Текст книги "Начать сначала (СИ)"

Автор книги: Аля Тафи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Глава 7

– Травушка-муравушка, зеленись, зеленись,

К золотому солнышку потянись, потянись.

Дождик, тёплых капелек не жалей, не жалей,

Травушку-муравушку ты полей, ты полей…*

Лада шла по лесу и тихо напевала песенку.

– Всё же, хорошая идея, собрать травы. Это же как травница, что-то вроде аптеки. А это труд, за это можно и что-то взамен попросить, – рассуждала она.

Утром, проснувшись с первыми лучами солнца, она снова пошла в лес за травами.

– Чувствуй сердцем… Чувствуй сердцем, – шептала она, приглядываясь к травам, но пока безрезультатно.

Нет, она, конечно, собирала те травы, которые, из прошлого ещё опыта, считала полезными. Ромашка, мята, немного череды, листья подорожника. Все эти травы были ей знакомы, и она их частенько использовала дома, но вот так, чтобы сердце ёкнуло и душа потянулась, такого пока не было.

Она уже дошла до озера, а той самой травы ещё так и не встретила.

– И всё же, как здесь красиво! – снова замерла она, залюбовавшись открывшейся перед ней картиной. Обведя глазами берег, она увидела очень красивые цветы, и сердце застучало, забилось в груди.

– Оно? – спросила она себя, и сама же ответила. – Оно!

Это было действительно оно, удивительно, но она это почувствовала именно сердцем, так, как ей сказал Дух.

Повинуясь порыву, она поклонилась озеру и цветам, прося разрешения собрать их.

Собрав столько, сколько ей разрешили, Лада села на берегу и спустила в воду босые ноги.

«Прав был Пашка, когда Ведьмой меня называл», – усмехнулась она про себя.

Всякий раз, как они с ним оказывались на природе, Лада бежала обниматься с деревьями, разговаривала с цветами, а если погода позволяла, то снимала обувь и шла по земле босиком. Она всегда отвечала возмущающемуся Пашке, что так она сил набирается.

«А ведь и вправду много было знаков. Только как поверить в такое в абсолютно техногенном мире? Вот и не верилось».

Вода была прозрачной, приятно тёплой и манила её окунуться.

– Эх, купальника нет… – пробормотала она и тут же рассмеялась. – Будто кроме меня здесь есть кто.

Живо вскочив на ноги, она сняла с себя платье и, разбежавшись, прыгнула в воду.

Нырнув в воду с головой, она с наслаждением сделала несколько движений под водой и лишь потом вынырнула.

– Хорошоооо, – едва не простонала она, растягиваясь на воде.

Сколько себя помнила, она очень любила воду. Вода притягивала её и манила, она даже не помнит точно, когда научилась плавать, но точно до школы. Мать звала её Русалкой за любовь к воде.

– А оказалось, я не Русалка, а Ведьма… – Лада рассмеялась, раскинула руки и прикрыла глаза.

В какой-то книге она однажды прочитала, что женская энергия восполняется водой, и именно поэтому нас, женщин, так тянет к ней.

– Может быть, может быть, – прошептала Лада, лениво шевеля пальчиками на ногах.

Лежать в воде было приятно. Никаких ненужных мыслей, никакой негативной энергии… Лада весело рассмеялась от этих мыслей и, перевернувшись, поплыла к середине озера.

Здесь вода была холоднее, но всё равно очень приятной. Наплескавшись, она поплыла к берегу.

Уже натягивая на себя платье, она почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись к озеру, никого не увидела, но ощущение, что на неё смотрят, не проходило.

– Кто там? – крикнула она, смотря вперёд. – Выходи!

Но никто не появился. Пожав плечами, Лада подхватила свою корзинку и пошла к дому. И пока деревья не сомкнулись за её спиной, она чувствовала чей-то напряжённый взгляд.

– Ты плакун-траву нашла? – с удивлением протянул Голос.

– Плакун-трава? Хмм… по-моему, она как-то не так называется, – Лада нахмурилась, вспоминая название. В своей библиотеке за несколько лет работы она столько книг перечитала, столько энциклопедий! И про лекарственные растения точно читала. Более того, она, помнится, даже несколько курсовых писала для девушки, которая училась на фармацевта.

– Вспомнила! – воскликнула Лада. – Это дербенник иволистный! Да! Точно он. Это лекарственное растение.

– Смешная ты, Ладушка… – отсмеявшись, прошелестел Голос. – Это плакун-трава. Самый сильный оберег от Нечистой Силы, от зла, а, самое главное, от Чёрных Ведьм. Давно его не было… Это был подарок для человеков от Богини Лады. Единственный действенный оберег от зла и порчи. Дождь прошёл, вот он и вырос.

– Ну, может быть, конечно, и так, я не спорю. – Лада пожала плечами. – Но, если с точки зрения фармацевтики, то это дербенник иволистный. В любом случае, я его когда увидела, сердцем почувствовала, что это То Самое Растение.

– Конечно, почувствовала. Твоё оно, обережное, – довольно прошелестело рядом. – Завтра в город-то пойдёшь?

– Завтра, скорее всего, да. Соли нет совсем, да и на платье ткань бы купить, а, может, кто готовые платья продаёт.

Лада разложила в тенёк свои травы сушиться.

– Да, и вообще… интересно же, что в городе происходит, – она на мгновение задумалась. – Только я дороги не знаю. Как туда попаду?

– Дорога сама выведет. Не потеряешься.

– И всё равно страшно. Ой! – вспомнила она. – Я же на озере когда купалась утром, словно чей-то взгляд на себе почувствовала. Как будто кто-то смотрел на меня с того берега.

– А холодом веяло, гарью, может, пахло? – заволновался Голос.

– Нет, – удивлённо покачала головой Лада. – Ничего такого, только взгляд чувствовала. Может, из зверей кто был? Волк там, медведь?

– Медведь? – задумчиво переспросил Голос. – Может, и медведь. Теперь уж не узнаешь.

Собираясь в город, Лада достала своё единственное сменное платье, и с огорчением посмотрела на свои босые ноги.

– Далеко-то, бросая, не пойдёшь.

Нет, она, конечно, любила ходить босиком, но умеренно. Всё же обувь нужна.

– Может, до города так дойду? – снова посмотрела она на свои босые ноги. За несколько дней хождения босиком, её ножки загорели и стали крепче. Она пошевелила пальчиками и покачала головой. – Не дойду.

– Так… – Лада стояла посреди дома и задумчиво покусывала губу. – Давай-ка, Дом, мы с тобой каждый уголок проверим?

Дом встрепенулся в желании помочь.

– Мне бы кусочек кожи, что ли, найти… – протянула Лада, обшаривая каждый уголочек. – Может завалялся маленький? Я бы сандалики хоть сделала себе.

Лапти-то она плести не умеет, а вот сандалии, по типу гладиаторских, из ремешков, осилит.

– Ой, что-то нашла… – довольно воскликнула Лада, вытаскивая на свет небольшой кусок плотной кожи. Сидя на полу, Лада придирчиво рассматривала его со всех сторон. Жёсткая от времени кожа была неровной отделки. В одном месте толстая, в другом тонкая, эта кожа была не пригодна практически ни для чего. Может поэтому она здесь и валялась, забытая и никому не нужная.

– А мне вот очень даже нужная, – пропела довольно Лада, раскладывая кожу на полу. – Спасибо, милый Домик, ты, как всегда, помог!

Дом приосанился, расправив все свои балки, и словно стал больше и ещё светлее.

«Ласковое слово, оно такое, – подумала Лада. – Даже дому приятно».

«Хорошо, что у меня ножки маленькие», – мелькнула мысль, когда она делала выкройку будущей обуви. Раньше этот факт её раздражал, особенно, когда она искала обувь на свою узкую ножку тридцать пятого размера. Большую часть обуви приходилось покупать в Детском мире, а что-то даже шить на заказ в специальном обувном ателье. Сейчас же она радовалась своему маленькому размеру ноги.

Лада весь оставшийся день занималась тем, что мастерила себе сандалии.

– Ну… в целом неплохо… – пробормотала она, разглядывая своё произведение. – Даже очень неплохо, – она поправила шнуровку и прошлась по дому.

– Что это? – прошелестело рядом. – Всё на верёвки порезала.

– Сандалии. Не босиком же идти. Что уж смогла, то сделала, – Лада пожала плечами и сняла свою обувь. – Но надо что-то бы себе поприличнее найти потом. Сапожки там, туфельки…

– Сапожки… – голос хрипло рассмеялся. – Нет тут сапожек среди простых людей.

– Почему? – удивилась Лада. – Коров держат, овец, свиней тоже, наверное, почему нет-то?

– Так всё забирают себе Верховные. Человекам мало что остаётся.

– Ууу… – Лада скривилась. – Как везде, значит. Ясно. Верхушка жирует, низы бедствуют.

– Верховные тоже не сильно жируют. Большую часть Чёрные Ведьмы забирают, как откуп, – прошелестело рядом.

– Чёрные Ведьмы? Их много что ли? – Лада удивлённо вскинула брови.

– Нет. Слава Велесу и Богине Ладе, не много. Но есть. Рано тебе ещё всё это знать, – отрезал Дух и замолчал.

«Ну, рано, так рано», – пожала плечами Лада и легла спать.

Стоило только уснуть, как она очутилась в заброшенном городе Святогорске.

Пустые глазницы окон, провалы в стенах, засохшие стволы деревьев и удушающий запах гари… Всё это вызывало ужас.

Лада почувствовала на себе чей-то злой взгляд. Это было не то чувство, как возле озера. Тогда взгляд чувствовался как любопытство, её словно бы рассматривали, любовались, наблюдали. Здесь же она чувствовала ненависть. Жгучую ненависть, которая могла испепелить, сжечь…

– Светлая Ведьма… – прошипело за спиной, и Лада медленно повернулась.

Перед ней стояло Нечто. Не человек и не призрак. Что-то жуткое и неясное, словно покрытое дымкой, но при этом с горящими, полными ненависти глазами.

– Светлая Ведьма… – снова жутко прошипело это Нечто и потянулось к ней.

Лада инстинктивно вскинула руку, стремясь защитить себя, и Нечто с визгом отпрянуло. В руке у Лады был зажат тот самый цветок, плакун-трава. Увидев каким страхом наполнились глаза Чёрной Ведьмы, Лада воспряла духом и снова взмахнула рукой с зажатым стеблем цветка.

– Уходи! Прочь! Не смей!

Жуткий смех Ведьмы раздался над городом и… Лада проснулась.

Сердце бешено колотилось в груди, она прижала к ней руки и попыталась отдышаться.

– Божечки, божечки… – прошептала она испуганно. – Какой же мне жуткий сон приснился!

– Ведьмы знают о тебе, – вздохнуло рядом и словно бы погладило её по волосам.

– И что делать? – чуть отдышавшись, спросила Лада.

– Ничего. Жить. Наполняться Силой, – Лада снова ощутила лёгкое поглаживание. – Спи, Ладушка, спи.

Глаза сами стали закрываться, и Лада, отбросив все страхи, зевнув, устроилась на лавке и уснула.

Глава 8

Поправив шнурочки на ногах, Лада встала и, взяв в руки большую корзинку, наполненную травами, вышла из дома.

День обещал быть солнечным и тёплым. Напевая себе под нос, Лада шла по дороге, улыбаясь своим мыслям.

Дух сказал, что Лес её выведет короткой дорогой к городу, а дальше она сама поймёт куда идти.

– Слушай себя. Сила, что есть в тебе, сама куда надо выведет и защитит, если надо.

Улыбаясь солнечному дню, Лада погрузилась в свои мысли. Вчерашний сон откровенно пугал. И пусть она почти ничего не помнит, но общее ощущение какого-то отчаяния до сих пор пробирает мурашками.

Жуткие глаза Чёрной Ведьмы едва ли не мерещились теперь повсюду.

– Будешь думать о плохом, плохое и случится! – строго сказала она себе. – Думать надо о хорошем!

Прогнав пугающие мысли, сосредоточилась на том, что ей нужно приобрести в городе. У неё, конечно, были небольшие сомнения по поводу того, что люди сами будут ей что-то приносить. Но Дух настолько уверенно об этом говорил, что она поверила.

«Мне нужна ткань, много. Надо платье сшить, сорочку, белье… О, белье обязательно!», – мечтательно подумала она. Без белья ходить было… нет, не столько неудобно, сколько неловко. Наверное поэтому так мечталось об обычных трусиках.

«Кто бы знал, что я о трусах мечтать буду!», – рассмеялась Лада своим мыслям.

Такие мелочи, к которым ты никак не относишься в своей обыденной жизни, не замечаешь, используя привычно, здесь, в другом мире, становятся очень желанными. Вот, например, взять белье. Обычное, удобное белье. Привычное, хлопчатобумажное, можно даже без кружева… Нет его здесь, и что с этим делать, совершенно не понятно. Ну, предположим, купит Лада ткань. И что?

Она вообще имеет только очень посредственное представление о шитье. Нет, конечно, как всякую девочку её учили шить, вязать, вышивать, но не зашло как-то, а, может, потребности просто такой не было…

Лада снова хмыкнула, вспоминая другие мелочи, которые, как теперь оказалось, совсем не мелочи.

«Шампунь… Я очень хочу помыть волосы шампунем и ополоснуть их кондиционером. Хочу ванну, большую. Хочу мыло и махровые полотенца. А ещё… – тут она, не выдержав, рассмеялась в голос. – Ещё хочу туалетную бумагу!».

Привычка современного человека к комфорту так просто не забывается. Подумаешь, горячая вода из крана и туалетная бумага? А вот и не подумаешь… Не зря все это называется «удобства».

«Надо всё разузнать в городе, и возле дома построить баню. Бани-то тут уж должны быть. Мужики-то в городе наверняка такое умеют делать, а не умеют, так в деревню схожу, там-то уж точно знают про баню. Это же древнее изобретение человека. И с мытьём вопрос сразу решится. Может, мыло найду на рынке, а еще расчёску…», – мечтательно улыбнулась она своим мыслям. И вдруг замерла, едва не споткнувшись.

Лес расступился, и перед ней появилась… Степь? Пустыня?

Серая, растрескавшаяся от сухости земля с редкими пучками сухой травы.

Лада обернулась назад, за её спиной был лес. Зелёный, густой, сочный… а впереди – сухая степь.

– Очень странно всё… – задумчиво произнесла она. – Даже не странно, а пугающе!

На самом деле, страха как такового не было, было удивление, недоумение и, может, немного опасения, но не страх.

Лада, прикрыв глаза, глубоко вздохнула и сделала шаг. Под ногами тут же появилась дорога, уверенно уводящая её вперёд.

Обернувшись, Лада теперь уже не увидела леса за спиной. Будто и не было его. Словно сделав шаг, она перенеслась далеко-далеко.

«Степь, да степь кругом», – хмыкнула про себя Лада и пошла вперёд.

Сухая земля грустно шелестела под ногами, сухие травы ломались, стоило их только лишь коснуться.

Лада смотрела на всё это, и сердце кровью обливалось. Мёртвое всё вокруг неё было. Безжизненное…

– Так не правильно! Слышишь! Не правильно так! – крикнула она, подняв голову к небу. – Степь не должна быть такой!

Остановившись посреди дороги, она снова обвела взглядом засохшую серую степь, и слова сами полились из неё, складываясь в известные строки.

Степь широкая,

Степь безлюдная,

Отчего ты так

Смотришь пасмурно?

Где краса твоя,

Зелень яркая,

На цветах роса

Изумрудная?

Где те дни, когда

С утра до ночи

Ты залетных птиц

Песни слушала,

Дорогим ковром

Расстилалася,

По зарям, сквозь сон,

Волновалася?

Когда в час ночной

Тайны чудные

Ветерок тебе

Шептал ласково,

Освежал твою

Грудь открытую,

Как дитя, тебя

Убаюкивал?..

А теперь лежишь

Мертвецом нагим;

Тишина вокруг,

Как на кладбище…

Пробудись! Пришла

Пора прежняя;

Уберись в цветы,

В бархат зелени;

Изукрась себя

Росы жемчугом;

Созови гостей

Весну праздновать.

Посмотри кругом:

Небо ясное

Голубым шатром

Пораскинулось,

…

Новой жизнию

Веет теплый день,

Ветерок на грудь

К тебе просится.***

Лада стояла, тяжело дыша. Воздуха катастрофически не хватало, сердце стучало в груди так сильно, что, казалось, сейчас выпрыгнет. Вроде простое стихотворение прочитала, а столько сил ушло!

Вообще стихи она любила, в своей библиотеке частенько брала томик того или иного автора и читала, читала взахлёб… Обладая прекрасной памятью, она очень просто запоминала их и любила цитировать.

Отдышавшись, она медленно открыла глаза и тихо ахнула. Нет, конечно, вокруг неё не было буйной зелени и не распустились цветы, но что-то неумолимо поменялось вокруг. Словно степь… ожила?

Лада снова вздохнула, теперь уже умиротворённо, и подставила лицо легкому ветерку.

– Давай, Ветерок, пригони тучи! Давно здесь, видно, дождя не было. Пора, пора насытить землю влагой, – сказала Лада, улыбаясь.

Ветер, словно только и ждал этой её просьбы, тут же усилился, развернулся, побежал по степи, укрепляясь, расширяясь, закручиваясь спиралью.

– Эгегей! – закричала Лада и, подхватив подол платья, побежала за ветром.

Она даже сама не поняла, как оказалась в городе.

Вот только по степи бежала, смеясь, соревнуясь с ветром в скорости, а вот уже стоит на площади.

– Ведьма… – изумлённо ахнуло рядом. – Светлая!

Площадь тут же оживилась, забурлила людьми. Вокруг неё стала собираться толпа, состоящая из людей разных возрастов. Мужчины, женщины, дети…

– Ведьма… – шептала вокруг толпа. – Светлая, светлая…

Лада, прижав к себе корзинку с травами, робко улыбнулась.

– Здравствуйте, люди добрые! Я Лада!

И тишина… Громкая, практически осязаемая тишина заполнила площадь после её слов.

– Лада… – выдохнула площадь. – Пришла… Вернулась!

Площадь заволновалась, запричитала голосами людей, сливаясь в благоговейный шёпот.

– Вернулась, вернулась…

Лада стояла так и прижимая к себе корзинку, не сколько испуганная, сколько ошарашенная реакцией людей на своё появление, и не знала, что делать.

– Я травы принесла, – снова подала она голос. – Полезные травы. На рынок пришла я.

– Травы… Травы принесла, – снова зашептало вокруг неё.

Люди вокруг плакали, смеялись, кто-то стоял и низко кланялся, кто-то благоговейно тянул к ней руки, стремясь коснуться, но не касаясь.

Неожиданно всё смолкло, и толпа, расступившись, пропустила к ней высокого седого старца.

– Доброго тебе дня, Ведьма, – он чуть склонил перед ней свою голову.

Лада, воспитанная в уважении к старшим, а старец, склонивший перед ней голову, был явно старшее неё, поклонилась ему со словами:

– И тебе доброго дня!

Вокруг неё снова раздался гул голосов, но, впрочем, быстро смолк. Одобрительная улыбка мелькнула в выцветших глазах старика и тут же спряталась в лучиках морщин.

– Мы ждали тебя, Ладушка. И не надеялись уже, что придёшь.

– Ждали? – она удивлённо склонила голову.

– Ждали, – подтвердил он. – Знаки были, что придёт Светлая Ведьма и всё изменится.

Лада понятливо кивнула и улыбнулась ему.

– Я пришла. Травы принесла, вот, – она протянула ему свою корзинку. – Я недавно здесь, поэтому мне кое-что нужно было на рынке.

Старец сделал шаг и протянул руку к травам в её корзинке.

Тонкий, но очень грозный стрёкот раздался оттуда, и рука старца, дрогнув, опустилась.

– Я смотрю, у тебя и Хранитель появился? – он снова чуть заметно улыбнулся. – Правильно это. Хорошая трава, только хозяйкой должна раздаваться.

Лада с недоумением заглянула в корзинку и встретилась с сердито нахмуренными глазками-пуговками, маленький носик возмущённо подрагивал. Раскинув лапки, бельчонок лежал на собранных травах, как бы пряча их.

– Бельчонок… – Лада протянула руку и ласково погладила его по мягкой шёрстке. – Со мной пошёл? Вот хитрец! Я даже не заметила тебя.

Малыш прикрыл глазки, наслаждаясь поглаживанием. Это был тот самый бельчонок, которого она подняла, выпавшего, несколько дней назад.

– Давай траву людям отдадим? Всё же для них я её сюда принесла, – тихо прошептала ему Лада и снова погладила.

Чуть ворча и скалясь, бельчонок, осторожно озираясь, перебрался к ней на плечо.

– Пройдём Ведьма, покажу тебе место. А как раздашь травы, приходи в мой дом, поговорим.

‐–

1849 Иван Никитин

Глава 9

Рынок производил конечно не самое радужное впечатление. Простые столы, на которых было просто навалено кучей различного товара. Чуть дальше вещевого рынка были загоны с животными.

«Там мне тоже надо побывать. Курочек к своей Рябушке набрать, подружками будут. Может гусят взять? Хотя нет. Гуси щиплются. Не возьму», рассуждала про себя Лада пока шла за старцем. Люди расступались перед ними и низко кланялись при этом. Это было очень необычно. Сам город, люди одетые просто и с благоговением смотрящие на них, старец, что вёл её за собой…

«Я как кино смотрю!», хихикнула про себя Лада. «Или книгу читаю, историческую»…

– Вот, Ладушка, смотри. Самый центр рынка нашего, выбирай любое место.– старец обвел рукой центральные ряды рынка. – Чьё место присмотришь, того подвинем.

– Как подвинем?– Лада нахмурилась. – Не надо двигать никого! Мне и с краю места нормально. – она сердито хмыкнула.

– С краю значит хватит?– старец чуть улыбнулся. – Тогда сама выбирай себе место.

– Вот и выберу.– сердито кивнула Лада и пошла вдоль рядов. Люди, стоявшие за прилавками молча следили за каждым её движением, готовые тут же освободить ей понравившееся место.

«Да не собираюсь я никого гнать! Разве можно так?», сердито пыхтя она нашла в конце ряда небольшой пятачок свободного пространства. Он вполне её устроил и своим расположением и размером. Но самое главное он был пустой. Место конечно не самое проходимое, но и ей не торговать большим товаром. Что её травы? Одна корзина только.

Бельчонок, сидевший на её плече до этого тихо и спокойно, одобрительно зацокол ей в ухо и шустро спустился по руке, сев прям по середине полки.

– Здесь встану. – Лада поставила свою корзинку на стол. – Мне чужого места не надо, я не за тем сюда пришла.

– А зачем?– старец смотрел на нее так внимательно, словно от её ответа судьба чья то решается.

– Как зачем? – Лада удивлённо вскинула брови. – Познакомиться. Травы свои на товары обменять. Может не все сразу возьму конечно, не много трав я принесла, но ведь ещё приду.

– Что же ты хочешь, Веда?

– Ткань мне нужна. На платье, да на прочее, – чуть смутилась Лада. – курочек хотела не много. Крупа кончается тоже, соли нет совсем. Так уж, по мелочи.

Старец кивнул ей и обернулся к замершей толпе. – Все слышали?

– Слышали, слышали… и так понятно, что надо Ведушке. – перед ней появилась женщина, держащая в руках небольшой глинянный кувшин. – Все в хозяйстве то надо. Вот и я масла принесла. Свежее. Возьми его не обесуть. – она с поклоном поставила перед Ладой кувшин. На мгновение у них соприкоснулись руки и Лада чуть заметно вздрогнула.

– Дом сын пусть в том месте не строит. Плохое место. Отойди к восходу солнца на сто шагов от угла своего дома и там стройте. Под угол дома, как строить начнете положи веточку плакун-травы. – Лада протянула ей цветок, что сорвала у озера. – Дом долго стоять будет.

Женщина охнула и потрясенно прижала руки к груди. – Ведушка… благодарствую. – взяв из рук Лады цветок, все так же потрясенно смотря на неё попятилась назад и скрылась в толпе.

Следом за ней потянулись остальные. И прав был дух. Несли люди, кто что мог и каждому Лада находила ту травку, что нужна была именно ему и слова сами всплывали в её голове стоило лишь человеку обратиться к ней.

– Возьми милая, – к ней с поклоном подошла женщина и дала ей отрез ткани. Выбеленный лен был настолько отличного качества, что Лада тихо ахнула развернув его.

– Невестка моя рукодельница. Мастерица каких поискать. Её работа. – с искренней гордостью и любовью сказала женщина, глядя как Лада с восторгом рассматривает ткань.

– Какая чудесная мастерица! Такое мастерство по наследству надо передавать. Забери ткань домой. Не продавай никому, через девять месяцев на пелёнки пустишь. А как Вера из пелёнок вырастет, Любаве пригодится. – Лада ещё раз любуясь погладила ткань и сложив её отдала женщине.

– Верочка? Любавушка?– из глаз женщины потекли слезы. – Как мне благодарить тебя Ведушка? Не было деток у сына с невестушкой, а ты сразу двоих им пророчишь…– она кланялась, вытирая слезы. – Верушка, Любавушка! Имена то какие звучные, добрые. – женщина прижав ткань к сердцу развернулась и побежала в сторону, без конца повторяя «Верочка, Любавушка»…

Бельчонок смешно чихнул и задергав ушками, забрался к ней на руку.

– Ну мы с тобой все раздали, малыш. – Лада развела руками и погладила его по мягкой шерстке.

Она сама не заметила, как корзинка полная трав опустела, так же как и очередь к ней.

– Знать бы ещё, откуда все это во мне поднимается? – задумчиво произнесла Лада. Все что она говорила людям, откуда то изнутри поднималось и выливалось словами. Так то и раньше, ещё в прошлом такое бывало с ней, но не настолько мощно.

Дух утверждал что это сила рода в ней говорит. Никуда же знания не уходят, они копяться, откладываются в закрома памяти Вселенной и когда надо приходят к нам снами, видениями, подсказками.

В технологичном мире мы называем это интуицией, по простому чуйка. Но что такое интуиция? Это же знания и опыт предков. Это подсказка от рода.

– Вот! – погрузившись в свои размышления, Лада не заметила как к ней подбежали две женщины. – Невестка моя. Мастерица наша.

Они обе бухнулись перед ней на колени, заставив Ладу испуганно подскочить.

– Ну ка встали, чего на землю улеглись! – строго сказала Лада, чуть придя в себя. Она обошла стол и сама потянула за руку ту женщину, что постарше. Ту, что принесла ей ткань. – Не надо мне в ноги падать. Не хорошо так. Что я, божество какое?

Женщина, та что помоложе, вскочив на ноги, помогла Ладе поднять свою мать.

– Благодарить пришли. – она поклонилась. – Мама весть благую принесла.

Они обе стояли и сквозь слезы смотрели на неё.

– Ну? Весть благая, а вы слезы льете. – Лада улыбнулась им ободряюще. – Такое мастерство не должно пропадать. Дочек научишь своих, род они продолжат, мастерство дальше передадут.

И вроде успокоить хотела, а обе ещё больше слез лить стали.

– Ведушка, Ладушка, сын мой Борис все что ты собрала сам тебе отвезёт. Не носи свои тяжести. – чуть успокоившись выдавила из себя между всхлипами старшая женщина. – Мы к нему на телегу тканей положили. Ту, что ты вернула на особое место убрали. Никому даже показывать не станем. А сын отвезёт. Заберёт все что скажешь и отвезёт тебе.

– Ой, спасибо вам!– обрадовалась Лада. – А я думала, как всё донесу?

Вещей и вправду набралось много. Что только не несли люди, чем только не делились. Каких только товаров не набралось под столом у Лады. Предложение с телегой было очень даже кстати.

– Мне сейчас к старцу надо, а потом уж домой.

– Проводим…– снова закивали женщины. – Пошли давай. Все здесь оставь. Никто не тронет.

Обступив её с двух сторон, но не подходя совсем близко они повели её к дому старца.

– Старец это наш городской кудесник*. Он нам говорил на вечере, что Лада придёт. Что были знаки о приходе светлой Ведьмы. Уж мы рады были! Без тебя Лада и Мира нет в домах и семьях, и земля не родит, и дети не рождаются. – быстро тараторила, та женщина, что была постарше.

– А то что даёт земля совсем скудное. Может потому и дети не родятся, что кормить их будет нечем? – тихо добавила молодая.

– Да и забирает все боярин, князю, а тот на болота носит иначе бы совсем нам жизни не было. – тихо добавила старшая. – Вот. Пришли мы. Иди Ладушка. Мы тебя с Борей подождём.

Лада кивнула и поблагодарив их постучала в дом. Дверь тут же отворилась перед ней, словно её ждали.

‐–

Кудесник – что то вроде языческого жреца.