Текст книги "Между мной и тобой (СИ)"
Автор книги: Алина Ланская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)
Дверь отворяется – вижу, как к Пиотровскому подходит его водитель с кофе.
– Сейчас поедем. Юрка, узнаешь девчонку? – Ефим пошловато улыбается, и теперь уже его водитель раздевает меня взглядом. Проклюнувшееся было сочувствие к несостоявшемуся папашке тут же зачахло на корню.
– Узнаю. – Растягивает толстые губы, а я начинаю уже чувствовать беспокойство. Одна в магазине с двумя явно не джентльменами.
– Губу закатай! – Фима чуть ли не мстительно смеется. – Занята она. Пока, Майя. Рыжему привет. А он повзрослел, раз такая телочка рядом!
Спокойно, Майя, в его мире это почти комплимент.
Когда за ними закрылась дверь магазина, я облегченно выдохнула. Вроде пронесло.
Габриэлла вернулась, и по ее насупленному виду понимаю, что на меня обиделись. Да и ладно.
Уже вечером, закрывая магазин, вспоминаю, что так и не позвонила папаше моей племянницы. А надо. Набираю номер, который с радостью стерла бы из памяти телефона, и довольно долго слушаю гудки. Ладно, мерзавец, сам завтра объявишься. Я уверена.
На улице темно, мое такси уже у входа. Но смотрю в темноту, и у меня внутри все обрывается. Рядом, всего в десяти метрах, стоит знакомый внедорожник. В салоне горит свет, и я прекрасно вижу водителя.
Кирилл.
Открываю дверь такси и протягиваю деньги.
– Извините за вызов. Сегодня я поеду на другой машине.
Глава 39 Майя
Он не произносит ни слова, даже не смотрит на меня. Так же молча нажимает на газ, и машина плавно трогается с места. В салоне тихо играет инструментальный джаз, хочется закрыть глаза и расслабиться. Но не могу, меня напрягает водитель – уставший, молчаливый и, похоже, очень злой. Я совершенно не понимаю, что у него на уме, что он может выкинуть через секунду. И все же, раз уж села к нему в джип, раз сама его выбрала, сиди теперь и расслабляйся.
Для себя решила, что первой разговор не начну. Лишь на дорогу поглядываю – вроде ко мне везет, но кто знает, где он живет.
Бес молчит. Сейчас он больше всего походит на нечисть – угрюмый, озлобленный, опасный. А какой ты на самом деле, Кирилл Журавлев? Кто-нибудь знает тебя настоящего? А ты сам?
Напряжение в салоне можно потрогать рукой, а еще можно чиркнуть зажигалкой – и заполыхает. Даже не знаю, кто первым сгорит – я или он.
На перекрестке Кир поворачивает налево, и теперь я точно знаю, что он везет меня домой. И снова ни единого слова, ни улыбки, ни ухмылки, даже взгляда.
Да и черт с тобой! Вытаскиваю из сумки мобильный: хоть в игру поиграю на телефоне. Однако именно в этот момент раздается звук входящего вызова. Я дернулась. Заметила, как Рыжий, наконец, бросил на меня взгляд, но сейчас мне уже было не до него.
Эдик. Скотина Эдик. И плевать, что почти одиннадцать вечера. Странно, что не в три ночи перезвонил.
– Да!
– Какие люди… – Развязный голос бывшего любовника сестры заставляет поморщиться. – Сама Майя, несравненная Майя, Снежная королева, мать твою, пожаловала. Да я чуть не кончил, когда увидел, что ты мне позвонила.
Эдик почти орет в трубку, беснуется, как всегда, а я сильнее прижимаю телефон к уху. Не хватало еще, чтобы Кир все услышал.
– Уже поздно для разговора. Завтра поговорим нормально.
– А я сейчас хочу. Майя… Тут птичка на хвостике принесла, что ты спустилась со своего Олимпа. Это правда, а? Я-то думал, ты обратно к себе укатишь, а ты здесь осталась за Эммой дерьмо разгребать. Похвально…
Эдика несет, выражения он выбирает по принципу «чем гаже, тем лучше». Даже сложно представить, что когда-то он был любимцем мамы, ее воспитанником, почти сыном.
– Выговорился? – спрашиваю, когда он, наконец, замолкает. – А теперь меня слушай: ложись спать, чтобы утром был в адеквате. Я позвоню.
Нажимаю на отбой и встречаюсь взглядом с Киром. Он остановил машину и, положив руки на руль, выжидающе на меня смотрит. Прости, Бес, но эта информация не для тебя.
Он долго не отводит взгляд. И это невыносимо!
– Семейные проблемы, – в конце концов сдаюсь. – Кир, я не хочу об этом говорить.
Рыжий громко засмеялся. В его смехе мне послышалась издевка, но потом он довольно спокойным голосом сказал:
– Не мое дело. Поехали.
Через десять минут мы стоим у моего подъезда. Прекрасно помню, чем заканчивались раньше вот такие гляделки глаза в глаза, как сейчас. Я и сейчас жду. Как минимум поцелуя. Бес не из тех, кто умеет себя долго сдерживать. Не умеет и не хочет.
Однако ничего не происходит, абсолютно ничего. Похоже, кто-то перегорел. Тогда зачем ты приехал за мной, а, Кир? Зачем привез меня домой?
– Ну тогда… пока? – то ли прощаюсь, то ли и правда спрашиваю.
– Тяжелый день?
Сейчас я вижу перед собой молодого мужчину, который дико устал и у которого явно проблемы. И нет привычной обаятельной ухмылки плохого парня, которому на всех плевать.
– Непростой. Под вечер еще получила от Габи. Куда-то не туда нажала и чуть было не удалила всю отчетность. Ни черта не понимаю во всех этих программах.
– Это не проблема, – устало отвечает Кир, видимо, о своем думает. – Я тебя всему научу. Обещал же.
– Спасибо, но ни Габриэлла, ни Алевтина не подпустят тебя к нашему «компу». А я почти никогда не бываю одна…
– Да я тебе на своем покажу. – Он досадливо махнул рукой. – У меня та же 1С стоит, не парься вообще. А вот мне, похоже, придется продавать магазины.
Я чуть не подскочила на сиденье.
– Как продавать?!
– Нет, не «Между мной и тобой». У меня еще три точки есть небольших, не в городе, а… неважно, в общем.
– Так что случилось?
– Поджог сразу двух магазинов, посерьезнее, чем до этого было. Да еще местная администрация землю отбирает под какие-то постройки. Даже в ноль не выйду…
Разговаривает как будто сам с собой, поддержки у меня не ищет. Как и сочувствия.
– Мне жаль, Кир.
– Переживу, есть пара идей, как выкрутиться, но пока рано говорить. А тебе и правда пора.
Он ждет, когда я выйду из его машины. Так и не сказал, зачем приехал за мной, не сказал ни слова про наш с ним дневной спор, про Люду. Да и какая теперь, к черту, ревность, когда тут два поджога…
– Знаешь, кто бы это мог быть? – осторожно спрашиваю и сразу вспоминаю: – Слушай, сегодня Пиотровский приходил, тебя искал. Просил передать, что зла на тебя не держит…
Кирилл больше не слушает меня, он будто и не слышит ничего. Резко обхватывает меня за шею и наклоняется, касаясь моего лба своим. Шумно дышит, заставляя воздух со свистом вырываться через стиснутые зубы.
Держит крепко меня, не вырваться без усилия.
– Не хочу, чтобы ты лезла в мои разборки. Не женское дело. Иди домой.
Что-то в его голосе было такое, что я даже не подумала спорить. Молча кивнула и выскользнула из машины. Я знала, что он не пойдет за мной, но все равно обернулась, входя в подъезд. Машина стояла без движения, рыжий словно и не собирался уезжать. И когда дома оказалась, первым делом подошла к окну проверила – на месте.
Я так и не знаю, во сколько он уехал. Утром, когда проснулась в шесть, его, конечно же, под моими окнами уже не было. Алиска сегодня не зашла – наверное, все с банком своим мучится.
Уже подходя к магазину, еще раз улыбнулась самой себе на витрине. Пусть день будет удачным, хотя начинать его приходится с неприятных вещей. Эдик взял трубку сразу, словно ждал звонка.
– В полдень на набережной. Там есть кафе «Весна». И без опозданий.
– Будет сделано, госпожа! – запищал тонким голосом этот юродивый шут.
Я нажала на отбой. И без четверти двенадцать, дождавшись Алевтину, села в такси. Ехать здесь совсем чуть-чуть, но мало кто из наших офисов забредает туда ради бизнес-ланча.
Эдик уже на месте, сидит за столом у окна и флиртует с официанткой. Все такой же смазливый недомерок, что и всегда. Черные волосы зализаны назад и явно намазаны гелем, белая рубашка с расстегнутым воротом, на руке массивные часы, черные узкие брюки… Чуть ниже меня, такой же худой, как и раньше, но жилистый. Ему всего двадцать два, но выглядит старше – лицо чуть осунулось, скулы стали выпирать еще резче, чем прежде. Карие глаза беспокойно бегают по залу. Тонкие губы растянуты в улыбке.
Пора.
Заметил меня, чуть отодвинул в сторону официантку и лениво махнул рукой. Девушка исчезла.
– Привет, Эдик. – Сажусь напротив и смотрю на этого мелкотравчатого слизняка, которого бы раздавила с удовольствием. – Давай сразу к делу. Сколько ты хочешь?
– К делу так к делу. – Довольно оскалился. – А ты по-прежнему аппетитная, Майя. Я, когда Эмму трахал, тебя часто вместо нее представлял. Я передумал и хочу не деньги.
Не давая мне опомниться, бросает на стол какие-то бумаги.
– Что это?
– Мое заявление в суд, – охотно поясняет Эдик. – Буду требовать тест на отцовство, имею право. А потом получу родительские права. И заберу свою дочь.
Пять. Четыре. Три. Два. Один. Выдыхай!
– Заберешь Любу? – Сама удивляюсь своему спокойному голосу, внутри оцепенение, я просто не верю, что он это сделает. Блефует. – Зачем? Ты не сможешь ее содержать.
– А я и не буду, Май. Это Любочка будет меня содержать, – визгливо рассмеялся Эдик. – У малышки же проблемы с головой вроде, не говорит совсем, мало чего понимаю, ну так сделаю ей инвалидность через годик, главное, чтобы не поумнела за это время. Ты хоть знаешь, какие льготы и права наше доброе государство дает вот таким малохольным?! Да я прихренел, когда узнал. А если я еще докажу, что Эмма вообще ребенка после рождения не видела…
– Ваш кофе, пожалуйста! Осторожно, очень горячий.
На столе возник большой бумажный стакан, закрытый пластмассовой крышкой.
– Эй, это мой американо! – возмущенно взвизгивает Эдик, когда я беру в руки его напиток и снимаю крышку.
– Пей!
Выплескиваю коричневую жидкость прямо в лицо подонку.
Визг, крики, мат… А я молча и как-то безучастно наблюдаю, как Эдик трет глаза, выкрикивая в мой адрес ругательства, как около него уже образовалась та самая официантка.
– Ну, тварь, ты мне за это ответишь! – рычит, а сам пытается ухватить меня за руку. – Иди сюда, сука!
Он изо всей силы двинул стол в сторону, заставив меня вскочить со стула. А потом, как зверь, прыгнул прямо на меня. Инстинктивно закрываю руками лицо, но удара не последовало, я слышу грохот. А когда открываю глаза, вижу Эдика, лежащего на разломанном столе.
А рядом с ним Беса.
Но как?!
Глава 40 Майя
– Ты как тут оказался? – Перевожу ошалевший взгляд с рыжего на Эдика, а потом опять на Беса.
Он не отвечает, лишь взглянул на меня угрюмо и снова все внимание сосредоточил на Казаринове.
– Охрана! Помогите!
Официантка, совсем молоденькая девочка, лет двадцати, наверное, пытается помочь Эдику подняться. Тот беспомощно копошится на полу, бормоча проклятия в мой адрес.
– Кир! – Беру за локоть Беса, но он даже не оборачивается. Стоит и смотрит на парня, о спину которого только что сломал стол. Хлипкая здесь мебель. Пожалуй, не буду больше сюда ходить. – Кирилл, пойдем.
К нам бегут охранники, двое мужчин средних лет, и я четко понимаю, что пора нам убираться отсюда. Разговора с Эдиком уже не получится, тут я погорячилась, конечно, зато его планы понятны. Придется все-таки решать проблему кардинально.
– Ага, сейчас.
Рыжий резко наклоняется, я даже не успеваю среагировать, да и никто не успевает! Через секунду вижу прямо перед собой разбитую морду Эдика, а через мгновение снова удар, вопли и грохот. Любовник сестры опять на полу.
– Да что тут творится?!
– Полицию вызовите, наконец!
Вокруг нас какие-то люди, один из охранников толкает Кирилла, я практически висну на рыжем, не давая ему снова пустить в ход кулаки. Если вмажет мужику, точно загребут. Да и сейчас не факт, что выберемся.
– Мы уже уходим! – громко говорю охраннику и, показывая на Эдика, продолжаю: – Вы лучше его проверьте. Он наркоман, у него наркотики.
– Да я завязал! – возмущенно хрипит мерзавец. – Сука!
Но мои слова о наркотиках возымели нужный эффект. На нас уже не так смотрят, все внимание на избитом парне. Никому не хочется связываться с полицией, особенно если у Эдика обнаружится доза в кармане. Не лучшая реклама заведению, обычная драка куда безопаснее. Тяну за собой Кирилла, не сразу, но удается оттащить его поближе к выходу. Нас никто не держит, смотрят с опаской, хотя из кафе выходим относительно спокойно.
– И что это было, а? – спрашиваю, когда чуть отходим от здания. Я еще оборачиваюсь посмотреть, не идет ли кто за нами, но вроде все нормально. – Ты как вообще здесь оказался?!
– Увидел, как ты в такси садишься, и поехал следом. – Рыжий с каким-то детским удивлением рассматривает свой правый кулак: на костяшках пальцев кожа кое-где содрана до крови. – Это что за мудак? Зачем ты его облила?
Кирилл хмурый и злой. Взбудоражен не меньше моего – дышит часто и отрывисто, вижу, как под черной косухой приподнимается и опускается грудная клетка. Глаза чуть сужены, а в океане синих глаз бушует шторм. Подумала и тут же усмехнулась: никогда не считала себя романтиком, но с этим парнем скоро стихи начну писать. Или картины. Как Айвазовский.
– Смешно?
Ему явно не нравится моя нервная усмешка. А меня вот-вот трясти начнет – перед глазами моя малышка и Эдик, готовый отнять ее у меня.
– Май?
Молчу, а он больше и не спрашивает, просто обнимает меня своими большими руками, впечатывая в себя, заставляя окунуться в свою вселенную, лишая возможности дернуться. И я затихаю. Пусть всего на несколько секунд, но я все отпустила, даже не пришлось прикладывать усилия. Я просто приняла. Его, себя, нас, эти секунды, которые длиннее вечности.
Я перестала быть Майей. Я стала собой. Настоящей.
Полицейская сирена ворвалась в нашу вселенную, разрушила вечность и вернула реальность. Ту самую, где он был рыжим Бесом, а я – Майей.
Оборачиваюсь и чувствую, как сильные руки меня отпускают. Да, так и должно быть.
– Похоже, все-таки вызвали наряд. – Смотрю, как двое полицейских выходят из машины и неторопливо идут к кафе. А мы с Кириллом всего в каких-то метрах пятидесяти от них. – Пойдем отсюда. Пожалуйста.
Я тихо радуюсь от того, что Кир, приехав вслед за мной в «Весну», оставил машину не у входа в кафе, а чуть дальше, у торгового центра.
– Да не психуй ты так. – Рыжий заводит свой джип. – Дудкин бы нас вытащил сразу, ну посидели бы пару часов в отделении, зато я бы мудака этого разукрасил как следует. Видно сразу, что мудак.
Кирилл едет по набережной и пропускает поворот, который ведет к нашим магазинам. Что ж, может, это и к лучшему.
– Останови здесь, если можно. Красивый вид на реку.
Стою, опершись на перила, и смотрю вниз на воду. Она очень спокойная, никаких волн, даже ряби нет на поверхности. Полнейшее умиротворение.
Кирилл рядом молчит, а вот я молчать уже не могу. Просто не имею права. Даже Майя не имеет права.
– Эдуард Казаринов – сын очень близкой маминой подруги, собственно, он мамин крестник, «сыночек», – начинаю говорить, не отводя взгляда от воды. – Я знаю Эдика, я помню, как он в подгузниках бегал у нас по квартире. Родители семьями дружили, Эдик был как родной в нашем доме. Ему только девять лет исполнилось, когда умерла его мать, машина насмерть сбила. Это было ужасно, мы все очень сильно переживали. Отец Эдика запил, мама забрала мальчика к нам, они с моей младшей сестрой погодки. Почти полтора года он прожил в нашей семье. А потом его отец забрал, он больше не пил, но отношения между семьями распались. К тому же скоро там появилась вторая жена, ей мы точно нужны не были. Как и Эдик. Но жили все довольно близко, так что он продолжал к нам бегать каждый день. С Эммой, моей сестрой, они неплохо ладили, лучше, чем со мной. Потом… – Я запнулась и стала тщательнее подбирать слова. – Потом, когда ему было лет пятнадцать, у нас из дома стали пропадать вещи. Не особо нужные и не слишком ценные, не сразу даже заметили, а когда заметили, то не сильно расстроились. А потом исчезли драгоценности – сначала одно кольцо, потом целый гарнитур.
– Эдик?
– Да. Никто не поверил, что такое возможно, он как сын был родителям. Его мой папа застукал как-то у себя в кабинете. Эдик клялся, что его заставили, что проигрался каким-то мутным парням и что его убьют, а отцу и его новой семье он не нужен. И только мы у него есть. Обещал все вернуть со временем. Мама его простила, отец сказал, что парень гнилым навсегда останется.
– А ты?
– Я – как папа, мы с ним в оценке людей совпадаем обычно. Но мама уперлась, в общем, Эдик продолжал к нам приходить, когда папы не было дома. И ничего не пропадало! Через два года папа снял со счета крупную сумму – наутро собирался ехать в автосалон, машину новую покупал, а там только наличка, никаких карт или переводов. Тем же вечером нас ограбили. Счастье, что дома никого не оказалось: родители были в театре, сестра у подружки зависала. Квартиру открыли нашим ключом, никаких отмычек и явно знали, где и что лежит. У мамы истерика была, ей врача вызывали, а мы почти всех сбережений лишились. Никто и не надеялся, что воров найдут.
– Но нашли, верно? – Кирилл стоит рядом, так же, как и я, облокотившись на металлические перила, и тоже смотрит на воду.
– Кольцо у мамы редкое было, по нему и нашли, его в ломбард отнесли. И знаешь, кто отнес?!
– Эдик?
– Его приятель. Эдик оказался ни при чем. – Я грустно усмехнулась. – У него даже алиби было, клялся, что ключи у него случайно оказались – со своими перепутал, он и правда был у нас в день грабежа. Он свидетелем пошел, якобы его приятель стащил ключи от нашей квартиры. Я думаю, следователь смог бы дожать Казаринова, но мама сказала, что против Эдика ничего не имеет наша семья. Но после этого уже перестала с ним общаться. Ей было непросто принять такое решение, он ведь как сын ей. Нам ничего не вернули, кроме маминого кольца. Эдик приходил, звонил, клялся, что никого, кроме нас, нет. А потом пропал, мы все вздохнули с облегчением. Все это происходило на глазах моей сестры, Эмма все знала. А еще через три года родила от Эдика ребенка. Ей было плевать, что он сделал нашей семье, выбрала его, а не нас. А сейчас Казаринов угрожает отобрать у нас Любочку.
– Как? – озадаченно спросил рыжий. – Как зовут?
– Люба. Любовь. Моя племянница, ей всего два года.
– Красивое имя, – протянул Бес. – Очень. Но Майя мне нравится больше.
Удивленно покосилась на Кирилла. К чему это он?
– Мама до сих пор не знает, что Эдик – отец ее внучки, это разобьет ей сердце. Я сама совершенно случайно узнала – нашла в старом телефоне Эммы их переписку. Не представляешь, что я тогда пережила.
– Хочешь, я ему ноги оторву? – буднично и без улыбки спросил Кир. – Или голову?
– Не нужно. Ты и так сегодня… просто обними меня, пожалуйста, еще раз.
Я хочу в твою вселенную. Пусть всего на несколько мгновений вечности.
Глава 41 Майя
– Опять куда-то пропал твой рыжий, дня два уже не видела его.
Мы с Алевтиной наняли Габи лишь потому, что обе никогда торговлей не занимались и нам нужен был профессионал, который знал бы тонкости бизнеса, ну и создавал нужное впечатление. И мы не ошиблись. Габриэлла прекрасно справляется со своей ролью, даже не зная о ней. Но разве я могла подумать, что меня саму будет так раздражать ее внимание к Кириллу?! Вот и сейчас отвечаю не сразу, сначала стираю пыль с полки. Уборщицы у нас нет, так что все делаем сами.
– Ну раз не видела, это же не значит, что пропал. Может, занят человек. Тебе-то что с этого?
– Мне? – Габи надулась. – Да мне все равно, девчонки в курилке волнуются. Ну ты же знаешь, у него тут…
Напарница выразительно замолчала, видимо, ожидая моей реакции. Я лишь равнодушно пожала плечами, ну не буду же я ей правду рассказывать. А про то, что «у него тут», я и так знаю. Леночка, которой вроде отставку дали, каждое утро наведывается в секс-шоп. И ладно бы покупала что-то, но я ни разу не видела ее с покупками. А еще появилась Катя, молоденькая совсем девочка, кажется бариста из кофейни за углом. И тоже Кириллом интересовалась. Оля из секс-шопа рассказала, когда мы с ней случайно столкнулись вчера на парковке.
Однако Габриэлла права: Беса не видно уже третий день. И я понятия не имею, где он сейчас. Но вечером наверняка узнаю.
С того момента, как он набил морду Эдику, а я рассказала про Казаринова всю правду, прошла уже неделя.
Рыжий разрывался. Между своими магазинами где-то за городом, которые он хотел как можно быстрее продать, и своим секс-шопом «Между мной и тобой», который очень хотел сохранить. Я видела его урывками – он мотался из одного конца области в другой, встречаясь с разными покупателями, улаживая дела с пожарной службой, налоговой и лишь изредка появляясь здесь. Но когда бывал, всегда заходил к нам. Общаться нормально не получалось, когда вокруг столько людей, а у Кира каждая минута была на счету. Он даже похудел за эти дни, особенно на лицо, и явно недосыпал, судя по темным кругам под глазами. Да и в остальном мало походил на разбитного красавчика, волочившегося за каждой юбкой.
Но он звонил мне. Звонил тогда, когда рядом никого не было и можно было поболтать о каких-то пустяках, а иногда и просто послушать тишину. Он не рассказывал о своих проблемах, лишь по отдельным фразам я могла более или менее воссоздать картину того, что у него сейчас происходит. Эти магазины давали небольшой, но стабильный доход, и благодаря им Кир смог открыть «Между мной и тобой». Он не говорил, но я чувствовала, как важен для него этот бизнес, как он болезненно переживает, что его продавец Жора решил уволиться и переехать в Москву. И теперь на хозяйстве остается одна Оля, но она не может работать круглосуточно семь дней в неделю.
Каждый раз, слыша в трубке его уставший голос, я не могла не задавать себе вопрос: а что бы было, познакомься мы просто так? Без всех этих хитросплетений, без моих провокационных баннеров, без наших масок, через которые мы так долго смотрели друг на друга?
Я не знаю правильного ответа. Знаю, что все пошло не по плану. И что, будь моя воля, я бы вернулась на три месяца назад и все решила бы по-другому.
Эдик пропал с радаров, мне не звонил, отцу – тоже. И это очень напрягает. Зря я сорвалась, Казаринов – мстительная сволочь, наверняка что-то задумал. И как мне найти его в малознакомом городе?! Один человек мог бы мне помочь, но на мое сообщение он кратко ответил: «Через неделю». Так что пока приходится обходиться самой, без «спонсора».
– Майя! – Окрик Габриэллы заставляет обернуться. Надо же, я так погрузилась в свои переживания, что даже не услышала, как в магазин зашла покупательница. – Помоги, пожалуйста, девушке.
– Добрый день. – Улыбаюсь блондинке с симпатичным, но простоватым личиком. Кажется, я ее уже видела здесь на днях, наверное, устроилась в какой-нибудь офис поблизости. – Что бы вы хотели?
– Да я так… – Она мило покраснела. – Просто… вот это хочу посмотреть.
У меня чуть глаза не округлились – блондинка тыкала пальчиком на стенд с нашим самым откровенным бельем.
– У вас такая красивая реклама на витрине, и девушка просто с идеальной фигурой. Я хочу померить.
Она снова чуть застенчиво улыбается, но взгляд настороженный и даже цепкий. Как интересно! Ну ладно, поиграем в твою игру, раз уж сама решила ко мне прийти.
– У вас чашка С, верно? Проходите, пожалуйста, в примерочную, я сейчас все принесу.
Белье, которое так понравилось девушке, совсем не дешевое. Конкретно эта модель бренда La Perla стоит 13 тысяч рублей. За все время работы нашего магазина вся эта коллекция висит нераспроданной, даже самые ходовые размеры нетронуты. Но ведь примерка лифчика – это просто предлог, верно, Люда?!
Вряд ли я ошибаюсь – у меня хороший слух и память. Голос незнакомки, которая доставила мне немало неприятных минут, а потом, чуть ли не рыдая, извинялась по телефону, я прекрасно запомнила.
Умеет Кир выбирать!
– Возьмите, пожалуйста. – Протягиваю через ширму бюстгальтер. – Я посмотрю еще похожие модели.
– Ого! Так дорого! – Слышу возмущенный голосок и довольно ухмыляюсь. Да, девочка, поищи вариант попроще, во всех смыслах.
– Не проблема, у нас много демократичных моделей и довольно красивых.
Через несколько минут возвращаюсь в примерочную с целым ворохом белья. В конце концов, это моя работа – помогать покупателям.
– Мой бывший парень вот как раз такое любил – красное и полупрозрачное, – доносится голос из-за ширмы. – Как думаете, хорошо село?
Блондинка выглядывает из примерочной, и я довольно киваю.
– Идеально сидит. У вас очень красивая грудь.
– Мой парень тоже так всегда говорил, обожает их… ну, в общем, вы понимаете.
Ага! Понимаю!
– Бывший парень, вы только что говорили?
– Ну да. – Девчонка снова скрывается за ширмой. – Мы расстались, он нашел себе другую, но и ей тоже уже изменяет. Я вот этот еще померяю, синий? И стринги к красному у вас есть?
Где ты таких дур умудряешься откапывать, а, Кир?
– Да, все есть, не волнуйтесь. Покажите, как села другая модель.
Люда снова появляется перед глазами. Впивается в меня взглядом, я вижу, как ей хочется мне что-то сказать, но она не решается.
– Немного жмет, верно? – Чуть поправляю бретельку на округлом плече. – Это не ваш вариант. Я ошиблась.
– Да, наверное… ошиблась. А мой парень, ну который изменяет всем, он ваш сосед, кстати. Кирилл, знаете, наверное? У него тут секс-шоп.
Блондинка как-то по-детски хихикнула. Девочка, а тебе вообще сколько лет?
– Конечно, я знаю Кирилла. Его здесь все знают.
Улыбка как-то сразу померкла на симпатичном личике. Люда – а я не сомневаюсь, что это она, – недоуменно посмотрела прямо на меня. А потом отвернулась, скрылась за ширмой на несколько секунд и снова оказалась у меня перед глазами.
– Вот! Смотрите! – Я невольно отпрянула, чтобы ее мобильник не врезался мне прямо в нос. – Говорю же, изменщик!
Сначала я ничего не увидела – экран телефона погас, но блондинка быстро провела по нему пальчиком и прямо в руки сунула мне свой гаджет.
Кир. Без сомнения. В этой рубашке я сама его видела в прошлый вторник.
– Вы что, следите за ним? – Возвращаю девушке мобильный. – Так и до психушки недалеко.
– Что?! Нет, конечно! У меня просто подруга рядом живет, вот я и увидела случайно. У него всегда столько баб было, но эту девицу с ним я первый раз увидела.
Девчонка злится, почти не скрывает своего дурного настроения. Да, похоже, я не оправдала ее ожиданий. Такое разочарование на лице.
– Еще будете мерить? Посмотрите бежевую модель, очень удобная. Не красная и не такая эротичная, но вашему бывшему парню уже ведь все равно, так?!
За ширмой раздалось какое-то копошение, я запоздало подумала о сохранности белья. Кто знает эту дурочку?! Но вроде все обошлось. Через минуту она выскочила из примерочной, уже полностью одетая.
– Я ничего брать не буду! Цены космические, а даже посмотреть не на что!
– Красная модель вам отлично подошла, приходите в конце месяца, будет скидка на него… хотя… вы знаете… – Я оглянулась на Габриэллу, которая со скучающим видом рассматривала свои ногти. – Я готова вам сейчас дать 30%. Как вам?
Девочка задумалась, а я терпеливо жду ее ответа.
– Давайте, так и быть! А с чего это?!
– Мне приятно было узнать от вас, Люда, что Кирилл мне не изменяет. – С удовольствием наблюдаю, как девчонка вся пятнами красными пошла. – Девушка, которую обнимает Кир, – его родная сестра Инна. Странно, что, будучи его «девушкой», вы не знали таких элементарных вещей о «своем» парне. Так что считайте скидку моим личным комплиментом. И только для вас.
Она стоит ошарашенная, смотрит на меня во все глаза, а потом швыряет на пол многострадальный красный лифчик. Быстро уходит, почти бежит и… врезается в Леночку, которая как раз открывает дверь салона.
– Это что было? – Габи, наконец, отвлекается от своих ногтей. – Май? Привет, Лена.
– Да так, нервная клиентка просто. – Поднимаю с пола лифчик. – Габриэлла, я отойду на десять минут, хорошо?!
И не дожидаясь ответа, обхожу любопытную Леночку. Достаточно для меня цирка на сегодня!
Глава 42 Майя
Я решила не рассказывать рыжему, что лично познакомилась с его бывшей пассией. Буду молчать до тех пор, пока Люда не объявится еще раз или не сотворит какую-нибудь пакость. Тогда уж сдам целиком, со всеми потрохами. Интуиция говорила, что бегство Люды на самом деле всего лишь временное отступление и что завязла она в Кирилле по самую макушку. Просто так она не сдастся. Такие милые девочки-прилипалы всегда будут вгрызаться в то, что считают своим. И нежная блондинка как раз вот такой бульдог и есть.
Но пока я о ней не хочу думать, особенно когда слышу усталый чуть хрипловатый голос.
– Скучаешь? – Не вижу, но знаю, что он сейчас улыбается. – Чем занималась сегодня?
– Да все как всегда. – Окидываю взглядом пустой салон. – Клиентов немного было, сейчас так вообще никого, Габриэлла пораньше домой сбежала, а мне через десять минут уже нужно магазин закрывать. Вот с тобой поболтаю и такси себе вызову.
– Какие планы на ночь?
– Планы?! – Я рассмеялась. – Кир, у меня рабочий день по двенадцать часов, два плавающих выходных в неделю. Я приезжаю домой и сразу засыпаю.
– Неверный ответ, фея. Сегодня ночью ты спать не будешь. По крайней мере, не сразу.
Чего?! Я даже телефон от уха убрала от удивления на пару секунд. Слышу в динамике тихий смех.
– Никуда не уходи, фея. Я скоро буду.
Спросить, что в голове у этого рыжего, я не успеваю – Кирилл сбрасывает вызов. Но вызывать такси мне сразу расхотелось.
Он появляется на пороге «Орхидеи» ровно в десять часов вечера, уставший, но явно довольный. Смотрю в яркие, светящиеся радостью синие глаза и чувствую, что сама улыбаюсь. Я не знаю, сколько мы так молча просто глядели друг на друга, но первым очнулся Кирилл.
– Закрывай свой магазин и пошли ко мне, – произносит он, так и продолжая стоять в дверях.
– А…?
– Если я зайду сейчас внутрь, то здесь и останусь. – Его взгляд постепенно тяжелеет, медленно обволакивает меня. Ощущение, что еще чуть-чуть, и я не смогу шаг сделать, так и останусь беспомощно стоять, смотреть ему в глаза и слышать, как отчаянно колотится мое сердце.
– Так, может... может, здесь и останемся?
Господи, что я несу?! В горле пересохло от волнения, и я чуть не закашлялась.
На самодовольной физиономии рыжего тут же появилась нагловатая ухмылка.
– Мне нравится твоя готовность, но... нет. Потерпи немного…
Вот же гаденыш! Но я скучала по тебе. И по твоим пошлым шуточкам тоже, даже по твоему самомнению, которое никому, наверное, не пробить. Даже мне.
Но главное другое – я вижу сквозь вот эту твою спесь, что ты тоже по мне скучал. Не меньше, чем я.
Он ждет, пока я соберу свои вещи в сумку, заберу ключи от магазина. Никуда не уходит, неотрывно следит за мной глазами, выдавая тем самым свое нетерпение. Можно было бы помучить рыжего, но тем самым я мучу и саму себя.
