Текст книги "Начать сначала (СИ)"

Автор книги: Аля Тафи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Глава 16

Деревня сильно изменилась за то время, что Лада не была здесь. Дома стали лучше выглядеть, некоторые радовали глаз новой крышей, забором. Но самое главное – люди. В их открытых взглядах, которыми они встречали её, в их приветственных поклонах не было больше страха, так же как и подобострастия. Было уважение, трепет, согласие, любовь…

Да, как бы удивительно это не звучало, любовь.

И Лада выдохнула с облегчением, только сейчас поняв, что шла в деревню с недоверием. А вот теперь нет его, этого недоверия. Бажена, встретив её, проводила к мастеру, что шил кафтаны.

– Он хороший мастер. Таких во всём окружье не найти. Сам князь у него пару кафтанов купил. Тёплые, лёгкие, – она шла рядом с Ладой. – И шил бы больше, да плохо стало с шерстью. А уж о пушнине и говорить ничего. Не было леса и зверя не было.

Домик, в котором жил мастер, практически ничем не отличался от остальных. Такой же невысокий, словно утопленный в землю, и огороженный забором. Но зайдя во двор, Лада тихо ахнула. Весь двор возле дома был засажен цветами. И вроде на дворе почти осень, а всё у него цветёт.

– Это он со скуки начал. Работы мало стало, вот цветы сажает, – объяснила она Ладе.

– Макар, открывай, Веда пришла.

Дверь открылась, и на пороге, подслеповато щурясь, появился мастер. Сухонький, но достаточно подвижный старичок.

– Веда, – он низко поклонился ей. – Рад видеть тебя.

– И я рада, – Лада улыбнулась и тоже чуть склонилась перед мастером. – Красиво у вас тут, – она взмахнула рукой, показывая на палисадник.

– Благодарствую. Отдушина это моя. Проходи в дом, Веда.

Лада вошла в дом мастера вслед за Баженой и Макаром.

– Темно, – чуть сморщилась она, прищурив глаза. – Как ты работаешь здесь?

– Так лучину сейчас засвечу, мигом светлее станет, – засуетился он.

– Подожди! Не надо лучину. Я тебе другое принесла, – Лада поставила на стол две небольшие свечи в глиняном горшочке. – Это свеча. Светит она лучше, чем лучина.

– Свеча? – Бажена и Макар как заворожённые посмотрели на свечу. – А из чего это?

– Сало топлёное, воск, да береста внутри, – Лада посмотрела на огонёк и тихо выдохнула. – Воска только мало у меня, да и сала немного. Больше было бы, больше свечей бы сделала. Они-то лучше лучины светят.

– Лучше, – также зачаровано смотря на свечу, выдохнула Бажена. – И не чадят почти.

Вдоволь налюбовавшись на горящую свечу, мастер встрепенулся и вспомнил, зачем к нему Ведьма пришла.

– Пошить, пошью. Шибко тепло не обещаю. Шерсти-то мало нонче. Овец, сама видишь, Веда, почти и нету. Весеннюю-то шерсть всю к князю свезли. А по осени немного соберём. Так, – он махнул сухонькой ручкой. – Мелочи какие-то. На всех-то, где хватит? Вот отец мой сказывал, дед ему ещё говорил, раньше-то большие быки были. Ох, шерсти-то с них вычёсывали. С одного такого быка на полдеревни шерсти хватало.

– А где эти быки сейчас?

– Так всё подохло. Как последняя светлая Веда сгинула, так всё потихоньку и подохло. Травы нет, кормиться им нечем, – он сокрушённо покачал головой. – Лес сох, степь сохла, звери исчезли.

Лада снова нахмурилась, слушая старика. Уж больно неприглядная картина вырисовывается по рассказам. Настолько неприглядная и страшная, что даже не верится в её реальность. Но, к сожалению, это так и было.

– Сейчас ты вернулась, светлая Ведьма, вот и лес ожил. Люди духом воспряли, – он светло улыбнулся ей. – Кузьма-то, Гордеев сын, говорил, пчёлы в лесу появились. Ух, как мы все обрадовались! Пчёл уже при моём отце, считай, не было. А если и были где, то не рядом с нами. А без пчёл-то что? Всё гибнет без пчёл.

Сняв мерки с Лады и ещё раз порадовавшись свечам, мастер проводил Ладу и Бажену.

– На третий день готово будет. Хороший кафтан сошью, Веда. Крепкий мороз может и не выдержит, но греть будет.

Попрощавшись с жителями деревни, Лада пошла домой.

Погружённая в свои мысли, она почти и не следила за дорогой.

«А ведь и правда, что зверей не видно в лесу. Я и значения этому не придавала. Кроме белки да бельчонка, что живут возле дома на дереве, большого сердитого ежика, да любопытной стайки птиц, я в лесу никого и не видела. А как же зайцы? А волки? Лоси?».

Подойдя к кромке леса, Лада погладила ствол большого старого дуба.

– А где все? Куда звери-то делись? – тихонько спросила она, прижимаясь к дереву. – Я ведь и вправду никого за эти месяцы не видела. Неужели не вернутся они?

Лада прикрыла глаза и оказалась словно в другом месте.

Холодный ветер сбивал с ног, колючий песок больно бил по лицу и рукам. Лада обхватила себя руками, стараясь защититься от колючего песка, который, казалось, был повсюду. Прикрыв лицо ладонью, она с недоумением огляделась.

Она была в тёмной и мрачной степи. Выжженная трава, сломанные, почерневшие остатки деревьев и пустота.

Лада, поёжившись, пошла вперёд. Ветер нарастал, едва не сбивая её с ног, заставляя прятать лицо в ладонях. Идти было тяжело. Каждый шаг отдавался болью в теле, словно у неё была сломана каждая косточка. Лада упрямо переставляла ноги, двигаясь вперёд. Это было сложно. Песок, ветер и боль… А ещё страх от того, что она не успевает. Чувствуя, как задыхается от боли и страха, она, покачнувшись, упала.

– Должна я, должна… – она убеждала себя в этом. Постаравшись приподняться, Лада с ужасом увидела, что всё, что её окружает, это чёрный песок, и стоит мерзкий, душный запах гари.

– Нет! Пожалуйста, нет… – шептали губы, пока она ползла вперёд, не в силах встать.

Ветер, злой и колючий, налетел, закружил, забрасывая чёрным песком.

– Смотри, Лада! Смотри! – шипело радом. – Смотри, Лада! Всё мертво! Всё погибло! Всё! Ничего не спасти… Лес твой сгорел, всё живое погибает. Скоро и твои любимые человеки умрут. Немного осталось.

– Нет, – Лада снова попыталась встать. – Нет! Не надо!

– Ты проиграла, Лада! Нет любви, нет веры. Есть только страх и смерть!

– Ты не права… – Лада покачала головой. – Любовь всё равно есть. Она всегда будет! В каждой травинке, в каждом живом существе. Любовь – это сама жизнь! А жизнь и есть любовь.

– А не останется жизни. Ничего не останется… – хрипло раздалось рядом.

– Тогда и тебя не станет, Мара*. Ты тоже часть живого. Ты моя сестра, – Лада, чувствуя, как силы покидают её, прошептала с отчаянием. – И я люблю тебя, Мара!

Лада вздрогнула и широко распахнула глаза.

– Что это было?

Сестры Лада и Мара

это Лада

Мара

* * *

Мара или Морена – богиня смерти. Сестра богини Лады. др славяне

* * *

Мара – в славянской мифологии богиня Смерти.

Глава 17

– Что это было? Что? – она обхватила гудящую голову руками. – Это прошлое? Скорее всего, да… – ответила она себе и зябко поёжилась.

Это была не она в видении. Вернее, вроде как, она, а, вроде как, и нет. Но все чувства, боль и страх, всё это было настолько реальным, что даже сейчас она чувствовала отголоски этих эмоций.

– Лада, Мара, Лада… – она сжала гудящую голову руками и едва не заплакала от боли. Мысли бились в голове, воспоминания прошлой жизни мелькали картинками, мешаясь с видениями будущего, и создавая в голове полный хаос. Ей казалось, что ещё немного и голова просто лопнет от боли. – Хватит! – закричала она что есть силы, и всё исчезло.

Осторожно поднявшись, она, чуть пошатываясь, пошла домой. Никаких сил ни на что не было.

Утром следующего дня она встала поздно. Уже солнце вовсю золотило верхушки деревьев, когда она вышла на крыльцо. Сегодня был такой день, когда и Гордей с сыном и Бояна не должны были приходить. Лада про себя называла этот день воскресеньем. Выходной. Настроение было хорошим, намного лучше, чем вчера, когда она едва добралась до дома и буквально рухнула на кровать.

Бельчонок беспокойно прыгал по доскам, а увидев её, пискнул и, взобравшись к ней на плечо, свернулся клубочком, уткнувшись ей в шею мокрым носом.

– Доброе утро, мой хороший, – Лада ласково погладила его. – Я вчера потеряла тебя. Ты где был?

Бельчонок виновато засопел, запыхтел, ворочаясь, а потом, словно вспомнив что-то, сорвался с её плеча и, громко стрекоча, будто звал её, понёсся к лесу.

– Ох ты! – Лада качнула головой и, недолго думая, поспешила за ним. Лес приветственно зашептал, зашелестел и через некоторое время расступился перед ними.

– Ох! – Лада едва не споткнулась, остановившись на краю леса. Перед ней была степь. Но не это её удивило. Нет! Не удивило даже… Поразило, заставило замереть с широко открытым ртом. – Это… это кто? – выдала она, обескуражено уставившись на огромных и очень лохматых животных.

Большие, даже можно сказать огромные, животные были похожи на быков. Только лохматые, с висящей длинной шерстью и огромными закруглёнными рогами. Они спокойно ели траву, не обращая на неё никакого внимания. Постояв ещё немного, Лада осторожно пошла к ним.

Самый крупный бык, видимо главный в их стаде, поднял свою лобастую голову и посмотрел прямо на неё.

– Я не обижу… – Лада приблизилась к нему и протянула руку. Большая лобастая голова ткнулась в её ладонь в приветственном жесте. – Здравствуй, – Лада провела ладонью по мягкой шерсти быка. – Я рада, что вы вернулись, – Бык чуть качнул головой, видимо соглашаясь с ней, и вернулся к своему занятию. Продолжил есть травку.

Сев на траву чуть подальше от стада, Лада с удовольствием наблюдала за ними. Подумать только! Целое стадо овцебыков! Именно так их про себя назвала Лада, рассматривая животных. По её мнению, именно на них они и были похожи внешне.

Длинная, местами спутавшаяся до колтунов, шерсть быков натолкнула её на мысль, что их можно попробовать вычесать.

«Как там говорил Макар? С одного быка шерсти на пол деревни хватит? А тут пятнадцать огромных быков!».

Ещё немного полюбовавшись на огромных и по-своему красивых животных, Лада встала и пошла обратно. Ей нужно было снова идти деревню. Взять нескольких женщин и идти к животным, чтобы вычесать их. И тем хорошо и людям отлично.

– Укрой их, если будет опасность, – попросила она лес.

– А ты молодец! – она ласково погладила бельчонка. – Как нашёл только?

Бельчонок принялся довольно стрекотать, рассказывая ей о том, как он наткнулся на стадо.

– Ты молодец! – Лада снова похвалила его. – Это хорошо, что животные возвращаются. Значит, мир оживает, – рассуждала она, идя по лесу. – Раз такие огромные животные вернулись, значит, и более мелкие вернутся. Всё налаживается!

– Шерсти сколько! Шерсти! – женщины перебирали шерсть овцебыков, вычищая её.

Они чесали их под чутким руководством Макара несколько дней. Несколько дней! Это невообразимая для них гора шерсти получилась. Бояна обещала спрясть нити для Лады.

– Ты только потолще нить мне спряди. Как две обычные нитки толщиной, – попросила её Лада.

– На станок не накинуть такую нить.

– А мне не на станок. Носки свяжу себе, варежки, может, даже свитер какой-нибудь, – Лада довольно причмокнула. – Ох, тепло будет! А я всё переживала, как в зиму не замёрзнуть…

– Макар! – Лада позвала мастера, который словно в прострации перебирал шерсть и что-то шептал. – Макааар!

– Ох, Веда! – он словно очнулся и поднял на неё ошалевший взгляд. – Веда! – неожиданно он упал на колени перед ней. – Спасибо, Ведушка, спасибо, светлая!

– Что ты, Макар! Ну-ка встань… – Лада принялась его поднимать. – Ты что придумал-то?

– Пришла ты, Светлая, и мир принесла, весну… Смотри, как всё оживает вокруг.

– Так зима на пороге стоит, какая весна? – Лада покачала головой, смеясь.

– Весна в мире нашем. Мир пробудился! Ты думаешь, ну вот быки пришли. Шерсть собрали… Так не в шерсти дело! Лес ожил, трава зазеленела, в душе надежда ожила, – он с любовью погладил шерсть. – Не в шерсти дело. Мир пробудился…

Его слова ещё долго звучали в её ушах.

Мир пробудился…

– Какая роль моя? – строго спросила она Дух дома, когда вечером вернулась из деревни. – Что-то всё вокруг да около крутится. Честно мне скажи, что делать?

– Да ничего не делай. Живи. Люби…

– Я это слышала уже! – Лада сердито нахмурилась. – Не надо от меня общими фразами отмахиваться! Что за видения были? Лада, Мара? Я всё же библиотекарем была в прошлом! Мара – это богиня смерти? Лада – жизнь?

– Зачем спрашивать, коли сама знаешь?

– Так потому что не понятно мне! У меня, между прочим, нет сестры и не было! Причём здесь я и Мара?

– В этой жизни не было…

– В этой? В смысле? – Лада замолчала. – Я что-то не пойму никак, – она напряжённо думала, закусив губу. – Это что же? Я Лада⁉ – её голос понизился до шёпота. – А Мара, значит, так и живёт? А я что, умерла? А потом снова появилась? – Лада потрясла головой. – Бред!

– Родовая память – это не бред! – обиженно прошелестело рядом.

– А зачем она меня убила?

– Не убила она тебя… Ты сама мир покинула. Слишком слабая стала.

– Слабая? – эхом повторила Лада, и в голове пронеслись жуткие картинки. – Если Лада –это любовь… Значит, в мире любовь пропала?

– Лада не просто любовь. Лада – Берегиня всего живого. Сам смысл жизни.

– А Мара? Мара, получается, смерть?

– Получается, да…

– Ну, тогда понятно, почему Мара есть, а Лады не было. Смерть же не может умереть, – она, закатив глаза, выдохнула. – Пффф… всё же ерунда какая-то. Так что делать-то?

– Любить. Вернуть живое. Только…

– Что?

– Сложнее это теперь станет, – грустно прошелестел голос.

– Почему?

– Зима на пороге. Время Мары…

Лада задумчиво кусала губы, размышляя обо всём, что узнала. Если Лада – это она сама, то Мара, значит, знает уже, что она есть. А раз знает, значит, готовится к встрече.

– Скоро Мара в силу войдёт, – прошептало рядом.

– И что делать мне?

– Ничего. Просто ждать. Она сильная, но и ты в силу входишь. Должна справиться…

Дни сменялись ночами. С каждым днём становилось всё холоднее и холоднее. И тревожнее…

– Привет, красавица! – Лада присела на корточки и погладила лисицу по пушистой спинке. – Как ты?

Лисичка перевернулась на спинку, подставляя живот, и что-то тихо проворчала.

– Ах ты, хитрая! – Лада рассмеялась. – Нет, курочек нельзя есть, – лисичка сердито фыркнула в ответ. – И в деревне тоже. Мышек лови. Их много развелось в этом году.

Лисичка грустно вздохнула и тяфкнула обиженно.

– Ну, а как ты хотела, милая? – Лада рассмеялась.

Бельчонок ревниво застрекотал на плече.

– Ну, что ты? – она погладила возмущённого бельчонка. – Всем ласка нужна, не только тебе.

Поднявшись с колен, Лада пошла дальше по лесу.

Раз в несколько дней она обходила свой лес, подмечая изменения. А их было много.

Постепенно возвращались животные. Увидев в прошлый раз оленя на большой поляне, Лада сначала не поверила своим глазам, а уж после, смеясь и плача, обнимала это восхитительно прекрасное животное.

– Какой же ты! – с восторгом шептала она. – Красивый!

Видеть то, что лес постепенно наполнялся жизнью, было радостно. Он, словно набираясь сил, становился ещё больше и крепче.

Постояв на краю леса, Лада глубоко вдохнула воздух и поморщилась, ощутив запах гари.

– Мара… – она недовольно скривилась. – Вот ведь!

Но цокай не цокай, а чем холоднее становилось, тем явственнее ощущалось влияние Мары. Иногда, вот, как сейчас, стоя на краю леса, что отделяет её от болот, она чувствовала Мару. Но та, словно скрытая невидимой пеленой, не показывалась Ладе на глаза.

Чуть постояв, Лада развернулась и пошла обратно.

Не время ей прохлаждаться, время действовать.

Они с Гордеем приготовили кормушки для животных, расставив их по лесу. Заготовили несколько стогов сена для оленей и овцебыков. Если зима будет суровая, то всё это пригодится. Белки напрятали в свои закрома орехов да ягод.

Они все готовились к зиме.

Глава 18

– Угу… скажешь тоже! Сейчас потренируешься и быстрее меня станешь…– Лада погладила её по руке. – Смотри ещё раз.

Взяла в руки спицы и стала вязать.

– Смотри, вот изнаночная петля, лицевая и снова изнаночная, и опять лицевая… Получится резинка. Держать носок будет на ноге. Это не сложно.

Бояна с сомнением хмыкнула и потянулась к спицам.

– Вот… не плохо. – подбадривала она её. – Хорошо как выходит. Надо только ровнее нить держать, тогда вязание будет плотным и однородным.

– Смотри как! – Бояна словно ребёнок радовалась результатам. – Это я смогу как ты носки связать?

– Да! И носки, и шапку, и много что ещё. – Лада кивнула,– Я сама конечно не все умею, но все что знаю, покажу.

Бояна довольно улыбнулаь. – Это хорошо, Веда. Это очень хорошо!

Лада с удовольствием смотрела на то, как Бояна увлечённо старалась вязать. Она очень изменилась за то время, что они общались. Ушла угрюмость, она словно стала выше, расправив плечи. Бояна как будто бы даже помолодела.

– Надо же, Веда, как занятно выходит! Петелька к петельке и вон чего получается…– она подняла свое вязание и залюбовалась им.

– Да… – Лада усмехнулась, – ловкость рук и ничего более.

– Смотри, Ладушка, у меня уже лучше выходит?

– У тебя выходит уже лучше, чем у меня! – Лада ласково улыбнулась Бояне. – Ещё не много и сможешь научить деревенских.

– Ох как это хорошо, Ладушка, как славно это. – Бояна на миг прикрыла глаза. – Сколько хорошего можно сделать! Это же как выходит… Мы теперь, эту зиму мёрзнуть не будем! Прав был Макар когда сказал, что Весна с тобой пришла. – она перевела счастливый взгляд на Ладу, – Ты сама Весна! С тобой душа людская зацвела…

Лада смущённо взмахнула рукой, – Полно Бояна! Не смущай меня! Знаешь же, что от души все идёт.

– Так и у меня от души, Ладушка! Раньше, душа моя словно дерево старое была. Усыхала я, коряжилась, не знала как век свой дожить. А сейчас? – она покачала головой. – Сейчас будто заново нарождаюсь. Всё интересно мне, ко всему душа тянется. Словно свет ты зажгла для меня!

– Хорошо это Бояна. Меня это радует! Так радует, что ты представить себе не можешь! – воскликнула Лада эмоционально.

– Могу, Веда! Ещё как могу! Каждый в деревне у нас только и говорит что о Вере, что в сердца наши вернулась с твоим приходом. Как лес ожил, так и мы словно бы ожили… – Бояна встревоженно посмотрела на Ладу, – только страшно мне, Веда… Страшно, что можно потерять все это. Не хочется возвращаться в то, как жили мы.

– И не вернётесь, если не хочется! – Лада ободряющее сжала её руку. – От вас многое зависит, не только от меня…

– Лада! – в дом вошёл Гордей и бросив быстрый взгляд на Бояну, смущённо прокашлялся. – Я там это… доделал что просила.

– Ох, как здорово, Гордей! – Лада подскочила и повернувшись к Бояне выпалила – Сейчас вернусь!

Выбежав вслед за Гордеем на улицу, она подбежала к столу.

– Ох, как хорошо получилось, Гордей!

Тот топтался рядом смущённо теребя в руках шапку. – С Кузьмой делали. Вроде все как ты объясняла выполнил.

– Верно все, а что не так, я потом скажу, сама должна попробовать, что да как, потом видно будет.

– А что это, Веда? – робко спросил Кузьма, стоящий рядом с отцом.

– Это? Это Кузьма будущее наше. С помощью этого, мы с тобой все что важное, для будущих потомков сохраним. – Лада подмигнула оторопевшему парню и рассмеялась. – Я все покажу Кузьма. Уверена, у тебя все получится, а пока давайте ка перенесём все в сарай. Я там работать буду…

* * *

– Смотри, Кузьма, видишь я раствор развела? Это не просто раствор. Это пульпа. Я здесь замочила измельченную солому. Руками не лезь больно то, ядреный раствор получился, руки сожжешь.

– Прям сгорят?– Кузьма удивлённо уставился на Ладу.

– Нет уж! – Лада рассмеялась. – Просто руки будут как холодом или огнём пораненные, раствор такой здесь. Сильный. – Она осторожно мешала густой раствор соломы, воды и щелочи. – Сейчас я зачерпну и в рамку налью. Вот, смотри. Вся лишняя вода стечет и останется… – Лада торжествующе улыбнулась, – бумага!

– А зачем? – Кузьма не отрывая глаз следил за её действиями.

– Ох, Кузьма! – Лада едва не подпрыгивала от радости. – Это же такое изобретение! Это же просто чудо как важно для людей! Вот смотри, – она подхватила сухой лист бумаги, результат её экспериментов и подвинула к себе горшочек с чернилами.

– Я сейчас напишу как зовут тебя. – она старательно вывела буквы. – Кузьма.

– Эти букашки моё имя?– Он рассмеялся, разглядывая прописные буквы, которыми Лада написала его имя.

– Ммм, да, действительно букашки. – Лада задумчиво смотрела на лист бумаги. – Давай по другому попробуем.

Она взяла в руки перо и вывела рядом– КУЗЬМА– печатными буквами. Смотри, сейчас я тебя буквам учить буду…

– Как же интересно, Веда, выходит! Я сейчас могу все что хочу написать? – спросил через некоторое время Кузьма, с удовольствием разглядывая исписанный лист бумаги.

– Не просто все что хочешь, а все что нужно запишем.

– А что?

– Рецепты можно записать, травы какие есть, сказки даже для детей. Вот напишешь, что ты Кузьма, обучался грамоте и написал большой сборник лекарственных растений, а потом, лет через триста, найдут этот справочник и скажут тебе спасибо.

– А как скажут? От меня даже косточек к этому времени не останется! – протянул он удивлённо.

– Памяти твоей скажут, потомкам твоим. Будут внуки твои с гордостью говорить, что вот наш Кузьма Гордеевич, основоположник грамоты.

– Как же ты хорошо сказала, Веда! Я прям сразу захотел обучить всех!

– Вот и обучишь. – Лада ласково улыбнувшись ему, вернулась к изготовлению бумаги. – А пока давай бумагу делать. Планов у меня ещё много!

Через несколько часов работы, Лада удовлетворенно оглядела результаты их работы.

– Хорошо как мы потрудились с тобой!

– Хорошо то конечно, да мало. – с сожалением выдохнул Кузьма. – Я подумаю как нам по более делать бумаги твоей. Катушку нам надобно, да вертушку для пульпы. Больно муторно все палкой мешать.

– Вертушку?– Лада задумчиво смотрела на чан с пульпой. Хорошая идея, Кузьма. Можно вот так попробовать сделать. – она подвинула к себе бумагу и нарисовала что-то вроде венчика с лопастями. – Только ума не приложу, как это крутиться заставить? – она отложила перо и вздохнула.

– Я подумаю, Веда. – Кузьма с интересом разглядывал её художество. – Подумаю и сделаю то, что ты придумала.

– Молодец, Кузьма! Я в тебя верю!– Лада довольно хлопнула в ладоши. – Пойдём обедать будем, Бояну проверим заодно. Она тоже небось уже несколько пар носков связала, забыв о еде. Да отца твоего найдём…

К концу осени они почти все запланированные дела сделали. Бояна сейчас практически не приходила к Ладе, занятая обучением вязанию в деревне. Лишь раз в неделю приходила и они с ней учились вязать что-то новое. После носков она освоила вязание варежек, хомутов шерстяных на шею, а сейчас Лада и Бояна ломали голову как связать штаны. То снизу пойдут от штанин, то по отдельности начнут, все ерунда получается.

– Так, подожди, Бояна. Давай по другому попробуем. – Лада подвинула к себе листок бумаги. – Сейчас мы с тобой математическим способом рассчитаем все и станет понятно как, и что делать.

– Матическим? Как это? – Бояна зачарованно следила за ней.

Лада задумчиво посмотрела на лист. – Математическим. Знаешь, Бояна. Давай ка мы с тобой не много цифрами позанимаемся. Думаю, это тоже нужно будет.

– Смотри, вот у тебя один палец, а вот два…– Лада увлечённо учила Бояну счету. – Все просто, запомнишь легко. За то потом считать петли легко будет. – Лада нарисовала круг и поделилась его на несколько частей. – Вот к нас будет перед штанов, вот задняя часть, а это штанины. Сейчас петли посчитаем, все разделим и начнём.

После того, как Лада и Бояна нарисовали схему, рассчитав количество петель, вязание пошло гораздо легче.

– Вот уж не думала никогда, что так можно палочками штаны вязать.

– Ой, этими палочками что только не вяжут. Хочешь платье, хочешь пальто. Носки, штаны… Моя бабушка рассказала, что даже нижнее белье себе вязала. Шить то было не из чего, а попа то мерзла.

– Смешные слова ты говоришь, Веда. Какое нижнее белье? Юбку что ли?

– Нет…– Лада рассмеялась. – Смотри, сейчас покажу.

Она достала из шкафа чистый комплект белья. Трусики и лифчик. Примитивные, собранные на руках, без резинок, но все же привычные по прошлой жизни.

– Это низ, это верх.

– Неудобно же. – Бояна с сомнением посмотрела на белье.

– Кому как. – Лада пожала плечами. – Мне вот удобно. Не совсем конечно, но все же лучше чем с голой попой скакать.

Бояна заметно смутилась от её слов.

– Хочешь, я тебе такой сошью?

– Ох нет, Веда, я такое не понимаю. – она смущённо улыбнулась, – Я лучше буду штаны вязать, да платья ты сказала что можно. Вот такое мне нравится.

– Ну, смотри сама, – Лада рассмеялась. – Давай тогда ещё раз считать начнём. Начинаешь вязание, снимаешь мерки, потом рассчитывать петли…

День прошёл, словно и не было его.

– Ох темно то как стало! – всполошилась Лада. – Ты, Бояна, либо оставайся до утра, либо пойдём, я провожу тебя.

– Пойду я. – она суетливо стала собираться. – Утром Гордей зайти обещал, штакетник подправить.

– Оу! – Лада прикусила губу, сдерживая улыбку. – Если так то конечно, пойдём давай.

Темноты Лада не боялась. Чего ей пугаться? Лес короткой, да прямой дорогой выведет. Лихие людей больше не пустит, а больше в лесу ей нечего бояться.

Проводив Бояну до края леса, она повернула к себе и почти сразу почувствовала беспокойство. До дому чуть не бегом бежала торопя лес, хотя тот и сам, словно понимая все, стелил короткую дорогу.

– Борис? – удивлённо вскинула брови увидев возницу возле дома.

– Веда! Помоги! Жена рожает! – он бухнулся ей в ноги.

– Поднимись! Ну что ты! – она быстро проскочила к крыльцу. – Как рожает? Не семь ли месяцев только ей? – Лада быстро забежала в дом. – Рано рожать ей.

– Упала она. Утром упала, а потом живот заболел. Повитуха говорит рано ещё. Дитя не выживет…– он тихо всхлипнул, украдкой вытирая слезы.

– Ой нет, Борис! – Лада замерла посреди комнаты. – Ой нет…

Прикрыв глаза попросила помощи у духа.

– Соберись, Лада. Знание само придёт. – прошелестело рядом и Лада выдохнув быстро собрала то, что ей могло бы понадобиться.

– Поехали, Борис. Я готова!