторили ответы предыдущих мужчин или как правильно говорить мухранов. Надо привыкать.

Из комнаты я так и не вышла. Когда одни уходили, приходили другие и приносили вещи. Наше общение проходило по формуле пароль – отзыв. Все прибывшие повторяли действия предыдущих – вскоре мои мысли переключились на то, что им явно не хватает индивидуальности, а креативом тут даже не пахнет. Теперь я являюсь счастливой обладательницей, к уже озвученному, следующих предметов: двух разных стульев, одного кожаного, похожего на компьютерное, кресла, старинного комода с тремя шуфлядками, очень изящного в китайском стиле чайного сервиза на две персоны, большого фиолетового мехового пледа, новенькой мыльницы из неизвестного мне материала с кусочком душистого мыла и упакованной в полупрозрачную бумагу зубной щётки, вроде новой. В ванной появилось небольшое зеркало с привязанной к нему на верёвочке свежевымытой расчёской-гребешком (когда её принесли она была влажной).

Когда поток волхвов, дары приносящих, иссяк, у меня появились новые вопросы. Мне кто-нибудь объяснит к какой эпохи развития принадлежит этот мир? Мне с одинаковой гордостью вносили как старинные, так и современные вещи. Кровать, стол и лавка казались вообще не из этого мира. Почему все предлагали себя в мужья? Их поведение плохо сочеталось с ночным безразличием. И самый главный вопрос – у них, что принято многомужество? На это я точно не подпишусь. Я уже была замужем, до сих пор расхлёбываю. Моё настроение вновь вернулось до состояния «Врагу не сдаётся наш гордый „Варяг“».

В дверь снова постучали. Я приняла решение, что пора брать заложника и начинать допрос. Открывая дверь, я была настроена очень решительно. Вот теперь стою и любуюсь гордым Адэром, облокотившемся на металлическую конструкцию, похожую на стойку для вешалок, и бордово-красного Лисона с вешалками в руках. На вешалках были банный халат, простенькое синее платье и почти прозрачный чёрный пеньюар. Интересно, что они ответят.

– Откуда такое богатство?

– Это секретная информация. Охре о ней знать не обязательно. Вот станешь нашей жохрóй, возможно и узнаешь, – немного помолчав, Адэр добавил, голосом полным сочувствия, – Хотя тебе, чтоб стать достойной нас ещё расти и расти. А ты точно совершеннолетняя, может ещё подрастёшь и поправишься?

– Как же ты бесишь. Вот скажи мне, фазан неощипанный, что сейчас такое было. Ты калым принёс, чтоб посвататься или решил избавился от ненужного хлама. Заодно позаботился о том, чтоб у меня был повод изящно послать тебя в дальнее путешествие, из которого никто ни возвращается.

– То есть, почему не возвращается?

– Ну может потому, что никак не могут дойти до места назначения. Вот и получается, что посылаешь некоторых по несколько раз на дню, а ничего не меняется.

– А фазанов можно ощипать? Как это сделать и для чего это нужно? А фазанов едя…

– Лисон, помолчи! Проблеме пропитания ничего за один день не сделается, а Василий не куда от нас, то есть из этого мира уже не денется. Сейчас важнее узнать, что такое калым и свататься. Василия, я весь во внимании.

– Калым – это своеобразная плата жениха семье невесты, её выкуп в виде определённой суммы денег или имущества. Свататься – просить согласия на брак. Если у невесты нет семьи, у которой её можно выкупить, то калым забирает невеста. При отказе в заключении брака, калым возвращается. В противном случае – становится личным имуществом получившего.

– Василия, ты приняла подарки у всех, кто приходил. Учти, больше четырёх мужей одновременно иметь запрещено. Скажи, каким образом, ты собираешься выбирать мужей, – вновь оживился Лисон, – И хочу заметить, меня твой рост и формы устраивают.

– Меня тоже устраивают. Я просто надеялся, что она ребёнок. Скажи ты видел хоть раз такую худую и невысокую охру. Хотя должен признать – некоторые части её тела весьма аппетитные. Когда я смотрю на них, меня, как и тебя посещают мысли о еде. Думаю – никто не будет возражать, если я выделю ей охрану из семейных мухранов. А то ходят тут всякие, калымы дарят.

Я рассмеялась. Когда снова смогла говорить, то объяснила им, что ни каждый подарок – это калым. В общих чертах рассказала, как делают предложение о замужестве в моём мире. Во время беседы всплыла важная информация. Жохре иметь больше четырёх мужей одновременно запрещено. Большинство жохр имеют три постоянных мужа и одного контрактника. Контрактный муж, как правило, каждый год заводится новый. Разводов не предусмотрено. Но если жохра в возрасте до шестидесяти лет теряет одного из мужей, то она может одеть освободившийся брачный браслет на любого мухрана, обладающего магией ниже четвёртого класса, и тот отказаться не имеет права.

Узнала, почему Лисон постоянно пытается выведать, как кого из домашних животных можно использовать. Оказывается, что эту информацию никто никогда не считал нужным доносить до городских жителей. А сейчас, во время пищевого кризиса, постигшего весь мир, любая информация про домашних животных ценна. Ведь те, кто её знает, делиться ей не собирается. А наоборот придумывают всё новые и новые предлоги, чтоб не продавать еду. И теперь если попросить у них птицу, то тебе и принесут живую птицу, а ты сам догадывайся что с ней делать. Если попросить продать молоко, то нужно обязательно указать у кого оно должно быть добыто. Один городской житель долго не мог вспомнить, что молоко берут у коров и коз, и попросил козлиного молока. На следующий день ему во двор привели козла и заявили, что всё молоко, что он сумеет добыть, ему отдадут совершенно бесплатно. В этом мире применение боевой магии к домашним животным наказуемо. Вот и остался тот маг без молока и без денег, так как за доставку козла ему пришлось заплатить. Так что городские жители в экстренном порядке сейчас знакомятся с сельским хозяйством.

Делать нечего. Добрая у меня душа, не умею наживаться на чужом горе. Выдала всю известную мне информацию про козлов, фазанов неощипанных, попутно вспомнив про ослов самодовольных, петухов бойцовских, кур безмозглых и прочую живность. В общем хорошо так поговорили, душевно.

Теперь у меня есть ровно час, чтоб принять ванную и переодеться к обеду. Именно столько времени мне выделили Адэр и Лисон, прощаясь до обеда.