Текст книги "Каратист: без компромиссов. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Алим Тыналин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Выскочила через пять минут. Отсюда сразу мы отправились в ближайшую закусочную. Потому что я зверски хотел кушать. За весь день успел только перехватить пару бубликов и бутылку кефира.

Валя ужинать не хотела. Заказала себе только чай со слойкой. Сидела рядом, подперла щеку ладонью. Смотрела, как я уплетаю суп с тефтелями и котлеты с пюре.

– Мог бы и зайти к нам, – заметила она. – Я бы тебя накормила. У нас дома полно еды. Я сама сейчас мало кушаю. Мама ругается.

Я покачал головой.

– Не хочу лишний раз мозолить глаза. Она же меня опять насчет родителей будет спрашивать. И насчет графика соревнований. А у меня сейчас полная неопределенность.

В закусочной немало народу. Народ самый разный. И семейные люди, и студенты, и старики.

А еще сейчас ворвалась компания парней. Трое человек. Заняла столик неподалеку. Валя глянула в их сторону. Тут же отвернулась. Но уже поздно.

– О, Валюха, привет, – парни подошли к нам. – Ты чего таришься? Старых друзей не узнаешь? А это кто с тобой? Студент? Не нажрался еще?

Ну, все понятно. Я не хотел драться. Поэтому промолчал. Доедал котлеты. Парни стояли рядом. Они чуток поддатые, как я посмотрю.

– Эй, ты меня слышишь? – один парень толкнул меня в плечо. Нет, он никак не хотел угомониться. Эх, а я так хотел обойтись сегодня без драки. – Обжора, ау!

Валя оттолкнула его руку.

– Отстань, Димон. Сколько можно? Я тебе сказала, не лезь ко мне. Или жить надоело?

Парень стоял рядом со мной. Высокий, стройный, в рабочем комбинезоне. Видно, что рабочий человек. Вроде бы токарь. И дружки у него такие же.

– Это кому жить надоело? – спросил он. – Сейчас тебе самой не поздоровится, слышь, ты, стерва.

Ну, так совсем не пойдет. Переступил границы, черт подери. Я поднял голову от тарелки, посмотрел на него.

Воспользовался тем, что хулиганы смотрели на Валю. Быстро саданул его в живот.

Упор сделал не на силу, а на скорость. Ударил молниеносно. Хорошо, что шуба у него расстегнута как раз. А под комбинезоном только рубашка.

Парень охнул и согнулся от боли. Схватился руками за брюхо. Потом повалился на колени. Я снова опустил голову и занялся котлетами.

– Димо, ты чего? – забеспокоились его товарищи. Они даже не заметили, что случилось. – Все в порядке? Ты как?

Димон от боли ничего не мог ответить. Так и стоял на коленях.

– Это ты его? – догадался один из собутыльников. – Смотри у меня!

Я покачал головой. Доел котлеты.

– Нет, вы что, парни. Я его и пальцем не коснулся.

Все верно. Я его ударил кулаком. Парень не поверил. Подошел ко мне слишком близко. Я вполне мог ударить его в челюсть. И успокоить на ближайшие полчаса.

Но помогли другие посетители. Начали шуметь:

– Эй, ну-ка хватит безобразничать!

– Прекратите хулиганить.

– Сейчас милицию вызову.

Парни подхватили Димона под локотки. Потащили к выходу. Он едва перебирал ногами. Посмотрел на меня напоследок. Прохрипел:

– Найду и закопаю, падла.

Дружки вытащили его наружу. Валя покачала головой.

– Что это с ним? Вечно Димон лезет на рожон. Ты ведь его не трогал?

Я допил компот.

– Нет, что ты. Говорю же, у него что-то с животом. Наверное, съел что-то несвежее.

Глава 14
Тренировка

Я уже наелся. Время сейчас холодное. Рядом тут неподалеку есть дом культуры, куда Валя постоянно меня тащила. Хотела сходить в кино.

Ну что же, ничего не поделаешь. Пришлось идти. Я поплелся туда, хотя и устал за день, как собака. Мы как раз подошли к началу последнего сеанса.

Фильм, кстати, неплохой. «Земля Санникова». Про отважных исследователей неизведанных земель. Я его, кажется видел в прошлой жизни. Может быть, поэтому сам не заметил, как вдруг задремал.

Очнулся оттого, что Валя толкала меня локтем в бок.

– Хватит храпеть, – сердито прошептала девушка. – Ты с ума сошел?

На нас оглядывались другие зрители. Видимо, я и в самом деле крепко заснул и начал выдавать мощные разряды ртом. Да так, что заглушил звуки фильма.

– Ладно, ладно, – пробормотал я. – Просто заснул немного. Ты мне, кстати, снилась. И мы там не просто сидели в кино. А остались у тебя дома и занимались кое-чем поинтереснее.

Валя снова сердито хмыкнула, но уже помягче. А глаза загорелись лукавым огоньком. В оставшееся время сеанса я ее теперь то и дело обнимал, а руками позволял себе даже кое-что посмелее.

Проникал в места, куда вообще-то совать руки приличные девушки и не дают. Валя отталкивала мои руки и ругалась, но видно было, что только для порядка. В общем, за оставшееся время она неплохо так развлеклась, а я страшно возбудился.

После сеанса проводил девушку домой. В подъезде мы снова зажимались, и я даже приступил к более активным действиям, но Валя оттолкнула меня, тяжело дыша.

– Ты что, с ума сошел? – спросила она и поправила одежду. – Тут её место и не время. Вот когда придешь ко мне домой, вот тогда и поговорим. Хотя, вообще-то, я не такая, как другие легкодоступные девушки, которые тебе до этого встречались.

Ага, слышали уже. Каждый раз одно и тоже. Мы ведь уже давно уже встречаемся. И Валя постоянно строит из себя недотрогу. Хотя мы уже почти жених и невеста.

Ладно, это у нее воспитание такое. Чего уж там, понимаю. Поэтому я успокоил свой воспаленный мозг, отложил главную атаку на потом и отправил девушку домой.

Сам вернулся в спортзал. Тут уже снова улегся спать, потому что чувствовал, что организм зверски устал. Лучше дать ему отдохнуть, а самому завтра с утра приступить к тренировкам.

Во время сна мой организм сам восстановится. Есть у него такая супер способность к регенерации. Лучше сделать так, чем беспрерывно напрягать тело.

Вот почему я завалился в уголке и заснул. Проснулся под утро, еще затемно.

Вскочил, чувствуя себя бодрым и полным сил. Снова похвалил себя за то, что вчера решил спать, а не тренироваться на износ. Вот теперь можно и провести занятие.

На улице морозы. Я оделся в спортивную форму, вышел на улицу, чтобы устроить пробежку по кварталу. Изо рта вырывался пар. По заснеженным улицам двигались прохожие, больше похожие на тени, чем на людей.

Они шли с опущенными головами, в черных шубах или пальто. Я обгонял их и тогда они поднимали головы и удивленно смотрели на меня. Как на сумасшедшего.

После сорокаминутной пробежки я вернулся в зал. Переоделся, потому что весь взмок от пота. Посмотрел на стену, на которой висели плакаты.

Помимо коммунистических, типа: «Спорт – ты жизнь!», «Спорт у нас достояние масс!», еще были и лозунги Оямы. Я их написал на память из его книг.

Буквы расположил вертикально. Лозунги гласили: «Изучение карате как восхождение на вершину. Надо карабкаться без отдыха, если хочешь покорить гору», «Отдых непозволителен», «Стойкость изо дня в день совершенствует приемы». И еще парочка других.

Если поглядеть на них перед тренировкой, здорово настраивает на работу. Вот и сейчас, как всегда, я заставил себя начать тренировку.

Сначала все тело ломило и болело. Главное желание – это завалиться обратно в постель, под теплое одеялко и спать, спать, спать. Причем подоткнуть со всех сторон, чтобы не уходило ни крупицы теплого воздуха.

После Кубы тело сильно штормило. Смена часовых поясов, теплого мягкого климата на зимний, долгие перелеты, из морского воздуха теперь приходится глотать сухой городской, к тому же наполненный вредными испарениями от сожженного угля. Правда, я не считал все это достаточным основанием, чтобы откладывать тренировки.

Поэтому каждый день, каждый раз начинаешь себя переламывать. Буквально заставляешь делать разминку. Через огромное нехочу. И только через минут пять-десять организм просыпается. Понимает, что от тренировки никуда не деться. И включается в ритм.

Сегодня я опять отрабатывал оборону. Напрягал мышцы взрывным способом, чтобы достичь максимальной крепости. И еще дополнительно усиливал криком «Киай!». Хотелось думать, что натренировался до такой степени, будто могу остановить пулю животом.

– Сенсей, я могу приступить к занятиям?

Тонкий голосок, пронзительный и громкий. И знакомый. Я обернулся и увидел перед собой Мишу Тимакова, лопоухого пацана, которого встретил на прошлой аттестации. Он сменил школу «Белый лотос» на мою и вроде неплохо занимался.

Во всяком случае, Смелов отзывался о нем очень хорошо. Явный самородок. Тренируется усердно, с полной самоотдачей, если будет продолжать так дальше, то в будущем вырастет в сильного бойца.

– Конечно, можешь, – ответил я и поглядел на часы. Ох ты, оказывается уже время утренней тренировки. Сейчас подойдут другие ребята, нам надо обсудить участие в очередной предстоящей аттестации. – Ты самый первый пришел, что ли?

Миша кивнул, поклонился додзе и вошел на маты. Тут же начал подпрыгивать и бить воздух, отрабатывая удары. Щеки у него еще красные от мороза, глаза яростно сверкали.

– Эй, подожди, а как же разминка? – спросил я. – Надо сначала подготовить тело. Разогреть мышцы, особенно после мороза. Они ведь у тебя замерзли.

Миша снова кивнул и теперь принялся махать руками и ногами. А я пошел в душ и снова менять куртку каратеги, потому что эта промокла насквозь. По дороге думал об аттестации.

Все, о чем успели договориться наши руководители на заседании, так это о правилах проведения экзаменов для аттестаций. За основу взяли просто международную практику, все по обычаям из Японии и мировых чемпионатов. Которые, кстати, еще проведены не так уж и много.

Пока что экзамены у нас решили проводить все также, полулегально, практически на голом энтузиазме участников. Грамоты и дипломы, как таковые, ничего не значили без международной сертификации, но чтобы добраться до этого уровня, нам еще надо утвердить и создать федерацию. Только потом можно позвать международных специалистов и утвердить официальные правила экзаменации учеников и звания инструкторов по карате.

А у меня как раз очередная аттестация на носу. Сроки согласованы уже давно, участвовать будут те, кто уже готов, даже если и выступали недавно в прошлом году.

Поэтому Белоухов, когда я говорил с ним вчера на совещании, дал зеленый свет:

– Давайте, проводите. Наоборот, сейчас все хотят участвовать в аттестации. Есть такой слух, что для популяризации карате у нас и в мире международная федерация карате разрешит потом принять все пояса и звания, которых мы успели достичь на момент создания нашей федерации. Так что все у нас ломанулись сдавать на пояса. Хотят получить побольше.

И вот сейчас, вернувшись из душа, я обнаружил в зале с два десятка учеников, уже начавших разминку под руководством Смелова. Собрались все мои орлята, хотя, надо признать, в усеченном составе.

Ушли Голенищев Егор и Оксана Земляникина, хотя перед этим они расстались. Насколько я знаю, по инициативе девушки. Она вроде бы нашла себе нового ухажера, какого-то комсомольского вожака.

Тот как раз смог предоставить красавице доступ к персональной «Волге» и жизнь в новенькой квартире в центре Москвы. Это привлекло Оксану гораздо больше, чем постоянные и упорные тренировки в душном и вонючем спортзале. Голенищев такого расставания вынести не смог и ходить в наш зал тоже было выше его сил. Он ушел обратно к Щепкину.

Впрочем, худа без добра нет, к нам опять вернулся Артем Кораблин. Вон он, сейчас изо всех сил лупит деревянный манекен. Смелов жаловался, что он их постоянно ломает, это уже третий, который тоже скоро полетит к чертовой бабушке.

По мощи удара ногой Кораблин самый сильный из учеников. Он, пожалуй, даже превосходит Ваню Бурного.

Тренируется с ожесточением, молчит по большей части, бьет на спарринге, как в бою. Ладно, пусть работает как хочет. Он тоже слишком ценный боец.

Смелов и Бурный тоже здесь. Смелов весной уедет в экспедицию по учебе и работе, вся нагрузка ляжет на меня. Я до его поездки хочу сделать из него черного пояса.

Что касается Бурного, тот в последнее время связался с какими-то подозрительными личностями, из тех, что продают иностранные шмотки на улицах, их называют утюжниками, бомбилами или фарцовщиками. Взялся кого-то там охранять от конкурентов и получает за это хорошие деньги, а еще эксклюзивный доступ к хорошей и модной одежде.

То-то в последнее время Ваня щеголяет в джинсах и спортивной куртке «Adidas», вроде бы оригинальной. Эта бродяга тоже может затянуть парня с головой, я его уже предупреждал пару раз. Но пока что Бурный доволен жизнью, совмещает учебу, тренировки и работу телохранителем.

Я наблюдал, как двигаются ученики во время выполнения ката санчин и ее дополнения ката уанг. Смелов отошел от учеников и приблизился ко мне.

– Сенсей, ты говорил с Щепкиным? Утром мне позвонил Мельник, говорит, что аттестация на сегодня назначена.

Это как так? Почему я не в курсе. Вчера Щепкин ни слова не сказал.

Я удивленно посмотрел на Смелова. Он сразу понял, что я не в курсе. Покачал головой.

– Елы-палы, когда это прекратится? Короче говоря, Мельник сказал, что график проведения экзаменов сдвинулся. Нас перенесли на сегодня. После обеда, могут даже приехать сюда. Они ждут от нас подтверждения. Ты поговори с Щепкой, может, тут чего-то не так?

Само собой, поговорю. У нас по срокам аттестация должна быть только через неделю. Сроки, конечно же, и так сжатые, но разве можно провести прямо сегодня?

Ученики у меня, вроде бы готовы, но вот сумеют ли собраться с духом? Хотя, если посмотреть это как на очередное испытание для духа, почему бы и нет?

– Сейчас поговорю, – я развернулся и отправился на вахту, чтобы позвонить Щепкину.

Дозвонился со второго раза. Щепкин поднял трубку. Довольный, как слон.

– А я думал, ты знал, – удивился он. – А Белоухов тебе вчера не сказал что ли? Забегался, наверное с этим дурацким совещанием. Ну ладно, что ты кипятишься, ничего страшного, на аттестации все свои будут, проведем, как надо. Хотя, правда, еще вроде Лавров Федя в комиссии, но он может и не придет. Так что не беспокойся, проведем все, как надо. Ты лучше скажи, что решил с составом Федерации? Я тебе предлагаю пока что не участвовать в руководстве, правильно вчера сказали, ты из-за этого в Париж не сможешь поехать.

Да, я уже думал об этом. И сегодня собирался поговорить с Воловниковым, вот только когда я успею это сделать, если у меня внеочередная аттестация на носу. Все опять через задницу, надо перетряхивать планы.

– Во сколько будет комиссия? – обреченно спросил я. Ладно, сейчас сядем с ребятами и поговорим. Я их подготовлю к экзамену. – Надеюсь, после обеда?

Щепкин ответил тут же, как будто ждал:

– А мы уже выезжаем. Через два часа сходка у вас там, в «Динамо». Надеюсь, вы подготовились.

Вот дерьмище полное. Мало того, что сдвинули сроки, так еще и на подготовку совсем мало времени. Я стал трубку, постарался успокоиться. Больше всего меня разозлил не сам факт предстоящей экзаменовки, а то, что не уведомили должным образом.

Так, хорошо, вдохни-выдохни, Витя Ермолов, успокойся. Под порывом урагана истинный самурай должен сохранять спокойствие и достоинство.

Вот почему после чемпионата мира мне надо прорваться в состав руководства федерации СССР по карате. Чтобы навести там порядок и не допустить такого бардака. Но пока что, до того, как я не добрался до руководящего поста, придется терпеть, кланяться и сносить все эти дерьмовые моменты с милой улыбкой. Как, наверное, и сделал бы настоящий самурай.

– Отлично, – ответил я и сделал глубокий вдох и выдох, максимально выдавливая воздух из легких, а вместе с ним и злость от плохих новостей. – Просто отлично. Приезжайте.

Положил трубку. Быстро развернулся и отправился к назад в спортзал. Дядя Миша на вахте оторвался от кроссворда в журнале «Огонек» и добродушно усмехнулся в усы:

– Ну что, все в порядке, Витя? Ломаете там деревяшки?

Я кивнул и торопливо пошел в зал. Ответил на ходу:

– Ломаем, дядя Миша, ломаем.

Вернулся в зал, хлопнул в ладоши, прерывая ката. Построил учеников в шеренгу, объявил о том, что аттестация состоится сегодня, уже через час. Ребята и девчата удивленно зашумели, даже Смелов спросил:

– А ничего, что мы не готовы?

Я покачал головой.

– Я предлагаю относиться к этому, как к боевому испытанию. Для человека, занимающегося боевыми искусствами, вся жизнь – это готовность к большому сражению, которое может произойти в любой момент. И, к вашему счастью, я же не сообщаю вам, что на нас напал враг и хочет захватить крепость, в которой мы живем. Нет, у нас просто очередная демонстрация ваших навыков и уровня подготовки. Даже можно сказать, в игровой форме, в виде учебных поединков по устоявшимся правилам. Не надо стараться прыгать выше головы. Просто покажите все, на что способны. И все. Больше от вас ничего не требуется. И в дальнейшем всегда будьте готовы к такого рода инцидентам. Если на вас нападут хулиганы на улице, они тоже не будут спрашивать, готовы вы или нет. Так что, ничего страшного не произошло. Давайте готовиться.

Вроде бы, удалось успокоить учеников. Как ребят, так и девчат. Если Оксана ушла, то Покровская Нина осталась. А с нею еще пять девушек.

Кстати, Гончаров и Куприянов тоже продолжали ходить. А вот Крылов частенько пропадал в последнее время.

Сейчас его тоже нет, хотя и должен был участвовать в предстоящей аттестации. Вот и останется в пролете. Представляю его возмущенную физиономию, когда он узнает, что экзамен уже прошел. А вот не надо пропускать занятия, тогда и уровень бы повысил.

К моменту приезда комиссии мы успели подготовиться. Главное, мои ребята сумели справиться с волнением.

Насчет техники я не беспокоился. Самое главное – это настрой. Если боец готов к бою, готов к победе или поражению, то ему ничего не страшно. Это сразу видно и противнику, и экзаменаторам, поэтому они и начисляют максимальные баллы. Потому что видят, что человек работает спокойно и на пределе возможностей.

– Ну как, готовы? – спросил Белоухов, пожимая мне руку. – Мы тут по графику внесли корректировки, передвинули кое-кого. Надеюсь, не сильно вас напрягли.

Он приехал в составе внушительной комиссии в семь персон. Как будто не обычный экзамен в рядовой школе, а первенство Союза. Помимо Лавров, еще четверо малознакомых мне тренеров, все с каменными рожами и колючими глазами, как будто мои куры у них в огороде пасутся.

Хм, а не связано ли это с моими притязаниями в руководящий состав? Вполне возможно. Если они сейчас завалят моих ребят, потом будут основания, чтобы придраться. Мол, совсем никудышный тренер, не может учить нормально. Ладно, посмотрим, к чему это приведет.

К счастью, мои ребята и девчата выступили просто замечательно. Удивили меня самого. Техника без изъянов, все движения без запинки и промедления, быстро и плавно. Иногда со взрывной силой, как раз там, где и требуется.

Я посмотрел на экзаменаторов. Они сидели с кислыми лицами. Пока придраться не к чему. Тамэсивари мы тоже провели на уровне. Выполнили все нормативы, никто не подвел. Опять молодцы.

Пару раз только Лавров докопался к технике. Потом встал, проверил деревяшки, убедился, что все в порядке.

А когда настала пора кумитэ, произошел новый сюрприз. Двери открылись, в наш спортзал пришли ученики из «Белого лотоса».

– Вы не возражаете, если они будут вашими спарринг-партнерами? – спросил Белоухов.

Я покачал головой. Да пожалуйста, хоть олимпийская сборная.

Тогда мы без промедления приступили к кумитэ.

Глава 15
Экзамен на прочность

Сначала выступили младшие пояса. По старшинству, как говорится.

К ним у меня относились, в том числе, и младшие по возрасту. Само собой, Синегородцев Витя и Коркин Толя. И шкет Тимаков. И еще человек двенадцать новичков.

Вот им как раз и выпало первыми сражаться с новичками из «Белого лотоса». Ну что же, посмотрим, чему научились у меня. В этом смысле, бои с представителями другой школы – отличный показатель.

Каждый бой проводился отдельно. У меня для этого оборудовано татами, вроде боксерского ринга, тоже окружено канатами. Новички заметно волновались, переживали, но я особо не тревожился. Даже если и проиграют, это будет для них хороший урок.

Первым дрался совсем зеленый парнишка Смирнов. Учащийся десятого класса, в этом году хочет поступать в политех.

В мою школу пришел, чтобы накостылять по шее хулиганам со своего же класса, которые вечно цеплялись к нему во время уроков и после школы. Поставленную задачу выполнил уже после первого месяца обучения. Может, еще и потому, что я занимался с ним почти каждый день дополнительно в спортзале.

Росточка среднего, руки чуть длинноваты, ноги обычные. Нос картошкой, волосы во все стороны, обычный подросток стадии вылупления из кокона. Звезд с неба не хватает, но работает упорно. После победы над хулиганами вроде бы не зазнался, но работал в зале уже поменьше, сразу должен заметить.

Сейчас он выступил против такого же белого пояса из «Белого лотоса», чуть выше ростом и с длинными ногами. Понятно, что тот будет лупить ногами и держать Смирнова на расстоянии.

Белоухов командовал боями, а один из судей выступил рефери. Почти сразу бойцы вступили в активную схватку. Начали бить друг друга ногами. Техника еще слабенькая, а энтузиазм зашкаливает.

Впрочем, Смирнов работал ногами быстрее и сильнее и вскоре от его мае гери противник покатился по матам. Поднялся, но балл уже потерял. Смирнов приободрился и теперь уже сам пошел вперед.

Вскоре снова пробил защиту противника и заработал второй балл. Его соперник пал духом, сразу видно и вскоре пропустил третий удар. Отлично, первая победа в копилке Смирнова.

Остальные наши новички тоже выступили неплохо. Синегородцев-младший, Коркин и Тимаков выиграли убедительно, по очкам, а Витя даже умудрился один раз неплохо выбить противника ударом уширо маваши гери, то есть с разворотом в голову.

Неплохая получилась вертушка, Синегородцев долго ее тренировал. Противник даже поплыл секунд на пять, но потом очухался и вскочил. Впрочем, от поражения его это не спасло.

Следом пошли поединки учеников с опытом. Это уже зубры, вроде Гончарова, Куприянова, Кораблина, Покровской, Бурного и Смелова. Все они выступили удачно, кроме Мити Куприянова. Добились побед, а вот ему попался крепкий орешек.

Боец неизвестный, я его до этого не видел. Тоже скороспелый, но быстро прогрессировал, так же, как и мои ученики. Хотя на первый взгляд казался самым обычным задротиком.

Куприянов у нас пухляш, низенький и толстенький, но работает на татами быстро и решительно. На первый взгляд по нему тоже не скажешь, что умеет махать ногами и руками так, что мало не покажется.

А вот его противник стоял в очках с толстыми линзами. Тоже рыхлый и полный, как тесто, разползшееся по кастрюле. Двигался тихо и расслабленно, казалось, что это обычный бумажный тигр, который сам побежит с татами и главной проблемой будет догнать его, когда выскочит на улицу.

Зато в бою он показал очень хорошую технику и дух. Я потом, анализируя бой, решил, что очки он тоже таскал специально, чтобы ввести противников в заблуждение и они думали, будто он полный слепец. На самом деле хитрюга отлично видел без очков.

Когда поединок начался, ничто не предвещало беды. Куприянов сходу атаковал, даже без предварительной разведки, так он был уверен, что победит. Хотя я его заранее предупредил, чтобы не торопился, а сначала прощупал противника.

Но нет, Митя был уверен, что сделает противника своими быстрыми и точными ударами. Он атаковал и в самом деле очень стремительно.

Начал с четкой серии прямых ударов ногами. Сразу нанес пять ударов, у него всегда длинные связки, самые разнообразные. Потом хотел перейти к ударам руками, а следом по плану чуть отойти и опять добить ногами. Словом, сделать из противника ходячую грушу.

Такое можно было устроить на стадии основного боя, когда уже разузнал противника и примерно выяснил его повадки и манеру боя. Очень рискованно строить планы только исходя из собственного видения боя, без учета прогноза действий соперника. Тут Куприянов просчитался.

Уже на стадии работы руками я сразу заметил, что противник не прост. Очень и очень. Он искусно уклонился от атак, отбил все удары, а когда Куприянов хотел добить его ногами, сам перешел в атаку, сблизился с моим учеником и врезал ему в голову прямым ударом. Очень точным и быстрым.

Митя совсем не ожидал такой подлянки и потерялся. Упал на спину, но тут же вскочил и потряс головой, показывая, что не получил никакого существенного вреда. Его соратники по «Белому лотосу» обрадованно зашумели, наконец-то в кои-то веки у них кто-то начала побеждать.

Посчитав происходящее чистой случайностью, Куприянов снова пошел в атаку. И опять с непроходимым упорством, граничащим с тупостью, атаковал по той же тактике. Начал с ног, опять очень быстро, да так, что только пятки мелькали в воздухе. Он очень разозлился из-за потерянного балла.

Его противник, на удивление, легко отбил все атаки. Он теперь двигался очень быстро и грациозно, будто танцевал балет, но при этом еще и умудрялся достать Куприянова быстрыми точными ударами рук. У него очень хорошие поставленные удары руками, причем именно из арсенала карате.

В итоге Куприянов опять пропустил удар, на этот раз посильнее, отчего даже присел на пятую точку. Эге, а дела у нас плохи. Ему надо срочно менять тактику. Я смотрю, его противник уже давно распознал манеру ведения боя Митей, поэтому теперь надо действовать по-другому. Чтобы не было предсказуемости.

Но Митя не услышал моего мысленного послания. Наоборот, он посчитал, что двигался слишком медленно. И решил ускориться, уже до невообразимых пределов. Он снова напал на противника, опять замелькал ногами, правда, теперь уже держал руки повыше, чтобы защитить голову на случай неожиданной атаки от противника.

Первое время казалось, что он сейчас разом отыграется за все пропущенные удары, одним махом уронит противника в нокаут и заберет победу себе. Когда атакуешь очень быстро, сначала создается впечатление очень большого выброса энергии. И если удастся зацепить противника, то можно его победить.

Но его соперник держался стойко, как оловянный солдатик. Отбил все удары. Потом сам перешел в атаку, и никто не успел заметить, как он ударил Куприянова ногой.

Быстрый маваши гери, причем еще и в голову. Митя вроде бы продолжил движение вперед, но вдруг опустил руки, закрыл глаза и свалился лицом вниз. Чистый нокаут, давно я такого не видел. Не очень красиво получить отключку во время аттестации, тем более в собственном зале.

Противник торжествующе поднял руки и отошел. Я бросился к Мите, перевернул его, проверил пульс и дыхалку, похлопал по щекам. Сначала Куприянов не реагировал, потом очнулся, открыл глаза, попытался подняться.

Я его остановил, пусть сначала очухается. Вскоре другие белые пояса помогли ему встать и утащили к нашей знаменитой скорбной скамеечке у стены, где можно отдохнуть, собраться с мыслями после поражения и всласть поплакать. Там уже много кто побывал из тех, кто приходил к нам, но Куприянов еще туда не садился.

После этого кумитэ продолжалось, но больше мои парни не ударили лицом в грязь. Выиграли все остальные поединки, причем Бурный своего противника тоже отправил в нокаут.

После этого судьи, посовещавшись, объявили результаты аттестации. Все мои прошли на очередной уровень, даже Куприянов. В отношении него Белоухов объявил, что судьи учли его стремление к победе и стремительную взрывную технику, поэтому дали новый кю. Но рекомендовали более вдумчиво относиться к тактике боя и не атаковать без разбора и защиты.

Ладно, все прошло благополучно. Вскоре судьи отправились дальше, у них еще три аттестации сегодня, поэтому они торопились.

Ко мне на секунду подошел Белоухов. Я уже ожидал услышать от него нравоучения про плохую подготовку учеников. Он любит устроить дружеский нагоняй. Поддерживает репутацию сурового, но справедливого и неподкупного судьи.

– Ты бы это, заглянул в Спорткомитет сегодня, – неожиданно сказал Белоухов. – Там будет как раз твой вопрос решаться. По поводу отборочного на чемпионат мира. Предварительно, с участием партийных. Окончательно будут разбираться позже, но тебе даже сейчас желательно появиться там, чтобы проконтролировать все, как надо.

Я собрал учеников, поздравил с получением новых кю. Сказал, что надо работать дальше. Куприянов стоял, покачиваясь. После церемонии я подошел к нему, спросил, как дела.

– Я не знаю, как такое случилось, сенсей, – простонал Митя. Он схватил себя за голову, чуть ли не вырвал волосы, отошел назад. – Как я мог пропустить этот удар? Я даже не заметил, как он ударил. Я полный идиот, посчитал его совсем легкой добычей.

Я схватил парня за плечи, слегка потряс. Хватит страдать, поражения – это часть будущей победы. Без проигрыша не бывает выигрыша.

– А вот вы сами проигрывали, сенсей? – спросил Митя и страдальчески поглядел на меня маленькими глазками. – Мне кажется, не родился еще такой человек, который смог бы вас победить.

Я усмехнулся. Неужели он действительно считает, что я отлит из стали и титана? Со стороны, конечно, так кажется, но мои ученики должны понимать, что черными поясами не рождаются, а становятся.

– А почему, как ты думаешь, я ушел в лес, чтобы изучать карате в прошлом году? Конечно же, после того, как мне настучали по башке в очередном поединке. Тогда моя форма еще далеко не достигала нынешнего уровня. Так что нет, я тоже человек и меня можно победить. Если ты будешь тренироваться без перерыва, тоже станешь непобедимым бойцом.

Мне казалось, что я убедил Куприянова, тем более, что он внимательно слушал, но потом мой ученик покачал головой и ушел в раздевалку, пробормотав: «Мне никогда не достичь такого уровня».

Вот дерьмище, совсем пал духом, мерзавец. Ладно, я потом с ним еще разберусь, вытащу из депрессняка после поражения. Я знал, что многие тоже после таких обидных проигрышей иногда теряют азарт и даже отходят от занятий карате.

В конце концов, это все зависит от человека. И его способности восстанавливаться после поражения.

Сам я тоже долго не задержался. Прямо оттуда поехал обратно в Спорткомитет. Время уже далеко за полдень, скоро уже вечер, совещание вполне могло закончиться без моего участия.

Знаю я, что там могли решить. Запросто могут взять и вычеркнуть мою фамилию из списка, такое уже бывало, и не раз. Чтобы такого беспредела не случилось, я и отправился в высокие кабинеты.

Сразу скажу, что успел вовремя. Мой вопрос еще даже не начали разбирать. Дело шло не в тесном кабинете, а в актовом зале, где имелись много рядов красных кресел, площадка для театрализованных выступлений, трибуна и микрофоны.

Сейчас на площадке стояли столы, накрытые зеленым бархатом, а за ними сидели человек семь заседающих. Из знакомых только Образцов и еще один тренер, Агапов, я его пару раз видел на соревнованиях в качестве судьи.