Текст книги "Том I: "Порода" (СИ)"

Автор книги: Альварен Дорн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

– Отлично. Второе?

– Медицина. Хочу создать госпиталь с современными методами лечения.

– Интересно. А третье?

– Образование. Школа для подготовки грамотных мастеров и специалистов.

Демидов задумался.

– Амбициозные планы. А сколько времени потребуется?

– На металлургию – несколько месяцев. На госпиталь – год. На школу – два-три года.

– И сколько это будет стоить?

– Металлургические улучшения окупятся очень быстро. Госпиталь будет приносить доходы от лечения платежеспособных пациентов. Школа – долгосрочная инвестиция.

– Понятно. Хорошо, начинайте с металлургии. А остальное обсудим позже.

В Невьянске их разместили в большом доме рядом с заводоуправлением. Условия были отличными – просторные комнаты, прислуга, хорошее питание.

– Богато живут Демидовы, – заметил Алексей.

– Да. И от нас ждут соответствующих результатов.

На следующий день Антон приступил к работе. Первым делом он осмотрел все заводские цеха, изучил технологические процессы.

Картина была неутешительной. Оборудование устаревшее, методы примитивные, потери огромные. Но именно это давало большие возможности для улучшений.

– С чего начнем? – спросил Алексей.

– С доменных печей. Если улучшить конструкцию, можно увеличить выход чугуна на треть.

– А как именно улучшить?

– Изменить форму горна, улучшить систему подачи воздуха, оптимизировать состав шихты.

Антон начал разрабатывать проект новой доменной печи. Он не мог применить все современные технологии, но базовые принципы улучшения были доступны и в XVIII веке.

Основная идея заключалась в лучшем смешивании руды, угля и флюсов, а также в более равномерном распределении температуры по объему печи.

– Интересная конструкция, – сказал главный мастер Иван Кузьмич, изучая чертежи. – А работать будет?

– Должна работать. Хотите, сначала построим небольшую экспериментальную печь?

– Давайте попробуем.

Строительство заняло месяц. Антон лично контролировал каждый этап, следя за тем, чтобы все делалось точно по чертежам.

Наконец печь была готова. Настал день первой плавки.

– Ну что, – сказал Иван Кузьмич, – посмотрим, что получится.

Печь загрузили рудой, углем и флюсами. Запустили мехи. Началась плавка.

Первые часы прошли нормально. Температура поднималась равномерно, процесс шел по плану.

– Пока все хорошо, – говорил Алексей.

– Да, но самое главное впереди.

К вечеру печь дала первый чугун. Его качество превзошло все ожидания – металл был чистым, без включений, с оптимальным содержанием углерода.

– Превосходно! – воскликнул Иван Кузьмич. – И количество больше, чем обычно.

– На сколько больше? – спросил Антон.

– Процентов на двадцать пять, не меньше.

Это был отличный результат. Увеличение выхода металла на четверть означало огромную экономию и рост прибыли.

– Павел Андреевич будет доволен, – сказал Алексей.

– Надеюсь.

Демидов действительно был в восторге от результатов.

– Прекрасная работа! – говорил он. – Когда можно будет перестроить основные печи?

– Нужно сначала отработать технологию на экспериментальной печи, – ответил Антон. – Выявить все нюансы, обучить мастеров.

– Сколько времени это займет?

– Месяца два.

– Хорошо. А что дальше?

– Дальше займемся мартеновскими печами для выплавки стали.

– А что с ними не так?

– Температура недостаточная, сталь получается неравномерной. Можно значительно улучшить качество.

– Делайте.

Следующие месяцы Антон провел в непрерывной работе. Он модернизировал одну печь за другой, внедрял новые методы плавки, обучал мастеров.

Результаты превзошли все ожидания. Выход металла увеличился в среднем на тридцать процентов, качество улучшилось в разы. Невьянский завод стал одним из самых эффективных на Урале.

– Удивительно, – говорил Павел Андреевич. – За полгода вы сделали больше, чем мы за десять лет.

– Просто применил правильные принципы, – скромно отвечал Антон.

– А теперь можно заняться вашим госпиталем?

– Можно. Но сначала нужно подготовить помещение и обучить персонал.

– Что нужно для помещения?

– Чистые, светлые комнаты. Хорошая вентиляция. Отдельные палаты для разных типов больных.

– А для персонала?

– Нужно обучить основам медицины. Как правильно обрабатывать раны, как готовить лекарства, как ухаживать за больными.

Демидов выделил для госпиталя большое здание в центре Невьянска. Антон начал его переоборудование под современные требования.

Главной проблемой была стерильность. В XVIII веке не знали о микробах, поэтому не понимали важности чистоты. Антон должен был объяснить необходимость дезинфекции, не упоминая о бактериях.

– Почему нужно так тщательно мыть руки? – спрашивали ученицы-сиделки.

– Потому что на руках могут быть невидимые духи болезни, – объяснял Антон. – Если их не смыть, они могут перейти к больному.

– А откуда вы знаете про этих духов?

– Из наблюдений. Заметил, что врачи, которые тщательно моют руки, лечат успешнее тех, кто этого не делает.

Такие объяснения людям XVIII века понять было легче, чем рассказы о микробах.

Постепенно госпиталь обретал форму. Чистые палаты, обученный персонал, запас лекарств, приготовленных по рецептам Антона.

– Когда начнем принимать больных? – спросил Алексей.

– Через неделю. Пока возьмем только простые случаи – раны, переломы, лихорадку.

– А сложные?

– К сложным случаям подойдем постепенно, по мере накопления опыта.

Первым пациентом госпиталя стал рабочий с тяжелой раной на руке. Рана гноилась, местные лекари предлагали ампутацию.

– Попробуем спасти руку, – сказал Антон.

Он тщательно очистил рану, обработал настойкой йода (которую сам изготовил из морских водорослей), наложил повязку с пенициллином.

– Что это за лекарство? – спросил больной.

– Лекарство из хлебной плесени, – ответил Антон. – Оно борется с гниением.

Результат не заставил себя ждать. Уже через три дня воспаление стало спадать, через неделю рана начала заживать.

– Чудо! – говорили люди. – Руку спас!

Слухи о "чудесном лекаре" быстро разошлись по округе. К госпиталю потянулись больные со всего Урала.

– Не слишком ли быстро растет ваша слава? – с тревогой спросил Алексей.

– Да, это беспокоит. Нужно быть осторожнее.

– А что если церковь снова заинтересуется?

– Тогда скажем, что используем старинные рецепты монастырских лекарей. И подчеркнем, что все делается с молитвой.

Антон действительно начал каждый прием больных с молитвы. Это успокаивало как пациентов, так и возможных критиков.

– Господи, – говорил он, – дай мне мудрость и силы помочь страждущему. Направь мои руки и разум на благое дело.

Такой подход полностью соответствовал духу времени. Медицина XVIII века была тесно связана с религией.

За полгода работы госпиталя Антон вылечил десятки людей. Его методы давали гораздо лучшие результаты, чем традиционная медицина того времени.

– Смертность снизилась в три раза, – докладывал он Демидову. – А время лечения сократилось вдвое.

– Замечательно. А доходы какие?

– Платежеспособные пациенты полностью покрывают расходы. Бедных лечим бесплатно, но это компенсируется репутацией.

– Отлично. А что с школой?

– Готов начинать. Но нужно разрешение властей.

– Займусь этим вопросом.

Разрешение на открытие школы получить было непросто. Церковь настороженно относилась к любому образованию, не контролируемому ею.

Но Демидовы имели большое влияние. После долгих переговоров разрешение было получено.

– Но с условиями, – предупредил Павел Андреевич. – Обязательно преподавание Закона Божьего. И никакой "вредной" философии.

– Понимаю. Будем учить только практическим наукам.

Школу разместили в отдельном здании. Программа включала грамоту, арифметику, основы геометрии, начала естественных наук.

– Как объяснишь физику и химию без "вредной" философии? – спросил Алексей.

– Представлю их как изучение "Божьего творения". Мол, познавая законы природы, мы лучше понимаем замысел Творца.

– Умно.

Первый набор составил двадцать учеников – сыновья мастеров и зажиточных ремесленников. Возраст от двенадцати до шестнадцати лет.

– Зачем нам учиться? – спрашивали некоторые. – Отцы и без книг хорошо живут.

– Время меняется, – объяснял Антон. – Кто больше знает, тот лучше работает. А кто лучше работает, тот богаче живет.

Постепенно ученики втягивались в процесс. Особенно их увлекали практические занятия – опыты с металлами, изучение свойств различных веществ.

– Смотрите, – показывал Антон, – если железо нагреть докрасна и опустить в воду, оно станет твердым. А если нагреть и остудить медленно, то мягким.

– Почему так? – спрашивали ученики.

– Потому что у металла есть внутреннее строение. При быстром охлаждении это строение одно, при медленном – другое.

Такие объяснения были упрощенными, но доступными для понимания в XVIII веке.

К концу года школа завоевала признание. Родители видели, что их дети действительно получают полезные знания.

– Мой сын теперь лучше понимает металлы, чем иные мастера, – говорил один из родителей.

– А мой научился считать сложные задачи, – добавлял другой.

Демидов был доволен результатами.

– Отличная работа, – говорил он Антону. – За год вы создали три успешных проекта.

– Спасибо. А что дальше?

– Дальше хочу предложить вам возглавить все научные работы на наших заводах. Заниматься не только Невьянском, но и другими предприятиями.

Это было заманчивое предложение. Но Антон понимал, что расширение деятельности принесет и новые риски.

– Подумаю, – сказал он.

– Не слишком долго. У меня есть конкуренты, которые тоже хотели бы получить ваши услуги.

Вечером Антон обсуждал предложение с Алексеем.

– Что думаешь?

– Думаю, что это большая возможность, но и большая ответственность.

– А риски?

– Чем шире деятельность, тем больше внимания. А лишнее внимание нам не нужно.

– С другой стороны, можно будет помочь большему количеству людей.

– Да, это плюс.

– Значит, соглашаемся?

– Соглашаемся. Но с условием постепенного расширения.

На следующий день Антон дал согласие Демидову.

– Прекрасно! – воскликнул тот. – Начнем с Тагильского завода. Там тоже проблемы с качеством металла.

– Когда ехать?

– Через неделю.

Так началась новая фаза жизни Антона в XVIII веке. Впереди были новые заводы, новые проекты, новые возможности изменить мир к лучшему.

Но были и новые опасности. Чем больше становилась его слава, тем больше вопросов возникало о происхождении его знаний.

– Главное – не торопиться, – говорил он себе. – Изменения должны быть постепенными и естественными.

Зима заканчивалась. Впереди была весна 1769 года и новые вызовы.

Антон стоял у окна, глядя на заснеженный Невьянск, и думал о пройденном пути. Год назад он был всего лишь заблудившимся во времени геологом. Теперь – влиятельным специалистом, чьи разработки меняли жизнь целого региона.

Было ли это тем, чего он хотел? Да, определенно. Он нашел свое место в XVIII веке и свой способ сделать этот мир лучше.

И это было только начало.– Дорогие читатели!Если вам нравится эта история – буду благодарен за лайк и, особенно, за комментарий. Ваша обратная связь вдохновляет и придаёт сил продолжать.

Не переживайте: книга публикуется по главам, но она уже полностью написана. Всё продумано, все узлы завязаны, и, поверьте, финал будет достойным.

Цикл обязательно будет завершён.

Спасибо, что идёте этим путём вместе со мной.

Глава 6: «Глаз бури»

Весна 1769 года пришла на Урал неожиданно рано. Уже в марте начал таять снег, обнажая почерневшую землю и наполняя воздух запахом пробуждающейся природы. Антон стоял у окна управляющего дома в Тагиле и наблюдал, как рабочие расчищают территорию завода от зимних завалов.

Три месяца работы в Тагиле принесли впечатляющие результаты. Новые методы плавки металла позволили увеличить выход чугуна на треть, а качество продукции превзошло все ожидания. Тагильское железо начали покупать даже в Москве, несмотря на высокую цену.

– Антон, – раздался голос за спиной, – к тебе посетитель.

Он обернулся. В комнату вошел Алексей, а за ним – незнакомый мужчина в дорожной одежде.

– Иван Петрович Кулибин, – представился незнакомец. – Механик из Нижнего Новгорода.

Антон знал это имя. Кулибин был одним из самых талантливых изобретателей XVIII века, создателем множества механических устройств.

– Очень приятно. А что привело вас в наши края?

– Слухи о ваших достижениях, – ответил Кулибин. – Говорят, что вы творите чудеса с металлом. Хотел своими глазами увидеть.

– Никаких чудес. Просто применяю старинные методы, которые изучил в книгах.

– Интересно. А можно посмотреть на эти методы?

Антон колебался. С одной стороны, Кулибин был признанным авторитетом, его одобрение многого стоило. С другой – он был слишком проницательным человеком, чтобы легко поверить в легенду о "забытых древних знаниях".

– Конечно, – сказал он наконец. – Пойдемте на завод.

Они отправились осматривать производство. Кулибин внимательно изучал новые печи, расспрашивал о технологических процессах.

– Удивительная конструкция, – говорил он, осматривая доменную печь. – Никогда такой не видел. А принцип работы можете объяснить?

Антон начал рассказывать, стараясь не углубляться в детали, которые могли показаться подозрительными.

– Видите ли, Иван Петрович, главное – правильное смешение руды, угля и флюсов. И равномерное распределение температуры.

– А как добиваетесь равномерности?

– Особой формой горна и расположением воздуходувов.

Кулибин кивал, но Антон видел в его глазах сомнения.

– А откуда взяли чертежи такой печи?

– Из старинных книг. Отец мой собирал древние рукописи.

– Понятно. А книги эти можно посмотреть?

– К сожалению, нет. Сгорели в пожаре.

– Жаль. Очень жаль.

Осмотр продолжался целый день. Кулибин изучал не только металлургические процессы, но и механизмы, которые Антон создал для автоматизации производства.

– Вот эта система подачи руды, – говорил он, указывая на транспортер, – тоже из древних книг?

– Да. Хотя пришлось немного адаптировать к современным условиям.

– Адаптировать... – Кулибин задумчиво повторил. – А не думали ли вы о создании более сложных механизмов?

– Каких именно?

– Ну, например, машин для обработки металла. Или устройств для измерения его качества.

Антон понял, что Кулибин проверяет его. Если он согласится создать что-то слишком сложное, это может вызвать подозрения.

– Боюсь, мои знания ограничены, – ответил он скромно. – Я больше специалист по добыче и плавке, чем по механике.

– Понятно. А все же, если бы понадобилось создать механизм для, скажем, точного измерения температуры в печи, смогли бы?

Это был прямой вызов. Антон знал принципы работы термометров, но создать их в XVIII веке было непросто.

– Можно попробовать, – осторожно ответил он. – Хотя это будет сложно.

– Попробуйте. Мне очень интересно посмотреть.

Вечером, когда Кулибин ушел отдыхать, Антон обсуждал ситуацию с Алексеем.

– Он что-то подозревает, – сказал Алексей.

– Да, я тоже так думаю. Слишком много наводящих вопросов.

– А что будем делать?

– Попробуем создать термометр. Если получится, это убедит его в моих способностях. Если нет – скажем, что древние знания не всегда применимы к современности.

– А как собираешься делать термометр?

– Принцип простой – расширение жидкости при нагревании. Можно использовать спирт или ртуть.

– А где взять ртуть?

– В аптеке должна быть. Или можно добыть из киновари.

На следующий день Антон принялся за работу. Основная проблема была в создании стеклянной трубки нужного диаметра. В XVIII веке стеклодувное дело было развито, но не до такой степени точности.

Он договорился с местным стеклодувом о создании специальной трубки.

– Нужна очень тонкая трубочка, – объяснял он мастеру. – И с расширением на одном конце.

– А зачем такая?

– Для нового прибора. Будет измерять жар в печи.

– Интересно. Попробую сделать.

Пока стеклодув работал, Антон готовил ртуть и придумывал шкалу измерений. Он решил использовать шкалу Цельсия, адаптированную к условиям XVIII века.

– За ноль возьмем температуру замерзания воды, – объяснял он Алексею. – За сто – температуру кипения.

– А как объяснишь Кулибину, откуда такая идея?

– Скажу, что в древних книгах было написано о "мере жара", основанной на превращениях воды.

Через три дня термометр был готов. Примитивный по современным меркам, но вполне функциональный для XVIII века.

– Удивительно! – воскликнул Кулибин, когда Антон продемонстрировал прибор. – Действительно показывает изменения температуры.

– Да. Можно точно знать, насколько горячая печь.

– А принцип работы?

– Ртуть расширяется при нагревании и сжимается при охлаждении. По ее уровню в трубке можно судить о температуре.

– Гениально просто. И это тоже из древних книг?

– Да. Хотя пришлось долго экспериментировать, чтобы воспроизвести.

Кулибин долго изучал термометр, проверял его работу.

– Знаете что, – сказал он наконец, – я хочу предложить вам сотрудничество.

– Какое сотрудничество?

– У меня есть покровители в Петербурге. Влиятельные люди, которые интересуются новыми изобретениями. Они были бы рады познакомиться с вами.

Антон почувствовал тревогу. Петербург означал высшие круги власти, а это было крайне опасно.

– Не знаю, – сказал он. – Я привык работать здесь, на Урале.

– Но подумайте о возможностях! В столице можно получить поддержку самой императрицы.

– А зачем мне эта поддержка?

– Чтобы ваши изобретения принесли пользу всей России, а не только Уралу.

Это был сильный аргумент. Но Антон понимал, что чем выше он поднимется, тем больше внимания привлечет.

– Мне нужно подумать, – сказал он.

– Конечно. Но не слишком долго. Такие возможности не часто представляются.

Кулибин пробыл в Тагиле еще неделю, изучая изобретения Антона и делая записи. Наконец он собрался в обратный путь.

– Решение приняли? – спросил он напоследок.

– Пока нет. Но я обдумаю ваше предложение.

– Хорошо. Вот мой адрес в Нижнем. Если решитесь – пишите.

После отъезда Кулибина Антон долго размышлял о его предложении. С одной стороны, это была возможность значительно расширить влияние. С другой – огромный риск.

– Что думаешь? – спросил он Алексея.

– Думаю, что пока рано. Нужно сначала укрепить позиции здесь.

– Согласен. Но рано или поздно придется принимать решение.

– Ну, время еще есть.

Однако время оказалось не таким уж большим. Уже через месяц к Антону пришло письмо из Екатеринбурга. Василий Никитич сообщал тревожные новости.

"Дорогой Антон, – писал он, – дошли до меня слухи, что церковь снова интересуется вашими методами. Говорят, что отец Никодим получил жалобы от некоего монаха из Москвы. Мол, ваши способы лечения противоречат христианскому учению. Будьте осторожны."

Антон почувствовал холодок в животе. Церковь была самым опасным противником.

– Плохие новости? – спросил Алексей, заметив его бледность.

– Очень плохие. Читай.

Алексей прочитал письмо и нахмурился.

– Откуда могли пойти жалобы?

– Не знаю. Может быть, кто-то из тех, кому не понравились мои методы.

– Или кто-то хочет тебя устранить из-за конкуренции.

– Возможно. В любом случае, нужно быть готовым к неприятностям.

– А что будем делать?

– Сначала узнаем подробности. Потом решим.

Антон написал письмо Василию Никитичу с просьбой выяснить больше деталей. Ответ пришел через две недели.

"Дело серьезное, – сообщал Василий Никитич. – Жалобу подал иеромонах Иосиф из Московского Свято-Данилова монастыря. Утверждает, что ваши методы лечения – это скрытое колдовство. Особенно возмущается использованием плесени. Говорит, что это противоестественно и богопротивно. Отец Никодим пока защищает вас, но давление растет."

Ситуация становилась критической. Антон понимал, что если церковные власти всерьез займутся его расследованием, то скрыть правду будет очень трудно.

– Нужно что-то предпринимать, – сказал Алексей.

– Да. Но что именно?

– Может быть, стоит временно прекратить медицинскую практику?

– Но тогда пострадают люди, которых я лечу.

– Лучше пострадают несколько человек, чем ты сам.

Антон задумался. Логика была жестокой, но правильной.

– А может быть, наоборот, стоит найти влиятельных защитников?

– Каких?

– Демидов имеет большой вес. Может быть, он поможет.

– Попробуй поговорить с ним.

Павел Андреевич выслушал рассказ о церковных подозрениях с серьезным видом.

– Неприятная история, – сказал он. – Но решаемая.

– Как?

– У меня есть связи в церковных кругах. Можно договориться.

– А что это будет стоить?

– Денег или услуг. Впрочем, деньги у меня есть.

– И что вы хотите взамен?

Демидов улыбнулся.

– Хочу, чтобы вы согласились на предложение Кулибина. Поехали в Петербург.

– Зачем вам это?

– Потому что ваши изобретения могут принести огромную пользу. Но для этого нужна поддержка на самом высоком уровне.

– А если я откажусь?

– Тогда с церковными проблемами придется разбираться самому.

Антон понял, что попал в ловушку. Демидов фактически ставил ультиматум.

– Мне нужно подумать.

– Конечно. Но помните – время дорого.

Вечером Антон долго обдумывал ситуацию. С одной стороны, поездка в Петербург была крайне рискованной. С другой – отказ означал конфликт с Демидовым и церковью одновременно.

– Что посоветуешь? – спросил он Алексея.

– Думаю, что Петербург – меньшее зло. Там, по крайней мере, есть образованные люди, которые могут оценить твои знания.

– А церковь там еще сильнее.

– Да, но и покровители могут быть влиятельнее.

– Значит, едем?

– Если другого выхода нет – едем.

На следующий день Антон дал согласие Демидову.

– Отлично! – воскликнул тот. – Я сразу напишу Кулибину. А пока займусь вашими церковными проблемами.

– И как быстро это можно решить?

– Недели две, не больше.

Демидов сдержал слово. Через десять дней пришло письмо от Василия Никитича: "Проблема решена. Иеромонах Иосиф получил новое назначение в далекий монастырь. Отец Никодим передает, что больше вопросов к вам нет."

– Быстро, – заметил Алексей.

– Да. Демидовы действительно влиятельны.

– А теперь придется выполнять свою часть сделки.

– Да. Готовься к поездке в столицу.

Подготовка заняла месяц. Нужно было завершить текущие дела, подготовить материалы для презентации в Петербурге, продумать легенду для высших кругов.

– Главное – не противоречить тому, что уже рассказывал, – советовал Алексей.

– Да. И быть готовым к гораздо более сложным вопросам.

– А что возьмем с собой?

– Образцы металла, чертежи печей, термометр. И некоторые лекарства.

– А современное оборудование?

– Ни в коем случае. Слишком рискованно.

Наконец все было готово. В июле 1769 года они выехали в Петербург в сопровождении представителя Демидовых.

Дорога до столицы заняла две недели. Антон впервые увидел города Центральной России – Казань, Нижний Новгород, Тверь. Контраст с Уралом был разительным.

– Здесь более развитая цивилизация, – заметил Алексей.

– Да. И более сложная система отношений.

– Значит, нужно быть еще осторожнее.

Петербург поразил Антона своим великолепием. Широкие проспекты, роскошные дворцы, величественные соборы. Город, построенный по единому плану, разительно отличался от хаотично выросших уральских поселений.

– Красиво, – сказал Алексей.

– Да. И пугающе. Здесь каждый камень помнит интриги и заговоры.

Их поселили в доме Кулибина, который радушно встретил гостей.

– Наконец-то решились! – воскликнул он. – Уже все приготовлено для презентации ваших изобретений.

– Кому именно будем показывать?

– Академии наук. Там собираются самые ученые люди империи.

– А дальше?

– Если академики одобрят, то можно будет представляться и более высокопоставленным особам.

– Каким именно?

– Графу Орлову, например. Он фаворит императрицы и покровитель наук.

Антон почувствовал головокружение. Фаворит императрицы – это уже совсем другой уровень.

– А когда презентация?

– Завтра. Академики уже собираются.

– Так быстро?

– В Петербурге все делается быстро. Здесь нет времени на раздумья.

Остаток дня Антон провел в подготовке. Он повторял свою легенду, продумывал ответы на возможные вопросы, готовил демонстрационные материалы.

– Главное – произвести впечатление, но не слишком сильное, – говорил он себе.

Утром они отправились в здание Академии наук. Антон нес с собой ящик с образцами и приборами.

В зале собралось человек двадцать – академики, профессора, приглашенные специалисты. Все в париках и дорогой одежде, все с важными лицами.

– Господа, – объявил Кулибин, – позвольте представить вам Антона Глебова, мастера горного дела с Урала.

Антон поклонился и начал свою презентацию.

– Уважаемые господа, – сказал он, – хочу показать вам методы обработки металла, которые позволяют значительно улучшить качество продукции.

Он начал с демонстрации образцов железа и чугуна, выплавленных по его технологии.

– Удивительная чистота, – заметил один из академиков. – Как достигается?

– Правильным составом шихты и оптимальной температурой плавки, – ответил Антон.

– А как определяете оптимальную температуру?

– Вот этим прибором.

Антон продемонстрировал термометр. Академики были впечатлены.

– Никогда такого не видел, – сказал седобородый профессор. – А принцип работы?

Антон объяснил принцип, стараясь использовать терминологию XVIII века.

– Гениально! – воскликнул молодой ученый. – А где вы изучали такие методы?

– У отца. Он собирал древние рукописи, изучал забытые знания.

– А рукописи можно посмотреть?

– К сожалению, нет. Погибли в пожаре.

Презентация продолжалась два часа. Антон показывал свои разработки, отвечал на вопросы, демонстрировал результаты.

– Потрясающая работа, – сказал наконец председательствующий. – Мы рекомендуем ваши методы к внедрению на государственных заводах.

– Спасибо за высокую оценку.

– А теперь позвольте задать личный вопрос. Не думали ли вы о переезде в столицу? Здесь ваши таланты могли бы принести еще больше пользы.

Вот оно. Антон понимал, что это был не просто вопрос, а предложение.

– Я привык к работе на Урале, – осторожно ответил он. – Но готов рассмотреть любые предложения.

– Отлично. Мы обсудим возможности и дадим ответ.

После окончания заседания к Антону подошло несколько академиков. Все расспрашивали о деталях, просили повторить демонстрации.

– Выдающаяся работа, – говорил один.

– Настоящий прорыв, – добавлял другой.

– Вы произвели фурор, – сказал Кулибин, когда они вышли из здания. – Таких отзывов удостаиваются немногие.

– И что дальше?

– Дальше будут более серьезные встречи. Готовьтесь.

Вечером в доме Кулибина состоялся прием в честь успешной презентации. Приглашены были влиятельные люди – чиновники, военные, представители знати.

– Так вы тот самый уральский чудотворец? – спросила одна дама в роскошном платье.

– Не чудотворец, сударыня. Просто применяю старинные знания.

– Но результаты ваши поистине чудесны. Говорят, вы можете лечить неизлечимые болезни.

– Некоторые болезни действительно поддаются лечению, если знать правильные методы.

– А можете показать?

– Боюсь, здесь это неуместно.

– Понимаю. Но если понадобится...

Антон понял, что слухи о его медицинских способностях дошли и до столицы. Это было одновременно хорошо и плохо.

– Антон Глебов? – раздался голос за спиной.

Он обернулся. Перед ним стоял высокий мужчина в военном мундире.

– Полковник Потемкин, – представился незнакомец. – Слышал о ваших достижениях.

Антон знал это имя. Григорий Потемкин – один из самых влиятельных людей империи, будущий фаворит Екатерины II.

– Очень приятно, ваше благородие.

– Мне нужно с вами поговорить. Наедине.

– Конечно.

Они прошли в отдельную комнату.

– Садитесь, – предложил Потемкин. – Хочу обсудить с вами деловое предложение.

– Слушаю.

– Мне нужен специалист по металлургии для особого проекта. Работа секретная, но очень важная для государства.

– Что за проект?

– Производство оружия. Новые пушки, ружья. Качество металла критически важно.

Антон понял, что попал в очень серьезную игру. Военные заказы означали большие возможности, но и большую ответственность.

– А какие условия?

– Щедрое жалованье, государственная поддержка, доступ к лучшим мастерским. Но полная секретность.

– Мне нужно подумать.

– Конечно. Но недолго. Проект начинается через месяц.

– А если я откажусь?

– Тогда найдем другого специалиста. Но вы лучший из тех, кого мы знаем.

После разговора с Потемкиным Антон понял, что оказался в центре борьбы за его услуги. Академия наук, Демидовы, теперь еще и военные – все хотели заполучить его знания.

– Что будем делать? – спросил Алексей, когда Антон рассказал о предложении.

– Не знаю. Все варианты имеют свои плюсы и минусы.

– А что тебе больше нравится?

– Честно говоря, хочется вернуться на Урал. Там проще и безопаснее.

– Но тебя уже не отпустят просто так.

– Да, понимаю.

Следующие дни прошли в непрерывных встречах и переговорах. Антона приглашали в различные дома, знакомили с влиятельными людьми, предлагали разные варианты сотрудничества.

– Вы стали очень популярны, – заметил Кулибин.

– Слишком популярны. Это начинает беспокоить.

– Почему?

– Чем больше внимания, тем больше вопросов. А отвечать становится все труднее.

– Понимаю. Но популярность открывает двери.

– А иногда и закрывает их.

Наконец настал день, когда нужно было принимать решение. Потемкин пригласил Антона на финальную встречу.

– Ну что, – сказал он, – готовы присоединиться к нашему проекту?

– Готов. Но с условиями.

– Какими?

– Во-первых, мой помощник остается со мной. Во-вторых, я сохраняю право на собственные исследования. В-третьих, если проект мне не понравится, я могу уйти.

Потемкин нахмурился.

– Условия жесткие.

– Но справедливые.

– Хорошо. Согласен. Когда можете приступить?

– Через неделю.

– Отлично.

Так Антон оказался на службе у одного из самых влиятельных людей империи. Впереди была новая жизнь, новые возможности и новые опасности.

– Не жалеешь? – спросил Алексей.

– Пока нет. Посмотрим, что получится.

– А я волнуюсь. Слишком высоко забрались.

– Да. Но обратного пути уже нет.

Вечером, прогуливаясь по набережной Невы, Антон думал о пройденном пути. Полтора года назад он был простым геологом XXI века. Теперь – влиятельный специалист при дворе российской императрицы.

Но он помнил слова башкирского шамана: "Если что-то пойдет не так, обратной дороги не будет." Теперь эти слова казались особенно актуальными.

Впереди была работа на Потемкина, новые проекты, новые вызовы. И постоянная необходимость скрывать правду о своем происхождении.

– Главное – не перегнуть палку, – говорил он себе. – Помогать людям, но не менять историю кардинально.

Но чем выше он поднимался по социальной лестнице XVIII века, тем труднее становилось соблюдать этот принцип.

И Антон понимал, что самые серьезные испытания еще впереди.

Уже на следующий день его ввели в курс дела. Потемкин привел его в секретную мастерскую, расположенную в одном из правительственных зданий.

– Вот здесь будете работать, – сказал он, показывая просторное помещение с печами, наковальнями и различными инструментами. – Все, что нужно, предоставим.